игумен спасо преображенского валаамского монастыря
Управление монастырём
Валаамский монастырь включает в себя иерархически подчиненные ему подразделения: подворья, скиты, органы административно-хозяйственного управления, учебно-воспитательные и другие монастырские учреждения
Подчиняется Валаамский монастырь непосредственно Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси, который именуется Священноигуменом.
С 18 января 1993 г. игуменом Спасо-Преображенского Валаамского монастыря является епископ Троицкий Панкратий (Жердев).
Духовный собор существует в помощь игумену монастыря в управлении делами обители.
Целью Попечительского совета является содействие восстановлению и реставрации храмов, скитов и святынь Валаамского монастыря.
Приложение «Валаам»
Праздничные мероприятия на Московском Валаамского подворье
Окончилась навигация круизного флота
Еноты
Паломническая поездка прихожан Санкт-Петербургского подворья Валаамского монастыря
Посадка елей на Валааме
Валаамская осень
Делегация египетских монахов на Валааме
Освящение Креста на острове Иоанна Кронштадского
Дом паломника «ВАЛААМ»
Сорок дней со дня преставления архимандрита Мефодия
Видео
Рождество Пресвятой Богородицы | Слово иеромонаха Наума | Валаамский монастырь
Вы можете подать записки и заказать поминовения в Валаамском монастыре на нашем сайте: /rites/
Скачивайте наше мобильное приложение «Валаам» в App Store и Google Play:
Валаамский монастырь в соцсетях:
Подписывайтесь на наш канал, ставьте лайки и пишите свои комментарии!
Митрополит Феогност о Любви архимандрита Мефодия к нам всем | Валаамский монастырь
Вы можете подать записки и заказать поминовения в Валаамском монастыре на нашем сайте: /rites/
Скачивайте наше мобильное приложение «Валаам» в App Store и Google Play:
Валаамский монастырь в соцсетях:
Подписывайтесь на наш канал, ставьте лайки и пишите свои комментарии!
Вы можете подать записки и заказать поминовения в Валаамском монастыре на нашем сайте: /rites/
Скачивайте наше мобильное приложение «Валаам» в App Store и Google Play:
Валаамский монастырь в соцсетях:
Подписывайтесь на наш канал, ставьте лайки и пишите свои комментарии!
Молитва ко Пресвятой Богородице | поёт архимандрит Мефодий
Освящение поклонного креста на острове Рыбачий | Валаамский монастырь
Вы можете подать записки и заказать поминовения в Валаамском монастыре на нашем сайте: /rites/
Слушайте Валаамский распев на всех музыкальных площадках:
Скачивайте наше мобильное приложение «Валаам» в App Store и Google Play:
Валаамский монастырь в соцсетях:
Подписывайтесь на наш канал, ставьте лайки и пишите свои комментарии!
Орловские дайверы намерены продолжить поиски утраченных церковных ценностей на дне Ладоги
Посмотреть оригинал видео и прочитать статью целиком вы можете на сайте орловского информ бюро перейдя по ссылке:
https://ogtrk.ru/novosti/86066.html
«Валаам не перестает удивлять…» | Орловские дайверы в поисках утраченных ценностей
Представители дайвинг-клуба «Диво» рассказали о целях посещения острова Валаам и о новых находках на дне Ладоги.
Вы можете подать записки и заказать поминовения в Валаамском монастыре на нашем сайте: /rites/
Слушайте Валаамский распев на всех музыкальных площадках:
Скачивайте наше мобильное приложение «Валаам» в App Store и Google Play:
Валаамский монастырь в соцсетях:
Подписывайтесь на наш канал и пишите свои комментарии!
Урожай ананасов на Валааме
Рекордная жара до плюс 30 сегодня в Петербурге. Такого теплого и солнечного июня в городе туманов и дождей давно не было. Но есть регионы России, где летом плюс 17 и это уже праздник. Например, в соседней с Петербургом Карелии. Оказывается, даже в таком климате вполне можно выращивать экзотические фрукты. На острове Валаам, который относится к зоне рискованного земледелия, собрали урожай ананасов.
Грядки с видом на купола. Больше гектара – под травы для монастырского чая. Потрудиться приезжают волонтеры со всей страны.
Вы можете подать записки и заказать поминовения в Валаамском монастыре на нашем сайте: /rites/
Слушайте Валаамский распев на всех музыкальных площадках:
Скачивайте наше мобильное приложение «Валаам» в App Store и Google Play:
Валаамский монастырь в соцсетях:
Подписывайтесь на наш канал, ставьте лайки и пишите свои комментарии!
Древнее византийское пение в день Святой Троицы | Валаамский монастырь | Год 2021
Вы можете подать записки и заказать поминовения в Валаамском монастыре на нашем сайте: /rites/
Слушайте Валаамский распев на всех музыкальных площадках:
Скачивайте наше мобильное приложение «Валаам» в App Store и Google Play:
Валаамский монастырь в соцсетях:
Подписывайтесь на наш канал, ставьте лайки и пишите свои комментарии!
Молитва о Духовном Отце | Светлана Копылова | Валаамский монастырь
Светлана Копылова исполнила очень сильную песню «Молитва О Духовном Отце», в рамках творческого проекта «ВАЛААМСКИЕ ВСТРЕЧИ», который состоялся в доме паломника «Валаам» 9 мая июня 2021 года.
