икона чудо архангела михаила о флоре и лавре
Табун жеребят неукротимых. Чудо о Флоре и Лавре
«При устах двух или трех свидетелей будет твердо всякое слово (2Кор.13:1)» – и свидетельствуют они о том, что «прежнее небо и прежняя земля миновали, и моря уже нет» (Откр.21: 1) – но есть только сияющая скала Духа в царстве неколебимом (Евр. 12:28), процветающая, «словно крин» (Ис. 35:1).
Воссел Он, Бог Израилев, «на ангелы, якоже на кони», чтобы на колеснице, которую увидел Иезекииль, не оставить уходящих в плен. Древние жители Месопотамии и Вавилонии думали, что божество живет в храме, и, когда храм разрушается, в какой-то мере страдает и божество, ставшее бездомным, не в силах поселиться в ином месте. Но Бог Израилев, явившись в видении Иезекиилю, был не таким, как представляли его суеверия – Он свободно и вольно шел туда, куда восхотел, вместе с гонимыми и страдальцами, в плен Вавилонский. Он тоже стал бездомным, но не потому, что был зависим от Храма Иерусалимского. Он стал бездомным, оттого, что возжелал быть со Своим народом до конца. Те, кто плакали, думая, что более не увидят Лице Бога Израилева в Храме Его, были утешены Иезекиилем – Бог не зависим от Своего Храма, Он свободен являть Лице Свое.
И когда, бездомный Странник, Он отказался от десяти легионов ангелов, Он сделал это для того, чтобы пойти еще дальше – далее Вавилона, в плен, из которого нет возврата, в плен, разлучающий не от земного Храма и присутствия Божия в нем, но разлучающий от Бога навек. Ибо мертвые не поют Господу (Пс.113:25).
«Странствия Владычня, и безсмертныя Трапезы на Горнем месте, высокими умы, вернии приидите насладимся» (Служба Великого Четверга)
Иисусе, Христе мой, Царю всех, что ища к сущим во аде пришел еси? Или род свободити человеческий? (Статии в Великую Пятницу)
На землю сшел еси, да спасеши Адама, и на земли не обрет его, Владыко, даже до ада снисшел еси, ища (Статии в Великую Пятницу)
Теперь Он сотворил все новым – обновляя делами Великой Субботы Своей,
«ибо Ты изменяешь все, Спаситель мой, и обновляешь, покоясь, – и к Себе привлекая» (пер. о. Амвросия (Тимрота); на церковнославянском: «преводиши бо всяческая и обновляеши, субботствуя Спасе мой, и назидая») (Канон Великой Субботы).
И свидетели Его – от ангелов и от человек, и видел это в пророческих видениях Аввакум:
«И навел еси на море кони Твоя, смущающия воды многи». (Авв. 3:15)
Это – часть так называемого «псалма пророка Аввакума» (Авв. 3:1-19). В нем говорится о победоносном шествии Бога, повергающего врагов, Божественного Воина средь тьмы и бездн, восседающего на колеснице, Совершающего среди морских бездн Свое новое и прекрасное творение – как в Исходе из Египта был создан народ Израильский.
«Всел еси на ангелы, якоже на кони, Человеколюбче» (Канон Бесплотным)
– и на кони иные, на вестников-апостолов Своих:
«Всел еси на кони, апостолы Твоя, Господи» (Канон святым апостолам Петру и Павлу)
«и прият рукою Твоею вожда их, и спасение бысть еждение Твое»
«Ввел еси в море Твоя кони, апостолы, Спасе, и просветиша языки, к Твоему познанию привлекше, Владыко» (Служба св. Иакову, брату Господню) —
«Да ликуют вместе все дерева дубравные пред лицем Господа, ибо Он идет судить землю» (1 Пар.16,33)
И Ангел с ними – как свидетель от небесных сил. И напоминает этот Ангел, стоящий на верху сияющей скалы Духа, полной жизни и коней, играющих и скачущих у источников водных, о Том Ангеле Великого Совета, что сошел в печь с «сущими о Азарии», о Сыне Божием, ходящим посреди пламени среди росы с отроками в Вавилоне.
Одним из символов христианина в Древней Церкви был конь, жеребенок Христов – и полна гора Христова жеребятами Его.
