ассоль пошла на крайние меры но алые паруса так и не появились
Сочинения к варианту №1 ОГЭ-2022 по русскому языку
3 сочинения к новому сборнику ОГЭ-2022 «36 типовых вариантов» под редакцией И.П. Цыбулько.
Когда Ассоль исполнилось восемь лет, отец выучил её читать и писать.
Он стал изредка брать её с собой в город, а затем посылать даже одну.
Однажды в середине такого путешествия к городу девочка присела у дороги съесть кусок пирога.
(1)Когда Ассоль исполнилось восемь лет, отец выучил её читать и писать.
(2)Он стал изредка брать её с собой в город, а затем посылать даже одну.
(З)Однажды в середине такого путешествия к городу девочка присела у дороги съесть кусок пирога. (4)Перекусывая, она разбирала игрушки; из них две-три оказались новинкой для неё: Лонгрен сделал их ночью. (5)Одной из них была миниатюрная гоночная яхта. (б)Белое судёнышко подняло алые паруса, сделанные из обрезков шёлка. (7)Ассоль пришла в восхищение. (8)Пламенный весёлый цвет так ярко горел в её руке, как будто она держала огонь. (9)Дорогу пересекал ручей, который уходил в лес.
(10)«Если я спущу её на воду поплавать немного, — размышляла Ассоль, — она ведь не промокнет. (11)Девочка осторожно спустила на воду пленившее её судно и побежала за уплывающей игрушкой, надеясь, что её где-нибудь прибьёт к берегу. (12)Она старалась не терять из виду красивый, плавно убегающий треугольник парусов, спотыкалась, падала и снова бежала.
(13)В такой безуспешной и тревожной погоне прошло около часа, когда с удивлением, но и с облегчением Ассоль увидела, что деревья впереди свободно раздвинулись, пропустив синий разлив моря, облака и край жёлтого песчаного обрыва, на который она выбежала, почти падая от усталости. (14)С невысокого, изрытого корнями обрыва Ассоль увидела, что у ручья, на плоском большом камне, сидит человек, держа в руках сбежавшую яхту, и рассматривает её с любопытством слона, поймавшего бабочку.
(15)Это был Эгль, известный собиратель песен, легенд, преданий и сказок.
— (16)Теперь отдай мне, — несмело сказала девочка. — (17)Ты как поймал её?
(18)Эгль поднял голову и с минуту разглядывал девочку, улыбаясь. (19)Каждая черта Ассоль была выразительно легка и чиста, как полёт ласточки.
— (20)Клянусь Гриммами, Эзопом и Андерсеном, — сказал Эгль, посматривая то на девочку, то на яхту. — (21)Это что-то особенное. (22)Это твоя штука?
— (23)Да, я за ней бежала по ручью. (24)Она была тут?
— (25)У самых моих ног. (26)Как зовут тебя, крошка?
— (27)Ассоль, — сказала девочка, пряча в корзину поданную Эглем игрушку.
— (28)Хорошо, — продолжал старик. — (29)Я занимался, сидя на этом камне, сравнительным изучением финских и японских сюжетов, как вдруг ручей выплеснул эту яхту, а затем появилась ты. (30)Я, милая, поэт в душе — хоть никогда не сочинял сам. (31)Что у тебя в корзинке?
— (32)Лодочки, — сказала Ассоль, встряхивая корзинкой.
— (ЗЗ)Отлично. (34)Тебя послали продать. (35)По дороге ты занялась игрой: пустила яхту поплавать, а она сбежала — ведь так?
— (36)Ты разве видел? — с сомнением спросила Ассоль. — (37)Тебе кто-то сказал или ты угадал?
— (38)Я это знал. (39)Потому что я — самый главный волшебник. (40)Тебе нечего бояться меня, — серьёзно сказал он. — (41)Напротив, мне хочется поговорить с тобой по душам.
(42)Тут только он уяснил себе, что в лице девочки было так пристально отмечено его впечатлением: невольное ожидание прекрасного, блаженной судьбы.
