альтинг гиперион что такое
«Песни Гипериона» — вселенная Дэна Симмонса
Гиперион вошел. Он весь пылал,
Негодованьем; огненные ризы
За ним струились с ревом и гуденьем,
Как при лесном пожаре — устрашая
Крылатых Ор. Пылая, он прошел…
Джон Китс «Гиперион»
Тетралогию «Песен Гипериона» Дэна Симмонса сложно переоценить. Не всякие книги целиком меняют представление о космической опере, становятся в один ряд с такими шедеврами, как «Дюна» Фрэнка Герберта и «Основание» Айзека Азимова, отмечаются премией «Хьюго» и признаются впоследствии лучшим сериалом в жанре космооперы последнего десятилетия. Не всякие — но эти!
Парадоксальный и глубоко проработанный мир, невероятные масштабы и удивительная детализация, потрясающие воображение звездные баталии и тонкие психологические конфликты — эти эпитеты даже частично не отражают великолепия «Песен Гипериона»! Потому приведем факты.
На Старой Земле конца двадцатого века «Гиперион» стал экзаменом для вступления в Клубы любителей фантастики, знаком зрелости и подготовленности читателя. Один николаевский фэн для того, чтобы приобрести долгожданный «Восход Эндимиона», решился продать ваучеры, ибо ждать зарплаты не доставало терпения. В середине девяностых книги Симмонса шли по рукам так, словно это были переводы «Неукротимой планеты» в глухих к зарубежной фантастике семидесятых.
Мир Дэна Симмонса запечатлен в четырех романах-эпопеях: «Гиперион» (Hyperion, 1989), «Падение Гипериона» (The Fall of Hyperion, 1990), «Эндимион» (Endymion, 1996), «Восход Эндимиона» (The Rise of Endymion, 1998); в отдельной повести «Сироты Спирали» (Orphans of The Helix, 1999) — и умах миллионов читателей, с головой углубившихся в разверзшуюся перед ними Связующую Бездну.
Шрайк на обложке в представлении Gary Ruddell. Художнику дали только отрывок из книги, поэтому он не знал, что у бога боли четыре, а не две руки.
Дэн Симмонс
Дэн Симмонс родился 4 апреля 1948 года в Пеории, штат Иллинойс. Писать начал рано: в пятом классе сочинил продолжение «Волшебника Страны Оз», а немногим позже — рассказ про полет на Луну. Известно, что учительница здорово отругала молодого Дэна за смелую выдумку. Каково было ее удивление, когда спустя несколько лет Армстронг сделал свой знаменитый «маленький шаг»!
После окончания Вашингтонского университета будущий мастер фантастической прозы целиком посвящает себя преподаванию в общеобразовательных школах. В 1981 году Дэн Симмонс принимает участие в семинаре для начинающих писателей и по совету Харлана Эллисона отправляет рассказ «Река Стикс течет вспять» на конкурс, из которого рассказ выходит победителем.
Дебют Симмонса как романиста состоялся в 1985 году. Роман «Песня Кали» сразу же после издания удостоился Всемирной Премии Фэнтези. Большинство романов автора написаны в жанре ужасов: «Лето ночи», «Дети Ночи» (дилогия о графе Дракуле), «Утеха падали», «Горящий Эдем»; в них чувствуется влияние «черного зверя научной фантастики», духовного учителя Харлана Эллисона. У Симмонса также выходит несколько сборников рассказов и повестей.
Из всего написанного автором особое — и главное — место занимают «Песни Гипериона».
Дэн Симмонс — лауреат премии Хьюго (1990), Всемирной и Британской премии Фэнтези, дважды лауреат премии Брема Стокера и регулярный соискатель читательской премии журнала «Локус». Произведения автора активно переводятся на русский язык.
Гегемония Сети, станция отправная
Великая Сеть — это, по разным данным, более двухсот звездных систем, объединенных порталами в единое федеративное государство. Каждый мир великолепен и уникален. Безбрежное Море — планета, полностью покрытая океаном, Лузус — перенаселенная планета-улей, что-то вроде азимовского Трантора; Пасем — мир костелов и базилик, Тянь-Шань — планета теряющихся в облаках горных пиков, каждый из которых несет на себе буддистский или кришнаитский храм. Некоторые планеты, такие, как Мауи-Обетованная, достались Гегемонии без боя. На других пришлось полностью уничтожить существовавшие там разумные цивилизации. Непригодные для жизни планеты подверглись терраформированию (сложный процесс изменения биосферы под организм человека) и рано или поздно обзавелись сингулярностью для включения в Великую Сеть.
Единственное, чего не хватает в Гегемонии Симмонса, — это Земли. По преданиям, Старая Земля погибла незадолго до Хиджры (эпоха колонизации) в результате Большой Ошибки, когда ученые попытались поместить в ядро колыбели человечества небольшую черную дыру. Но человечество по этому поводу особого огорчения не испытало, распространившись среди звезд и открыв для себя десятки Новых Земель (ностальгия), практически ничем не уступавших прародине.
Тау Кита Центр в представлении художника Rukkits.
Каждый мир имеет свою инфосферу — организованную и структурированную систему комлогов (полуразумных компьютеров) и нуль-Т-порталов — арок, через которые совершается телепортация в определенную точку Сети. Заправляют инфосферой ИскИны (искусственные интеллекты), обитающие в таинственном Техно-Центре и изредка предстающие перед людьми в образе голограмм и кибридов. Инфосфера позволяет всем планетам Сети жить в едином ритме, словно кварталы Венеции, — их разделяют проливы вакуума в сотни парсеков, но связывают перекинутые мосты порталов.
