икона снятие с креста иисуса христа
Парус на крестной мачте. Снятие с Креста
Вся икона исполнена трагизма, но не в статичности, не в покое – а в движении. Путь Богоматери и мироносиц, устремленных ко Христу, умершему и снимаемому с Древа, словно пресекается встречным движением Христа, уже «нагого Мертвеца» (Канон на Плач Богородицы) и опускаемого на землю.
Путь, еще только начавшийся, завершился. Нет у них более вина, и никто не скажет: «Наполните водоносы водой» (Ин.2:7). Пришел час Сына Человеческого – и на этот час Он и пришёл в мир (Ин.12:27).
Фигура Христа, снимаемого с Древа, задает ход всему движению на миниатюре – торжественному, медленному, траурному, погребальному движению справа налево. Нет радости в этой высокой и скорбной торжественности – «Радость мене отселе николиже прикоснется» (Канон на плач Богоматери).
Тело Христа сломано и преломлено, и таким – мертвым, умершим ради них, они и принимают теперь Его, со слезами и в скорби, полной тайны.
Касается Богоматерь согнутой руки Сына – словно продолжает беседу в Кане Галилейской, в молчаливой тайне. «О како утаилася Тебе есть бездна щедрот, – Матери в тайне изрече Господь» (Канон на Плач Богоматери).
Снятие с Креста. Коптская миниатюра 1180 года
Угол руки Христовой прободенной и поднесенной к устам Марии Богоматери напоминает нам о том краеугольном камне, что отвергли строители, но который лёг в основание здания Церкви, родившейся от Христа в смертной муке.
Тело Христово сломлено, преломлено и держимо благоговейными руками Иосифа Аримафейского. «Ныне Тебя другой Иосиф погребает» – не тот, который «носил Тебя в древности в Египет» (Статии в Великую Субботу).
Церковь в лице Богоматери и жен-мироносиц созерцает эту тайну преломления Тела Христова и, касаясь, причащается ее, или взирает со страхом издали, как святой Иоанн Богослов.
«Матери в тайне изрече Господь – тварь бо Мою хотя спасти, изволих умрети» (Канон на Плач Богоматери).
Святитель Афанасий Великий сказал об этом так: «О чудо! Бог упал, а человек восстал!» [1]
Бог упал – и склоняется к земле и к земным, к скорбной церкви, к собору жен, Христос. Он, обнажённый Атлет, препоясанный белым полотном, совершил Свой смертный поединок с «последним врагом» (1 Кор. 15:26).
«Возшел еси на Крест, силою препоясався, и соплется с мучителем яко Бог, с высоты свергл еси» (Воскресная служба 4 гласа).
С мучителем, с тираном – а тираном греки называли не просто человека, который правит со злобою и жестокостью. Тиран – это тот, кто правит не по праву, тот, кто не царь. Ибо по праву, считали греки в древности, мог править только царь.
Однако, как гласила одна греческая легенда, последний греческий царь Кодр, узнав из пророчества в Дельфах, что победит та сторона, на которой будет убит царь, переоделся в одежду самого простого человека, дровосека, пришёл в неприятельский стан и был убит на чужой стороне. Так «царь-дровосек» принёс победу своему народу, и греки справедливо сочли, что никто более не достоин быть царём после Кодра.
В этой греческой легенде есть далёкий отзвук правды. Всякий, кто царствует над человеком, есть тиран – ненастоящий, недостойный, ложный правитель, пользующийся смертью Истинного Царя, умершего за свой народ.
«Потому и зову Его Царём, что вижу Его распятым – ибо царю свойственно умирать за подданных», – писал святитель Иоанн Златоуст.
…Бог падает, и Его устремление с Крестного Древа во гроб подчеркивается движением фигуры человека – Иосифа Аримафейского, выпрямляющегося и восклоняющего главу свою в скорбном и удивленном созерцании «упавшего Бога» в пространстве под перекладиной Креста.