Вы можете ознакомится с условиями проживания и забронировать келью в доме паломника «Валаам» перейдя по ссылке:
http://dompalomnika.valaam.ru/
Вы можете подать записки и заказать поминовения в Валаамском монастыре на нашем сайте: /rites/
Слушайте Валаамский распев на всех музыкальных площадках:
Скачивайте наше мобильное приложение «Валаам» в App Store и Google Play:
Валаамский монастырь в соцсетях:
Подписывайтесь на наш канал, ставьте лайки и пишите свои комментарии!
«Каждый раз, когда надо покидать обитель, — для меня просто пытка»
С именем игумена Андроника неразрывно связан очень сложный, начальный, самый многотрудный период восстановления монастырской жизни. Достаточно сказать, что других желающих откликнуться на просьбу островной братии и занять игуменское «кресло» на Валааме — просто не было. А добровольность и согласие на эту должность учитывались Священноначалием обязательно. Слишком невероятными выглядели для многих проблемы, труды и условия, с которыми предстояло столкнуться.
Иеромонах Геронтий (Федоренко), насельник Валаамского монастыря в 1989 – 2004 годах, ныне в Свято-Троицкой Сергиевой лавре:
— Подвизаясь на Валааме первые месяцы, мы очень скоро почувствовали, что значит жить без игумена, испытали на себе скорби жития по своей воле. Наместник отец Виктор заботился о монастыре, и мы чувствовали его заботу. но жил он на питерском подворье.
Отец Андроник вместе с отцом Иаковом приезжали на Валаам ещё в то время, когда монастырь был закрыт, и они молились о его восстановлении. Впоследствии в Даниловом монастыре именно от отца Иакова мы с отцом Фотием и узнали о Валааме. Он говорил, что, возможно, откроется на северном острове монастырь, показывал альбом фотографий, заинтересовал нас, зажёг…
Отец Андроник – учёный, хорошо знал святых отцов. При нём на Валааме началась настоящая монашеская жизнь. Стали проводить соборы братии. Утвердили послушания. Приняли устав прежнего Валаамского монастыря, богослужения стали проводиться каждый день.
Отец игумен обязал всех иеромонахов говорить на службах проповеди – каждый день, независимо от того, праздничная служба или простая. И братия произносили проповеди на Евангельские чтения, тем самым учась проповедовать. Зная молитву Иисусову не только теоретически, но и на опыте, он относился с пониманием к стремлению братии заниматься ею. Деятельный, образованный, он много потрудился для Валаама.
В мае 1991 года, при отце Андронике, на Всехсвятском скиту были обретены мощи преподобного Антипы Валаамского. Надгробная плита с крестом была сдвинута (потрудились кладоискатели), но с Божией помощью мы нашли могилу. Подняли мощи преподобного Антипы — по чину, с положенными молитвами. Мощи эти очень сильно благоухали… Сейчас мощи преподобного Антипы Валаамского покоятся в раке в храме преподобных Сергия и Германа Валаамских.
Игумен Борис (Шпак), насельник Валаамского монастыря в 1990 – 2002 годах, ныне в Рождество-Богородичном Коневском монастыре:
— В начале июня 1990 годав Москве произошло избрание Патриарха. Конечно, мы молились за нашего митрополита. Те, кто помнит те дни, помнят и весьма неожиданный результат этих выборов. Одним из первых деяний новоизбранного Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II было дарование Валаамскому монастырю ставропигии.
Главная наша проблема была в избрании игумена. Отец N. не тянул на эту должность, да у него и не было опыта жизни в монастыре, до Валаама он жил при Духовной Академии. Нужен был знающий и авторитетный человек. Ещё зимой мы долго совещались по этому поводу, перебрали множество кандидатур, сделали несколько предложений, но все отказывались, не желая ехать в такую даль и не веря в возможность возрождения обители.
И вот, в начале июня, о. Андроник прибыл на Валаам. Монастырская жизнь постепенно стала обустраиваться. Назначили послушания: о. Варсонофий — эконом, о. Феофан — казначей, о. Фотий — благочинный, о. Геронтий — духовник, о. Иаков — келарь, о. Виссарион — клирос и уставщик, меня назначили ризничим и просфорником.
С о. Андроником приехал послушник Павел Фаут (будущий иеромонах Александр. – прим. ред.) и ещё несколько братий, но из них мало кто впоследствии остался на Валааме…
В это время нам передали несколько келий на первом этаже внутреннего каре, напротив Собора под больницей. Они даже местными жителями считались непригодными для жилья и использовались в качестве дровяников и кладовок.
В переданных келиях был сделан косметический ремонт, и в октябре мы уже переселились в них из Морского домика, который теперь стал гостиницей для паломников. Также слегка привели в порядок трапезную и кухню в северном крыле внутреннего каре.
Несмотря на ужасную сырость и спёртый воздух в новых келиях, мы были счастливы. Каждый день топили печки, пытаясь хоть немного просушить их. Даже одуряющий запах уборных не мог препобедить нашей радости.
Не повезло крупно только о. Геронтию. Его келия оказалась по соседству с уборной, и из-за разрушенной гидроизоляции в стенку келии успешно впитывались все миазмы, которые особо «благоухали» при топке печки. Вообще, тема валаамских туалетов просто неисчерпаема, ей можно посвятить отдельную оду.