— (43)Ах, почему я не родился писателем? — продолжал Эгль. (44)Ну-ка, слушай меня внимательно. (45)Я был в той деревне, откуда ты, должно быть, идёшь, в Каперне. (46)Я люблю сказки и песни, и просидел я в деревне той целый день, стараясь услышать что-нибудь, никем не слышанное. (47)Но у вас не рассказывают сказок. (48)У вас не поют песен. (49)А если рассказывают и поют, то, знаешь, эти истории о хитрых мужиках и солдатах, с вечным восхвалением жульничества, эти грязные, как немытые ноги, грубые, как урчание в животе, коротенькие четверостишия с ужасным мотивом.
(50)Не знаю, сколько пройдёт лет, только в Каперне расцветёт одна сказка памятная надолго. (51)Ты будешь большой, Ассоль. (52)Однажды утром в морской дали под солнцем сверкнёт алый парус. (53)Сияющая громада парусов белого корабля двинется, рассекая волны, прямо к тебе. (54)Тихо будет плыть этот чудесный корабль; на берегу много соберётся народу, удивляясь и ахая: и ты будешь стоять там. (55)Корабль подойдёт величественно к самому берегу под звуки прекрасной музыки; нарядная, в коврах, в золоте и цветах, поплывет от него быстрая лодка. (56)Тогда ты увидишь храброго красивого принца. «(57)3дравствуй, Ассоль! — скажет он. — (58)Далеко-далеко отсюда я увидел тебя во сне и приехал, чтобы увезти навсегда в своё царство.
(59) У тебя будет всё, чего только ты пожелаешь; жить с тобой мы станем так дружно и весело, что никогда твоя душа не узнает слёз и печали».
(60) Он посадит тебя в лодку, привезёт на корабль, и ты уедешь навсегда в блистательную страну, где восходит солнце и где звёзды спустятся с неба чтобы поздравить тебя с приездом.
— (61)Это всё мне? — тихо спросила девочка. (62)Её серьёзные глаза просияли доверием. — (бЗ)Может быть, он уже пришёл. тот корабль?
— (64)Не так скоро, — возразил Эгль, — сначала, как я сказал ты вырастешь — и это сбудется. (65)Что бы ты тогда сделала?
— (66)Я? (67)Я бы его любила, — поспешно сказала она и не совсем т » прибавила: — Если он не дерётся.
— (68)Нет, не будет драться, — сказал волшебник, таинственно подмигнув — не будет, я ручаюсь за это. (69)Иди, девочка, и не забудь того, что сказал я. (70)Иди. (71)Да будет мир пушистой твоей голове!
9.1 Напишите сочинение-рассуждение, раскрывая смысл высказывания известного лингвиста Н.Ф. Бунакова: «Грамматика может показать, как люди пользуются языком для выражения всех богатств своего внутреннего мира».
Грамматика – это раздел науки о языке, включающий в себя морфологию и синтаксис. Известный лингвист Н.Ф. Бунаков утверждает, что знание грамматических норм помогает людям передавать оттенки своих чувств и переживаний. Приведём примеры из текста, подтверждающие эти мысли.
Так, например, 42 предложение – это сложная синтаксическая конструкция с разными видами связи: подчинительной и бессоюзной. На союзное слово «что» падает логическое ударение: автору важно подчеркнуть, что девочка с первого взгляда привлекала внимание сказочника Эгля. Перед третьей частью сложного предложения ставится двоеточие, так как А. Грин поясняет, какое сильное впечатление произвела на героя Ассоль своим «невольным ожиданием прекрасного». Благодаря этому читатель понимает, что главная героиня – очень необычный человек с богатым внутренним миром.
Кроме того, в середине 63 предложения стоит многоточие, что тоже немаловажно для характеристики литературного персонажа. Ассоль делает паузу, не сразу решаясь произнести вслух заветное слово «корабль». Благодаря этому знаку препинания мы видим, что девочка очень доверчива и даже немного наивна, но её искренняя вера в мечту трогает сердце читателя.
Таким образом, именно грамматика позволяет нам передавать свои чувства и эмоции и помогает людям понимать друг друга.
9.2 Напишите сочинение-рассуждение. Объясните, как Вы понимаете смысл предложения 42: «Тут только он уяснил себе, что в лице девочки было так пристально отмечено его впечатлением: невольное ожидание прекрасного, блаженной судьбы».