И сны бегут, и правда обнажилась –
Простая. Перекладина Креста.
Мать Мария (Скобцова)
Снятие со Креста. Конец XV в.
Бессильно тело Распятого – но крепко бедро держащего «Тело Бога своего» Иосифа, крепок его стан. Христос немощен – «Вы же крепки о Христе» (1 Кор. 4:10).
Носящий Христа делает широкий шаг ввысь – только здесь возможен такой шаг, в таинственном и скорбном пространстве под Крестом Сына Божия.
Нагого Мертвеца держит Иосиф в священном ужасе – и сам восходит, ступая на перекладину Креста Христова, на котором истекают кровью язвы гвоздиные на ногах Того, кто проложил «стезю проходну к небесе» (Пасхальный Канон). Восхождение для человека возможно только через Крест и в осененности Крестом Сына Божия, Иисуса.
Ризы Иосифа – синие и зеленые, светлые, символизируют присутствие Духа Святого Божия, что предвозвещал через пророков, как должно пострадать Христу и войти в Свою славу (Лк.24:26). И неслучайно как исполнение этой славы Богочеловеческой – ризы багряные и синие, ризы Христовы – на ученике возлюбленном, на Иоанне. У всех присутствующих и касающихся тайны Креста очерчены нимбы – они причастны Кресту.
Но таинство совершается. Бог падает, человек, причастный его смерти, Иосиф, носящий Живоносное Тело, восстает.
Христос обоживает мя, воплощаяся,
Христос мя возносит, смиряяся,
Христос безстрастна мя соделовает,
стражда, Жизнодавец, естеством плоти;
темже воспеваю благодарственную песнь:
яко прославися.
Христос возносит мя, распинаемь,
Христос совоскрешает мя, умерщвляемь,
Христос жизнь мне дарует;
темже с веселием руками плещая,
пою Спасителю победную песнь –
яко прославися.
(Канон воскресный, глас 1)
И они – Христос и человек христоносный – соработают (1 Кор.3:9), образуя вместе парус на мачте Крестной, белый, как нетленная плоть Христова, и зелёный, как символ Животворящего Духа Христова. Парус этот, Богочеловеческий Парус в Духе Святом, направлен вправо и вверх, очерчивая вторую мощную динамическую линию этой удивительной миниатюры.
Духом Божиим явится вскоре Христос Своим друзьям, погруженным в беспросветную скорбь – но мы уже сейчас можем ощущать это. В Пасхе Крестной иконописец явил чаяние Воскресения.
И Церковь, собранная вокруг Закланного на Кресте, причащается тайны Христа, тайны Креста и Гроба Его и ждёт откровения тайны Воскресения.
[1] Неслучайно, быть может, эта коптская миниатюра XII в. напоминает о великом святителе IV в., александрийце, имевшем коптское происхождение, и его замечательной формуле (перефразированной из сщмч. Иринея Лионского).
Снятие с креста и погребение Спасителя. (Глава из «Закона Божия» протоиерея Серафима Слободского)
Они сняли тело Спасителя с Креста, помазали Его благовониями, обвили плащаницей и положили Его в новом гробе, в саду, вблизи Голгофы. Гробом этим была пещера, которую Иосиф Аримафейский высек в скале для своего погребения, и в которой еще никто не был положен. Там они положили тело Христово, потому что гроб этот был близко от Голгофы, а времени было мало, так как наступал великий праздник Пасхи. Потом привалили огромный камень к двери гроба и удалились.
Мария же Магдалина, Мария Иосиева и другие женщины были там и смотрели, как полагали тело Христово. Возвращаясь домой, они купили драгоценного мира, чтобы потом помазать этим миром тело Христово, как только пройдет первый, великий день праздника, в который, по закону, следовало всем пребывать в покое.
