как ходить с детьми в храм

Осторожно, дети!

Нюансы хождения в храм вместе с детьми

На страницах портала Православие.Ru уже несколько раз поднималась тема, когда приводить маленьких детей в храм: к началу службы или только ко Причастию. Большинство родителей сталкивалось с тем, что дети определенного возраста не в состоянии сосредоточиться на Богослужении, они капризничают и своими капризами отвлекают остальных богомольцев от сосредоточенного переживания Божественной службы. Как поступить в этой ситуации: стать источником беспокойства для окружающих или ограничить время посещения храма для себя и своих детей, – на этот вопрос мы хотели бы получить и ваши ответы. Если вы – «состоявшийся родитель», т.е. смогли с детства воспитать свое, ныне подросшее чадо в православной вере, имеете живой опыт преодоления этой проблемы, пишите по адресу editor@pravoslavie.ru Лучшие заметки будут опубликованы.

Сколько ни поднимай тему присутствия в храме детей, решающе важным останется одно: все мы, прихожане, делимся на тех, кто детей в храм приводит, – и тех, кто их там терпит (или не терпит). И сколько ни пытайся писать о том, что дети не куклы – их нельзя «выключить» или оставить дома постоять на полочке, – всегда будут те, кто резонно возразит, что прочие простые прихожане – тоже люди, что от детского писка сбивается хор, регент сжимает камертон «до хруста», молящиеся не слышат, как читают Евангелие, уборщицам доставляет много хлопот детская любовь качать подсвечники и т.п. Как выразился один владыка, «дети в Уставе не прописаны!»

И, видимо, единственные рассуждения, которые могут принести практическую пользу, – это рассуждения о том, как минимизировать разрушительное воздействие детской непосредственности на храм и нервы присутствующих, не лишив при этом ребенка и родителей службы и не отбив детского интереса к храму чрезмерной строгостью. Я надеюсь, что по предложению портала «Православие.Ру» многие родители смогут поделиться своей практикой вождения детей в храм. А пока попробую представить кое-что из того, что сильно облегчало (или, наоборот, отягчало) мое родительство.

На службе с рождения – это реально

Родители и священники единогласно утверждают: чем раньше и регулярнее дитя начнет присутствовать в храме, тем более спокойным будет это присутствие. Иногда дрожь берет, когда наблюдаешь, как несчастная мама или бабушка (а иногда они обе вместе с папой) тщетно скручивают орущего и «борющегося за жизнь» двухлетнего ребенка перед Чашей. А чадо, которое с месячного возраста часто причащается, преспокойно открывает рот и в год или полтора уже с воодушевлением встречает вынос Чаши и старается жестами или осмысленным мычанием понудить маму скорее нести его к Причастию.

Своих детей я старалась причащать хотя бы раз в неделю, но однажды, еще с первенцем, приехав на дачу, я неосмотрительно оставила младенца без Причастия почти на месяц. И через этот месяц дитя перед Чашей намертво сжало челюсти, а при попытке алтарника слегка надавить на щеки, начало пищать. Спас положение только вышедший из алтаря папа, которому пришлось «помаячить» перед ребенком для успокоения.

При этом многие родители просто боятся идти в храм с новорожденными, думая, что время до годовалого возраста – самое сложное. А принеся ребенка в год, отчаиваются, видя, как он испуган и агрессивен в новой обстановке. Но самое спокойное время с ребенком в храме – это именно время до семи-девяти месяцев! Ребенок – в большинстве случаев – тихо спит, а мама спокойно молится (правда, тут «спокойно» бывает, если ребенок еще только один). Наверное, это утверждение вызывает улыбку своим кажущимся неправдоподобием. Но я на практике убеждалась в этом трижды: бессловесный младенец – самый тихий прихожанин из тех, кому нет восемнадцати. Но – важны нюансы.

До полугода основное детское занятие – это, в идеале, сон, и очень желательно, чтобы в храме новорожденный именно спал, а не громко страдал, устав от избытка впечатлений. Есть дети, которые так и делают – спят – независимо от усилий родителей. Они могут заснуть вертикально, привалившись к маминому плечу, они мирно сопят в переноске от коляски, поставленной в углу храма. Причастившись, они минут пять блаженно гулят и вскоре вновь засыпают. Таким нежданным подарком была, например, моя младшая дочь.

Но большая часть детей засыпает несамостоятельно, однако – засыпает и прекрасно спит под пение хора. Меня в храме в первые месяцы очень выручал слинг (специальная «переноска» из ткани, позволяющая носить ребенка на себе с минимальной нагрузкой на руки мамы. Информация о ней широко доступна в интернете). Старшую дочь я приносила в храм на Часах, раздевала, клала в слинг, немного прикачивала и в результате уже к началу Литургии она спала, и сон в слинге у нее был крепче, чем в кроватке или коляске. Главное – научиться правильно располагать ребенка.

Более искусные «слингомамы» и годовалых детей носили по храму спящими, только уже в положении вертикально: ребенок прижат к маме, ноги его раздвинуты (напоминает лягушонка) – поза эта вполне физиологична, без лишней нагрузки на позвоночник. Для этого идеален слинг-шарф, но я не рискнула с ним связываться (надо ведь еще научиться его наматывать) и использовала слинг с кольцами, а позже эрго-рюкзак (он же слинг-рюкзак).

Кстати, вертикально хорошо укладывать самых «тяжелых» в плане поведения детей. Например, мой сын напрочь отказывался спать в обычном слинге лежа. В храме он нервно откидывался назад, кричал, не засыпал ни в слинге, ни на руках. Только когда невролог указала мне на проблемы ребенка с повышенным тонусом, особенно в районе спины и шеи, до меня «дошло». Именно вертикально, лягушкой, грея пузо об маму и максимально разгрузив позвоночник, он смог заснуть в плотно притянутом эрго-рюкзаке, и в нашу жизнь возвратилось спокойствие, которое позже упрочило соответствующее лечение. Главное, не спутать физиологичный слинг-рюкзак с рюкзаком-переноской типа «кенгуру» – «кенгурушка» вредна для детской спины, да и заснуть в ней куда сложнее.