За лето Валаам достаточно сильно прогревается скудным северным солнцем, от того золотая осень на острове очень затяжная и тёплая. Это самое красивое время года, просто какое-то буйство красок: зелёных сосен, медных дубов, красных осин и берёз.
Воздух удивительно прозрачный, в нём разносится опьяняющий аромат прелых грибов и листвы. Зато, остудившись за долгие зимние месяцы, остров нескоро пускает к себе весну. В конце мая еще лежит в лесу снег, а сирень зацветает во второй половине июня.
Каким-то образом Патриарху удалось включить Валаамский монастырь в государственную программу по восстановлению, — и монастырю были выделены некоторые средства не только на строительство, но и на обустройство монастырской жизни.
В начале сентября в Петербург прибыл контейнер из Софрино. Перед этим игумен меня чуть не расстрелял, когда получил счёт. Выяснилось, что заказано всяческого на полтора миллиона. Но я всё-таки сумел убедить его, что другой такой возможности закупиться в ризницу не будет, и поехал встречать контейнер.
24-го сентября осенняя память преподобных Сергия и Германа Валаамских, и под этот наш первый праздник мы арендовали теплоход для паломников и гостей. Святейший приехать не смог, но собирались многие питерские отцы и бурсаки (семинаристы. – прим. ред.). Отплытие было запланировано на 22-е, чтобы 23-го утром быть уже на Валааме. Я приехал пораньше и загрузил весь груз из Софрино в носовой салон.
Отплыли удачно, спели молебен, полюбовались видами Невы, крепости Орешка и легли отдыхать. Через пару часов я проснулся от того, что кувыркаюсь по каюте, всё ходило ходуном, за окном грохот и тьма. Мы попали в страшный шторм. В дверь забарабанили. Прибежал кто-то и сказал, что в носовом салоне волнами выбило стекла и все заливает. Я бросился туда.
Навстречу мне попался растерянный о. Назарий (тогда он был начальником нашего питерского подворья, а нынче наместник Александро-Невской лавры). Он тоже проснулся от того, что корабль во все стороны бросает на волнах, и с удивлением обнаружил, что в каюте полметра воды, в которой плавают его ботинки.
К утру шторм не утих, а лишь усилился, все были вконец измотаны. У теплохода отказал один из двигателей и он, потеряв возможность маневрировать, мог лишь идти навстречу ветру, из-за чего мы лишь удалялись от Валаама. По пароходу пронесся слух, что дело совсем худо и капитан уже надел белую рубашку и парадный китель.
В те часы я до конца осознал смысл поговорки: «Кто по морю не плавал, тот Богу не молился». Господь услышал наши отчаянные молитвы и постепенно к обеду шторм стал затихать. Корабль смог развернуться на нужный курс, и мы поплыли в сторону Валаама.
К острову мы подплыли уже затемно, у Никольского скита на скалы выбросило буксир «Коневец», который вёз игумена Андроника и паломников из Приозерска. Только чудом никто не утонул. Схватив зелёные, чуть просушенные облачения, мы, шатаясь, отправились в Собор, где уже шла праздничная всенощная. Успели как раз к полиелею. После полиелея меня отправили на исповедь паломников, которые спаслись с «Коневца». Удивительно покаяние людей, заглянувших в глаза смерти.
Игумен Фотий (Бегаль), начальник Приозерского подворья Валаамского монастыря:
— Когда после отъезда архимандрита Виктора Святейший Патриарх Алексий II благословил нас искать для Валаама наместника, мы понимали, что старшая братия как-то неохотно покидала Троице-Сергиеву лавру. Удалось уговорить лишь отца Андроника. Он любил Север.
Помню приезд игумена Андроника. Мирный он был человек, успокаивал нас, если что, примирял, и этим очень серьёзно нас поддерживал.
Его отец Сергей Зосимович Трубачёв, диакон Сергий — церковный композитор, вместе с архимандритом Матфеем (Мормылём) написали «Милость мира», которая часто звучит и у нас, и во многих храмах. Он преподавал у нас Новый Завет, очень интересно преподавал. Богослов…
С отцом Андроником было достаточно легко. Характер у него добродушный, он не гневался, и мне не раз за мою гневливость так по-братски делал замечания.
При нём Валаам получил солидную помощь. Был такой Фонд Мира, куда в приказном порядке в советское время каждый приход, каждый храм сдавал деньги. В 90-х годах этим Фондом управлял известный шахматист Анатолий Карпов. И отец Андроник, используя свои связи и знакомства, вышел на этот Фонд. Сначала мы получили девять миллионов рублей, потом ещё одиннадцать.
Что значит миллионы в то, ещё советское время? На эти деньги мы закупили автопарк — легковые и грузовые машины, появился первый флот, и, конечно, эти средства пошли на восстановление монастыря.
Запомнился мне на Валааме первый праздник Всех Святых. Тогда службы начинались вечером и продолжались почти до утра – сначала Всенощное бдение, потом Литургия. Отслужили мы и двинулись Крестным ходом на Всехсвятский скит. Вроде устать должны были, ведь 14 часов на ногах, но усталости не было.
На следующий год, в 1991-ом, во время ремонтных работ были обретены мощи преподобного Антипы Валаамского около Страстной часовни неподалёку от скита Всех Святых. Гроб открыли и увидели, что мощи нетленные. Их достали, омыли вином и поставили на поклонение братии. Впервые отец Антипа был прославлен на Афоне. Мощи были перенесены в нижний храм собора и по сей день находятся там.