Но враги Христовы не успокоились, несмотря на свой великий праздник. На другой день, в субботу, первосвященники и фарисеи (нарушая покой субботы и праздника) собрались, пришли к Пилату и стали просить его: «Господин! мы вспомнили, что этот обманщик ( так осмелились они называть Иисуса Христа), еще будучи в живых, сказал: «после трех дней воскресну». Поэтому прикажи охранять гроб до третьего дня, чтобы ученики Его, пришедши ночью, не украли Его и не сказали народу, что Он воскрес из мертвых; и тогда будет последний обман хуже первого».
Пилат сказал им: «у вас есть стража; пойдите, охраняйте, как знаете».
Тогда первосвященники с фарисеями пошли ко гробу Иисуса Христа и, осмотрев внимательно пещеру, к камню приложили свою (синедрионову) печать; и поставили у гроба Господня воинскую стражу.
Когда тело Спасителя лежало во гробе, душой Своей Он сошел в ад к душам людей, которые умерли до Его страданий и смерти. И все души праведных людей, которые ждали пришествия Спасителя, Он освободил из ада.
ПРИМЕЧАНИЕ: См. в Евангелии: от Матфея, гл. 27, 57-66; от Марка, гл. 15, 42-47; от Луки, гл. 23, 50-56; от Иоан., гл. 19, 38-42.
Икона «Снятие с креста»
Иисус Христос, распятый на кресте, был снят с него для погребения, и в честь этого события была написана чудотворная икона. Православные верующие молятся перед ней, прося у Высших Сил защиты и покровительства.
Верующие люди знают несколько икон, на которых изображены события последних дней земной жизни Иисуса. Есть и иконы, изображающие события, произошедшие после казни Спасителя. Икона «Снятие с креста» для каждого служит символом спасения.
История иконы
Последователь Иисуса и его тайный ученик Иосиф получил разрешение у самого Пилата на то, чтобы снять Иисуса с креста, стоящего на горе Голгофа. Иосиф взял себе в помощники еще одного ученика, Никодима, и они вместе сняли тело Спасителя, чтобы похоронить его. Согласно обычаю, тело Господа было обмазано благовониями и завернуто в плащаницу. Тело положили в гроб, который поместили в пещеру, находящуюся недалеко от места казни. Это событие было отражено на иконе, которая почитается среди верующих и помогает им бороться со злом и негативом.
Описание образа
В самом центре образа на фоне креста изображено тело Христа, которое поддерживают его ученики. Рядом находятся жены-мироносицы, готовые обмазать его тело благовониями. Они находятся в левой части иконы, позади ученика Христова, Иосифа. Богоматерь изображена прильнувшей щекой к телу сына, а у подножия креста находятся два ученика, вынимающие гвозди из ног Спасителя. В русской иконописи сюжет с описанием снятия Господа с креста появился в 14 веке, о чем указано в сохранившихся рукописных источниках.
В чем помогает икона «Снятие с креста»
Перед святой иконой православные верующие молятся не только для того, чтобы попросить помощи и защиты, но и чтобы прославить Господа и его жертву. В молитве часто звучат слова покаяния в греховных делах и мыслях, просьбы о благословении на трудные дела, связанные с риском для жизни. Молятся верующие и для того, чтобы освободиться от телесных и душевных ран, обрести душевный комфорт и противостоять негативу. Нередко к молитве перед иконой прибегают люди перед сложными операциями, чтобы лечение прошло удачно. При любой сложности или для того, чтобы утвердиться в вере, перед иконой можно вознести молитвенные слова.
Где находится божественный образ
Популярность иконы росла, и сейчас списки с нее можно найти во многих храмах и церквях по всей России:
Молитва перед иконой
«Господи Всемогущий, своей жертвой искупивший все грехи земные людей, в Тебя верующих и неверующих. Благослови раба своего (имя), помоги прожить достойно, избавиться от негатива, очерняющего душу, и от влияния пагубного. Спаси и сохрани, Господи, семью мою и всех живущих на земле. Заступись за слабых духом и укажи им верный путь. Аминь».