Среди всех достопримечательностей Гегемонии, пожалуй, самой великолепным, настоящим шедевром конструкторской (но, к сожалению, не человеческой, а ИскИновской) мысли можно считать Реку Тетис. В прямом смысле, это и есть река. Только река, при помощи порталов протекающая через все планеты Сети, везде разная и везде единая.
Для разнообразия и самоутверждения Гегемония ведет кровопролитную войну с Бродягами, звездными Роями существ, некогда называвших себя людьми. Теперь они посредством генной инженерии адаптировались к жестоким условиям космоса и утратили чистоту вида. Бродяги отвергают порталы и терраформирование, и вообще проявляют себя крайне агрессивно по отношению к планетам Сети. Потому бравые эскадры ВКС время от времени вправляют им мозги.
Гиперион, песнь первая
Так уж получилось, что центром событий в романе явилась периферийная планета Гиперион. Вращается этот небольшой мирок вокруг желтой звезды класса G2. Есть на планете несколько больших городов: Порт-Романтик, Китс (названный в честь английского поэта восемнадцатого века, кибрид которого станет основным героем «Падения»), Эндимион — и множество крошечных селений, где жизнь немногим отличается от средневековой.
Планета очень прихотливая: в связи с непостоянством магнитного поля путешествие на привычных для жителей Гегемонии скиммерах и ТМП невозможно. Потому в небе Гипериона то и дело мелькают грузовые дирижабли, а по судоходным рекам сплавляются пароходы. Именно это добавляет паломничеству к Гробницам Времени особую романтику.
Пилигримы в представлении mhanski
Земную кору планеты пронизывают коридоры Лабиринта — доисторические подземные коммуникации неизвестного происхождения, с квадратным сечением и идеально гладкими стенами тридцатиметровой высоты.
Изюминкой Гипериона является Долина Гробниц, где расположились движущиеся, вопреки энтропии Вселенной, из будущего в прошлое, таинственные сооружения: Сфинкс, Хрустальный Обелиск, Нефритовая и Пещерные Гробницы. Здесь, перекатываясь на песчаных дюнах, шумят невидимые временные волны антиэнтропийного поля.
Долгое время Гробницы не проявляли активности, предоставляя ученым — исследовать, а туристам — истаптывать свои коридоры. Но настал час древним сооружениям открыться. В роли исполинской живой «открывашки», сплошь составленной из шипов и колючек, выступает Шрайк — хромированное божество, перемещающееся вне времени и пространства и смертельно разящее всех, с кем столкнет его господин Случай.
Более поздняя обложка от Джона Пикачио. Все руки Шрайка на месте.
Гексамерон, подвид кентерберийский
Что бы ни говорили, а подкупает «Гиперион» в первую очередь формой. Шестисотстраничный роман состоит из пролога, шести коротеньких главок — и такого же количества великолепных историй, рассказанных паломниками на пути от «Иггдрасиля», дерева-корабля тамплиеров, через Травяное море — к Гробницам. Посредством этих историй — священника и воина, поэта и ученого, детектива и консула — и происходит проникновение читателя в мир Симмонса.
Осторожно, спойлеры! Дальше идёт пересказ событий всех романов цикла. Если хотите ознакомиться с ними самостоятельно, не читайте статью дальше.
Священник Ленар Хойт рассказывает историю отца Поля Дюрэ, который столкнулся на Гиперионе с племенем бикура, носителями крестоформа — симбионта в форме креста, дарованного Шрайком и обеспечивающего владельцу вечную жизнь. Взамен за бессмертие бикура становятся бесполыми умалишенными существами. Рано или поздно Полю Дюрэ приходится пополнить их ряды. Не желая смиряться с таким бессмертием, он после неудавшейся попытки побега распинает себя на электрическом дереве тесла. Хойт находит его испепеленным до костей и, в прямом смысле, принимает его крест.
Воин ВКС Кассад рассказывает историю любви к несуществующей женщине, являвшейся к нему сперва в битвах на тренажере-эмуляторе, а потом и во вполне реальных баталиях. Кассад надеется найти свою Монету на Гиперионе, даже если ради этого придется сразиться с самим Шрайком.
История, рассказанная поэтом Мартином Силеном, повествует о последних днях существования Старой Земли, о том, как после анабиозной заморозки поэту пришлось изъясниться при помощи девяти нелицеприятных слов, поскольку остальные он забыл, — и о том, как Силен написал пророческие «Песни», в соответствии с которыми развиваются события в тетралогии. Музой Силен избрал Шрайка.
История ученого — о безуспешной борьбе с синдромом Мерлина, страшном диагнозе, поставленном его дочери. Молодая девушка по имени Рахиль, археолог, длительное время исследовавшая Гробницы, стала стареть в обратном направлении. Каждое утро она просыпалась, не помня дня предыдущего, и зная все меньше. Вырастив дочь, Солу Вайнтрубу пришлось, в конце концов, растить ее «обратно». И, с запеленатым младенцем на руках, ученый направляется к Шрайку, чтобы, согласно видению, принести дочь в жертву.
Сол Вайнтрауб со своей дочерью у ног Шрайка.
История детектива Ламии Брон — расследование виртуального убийства вирусом СПИД-2 (Artificial Intelligence Deficit Syndrome) кибрида Джона Китса. В результате следствия выясняется, что Китс, воссозданная копия средневекового поэта, служит связующим звеном между Техно-Центром и Шрайком. Кому-то это не нравится, и Китс умирает во второй раз, уже физически. Детектив Ламия Брон приносит сознание погибшего клиента в петле Шрюна (имплант вроде продвинутой флэш-карты) на Гиперион.