Смысл приведённого фрагмента текста я понимаю так: Ассоль – тонкая, ранимая натура с необычным взглядом на жизнь и богатым внутренним миром. Она произвела сильное впечатление на волшебника Эгля своей верой в светлое будущее и ожиданием настоящего чуда. Приведём примеры из текста, подтверждающие эти мысли.
Во-первых, в предложениях 5-8 автор говорит о том, какое сильное восхищение испытывает его героиня, наблюдая за игрушкой. Это было «белое судёнышко» с яркими алыми парусами, и девочке кажется, что она держит в руках огонь. Ассоль – необыкновенный человек, потому что в самой простой вещи она может увидеть нечто прекрасное.
Во-вторых, в предложении 62 говорится о том, что «серьёзные глаза» Ассоль «просияли доверием», когда она услышала предсказание Эгля. Девочка искренне верит каждому слову волшебника, потому что она действительно мечтает о таком будущем. Герой дарит Ассоль надежду, и она по-настоящему благодарна этому человеку.
Итак, Ассоль с детства верила в свою «блаженную судьбу», и это помогло ей стать счастливой. Тот, кто до самого конца следует за своей мечтой, обязательно будет вознаграждён.
9.3 Как Вы понимаете значение слова НАДЕЖДА?
Что даёт человеку надежда? Можно смело утверждать, что она окрыляет нас и в трудную минуту дарует силы для движения вперёд. Даже в самые тяжёлые моменты нельзя утрачивать последнюю надежду: чёрная полоса обязательно уступит место белой. Обратимся к тексту, чтобы подтвердить эти мысли.
Так, в предложениях 61-67 говорится о том, что у девочки Ассоль появилась мечта о корабле с алыми парусами. Она поверила предсказанию волшебника Эгля, и «её серьёзные глаза просияли доверием». Теперь она будет ждать храброго и красивого принца, потому что в её душе зародилась надежда на прекрасное будущее.
Во многих произведениях художественной литературы надежда становится главным источником жизни и вдохновения для героев. Например, героиня романа А.С. Пушкина «Капитанская дочка» Маша Миронова отправляется к самой императрице, чтобы защитить любимого человека. Это очень смелый поступок, на который девушка решилась потому, что у неё осталась слабая надежда на благополучный исход.
Таким образом, можно сделать вывод, что без надежды человеку трудно выжить, и именно она иногда спасает нас и помогает изменить жизнь в лучшую сторону, обрести счастье.
Ассоль пошла на крайние меры но алые паруса так и не появились
Лонгрен, матрос «Ориона», крепкого трехсоттонного брига[1], на котором он прослужил десять лет и к которому был привязан сильнее, чем иной сын к родной матери, должен был наконец покинуть эту службу.
Это произошло так. В одно из его редких возвращений домой он не увидел, как всегда еще издали, на пороге дома свою жену Мери, всплескивающую руками, а затем бегущую навстречу до потери дыхания. Вместо нее у детской кроватки – нового предмета в маленьком доме Лонгрена – стояла взволнованная соседка.
– Три месяца я ходила за нею, старик, – сказала она, – посмотри на свою дочь.
Мертвея, Лонгрен наклонился и увидел восьмимесячное существо, сосредоточенно взиравшее на его длинную бороду, затем сел, потупился и стал крутить ус. Ус был мокрый, как от дождя.
– Когда умерла Мери? – спросил он.
Женщина рассказала печальную историю, перебивая рассказ умильным гульканием девочке и уверениями, что Мери в раю. Когда Лонгрен узнал подробности, рай показался ему немного светлее дровяного сарая, и он подумал, что огонь простой лампы – будь теперь они все вместе, втроем – был бы для ушедшей в неведомую страну женщины незаменимой отрадой.
Месяца три назад хозяйственные дела молодой матери были совсем плохи. Из денег, оставленных Лонгреном, добрая половина ушла на лечение после трудных родов, на заботы о здоровье новорожденной; наконец потеря небольшой, но необходимой для жизни суммы заставила Мери попросить в долг денег у Меннерса. Меннерс держал трактир, лавку и считался состоятельным человеком.