Дата празднования иконы
Икону православные верующие почитают на Страстной неделе, в Великую субботу. В это время вспоминают не только снятие Господа с распятия, но и его сошествие в ад за душами праведных мучеников.
Часто в жизни людей случаются моменты, когда без Божественной поддержки не обойтись. В трудные времена молитесь Высшим Силам и просите помощи у своих небесных покровителей. Чтобы вознести слова молитвы, не обязательно каждый раз посещать церковь. Это можно сделать дома или в дороге, главное, чтобы ваша вера была искренней, а слова шли от самого сердца.
Снятие со креста. Положение во гроб
Конец XVI — начало XVII вв.
¦ 37. Снятие со креста. Положение во гроб 1
Конец XVI — начало XVII века
Дерево, темпера. 35,8 × 30,4 × 2,4
Обнаружена экспедицией ЦГРМ в Гуслицком монастыре Московской области
ГРМ, инв. ДРЖ 1062
1 На тыльной стороне иконы под верхней шпонкой чернильная метка Строгановых и надпись: «Папулина» (М. А. Папулина?). См.: Искусство строгановских мастеров в собрании Государственного Русского музея: Каталог выставки. Л., 1987. № 58. С. 73.
Евангельские тексты сообщают, что тайные ученики Христа Иосиф Аримафейский, называемый Благообразным, и Никодим, желая спасти от поругания тело своего Учителя, испросили у Пилата разрешение совершить его погребение.
Икона из Русского музея делится на два смысловых и четыре пространственных плана. На первом плане «Положение во гроб» с предстоящими, на втором — «Снятие со креста», на третьем — слетающие ангелы и стоящие в отдалении жены, наконец, на четвертом — стены Иерусалима с бледно-розовыми арочными проемами. Справа в верхней части иконы сильно изогнутую фигуру Спасителя снимают с креста Иосиф Аримафейский, Иоанн Богослов и Никодим, облаченные в апостольские одежды — хитон и гиматий, им помогает благочестивый безымянный иудей. Его фигура изображена дважды: на лестнице и у ее подножия. Слева от креста Богоматерь. Тонкая и стройная ее фигура чуть отклонена назад. Она поддерживает под руки Христа и прижимается к его голове. За ней в отдалении скорбно стоят Мария Магдалина и Мария Клеопова. Внизу, у подножия креста, представлен Никодим, вынимающий гвозди из ног Спасителя.
2 Дебольский Г. С. Дни богослужения. СПб., 1887. Т. 2. Т. 2. С. 161–165.
3 Светлов П. Значение креста в деле Христовом. Киев, 1893. С. 211.
После всех чтений и молитв на средину храма выносится плащаница для поклонения верующих и поется канон о распятии Господнем, в котором выражена скорбь Церкви и плач Пресвятой Богородицы — композиция на первом плане иконы.
4 Ильин В. Запечатленный гроб, или Пасха нетления. Троице-Сергиева лавра, 1995. С. 73.
Образ искупления человечества крестной жертвой Иисуса Христа соединяется на иконе с тайной Великой субботы.
Церковь особенно почитает Великую субботу. Упокоение во гробе становится последним приделом божественного умаления (кенозиса) «человек ради», таинственным покоем Творца. Дело искупления отождествляется Церковью с делом Творения. Как в первом творении, Бог, создавши все твари, почил в седьмой день, назвав его субботою, т. е. покоем, так и в «делании умного творения», совершив все дело искупления, воссоздав истлевшего грехом человека, обновив его живоносным крестом и смертью, в наступившем седьмом дне Господь успокоился, заснув спасительным сном перед Воскресением Своим в новом теле.