История консула, пожалуй, самая яркая и слезоточивая. Повествует она о любви космопроходца, расширяющего границы Гегемонии на кораблях с двигателем Хоукинга, и девушки Сири, ведущей оседлый образ жизни на планете плывучих островов Мауи-Обетованная. Каждый раз, возвращаясь из однолетнего путешествия к дальним звездам, корабельщик находит Сири постаревшей на десятилетие (смещение временных масштабов из-за движения на сверхскоростях). Однажды, возвратившись из шестого путешествия, он узнает, что от Сири остались одни воспоминания…
Подобная манера подачи материала — явное заимствование, и автор этого не скрывает. Что-то взято из «Кентерберийских рассказов» Чосера (истории, рассказанные паломниками), что-то — из «Декамерона» Боккаччо (десять дворян, укрываясь от чумы в отдаленной усадьбе, на протяжении декады рассказывают друг другу правдивые или вымышленные истории). Но для научной фантастики роман в новеллах — если не новшество, то невспаханное поле для смелых экспериментов, на котором и преуспел Дэн Симмонс.
Корабль в море травы, художница Sabin Boykinov.
Падение Гипериона, песнь вторая
У первой книги конец более чем открытый — паломники подошли к гробницам, начинается буря, седьмой член группы (тамплиер Хет Мастин) таинственно исчез, впереди — полная неизвестность. И вот в следующем стандартном земном году в печать выходит второй том «Песен».
Сиквел, в отличие от первой книги, не столь романтичен. Роман тяжел, массивен, нескончаемые политические разборки и стратегические планирования военных действий призваны создать ощущение рутинной документальности. Более того, есть в нем доля циничности, ибо все события преломлены через восприятие главного героя — реконструкцию кибрида Джона Китса, который уже трижды не человек, и его мало интересует мир «медленный», в сравнении с мегасферой (высший уровень инфосферы) Техно-Центра.
Первая глава — описание пира во время чумы. В системе Гипериона сходятся корабли ВКС и рои Бродяг, разворачивается беспощадная космическая баталия — а «сильные мира того» беспечно стекаются на Центр Тау Кита по реке Тетис, чтобы отпраздновать еще не вырванную победу. Однако кибрид Джона Китса на ТКЦ не просто гость — он важный консультант Сената Гегемонии, ибо во снах ему являются паломники. Здесь Симмонс опять не прогадал с формой: когда кибрид бодрствует, он становится свидетелем крушения огромного флота ВКС, когда спит — читателю позволяется в реальном времени лицезреть события, которые происходят с застрявшей во временном шторме шестеркой путников.
Под черным от песчаной бури небом Гипериона, тускло расцвечивающимся сполохами взорванных кораблей-факельщиков, раскрываются Гробницы — и из них выходят другие Шрайки. Кибрид Джона Китса умирает от туберкулеза, перенесенный Ангелом Возмездия на целую и невредимую покинутую Старую Землю; Шрайк в молчании стоит над его могилой…
Империя Пасема, станция пересадочная
Ходят слухи, что автор не собирался писать продолжение. Не верьте им. В первой дилогии столько недоговорок и намеков на развитие темы, что ограничиваться развалом мира у писателя даже в мыслях не было. И спустя 274 года (на Земле прошло всего шесть) на руинах Гегемонии возводится новая империя, не менее грандиозная и страшная — Империя Пасема.
Церковь, решившая собирать Сеть по кусочкам, заключила пакт с Техно-Центром. Модифицированные крестоформы, дарящие носителям бессмертие и на первый взгляд ничего не требующие взамен, твердо закрепились на груди каждого. В конце концов, зачем отказываться от вечной жизни «freeware»? Симбиотические индульгенции стали нормой, а для убеждения тех, кто норме не следует, восстала из глубины веков Священная Инквизиция. Империей правит Папа, регулярно воскрешающий экс-паломника Поля Дюрэ, и за его спиной четко угадывается голограмма советника Альбедо — аватары Техно-Центра.
Право слово, что плохого в вере, ношении крестоформа, следовании католическим канонам? Вроде ничего — да только вера это поддельная, в бога из машины.
Крестоформ в представлении художника JasperSandner.
Оказывается, порталы Сети были изобретены ИскИнами Техно-Центра, чтобы миллионы телепортирующихся в данную секунду людей в буквальном смысле отдавали свои мозги на временное пользование — этакая мультипроцессорная счетная машина, сервер на дюнах. Техно-Центр никогда не был единым целым — он существовал в подпространстве, мигрируя с одного ума в другой и эксплуатируя их, как кластеры диска. Когда Сеть рухнула, ИскИны испытали серьезный шок, многие из них отформатировались бесповоротно. К этому времени испытанная на племени бесполых бикура коммуникационная технология уже вышла из стадии разработки и спасла ИскИнов от изоляции в примитивных комлогах.
Так появились автономные крестоформы, не менее полезные, нежели порталы. Если Сеть давала свободу перемещения, то крестоформы — сняли ограничение во времени. Жизнь-то вечная! Первым оправданным применением бессмертия стали прыжки на спин-звездолетах. В момент ускорения пилот растекается в протоплазму, а через пару часов — вот он стоит на мостике, свеженький, как огурчик… А зачем лететь дольше, если можно — дальше?
Эндимион и его восход
Дальше, как говорится, больше.
Вторая дилогия, в отличие от первой, посвящена не великолепному разрушению, а трудоемкому созиданию. Но происходит это строительство как бы за кадром — все благодаря оправдавшему себя перемещению во времени. В свободное от благих целей время главные герои — Энея, будущая мессия, и Рауль Эндимион (его не звали Пауль!), временно стерилизованный пастух с Гипериона, занимаются попытками спастись от наступающей на пятки Инквизиции и расставляющего хитроумные ловушки Техно-Центра.