Вышли кони на стремнины –
счетом – тьмы, и тьмы, и тьмы.
И наполнились долины,
и понизились холмы.
Веселятся в реках волны,
словно сотни жеребят,
и цветов долины полны,
чей бессмертен аромат.
И к нетленью всё вернулось
от бессолнечных глубин.
Счастлив, чьей души коснулось
ликование долин!
Чудо о святых мучениках Флоре и Лавре
Чудо о Флоре и Лавре
Иконописный сюжет «Чудо о Флоре и Лавре» возник на Руси в XIV веке и неизвестен у других православных народов. Этот образ говорит о духовном мире, о Домостроительстве Божием не меньше, чем многие тома сочинений.
Иконописцы Древней Руси богословствовали в красках, раскрывая через видимые образы тайны духовного мира. Образ святых мучеников Флора и Лавра – из числа таких откровений древних иконописцев. Князь Е. Трубецкой так пишет о сюжете «Чуда о Флоре и Лавре»: «Когда мы видим этих святых среди многоцветного табуна коней, играющих и скачущих, может показаться, что в этой жизнерадостной картине мы имеем посредствующую ступень между иконописным и сказочным стилем. И это в особенности потому, что именно Флор и Лавр более, чем какие–либо святые сохранили народный русский, даже прямо крестьянский облик; но и они, властвуя над конями, сами, в свою очередь, имеют своего руководящего Ангела, изображаемого на иконе… Не остается никакого сомнения в том, что они не самостоятельные носители силы небесной, а только милостивые ходатаи о нуждах земледельца, потерявшего или боявшегося потерять свое главное богатство – лошадь».
Предание, послужившее основой для иконописного сюжета, повествует о том, как святые братья явились на помощь пастуху, потерявшему коней, и помогли найти пропажу.
Ранние из сохранившихся икон с этим сюжетом относятся к XIV веку, когда иконописцы не допускали никаких вольностей в изображениях. Все в них было обусловлено иконописным подлинником и каноном, прочно устоявшимся и освященным Церковью. Так что перед нами – образ, освященный древней иконописной традицией. Вглядимся в него внимательно.
В едином золотом пространстве (фон на иконах с этим сюжетом всегда золотой или охристо–золотой) изображены Архангел Михаил в рост, лицом к молящимся; а по сторонам, вполоборота к нему – святые мученики Флор и Лавр. Ниже – два коня: черный и белый под нарядными седлами. Архангел Михаил вручает мученикам поводья этих коней. Под ними изображены скачущие на конях пастухи – святые мученики Спевсипп, Елевсипп и Мелевсипп, гонящие к водопою табун лошадей различной масти. Обычно это десять коней (или тринадцать, вместе с конями всадников).
Это образ Божественного Домостроительства, раскрывающий единство мира, сотворенного любовью Отчей. В центре изображения Архангел Михаил, стоящий на вершине горы. Он занимает это место как Архистратиг (т. е. предводитель) небесного воинства, поставленный Богом во главе Ангельской иерархии. Имя его в переводе с древнееврейского означает «кто как Бог». Архангел Михаил, исполняя веление Божие, низринул с Неба падшего денницу и ангелов его. Он научил людей после грехопадения и изгнания их из рая всему, что те должны были делать, трудясь для снискания хлеба насущного, – земледелию, скотоводству, ремеслам. Он же был учителем Моисея, которому на горе Синай передал скрижали закона. Архангел Михаил был покровителем богоизбранного народа. Во время исхода евреев из Египта он был их предводителем; через него явилась сила Божия, уничтожившая египтян и фараона, преследовавших израильтян. Архангел Михаил защищал народ израильский во всех бедствиях. Сила его явилась во взятии Иерихона, в уничтожении ста восьмидесяти пяти тысяч воинов Ассирийского царя, в поражении Илиодора – военачальника царя Антиоха, гонителя народа израильского. С древних времен Архангел Михаил прославлен своими чудесами на Руси. Как уже говорилось, на Русь с Балкан пришло предание о том, что Архангел Михаил научил братьев Флора и Лавра управлять лошадьми.