Мери пошла к нему в шесть часов вечера. Около семи рассказчица встретила ее на дороге к Лиссу. Заплаканная и расстроенная, Мери сказала, что идет в город заложить обручальное кольцо. Она прибавила, что Меннерс соглашался дать денег, но требовал за это любви. Мери ничего не добилась.
«У нас в доме нет даже крошки съестного, – сказала она соседке. – Я схожу в город, и мы с девочкой перебьемся как-нибудь до возвращения мужа».
В этот вечер была холодная, ветреная погода; рассказчица напрасно уговаривала молодую женщину не ходить в Лисс к ночи. «Ты промокнешь, Мери, накрапывает дождь, а ветер, того и гляди, принесет ливень».
Взад и вперед от приморской деревни в город составляло не менее трех часов скорой ходьбы, но Мери не послушалась советов рассказчицы. «Довольно мне колоть вам глаза, – сказала она, – и так уж нет почти ни одной семьи, где я не взяла бы в долг хлеба, чаю или муки. Заложу колечко, и кончено». Она сходила, вернулась, а на другой день слегла в жару и бреду; непогода и вечерняя изморось сразила ее двухсторонним воспалением легких, как сказал городской врач, вызванный добросердной рассказчицей. Через неделю на двуспальной кровати Лонгрена осталось пустое место, а соседка переселилась в его дом нянчить и кормить девочку. Ей, одинокой вдове, это было не трудно.
– К тому же, – прибавила она, – без такого несмышленыша скучно.
Лонгрен поехал в город, взял расчет, простился с товарищами и стал растить маленькую Ассоль. Пока девочка не научилась твердо ходить, вдова жила у матроса, заменяя сиротке мать, но лишь только Ассоль перестала падать, занося ножку через порог, Лонгрен решительно объявил, что теперь он будет сам все делать для девочки, и, поблагодарив вдову за деятельное сочувствие, зажил одинокой жизнью вдовца, сосредоточив все помыслы, надежды, любовь и воспоминания на маленьком существе.
Десять лет скитальческой жизни оставили в его руках очень немного денег. Он стал работать. Скоро в городских магазинах появились его игрушки – искусно сделанные маленькие модели лодок, катеров, однопалубных и двухпалубных парусников, крейсеров, пароходов – словом, того, что он близко знал, что, в силу характера работы, отчасти заменяло ему грохот портовой жизни и живописный труд плаваний. Этим способом Лонгрен добывал столько, чтобы жить в рамках умеренной экономии. Малообщительный по натуре, он после смерти жены стал еще замкнутее и нелюдимее. По праздникам его иногда видели в трактире, но он никогда не присаживался, а торопливо выпивал за стойкой стакан водки и уходил, коротко бросая по сторонам: «да», «нет», «здравствуйте», «прощай», «помаленьку» – на все обращения и кивки соседей. Гостей он не выносил, тихо спроваживая их не силой, но такими намеками и вымышленными обстоятельствами, что посетителю не оставалось ничего иного, как выдумать причину, не позволяющую сидеть дольше.
Сам он тоже не посещал никого; таким образом меж ним и земляками легло холодное отчуждение, и будь работа Лонгрена – игрушки – менее независима от дел деревни, ему пришлось бы ощутительнее испытать на себе последствия таких отношений. Товары и съестные припасы он закупал в городе – Меннерс не мог бы похвастаться даже коробком спичек, купленным у него Лонгреном. Он делал также сам всю домашнюю работу и терпеливо проходил несвойственное мужчине сложное искусство ращения девочки.
Ассоль было уже пять лет, и отец начинал все мягче и мягче улыбаться, посматривая на ее нервное, доброе личико, когда, сидя у него на коленях, она трудилась над тайной застегнутого жилета или забавно напевала матросские песни – дикие ревостишия[2]. В передаче детским голосом и не везде с буквой «р» эти песенки производили впечатление танцующего медведя, украшенного голубой ленточкой. В это время произошло событие, тень которого, павшая на отца, укрыла и дочь.