На старом корабле Консула они достигают планеты бывшей Сети и на обыкновенном бревенчатом плоту сплавляются по реке Тетис. Изредка Шрайк, как Терминатор-2, помогает им выжить. К сожалению, веслами работать Шрайк не умеет… Миры, через которые проходит река, утратили свое былое великолепие — многие лежат в руинах, терраформы вообще непригодны для существования — но жизнь теплится, находит обходные пути… И яростно противится распространению крестоформной заразы.
Река Тетис течет вспять. И несет сквозь высокотехнические порталы троих путешественников — Энею, Рауля Эндимиона и А.Беттика — на обыкновенном бревенчатом плоту (рисунок Майкла Уэлана).
Во второй книге двенадцатилетняя Энея подрастает, превращаясь в симпатичную молодую женщину — самое время Раулю по уши влюбиться. Повествование ведется от первого лица, и поэтому искренне разбавлено незлым пастушеским скудоумием. В то же время складывается ощущение, что Симмонс решил втиснуть в последний том все накопленные умозаключения и философские сентенции: отсюда почти тысяча страниц и откровенно скучные моменты.
Сюжет прост и большей частью состоит из залпов ружей, которые были развешаны в трех предыдущих томах. Но в этом канонадном оркестре есть главная — и новая — пушка: Энея, дочка Ламии Брон и Джона Китса, шагнувшая более двух столетий назад в портал Гробниц, и, наконец, ставшая Той-Кто-Учит. Чему она учит, до последних глав романа не понятно, ибо жуткие порождения Техно-Центра и сторонники Инквизиции постоянно прерывают ее робкие попытки объяснить.
Последний паззл втиснут в общую картину, но на поверку он оказывается таким неформатным, что расталкивает, разрушает все, что так долго и с таким трудом собиралось.
И это — хорошо. Если верить главному принципу наследия Той-Кто-Учит: «Выбери снова!». И что же выбирает человечество? Свободу и сопереживание.
Вселенная разложена по полочкам, свобода выбора восторжествовала, читатель восхищенно сдерживает подкрадывающуюся к губам скептическую ухмылку… И искренне сочувствует Энее.
Земля старая, обновлённая
Не Китсу, не Лонгу и даже не Чосеру обязан Симмонс своим хэппи-эндом, а Герберту Уэллсу с его «Машиной времени». Всех загадочных персонажей цикла ожидает неожиданный финал. А ничуть не менее загадочный Шрайк, состоящий из нескольких метров шипов, колючек и ятаганов, все так же молчаливо и недвижимо будет стоять над могилой поэта, имя которого написано в вечности…
Или, по крайней мере, под эпиграфом сей скромной статьи.
Песни Гипериона: боги, чудовища и мессии
И началось великое расселение на другие планеты. И уничтожена была Земля. И раскололось человечество на две ветви.
Первая сохранила себя, изменяя миры вокруг. Вторая изменила себя, приспосабливаясь к невыносимым условиям космоса. Имя им стало – Бродяги. Они вернулись из далекого космоса, предвещая гибель всего сущего.
И начались последние дни человечества. Открываются Гробницы времени на планете Гиперион. И направились туда семь паломников. Каждый со своей историей, со своим горем, со своей надеждой. И встретили они Шрайка.
Предупреждение, которое стоит прочитать заранее
Наверное, сразу стоит сказать, что адептам христианства следует подумать, прежде чем начать прочтение. «Гиперион» может оскорбить те самые чувства верующих, которые так хочет защитить российское правительство. Может, поэтому «Гиперион» практически нереально найти в продаже? Если же вас не пугает критика церкви и ее политики – добро пожаловать в мир «Песен Гипериона». В мир ИскИнов, генетических модификаций, космических деревьев, орбитальных лесов вокруг солнц, разумных космических кораблей и, конечно же, Шрайка.
О том, как читать «Песни Гипериона»
Серия «Песни Гипериона» включает в себя две дилогии. Первая, «Гиперион» и «Падение Гипериона», рассказывает о событиях буквально нескольких дней, в которые входит шесть историй паломников, интриги в управлении Гегемонии Человека и последняя битва всего мироздания.
Вторая дилогия, «Эндимион» и «Восход Эндимиона», рассказывает о том, что произошло через двести семьдесят лет после событий первых двух книг. На Гиперионе появляется мессия, которому суждено повести человечество по новому пути.
Но обо всем по порядку.
Из-за Большой ошибки ученых (очевидно, они создали неправильный коллайдер) Землю поглотила черная дыра. Незадолго до этого человечество успело покинуть родную планету и начать Хиджру – переселение в другие миры. ИскИны – искусственные интеллекты, которые к тому моменту обрели разум и относительную свободу, подарили людям корабли с двигателями Хокинга (да-да, того самого). Эти корабли могли развивать скорость выше скорости света, что сильно ускоряло космические путешествия. Вместе с этим ИскИны подарили человечеству Нуль-Т порталы для мгновенного перемещения в пространстве и мультлинии – сверхсветовое средство связи. Без этих изобретений человечество не смогло бы построить Гегемонию Человека – политическую систему, в которую вошли сотни разных планет. Эти планеты соединены Нуль-Т порталами – Великой Сети.
Столица Гегемонии находится на планете Тау Кита Центр, где расположен Дом Правительства. Высшим должностным лицом является Секретарь Сената – Мейна Гладстон. Для того, чтобы в реальном времени управлять сотнями миров, был создан Альтинг. Это информационная система, к которой может обратиться любой гражданин в любое время. Все вопросы рассматриваются в реальном времени, что требует колоссальных затрат энергии. Для этого используется шесть тысяч искусственных интеллектов.
