икона троица в бытии
Икона троица в бытии
Вы используете устаревший браузер.
Пожалуйста, обновите его.
Коллекция Государственного Русского музея
Троица Ветхозаветная «в бытии»
Середина — вторая половина XVI века
Пост. в 1914 из Покровского монастыря в Суздале
Икона считалась одной из главных святынь Покровского храма. Содержанием ее является воплощение и утверждение истинности догмата о троичности Бога. Смысловым, идейным и композиционным центром является средник иконы — изображение Святой Троицы в образе трех ангелов. Иконография средника восходит к «Троице» преподобного Андрея Рублева, ставшей в эту эпоху своеобразным эталоном для иконописцев.
В клеймах иконы дана развернутая картина мира в его главных событиях, описанных в Книге Бытия и толкованиях на нее. Содержание клейм основано на тексте Толковой Палеи, из которой выбраны сюжеты, разъясняющие сущность догмата о Святой Троице. Подобные иконы, изображающие «деяния» Троицы, получили распространение во второй половине XVI века. По-видимому, все они в той или иной степени следовали образцу, созданному для Благовещенского собора Московского Кремля после опустошительного пожара 1547 года.
Троица, 10 икон Святой Троицы
Икона Святой Троицы — что на ней изображено? Об этом мы поговорим, рассмотрев вопрос на примере десяти самых известных икон, изображающих Святую Троицу.
Святая Троица
Один из отцов-основателей античной философии, а вместе с ней и всей европейской цивилизации древнегреческий философ Аристотель сказал: «Философия начинается с удивления». То же можно сказать и о христианской догматике — она не может не вызвать удивления. Миры Толкиена, Энде и Льюиса со всеми их сказочными загадками не тянут даже на тень таинственного и парадоксального мира христианского богословия.
Христианство начинается с великой тайны Пресвятой Троицы — тайны Божией Любви, явленной в одном этом непостижимом единстве. В. Лосский писал, что в Троице мы видим то единство, в котором пребывает Церковь. Подобно тому, как Лица Троицы пребывают неслиянно, но составляют Единое, все мы собраны в единое Тело Христово — и это не метафора, не символ, а такая же реальность, как реальность Тела и Крови Христа в Евхаристии.
Как изобразить тайну? Только через другую тайну. Радостная тайна Боговоплощения позволила изображать Неизобразимое. Икона — символический текст о Боге и святости, явленной во времени и пространстве и пребывающей в вечности, подобно тому, как сказочный лес из «Бесконечной истории» Михаэля Энде, созданный в воображении главного героя, начинает существовать без конца и начала.
Постичь эту вечность мы можем благодаря еще одной, далеко не последней в мире христианского богословия тайне: Сам Бог просвещает каждого христианина вслед за Апостолами, даруя Самого Себя — Святого Духа. Дары Святого Духа мы получаем в Таинстве Миропомазания, Он же пронизывает весь мир, благодаря чему и существует этот мир.
Итак, Святой Дух приоткрывает нам тайну Троицы. И потому день Пятидесятницы — Сошествия Святого Духа на апостолов — мы называем «День Святой Троицы».
Икона Святой Троицы
Троица и «Гостеприимство Авраама» — сюжет иконы Живоначальной Троицы
Изобразить неизобразимое можно лишь в той мере, в какой оно нам раскрылось. На этом основании Церковь не разрешает изображение Бога Отца. А самым правильным изображением Троицы является иконографический канон «Гостеприимство Авраама», отсылающий зрителя в далекие ветхозаветные времена:
И явился ему Господь у дубравы Мамре, когда он сидел при входе в шатер [свой], во время зноя дневного.
Он возвел очи свои и взглянул, и вот, три мужа стоят против него. Увидев, он побежал навстречу им от входа в шатер [свой] и поклонился до земли, и сказал: Владыка! если я обрел благоволение пред очами Твоими, не пройди мимо раба Твоего; и принесут немного воды, и омоют ноги ваши; и отдохните под сим деревом, а я принесу хлеба, и вы подкрепите сердца ваши; потом пойдите [в путь свой]; так как вы идете мимо раба вашего. Они сказали: сделай так, как говоришь.