Страстная Пятница на иконах
Во время вечернего богослужения плащаница – ткань с вышитым или живописным изображением лежащего во гробе Христа – выносится и полагается посреди храма, поется Канон о распятии Господа и Плач Пресвятой Богородицы.
Изображения Распятия появились не ранее V века, но законченную иконографическую форму этот образ получил в Византийском искусстве, и в нем нашли отражения и евангельские свидетельства, и поэтические образы богослужебных песнопений, и различные богословские толкования святых отцов.
Из песнопений Великой пятницы видно, что Распятие переживается Церковью как событие вселенского масштаба: умирает не просто человек, но Бог, который сотворил небо и землю, Тот, Кто всесилен освободить нас от греха Адама.
Днесь висит на древе, Иже на водах землю повесивый: венцем от терния облагается, Иже Ангелов Царь: в ложную багряницу облачается, одеваяй небо облаки: заушение прият, Иже во Иордане свободивый Адама: гвоздьми пригвоздися Жених Церковный: копием прободеся Сын Девы. Покланяемся Страстем Твоим, Христе: покланяемся Страстем Твоим, Христе: покланяемся Страстем Твоим, Христе, покажи нам и славное Твое Воскресение.
(Ныне висит на древе Тот, Кто повесил (утвердил) землю на водах; терновым венцом покрывается Ангелов Царь; в порфиру шутовскую одевается Одевающий небо облаками; заушения (пощечены) принимает Освободивший (от греха) Адама в Иордане; гвоздями прибивается Жених Церкви; копьем пронзается Сын Девы. Поклоняемся страданиям Твоим, Христе, поклоняемся страданиям Твоим, Христе, поклоняемся страданиям Твоим, Христе, покажи нам и всеславное Твое Воскресение.)
При этом, последние слова песнопения показывают, что в Распятии уже предугадывается Воскресенье, что также отражается в иконографии.
Распятие в традиционной православной иконографии изображается особым образом: Христос на иконах обычно представлен не в агонии смерти, а торжествующим – Он раскинул руки по сторонам креста, словно распахивая объятия любви.
Распятие. икона 15 в.
Его обнаженное тело, прикрыто только набедренной повязкой – это образ человеческой уязвимости и полной отданности в руки людей. Но в ранней традиции бывали изображения Христа на кресте в хитоне. Такой образ мы видим на синайской иконе VIII в.
Распятие. 8 в. Синай.
Это очень непривычный для нас образ, но, несомненно, очень выразительный. Такой образ повторил наш современник – архимандрит Зинон в нижнем храме Феодоровского собора в Санкт-Петербурге.
Архим. Зинон. Распятие
И в древних, и в современных изображения Распятия можно встретить образ Христа как с закрытыми, так и с открытыми глазами. И тот, и другой вариант вполне каноничны, просто, когда Христос изображается с открытыми глазами, подчеркивается Божественная природа Спасителя, а с закрытыми – акцент делается на Его человечестве.
Довольно рано, с V–VI вв., в иконографию Распятия вошли изображения воинов: один из них подает Спасителю губку с уксусом, а другой прободает Его копьем. Нередко изображается один воин – сотник Лонгин, который с изумлением смотрит (или указывает рукой) на Христа: «истинно, этот человек был праведник» (Мф.23,47).
Иногда на древних иконах можно видеть плачущих ангелов, причем, иногда они сопровождаются также крылатой персонификацией Синагоги (Ветхозаветной церкви), которая улетает прочь, и Церкви, которая, напротив, подлетает к кресту. Встречается также изображение ангела, собирающего в чашу кровь и воду, изливающиеся из раны Спасителя.
С VI века на иконах Распятия стали изображать предстоящих: Богоматерь и Иоанна, любимого ученика Иисуса, затем жен-мироносиц: Марию Магдалину, Марию Иаковлеву, Марию Клеопову и Саломию и др. Нередко рядом с крестом Спасителя изображают и распятых разбойников.
Снятие с креста. Крит 16 в.