За Великой Сетью живут Бродяги – мутанты, которые когда-то были людьми. Бродяги возвращаются из глубокого космоса на своих огромных кораблях, чтобы уничтожить человечество. До последней битвы остается все меньше времени. Гробницы времени на Гиперионе, построенные в далеком будущем, начинают открываться.
И появляется Шрайк. Чудовище. Муза.
Родина Шрайка, Гиперион – планета на окраине Галактики, названная колонистами с одноименного спутника Сатурна. Спутник Сатурна, в свою очередь, был назван в честь древнегреческого титана.
Гиперион покрыт лесами и болотами, небо над головой – лазурно-голубое, какого никогда не бывает на Земле. В лесах растут уникальные электрические деревья Тесла. На Гиперионе нет Нуль-Т порталов, нет инфосферы, эта планета не испорчена человеческими технологиями.
Но Гиперион не так прост, как кажется на первый взгляд. Согласно пророчеству, на Гиперионе будут вершиться главные события. Гиперион является одной из девяти планет, на которых расположены таинственные огромные Лабиринты. Они были построены задолго до прибытия людей. Или же в будущем.
Поразительное свойство Гипериона – отсутствие тектонической активности. Это значит, что на планете нет электромагнитного поля, как на Земле. Гиперион в этом отношении похож скорее на Марс. Но самой главной «достопримечательностью» Гипериона являются Гробницы времени – загадочными строениями, которые движутся из прошлого в будущее. Гробницы были закрыты много лет. Их защищали антиэнтропийные поля, и никто не может проникнуть внутрь.
К Гробницам совершались многочисленные паломничества адептов Церкви Последнего искупления. Но Шрайк обычно оставлял в живых только одного паломника. Это почему-то не останавливало следующих паломников. Религия творит странные вещи с людьми. Особенно если поклоняешься чудовищу.
Объект поклонения Церкви Последнего искупления – Шрайк. Его называют Повелителем Боли. Это трехметровое чудовище с четырьмя руками, покрытое колючей проволокой и металлическими шипами. Его пальцы – скальпели, ноги – лопасти, фасеточные глаза сияют рубинами. На груди острый шип, на который Шрайк насаживает своих жертв. Он весит целую тонну в один момент и становится невесомым в другой. Шрайк способен перемещаться во времени и пространстве. Шрайк – палач, он насаживает своих жертв на шипы дерева боли, и они испытывают бесконечные муки. Муки продолжаются даже тогда, когда жертва уже должна умереть. Но эти муки не заканчиваются. Никогда.
На мой взгляд, ни один арт не отражает того ощущения, которое испытываешь при чтении, поэтому я опираюсь на книжные иллюстрации.
Одной из главных движущих сил в «Гиперионе» являются ИскИны. Техно-Центр – кибернетическое пространство, где они обитают.
У ИскИнов есть свой Высший разум, подобие человеческого Бога. Машинный ВР обитает в будущем, и противостоит человеческому ВР. Есть версия, что Шрайка и Дерево Боли изобрел именно Техно-Центр, чтобы выманить сбежавшую из будущего в настоящее частицу человеческого Высшего разума.
Не поняли, о чем речь? О, «Гиперион» – он такой. Ни на минуту не даст мозгу расслабиться или заскучать.
Но вернемся к ИскИнам. Они разделились на три фракции: Ортодоксы, Ренегаты и Богостроители. Первые – Ортодоксы – хотели использовать людей для своих целей. Ренегаты хотели уничтожить человечество. А Богостроители хотели создать машинного Бога. И у них получилось. Однажды в далеком будущем они создали свой Высший разум.
Помимо ИскИнов важную роль в книге играют Бродяги. Изначально они описываются как длиннорукие-длинноногие высокие люди, приспособившиеся к невесомости и жизни в космосе. Но по ходу действия появляются и Бродяги других видов. Некоторые из них могут жить в открытом космосе – у них есть крылья, которые ловят солнечный ветер. Вокруг планет Бродяги выращивают орбитальные леса, чтобы жить в них. Считается, что Бродяги хотят уничтожить человечество и занять его место.
Но у последней войны есть и другие уровни, на которых идет борьба.
В каждом развитом мире Великой Сети существует инфосфера – связь планетарного масштаба. Аналог Интернета, но более продвинутый. Инфосферы планет объединяются в единую мегасферу, которая скрепляется мультлиниями с помощью Связующей Бездны.
Порталы Нуль-Т действуют, как врата, мгновенно перенося людей и предметы с планеты на планету. Для этого используется Связующая бездна – гиперпространство, в котором можно перемещаться куда угодно за бесконечно малое количество времени. Внутри нее три основополагающие физические константы: гравитационная, постоянная Планка и скорость света.
Это отдельный континуум, существующий вне нашего пространства. Неизученное пространство, которое считается просто ресурсом для бездумного использования.
Края Связующей Бездны остаются открытыми для того, чтобы поддерживать постоянную работу Нуль-сети с помощью совокупности микро-сингулярностей. Довольно жутко, если вдуматься.
Человечество освоило путешествия быстрее скорости света. Вернее, ИскИны позволили человечеству освоить их, сделав несколько бесценных подарков.
Первое, что помогло начаться переселению с Земли – Хиджре – это двигатель Хокинга, который движется быстрее скорости света. Технически двигателем не является. На самом деле это устройство использует ресурсы Связующей Бездны, чтобы делать скачки в пространстве.
Мультлинии – сверхсветовое средство связи, является еще одним подарком Техно-Центра и тоже использует ресурсы Связующей Бездны.