Если маме позволяют средства, то еще один прекрасный помощник для похода в храм с новорожденным – это «слингокуртка». Такая специальная верхняя одежда для мамы, которая позволяет сажать ребенка в слинг легко одетым, прикрывать его слингокурткой, приносить в храм уже крепко заснувшим (лучшее укачивание – мамина ходьба) и не будить лишними раздеваниями-переодеваниями. Две мои знакомые ходят в храм подобным образом – и от нуля до года их младенцев вообще не слышно. Разве что иногда они пробуждаются, чтобы немного повертеть головой, потом в углу за вешалкой «перекусить» и – снова «баиньки».

Конечно, можно заметить, что набирающая обороты культура «естественного родительства», частью которой является и слингоношение, балансирует на тонкой грани между реальной пользой (в плане педагогики, детского здоровья, маминого спокойствия и т.п.) – и уже полу-оккультным увлечением чрезмерной натуральностью и «естественностью». Но никто не воспрещает верующей маме брать от этой культуры и моды всё лучшее, что она может дать, и активно «воцерковлять». По крайней мере, слинг в храме – помощник действительно великолепный.

Если малыш в храме только спит, разве так он привыкнет к службам? Привыкнет, и с самыми лучшими впечатлениями.

Кажется, если малыш только спит, разве так он привыкнет к храму? Привыкает, и с самыми лучшими впечатлениями. Ведь сон на руках у мамы – это время максимальной защищенности и спокойствия. И именно с таким спокойствием будет ассоциироваться церковное пение, слышанное ребенком и «в пузе», и в полусне с первых дней жизни.

Ребенок и… архитектура

Наверное, это звучит странновато, но «непереносимость» детского воздействия на службу и психику молящихся сильно зависит от внутренней конструкции храма. Конечно, чаще всего родители выбирают не стены, а место служения своего духовника. Однако если духовника еще нет или он служит где-то в далеком монастыре, и большую часть служб семья всё равно посещает не у него, а в своем районе, то можно подумать и о таком странном на первый взгляд критерии выбора храма, как его устройство.

Не так давно в нашем городе достроили и освятили новый храм, и в считанные месяцы он стал едва ли не самым «детским» приходом в округе – несмотря на то, что первое время в нем даже не было воскресной школы. Чудесная особенность этого храма в том, что ребенок в нем – почти незаметен. Клирос так удачно расположен наверху, что создает мощнейшую «звуковую завесу». Те, кто молится ближе к алтарю, практически не слышат гуления и движения в конце храма. А когда прихожане спокойно слушают службу и не вскидываются нервно со строгим взглядом в сторону чужого ребенка, мама ребенка тоже меньше нервничает, меньше ребенка теребит, и тот, соответственно, спокойнее себя ведет.

К тому же, в нашем «детском» храме не просто просторный и теплый притвор, а целое отдельное помещение гардероба, где «мелочь», устав стоять на службе, может ползать под столами для цветов и никому не мешать, а самых активных мамы за руку водят по широкой лестнице на первый этаж и обратно, умудряясь при этом улавливать отголоски богослужения. Раскапризничавшегося ребенка можно спокойно одеть и вынести на улицу в полной уверенности, что в храм из гардероба не долетят звуки детской борьбы за право сорвать шапку.

Если есть возможность, то лучше водить детей в храм с верхним клиросом или хотя бы просторным притвором.

Если дети совсем маленькие, если их несколько, то возможность выбрать храм с верхним клиросом или хотя бы просторным притвором (гардеробом, «подсобкой») облегчит маме жизнь невероятно. Мы с детьми бывали в разных храмах. Например, храм, где служит мой муж, в советское время был превращен в пивзавод и изуродован настолько, что при реконструкции его пришлось оставить поделенным на две половины, из-за чего основной храм оказался просторным, широким, но «коротким»: от входа до солеи рукой подать, и нет притвора. И если ребенок только начал капризничать, его сразу очень громко слышно даже в алтаре. Его надо быстро одеть и вынести на улицу – при том, что именно процесс одевания младенцы воспринимают особенно громко! Бывало, что мой голосистый сынок начинал «подпевать» хору после Причастия. Еще причащают взрослых, все сосредоточенны, а тут вместо «Тело Христово приимите» под сводами раздается: «А! Аа-а! Ыыыы…»

В другом храме, зная, что нас не так уж страшно слышно, я бы могла провести «педагогическую работу»: отвлечь ребенка, переключить на шепот, успокоить. Но на это нужна хотя бы пара минут и чуть больше спокойствия. Здесь же времени на уговоры нет, на улице мороз, и ты, сзывая старших, бежишь к вешалке. Пока достанешь детский конверт, две детских куртки, три шапки из рукава и свое пальто, семь потов сойдет. Мне еще везло – я хотя бы жена священника, и некоторые прихожане меня знали, а потому ради уважения к батюшке не только не «гоняли» особенно, но и брались помогать с одеванием детей. А каково тем, у кого нет такой «крыши»? Я видела, как выскакивали из храма другие мамочки: ребенок закутан, а мама – красная от стыда и нараспашку. В минус двадцать. А что поделаешь?

«Методика» выхода из дома

Приступы особенно безобразного поведения случались у моих детей тогда, когда я сама не причащалась…

Еще важны такие моменты, как подготовка к службе. Самое главное, что я замечала многократно, – это влияние твоей подготовки на детей. Мне кажется, что приступы особенно безобразного поведения случались у моих детей (даже у старшей) тогда, когда я сама не причащалась. Одно дело – состояние женского здоровья, другое – когда ты «допоздна посуду мыла», «проспала», «и вообще как-то морально не готова…» Конечно, с детьми не очень удобно подходить на исповедь, не всем матерям духовники позволяют причащаться, если они пришли не к началу, но все-таки попытка как-то решить эти вопросы в сторону частого материнского причастия действительно отражается на детях.

Например, одним из возможных решений является ранняя Литургия. Если дети встают не слишком рано, если среди них есть кто-то один сознательный, то можно купить ему на всякий случай «мобильник» и попытаться с утра встать пораньше, спрятать спички, закрыть газ и «сбежать» на службу, а вернуться как раз к детскому подъему, собрать и отвести на позднюю. Конечно, это возможно лишь тогда, когда храм находится недалеко от дома…

Еще важным моментом выхода из дома является мамино спокойствие. Понимаю, это звучит смешно – далеко не все умеют спешить, да и просто собираться, без нервов. Я тоже не слишком умею. Однако какими же паиньками бывают мои чада, если с утра мне удается взять себя в руки и одевать детей с молитвой, а не с криками и раздражением!