Была весна, ранняя и суровая, как зима, но в другом роде. Недели на три припал к холодной земле резкий береговой норд.
Рыбачьи лодки, повытащенные на берег, образовали на белом песке длинный ряд темных килей, напоминающих хребты громадных рыб. Никто не отваживался заняться промыслом в такую погоду. На единственной улице деревушки редко можно было увидеть человека, покинувшего дом; холодный вихрь, несшийся с береговых холмов в пустоту горизонта, делал открытый воздух суровой пыткой. Все трубы Каперны дымились с утра до вечера, трепля дым по крутым крышам.
Но эти дни норда выманивали Лонгрена из его маленького теплого дома чаще, чем солнце, забрасывающее в ясную погоду море и Каперну покрывалами воздушного золота. Лонгрен выходил на мостик, настланный по длинным рядам свай, где, на самом конце этого дощатого мола, подолгу курил раздуваемую ветром трубку, смотря, как обнаженное у берегов дно дымилось седой пеной, еле поспевающей за валами, грохочущий бег которых к черному, штормовому горизонту наполнял пространство стадами фантастических гривастых существ, несущихся в разнузданном свирепом отчаянии к далекому утешению. Стоны и шумы, завывающая пальба огромных взлетов воды и, казалось, видимая струя ветра, полосующего окрестность, – так силен был его ровный пробег, – давали измученной душе Лонгрена ту притупленность, оглушенность, которая, низводя горе к смутной печали, равна действием глубокому сну.
«Алые паруса» за решеткой: За что сидела настоящая Ассоль
23 ноября 1922 года Александр Грин закончил работу над своей повестью о всепобеждающей мечте и о любви, которая способна сотворить чудо. Бесконечно любимая жена Нина Николаевна Грин и стала Ассолью его жизни, чудом и мечтой, которую он стремился увезти из страшной реальности в сказку на белом корабле под алыми парусами. Но реальность оказалась к ним слишком жестока.
Приключения Грина в стране лилипутов
Парусами и морем вятич Александр Грин бредил с самого детства. Его первой прочитанной книгой стала рассказанная Джонатаном Свифтом история приключений Гулливера. В гимназии он начал сочинять стихи и жаловался на «болото предрассудков, лжи, ханжества и фальши» провинциальной жизни. В 16 лет он подался в Одессу и устроился матросом. Но вместо романтики получил только каторжный труд и полуголодное существование.
Впоследствии он перепробовал еще множество профессий и прежде чем стать писателем, дезертировал из армии, получил 10 лет ссылки за революционную деятельность, жил под чужой фамилией, разочаровался в эсерах, а затем и в революции 1917 года. Вновь к морю он попал только в 1924 году, когда его вторая жена, Нина, убедила его перебраться в Феодосию.
Нина Николаевна Миронова, по первому мужу Короткова, окончила петербургскую гимназию с золотой медалью, училась на Бестужевских курсах. Но с началом Первой мировой вошла работать в госпиталь простой медсестрой, так и не вернувшись к научным занятиям биологией.
С уже состоявшимся к тому времени писателем она познакомилась еще в начале 1918 года, когда только-только овдовела. Вскоре они потеряли друг друга почти на четыре года. А снова встретились, когда Нина голодала и от отчаяния продавала вещи. Свадьба состоялась буквально через месяц, и новобрачный торжественно вписал посвящение жене в только-только оконченную повесть «Алые паруса». Следующие одиннадцать лет влюбленные уже не расставались ни на день.
Фотографии предоставлены globallookpress.com.
Не слился с эпохой
Фактически жена обманом увезла Грина в Крым. Она притворялась больной и убеждала его, что в Феодосии почувствует себя лучше. На деле же она хотела увезти мужа от пьяных петроградских кутежей и карточных долгов.
В «Бегущей по волнам» любимый говорит Дези, что прекрасный дом, в котором они поселились, был куплен и обустроен специально для нее. А девушка спрашивает: «Не кажется ли тебе, что все может исчезнуть?»