Ещё был очень памятный праздник Преподобных в 1990 году, когда отчаянный отец Андроник плыл на остров по ревущей от шторма Ладоге.
Так, говорит, молились! Никогда до этого так не молился. Лишь потом он рассказал о пятиметровых волнах, разбитых иллюминаторах, отважном капитане и семинаристах, которые всю дорогу вычерпывали воду из трюма. Их корабль «Коневец» не смог подойти к острову и напоролся на скалу недалеко от Никольского скита. Тогда первый раз пришлось применить новые плоты для спасения паломников.
Он очень любил Валаам и не хотел выезжать, говорил: «Каждый раз, когда надо уезжать, покидать обитель, — для меня просто пытка». Но ему приходилось уезжать, было много хлопот.
Именно заботами игумена Андроника в 1990 году стали служить на Санкт-Петербургском подворье, а в 1992-ом монастырю передали историческое Московское подворье.
Игумен Пётр (Романов), начальник Московского подворья Валаамского монастыря:
— Промыслом Божиим устроилось так, что этот человек сыграл определяющую роль в моей жизни. Через его руки в 1993 году я принял монашеский постриг.
Получив благословение архимандрита Кирилла (Павлова) поехать на Валаам и познакомившись там с отцом Андроником, я узнал, что он учился в семинарии и заканчивал Духовную академию вместе с мужем моей родной сестры. Это обстоятельство естественным образом расположило его ко мне. Сблизило нас и то, что мы оба выросли в православных семьях, с детства впитав традиционную церковную культуру.
Назначенный Священноначалием на послушание игумена Валаамского монастыря, все свои дарования и энергию души отец Андроник направил на создание духовного и культурного климата возрождающейся обители.
Благодаря его стараниям был принят прежний валаамский Устав и богослужения стали проводиться ежедневно.
В период его игуменства на основании возрождения древнего валаамского распева стал формироваться современный валаамский обиход, который теперь является настоящим сокровищем Северного Афона.
Для меня личность игумена Андроника – это прежде всего воплощённый образ учёного монаха. Нельзя не отметить такие его качества как трудолюбие, усидчивость, научный склад ума. Всё, с чем отец Андроник сталкивался в жизни, он осмысливал с христианской точки зрения. Талантливый и хорошо образованный человек, он легко находил общий язык с людьми из разных сфер культуры и искусства.
Неся послушание в Издательском отделе Московской Патриархии, он много сделал для издания богослужебных книг и другой церковной литературы. Отец Андроник принимал участие в редакции богослужебной Минеи и, как вспоминают сотрудники Издательского отдела, был целеустремлен, во время работы — немногословен. Чувствовалось, что он предан своему делу и очень его любит. Богословие и церковная книжность были его стихией.
Вступив на игуменство, он основал Издательский отдел Валаамского монастыря, в котором начали издавать полную православную энциклопедию. Мне он как-то в свое время сказал, что признак духовного движения в человеке — либо культурность, либо святость.
Отец Андроник был одарённым проповедником. Обладал большой душевной энергией, овладевал аудиторией сразу, с первых слов. Его глубокие и в то же время простые проповеди люди любили, внимательно слушали и получали большую духовную пользу.
Он внёс огромный вклад в сохранение наследия своего деда, священника, ученого, философа и мученика отца Павла Флоренского, в освоение его наследия и правильное прочтение его трудов. Написал о нем несколько книг, стал основателем и директором его музеев в Москве и Сергиевом Посаде.
Выросший в православной семье, игумен Андроник и монастырь обустраивал как единую семью. Так, например, он говорил, что ему бы хотелось, чтобы пища в трапезной для братии была домашней, а не «такой, как в столовке».
С детства воспитанный в православном духе, он знал, что такое христианская любовь, и старался передать этот опыт и внутреннее ощущение другим. Мотивация его поведения всегда была доброй и направленной на добро.
Знаменательно, что третий день по его кончине выпал на праздник Благовещения Пресвятой Богородицы. В этом можно видеть некий знак покровительства ему Царицы Небесной уже в жизни вечной.
Царство Небесное почившему рабу Божию игумену Андронику!
Игумен Андроник (в миру Александр Сергеевич Трубачёв) родился 7 ноября 1952 года в Москве. Отец — диакон Сергий Трубачёв, церковный композитор, дед по отцу — священномученик протоиерей Зосима Трубачёв, дед по матери — философ и священник Павел Флоренский.
В 1975 году окончил Московский историко-архивный институт, защитив дипломную работу по кафедре архивоведения «Комиссия по охране памятников искусства и старины Троице-Сергиевой лавры (1918-1925): Обзор архивных материалов». После выпуска работал в Государственном архиве Московской области.
Отслужив в армии, с 1976 по 1990 гг. работал литературным редактором в Издательском отделе Московской Патриархии. В 1980 году окончил Московскую духовную семинарию. В сентябре того же года поступил в братию Троице-Сергиевой лавры. 19 марта 1981 года принял монашеский постриг с именем Андроник в честь преподобного Андроника Московского, а 1 мая того же года был рукоположен во иеродиакона. 28 августа 1982 года рукоположен в сан иеромонаха.
8 апреля 1986 года, ко дню Святой Пасхи, возведен в сан игумена.
С 1989 года — секретарь Синодальной богослужебной комиссии.
20 апреля 1989 года утверждён в ученом звании доцента.
