исаев мифы о великой отечественной войне
5 мифов о начале Великой отечественной от военного историка Алексея Исаева
22 июня — начало Великой Отечественной войны. Военный историк Алексей Исаев рассказал о пяти, по его мнению, наиболее значимых мифах и заблуждениях, связанных с этим днем.
Миф № 1: Нацисты застали армию СССР врасплох
Многие части и соединения успели привести в боевую готовность.. Только некоторые части, которые располагались совсем недалеко от границы, не имели времени среагировать, и вполне могли выйти на поле боя «в подштанниках». Миф о том, что немцы застали войска спящими — это заблуждение, которое правдиво лишь применительно к войскам, близлежащим к линии огня. Вытекающий из этого другой миф — о якобы существовавших запретах насчет провокаций: не переходить границу и не выдавать патроны. Вроде бы солдаты Красной армии поэтому не стреляли в противника. Это все настоящая ложь. Имеются многочисленные свидетельства немцев, которых встретили вооруженными — уже в течение первых часов войны укрепленные районы Красной армии оказывали отпор на границе. Тем более, немцам было оказано сопротивление, когда враги столкнулись с главными силами так называемых армии прикрытия, оказавшие сопротивление несмотря ни на какие директивы.
Миф № 2: Советская авиация была уничтожена в первые минуты войны
Это неправда не только в отношении первых минут, но и первого дня войны войны в целом. Была целая цепочка бомбежек, и действительно, некоторые наши авиачасти сильно пострадали. Но это происходило в течение нескольких часов и в течение целого дня 22 июня. Если брать ВВС юго-западного фронта, мы потеряли около 16 процентов нашей авиации, но активно участвовали оставшимися самолетами в последующем приграничном сражении. Воздушная война на этом направлении шла очень интенсивно. Гораздо больше потерь — около 70 процентов — понес Западный фронт, но, тем не менее, говорить о разгроме всей советской авиации было бы не справедливо. И когда, особенно в художественной литературе, говорится, что утром прилетели бомбардировщики и превратили все в развалины, по сути это совсем не верно. Это был результат цепочки налетов. Доходило до рекорда: семь-восемь нападений на одну и ту же авиабазу. Но, тем не менее, разгрома не произошло, мы сохранили свою боеспособность, и дальнейшие потери были связаны с поражениями в воздухе, а не с тем, что самолеты уничтожались, не успев взлететь.
Миф № 3: Наши укрепления были захвачены сразу после начала войны
У нас было обширное строительство на границе, и оно сыграло существенную роль в практическом использовании. Немцы потратили большое время на преодоление советских укреплений. Особенно отличился Владимир-Волынский укрепленный район — он в первый день заставил немцев менять планы. Те, кто участвовал в тех сражениях, позже попали в «киевский котел» и просто не выжили, поэтому об этом очень мало известно. Напротив, город Перемышль, события вокруг которого широко освещались в советское время был плацдармом сомнительной нужности: мы оставили там всего одну роту, а немцы выдавали победу над ней за очень большое достижение.
Миф № 4: Наша армия осталась без связи и централизованного управления
Если обращаться к документам того периода, выясняется, что на самом деле связь была, хотя и неустойчивая. И в самый первый день войны информация передавалась исправно, но все же, мы недооценили противника. Не было данных и о том, сколько было сил по другую сторону фронта — это мы узнали только после нескольких дней после начала войны. Но наши делегаты связи исправно ездили на бронемашинах и поездах. Поэтому все попытки выставить в качестве причины поражения отсутствие связи — это попытка ответить просто на сложный вопрос. И то, что мы что-то не знали, это скорее упущение не связи, а разведки.
Миф № 5: Сталин прятался на даче и отказывался принимать новые решения
Это миф Хрущевской эпохи, в реальности Сталин в первый день войны принял ключевое решение — причем, мобилизационного плана. Именно оно заложило основу того, что мы не проиграли. В середине дня 22 июня власти поняли, что дела совсем плохи и приняли решение пересмотреть планы мобилизации. Раньше они предусматривали гораздо меньшее количество людей. Но в результате задействовали 14 возрастов, что было куда больше предвоенных планов. Армия была 5,4 миллиона, после мобилизации планировалось ее увеличение до 8,6 миллионов человек. В реальности же призывали куда больше 3,2 миллионов человек. Телеграмма с новыми требованиями отправилась во все «города и веси». В запротоколированном расписании Сталина был единственный перерыв 28 июня, когда была зафиксирована пауза между принятием решений. Но почему Сталин не принимал никого в Кремле, мы не знаем, как и то, где он был в этот короткий срок. Точно можно сказать лишь, что бегства на дачу не было.