Изображенные на иконе погонщики табуна разноцветных лошадей – святые мученики, родные братья–близнецы Спевсипп, Мелевсипп и Елевсипп жили во II веке в Каппадокии, (память их совершается 16 (29) января). Их имена переводятся так: Спевсипп означает «ускоряющий бег коня», Елевсипп – «гонящий коня», Мелевсипп – «ухаживающий за конем». Братья были конюхами при храме языческой богини судьбы, Немезиды. Их обратили ко Христу их бабка, святая Леонилла и святой пресвитер Венигн. Братья приняли святое Крещение и сокрушили идолов. Язычники воспылали к ним лютой злобой, отовсюду собрались начальники и стали допрашивать святых братьев.
Спевсипп, Елевсипп и Мелевсипп исповедали Христа перед судьями и отказались принести жертву языческим богам. Их связали по рукам и ногам, повесили на дереве и растянули так крепко, что их кости стали выходить из суставов, затем бросили связанными в костер, но они остались невредимыми, подобно трем отрокам в вавилонской печи, и славили Бога. Когда огонь погас, братья сказали мучителям: «Нам дана власть перейти ко Христу Богу нашему только тогда, когда захотим мы сами; но мы решили еще посмеяться в этой жизни над вашим безумием, хотя, все–таки, не замедлим явиться на небесный пир».
Наконец, трое братьев преклонили свои колена и, помолившись, предали Богу свои святые души. Тела их были погребены неподалеку от города, где впоследствии в их честь воздвигли храм, в котором совершались многие чудеса и исцеления.
На иконе эта группа трех святых мучеников–всадников, как бы принимает благодать из Горнего мира, для служения на земле. Скачущие кони – символ подверженного переменам мира, живущего по законам времени. Но нет разделения и здесь. Един мир Божий. Бичи, которыми размахивают всадники, 
касаются концами своими одеяния Архангела Михаила, ибо из Горнего мира черпается сила, которая помогает повелевать конями. Причем, в более раннем образе, XIV века, (ныне хранящемся в Государственной Третьяковской галерее), трое братьев–мучеников изображены в едином порыве погоняющими коней: каждый повторяет и как бы усиливает движение другого. В более позднем образе из Смоленска (XVII века) это единство уже не такое явное: кони и всадники распределились по пространству иконы. Здесь же заметно усиление иерархии: фигура Архангела Михаила несколько возвышается над Флором и Лавром, простирая над ними защищающие крылья, тогда как на иконе XIV века Флор и Лавр, молитвенно предстоящие Архангелу Михаилу, не отличаются от Архангела ростом (деталь существенная для иконописного языка). Руки святых братьев, как бы продолжение рук Архангела, линии их рук образуют чашу, символизирующую принятие Божественной благодати. Крылья Архангела обнимают мир, образуя иную чашу – символ излияния благодати из Горних высот на землю. Кони – символ дня и ночи, знаменуют бег времени. Их контур становится на иконе продолжением архангельских крыльев – тем самым вся земля, и пространство, и время, входит в общение с Горним миром.
От земли идет встречное движение ввысь – вершины тех гор, основания которых находятся на земле, пребывают в Горнем мире. Фигуры Архангела и мучеников написаны так, что создается впечатление нематериальности, полного отсутствия земной тяжести. Они не стоят на вершинах гор, а парят над ними. Обратная перспектива сближает фигуры. Трое – святой Архангел, водитель небесного воинства, и двое мучеников, символизируют единство Ангельского мира и святых человеков. На иконе они как будто ведут безмолвную беседу.
Цвета одеяний красный и зеленый, золотой (охристо–золотой) фон иконы подчеркивают единство и гармонию мира, в котором творится правда Божия, и каждая его сущность включена в общение с Богом. Красный – цвет Божественной любви, цвет крови, пролитой Сыном Божиим ради спасения мира, цвет мучеников, пострадавших ради Христа и исполнения правды Божией. Зеленый цвет – цвет жизни растительного царства на земле и цвет надежды на спасение падшего мира. Недаром рядом со святыми мы видим изображение зеленеющих деревьев, тянущихся ввысь. Сияющее золото фона означает Божественную силу, победу Царства Славы.