Именно это и случилось у Грина и его Ассоль. Писатель начал тяжело пить, затем долго и почти безуспешно судился с издателями и в конце концов разорился. Супругам прошлось продать дом в Феодосии и переехать в более дешевый Старый Крым. И когда советская цензура объявила, что романтик и идеалист Грин «не сливается с эпохой», им пришлось голодать.
Александр Грин даже смастерил себе лук и стрелы, чтобы добывать птицу на пропитание. Но вскоре мучительная болезнь приковала его к постели.
Фотографии предоставлены globallookpress.com.
Она выбрала любимому место для могилы на холме, с которого видно так манившее его море. А жизнь готовила Ассоль все новые испытания.
Спасла и не спаслась
В Великую Отечественную войну Нина Николаевна Грин осталась в Старом Крыму во время немецкой оккупации, поскольку не могла оставить свою душевнобольную мать. Чтобы не умереть с голоду, она пошла работать в немецкую типографию, стала корректором, затем и редактором. За это ей давали хлебный паек и два обеда. Однажды ей, пользуясь «служебным» положением, удалось спасти 13 мирных жителей, которых собирались расстрелять в отместку за убитого партизанами офицера.
В 1944 году гитлеровцы угнали Нину Грин в Германию. Ее мать, узнав об этом, окончательно сошла с ума и умерла. Лишь спустя год вдове писателя, которая тогда думала только о создании музея, удалось вернуться на родину. Но советская власть приняла ее неласково, назначив 10 лет лагерей с конфискацией имущества за сотрудничество с оккупантами.
Все ее имущество тогда составляли дом и участок, где Грин охотился с луком. Нина Николаевна мечтала создать там музей, но первый секретарь Старокрымского райкома партии Л. С. Иванов устроил там курятник.
В лагерях Нину Николаевну поддерживала первая жена Грина, Вера. И зеки, по свидетельству очевидцев, относились к ней с заботой и уважением, даже самые отпетые. Она, оставаясь непоколебимо романтичной, работала в больнице и искала любую возможность, чтобы помочь людям. Но в конце концов и она попала в лагерь для самых изможденных и умирающих.
Курятник и вечность
Незадолго до освобождения, 4 июня 1955 года, по лагерному радио Нина Грин услышала сообщение о возобновлении на советской сцене балета «Алые паруса».
Волшебник сказал девочке Ассоль:«Однажды утром в морской дали под солнцем сверкнет алый парус. Сияющая громада алых парусов белого корабля двинется, рассекая волны, прямо к тебе».
Фотографии предоставлены globallookpress.com.
На свободу она вышла, отсидев почти весь срок, седая как лунь. Но вместо алых парусов, как она говорила позже, в душе была лишь «куча разорванных окровавленных тряпок». Тем не менее она нашла в себе силы вновь начать борьбу за создание музея. И пыталась сопротивляться слухам, которые распускал о ней не желавший расставаться с курятником партийный босс.
Так и случилось. В 1970 году был открыт музей Грина в Феодосии, а через год дом в Старом Крыму получил статус музея. Окончательная утрата курятника так раздосадовала партийное начальство, что оно распорядилось похоронить Нину Грин не рядом с мужем и матерью, как она просила, а на другом конце кладбища. Только спустя год шестеро друзей Нины Николаевны тайно выкопали гроб и перенесли к могиле писателя.
Только в 1997 году прокуратура Крыма полностью реабилитировала Нину Грин. Дело было пересмотрено, и власти подтвердили, что вдова писателя не принимала участие в карательных акциях, не была предательницей и не пособничала захватчикам.
«Когда на другой день стало светать, корабль был далеко от Каперны. Часть экипажа как уснула, так и осталась лежать на палубе, поборотая вином Грэя; держались на ногах лишь рулевой да вахтенный, да сидевший на корме с грифом виолончели у подбородка задумчивый и хмельной Циммер. Он сидел, тихо водил смычком, заставляя струны говорить волшебным, неземным голосом, и думал о счастье…»
«Повод для гордости»
Каждый день Царьград рассказывает о событии в истории нашей великой страны. Хроники прошлых лет, безусловно, пересекаются с настоящим. Оглядываясь назад, мы понимаем, на кого стоит равняться, каких ошибок следует избегать и что сделать для счастливого будущего наших детей.