Исаев мифы о великой отечественной войне
Алексей Исаев, Михаил Мельтюхов, Мирослав Морозов
Мифы Великой Отечественной
Павел Сутулин. Был ли Сталин союзником Гитлера?
В исторических и преимущественно околоисторических публикациях и дискуссиях последнего времени довольно распространено мнение, что СССР с 23 августа 1939 г. был союзником Германии, что проявилось прежде всего в совместном с Германией захвате Польши. Нижеследующий текст имеет целью продемонстрировать читателям, что рассмотрение подробностей польской кампании не дает оснований для подобных выводов.
15 сентября Риббентроп отправил Шуленбургу телеграмму, в которой так высказался о намерении Советского Союза представить свое вторжение в Польшу как акт защиты родственных народов от германской угрозы: «Указание мотива такого сорта действие невозможное. Он прямо противоположен реальным германским устремлениям, которые ограничены исключительно хорошо известными зонами германского влияния. Он также противоречит соглашениям, достигнутым в Москве, и, наконец, вопреки выраженному обеими сторонами желанию иметь дружеские отношения, представит всему миру оба государства как врагов»[10]. Однако когда Шуленбург передал Молотову это заявление своего шефа, тот ответил, что хотя планируемый советским руководством предлог и содержит в себе «ноту обидную для чувств немцев», однако другого повода для ввода войск в Польшу СССР не видит[11].
К моменту введения советских войск в Польшу и военная, и гражданская польские власти потеряли какие-либо нити управления страной, а армия представляла собой разрозненные, не имеющие связи ни с командованием, ни друг с другом группки войск разной степени боеспособности. К 17 сентября немцы вышли на линию Осовец– Белосток – Бельск – Каменец-Литовск – Брест-Литовск – Влодава – Люблин – Владимир-Волынский – Замосць – Львов – Самбор, тем самым оккупировав уже около половины территории Польши, заняв Краков, Лодзь, Гданьск, Люблин, Брест, Катовице, Торунь. Варшава с 14 сентября находилась в осаде. Еще первого сентября город покинул президент И. Мосцицкий, а 5 сентября – правительство[13]. 9—11 сентября польское руководство вело переговоры с Францией о предоставлении убежища,
16 сентября – с Румынией о транзите и, наконец, 17 сентября покинуло страну[14]. Впрочем, решение об эвакуации, по всей видимости, было принято еще раньше, поскольку уже 8 сентября посол США в Польше, сопровождавший польское правительство, отправил в Государственный департамент сообщение, которое, в частности, гласило, что «польское правительство покидает Польшу… и через Румынию… отправляется во Францию»[15]. Главнокомандующий Э. Рыдз-Смиглы продержался в Варшаве дольше всех, но и он покинул город в ночь на 7 сентября, переехав в Брест. Впрочем, и там Рыдз-Смиглы надолго не задержался: 10 сентября ставка была перенесена во Владимир-Волынский, 13-го – в Млынов, а 15-го – в Коломыю близ с румынской границей[16]. Разумеется, нормально руководить в таких условиях войсками главнокомандующий не мог, и это только усугубило хаос, возникший вследствие быстрого продвижения немцев и неразберихи на фронте. На это накладывались еще и возникшие проблемы со связью. Так, ставка в Бресте имела связь только с одной из польских армий – «Люблин»[17]. Характеризуя сложившуюся в тот момент в ставке ситуацию, заместитель начальника Главного штаба подполковник Яклич докладывал начальнику штаба Стахевичу: «У нас целый день постоянные поиски войск и высылка офицеров для восстановления связи… С внутренней организацией в крепости Брест большой балаган, который я должен сам ликвидировать. Постоянные налеты авиации. В Бресте бегство во все стороны»[18]. Однако страну покидало не только руководство: 16 сентября началась эвакуация на аэродромы Румынии польской авиации[19]. Наиболее боеспособные корабли польского флота: эсминцы «Blyskawica», «Grom» и «Burza» были передислоцированы в английские порты еще 30 августа 1939 г. Изначально предполагалось, что они в качестве рейдеров будут действовать по немецким коммуникациям, нарушая торговое судоходство Германии[20], однако каких-либо успехов в этом деле польские корабли не достигли, а их отсутствие в портах Польши негативно сказалось на боеспособности польского флота. С другой стороны, именно базирование в Британии спасло эти эсминцы от судьбы всего остального польского флота и позволило продолжать борьбу с немцами в составе КВМС уже после разгрома Польши. В ходе единственного своего крупного контрнаступления на р. Бзуре, начавшегося 9 сентября, польские войска в составе армий «Познань» и «Поможе» уже к 12 сентября потеряли инициативу, а 14 сентября были окружены немецкими войсками[21]. И хотя отдельные части окруженных армий продолжали сопротивление вплоть до 21 сентября, как-либо повлиять на исход войны они уже не могли. В условиях очевидной неспособности Польши оборонять свои западные рубежи 10 сентября Главный штаб выпустил директиву, согласно которой главной задачей армии становилось «стягивание всех войск в направлении на Восточную Польшу и обеспечение соединения с Румынией»[22]. Характерно, что эта директива стала последним общевойсковым приказом главнокомандующего, однако и ее все из-за тех же проблем со связью получили не все части. После выхода этого приказа сам Рыдз-Смиглы, как уже говорилось выше, покинул Брест и двинулся как раз в направлении, обозначенном в директиве, – поближе к Румынии.