Лет до трех, мне кажется, лучше не пытаться детей «постить» перед Причастием.

Еще я многократно замечала, что на поведение совсем маленьких детей очень решительно влияют элементарные физиологические потребности: поесть, попить, памперс поменять, в конце концов! Здесь могут быть разные мнения, но все-таки лет до трех, я считаю, лучше не пытаться детей «постить» перед Причастием. А насчет детей на год-два старше можно посоветоваться со священником. Можно, например, их только поить или поить и давать съесть что-то совсем простое – кусок хлеба с молоком, например. Если очень хочется с утра устроить детям пост, то тогда будить их лучше непосредственно перед выходом, чтобы не успели до Причастия проголодаться и «раскиснуть». А вскоре после Причастия можно извлечь из сумки сок и что-то съедобное или хотя бы не препятствовать есть любимое детское лакомство – просфоры.

Много есть и других нюансов, связанных с приходом в храм детей, но я думаю, что и другие отцы и матери захотят о них рассказать. В конце концов, среди авторов портала и читателей есть женщины с «родительским стажем», в разы превосходящим мой. Очень бы хотелось услышать их советы или, может быть, возражения.

Источник

С ребенком в храм — как?

Появ­ле­ние детей в пра­во­слав­ной семье все­гда боль­шая радость. Жизнь про­дол­жа­ется, ребе­нок, вопло­ще­ние роди­тель­ской любви, как будто замы­кает круг, окон­ча­тельно объ­еди­няет и делает более пол­ной семью. И вполне есте­ственно жела­ние роди­те­лей при­об­щить свое чадо к цер­ков­ной жизни, сде­лать его пол­но­прав­ным чле­ном Церкви Христовой.

Конечно, самый пер­вый шаг на этом пути — кре­ще­ние ново­рож­ден­ного. С того дня, как малыш при­ни­мает свя­тое Кре­ще­ние, он полу­чает право участ­во­вать в Таин­ствах Церкви, конечно, пока только в Таин­стве Евха­ри­стии, то есть — причащаться.

Пока ребе­нок мал, роди­тели, придя в храм, могут дер­жать его на руках или в коляске. Мла­денцы боль­шей частью спят, и поэтому не достав­ляют осо­бых хло­пот своим роди­те­лям. Но вот про­ле­тел год, и в один пре­крас­ный день сын или дочь вхо­дят в храм уже на своих ногах. И с этого и начи­на­ются проблемы…

Нередко при­хо­дится слы­шать от при­хо­жан жалобы на то, что малые дети мешают молиться. Хочется побыть в тишине, а тут — то бегают, то кри­чат, то салки-пря­талки. И как быть? Как быть при­хо­жа­нам, кото­рые рас­счи­ты­вают на бла­го­го­вей­ную обста­новку во время бого­слу­же­ния? И как быть моло­дым мате­рям — совсем не водить детей в храм?

Реше­ние этого вопроса не может быть одно­бо­ким. Стро­ится оно на ком­про­мис­сах, впро­чем, как мно­гое в этой жизни, и идти навстречу друг другу должны обе стороны.

При­хо­жане должны пони­мать, что нельзя лишать детей бого­слу­же­ния и при­ча­стия. И их тер­пе­ли­вое и пони­ма­ю­щее отно­ше­ние к шумя­щим детям — малень­кая жертва ради Хри­ста, потому что детей при­вели в храм, чтобы и они вку­сили радо­сти пре­бы­ва­ния с Богом. Дети шумят не потому, что они небла­го­че­стивы или одер­жимы. Они шумят потому, что они не могут иначе, ведь они всего лишь дети. Пони­мая неудо­воль­ствие моля­щихся, все же необ­хо­димо напом­нить о том, что надо быть тер­пи­мее и снис­хо­ди­тель­нее и о при­зыве Гос­пода не мешать детям при­хо­дить к Нему.

А теперь обра­тимся к мамам и папам. Ваше жела­ние посе­щать храм вме­сте с ребен­ком вполне понятно и похвально. Однако не стоит забы­вать, что детишки могут на самом деле мешать бого­слу­же­нию и молитве дру­гих людей, поэтому свои посе­ще­ния храма с малень­кими детьми необ­хо­димо как сле­дует про­ду­мы­вать. Да, они дети и им мно­гое поз­во­ли­тельно. Мно­гое, но не все.

Прежде всего, хочется упре­дить от сле­до­ва­ния реко­мен­да­циям, раз­ме­щен­ным в неко­то­рых пра­во­слав­ных кни­гах: ребенка надо водить в храм как можно чаще и на как можно дольше, а жела­тельно — сто­ять с ним всю службу от звонка до звонка. Мол, так дети учатся нахо­диться в храме. Ничего подоб­ного. Физи­че­ское нахож­де­ние ребенка в храме не при­учает его к бого­слу­же­нию и не делает его авто­ма­ти­че­ски пра­во­слав­ным. Да, дети довольно быстро усва­и­вают обста­новку бого­слу­же­ния, и при­вы­кают к ней, но при­вы­кают в худ­шем пони­ма­нии этого слова.

До опре­де­лен­ного воз­раста ребенку невоз­можно объ­яс­нить, как надо вести себя в храме, да и в силу сво­его воз­раста дитя не смо­жет про­сто­ять на месте два часа, ведь дети как будто сотканы из энер­гии. Чем актив­нее ребе­нок, тем выше веро­ят­ность того, что помнется он, помнется рядом с мате­рью, да и побе­жит искать раз­вле­че­ний. В итоге дети в храме начи­нают играть, шуметь, рисо­вать, пол­зать по солее, валяться по полу, в то время, как их мамы стоят, погру­жен­ные в молитву. Спо­соб­ствует ли такое нахож­де­ние в храме взра­щи­ва­нию бла­го­че­сти­вого хри­сти­а­нина? Ответ на поверх­но­сти. Вме­сто при­ви­тия бла­го­го­вей­ного отно­ше­ния к бого­слу­же­нию, ребе­нок полу­чает весьма нега­тив­ный урок: в церкви скучно, там нечем заняться, поход в храм — про­сто убий­ство вре­мени. Ни в коем слу­чае нельзя, при­водя дитя в храм, отпус­кать его на воль­ный выпас! Если вы при­шли с ребен­ком в храм, вы должны кон­тро­ли­ро­вать то, чем он занят во время бого­слу­же­ния. А, зна­чит, вы должны при­хо­дить в цер­ковь на такое коли­че­ство вре­мени, в тече­ние кото­рого смо­жете это делать.