15 июля 1990 года освобождён от работы в Московских духовных школах в связи с назначением наместником возрожденного в декабре 1989 года Спасо-Преображенского Валаамского монастыря. При нём начали восстанавливать Всехсвятский, Предтеченский, Никольский скиты. Монастырю передали келью отца Дамаскина, Успенский и Никольский храмы. На Валааме началась настоящая монашеская жизнь, стали проводить соборы братии, утвердили послушания, приняли устав прежнего Валаамского монастыря, богослужения стали совершаться ежедневно.
17 февраля 1993 года освобождён от настоятельства в Валаамском монастыре, зачислен в корпорацию Московских духовных школ.
С того же года — директор Центра изучения, охраны и реставрации наследия священника Павла Флоренского.
С 9 февраля 1995 года — директор музея священника Павла Флоренского в Сергиевом Посаде. C 1997 года — директор музея священника Павла Флоренского в Москве.
Автор многочисленных исследований об отце Павле Флоренском и публикатор его трудов. За труд «Путь к Богу. Личность, жизнь и творчество священника Павла Флоренского» был удостоен премии памяти митрополита Московского и Коломенского Макария по гуманитарным наукам за 2018-2019 гг. в номинации «История Православной Церкви».
Игумен Андроник (Трубачёв) преставился ко Господу после продолжительной болезни 5 апреля 2021 года на 69-м году жизни.
8 апреля в Трапезном храме Свято-Троицкой Сергиевой лавры наместник епископ Сергиево-Посадский Фома и ректор Московской духовной академии епископ Звенигородский Феодорит совершили отпевание, после которого он был похоронен на братском кладбище в селе Деулино.
Валаам
Спасо-Преображенский мужской монастырь на Валааме часто называют Северным Афоном: далеко, сурово, праведно. Об истории и сегодняшней жизни монастырской братии на самом православном острове России — в новом выпуске проекта «100 символов Карелии».
Осенью на Валааме собирают картошку. Ладога штормит, навигация закончилась. Впереди — девять месяцев тишины, трудов и молитв.
Иеромонах Давид (Легейда)
Иеромонах Давид (Легейда), скитоначальник Смоленского скита и регент братского хора Валаамского монастыря, только что вернулся с поля. Короткая передышка в монастырских делах.
— Работы много, — говорит отец Давид. — Монастырь — это всегда активная церковная жизнь. Соборная, семейная. Монашество часто романтизируют: дескать, стоит избушка далеко в тайге, и там-то человек остается один на один с Богом.
Да, монах по-гречески — монос (μοναχός), одиночный, единичный. Но такое отшельничество христианское, оно сверхъестественно даже для монашествующих. Бывает и такое служение, но это исключительные случаи. А так один в поле не воин, и в монастыре тоже.
В нашем храме на Смоленском скиту я служу один, и у меня один певчий. Проще сосредоточиться и не отвлекаться от молитвы. Но когда прихожу на центральную усадьбу, где поет наш большой хор, где много батюшек в храме и в алтаре, чувствую именно соборную благодать. Чувствую всю глубину слова «наш»: Отче наш, иже еси на небесех… Не отец МОЙ, но отец — НАШ.
Знаете, это как 9 мая в 45-м году: все радовались Победе одной радостью. Люди, между собой и вовсе не знакомые, обнимались, целовались, цветы друг другу дарили. Все были одним настроением проникнуты. Вот и здесь такая соборная радость.
История обители
О времени появления на острове обители существуют две версии.
Согласно первой, монастырь основали иеромонахи Сергий и Герман еще во времена крещения Руси, в X веке. Новгородские летописи свидетельствуют, что пришли монахи «от восточных стран» — так в Древней Руси говорили о выходцах из Византии. Кроме того, существуют летописные упоминания о переносе мощей Сергия и Германа с Валаама в Новгород в 1163 году из-за опасности разорения обители внешним врагом. Согласно другой точке зрения, монастырь появился в первой половине XIV века.
Монастырская традиция придерживается первой версии и не видит противоречия со второй: обитель могла быть основана и позже уничтожена — чтобы возродиться вновь.
Епископ Игнатий Брянчанинов о монастырской библиотеке в 1846 году:
«Для истории Валаамского монастыря не найдется в ней обильных материалов. Она собрана в конце прошедшего и начале нынешнего столетий; древние рукописи уничтожены, как и все древнее в Валаамском монастыре, пожарами и шведами».
В 1846 году на Валааме не было ни дома, ни часовни старше ста лет. В отличие от других обителей (Соловецкого монастыря, Печерской и Троице-Сергиевой лавры), здесь не строили каменных укреплений, остров не мог выдержать осаду. Поэтому каждый визит непрошеных гостей завершался разграблением и пепелищем.
Вид на Валаамский монастырь сверху. Алексей (Алексий), монах Валаамского монастыря. 1889. Бумага на бумаге, белила, тушь, перо. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург
По Столбовскому мирному договору, подписанному в 1617 году, Валаамский архипелаг (вместе с Ингерманландией и значительной частью Карелии) отошел к Швеции на «вечные времена». Древняя Валаамская обитель прекратила свое существование.
Православные карелы, не пожелавшие остаться под властью «лютеров», также покинули родные края. В России они обустроились в тверских и новгородских землях. Остатки валаамского братства осели в Васильевском Староладожском монастыре. А опустевшее Приладожье шведское правительство постепенно стало заселять финнами-лютеранами. На валаамских островах практически на 100 лет хозяевами стали несколько крестьянских семей.