Исаев мифы о великой отечественной войне
Военное дело просто и вполне доступно здравому уму человека. Но воевать сложно.
Не везет, как правило, и командному составу нашей армии. Над командирами Красной Армии начальство постоянно измывается, вынуждая вместо сидения в теплом окопе наступать, бросаясь сотнями на строчащий пулемет в стиле «людской волны». У немецкого командования есть некий волшебный рецепт блицкрига, позволяющий со своей на 100 % моторизованной армией, обходя все встречающиеся на дороге узлы сопротивления на грузовиках, с губными гармошками, почти не вступая в бой, продвигаться на сотни километров и захватывать огромные массы пленных. На короткое время их наступление останавливается выскакивающими из засады неуязвимыми «Т-34» и «KB», a уж окончательно блицкриг останавливается как вкопанный, после того как его встречают в долгожданной обороне, на которую талантливый командир из ранее репрессированных пошел вопреки приказам руководства. Последний гвоздь в крышку гроба блицкрига забивают несколько бойцов с помощью противотанковых ружей, расстреливая немецкие танки в лоб один за другим. Пиротехнические эффекты от попаданий пуль ПТР в танки, как правило, просто незабываемые. Картина несколько утрированная, но в целом вполне узнаваемая.
Досталось в этом ряду и одному из наиболее известных широкой публике локальных конфликтов, хронологически укладывающемуся в рамки Второй мировой войны, – советско-финской войне декабря 1939 г. – марта 1940 г. Ужасные морозы, уходящие несколькими этажами в скальную породу ДОТы, финские лыжники-автоматчики и «кукушки» на деревьях – все это создало картину ледяного ада, в который попала Красная Армия.
Разумеется, яркие, образные картины не являются исключительным изобретением отечественной исторической и публицистической мысли. На Западе также присутствуют свои кумиры и фобии, только носят они другие имена. Один из наиболее известных примеров – это история создания и боевого применения реактивного истребителя «Me.262», на пути к триумфу которого якобы оказался сам Адольф Гитлер, в силу странного чудачества потребовавший переделать истребитель с незаурядными характеристиками в «блицбомбер». Столь же хорошо знаком отечественному читателю миф о том, что вермахт обошел «линию Мажино».
Однако если приглядеться к явлениям, породившим вышеописанную череду образов Второй мировой войны в массовом сознании, то выясняется поразительное несоответствие реальности хорошо известным стереотипам. Массовый солдат вермахта оказывается пешим путешественником, вооруженным винтовкой. Данная работа представляет собой попытку разобраться в мифологии Второй мировой войны и по возможности расставить факты и события по своим местам.
«Панцер» и «штука» равно блицкриг
Яркими образами успехов немцев в 1939–1941 гг. стали танки и пикирующие бомбардировщики «Ю-87», известные как «штука» (сокращение от «штурцкампфлюгцойг» – пикирующий бомбардировщик) и прозванные советскими солдатами «лаптежник» и «певун». Ввод «Ю-87» в пикирование переворотом и колонны «панцеров» в кадрах кинохроники говорили потомкам: вот главные средства молниеносной войны.