Самое глав­ное в этом вопросе — инди­ви­ду­аль­ный под­ход. Никто, кроме самих роди­те­лей, не знает сво­его ребенка настолько хорошо, чтобы дать реко­мен­да­цию — как часто при­во­дить дитя в храм и на сколько. Такие реше­ния пол­но­мочны при­ни­мать исклю­чи­тельно сами роди­тели. Дети бывают раз­ные — шуст­рые и не очень, шум­ли­вые и тихони, тер­пе­ли­вые и с “пол­кило взрыв­чатки”. Поэтому с актив­ными детьми надо при­хо­дить ближе к при­ча­стию, с детьми спо­кой­ными можно и пораньше — глав­ное, чтобы они не успе­вали заску­чать, и не воз­ни­кало жела­ния пре­да­ваться безделью.

Детям постарше уже можно объ­яс­нять ход бого­слу­же­ния. Ребенку, кото­рый знает, что про­ис­хо­дит в храме, уже не будет так скучно на бого­слу­же­нии, он будет чув­ство­вать себя его участ­ни­ком, а не про­сто сто­рон­ним наблю­да­те­лем. Дома вме­сто молит­вен­ного пра­вила, можно исполь­зо­вать цер­ков­ные пес­но­пе­ния, объ­яс­няя незна­ко­мые слова — так ребе­нок научится пони­мать пение, а затем и сами молитвы.

С малень­кими детьми лучше нахо­диться в тра­пез­ной части храма, позади всех моля­щихся, — так вы будете меньше при­вле­кать к себе вни­ма­ния, да и если ребе­нок зака­приз­ни­чает, с ним будет проще выйти из храма на улицу. Шум­ные игры и чрез­мерно актив­ные раз­го­воры детей сле­дует, конечно, пре­се­кать. С одной сто­роны, конечно, — “что с них взять — дети”, но с дру­гой с самого ран­него воз­раста необ­хо­димо уста­нав­ли­вать меру. Да, на довольно про­дол­жи­тель­ное время, два-три года, а, может, и больше ваша пре­бы­ва­ние в церкви будет боль­шей частью посвя­щено не молитве, а сле­же­нию за малень­кими непо­се­дами — это тоже часть мате­рин­ского кре­ста, одна из его состав­ля­ю­щих. Быть роди­те­лем зна­чит, при­но­сить зна­чи­тель­ную часть своих инте­ре­сов в жертву. Это каса­ется и при­выч­ного рас­по­рядка духов­ной жизни.

Как же быть, если очень хочется спо­койно посто­ять на бого­слу­же­нии? Осо­бенно, если соби­ра­ешься при­ча­ститься? Ребенка вовсе необя­за­тельно водить на все без исклю­че­ния службы. Если у вас есть кто-то, кто может поси­деть с малы­шом во время вашего отсут­ствия: муж, мама, све­кровь, сестра, брат, подруга или наем­ная няня — заме­ча­тельно. При­вле­кайте род­ствен­ни­ков к помощи. Если же такого чело­века нет, то надо при­хо­дить с ребен­ком не на все бого­слу­же­ние, а ближе к при­ча­стию. Если вы с супру­гом оба посе­ща­ете храм, то можно чере­до­ваться: в один день молится мама, а за ребен­ком сле­дит отец, в дру­гой день молится папа, а мама сле­дит за ребенком.

Источник

Дети на литургии: как привести детей в храм, просто привести

Материнские заметки

В первой статье я привела некоторые замечания о теории и истории пребывания детей на церковных богослужениях. А теперь – несколько слов о практике.

Служба глазами ребенка

Из самых первых воспоминаний детства – церковные службы. Удивительное, совсем живое Распятие в храме Знамения на Рижской. Можно сесть на колени у ног Спасителя, и это почему-то не страшно, а спокойно. Как будто Христос надо мной, защищает меня. Именно меня. Когда мне было лет шесть, младшему брату, соответственно, четыре, мы с папой и с моим младшим братом иногда ездили в храм к самому началу литургии. Темным зимним утром, почти ночью, мы выходили из дома и даже подходили к храму – все еще темно было. Что мы с братом делали всю службу – даже не знаю. Но помню дорогу, теплый и ярко освещенный храм, темный левый клирос. И, конечно, помню яркие фрагменты – праздники. Помню, как добрый владыка Питирим (Нечаев) в храме Воскресения Словущего раздавал на Пасху детям крашеные яички. Помню, как я сидела на больших холодных плитах главного собора Донского монастыря во время ночной Рождественской службы. На мне новое белое платье с кружевным воротником-стойкой, которое мама сшила по выкройке из журнала «Бурда». Помню, как огромный хор поет – густо, с переливами, под самый купол, так, что сердце замирает, – мне кажется, я помню каждое слово. Сейчас пишу – и слышу оттуда, из своего семи-восьмилетия: «От юности моея мнози борют мя страсти…». Меня совсем не беспокоило то, что юность у меня еще впереди. Даже не думала о таких вещах: понятно или непонятно. Было – красиво, ярко. Некоторые слова, словосочетания, образы «цепляли», крутились в голове, и совершенно точно – начинали жить внутри меня какой-то своей жизнью. А в той самой юности однажды увиделись уже как слова, имеющие смысл.

А пока ты маленькая девочка, иногда служба – это стоишь, зажатая теплыми и душными людьми, видишь вокруг только спины, и наверху – фрески, паникадила. И ждешь: ну, когда же Причастие… Или где-то в полутемном приделе бесконечно заплетаешь бахрому на аналое в косички (как же мне нравилось повсюду заплетать косички!): «Что же так долго, все поют и поют». Или в церковной лавке читаешь журнал, какие-нибудь рассказы…

Когда мне было восемь, я часто оказывалась на службах в Донском монастыре. Литургия бывала в храме Архангела Михаила, белом, почти пустом, в котором было множество скульптур. Пел маленький «будничный» хор. И как-то раз регент, белоснежный и пушистый отец Даниил, позвал меня на клирос. Я должна была петь ответные возгласы на ектеньях, все простое и короткое, а во время «длинного и сложного» должна была молчать. И я любила крошечного, с меня ростом, отца Даниила, и любила стоять около аналоя с нотами, и любила ектеньи. Вот пропоют долгое, взрослое, и потом – «мои»: «Господи, помилуй!», «Подай, Господи!» Потом я еще не раз пела на клиросе, в разных монастырях и в храмах, и даже свою первую в жизни зарплату я получила в 12 лет, за это пение.