Однако в начале XVIII века в результате Северной войны, победоносно завершенной Петром I, Карелия и Валаамский архипелаг вновь вернулись в состав России. Валаамский монастырь, возобновленный указом Петра I, уже не мог стать объектом шведского нападения.
Петрозаводск, Петр Великий. Фото: ИА «Республика» / Сергей Юдин
До последней четверти XVIII века обитель на Валааме ничем не отличалась от большинства российских монастырей — кроме островного положения. Монастырь бедствовал: в апреле 1754 года страшный пожар уничтожил почти все постройки; спасти удалось лишь несколько книг и икон.
Поворотным событием в новой истории Валаама стало назначение игуменом преподобного Назария, прежде пребывавшего в Саровской обители.
Митрополит Санкт-Петербургский и Новгородский Гавриил просил настоятеля Саровской пустыни отпустить на Валаам Назария. Тот возражал, что Назарий необразован, на что получил ответ: «Умников у меня и своих хватает, пришлите мне вашего глупца».
Игумен Назарий. Источник: valaam.ru
В 1781 году Назарий прибыл на Валаам и оказался отличным духовным руководителем. Он ввел на островах устав Саровской пустыни, что позволило организовать и упорядочить жизнь братства. Согласно уставу, на Валааме возможно было практиковать все три формы монашеской жизни, сложившиеся в Православной церкви: общежительную, скитскую и отшельническую.
Началось при Назарии и материальное строительство. Все деревянные здания перестроили в камне: собор, келейные корпуса вокруг в форме четырехугольника, малые церкви, ризницу, трапезную. На Валаам вновь (как и в Средние века) потянулись люди, стремящиеся к подлинному монашеству.
В 1786 году Валаамский монастырь из заштатного был переведен в III класс, а в конце века император Павел подарил ему сенокосы и рыбные ловли в Выборгской губернии, что обеспечило обитель постоянным доходом.
Расцвет Валаама пришелся на век девятнадцатый. В 1819 году монастырь посетил император Александр I — именно при нем в 1810 году Великое княжество Финляндское было отвоевано у Швеции и вошло в состав Российской империи.
А Валаамский архипелаг, в свою очередь, вошел в административное подчинение Финляндии, бывшей тогда частью России. Монастырь оказался в совершенно особом положении — православная святыня в лютеранском окружении.
Вид Валаамского монастыря. Иван Ческий, первая половина XIX века. Офорт, резец. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург
После царского визита обитель ждали милости. Она получила статус монастыря I класса. Валаамские чудотворцы Сергий и Герман были внесены в общецерковные месяцесловы, суда с монастырскими грузами, приходящие в Санкт-Петербург из Финляндии, освобождены от таможенных пошлин.
С 1839 по 1881 год монастырь возглавлял игумен Дамаскин (Кононов). За сорок лет его правления появился тот самый Валаам, на который поехали богомольцы и туристы.
Именно при Дамаскине монастырь принял знакомый нам архитектурный облик. Чертежи создавали архитекторы из Санкт-Петербурга, работы выполняли профессиональные каменщики, маляры, кровельщики, плотники, приглашаемые монастырем со всей России. В летние сезоны число рабочих в обители превышало 400 человек. Наравне с ними трудилась братия.
Одной из проблем монастыря был доступ к воде: обитель стояла на горе. Игумен Дамаскин благословил брата Ионафана, сироту, выпускника ремесленного училища, будущего настоятеля, спроектировать и построить водопровод. Канал, продолбленный в скале, привел воду к основанию монастыря, а насос, приводимый в действие паровой машиной, качал ее наверх.
За годы игуменства отца Дамаскина на Валааме появились шесть скитов, двадцать часовен и десять поклонных крестов. Было выстроено несколько домов, включая гостиницы, созданы новая библиотека, мастерские, проложены дороги, приобретен пароход.
Игумен Дамаскин занимался не только строительными и хозяйственными работами. Он следил за исполнением строгого Саровского устава, исповедовал братию, наставлял провинившихся. Двоим монахам, захотевшим покинуть монастырь, он разрешил уйти, только если они снимут и оставят свои рясы у гробницы святых Сергия и Германа. Монахи остались.
Во время десятилетней болезни после инсульта игумен Дамаскин, как вспоминали его келейники, никогда не жаловался. На вопросы о здоровье неизменно отвечал: «Слава Богу!» В еде довольствовался тем, что подадут, от пищи не отказывался, но отдельно никогда ничего не просил.
Федор Васильев. «В церковной ограде». 1867
В 1881 году писатель и режиссер Немирович-Данченко опубликовал «очерки и впечатлѣнія лѣтней поѣздки на Валаамъ», книга называлась «Крестьянское царство» (в сокращенном варианте «Мужицкая обитель»).
Владимир Немирович-Данченко, «Крестьянское царство»:
На праздникахъ народу здѣсь «что каша крутая». Голова кругомъ ходитъ у отца Никандра, потому что, какъ гостинникъ, — онъ пастырь всего этого алчущаго и жаждущаго стада. Сразу по нѣсколько тысячъ приваливаютъ даже зимою. Такъ на Благовѣщеніе по льду пріѣзжаетъ сюда корелъ и чухонъ до 2000. Въ лѣтніе мѣсяцы изъ одного Петербурга приплываютъ по 150 богомольцевъ каждую недѣлю. На Преображеніе изъ столицы съѣзжается 700.