Однако у людей, даже бегло знакомых с историей техники, все эти картины вызывали сомнения и подозрения. Немецкие танки периода блицкригов были далеки от совершенства. В польской кампании большую часть танкового парка составляли устаревшие танки «Pz.I» и «Pz.II», а также чешские трофейные машины. «Штука» – это архаичный самолет с неубирающимся шасси и на образ чудо-оружия совсем не тянул, несмотря на действительно впечатляющие возможности по бомбометанию с пикирования. Более того, «штуки» в ходе блицкригов действовали не на всех участках фронта. Например, на Украине в июне 1941 г. ни одной эскадры, вооруженной пикирующими бомбардировщиками «Ю-87», попросту не было. Тем не менее, ГА «Юг» достаточно быстро продвигалась вперед. С другой стороны, завершение периода блицкригов пришлось на момент, когда Германия получила танки и самоходки с достаточно высокими техническими характеристиками. Так в чем же секрет?
«Неправильные» для блицкрига танки – брошенные французские «H-39».
Термин «блицкриг» следует трактовать в данном случае в максимально общем виде, как достижение целей войны в результате одной крупной операции или кампании как цепочки операций. С этой точки зрения немецкий план войны 1914 г. – это тоже блицкриг, пусть и неудавшийся, попытка в скоротечной кампании разгромить Францию. Тогда война перешла в затяжную фазу вследствие недостаточно быстрого продвижения вперед охватывающего крыла германской армии. Французы в августе 1914 г. сумели перевозками со своего правого фланга собрать против охватывающей «клешни» достаточно сил, чтобы остановить ее и перевести войну в позиционную на долгие несколько лет.
«Правильные» для блицкрига танки – подбитый «Pz.II».
Польша. Несмотря на усиленную пропагандистскую работу ведомства Геббельса, победа над Польшей в сентябре 1939 г. была одержана по причинам, далеким от тактических особенностей использования танков и пикирующих бомбардировщиков. Вполне прозрачно и четко ситуацию проанализировал советский военный специалист Г. С. Иссерсон. Он писал в 1940 г. следующее: «Ошибки польского командования могут быть сведены к трем основным.
1. На польской стороне считали, что главные силы Германии будут связаны на западе выступлением Франции и Англии и не смогут сосредоточиться на востоке. Исходили из того, что против Польши будет оставлено около 20 дивизий и что все остальные силы будут брошены на запад против англо-французского вторжения. Так велика была вера в силу и быстроту наступления союзников. Таким образом, план стратегического развертывания Германии в случае войны на два фронта представлялся совершенно превратно. Так же оценивались и возможности Германии в воздухе. Наконец, твердо рассчитывали на непосредственную эффективную помощь Англии воздушными и морскими силами. Бесследно прошли исторические уроки прошлого, уже не раз показавшие подлинную цену обещанной помощи Англии, которая всегда умела воевать только чужими солдатами.
Мифы Великой Отечественной — 1-2
В первые дни войны Сталин находился в полной прострации. В 1941 году немцы «гнали Красную Армию до самой Москвы», так как почти никто в СССР «не хотел воевать за тоталитарный режим». Ленинградская блокада была на руку Сталину желавшему «заморить оппозиционный Ленинград голодом». Гитлеровские военачальники по всем статьям превосходили бездарных советских полководцев, только и умевших «заваливать врага трупами». И вообще, «сдались бы немцам — пили бы сейчас „Баварское“!».
Об этом уже который год твердит «демократическая» печать, эту ложь вбивают в голову нашим детям. И если мы сегодня не поставим заслон этим клеветническим мифам, если не отстоим свое прошлое и священную память о Великой Отечественной войне, то потеряем последнее, что нас объединяет в единый народ и дает шанс вырваться из исторического тупика. Потому что те, кто не способен защитить свое прошлое, не заслуживают ни достойного настоящего, ни великого будущего!
В исторических и преимущественно околоисторических публикациях и дискуссиях последнего времени довольно распространено мнение, что СССР с 23 августа 1939 г. был союзником Германии, что проявилось прежде всего в совместном с Германией захвате Польши. Нижеследующий текст имеет целью продемонстрировать читателям, что рассмотрение подробностей польской кампании не дает оснований для подобных выводов.