«Стоять столбом» на службе маятно. Когда у ребенка есть какое-то занятие во время богослужения, то посещение храма становится интересным, и этот интерес сам по себе помогает лучше и глубже узнавать службу. Какое бы то ни было занятие помогает «чувствовать» богослужение, понимать – и со временем учит любить его. С другой стороны, участие детей в богослужении должно проходить под чутким руководством взрослого, верующего и благоговейного человека, ведь сонмы почти беспризорных мальчишек в подрясниках – это отдельная тема… Но вообще-то, и по моему личному опыту, и по опыту моих друзей, можно сказать, что и «просто так», даже когда «скучно и непонятно», бывать в храме для ребенка, в перспективе взросления – хорошо.

Даже когда «скучно и непонятно», бывать в храме для ребенка – хорошо. Так храм становится родным для ребенка

Следить за подсвечником, сидеть всю службу на лавочке – это не «профанация», это не «лучше бы ребенок дома остался». Ведь так храм становится родным для ребенка. Снимаешь теплый наплывший воск со свечек, а хор в это время поет: «Свете тихий, святыя славы». Из детства помню это песнопение именно так – с теплым воском в руках. За всю эту службу, которая так долго тянется, хотя бы несколько раз, но душа ребенка поворачивается к Богу. Может быть, всего однажды за всю литургию, вместе с диаконом, с хором, ум и сердце повторит:

– Сами себе и друг друга и весь живот наш Христу Богу предадим!

Эта единственная молитва – уже драгоценность, которая оправдывает вот это: «притащили-ребенка-в-храм».

Сознательное отношение к богослужению, молитва, а не просто присутствие, понимание происходящего в храме, то, что называется «личная встреча с Богом», происходит у каждого человека в разное время. Святитель Феофан Затворник говорил об этом:

Святитель говорит это о детях, которых растили верующие родители, растили в «церковности». В этом утверждении святителя Феофана можно увидеть несколько важных моментов.

Во-первых, даже семилетний ребенок может сознательно прийти к Богу, и духовная жизнь семилетнего ребенка – вовсе не обязательно «ролевая игра в Православие».

Во-вторых, у каждого человека свой путь, и ребенок, может, несознательно, просто по привычке приходит в храм в 7, в 10 лет – и это не помешает ему сознательно «присягнуть на верность Богу» в 15.

В-третьих, даже «правильно» воспитанные дети совсем не обязательно сознательно придут ко Христу в детстве, в юности и вообще. Это просто – данность. Просто потому, что все мы – свободные, и даже наши дети – свободные. Просто потому, что у каждого человека свой путь. Далеко не всегда правильная среда, правильные наставления приводят к положительному результату. Ярчайший тому пример – Иуда Предатель, который жил среди святых апостолов, рядом с Самим Христом, и который в течении нескольких лет слушал наставления не просто самого лучшего Воспитателя и Учителя, Который когда-нибудь жил на земле, но был учеником Самого Бога. Так что не всегда в «неправильном» выборе воспитанника «виновато» воспитание.

Но, конечно, и воспитание бывает виновато. В случае с «церковным» воспитанием виноват, конечно, не факт «церковности», а то, какими способами и кем ребенок воспитывался. Часто именно верующие родители способствуют тому, что их дети не хотят искать встречи с Богом. Нередко дети, отказываясь от веры, уходят не от самой веры, а от жестких, унылых или агрессивных родителей, с которыми ассоциируется Церковь. Уходят от проблем в семье или от конкретного священника, прихода…

Часто именно верующие родители способствуют тому, что их дети не хотят искать встречи с Богом

Как привести детей в храм? Физически привести. Ответ на этот вопрос зависит от множества самых разных обстоятельств. В одной семье в храм идут все вместе – папа, мама, дети, а то и бабушки с дедушками. В другой семье с детьми приходится справляться одной маме. И так бывает не только в тех случаях, когда папа отказывается от богослужения, но и тогда, когда папа служит в храме. В одной семье дети вообще тихие: посадишь – сидит, поставишь – стоит. А в другой – в силу самых разных причин, педагогических, психологических, неврологических – дети не в состоянии постоять спокойно и десяти минут. В одном случае ребенок сам стремится в храм, готов к богослужению во всех отношениях лучше самих родителей. А в другой ситуации ребенок предпочел бы остаться дома. Храмы у нас тоже разные, и приходы разные.

Так что снова и снова: невозможно предложить универсальные рецепты для каждой семьи, или хотя бы для большинства. Я не буду и пытаться. Просто предложу некоторые не универсальные – но все же решения.

В храм с грудным малышом

Чтобы прийти в храм на службу с младенцем на руках, придется учитывать и возможности своего малыша, и необходимость соблюдать «благочиние» богослужения. Но вообще брать с собой в храм грудного малыша легче, чем привести в храм детей более старшего возраста. Месяцев до шести, а то и дольше, дети могут во время службы просто спать. Бывает, малыш с рождения, с утробы матери настолько привыкает к богослужению, что родная атмосфера храма сама по себе успокаивает и буквально убаюкивает его. Мне самой далеко не всегда удается спокойно постоять на службе хотя бы полчаса: дошкольники, младшие школьники, да и подростки по самым разным поводам требуют внимания. Но когда у меня на руках двух-трехмесячный младенец, иногда получается, «как в юности», подольше помолиться на службе: малыш спит со мной в храме, а муж следит за остальными детьми.

Иногда может выручить автокресло. Родители-автомобилисты переносят спящего в кресле малыша из машины прямо в храм. Малыш мирно спит, родители мирно молятся. Когда нет машины, ребенок может заснуть в коляске по дороге в храм, и тогда также коляску просто завозят в храм. Конечно, далеко не всегда план работает, бывает, что именно сейчас малыш никак не засыпает, или хорошо спит – а при входе в храм просыпается. И тогда можно молиться по очереди: папа в храме – мама с малышом на улице, потом поменялись.