И поспешил Авраам в шатер к Сарре и сказал [ей]: поскорее замеси три саты лучшей муки и сделай пресные хлебы.
И побежал Авраам к стаду, и взял теленка нежного и хорошего, и дал отроку, и тот поспешил приготовить его.
И взял масла и молока и теленка приготовленного, и поставил перед ними, а сам стоял подле них под деревом. И они ели.
Сюжет о гостеприимном старце, узнавшем Бога в трех мужах, сам по себе трогателен и поучителен для любого верующего: служишь ближнему — служишь Господу. Изображение этого события мы встречаем очень рано.
Мозаика на триумфальной арке базилики Санта Мария Маджоре в Риме создана в V веке. Изображение визуально поделено на две части. В верхней Авраам выбегает навстречу трем мужам (один из них окружен сиянием, символизирующим славу Божества). В нижней — гости уже сидят за накрытым столом, а Авраам им прислуживает. Сарра стоит за спиной у Авраама. Художник передает движение, изобразив старца дважды: вот он дает указания жене, а вот он обернулся, чтобы подать на стол новое блюдо.
К XIV веку канон «Гостеприимство Авраама» уже вполне сложился. Икона «Троица Зырянская», принадлежавшая, по преданию, кисти свт. Стефана Пермского — несколько видоизмененный ее вариант. Три ангела восседают за столом, под ним лежит телец, а слева внизу стоят Авраам и Сарра. На заднем плане изображено строение с башенкой (дом Авраама) и дерево (Мамврийский дуб).
Икона Святой Троицы
Изображения могут меняться, но набор символов и персонажей остается прежним: три ангела, служащая им чета, внизу — телец (иногда с закалывающим его отроком), дуб, палаты Авраама. 1580 год, икона «Святая Троица в бытии», окруженная клеймами с изображениями событий, связанных с явлениями Троицы. Интересная деталь: Авраам и Сарра здесь не просто прислуживают за столом, но также за ним сидят. Икона расположена в Сольвычегодском историко-художественном музее:
Более типична, например, икона XVI века из Троице-Герасимовского храма в Вологде. Ангелы находятся в центре композиции, за ними — Авраам и Сарра.
Вершиной русской иконописи считается икона Троицы, написанная преподобным Андреем Рублевым. Минимум символов: три ангела (Троица), чаша (Искупительная жертва), стол (трапеза Господня, Евхаристия), обратная перспектива — «расширяющаяся» от зрителя (пространство иконы, описывающее мир горний, неизмеримо больше мира дольнего). Из узнаваемых реалий — дуб (Мамврийский), гора (тут и жертвоприношение Исаака, и Голгофа) и здание (дом Авраама? Церковь. ).
Это изображение станет для русской иконы классическим, хотя возможны некоторые разночтения в деталях. Например, иногда у среднего ангела на нимбе появляется крест — на иконах так изображают Христа.
Икона Святой Троицы, XVII век
Другой пример: Симон Ушаков более детально изображает трапезу.
Канон «Гостеприимство Авраама» является оптимальным для изображения Пресвятой Троицы: в нем подчеркивается единство сущности (три ангела) и различие ипостасей (ангелы присутствуют в пространстве иконы «автономно» друг от друга).
Поэтому подобный же канон используется при изображении явления Троицы святым. Один из наиболее известных образов — явление Пресвятой Троицы преподобному Александру Свирскому:
Неканоничные изображения
Однако были попытки изображать Бога в Троице и иначе.
Крайне редко в западно-европейской и русской храмовой живописи попадается изображение, использовавшееся в иконографии эпохи Ренессанса, где три лика объединены в одном теле. В церковной живописи оно не прижилось из-за явной еретичности (смешение Ипостасей), а в светской — из-за неэстетичности.