Мифы Великой Отечественной — 1-2 скачать fb2, epub, pdf, txt бесплатно
День Победы до сих пор остается «праздником со слезами на глазах» – наши потери в Великой Отечественной войне были настолько велики, что рубец в народной памяти болит и поныне, а ожесточенные споры о цене главного триумфа СССР продолжаются по сей день: официальная цифра безвозвратных потерь Красной Армии в 8,7 миллиона человек ставится под сомнение не только профессиональными антисоветчиками, но и многими серьезными историками.
Заваливала ли РККА врага трупами, как утверждают антисталинисты, или воевала умело и эффективно? Клали ли мы по три-четыре своих бойца за одного гитлеровца – или наши потери лишь на треть больше немецких? Умылся ли СССР кровью и какова подлинная цена Победы? Представляя обе точки зрения, эта книга выводит спор о потерях в Великой Отечественной войне на новый уровень – не идеологической склоки, а серьезной научной дискуссии. Кто из авторов прав – судить читателям.
Книга посвящена 70-летию Победы в Великой Отечественной войне. Все авторы произведений — писатели-фронтовики: Василь Быков, Константин Воробьев, Александр Солженицын, Даниил Гранин, Виктор Астафьев. Повести и рассказы участников войны — о человеке один на один со смертью, когда даже неверующие души вспоминают своего Творца и взывают к Нему. Это дошедшие до нас голоса солдат из окопов, их личный фронтовой опыт.
Для этой книги известный художник Игорь Олейников создал 35 уникальных рисунков. Книга для взрослых с иллюстрациями — прекрасный подарок всем любителям художественной литературы. И прежде всего — подарок для всех, кто хочет знать и не забывать правду о войне.
Новая книга проекта «Великая Отечественная катастрофа», посвященного одной из самых спорных и загадочных страниц отечественной истории — трагедии 1941 года. Никакой цензуры и идеологических запретов! Столкновение научных теорий и политических убеждений! Самые известные исследователи и военные историки Марк Солонин, Михаил Мельтюхов, Лев Лопуховский, Дмитрий Хмельницкий и другие отвечают на самые важные и наболевшие вопросы: Почему Красная Армия не смогла удержать врага на западных границах СССР? Почему Люфтваффе удалось так быстро завоевать полное господство в воздухе? Могли ли советские танковые войска противостоять напору Панцерваффе? Каково было действительное соотношение сил на Восточном фронте 22 июня 1941 года?
«История не знает сослагательного наклонения» — опровергая прописные истины, эта книга впервые поднимает изучение альтернативных вариантов прошлого на профессиональный уровень и превращает игру в «если» из досужей забавы писателей-фантастов в полноценное научное исследование. В этом издании ведущие военные историки противоположных взглядов и убеждений всерьез обсуждают альтернативы Великой Отечественной, отвечая на самые острые и болезненные вопросы:
– Нападение Гитлера застало СССР врасплох из-за
полного бессилия и некомпетентности советской разведки.
– В 1941 году Красная Армия была сильнее Вермахта,
но «не хотела воевать за Сталина».
– Решающую роль в разгроме советских войск сыграли
немецкие воздушные десанты.
– Ленинградская блокада была на руку Сталину,
желавшему «заморить оппозиционный Ленинград голодом»…
Скажете, что все это – полный бред? Однако его повторяют, не переставая, не только на страницах «либеральных» газет и журналов, но и в сочинениях, якобы разоблачающих «фальсификаторов истории».
Новая книга проекта «Мифы Великой Отечественной» опровергает самые клеветнические, самые злобные и бесстыжие сплетни о Священной войне, которые тиражирует «демократическая печать», выводит на чистую воду самых оголтелых антисоветчиков, этих верных учеников доктора Геббельса, вторящих нацистской пропаганде.
Мы обязаны защищать нашу правду и память о Великой Отечественной войне так же, как собственную жизнь и жизни своих детей! Потому что те, кто не способны отстоять свое прошлое, не заслуживают ни достойного настоящего, ни великого будущего!
Главный бестселлер ведущего историка и публициста патриотических сил. Разоблачение величайшей лжи XX века. Беспощадная полемика с геббельсовской пропагандой и ее «либеральными» подпевалами. Опровержение одного из самых стойких и бесстыжих мифов Второй Мировой – о «непревзойденных асах Геринга» и их заоблачных боевых счетах.
Изучив особенности воздушной войны на советско-германском фронте, проанализировав и сопоставив боевые документы обеих сторон, автор убедительно доказывает, что эффективность Люфтваффе безбожно раздута ведомством Геббельса с помощью липовых реляций и наглых приписок, что победные счета немецких асов следует делить на десять, если не на двадцать, и что на самом деле сталинские соколы превосходили гитлеровских стервятников по всем статьям!