Иногда малыш легче засыпает у мамы на руках. Когда мы едем в храм к началу службы (что случается не так часто), я беру с собой складной стул со спинкой, и если повезет, малыш будет тихо лежать на руках или спать всю службу. Если малыш хорошо уснул, даже во время Евангелия и Анафоры придется сидеть, чтобы не потревожить сон ребенка. Но так и мама сама сможет помолиться, и окружающим людям малыш не помешает.

Но часто помолиться с малышом на службе почти невозможно по архитектурно-техническим причинам. Груднички не всегда по расписанию хотят есть и совсем не по расписанию пачкают подгузники – и во многих храмах эти проблемы почти неразрешимы.

Тут, конечно, большой вопрос к настоятелю, к приходу, к служителям при храме: насколько они готовы помочь в таких ситуациях. При желании практически всегда храм мог бы предложить родителям с малышами хоть какое-то помещение, хоть сторожку какую-то, где пусть с неудобствами, но можно будет переодеть или покормить малыша. Сейчас, при наличии всяческих влажных салфеток, даже раковина не обязательно нужна – просто отдельное помещение, любой стол и пара стульев, или старенький диван. Это, конечно, не мое предложение и не моя идея – в некоторых храмах такие помещения выделяются: трапезная, «крестилка» или другое помещение может стать «комнатой матери и ребенка».

Храм мог бы предложить родителям с малышами хоть какое-то помещение, где можно переодеть или покормить малыша

Когда при храме есть помещение, куда могут пустить с малышом, то это еще и возможность помочь другим людям спокойно помолиться. Ведь если это помещение прямо в храме, то сюда можно быстро занести раскапризничавшегося малыша и здесь попытаться его успокоить. Людям, которым мешают крики малышей во время службы – впрочем, как это может не мешать? – можно предложить подумать об организации такого помещения при храме.

В храм с детьми от года до трех лет

Самый непростой возраст для посещения любого общественного места. Малыш уже не спит на службе, не готов сидеть долго на руках. Родителям требуется неограниченное терпение, вместе с неограниченной фантазией и неограниченной же готовностью принимать нестандартные решения ежеминутно.

Иногда дети и в этом возрасте способны посидеть и даже постоять тихо. Ребенок может сидеть у мамы или у папы в ногах. И пусть сидит, лишь бы малыш никому не мешал. Но вообще дети 2–5 лет с трудом могут больше 15 минут тихо сидеть или стоять на одном месте, возрастные особенности развития никто не отменял. Приучать ребенка к благоговению – можно и нужно, но ждать этого благоговения в трехлетнем возрасте – не слишком адекватно. Приучать ребенка к соблюдению тишины, к спокойному стоянию на одном месте – тоже можно и очень даже нужно. Но при этом учитывать возможности конкретного ребенка. И еще понимать, что для ребенка необходима смена деятельности: для маленького – через каждые минут 10, для десятилетнего – через каждые минут 40.

Например, поступают так: с трехлетним ребенком заходят в храм. Показывают, как надо перекреститься, поклониться. Затем родитель встает так, чтобы малыш встал или сел рядом с ним, не рискуя быть раздавленным окружающими. Иногда малыш ведет себя тихо – и папа или мама ловят возможность, стараются помолиться, пусть 5–10 минут. А когда малыш начинает проявлять слишком неподобающую активность или громкость, можно переключиться на ребенка и предложить ему «организованную» активность. Например, поставить вместе с малышом свечку, помочь ему перекреститься, приложиться к иконе, бросить монетку в ящик для пожертвований. Это уже смена деятельности. Может быть, малышу этого окажется достаточно, и он снова окажется способен тихо посидеть рядом с мамой или на руках у папы еще 5 минут – и так родителям удастся еще помолиться.

Когда малыш не в состоянии тихо себя вести, его придется увести из храма

А когда малыш не в состоянии так тихо себя вести, неважно по какой причине, его придется увести из храма. В этой ситуации больше всего везет тем, кто может приходить на богослужение вместе с каким-то другим взрослым. Пока один из родителей молится в храме, другой выводит активного малыша на улицу.

Иногда около храмов специально делают детские площадки. Если служба транслируется на улицу, то родители могут, поглядывая за детьми, все же слышать слова богослужения. Или можно увести ребенка в то самое помещение при храме, ориентированное на детей. Трапезная, крестилка, большой притвор, помещение воскресной школы – место, где дети могут порисовать, иногда поиграть. Это очень удобная вещь, и это снова – возможность для взрослых членов семьи приехать в храм не к самому Причастию, а хотя бы на часть службы.

В храм с детьми старше 5 лет

У площадок и тем более у специальных помещений для детей есть много плюсов. Но есть и проблема: мне кажется, если речь идет о детях старше 5–6–летнего возраста, не всегда уместно во время богослужения, в ожидании «когда же, наконец, Причастие», раскрашивать рыбок, собирать Лего и кататься с горки. Конечно, так дети никому не мешают – но зачем они в храм пришли? Ребенок катается-кувыркается, рисует и играет 40 минут, а то и час. Потом идет к Причастию – и снова к друзьям на улицу или в игровой уголок? Не говорю, что это прямо плохой вариант. Привести детей на прогулку около храма – лучше, чем не приводить вообще. Привести детей на такую прогулку – дать возможность другим членам семьи побыть на службе, и это очень дорогого стоит. Но все же, мне кажется, лучше, хотя бы иногда, если есть возможность, приводить ребенка не на площадку, не в отлично оборудованную комнату, а… на богослужение. Конечно, пятилетнему, да и семилетнему ребенку тяжело всю службу простоять в храме. Говорю о другом: иногда будет лучше прийти в храм только на часть богослужения, но привести детей именно на службу.

Лучше прийти в храм только на часть богослужения, но привести детей именно на службу

Даже «пережидание» на улице или в особом помещении для детей можно развернуть в сторону подготовки к богослужению. Например, если обычно ребенок рисует и читает книжки в детской комнате при храме, то предложить ему… все то же самое, но ориентированное на богослужение или сегодняшний праздник. Дать раскраску соответствующего содержания, предложить самому нарисовать рисунок, написать что-то. Например, если сегодня праздник Входа Господня в Иерусалим, можно, приехав на службу и отпустив папу со старшими детьми на молитву, тихо войти в храм с ребенком-дошкольником, приложиться к праздничной иконе, поставить свечку. Потом уйти с ним в детскую комнату, там предложить малышу нарисовать пальмовую ветку или ослика, которого мы только что видели на иконе.

