как нас обманывает мозг курпатов
Андрей Курпатов.
Книга для интеллектуального меньшинства
абсолютно не рекомендована тем, кто готов по любому поводу оскорбиться.
Ну вот, я тоже решила почитать эту книгу.
Я добросовестно попыталась углубиться в текст и теперь хочу поделиться своими впечатлениями об этой книге.
«Ни одно ваше решение на самом деле никогда не было вашим. Никогда и ни одно»
Всё, что с нами происходит не зависит ровным счётом от нас. Эта и есть «Красная таблетка».
В доказательство этому, автор привёл научный эксперимент Бенджамина Либет из Калифорнийского университета вместе с Бертрамом Фейнстейном из Нейрологического института в Сан-Франциско проведённый нейрохирургом, благодаря которому узнали, что сознание отстаёт от мозга на пол секунды.
Так что все решения принимает мозг, а вот если они будет неправильными, тогда наше сознание будет оправдываться, находить причины почему мы так поступили.
«Наш мозг умело прикрывает свою глупость красивыми формулировками и «мудрыми» объяснениями»
«Научные факты позволяют нам обрести твёрдую почву под ногами».
«Нам важны именно научные факты: факты, которые фиксируют закономерности».
Я считаю, что эта книга неплоха для расширения кругозора. Она написана более менее доступным языком, хотя в ней куча научных терминов. Много научных фактов о мозге. Книга избавляет от иллюзий. В ней безусловно много чего интересного. Но никаких полезных советов она не даёт.
Книгу я порекомендую, для общего кругозора будет полезной 
Лекция «Почему наш мозг обманывает нас»
Посоветуйте книгу друзьям! Друзьям – скидка 10%, вам – рубли
Эта и ещё 2 книги за 299 ₽
Причины нашего поведения, оказывается, вовсе неподвластны нашему пониманию. Нам лишь кажется, что мы можем объяснить, почему мы выбрали ту или иную профессию или встречаемся с тем или иным человеком. Современная нейрофизиология говорит нам об обратном.
О научных парадоксах, о том, как мозг ежесекундно обманывает нас, и почему в действительности наша воля в принятии решений всего лишь иллюзия – на лекции психотерапевта Андрея Курпатова.
С этой книгой слушают
Отзывы 6
Мощнейшие знания. Благодарность Андрею за ценную информацию, которая открывает глаза на самый не изученный орган. Отделяя зёрна от плевел, автор даёт самую суть, над которой работать и работать. Респект
Мощнейшие знания. Благодарность Андрею за ценную информацию, которая открывает глаза на самый не изученный орган. Отделяя зёрна от плевел, автор даёт самую суть, над которой работать и работать. Респект
Отличная вещь, потому что автор снова, на примерах, разжевывает простые но не очевидные алгоритмы работы нашего мозга. Проливает свет на истинность нашего «Я». Стоит затраченного времени.
Отличная вещь, потому что автор снова, на примерах, разжевывает простые но не очевидные алгоритмы работы нашего мозга. Проливает свет на истинность нашего «Я». Стоит затраченного времени.
Очень познавательная, содержательная лекция. Большое спасибо за возможность получать такие ценные знания. Буду слушать и другие лекции из цикла
Очень познавательная, содержательная лекция. Большое спасибо за возможность получать такие ценные знания. Буду слушать и другие лекции из цикла
Всё не то, чем кажется. Часть 1 или как нас обманывает наш собственный мозг
Всем привет! Я предприниматель и маркетолог (надеюсь, здесь за это не бьют 🤷♂️ ) и немного упарываюсь по изучению процессов принятия решений — чтобы использовать это в бизнесе и в то же время знать, как противостоять различного рода маркетинговым манипуляциям — ведь я и сам потребитель.
Я часто слышу утверждение «на меня реклама не действует». Я уверен, что это не так, и реклама действует на всех — даже тех, кто так не думает. В двух постах проиллюстрирую, почему я так в этом уверен. В двух, потому что иначе пост будет уж слишком длинным.
В этой, первой, части покажу, как мы галлюцинируем, а обмануть нас очень легко. Особенно хорошо умеет это делать наш собственный мозг. Но сначала посмотрите этот ролик (английский знать необязательно, смотрите на трюк с картами):
Комментировать ролики не буду, ведь и так все понятно?
Еще для демонстрации идеи покажу оптические иллюзии. Их вы, конечно, видели миллион. Моя любимая эта:
Столы Шепарда. Можете взять линейку и проверить. Но я уже проверил 🙂
Иллюзия Эббингауза. В этот раз поверите без линейки?
А вот оно в движении:
Понимаете в чем подвох, да?
Еще парочка прикольных:
Фокусируйтесь на красной точке в центре. Заметили что-нибудь?
И снова фокусируемся на центре:
А хотите вообще сломать мозг?
На 56 секунде я завис. Пришлось пересмотреть несколько раз, чтобы понять, в чем подвох.
Не могу удержаться, вот вам еще одна:
Увеличьте картинку, сфокусируйтесь (как вы уже догадались) на ее центре и не двигайте глазами.
А теперь эксперимент
Можете перерисовать на лист бумаги картинку ниже — точку и крест на расстоянии примерно 10-15 см друг от друга, но должно сработать и с экрана.