Захар Прилепин знает о войне не понаслышке: в составе ОМОНа принимал участие в боевых действиях в Чечне, написал об этом роман «Патологии».
Рассказы, вошедшие в эту книгу, – его выбор.
Лев Толстой, Джек Лондон, А.Конан-Дойл, У.Фолкнер, Э.Хемингуэй, Исаак Бабель, Василь Быков, Евгений Носов, Александр Проханов…
«Здесь собраны всего семнадцать рассказов, написанных в минувшие двести лет. Меня интересовала и не война даже, но прежде всего человек, поставленный перед Бездной и вглядывающийся в нее: иногда с мужеством, иногда с ужасом, иногда сквозь слезы, иногда с бешенством. И все новеллы об этом – о человеке, бездне и Боге. Ничего не поделаешь: именно война лучше всего учит пониманию, что это такое…»
Почти полвека ПРОХОРОВКА оставалась одним из главных мифов Великой Отечественной войны – советская пропаганда культивировала легенду о «величайшем танковом сражении», в котором Красная Армия одержала безусловную победу над гитлеровцами. Реальность оказалась гораздо более горькой, чем парадная «генеральская правда». Автор этой книги стал первым, кто, основываясь не на идеологических мифах, а на архивных документах обеих сторон, рассказал о Прохоровском побоище без умолчаний и прикрас – о том, что 12 июля 1943 года на южном фасе Курской дуги имело место не «встречное танковое сражение», как утверждали советские историки и маршальские мемуары, а самоубийственная лобовая атака на подготовленную оборону противника; о плохой организации контрудара 5-й гвардейской танковой армии и чудовищных потерях, понесенных нашими танкистами (в пять раз больше немецких!); о том, какая цена на самом деле заплачена за триумф Красной Армии на Курской дуге и за Великую Победу…
Уникальная энциклопедия ведущих военных историков. Первый иллюстрированный путеводитель по Великой Отечественной. Полная история войны в одном томе.
Великая Отечественная до сих пор остается во многом «неизвестной войной» – сколько ни пиши об отдельных сражениях, «за деревьями не разглядишь леса». Уткнувшись в холст, видишь не картину, а лишь бессмысленный хаос мазков и цветных пятен. Чтобы в них появился смысл и начало складываться изображение, придется отойти хотя бы на пару шагов: «большое видится на расстояньи». Так и величайшую трагедию XX века не осмыслить фрагментарно – лишь охватив единым взглядом. Новая книга лучших военных историков впервые предоставляет такую возможность. Это не просто хроника сражений; больше, чем летопись боевых действий, – это грандиозная панорама Великой Отечественной, позволяющая разглядеть ее во всех подробностях, целиком, объемно, «в 3D», не только в мельчайших деталях, но и во всем ее величии.
«Когда начнется «Барбаросса», мир затаит дыхание и потеряет дар речи!» – так говорил Гитлер. А после разгрома Франции фюрер заявил: «Поверьте мне, в сравнении с этим кампания против России будет детской игрой». Однако первый же день войны против СССР показал, как он ошибался, – уже 22 июня 1941 года гитлеровцам пришлось признать: «Противник упорно и храбро сражается до последнего. О перебежчиках и сдавшихся в плен не сообщается. Бои гораздо серьезнее, чем во время Польской и Западной кампании…»
В этой книге ведущий военный историк не только восстанавливает ход Вторжения на всех фронтах, от Прибалтики до Черного моря, но и опровергает многочисленные мифы о первом дне Великой Отечественной:
«Что же позволяет взглянуть на 22 июня другими глазами? Прежде всего, это работа с документами противника, сопоставление которых с отечественными данными дало немало пищи для размышлений. Выяснилось, что уже в первый день войны немецкое командование вынуждено было серьезно скорректировать первоначальный план действий своих войск на Украине под влиянием упорного сопротивления Красной Армии. Это глубочайшее заблуждение, что 22 июня 1941 года разворачивалось как по нотам для сил вторжения…» (Алексей Исаев)
Когда заходит речь об июньской катастрофе Западного фронта, на ум сразу приходят пылающие аэродромы, брошенные на обочинах новейшие Т-34 и КВ, понурые толпы пленных — историки до сих пор представляют Приграничное сражение как избиение огромной, плохо организованной массы красноармейцев немногочисленными, но мобильными и великолепно управляемыми немецкими войсками. Соответствуют ли эти представления действительности? Имела ли Красная Армия в июне 41-го численное превосходство на границе? «Спали» ли приграничные аэродромы? Был ли разгром Западного фронта неизбежной закономерностью — или следствием вопиющих ошибок командования? И как из хаоса, возникшего после окружения под Минском, всего за несколько недель вырос устойчивый фронт, заставивший гитлеровцев отложить наступление на Москву?