Еще во время этого «пережидания» в детской комнате ребенок может раскрасить или обвести подготовленный дома тропарь дня – о том, как это можно сделать, я уже не раз рассказывала. И когда после литургии священники выйдут на середину храма петь этот тропарь, ребенок будет готов и слушать, и подпевать этому песнопению. Во время красивой, но долгой пасхальной службы мои дети не раз обводили или писали пасхальные стихиры или тропари из пасхальных часов. К пению этих самых часов тропарь готов, можно пойти в храм и ловить момент – когда споют это песнопение.

Это время в детской комнате можно использовать для любого «религиозного образования» детей. То самое, на что часто не хватает времени: может быть, почитать житие сегодняшнего святого, потом предложить нарисовать что-то по теме. Может, рассказать что-то о храме, например, об иконах в иконостасе, об облачении священников и т.п. Так наши старшие помолятся, а младшие – позанимаются. Так малыши будут не просто «пастись» в ожидании Причастия, не просто бегать вокруг храма или рисовать принцесс, а смогут как-то готовиться к богослужению, к празднику. Это знакомство с храмом, которое – прямо в храме. Потом младших приведем в сам храм, может, к Символу Веры, может, к пению молитвы Господней – зависит от того, какого возраста дети, сколько их на одного взрослого приходится.

Лет с пяти можно и нужно приучать детей к соответствующему поведению в храме. Вести себя тихо, не ходить без нужды, не разговаривать… Это вопрос привычки и дисциплины в целом. Приучать словами: не разговаривай громко, не бегай, постой тихо, посиди тихо. Смотреть: когда ребенок явно устал, не справляется сам с собой – просто по-доброму вывести его из храма. Может быть, немного побегает, как «на переменке», и снова сможет вести себя тихо. Если ребенок задает вопрос «по делу» (Что делает этот священник? Зачем принесли столик? А в руках у батюшки Евангелие?) – шепотом ответить, если это уместно. Если не по делу – напомнить, что в храме нельзя разговаривать: «Поговорим потом», – или выйти из храма и обсудить с ребенком волнующий его вопрос. Это все понятно, конечно. Как понятно, наверное, и то, что здесь важен личный пример родителей: если мы сами ходим по храму, если болтаем с подругами во время службы – не сможем научить детей благоговению.

Сложнее другой момент: благоговейное и вообще тихое поведение детей во время богослужения в первую очередь зависит явно не столько от поведения родителей, сколько от поведения других прихожан. Трудно научить ребенка не разговаривать во время службы, когда в храме все люди ходят, все разговаривают в полголоса, а то и в голос. В иных храмах говоришь ребенку: веди себя тихо. А все вокруг ходят, даже толкают друг друга и этого самого ребенка. И гул голосов стоит такой, что священника не слышно… А если все взрослые ведут себя в храме благоговейно – это, само собой, помогает и детям, и родителям, и самым случайным «захожанам» учиться соответствующему поведению в доме Божием.

Привести в храм подростка

Подросток – это уже не про то, «как привести в храм наших деток», а про то, «как позвать на службу своего взрослого родственника». Принципиальная разница. И еще: сегодня мы не можем ориентироваться на то, как вели себя с подростками, со взрослыми детьми «раньше». В XVII веке ребенку уходить было некуда. А сейчас, если подросток захочет уйти – он уйдет. Если не физически – то душевно и духовно. И от родителей, и от храма. Не в 15, так в 18. «Раньше» все общество, все родственники – все были в едином культурном пространстве, единой системе ценностей. Карьера, личная жизнь, быт – все было в этом едином пространстве, и взрослеющим детям деваться было некуда. Разве что в разбойники податься. А сейчас? Даже среди родственников подросток может найти активную поддержку «против храма» и «против родителей».

При этом далеко не всегда подростки из «церковных» семей уходят или даже отходят от Церкви. В 12 лет нормальный живой ребенок может сам захотеть пойти на всенощную, даже если его верующие родители не планируют идти в храм. В 15 может стоять по два, по три часа в храме, просто в толпе, и молиться всю службу – без настояния и даже без ведома родителей. Семнадцатилетний студент может перед занятиями отстоять литургию, и потом бегом – в институт. Так что во многих семьях посещение храма всей семьей по воскресеньям, а то и по субботам, и по праздникам – не проблема, это органичная часть жизни, и не одной семьи, а нескольких поколений. С другой стороны, если наш подросток сам с радостью приходит в храм, это не значит, что он не уйдет из Церкви в 20, в 30 лет. Увы, даже монахи могут стать расстригами, священники – отречься от веры. Это всегда истории горькие, тяжелые, но они имели место быть во все времена. Это просто стоит иметь в виду, и просто… следить в первую очередь за собой.

Разговор о том, как приводить в храм своих детей-подростков, конечно, гораздо сложнее, чем разговор о младших детях. Слишком много индивидуального и слишком мало универсального. Я сама была «церковным подростком», мои друзья, мои братья и сестры, мои дети – тоже были такими подростками или являются ими прямо сейчас. И все это – очень разные истории, и многие – с открытым финалом. Так что попробую обозначить всего лишь несколько практических моментов на тему того, как привести подростка на службу (не о том, как привести ребенка к вере).

Бывает, что подростку почему-то «не подходит» духовник или приход родителей, при этом у ребенка наметился «свой» приход и «свой» батюшка. Если это так, то, я уверена, не стоит настаивать и требовать, чтобы мы «всегда и обязательно вместе». Желательно вместе – это муж и жена, а не родители и взрослые дети. А еще бывает, что отношения с родителями тяжелые и жесткие, и нередко родители – особенно мамы – почитают себя духовниками своих детей, и взрослеющий человек сбегает от гнета этого «тотального контроля» в другой храм, «независимый от мамы». И я уверена – пусть сбегает! Хотя бы потому, что родители все равно не смогут ничего изменить. И вообще: если человек хочет уйти в другой храм – радоваться надо, что наш ребенок уходит именно в храм. Ведь задача – привести ребенка к Богу, а не удержать его рядом с собой.