Изображение принадлежит кисти Иеронима Косидо, Испания, Наварра
Зато изображение «Троица Новозаветная» встречается часто, хотя в нем присутствует другая крайность — разделение Сущности Божества.
Наиболее известная икона данного канона — «Отечество» новогородской школы (XIV век). На троне восседает Отец в виде седовласого старца, на коленях у него — Отрок Иисус, держащий круг с изображением Святого Духа в виде голубя. Вокруг престола — серафимы и херувимы, ближе к раме — святые.
Не менее распространено изображение Новозаветной Троицы в виде Старца-Отца, по правую руку — Христа-Царя (либо Христа, держащего Крест), а в середине — Святого Духа также в виде голубя.
XVII в., Музей древнерусского искусства им. Андрея Рублева
Как появился канон «Новозаветной Троицы», если изображение Бога Отца, Которого никто не видел, соборно запрещено? Ответ прост: по ошибке. В книге пророка Даниила упоминается Ветхий Денми — Бог:
Воссел Ветхий днями; одеяние на Нем было бело, как снег, и волосы главы Его — как чистая волна. (Дан.7:9).
Существовало мнение, что Даниил видел Отца. На самом деле, точно так же апостол Иоанн видел Христа:
Я обратился, чтобы увидеть, чей голос, говоривший со мною; и обратившись, увидел семь золотых светильников и, посреди семи светильников, подобного Сыну Человеческому, облеченного в подир и по персям опоясанного золотым поясом: глава Его и волосы белы, как белая волна, как снег…
Изображение «Ветхий денми» существует само по себе, но является образом Спасителя, а не Троицы. Например, на фреске Дионисия в Ферапонтовом монастыре хорошо виден нимб с Крестом, с которым всегда изображается Спаситель.
Богородица на изображениях Троицы
Из Католической церкви пришли еще два интересных изображения «Новозаветной Троицы». Употребляются они редко, но также заслуживают внимания.
«Поклонение Святой Троице» Альбрехта Дюрера (картина хранится в венском музее истории искусств): в верхней части композиции изображен Отец, под Ним — Христос на Кресте, а над ними — Дух как голубь. Поклонение Троице оказывает Церковь Небесная (ангелы и все святые с Божией Матерью) и Земная — носители светской (император) и церковной (папа) власти, священники и миряне.
Изображение «Коронование Божией Матери» связано с богородичными догматами Католической Церкви, но вследствие глубокого почитания Пречистой Девы всеми христианами также получило распространение и в Православии.
Богородица на изображениях Троицы, Прадо, Мадрид
В центре композиции изображена Богородица, Отец и Сын держат над Ее головой корону, а над ними парит голубь, изображающий Святого Духа.
Святая Троица
Школа или худ. центр: Москва
Происходит из Ипатьевского монастыря города Костромы.
¦ 2. Троица с «Бытием» или «Хождением»
1586 год
Дерево, темпера. 150 × 110
Происходит из Троицкого Ипатьевского монастыря Костромы 1
ГТГ, инв. 28713
1 На окладе средника иконы (в настоящее время детали оклада и пластина с надписью сняты и хранятся в Третьяковской галерее) на серебряной пластине излагается вкладная запись, из которой следует, что образ Троицы был написан, украшен и поставлен в Ипатьевском монастыре повелением боярина Дмитрия Ивановича Годунова: «Церкви Божией на украшение, по своей душе и по своих родителей в вечное поминовение. 1586 год».