Въ скиту Всѣхъ Святыхъ, въ его храмовой праздникъ, скопляется тысячи по три поклонниковъ. Въ теченіе же всего года однихъ береговыхъ собирается здѣсь тысячъ двѣнадцать, да дальнихъ тысячъ восемь.
Выработавшихся, традиціонныхъ богомольческихъ типовъ, которыми такъ обильны Соловки и богата Кіево-Печерская Лавра, на Валаамѣ нѣтъ. Тутъ сѣрое крестьянство и питерская мастеровщина. Иной разъ въ гостинницахъ обители, несмотря на ихъ помѣстительность и размѣры, бываетъ такъ много посѣтителей, что они спятъ въ повалку, спина къ спинѣ, лицо къ лицу, точно дрова. Они, впрочемъ, и не претендуютъ. Для Бога! Значитъ и потерпѣть можно.
Вместо водоносов — водоподъемная машина. Другая подъемная машина доставляла грязную одежду из бани в прачечную: после стирки одежда выжималась гидравлическим прессом и сушилась сухим паром. И детали для машин, и кованые решетки, и маленькие колокола (большие отливали по заказу на литейных заводах) — всё создавалось в местных токарных, сверлильных, литейных мастерских. В них трудились послушники и монахи.
Центральную усадьбу монастыря и скиты на острове соединяли идеальные дороги, мосты и каналы. В садах вызревали вишня и слива, на огородах — лекарственные растения и южные приправы, в том числе иссоп, упомянутый в 50-м псалме («Окропиши мя иссопом, и очищуся, омыеши мя, и паче снега убелюся»). В древесном питомнике выращивались саженцы сибирского кедра.
Монахи в некоторых скитах не ели рыбу, поэтому она буквально кишела у берегов внутренних озер. Тем более исключалась охота — птицы и звери Валаама никогда не слышали ружейных выстрелов. Отсюда множество описаний умилительных встреч путешественников с лосями, лисами, птицами.
Монастырская идиллия закончилась в двадцатом веке.
Валаам, новейшая история
Маленький мир большого монастыря разрушила Первая мировая: большая часть братии отправилась на фронт. Но впереди были испытания посерьезнее — остров оказался на границе СССР с Финляндией, переходил из рук в руки. После бомбежек в феврале 1940-го братия монастыря ушла на территорию Финляндии. Обитель опустела на полвека.
К концу 1988 года во всем Советском Союзе (включая братские социалистические республики) официально действовали всего 22 монастыря. Но страна менялась: торжественно отметили 1000-летие Крещения Руси, началась эпоха возрождения православия.
В московском Даниловом монастыре заговорили и о возрождении Валаама. Начали набирать братию из студентов духовной академии в Троице-Сергиевой лавре — тем хотелось романтики и уединенной монашеской жизни в обители на северном острове (хоть было и страшновато).
«Однажды отец Иаков предложил нам ехать на Валаам, — вспоминает один из нынешних насельников монастыря. — А мы так подумали и несерьезно ответили: «Давай сначала спросим нашего батюшку, отца Кирилла». Пошли к архимандриту Кириллу (Павлову), будучи уверены, что он не благословит, потому что незадолго до этого он отрицательно отнесся к нашему предложению ехать на Украину. А в этот раз отец Кирилл неожиданно и так серьезно сказал: «Поезжайте!» Мы так и застыли в молчании — не готовы были. Думали, что просто спросим, а потом скажем, что батюшка не благословил. А отец Кирилл взял да благословил».
Свои сомнения молодые студенты изложили и в письме в Тутаев старцу Павлу (Груздеву). Письмо, специально написанное аршинными буквами для плохо видящего старца, было доставлено, но так и не вскрыто. Отец Павел взял в руки конверт и сказал: «Двумя руками благословляю!»
Тут уж стало понятно, что воля Божия. Экстерном студенты сдали экзамены в академии и в декабре 1989 года отправились в Ленинград, а оттуда — уже по воде — на Валаам.
В Приозерске к четырем выпускникам духовных академий Москвы и Ленинграда примкнули иеромонах Серафим и инок Леонид — и стало их шестеро. И отправились они возрождать Валаамский монастырь и молитвенную жизнь острова, который скоро вновь станут называть Северным Афоном.
Вспоминает отец Фотий: «Прибыли на причал. Смотрим, рыболовецкое судно, на котором нам предстояло плыть, ломает прибрежный лед, пытаясь пробиться к берегу. Но ему так и не удалось подойти к причалу, поэтому пробирались мы к нему по льду.
День был хороший — солнечный, благорастворенный какой-то, радостный. Тишь, гладь на Ладоге, и вечером мы приплыли в Никоновскую бухту. Встречали нас солдаты из расположенной на острове воинской части.
Мы знали, что когда последние монахи Старого Валаама покидали остров, двадцатью четырьмя ударами в большой колокол они засвидетельствовали завершение монашеской жизни на острове. И первое, что мы сделали по прибытии, — поднялись с отцом Геронтием на колокольню, где оставался к тому времени только один старый валаамский колокол — средний, и пробили те же двадцать четыре удара в ознаменование возрождения монашества на Валааме».