Проанализировав колоссальный объем не только советских, но и немецких оперативных документов, прежде недоступных исследователям, Алексей Исаев приходит к сенсационным выводам, давая исчерпывающий ответ на самые сложные и болезненные вопросы отечественной истории.
Книга содержит таблицы. (DS)
Усилиями кинематографистов и публицистов создано множество штампов и стереотипов о Второй мировой войне, не выдерживающих при ближайшем рассмотрении никакой критики.
Ведущий российский военный историк Алексей Исаев разбирает наиболее нелепые мифы о самой большой войне в истории человечества: пресловутые «шмайсеры» и вездесущие пикирующие бомбардировщики, «неуязвимые» «тридцатьчетверки» и «тигры», «непреодолимая» линия Маннергейма, заоблачные счета асов Люфтваффе, реактивное «чудо-оружие», атаки в конном строю на танки и многое другое – эта книга не оставляет камня на камне от самых навязчивых штампов, искажающих память о Второй мировой, и восстанавливает подлинную историю решающей войны XX века.
Книга основана на бестселлере Алексея Исаева «10 мифов о Второй мировой», выдержавшем 7 переизданий. Автор частично исправил и существенно дополнил первоначальный текст.
После того, как в пламени Приграничного и Смоленского сражений июня и июля 1941 г. исчезли созданные в предвоенные годы танки и самолеты, Красной Армии предстояло пройти пять кругов ада под ударами танковых клиньев вермахта. Операции на окружение невиданных в истории войн масштабов следовали одна за другой, и, казалось, ничто не может остановить наступление гитлеровской армии на Москву. Но уже в ноябре 1941 г. последовали контрнаступления советских войск под Ростовом и Тихвином, и словно по мановению волшебной палочки военная машина Третьего Рейха со скрипом остановилась в нескольких десятках километров от башен Кремля. Спасал ли Г. К. Жуков Ленинград? Кто виноват в окружении Юго-Западного фронта под Киевом? Кто и как сумел восстановить рухнувший после вяземского «котла» фронт под Москвой в октябре 1941 г.? «Генерал Грязь», «генерал Мороз» или генералы Красной Армии остановили вермахт у ворот Москвы? На все эти вопросы можно найти ответ в новой книге Алексея Исаева.
К 70-летию легендарной операции «Багратион».
Новая книга ведущего военного историка, посвященная величайшему триумфу Красной Армии. Лучшее современное исследование грандиозного наступления советских войск, в ходе которого всего за две недели была разгромлена самая многочисленная на Восточном фронте группа армий «Центр». Новый взгляд на поворотный момент Великой Отечественной войны.
Знаете ли вы, что этой феноменальной победе в Белоруссии предшествовала череда неудачных наступательных операций и с осени 1943-го до весны 44-го года западное направление было для Красной Армии позиционным «Верденом», так что Верховному Главнокомандующему пришлось даже санкционировать расследование комиссии ГКО, принять самые жесткие меры и сделать нелицеприятные «оргвыводы»? Как нашим войскам удалось преодолеть этот позиционный тупик, превратив окопную «мясорубку» в крупнейшую маневренную операцию, которую по праву величают «сталинским блицкригом»? Что позволило не просто прорвать, а полностью обрушить вражескую оборону? Почему немцам не удалось сохранить целостность фронта и организованно отступить на новые позиции? Как тяжелое поражение Вермахта переросло в самую страшную военную катастрофу в германской истории? И кого винить в этом «эпическом разгроме». Основываясь на оперативных документах не только советских, но и немецких архивов, это расследование восстанавливает ход гениальной операции «Багратион», во многом предопределившей Великую Победу.
Книги Алексея Исаева «АнтиСуворов. Большая ложь маленького человека» и «АнтиСуворов. Десять мифов Второй мировой» стали главными бестселлерами 2004 года, разойдясь рекордными 100-тысячными тиражами и вернув читательский интерес к военно-историческому жанру. В данном издании оба тома не только впервые объединены под одной обложкой, но дополнены новыми материалами.