Боярин Дмитрий Иванович Годунов, дядя и воспитатель царя Бориса Годунова (ок. 1552–1605), был пожалован в Думу в чине постельничего в 1571 г. С этого времени начинается возвышение рода Годуновых. В 1580 г. воспитанница Дмитрия Ивановича Ирина Феодоровна Годунова (сестра Бориса Годунова) была обвенчана с царевичем Феодором Иоанновичем, будущим царем. Созданные, как полагают, несколько позже (ок. 1600) створы к иконе традиционно считаются вкладом Бориса Годунова. В 1600 г. аналогичные створы были вложены им в Троице-Сергиев монастырь к образу «Троицы» Андрея Рублева. Оба схожие между собой комплекта близки по стилю и иконографии к росписи 1602 г. церкви в Вяземах. Существует мнение, что оба комплекта створ исполнены известным московским иконописцем Истомой Савиным. Развитая иконография и высокие достоинства образно-стилистического содержания данного ансамбля восходят к лучшим образцам московской годуновской школы.
Костромской Троицкий Ипатьевский монастырь основан в середине XIV в. татарским мурзой Четом. На его пути из Орды в Москву ему было явление Богоматери с апостолом Филиппом и великомучеником Ипатием Гангрским. Приняв крещение, на месте явления он основал монастырь с главным храмом во имя Троицы.
Чет является родоначальником бояр Годуновых, которые стали богатейшими ктиторами Троицкого Ипатьевского монастыря. Монастырь особенно прославился в начале XVII в., укрывая в Смутное время будущего молодого царя Михаила Феодоровича Романова.
Изображение «Троицы» на среднике повторяет иконографическую схему «Троицы» Андрея Рублева (1425–1427); некоторые детали восходят к иконам конца XV — начала XVI века.
Понятие о Троице (Боге в трех лицах) восходит к Священному Писанию; это первый христианский догмат, установленный после официального принятия христианства и включенный в определения Первого и Второго Вселенских соборов.
2 Ouspensky L. und Lossky W. Der Sinn der Ikonen. Bern-Olten, 1952. S. 203–204, 207. На рус. яз. см. фрагмент в кн.: «Троица» Андрея Рублева: Антология. М., 1981. С. 93–95.
Литература
Святая Троица. Пятидесятница: иконы, фрески, мозаики (+80 изображений )
ИКОНОГРАФИЯ ТРОИЦЫ
Митрополит Иларион (Алфеев)
В основе сюжета — хорошо известный иконографический тип «Гостеприимство Авраама». Этот сюжет встречается уже в римских катакомбах на виа Латина (между II и IV вв.),
Катакомбы Виа Латина
мозаиках римского храма Санта Мария Маджоре (1-я пол. V в.)
Гостеприимство Авраама. Санта-Мария Маджоре
и мозаиках равеннского храма Сан-Витале (1-я пол. VI в.).
Храм Сан Витале. Равенна
Он восходит к библейскому рассказу о явлении трех мужей Аврааму, то есть представляет собой иконографическое изображение конкретного библейского события. Во втором тысячелетии возникает обычай надписывать сюжет «Гостеприимство Авраама» словами «Святая Троица»: такая надпись имеется на одной из миниатюр греческой Псалтири XI века. На этой миниатюре голова среднего Ангела увенчана крестчатым нимбом: он обращен к зрителю фронтально, тогда как два другие Ангела изображены в трехчетвертном обороте.
Такой же тип изображения встречается на дверях храма Рождества Богородицы в Суздале (ок. 1230) и на фреске Феофана Грека из новгородского храма Спаса Преображения на Ильине улице. Крестчатый нимб указывает на то, что центральный Ангел отождествляется с Христом.
Золотые врата. Суздаль
В эпоху, предшествующую Андрею Рублеву, появляются иконы Троицы со средним Ангелом, изображенным в трехчетвертном обороте, и без предстоящих Авраама и Сарры. Именно этому иконографическому типу следовал Андрей Рублев, когда создавал свою «Троицу». Он взял за основу тот тип, который почти полностью абстрагирован от исходного сюжета («Гостеприимство Авраама») и который наиболее подходит для того, чтобы подчеркнуть равенство между тремя Ипостасями Троицы. Над головой среднего Ангела — по крайней мере, в том виде, в каком икона сохранилась к настоящему времени, — отсутствует крестчатый нимб, что как бы лишает его центрального значения и делает необязательным отождествление его с Христом. Искусствоведы высказывают различные мнения по вопросу о том, какой Ангел представляет какое Лицо Святой Троицы.