Князь Е. Трубецкой так пишет об этом: «Иконописная мистика – прежде всего солнечная мистика в высшем, духовном значении этого слова. Как бы ни были прекрасны другие небесные цвета, все–таки золото полуденного солнца – из цветов цвет, из чудес чудо. Все прочие краски находятся по отношению к нему в некотором подчинении и как бы образуют вокруг него «чин». Перед ним исчезает синева ночная, блекнет мерцание звезд и зарево ночного пожара. Самый пурпур зари – только предвестник солнечного восхода. И, наконец, цвета радуги, ибо всякому цвету и свету на небе и в поднебесье источник – солнце. Такова в нашей иконописи иерархия красок вокруг «Солнца незаходимого». Нет такого цвета радуги, который не находил бы себе места в изображении потусторонней Божественной славы. Но из всех цветов один только золотой, солнечный означает центр Божественной жизни, а все прочие – его окружение. Один Бог – сияющий «паче солнца», есть источник царственного света».
Белые и черные кони изображены на иконе в динамике и, одновременно, в покое. Удивительно, как умели древние иконописцы передать движение и покой одновременно! Эта динамика повествует об устремленности всего земного, временного – к небесному, где все начинающееся находит завершенность в покое вечности. Движение коней – приобщение к вечности, а также символ труждения человека во вселенной до тех пор, пока продолжается «бег времени».
Существует и другая икона «Чудо о Флоре и Лавре», где нет этого единого пространства, а есть разделение на три яруса. В верхнем, на горе возвышается Архангел Михаил, чуть ниже – Флор и Лавр, перед ними – белый и вороной кони. На среднем ярусе братья Спевсипп, Елевсипп и Мелевсипп погоняют табун разноцветных коней. В нижнем ярусе появляются изображения святителей Спиридона и Власия – новые лица для этого сюжета, но привычные народному сознанию, как покровители и ходатаи о домашнем скоте.
Остановимся на житиях этих теплых молитвенников о человеке и всякой твари.
Святитель Спиридон (память его празднуется 12/25 декабря) родился на Кипре, был с детства пастухом овец, в память об этом на иконах святителя часто изображают в пастушьей шапке, сплетенной из ивовых прутьев. Впоследствии он был поставлен епископом города Тримифунта. Все житие святителя поражает удивительной простотой и силой чудотворения, дарованной ему от Господа. По слову его пробуждались мертвые, исцелялись больные, изгонялись бесы. Особым даром святителя была власть над стихиями. По его молитве отверзалось небо и проливался живительный дождь на иссохшие поля, рассеивались грозовые облака, речной поток останавливался в своем течении, когда святителю нужно было перейти через него. В церковных песнопениях его часто уподобляют пророку Илие: «Равноангельна Спиридона зрим, великаго чудотворца. Некогда страна от бездождия и засухи вельми пострада: бысть глад и язва и многая множества людей умроша, молитвами же святителя сниде с небес на землю дождь, людие же, избавльшеся от бедствия благодарственно взываху: Радуйся великому пророку уподобивыйся; радуйся, яко дождь, отъемлющий глад и недуги благовременне низвел еси» (Акафист святителю Спиридону).
В 325 году святитель Спиридон был участником Первого Вселенского Собора, на котором, обличая ересь нечестивого Ария, явил в доказательство Единства Святой Троицы чудо: он взял в руки кирпич и сжал его – мгновенно вышел из кирпича вверх огонь, вода потекла вниз, а глина осталась в руках. «Се три стихии, а плинфа (кирпич) одна, сказал тогда святитель, так и в Пресвятой Троице Три Лица, а Божество Едино».
Фреска сщмч. Власия, монастырь святого Дионисия св. гора Афон
Другой изображенный на иконе святитель – священномученик Власий, епископ города Севастии (память его празднуется 11/24 февраля). До принятия епископского сана был врачом. В греческих минеях говорится, что он в детстве был пастухом. Святитель жил в царствование римских императоров Диоклетиана и Ликиния (III–IV вв.) – жестоких гонителей христиан. Многие верующие скрывались от преследований в пустынных и уединенных местах. Епископ Власий также удалился на гору Аргеос и поселился в пещере. К нему приходили дикие звери и кротко ждали, пока святой окончит молитву и благословит их; больных животных святитель исцелял, возлагая на них руки.
Милосердие святителя Власия простиралось на всякую тварь, которую он любил поистине богоподобной любовью ко всему, что Своей державой и любовью сотворил Господь.