Нуль-Т каналы – очередной подарок Техно-Центра человечеству. Звездные врата «Гипериона». Техно-Центр создал целую реку – Тетис – которая текла через десятки разных миров. Путешественник, плывущий по великой реке, мог познакомиться с этими мирами.
На этом основные подарки от Техно-Центра закончились. Но были и другие технологии.
Например, крестоформ – загадочный органический компьютер, который с помощью мономолекулярных нитей врастает в тело человека, принося ему бессмертие. Если человек умирает, крестоформ восстанавливает его тело и память. Имеет форму розоватого креста, обычно «закрепляется» на груди. При извлечении крестоформа из тела человек умирает. Только Шрайк может удалить крестоформ и оставить человека в живых. Но он редко пользуется этим умением.
Еще одним изобретением стал ковер-самолет. Да-да, самый настоящий ковер-самолет, использующий для полетов магнитное поле планеты. Изобрел его, между прочим, русский ученый еще на Старой Земле. На Гиперионе со слабым электромагнитным полем ковер летает низко и только благодаря своей небольшой массе. Может развивать скорость до 300 км/ч и летать до 1000 часов без подзарядки.
Последнее изобретение, которое я хочу описать – это кибрид. Восстановление умершей личности по генетическому материалу, сознание которой находится внутри Техно-Центра. Гегемония человека и ИскИны проводили эксперименты по созданию кибридов параллельно друг с другом. Но все кибриды Гегемонии сошли с ума.
Со временем кибрид может осознать себя, как часть искусственного интеллекта, и изменить свою программу. Самым удачным экспериментом Техно-Центра по восстановлению личности стал Джон Китс.
Нельзя оставить без внимания Джона Китса. Именно этот поэт XIX века вдохновил Дэна Симмонса на написание тетралогии.
Дэн Симмонс был большим поклонником поэта. «Гиперион» и «Эндимион» – названия поэм Китса, названия которых Симмонс позаимствовал для своих книг.
«Эндимион» рассказывает о любви богини луны к простому пастуху, о поиске своего идеала на Земле и единении человеческих душ. Более серьезный и трагичный «Гиперион» рассказывает о падении титанов и победе олимпийских богов. Китс не успел дописать «Гиперион», поскольку в 25 лет умер от туберкулеза.
Джон Китс и сам появляется на страницах первых двух романов. ИскИны с помощью ДНК поэта создали его кибрида. С помощью стихотворений, поэм и множества писем, Техно-Центр воссоздал не только тело, но и личность Китса. Сознание его находилось одновременно в теле и в Техно-Центре.
Китс появляется в книге в трех воплощениях. Об одним из них расскажет Ламия. О втором практически ничего не известно, кроме того, что он тоже умер от туберкулеза, как и оригинал.
Третий Джон Китс может видеть сны о Гиперионе и о паломниках, которые приближаются к Гробницам времени. Но зачем они туда идут?
Церковь Последнего искупления считает, что количество паломников должно выражаться простым числом. Но в живых останется только один. Он станет избранником Шрайка, а остальные проведут остаток вечности на шипах Дерева Боли.
Грядет Судный день. Гробницы времени начинают открываться. Приливы времени становятся все сильнее. Согласно древнему пророчеству, в последнее паломничество должны отправляется семь человек. Они не адепты Церкви Последнего искупления, но, возможно, могут помешать Гробницам открыться.
Эти люди никак не связаны друг с другом. Ученый, поэт, детектив, консул, тамплиер, военный и христианский священник. Но каждый из них связан с тайной Гробниц времени и Шрайком.
У каждого своя история. Своя тайна. Но каждый из них расскажет, что привело его сюда. Среди паломников есть предатель, агент Бродяг, но неизвестно, кто это. Истории могут помочь определить предателя.
Мотив паломничества и историй Симмонс взял из «Кентерберийских рассказов» Джеффри Чосера.
В произведении Чосера паломники направлялись к мощам Томаса Беккета, архиепископа Кентерберийского, и договорились, что во время пути каждый расскажет несколько историй.
Первым рассказывал Ленар Хойт – человек, который искал Бога.
Когда он был еще молод, более опытный священник Поль Дюре, отправился на Гиперион. В лесах, вдали от цивилизации, он нашел племя умственно отсталых, низкорослых, бесполых существ, которые называли себя бикура. Их было ровно шестьдесят девять. Не больше, не меньше. И число это никогда не менялось. На груди каждого бикура был вырост в форме креста. Они называли его крестоформом. Единственная причина, почему они не убили Поля Дюре – это крест, который он носил на груди.
Но крест и крестоформ – не одно и то же. И бикура заставили священника принять крестоформ, чтобы он стал, как они.
Ленар Хойт отправился на Гиперион вслед за отцом Дюре и нашел его. Но лучше бы не находил.
Вторым поделился историей полковник в отставке Федман Кассад, прозванный за боевые заслуги Мясником Брешии. Он родился на Марсе, в Фарсиде, в лагере палестинских беженцев. В подростковом возрасте он вляпался в нехорошую историю и попал под суд. Тогда Кассаду пришлось вступить в войска.
Однажды на обучении в виртуальной реальности он встретил женщину по имени Монета, которую сразу же полюбил.
Она являлась Кассаду несколько раз, а затем исчезла. Он искал ее среди курсантов, но не мог найти. Кассад уже начал думать, что эта женщина – плод его воображения, но она явилась снова. Не в виртуальной реальности, а наяву, на настоящей войне.
В последний раз они встретились на Гиперионе. Монета рассказала, что вместе с Гробницами времени движется из будущего в прошлое, поэтому первая встреча для Кассада была последней для нее.