По всей видимости, однако, речь вообще не должна идти об изображении Лиц Святой Троицы: рублевская «Троица» — это символическое изображение троичности Божества, на что указал уже Стоглавый Собор. Ведь и посещение Авраама тремя Ангелами не было явлением Пресвятой Троицы, а было лишь «пророческим видением этой тайны, которая в течение веков будет постепенно открываться верующей мысли Церкви». В соответствии с этим и в иконе Рублева перед нами предстают не Отец, Сын и Святой Дух, а три Ангела, символизирующие Предвечный Совет трех Лиц Святой Троицы. Символизм рублевской иконы в чем-то сродни символизму раннехристианской живописи, скрывавшей глубокие догматические истины под простыми, но духовно значимыми символами.
Прп. Андрей Рублев 1411 год или 1425-27
Символизм иконы и ее духовное значение увязывают с теми идеями, на которых строил монашеское общежитие преподобный Сергий Радонежский. Он посвятил свою обитель Святой Троице, видя в любви между Ипостасями Троицы абсолютный духовно-нравственный ориентир для монашеской общины. Икона Троицы была заказана Рублеву учеником Сергия, преподобным Никоном Радонежским. Образ в похвалу Сергия Радонежского «должен был носить подчеркнуто умозрительный, философский характер в отличие от предшествовавших изображений Троицы». В то же время «Троица» Рублева, как и ее прототип «Гостеприимство Авраама», — это евхаристический образ, символизирующий бескровную жертву. Этот смысл иконы подчеркивался ее размещением в нижнем ряду иконостаса Троицкого собора, возле царских врат.
Троица. Икона новгородской школы XV века. Ленинград, Русский музей.
Св. Троица в Бытии. 1580-е гг.
Двусторонная икона Святой Троицы и главы Иоанна Предтечи
Троица Ветхозаветная. Век: XVI Место хранения: Государственная Третьяковская галерея, Москва
Святая Троица. С. Ушаков. 1671
Троица Ветхозаветная. XVII век
Святая Троица. Икона 18 в
Авраам отдает сына на заклание. Мозаика Равенны. Сен Витале.
мозаика церкви Сан Витале, 546-547гг., Равенна
Святая Троица Век:XV. Место создания: Россия. Место хранения: Государственный Русский музей, Санкт-Петербург.
Явление Св. Троицы прп. Александру Свирскому
ИКОНОГРАФИЯ ПЯТИДЕСЯТНИЦЫ
Монахиня Иулиания (Соколова)
После изображения «Воскресение Христово» таким же ярким примером «богословия в образе» является икона Пресвятой Троицы, написанная преподобным Андреем Рублевым. Празднование в честь Пресвятой Троицы совершается в День сошествия Святого Духа на апостолов, и это событие также имеет свою икону, именуемую «Пятидесятница».
В основе этого изображения лежит сказание книги Деяний святых апостолов (Деян. 2, 1–13), из которого нам известно, что в День Пятидесятницы апостолы были собраны вкупе в сионской горнице, и в 3-й час дня (по нашему времени в девятом часу утра) произошел шум с неба как бы от несущегося сильного ветра. Он наполнил весь дом, где были апостолы. Явились также огненные языки и почили по одному на каждом из апостолов. И исполнились все Святого Духа, и начали говорить на иных языках. Это привлекло внимание жителей Иерусалима, собрался народ и дивился страшному явлению.
Это событие с глубокой древности отмечалось торжественным празднованием как событие первостепенной важности, завершившее образование Церкви и чудесно утвердившее Таинство Священства.