Тема стояния у креста Божьей Матери – особая, в ней раскрывается вся глубина боли пронзенного материнского сердца. Присутствие у Креста Иоанна Богослова – это тема верности ученика, который, как прочие, не покинул Учителя в самый трудный час.
И здесь же зарождается будущая Церковь. Эту тему ярко раскрывает Евангелие от Иоанна, в котором глазами очевидца описаны голгофские события с подробностями: «Иисус, увидев Матерь и ученика тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: Жено! се, сын Твой. Потом говорит ученику: се, Матерь твоя! И с этого времени ученик сей взял Ее к себе» (Ин.19,26-27).
Страстные сцены в иконографии разработаны весьма подробно. Появление в XV веке страстного ряда в иконостасе свидетельствует о большом интересе к этой теме. В это время иконография Страстей начинает раскладываться на отдельные эпизоды: «Воздвижение на крест», «Распятие», «Снятие с креста», «Положение во гроб», «Оплакивание».
Положение во гроб Рус. Север. 15 в.
Особенно яркую эмоциональную окраску в иконографии получают композиции «Положение во гроб» и «Оплакивание». Обычно православная икона довольно сдержанно показывает эмоции, считается, что иконный образ должен быть бесстрастным.
церковь в Нерези, Македония, 1164 г.
Московская мастерская «Русская икона» также повторила это композицию в иконе 2007 г., причем буквально.
С. Антонов. Снятие с креста
Но, будучи перенесенной на доску эта композиция несколько потеряла в своей монументальности, стала более камерной, при этом основной пафос сохранился. Смысловым и композиционным центром иконы являются два лика – Христа и Богоматери, и хотя они написаны в левой части композиции, все в иконе: жесты персонажей, движение ангелов, линии горок – все возвращает наше внимание к главному: образу той любви, которая проявляется в лике умершего Христа и оплакивающей Его Богоматери.
Тема Оплакивания получила неожиданное решение в эскизе 1887 г. Михаила Врубеля, эмоционально-яркая и остро-драматическая авторская интонация дала возможность по-новому зазвучать этой теме. Данный эскиз в числе других не менее интересных Врубель сделал для Владимирского собора в Киеве, который в 80-х гг. XIX в. расписывали В. Васнецов, М. Нестеров и другие художники под руководством профессора А. Прахова.
Врубель. Надгробный плач. 1887 г.
Но комиссия не приняла эскизы Врубеля, сочтя их слишком аффектированными, не приемлемыми для церковной росписи. Тем не менее, эти эскизы вошли в историю русского искусства, в них хорошо виден тот мучительный поиск образа, который в конце XIX – начале XX вв. шел в церковном искусстве.
В.Васнецов. Картон для плащаницы
Напомним, что другое название этой картины: «Труп Христа в могиле», и герои Достоевского как раз и не соглашаются с изображением трупа, такой образ смерти им кажется не соответствующим православному пониманию искупительного подвига Христа.
Действительно, в православной традиции очень редко можно встретить изображение мертвого Христа, но все же такие изображения есть – например, образ мы видим на иконе XII в. из Кастории.
Кастория. Греция 12 в.
Или «Царь славы» – сербская икона XIV в. из собрания Третьяковской галереи. Само наименование «Царь славы» нередко сопрождающее изображение Голгофы, говорит о том, что Крест переживается в православии как наивысший знак славы спасителя.
Христос Царь славы. Сербия 14 в.
Конечно, язык иконы более условен, чем язык живописи, и православная иконография всегда избегала натурализма и стремилась к предельному символизму. И потому, когда икона изображает умершего Христа, в Нем всегда сохраняются живые черты, как знак надежды на скорое Его Воскресенье.
Но чаще всего образ смерти Спасителя показан через отношения Его с другими – с предстоящими у креста или с разбойниками, распятыми по обеим сторонам от Христа.