Убежище святителя Власия было найдено слугами правителя области, прибывшими на отлов зверей, которым потом отдавали на растерзание мучеников–христиан. Святителя Власия отвели к правителю. По пути он исцелял больных – людей и животных, и творил другие чудеса. Так, по его молитве волк, утащивший поросенка у бедной вдовы, возвратил добычу невредимой. Когда на пути святому встретилась хромая собака, святитель остановился, осенил ее святым крестом, и она исцелилась.
За исповедание веры во Христа правитель области велел бросить святителя Власия в озеро. Однако святой мученик подошел к воде, осенил ее крестным знамением и пошел, как по суше. Обратившись к стоявшим на берегу язычникам, святитель предложил им идти по воде, призвав на помощь своих богов. Все, кто дерзнул на это, утонули. Святой же, повинуясь велению Ангела, вернулся на берег, после чего был обезглавлен. Произошло это около 316 года.
Известно, что не только на Руси, но и в Греции, на Балканах, в Далмации, то есть во многих районах Византийского мира святители Спиридон и Власий почитались как целители и покровители животных.
Земледельцы и скотоводы искали у небесных покровителей опору и помощь в повседневных трудах и заботах.
В иконе «Чудо о Флоре и Лавре» отражается единство мира, реальность общения с Горним миром. Образ раскрывает духовному взору Божественную любовь к людям, ко всему живому, раскрывает тайны Божии, приносит утешение в скорбях и укрепление в трудах. Мы видим здесь преддверие царства Божия, пришедшего в силе и славе, осиянность всего светом Божественным. Здесь видится прообраз эсхатологического видения Нового Иерусалима, где «воинства небесные следовали за Ним на конях белых, облаченные в виссон белый и чистый» (Апок. 19, 14).
ЧУДО О ФЛОРЕ И ЛАВРЕ
В день памяти святых мучеников Флора и Лавра мы начинаем публикацию глав из книги Александра Трофимова
«ЧУДО О ФЛОРЕ И ЛАВРЕ. Храм во имя святых мучеников Флора и Лавра, что в Старом Яму»
Эй, пошел, ямщик!… – Нет мочи:
Коням, барин, тяжело;
Вьюга мне слипает очи;
Все дороги занесло…
А. С. Пушкин
Е сли выехать из Москвы в сторону аэропорта Домодедово и свернуть вскоре направо, то попадаешь на современное начало Каширского шоссе. Узкое, перегруженное транспортом, оно на своем пути дробит селенья, а из села Ям образует несколько островков, обтекаемых вновь построенными магистралями и «старицей» – прежним Каширским трактом.
СЕЛО ЯМ НА БЕРЕГУ РЕКИ ПАХРЫ
В само село дорога с трудом протискивается узким мостом через реку Пахру. Мост для машин не рассчитывался. В 1926 году, когда его строили, основным транспортным средством была лошадь. С лошадью связана и история села, история сельского храма во имя святых мучеников Флора и Лавра, история дороги…
Храм был воздвигнут ямщиками в честь небесных покровителей коней – святых мучеников Флора и Лавра. Первые документальные сведения о нем относятся к 1627 году. Храм имеет долгую и насыщенную событиями историю, о которой и повествуют предлагаемые вниманию читателя главы книги.
Глава I
СВЯТЫЕ МУЧЕНИКИ ФЛОР И ЛАВР – НЕБЕСНЫЕ ПОКРОВИТЕЛИ ХРАМА
Часть 1. Житие святых мучеников Флора и Лавра
Часть 2. Древнерусский иконописный сюжет «Чудо о Флоре и Лавре» и образ коня
Часть 3. Служение святых мучеников Флора и Лавра Русской земле
Часть 4. Ямская гоньба на Руси
Часть 5. «Век иной – иные кони…»
Часть 6. Акафист святым мученикам Флору и Лавру
Часть первая
ЖИТИЕ СВЯТЫХ МУЧЕНИКОВ ФЛОРА И ЛАВРА
Д ва светильника явистеся мысленней тверди, Церковь священно украшающе, и всю просвещаете светло тварь присно чудотворении страстотерпцы, вопиюще: отроцы, благословите, священницы, воспойте, людие, превозносите во вся веки.
(Канон святым мученикам)
Православная Церковь празднует память святых мучеников Флора и Лавра 18/31 августа.