Эта женщина непостижимым образом связана со Шрайком, она могла даже контролировать монстра. Именно поэтому Гегемония выбрала Кассада для паломничества.
Третий рассказчик – поэт Мартин Силен родился на Старой Земле. Большая ошибка уже произошла, и планета доживала свои последние дни. Это случилось несколько веков назад, так что Силен по сути является самым старым человеком в мире. Он смог так долго прожить благодаря долгим путешествиям в криогенной камере.
С Земли Силен отправился на планету Небесные врата, где последствия криогенной заморозки на некоторое время сделали его имбецилом. Но разум вернулся к поэту, и он вновь начал писать.
В мире бесконечных развлечений давно не производили ничего серьезного, и книга Мартина Силена «Умирающая Земля» стала бестселлером, а сам он – знаменитостью.
Но муза покинула его, а продолжения в виде десятки сиквелов «Умирающей Земли» были больше похожи на бульварное чтиво, чем на настоящую поэзию со смыслом.
Потеряв вдохновение, Силен отправился на Гиперион, где изгнанный король Билли организовал Град Поэтов для всех желающих творить. Там Силен неожиданно нашел свою музу. Шрайка.
Сол Вайнтрауб – еврейский ученый и четвёртый рассказчик – однажды увидел во сне бога, который велел ему повторить деяние Исаака. Сол должен принести в жертву свою единственную дочь Рахиль. Ученый не поверил, что это просто сон.
В то время Рахиль находилась на Гиперионе. Она изучала Гробницы времени и их защитные антиэнтропийные поля. Рахиль удалось проникнуть внутрь одной из Гробниц, но ее накрыло антиэнтропийное излучение. После этого она начала с каждым днем молодеть, расти в обратную сторону, забывая все, что с ней случалось. Этот недуг назвали болезнью Мерлина.
Медики не знали, как справиться с ее болезнью. Тем временем Сол вновь начал видеть сны, в которых бог велел ему отправиться на Гиперион и принести свою единственную дочь в жертву.
Шли годы, Рахиль становилась все младше. И вот, когда уже она почти стала новорожденным младенцем, Сол согласился стать паломником и полететь на Гиперион, чтобы помочь дочери. Или же принести ее в жертву, как велел бог.
Пятой свою историю поведала детектив Ламия Брон.
Однажды к ней пришел таинственный незнакомец по имени Джонни. Это был не просто человек, а кибрид, клон легендарного Джона Китса. ТехноЦентр создал Джонни, но кто-то пытался отключить его и лишить воспоминаний. Джонни нанял Ламию выяснить, кто это сделал. Ламия погрузилась в тайны ТехноЦентра и узнала, что среди ИскИнов идет гражданская война.
Она влюбилась в Джонни, а он перед своей окончательной физической смертью оставил свою личность в петле Шрюна – в небольшом чипе в теле Ламии. Джонни должен был стать паломником, а не она. Но, поскольку его личность осталась в Ламии, то он тоже отправился вместе с остальными.
Интересно, что фамилия Ламии – Брон. Такая же фамилия была у Фанни, жены Джона Китса, которая была для него единственной любовью и музой. Фанни Брон Китс посвятил стихотворение «Яркая звезда».
Шестым и последним свою историю рассказал Консул, имени которого в книге не упоминалось. Именно от его лица ведется повествование первого романа.
Он рассказал историю космонавта, который раз в несколько месяцев прилетал на планету Мауи-Обетованная. Он встретил там девушку Сири и влюбился в нее. Но для него проходили месяцы, а для Сири десятилетия. Но он возвращался к ней, а она ждала его – всегда. У них даже были дети.
Мауи-Обетованная не зря носила такое название – это была планета-рай с уникальной экосистемой, практически нетронутой человеком. Но однажды на планету пришла Гегемония Человека, чтобы добывать на Мауи-Обетованной полезные ископаемые.
Сири стала предводителем восстания против вмешательства в экологию, но Гегемония все равно построила нефтяные платформы и уничтожила первозданный облик планеты.
Консул рассказал историю своей бабушки Сири и вместе с этим историю целой планеты, которая пала под гнетом Гегемонии Человека.
Седьмой участник паломничества не успел ничего рассказать. Хет Мастин был из ордена тамплиеров, капитаном космического корабля-дерева Иггдрасиль. Тамплиеры – это замкнутый орден, о котором мало что было известно.
Паломники связаны друг с другом, с Шрайком, с Гиперионом, с Бродягами, и постепенно перед ними встает общая картина. Тем временем на Гиперионе устанавливают Нуль-Т канал для мгновенных перемещений между ним и другими планетами.
И начинается последняя война, исток которой – в далеком-далеком будущем.
В этой войне три главные движущие силы: люди, Бродяги и ИскИны. А кто на чьей стороне – этот вопрос остается открытым на протяжении всей первой дилогии.
Последняя битва имеет размах, который практически невозможно представить. Сражения идут на разных планетах, отдаленных друг от друга, в настоящем и будущем, в реальном пространстве и в киберпространстве Техно-Центра.
Это действительно эпическая битва. Но описана она емко, ярко и динамично. Заскучать вряд ли получится. Она читается на одном дыхании, от нее невозможно оторваться. И эта битва, пожалуй, лучшее, что есть в «Песнях Гипериона».
На все вопросы найдутся ответы, все линии обретут логическое завершение, а полковник Федман Кассад победит легион Шрайков. Упс. Забудьте. Вы ничего не видели.
Когда дочитываешь последнюю страницу «Падения Гипериона» и закрываешь книгу, возникает тоскливое чувство. Неужели это конец? Так хочется остаться в этом странном и страшном мире немного дольше. История закончилась, она имеет целостность и завершенность. Все сюжетные линии автор вывел к неожиданному, но логичному финалу. Но все равно хочется ещё.