Дети взрослеют и неизбежно отделяются от родителей. И обязательно происходит переосмысление ценностей. Иногда, как говорит тот же святитель Феофан Затворник, дети верующих родителей «присягают на верность Христу», а иногда от Христа отрекаются. Иногда вроде бы из Церкви уходят, но «не совсем», остаются «в поиске».

Бывает достаточно спокойно выяснить, в чем причина нежелания ребенка идти на службу

А часто у подростков, которые вдруг отказываются идти в храм с родителями, может не быть никаких «идеологических мотивов», они вообще, к сожалению, могут не думать об «идеологии». И в 18 лет наши дети могут быть очень незрелыми в эмоциональном и в духовном плане. Бывает достаточно спокойно выяснить, в чем причина нежелания ребенка идти на службу. Быть готовым к очень «неуважительным» причинам. Одна девочка-старшеклассница из верующей семьи, как выяснилось, не хотела идти в храм… из-за колготок. Ведь в храм женщины носят юбку, а значит, в холодное время года придется надевать колготки, а она колготки просто ненавидела. Другая девочка отказывалась выходить из дома иначе как в джинсах. Из серии «одежда может быть любой, если это джинсы». Если дело в таких «глупых», таких «низменных», но важных для подростка вещах, я уверена, можно и нужно найти какой-то компромисс.

Порой подросток отказывается идти в храм потому, что он просто-напросто хочет спать. Нормальное и естественное желание, ведь нынче старшеклассники учатся почти круглосуточно. Воскресенье – единственная возможность выспаться. Как быть? Снова все индивидуально, конечно, и я снова не пытаюсь давать какие-то рецепты.

Если все-таки не только воскресенье свободно, но еще и суббота – использовать эту субботу как день «всем отоспаться». Пусть спят до 12 – а мы поможем, организуем малышей так, чтобы не помешали старшим спать. Но это далеко не всегда возможно, ведь часто старшеклассники учатся и по субботам. Как быть в этой ситуации?

Уже не раз слышала, как в таких случаях советуют: просто не приводить детей в храм каждое воскресенье. Пусть отсыпаются в свой единственный выходной день, приходят в храм раз в месяц, например. Но я уверена: ради того, чтобы дети высыпались, не стоит пропускать еженедельные службы. Ходить в храм хорошо бы регулярно, раз в неделю. Почему – об этом речь шла в предыдущей статье.

И я уверена: выход можно найти. Можно – и высыпаться, и каждую неделю бывать в храме со всеми своими детьми. Например, вставать рано, приходить к началу литургии пореже: только раз в три недели, или раз в месяц, или по праздникам. А в остальные воскресные дни давать детям отсыпаться, вставать попозже и приезжать в храм как успеем – хотя бы к концу поздней литургии. В некоторые московские храмы можно приехать к 12 дня и успеть к Причастию. Да, это значит, что мы пропустим собственно литургию. Но мы причастили наших младенцев, хоть немного помолились, послушали проповедь, приложились ко кресту – это все же лучше, чем остаться дома. Лучше, чем смотреть телевизор, делать уроки и мыть полы утром в день Господень. Даже если приехали в храм после отпуста, только приложились к иконе праздника, поговорили со священником – все лучше, чем ничего! Ведь мы все равно буквально привели детей в дом Божий, этим вхождением встретили воскресный день.

Есть еще вариант: в случае острой нужды читать дома так называемую обедницу, встречать воскресенье особой, торжественной домашней молитвой. Но все же, если есть возможность, лучше побывать в храме. Так сохраняется ценность седьмого дня, так сохраняется ритм жизни дома, так освящается храмом, молитвой наша жизнь.

В храм как на праздник

Звучит дико, но некоторые верующие родители будят детей в храм криками, обвинениями. Угрожают детям: не пойдешь в храм – вырублю Wi-Fi/не пущу ночевать к подружке/не дам денег и т. п. Вообще, позволяют себе говорить о вере, о Церкви в раздражении, даже в ярости и в настоящей злобе. Наверное, это основной антирецепт религиозного воспитания. И это отлично работающий антирецепт.

Помимо этой абсурдной попытки сделать детей христианами, нарушая основные христианские заповеди, есть и такой момент. На что мы работаем? На ближайшую перспективу (сегодня, 18 октября, привести Васю в храм к Проскомидии) или долгосрочную (отношения с Васей в ближайшие 10–20 лет; создание условий, которые помогут ребенку захотеть «присягнуть на верность Спасителю» или хотя бы принять христианскую культуру как ценность)?

Чтобы наши дети хотели приходить в храм (снова говорим не про веру, а просто про посещение храма), мне кажется важным запустить «радостные» ассоциации. Не путать это с «платой за посещение храма»: пойдешь в храм – куплю телефон/поедешь в любимый лагерь/дам 1000 рублей. Такие «пряники» немногим лучше «кнутов», ведь так родители внушают детям: храм нужен мне, а не тебе; пойти в храм – сделать одолжение маме или папе; посещение службы – способ что-то получить от родителей, хотя бы и просто похвалу. Положительные ассоциации – это другое. Это – сделать посещение храма особенным событием, праздником.

В храм как на корабль

Здесь я пыталась немного сказать о том, как можно «просто привести детей в храм», и не затрагивала вопрос о сознательном участии детей в богослужении. Ведь как бы ни был важен момент сознательности, нужно и это, простое, – физически оказываться в доме Божием. Даже когда дети «не понимают» службу, когда они приходят в храм «просто с родителями», когда «просто стоят» или «просто сидят» – они уже… на корабле, который плывет к Богу. Об этом говорил преподобный старец Паисий Святогорец:

Если дети присутствуют на службах, даже «зевая», – это уже не бессмысленно, не бесполезно

Так что, если наши дети присутствуют на службах, даже «зевая» или «глазея по сторонам», – это уже не бессмысленно, не бесполезно.

Но, безусловно, гораздо лучше, когда дети как-то участвуют в богослужении, когда они во всех отношениях бодрствуют. Учатся молиться. Сознают, что именно происходит в храме, а не просто «никому не мешают».

О том, как рассказать детям о богослужении, как научить их понимать происходящее в храме, – об этом поговорим отдельно, в следующей статье.

Источник