Свой подвиг они совершили во II веке. Флор и Лавр были родными братьями не только по плоти, но и по духу, так как единодушно веровали во Христа и угождали Ему добрыми делами. Сначала они жили в Византии, затем переселились в Иллирию (ныне земли бывшей Югославии: Сербия, Босния, Герцеговина и другие страны Балкан). От христиан Прокла и Максима братья научились ремеслу каменотесов и стали в этом ремесле искуснейшими в Иллирии. От Прокла и Максима святые братья научились и богоугодной жизни.
ИЛЛИРИЯ. АПОЛЛОНИЯ. ОДЕОН
Благочестивые учителя Флора и Лавра были преданы смерти за веру во Христа, а спустя некоторое время вслед за ними и святые братья унаследовали мученические венцы. Это произошло так.
Когда правитель соседней области обратился к правителю Иллирии Ликиону с просьбой прислать ему искусных каменщиков для постройки языческого храма, тот отправил на помощь Флора и Лавра, как лучших знатоков строительного дела. Сооружая храм, братья раздавали бедным плату, получаемую за свой труд, и при этом учили людей основам христианской веры. Они проповедовали язычникам Истинного Бога, кормили голодных и бедных, ночами молились о просвещении людей. Святые братья обратили ко Христу множество людей, среди которых был и языческий жрец со своим сыном.
Однажды, когда святые Флор и Лавр тесали камень, к ним подошел юный сын жреца и, став близко, смотрел на их работу. Вдруг от камня отскочил осколок, ударил юношу в глаз и выбил его. На крик раненого прибежал его отец, языческий жрец по имени Мемертин. Видя, что лицо сына окровавлено и глаз выпал, Мемертин бросился было на работников, чтобы побить их. Но бывшие здесь другие рабочие удержали его, удостоверяя, что святые братья невиновны. Флор и Лавр пообещали разгневанному отцу, что его сын получит исцеление.
СВВ. МУЧ. ФЛОР И ЛАВР. ИКОНА. ХОЛМОГОРЫ. XVII в.
Они взяли юношу на ночь к себе в дом, наставили вере во Христа и сказали ему: «Если будешь всем сердцем веровать в Того Бога, о Котором мы возвещаем тебе, то глаз твой скоро будет здоров». Юноша ответил: «Если глаз мой станет таким же, как и прежде, то я уверую в вашего Бога и буду чтить Его. Без сомнения, больше надлежит веровать в Того Бога, Который исцеляет больных и возвращает зрение слепым, нежели в тех богов, которые не только больных не исцеляют, но и здоровых делают больными». При этом юноша рассказал святым о таком случае: «Есть,– сказал он,– среди наших жрецов один жрец по имени Ерм. Когда несколько лет назад хотели поставить его в жреческое звание, то привели к изображению Зевса, чтобы возложить руку идола на его голову. Такой обряд существует у нас при поставлении в жрецы. Он состоит в том, что руку Зевса, приделанную к плечам и движущуюся в суставе, жрецы при помощи серебряной цепи поднимают вверх, а потом опускают на голову поставляемого. Когда эту руку спускали на главу Ерма, то серебряная цепь случайно выскользнула из рук державших ее, и рука, упав на лицо Ерма, ободрала его ногтями вплоть до костей, так что до сего дня издалека видны зубы его. И ни один бог не оказал ему помощи, напротив, ему делается все хуже».
СВЯТЫЕ МУЧЕНИКИ ФЛОР И ЛАВР. ИКОНА. XVII в.
Святые Флор и Лавр со слезами начали молиться Богу о том, чтобы Он исцелил юношу и просветил не только его телесный глаз, но и душевные его очи. После усердной молитвы братья осенили больной глаз юноши крестным знамением, и глаз немедленно зажил и так же хорошо видел, как и прежде. Вследствие такого чуда уверовал во Христа не только исцеленный юноша, но и отец его.
После этого Флор и Лавр, получая в своей работе помощь от Ангела Божия, в короткое время окончили постройку храма, но не оставили его для жилища идолов, а освятили его для прославления пресвятого имени Иисуса Христа. Они поставили в храме к востоку честной крест, собрали до трехсот человек, уверовавших по их проповеди, и совершили всенощную молитву, прославляя Христа.