Иконография этого праздника начала развиваться с VI века. Мы находим изображения Пятидесятницы в лицевых Евангелиях и Псалтирях, в древних сборниках различных рукописей, в мозаиках (например, Святой Софии в Константинополе или в венецианском соборе святого Марка IX–XIII вв.), во фресках соборов Афона, в древних храмах Киева, Новгорода и других церквах.
Купол Собора св. Марка
Эта икона изображает триклиний, сидящих в нем апостолов во главе с Апостолами Петром и Павлом. В руках апостолов книги и свитки, или они пишутся с благословляющими десницами. Сверху, с неба, на них опускаются лучи света, иногда с огненными языками, иногда пишутся одни языки пламени.
Пятидесятница. Софийский собор, 1040-1050 гг.
В центре триклиния находится подобие арки или усеченного эллипсиса, иногда же прямоугольник в виде двери, пространство внутри которых почти всегда темно (хотя есть редкие случаи, когда это пространство позолочено). Здесь помещаются толпы народа: те самые, которые перечислены в книге Деяний. Есть изображения, где толпы заменены двумя-тремя фигурами. Уже в IX веке для некоторых художников эта первоначальная арка с темным пространством внутри становится непонятной и признается как вход в сионскую горницу. Этим объясняется то, что на некоторых изображениях написаны двери, а на одной миниатюре из грузинской рукописи к двери даже приставлены две лестницы.
В древневизантийских образцах толпа народа пишется по-разному. Иногда в нее вводятся фигура царя и чернокожие люди, в рукописях же армяно-грузинских можно увидеть людей с песьими головами (эчмиадзинская рукопись XIII в.). Группа народа иногда имеет надпись «Племена, языцы».
Позже на месте этих народов появилась фигура царя с убрусом (платом) в руках и двенадцатью свитками. Эта фигура получила надпись «Космос» — «весь мир». То же самое мы видим позднее в греческих и русских памятниках XV–XVIII веков.
Несмотря на надпись, значение фигуры царя представляется неясным и вызывает различные толкования. Так, по одному предположению, здесь первоначально изображался пророк Иоиль, образ которого будто бы был с течением времени искажен позднейшими иконописцами, превратившими пророка в царя. В подтверждение этого мнения приводилось и само пророчество, помещенное в Деяниях: излию от Духа Моего на всякую плоть, и будут пророчествовать сыны ваши и дочери ваши; старцам вашим будут сниться сны, и юноши ваши будут видеть видения, и также на рабов и на рабынь в те дни излию от Духа Моего (Иоиль 2, 28–29). Такое объяснение давалось некоторыми афонскими монахами, не доверявшими компетенции иконописцев и толковавшими этот образ по своим соображениям, несмотря на надпись «Космос».
В венецианской гравюре 1818 года у головы фигуры царя сделана надпись «Пророк Иоиль». Но этот памятник относится к новейшей иконографии, когда вошло в силу свободное обращение с древними иконографическими формами и в их истолкование вошли субъективные понятия. Кроме того, эта западная гравюра была издана на турецком языке, сохранение старины в таком издании не было важным делом, поэтому гравюра и не может заслуживать доверия. Если гравер XIX века поставил над головой царя в короне надпись «Пророк Иоиль», то уже одно это разрушает веру в точность его иконографических познаний. Очевидно, он совсем не был знаком с одеждами, усвоенными пророкам Православием. Ссылка же на невежественность иконописцев, превративших древнюю фигуру пророка в царя, также не обоснованна.
Профессор Усов иконе «Пятидесятница» дает другое толкование. Он видит в ней заседание апостолов при избрании Апостола Матфия на место отпавшего Иуды, что происходило до Пятидесятницы. На этом собрании Апостол Петр в своей речи привел пророчество царя Давида. «Надлежало, — говорил он, — исполниться тому, что в Писании предрек Дух Святой устами Давида об Иуде… В книге же псалмов написано: да будет двор его пуст… достоинство его да приимет другой» (Деян. 1, 16, 20). Основываясь на этих словах, профессор Усов считает, что художник, изобразив царя Давида с убрусом в руках и двенадцатью жребиями, тем самым напомнил как о содержании речи Апостола Петра, так и о избрании Апостола Матфия. А то, что Давид отделен от апостолов аркой, показывает, говорит он, что Давид — не участник собора апостолов.