Дэн Симмонс дал поклонникам серии шанс вернуться в этот мир – он написал продолжение «Гипериона».
Вторая дилогия рассказывает о том, что произошло спустя двести семьдесят лет.
Гегемония пала, а католическая церковь стала новой диктатурой со своей штаб-квартирой на планете Пасем. Нет больше Церкви Последнего искупления, Шрайка давно уже не видели, а Гробницы времени строго охраняются. Большинство людей приняло крестоформ, который стал новым символом старой веры.
Благодаря крестоформу стало возможным использовать новую технологию – двигатель Гидеона. Его гигантские скорости не позволяют органической плоти выжить, но с помощью крестоформа ее можно восстановить. Человек подвергается длительной и болезненной процедуре воскрешения, после чего он снова может полноценно функционировать. До следующего полета на корабле с двигателем Гидеона.
Повествование ведется от лица Рауля Эндимиона, жителя Гипериона. Этот человек соответствует стереотипу тупого качка. В начале повествования он работает проводником богатых туристов на Гиперионе.
Из-за стычки с гостем Рауля приговорили к нейродеструкции. Крестоформа у парня нет, поэтому его ждет неминуемая гибель. Но тут вмешивается провидение.
Вернее, Мартин Силен, которому уже примерно полвека. Поэт спасает Рауля от казни и велит ему отправляться к Гробницам времени. Вскоре оттуда должен выйти мессия, который изменит уклад человеческой жизни.
Выбирать Раулю не приходится, и он соглашается.
Из Гробниц выходит одиннадцатилетняя девочка, которую уже ждут агенты католической церкви. Они знают, что она может быть опасна для их религии.
Энея действительно непростой ребенок. Ее сознание пробудилось еще до рождения. Энею даже нельзя назвать полностью человеком, потому что в ней есть часть Техно-Центра. Рауль спасает Энею от католической церкви, а Шрайк помогает им бежать.
И начинается погоня, которая длится не один год.
На этот раз Шрайк выступает на стороне Энеи и Рауля, но держится в тени, не выдавая, кто он и зачем.
Вторая дилогия сильно отличается от первой. Настроением, стилем повествования, содержанием. Поначалу кажется, что автор разжевывает все неясности первых двух книг. Но постепенно понимаешь, что у Энеи и Рауля своя история.
Но в их истории присутствуют такие герои, как Федман Кассад, дочь Сола Вайнтрауба Рахиль, постаревший, но не утративший обаяния Мартин Силен и Ленар Хойт, ставший новым Папой.
Рауль и Энея все время бегут. По реке Тетис, по разным планетам. Они убегают от посланников католической церкви, находят неожиданные убежища и еще более неожиданных союзников. К ним присоединяется А.Беттик из расы андроидов-рабов.
Они попадают на планету Безбрежное море, где нет суши, дома стоят на сваях, а океан бороздят гигантские (несколько километров длиной!) левиафаны. Они оказываются на горной планете Тянь-Шань, где живут выходцы из Гималаев. Жители планеты живут на вершинах гор, потому что ниже тянется слой опасных фосфогеновых облаков. Тянь-Шань является резиденцией Далай-Ламы. Рауль и Энея посещают ледяную планету, где их спасают аборигены, и планету, где основная форма сожительства и брака – menage a trois. Попросту говоря, шведская семья. Они даже попадают на Землю.
Рауль и Энея встречают расу, которая живет на планете юпитерианского типа, и Бродяг. Они узнают про расу загадочных Львов, Тигров и Медведей, которые населяют Связующую Бездну. И Шрайк следует за ними. Он помогает, но не вмешивается.
Энея говорит, что будущее постоянно меняется, но в итоге приходит именно к тому исходу, который ждала и которого боялась. И это, на мой взгляд, действительно сильный финал.
Многие поклонники тетралогии не любят последние две книги, но в них есть определенные плюсы. В их числе – личностный рост главных героев. Энея, которая впервые появляется одиннадцатилетней девочкой, растет, взрослеет, учится делать выбор, а Рауль Эндимион со временем понимает, что на самом деле важно.
Проходит несколько лет перед тем, как Энея становится мессией. Сама себя она таковой не считает. Но ей суждено стать Той-Кто-Учит, и Энея ищет слова, которые затронут людей, помогут им выбрать свой путь. И находит их.
«Когда я была маленькая… то есть совсем маленькая, еще до встречи с тобой… и знала, что должна буду пройти через такое вот… я все думала, какую же весть я принесу человечеству. В смысле, кроме того, чему собиралась учить. Что-нибудь такое мудрое, глубокое. Вроде Нагорной проповеди. Я сократила послание до тридцати пяти слов. Слишком длинно. До двадцати семи. Все равно длинно. Через несколько лет оно уменьшилось до десяти слов. Все равно слишком длинно. Потихоньку я сделала из него квинтэссенцию – два слова.
– Два слова? – переспросил я. – Какие?
– Выбери снова.
– Нельзя ли как-то пояснить?
– Нет. В том-то и суть. В простоте. Назови какую-нибудь категорию и сам поймешь, в чем тут дело».
Что общего у этих двух дилогий, помимо Шрайка и нескольких общих героев? Пожалуй, общая идея отношений бога и человека. Что такое бог? Создал ли он человека? Или же наоборот – человек создал бога?
Эти вопросы бесконечны. Можно ли найти ответы? Ответы на эти вопросы тоже бесконечны.
Но из бесчисленного множества ответов можно выбрать. И выбрать снова.