Во время молитвы сошел свыше свет неизреченной небесной славы и наполнил храм дивным сиянием. По окончании всенощной молитвы все бывшие в храме отправились к стоявшему неподалеку зданию, в котором находились приготовленные для нового храма идолы, и, обвязав шеи этих идолов своими поясами, вытащили из здания и разбили их на мелкие части.
ИЛЛИРИЯ. ДВОРЕЦ ИМПЕРАТОРА ДИОКЛЕТИАНА
Узнав о случившемся, правитель велел взять братьев и всех, кто был с ними, в том числе Мемертина с сыном. Всех их приговорили к сожжению, а самих Флора и Лавра отослали к правителю Иллирии Ликиону. Ликион обстоятельно расспросил их обо всем и, узнав, что они христиане и остаются непоколебимыми в своей вере, велел сбросить их в глубокий колодец и засыпать землей живых. Через много лет нетленные мощи святых братьев были обретены и перенесены в Константинополь. Господь даровал им великую целебную силу. В 1200 году их видел новгородский паломник Антоний, около 1300 года главы мучеников в монастыре Вседержителя видел Стефан Новгородец.
Церковь так воспела подвиг мучеников:
«Зодчии показастеся духовнии, наздаете верою благочестивых души, Божественною благодатию на камени веры, и, себе сами совершивше храм священ Честныя Троицы, твердо пострадаете. Тем и исцеления источаете верою к вам притекающим, и страсти отгоняете, страстоносцы самобратнии. Молите Христа Бога грехов оставление подати чтущим любовию святую память вашу» (седален святым мученикам).
В Минее за август сказано, что на Руси святых мучеников Флора и Лавра почитают как покровителей домашнего скота. Это почитание возникло еще в древние времена, и по всей Русской земле торжественно праздновался день памяти этих святых.
СВВ. МУЧЕНИКИ ФЛОР И ЛАВР. ФРАГМЕНТ ИКОНЫ ИЗ ПОКРОВСКОЙ ЦЕРКВИ В КИЖАХ
Со времен Древней Руси дошло такое сказание. На второй день третьего Спаса* пахал мужик землю, чтобы посеять озимую рожь. Лошадь заартачилась и остановилась. Принялся мужик хлестать ее кнутом, а потом стал изо всех сил колотить палкой. Лошадь пала на колени и заржала. Хозяин осыпал ее бранью и пригрозил вспахать на ней целую десятину в один день. Вдруг откуда ни возьмись два странника с посохами. «За что ты бьешь лошадь? – спрашивают они мужика,– ведь ты ответишь за нее Богу, всякая животина на счету у Бога, а лошадь сама умеет Ему молиться. У вас, вот, на каждой неделе полагается для отдыха праздник, а у коня твоего круглый год нет ни единого праздника. Завтра наш день – Флора и Лавра: вот мы и пришли заступиться и посоветовать свести твою лошадь к церкви; и соседям то же наказать, если хотят, чтобы лошади их были здоровы и в работе крепки и охотливы. Мы приставлены к лошадям на защиту. Бог велел нам быть их заступниками и ходатаями перед Ним».
Это сказание свидетельствует о древнем происхождении и повсеместном чествовании дня святых Флора и Лавра на всем пространстве Русской земли.
* Третьим Спасом на Руси называют день Перенесения из Едессы в Константинополь Нерукотворенного образа Господа Иисуса Христа, который празднуется 16/29 августа.
СВЯТЫЕ МУЧЕНИКИ ФЛОР И ЛАВР. ФРЕСКА ЦЕРКВИ РОЖДЕСТВА БОГОРОДИЦЫ АНТОНИЕВА МОНАСТЫРЯ В НОВГОРОДЕ. 1125 г.
По устному преданию, сохранившемуся в Новгородской земле, с открытием мощей святых мучеников Флора и Лавра прекратился падеж скота. Тогда и началось почитание святых как покровителей лошадей. Это почитание, возможно, пришло на Русь с Балкан – родины святых братьев. Именно там возникло предание о том, что мученики Флор и Лавр были обучены Архангелом Михаилом искусству управлять лошадьми.
В древних иконописных подлинниках Руси дается наставление, что святые Флор и Лавр должны быть написаны с конями, которым они покровительствуют. И до сего дня во многих храмах и музеях России сохранились прекрасные иконы святых Флора и Лавра с изображением лошадей. Наибольшее распространение получил сюжет «Чудо о Флоре и Лавре».