То же, что он изображен в темном месте, означает его принадлежность к Ветхому, а не к Новому Завету. Но возникает вопрос: какая же связь между этим собором апостолов при избрании Апостола Матфия и Пятидесятницей? Профессор считает, что, во-первых, на предшествовавшем соборе апостолов было установлено Таинство Священства, а сошествие Святого Духа есть подтверждение этого права, то есть эта икона есть образное выражение Таинства Священства.
Во-вторых, Давид написан здесь потому, что и он, и пророк Исайя предрекали Вознесение Господа Иисуса Христа, и, повторяя эти пророчества, Церковь поет в праздник Вознесения: «… Кто есть Сей?… Сей есть державный и Сильный, сей есть Сильный в брани… И почто Ему червлены ризы? Из Восора приходит еже есть (т.е. из) плоти… и послал еси нам Духа Святаго» (стихира на стих., 2-я). И еще: «Взыде Бог в воскликновении. Господь во гласе трубне… (Пс. 46, 6), еже вознести падший образ Адамов, и послати Духа Утешителя» (стихира на стих.). С этими выводами профессора Усова согласиться трудно. Связь между избранием Апостола Матфия и сошествием Святого Духа на апостолов установлена автором произвольно. Оба эти события в Деяниях апостолов стоят отдельно.
Притом пророчество Давида, которому автор отводит столь видное место в характеристике собора, было лишь поводом к нему, но не его сущностью, да и говорит оно о судьбе Иуды, а не о священстве. Из памятников древности известно, что пророчественный элемент вводится в иконографию лишь в тех случаях, когда между ним и его исполнением есть прямая связь, да и в этих случаях большей частью пророчество опускается. Кроме этого, в Евангелии Раввулы есть миниатюра избрания Апостола Матфия, и в нее художник не ввел пророка Давида, хотя повод к тому был прямой.
Другим же звеном, связующим личность царя Давида с сошествием Святого Духа, по мнению профессора Усова, есть Вознесение. Но хотя в песнопениях на Вознесение Господне Церковь и упоминает об обещании Христа вознесшегося послать Духа Утешителя, тем не менее совершенно ясно, что пророчество Давида относится только к Вознесению, а не к сошествию Святого Духа.
Есть еще более субъективное объяснение фигуры царя на иконе «Пятидесятница». Некто говорит: «Царь — Христос, обещавший апостолам быть с ними до скончания века; старческий возраст царя — равенство Сына Отцу; темное место — неведение о Его местопребывании; червленая риза — искупление людей Пречистой Кровью; венец — соцарствование Сына с Отцом и Святым Духом; убрус — чистота; свитки — апостолы».
Но и это замысловатое толкование так же, как и вышеприведенное, имеет искусственный характер.
Истинное объяснение должно основываться на свидетельстве древних памятников. Несомненно, что фигура царя позднейшего происхождения и появилась на месте древней толпы народов, как бы ее заменяя. С ней она имеет теснейшую связь, отсюда и должно идти объяснение. Книга Деяний рисует нам грандиозную картину собрания народов в День Пятидесятницы. Здесь должны были находиться люди разного звания и состояния. Переводя на образный язык искусства это обстоятельство, византийские художники вносили в толпу народа и фигуры царей, хотя их действительное присутствие при этом чудесном событии было одной догадкой. Значение этих групп определялось отчасти надписями, отчасти типами, отчасти костюмами. Но такие подробности вносились в исключительных случаях, когда позволяло место. В большинстве же случаев места для этого было недостаточно. Архитектурные формы триклиния, где произошло сошествие Святого Духа, не имели особого значения для художников, внимание которых было поглощено верхней частью композиции, низ был стилизован в форме полуэллипсиса. Это узкое пространство не позволяло вдаваться в подробности, и толпа народа также подверглась стилизации: сперва вместо нее остались два-три лица, наконец, одно — царь как представитель народа, заменявший собой целое царство и весь народ.