Служба
Эти черно-белые кадры о том, как возрождался Валаамский Спасо-Преображенский монастырь. Выпуск киножурнала «Советская Карелия» (№ 8, 1989) целиком посвящен острову. Без закадровой начитки, только кино.
Отец Давид вспоминает свою первую встречу с Валаамом:
— Шел 1991 год, я только что окончил джазовое отделение музыкального училища и поступил в Петрозаводскую консерваторию. Учился и работал в Музыкальном театре — сидел в оркестровой яме и играл оперы-балеты.
А консерваторский хор отправился на остров петь для туристов — выступали прямо на улице. Монастырь только начинался, им это не мешало. Жили мы, студенты, на чердаке не восстановленного еще Никольского скита. И в той поездке я встретил одного монаха, с которым много говорил, — и он возжег во мне такую искру первую. По возвращении в Петрозаводск я начал воцерковляться, читать монашескую литературу — как раз возраст, когда юноша задумывается о разных смыслах.
Хорошо помню службу, которую проводил владыка Мануил в день памяти святого преподобного Александра Свирского. Очень красиво, церковным напевом читал он акафист: радуйся, преподобне Александре, Свирский чудотворче… А потом вышел говорить проповедь.
Рассказывал, как жил будущий монах здесь, под Олонцом, с благочестивыми родителями. И как-то проходил их домом насельник валаамский, который и рассказал об обители. А юноша был человеком благочестивым, возгорелся пламенем и, не спрося родительского благословения, ушел из дома тайно, ночью. И вот идет он, толком не зная дороги, на Валаам. И встречает странника, путника, который говорит: я тебя доведу. Доводит его до святых врат — и исчезает. Оказывается, то был ангел.
И так владыка это красиво рассказал, настолько я был вдохновлен, что готов был сразу же пойти в монастырь. Но рано, рано: меня не отпускали еще — ни в консерватории, ни в театральном оркестре, ни родители — ведь это подвиг, отдать ребенка в монастырь.
Пещера прп. Александра Свирского на Святом острове. Источник: yandex.ru
— В 1996 оду закончились все мои отсрочки от армии (к этому времени я уже три года жил в Зеленецком монастыре под Тихвином), — вспоминает отец Давид. — Приехал в Петрозаводск и по благословению владыки Мануила пошел к военкому.
И приехал на Валаам уже бритым наголо. Здесь, на острове была первая военная часть в стране, куда на срочную службу призывались насельники монастыря.
Одна из рот Кааламского батальона стояла тогда на острове, специальность у меня была — планшетист. Что-то в этом есть промыслительное: радиотехнические войска смотрят в небо, видят врага и кричат: «Господи, помилуй!» И тут уже подключается противовоздушная оборона. Так что мы смотрели мирно в небо — как гаишники небесные, чтобы все соблюдали правила воздушного движения.
Пока служил на Валааме, приобрел духовника, у которого окормлялся. И после армии меня благословили ехать к всероссийскому старцу (уже почившему) — отцу Кириллу (Павлову), известному духовнику Троице-Сергиевой лавры, духовнику патриарха. И он благословил меня остаться на острове.
Валаамский распев
Сегодня на службах чаще всего можно услышать многоголосное хоровое пение: сложное, торжественное, красивое — это пение партесное. Такой вид церковного пения в большей степени обращен к эмоциям и чувствам, чем к разуму. Но существует и другое пение, одноголосое и строгое, уходящее к древнерусской богослужебной традиции, — знаменное.
В разных частях России знаменный распев имел свои особенности, но его принципы всегда оставались одинаковыми: одноголосие, плавность, уравновешенность.
Со второй половины XVII века, а особенно в веке XVIII, с началом Петровских реформ, западная культура оказала большое влияние на Россию, в том числе и на церковную музыку. Повсеместно распространилось партесное пение, а знаменное осталось лишь в российских монастырях, таких, как Валаам. И, как ни парадоксально, валаамская современная традиция знаменного пения является более канонической, фундаментальной, древней и близкой к исконно русской культуре.
В братском хоре Валаамского монастыря сегодня поют двадцать монахов (не путаем хор братии с гастролирующим хором монастыря). Среди певчих высшее музыкальное образование — только у отца Давида.
Хор братии Валаамского монастыря, регент — иеромонах Давид:
— У нас есть Обиход Валаамского монастыря, изданный в 1909 году. Это нотные материалы, документы, — рассказывает отец Давид. — Первое печатное издание, до этого пели в основном на слух, передавая певческую традицию.
А в начале двадцатого века решили этот репертуар как-то зафиксировать — и он стал называться валаамским распевом. Когда монастырь возродился в конце прошлого века, мы начали петь именно так.
Пошли дальше: сегодня Обиход Валаамского монастыря включает в себя исон. Это голос, который (не нарушая монодии, одноголосного пения) служит как бы подушкой, фундаментом одноголосному пению. Такая статичная партия без слов: (поет) УУУУУУ… Это очень помогает молитве.
Молитва — делание духовное, она разных уровней бывает. Как владыка Мануил говорил: современный человек приходит обычно в храм в основном благодаря церковной культуре. Вначале он не понимает, про что в этом храме поют, но пение трогает его душу. Так же, как трогают священнодействия, иконография, сама атмосфера храма. И только позже человек начинает понимать, про что же там так красиво поют. И молитва уже больше требований предъявляет к музыкальной культуре, тут важно человека лишней музыкой не отвлекать.