Часть вторая
ДРЕВНЕРУССКИЙ ИКОНОПИСНЫЙ СЮЖЕТ «ЧУДО О ФЛОРЕ И ЛАВРЕ» И ОБРАЗ КОНЯ
Иконописцы Древней Руси богословствовали в красках, раскрывая через видимые образы тайны духовного мира. Образ святых мучеников Флора и Лавра – из числа таких откровений древних иконописцев. Князь Е. Трубецкой так пишет о сюжете «Чуда о Флоре и Лавре»: «Когда мы видим этих святых среди многоцветного табуна, коней, играющих и скачущих, может показаться, что в этой жизнерадостной картине мы имеем посредствующую ступень между иконописным и сказочным стилем. И это в особенности потому, что именно Флор и Лавр более чем какие-либо святые сохранили народный русский, даже прямо крестьянский облик; но и они, властвуя над конями, сами, в свою очередь, имеют своего руководящего Ангела, изображаемого на иконе… Не остается никакого сомнения в том, что они не самостоятельные носители силы небесной, а только милостивые ходатаи о нуждах земледельца, потерявшего или боявшегося потерять свое главное богатство – лошадь».
Прежде чем обратиться к иконописному сюжету, вспомним о символике образа коня в Священном Писании и во взглядах на мир древних народов земли.
Мы называем животных братиями нашими меньшими. И действительно, во всей мировой истории люди и животные связаны братскими узами, помогают друг другу. Христос ссылался на заботу людей о своих животных в день субботний и этим оправдывал исцеление больных в субботу. Чувство ответственности за благополучие животных замечательно выражено в Книге Притчей: «Праведный печется и о жизни скота своего» (Притч. 12, 10).
Слово «конь» – индоевропейского происхождения. Индоевропейцев объединяли общий язык, близкие личные имена, общие божества, ритуалы, священные гимны, представления о мире. У индоевропейцев, обитавших в древние времена в южнорусских степях, на юго-востоке Европы и северо-востоке Передней Азии, ведущей отраслью в хозяйственной жизни было коневодство, проводились конные состязания. Индоевропейцы первыми из народов земли приручили лошадь, и не случайно конь стал главным культовым животным в религиозной жизни. Они же изобрели колесницу, что способствовало распространению индоевропейцев по европейскому и азиатскому материку вплоть до Индостана.
В русский язык слово «лошадь» пришло поздно, лет 700–800 назад, из тюркских языков: конь в тюркских языках – «алаш». У славян сначала отпала буква «а», а затем «лаш» првратилось в «лошадь».
КРАСНЫЙ ПАХАРЬ. ХУД. ИВАН ГОЛИКОВ
И в русских сказках недаром говорится об огнедышащих конях. И конечно, это огонь небесный. В России фигурки лошадей часто окрашивали в красный цвет – цвет восходящего солнца. Развевающаяся грива скачущего коня напоминает пламя костра.
Белый конь всегда связан с огнем, с солнцем, светом, жизнью и духовным просветлением. Существует присловье: «У кого не было белого коня, тот не знает и истинного добра». Символика коня простирается от света к тьме, от неба к земле, от жизни к смерти. В религиозных обрядах многих народов лошадь служила символом непрерывности жизни.
Особенно почитались белые кони на Востоке. На земле же единственным владельцем их мог быть царь, ибо эти кони были одним из семи его сокровищ. И не случайно, когда персидский царь Ксеркс I возглавил поход персов в Грецию, впереди его войска шли десять священных белых лошадей. Затем ехала колесница, запряженная белыми лошадьми,– пустая, так как она предназначалась для бога, и только потом – Ксеркс в колеснице, опять-таки запряженной белой лошадью.
Конь в античной традиции также символ устремлений человеческой души. Душа изображается в виде колесницы, управляемой возницей с запряженными в нее конями разной масти: белым (благородство) и черным (страсти). Первый стремится к небу, второй рвется к земле. Возница же пытается удержать поводья и соразмерить небесное и земное,– об этом говорит Платон в своих «Диалогах».
Конь и всадник становятся символом человеческого тела, несущего душу, либо символом духовной природы человека, заключенной в материальное тело.