Этот прием обычен для византийской иконографии. В ней часто узкая часть круга вверху указывает на целое небо; одно-два дерева означают сад, фронтон — палаты, два-три Ангела — все Небесное воинство Ангелов. Художник сообщил этой одинокой фигуре царя спокойную, монументальную позу, а так как она заменяла собой целый мир, он для ясности сделал над ней надпись «Космос» (или «Весь мир»).
Итак, царь стал образом всего мира, погруженного во тьму неведения Бога. 12 свитков служат символами апостольской проповеди, которая получила в День Пятидесятницы высшее помазание и которая предназначена для всей Вселенной. Свитки помещены в убрусе как предмет священный, касаться которого обнаженными руками не следует.
В одной гравюре, близко стоящей к западному источнику (VII в.), в темной пещере, как на древних памятниках, написаны низверженный престол и толпа евреев в повязках на головах. Это явно говорит о том, что господство Ветхого Завета окончилось, подзаконная Церковь пала; настала новая эпоха — владычество Церкви Христовой, облеченной силой свыше.
В древних византийских изображениях Пятидесятницы Матерь Божия не изображалась среди апостолов; только в одном из памятников Она была введена в круг апостолов. В западных же изображениях почти с X века Она всегда является участницей этого события. С XVII века эта практика перешла и в греческую, и в русскую иконографию.
Святой евангелист Лука, не упоминая имени Матери Божией при описании сошествия Святого Духа, тем не менее пишет, что после Вознесения Господа Иисуса Христа все апостолы единодушно пребывали в молитве и молении, с некоторыми женами и Мариею, Материю Иисуса (Деян. 1, 14). В одно из таких молитвенных собраний и произошло сошествие Святого Духа. Поэтому вполне возможно, что Матерь Божия присутствовала при этом событии, о чем говорит и одно из древних преданий. Преисполненная благодати, Она превознесена превыше Херувимов и Серафимов, и дары Святого Духа, излитые на апостолов, были дарованы и Ей, тем более, что и Она приняла на себя жребий апостольского служения и была в числе устроителей Церкви Христовой.
Может возникнуть еще один вопрос по поводу иконы «Сошествие Святого Духа». Почему на ней изображен Апостол Павел, не бывший среди апостолов в День Пятидесятницы. Можно сказать, что духовное озарение художника перенеслось в этом случае от реального исторического факта к видению в этом событии основания и утверждения Церкви Божией на земле, поэтому он и отвел одно из первых мест среди апостолов учителю языков — святому Апостолу Павлу. Книги и свитки в руках апостолов есть символы их церковного учительства; иногда они изображаются даже с пастырскими жезлами. Все они с нимбами вокруг голов — как удостоенные высшего озарения Святого Духа.
Изображение Святого Духа в виде голубя обычно в эту композицию не вводилось, так как прямых указаний на это в книге Деяний нет. Проявлением Святого Духа в День Пятидесятницы были языки пламени. Однако в западной средневековой живописи было положено начало изображению на этой иконе Святого Духа в виде голубя, что представляет собой явное уклонение от византийского иконописного Подлинника.
В своем дальнейшем развитии иконография этого праздника сильно изменилась. Вместо древнего триклиния, стали писать палаты. Центральное место на троне дано Богоматери, по ее сторонам группами или полукругом размещаются апостолы. Арка с «космосом» совсем исчезла. Стремление к исторической точности заставило исключить и Апостола Павла. Вместо стилизованного неба, появились облака и лучи с пламенем.
Иногда, вместо темной арки, в центре пишется тропарь праздника.
Сошествие Святаго Духа на апостолов
Миниатюра из армянского Евангелия. 1391 год.