В своей полемике со скандально известным историком Алексей Исаев обходится без дежурных проклятий и личных оскорблений, ведя спор по существу, с цифрами и фактами доказывая надуманность и необоснованность гипотез Виктора Суворова, ловя его на фактических ошибках, передергиваниях и подтасовках, не оставляя камня на камне от его построений.
Это — самая острая, содержательная и бескомпромиссная критика «либерального» ревизионизма. Это — заочная дуэль самых популярных современных историков.
АЛЕКСЕЙ ИСАЕВ ПРОТИВ ВИКТОРА СУВОРОВА!
Правда ли, что небывалое ожесточение Сталинградской битвы объясняется не столько военными, сколько идеологическими причинами и что, не будь город назван именем Вождя, Красная Армия не стала бы оборонять его любой ценой? Бросало ли советское командование в бой безоружными целые дивизии, как показано в скандальном фильме «Враг у ворот»? Какую роль в этом сражении сыграли штрафбаты и заградотряды, созданные по приказу № 227 «Ни шагу назад», и как дорого обошлась нам победа? Правда ли, что судьбу Сталинграда решили снайперские дуэли и мыши, в критический момент сожравшие электропроводку немецких танков? Кто на самом деле был автором знаменитой операции «Уран» по окружению армии Паулюса — маршал Жуков или безвестный полковник Потапов?
В этой книге ведущий военный историк анализирует самые расхожие мифы о Сталинградской битве, опровергая многочисленные легенды, штампы и домыслы. Это — безусловно лучшее современное исследование переломного сражения Великой Отечественной войны, основанное не на пропагандистских фальшивках, а на недавно рассекреченных архивных документах.
Десятая книга сочинений С.М. Соловьева включает девятнадцатый и двадцатый тома «Истории России с древнейших времен». Девятнадцатый том освещает события последних лет царствования Екатерины I, кратковременное царствование Петра II и первые три года — императрицы Анны Иоанновны. Двадцатый том целиком посвящен царствованию Анны Иоанновны, вплоть до ее смерти в 1740 г.
В художественно-документальной книге журналиста-международника Михаила Черноусова рассказывается о наиболее интересных и драматических эпизодах дипломатической борьбы 30-х годов.
На основе советских и зарубежных архивных публикаций автор показывает, как миролюбивая внешняя политика СССР противостояла в те предгрозовые годы тайной дипломатии империалистических сил.
Книга рассчитана на массового читателя.
В своем творчестве Арсений Васильевич особый интерес проявляет к психологии подвига и героизма, их истокам. Мужество и самообладание человека — результат воспитания, — такой вывод делает автор. Этим благородным качествам люди учатся друг у друга. В дружбе коллектива — сила. Эта небольшая повесть по просьбе издательства написана на основе книги военных мемуаров «Истребители». В ней все документально. Прославленный летчик рассказывает о боях с японскими захватчиками в районе реки Халхин-Гол в 1939 году. Это был первый и потому особенно трудный этап в становлении воздушного бойца. Поэтому автор так образно и написал: «Говорят, человек рождается дважды: первый раз — физически, второй — духовно. Мы испытали третье рождение — стали настоящими военными людьми. Мы познали, что война — это не романтика приключений, что героика в ней так же буднична, как буднична и сама настоящая жизнь». Арсений Васильевич сумел ярко отобразить свои чувства и мысли при первом боевом крещении. Это рассказ о том, как мужали, приобретали военный опыт и выполняли свой интернациональный долг наши летчики в жарких степях Монголии.
Автор книги рассматривает греческую мифологию с точки зрения ее взаимосвязи с жизненным укладом греческого общества тех давних времен, а также ее влияния на мировую историю и культуру. Исследование основано на анализе наиболее значимых в этом отношении мифов – о Геракле и Тесее, о Троянской войне, об Одиссее и Эдипе, Персее и аргонавтах. Материал отличают простота изложения и высокая информативность, которой немало способствуют 50 великолепных иллюстраций.
Для широкого круга читателей.
Люсилла Берн работает хранителем в Британском музее, в отделе греческих и римских древностей. Ее специализация – древнегреческая живопись на вазах и терракоте. Теме античности она посвящает свои многочисленные лекции, книги, статьи и обзоры.