Наиболее глубокую интерпретацию тема смерти получила в восточнохристианской иконографии в образе «Не рыдай Мене, Мати», в которой раскрываются отношения Божьей Матери и Ее Божественного Сына. Этот образ мы находим и в древней иконографии, и в новой.
Не рыдай Мене, Мати. 2 пол. 17 в.
В основе иконографии песнопение Страстной пятницы: «Не рыдай Мене, Мати, зрящи во гробе, Его же во чреве без семени зачала еси Сына: востану бо и прославлюся, и вознесу со славою непрестанно яко Бог, верою и любовию Тя величающыя».
Иконография этого образа сложилась в византийском искусстве XIII в., а затем пришла в древнерусскую традицию. На иконе «Не рыдай Мене, Мати» изображается Богородица, обнимающая Христа, стоящего во гробе на фоне креста. Нередко этот образ называют православной «Пьетой» (итал. пьета – плач), поскольку он раскрывает тему оплакивания Христа перед положением Его во гроб.
Не рыдай Мене Мати. Холуй. 19 в.
Можно вспомнить самое известное западное произведение на эту тему – «Пьету» Микеланджело. Однако есть существенные отличия православного образа от западных произведений. На Западе этот образ дает нам возможность почувствовать глубину трагедии Матери, оплакивающей своего Сына, а в православном образе нет чувства тотальности смерти.
В XVIII-XIX вв. иногда изображали Богородицу, молящуюся над телом лежащего Спасителя. Но в современной иконографии чаще всего следуют более древним образцам. Из современных иконописцев этот образ с какой-то особой трогательносью и глубиной чувств изобразил известный московский иконописец Александр Соколов.
Иногда образ оплакивания соединяется с изображением Спаса Нерукотворного. В этой иконографии особо подчеркивается тема Боговоплощения. Бог – Невидимый, непостижимый – становится Человеком, приходит в этот мир, по слову преп. Иоанна Дамаскина: «нематериальный воспринимает материю, невещественный становится веществом ради спасения нашего».
Спас Неруквоторный и Не рыдай Мене Мати. 15 в.
И наконец – тема погребения, положения во гроб – что выражается в прекрасном обряде выноса Плащаницы, эта тема также находит богатое воплощение в изображениях: шитых и писанных плащаницах, иконах, фресках, мозаиках.
И здесь иконография следует за гимнографией и богословием Церкви. Вспомним одно из песнопений:
«Благообразный Иосиф с древа снем Пречистое Твое Тело, Плащаницею чистою обвив и благоуханьми во гробе нове закрыв, положи. Но тридневен воскресл еси, Господи, подаяй мирови велию милость».
В древней иконографии специально подчеркивались белые (чистые) погребальные пелены Христа, как образ одновременно и рождения, и смерти, не случайно, погребальные пелены так напоминают пелены младенческие: здесь идет явная перекличка с иконографией Рождества Христова, где младенец Иисус лежит в пеленах в Вифлеемской пещере.
Оплакивание. Рус. Север. 18 в.
Помимо икон следует обратить внимание на иконографию шитых плащаниц, здесь мы находим богатое разнообразие изводов и интерпретаций. Особенно хочу обратить внимание на те, где Христос лежит в окружении ангелов на звездном фоне, словно это Царство Небесное, в котором искупительная жертва Христа получает какое-то космическое звучание.
Плащаница. Метеоры. Греция. 15 в.
На вечерне звучит 103-й псалом и поются стихиры на «Господи воззвах»:
«Вся тварь изменяшеся страхом, зрящи Тя на кресте висима, Христе: солнце омрачашеся, и земли основание сотрясахуся. Вся сострадаху Создавшему вся. Волею нас ради потерпевый, Господи, слава Тебе».
В Великую пятницу вместо аналойной иконы посреди храма полагается Плащаница, и наступает Великая Суббота, день покоя, когда «да молчит всякая плоть человечья».