Картинка располагается горизонтально: точка — слева, крест — справа. Смотрите на нее на расстоянии вытянутой руки. Правой рукой закрываете правый глаз, левым глазом смотрите на крест. Теперь медленно подносите экран или лист к лицу (или придвигайтесь к экрану), а левый глаз не сводите с креста. В какой-то момент вы заметите, что точка исчезла, а потом снова появилась.
Это происходит потому, что на сетчатке есть место, не чувствительное к свету — там, где нервные волокна собираются в зрительный нерв. Но причины для нас сейчас не важны. Важно, что мы не видим объекта реального мира (точку), хотя вот он прямо перед глазами. И что еще интереснее, никаких черных пятен тоже не видим, то есть даже не замечаем, что часть изображения отсутствует.
Дело в том, что это слепое пятно компенсируется вторым глазом и мозгом, который достраивает недостающую информацию. Но, если мы закроем один глаз, то никаких черных пятен в оставшемся нет. И вот сейчас тоже — второй глаз у нас закрыт, точку мы не видим, а белый фон под ней почему-то видим, хотя по идее видеть его не можем. Его нам рисует мозг.
А маркетинг-то и реклама тут при чем?
Объективная реальность и наше ее восприятие — разные штуки. Мы думаем, что видим реальный мир, но на самом деле видим лишь его интерпретацию, каким ее создает тело с помощью органов чувств и мозга.
Многие считают себя этакими рациональными, осознанными продумАнами — мол мы все видим, все понимаем, все распознаем, нас не проведешь, маркетинг и реклама на нас не действуют.
Ребята, почему вы допускаете существование оптических иллюзий, но отрицаете мысль, что в мозгу у вас полно таких же иллюзий, которые могут быть использованы маркетологами?
Здесь надо бы поговорить о когнитивных искажениях, но, чтобы не раздувать статью, приведу тезисно:
▪️ Мы ежедневно принимаем десятки тысяч решений, и большинство из них — неосознанно, автоматически. Если бы это было не так, наш мозг впал бы в ступор.
▪️ Наш мозг постоянно анализирует огромные объемы сигналов, информации, идей, расставляет приоритеты, принимает решения. И, чтобы облегчить себе работу и сэкономить энергию, периодически «срезает путь».
▪️ «Срезание пути» энергоэффективно и позволяет решить задачу, но совершенно необязательно это решение будет наилучшим или рациональным. Такие неоптимальности называются когнитивными искажениями.
▪️ Когнитивные искажения влияют на наше поведение, даже если мы про них знаем. Оптические иллюзии показывают как раз для иллюстрации этой идеи: вы знаете, в чем подвох, но развидеть не можете. Когнитивные искажения — это своего рода иллюзии, только не оптические, а мыслительные.
Наш мозг экономит энергию и по возможности «срезает путь». Можно пойти по длинному пути, проанализировав все аспекты, а можно по короткому: не все учли, зато энергоэффективно и быстро.
Нами легко манипулировать
Сказали смотреть на карты, ну мы и смотрим и ничего вокруг не замечаем (это я про карточный трюк в начале статьи).
И вот мы думаем, что маркетинг на нас не действует.
Если вы заметили манипуляцию, значит просто маркетолог проиграл. А если не заметили, то не можете быть уверены, что ее не было.
Поэтому маркетологи обязаны изучать, как люди на самом деле принимают решения и каким образом на них влиять.
А не маркетологам (хотя и им тоже) лучше всё всегда подвергать сомнению, априори предполагая, что сейчас либо нами пытаются манипулировать, либо решение за нас принимает автопилот, подверженный искажениям, либо и то и другое одновременно.
Во второй части статьи я покажу примеры, как маркетологи (нормальные, а не школьники после трехдневных курсов) используют отличия между реальным миром и нашей его интерпретацией, чтобы влиять на наше потребительское поведение. И как этому противостоять.
О себе: в маркетинге с 2005, в предпринимательстве с 2011. Периодически запускаю новые продукты (и периодически закрываю). Делюсь опытом, в том числе как противостоять маркетинговым уловкам, в телеграм-канале.
Один раз на меня реклама подействовала просто фантастически.
Я в то время работал ди-джеем в ночном клубе.
И вот однажды я увидел рекламу по телеку. Нет, не так. РЕКЛАМУ!.
Там ди- джей играет свой сет в ночи, люди отрываются, танцуют. Дело происходит на природе.
НО ВДРУГ начинает вставать солнце. Свет всех обламывает, настроение вечеринки рушится. (заводим потребителя в проблему).
После принятия напитка все участники вечеринки заряжаются такой энергией, что убегают в закат быстрее скорости света и продолжают вечеринку опять в приятной атмосфере ночи. (потребитель видит желаемое).
На меня этот ролик произвёл совершенно магическое действие, хотя ни до, ни после особо рекламой не зацеплялся.
за эти три года я себе ничего не приобретал, кроме продуктов на пожрать, а значит реклама на меня не действует, хотя может и действует, но я нищеброд
Эффект Баадера-Майнхоф
Представьте ситуацию: ссора супругов. Жена попросила мужа прибить полку, а муж срывается на крик:
Сколько раз можно повторять мне одно и то же?! Я же сказал, что сделаю, дай с работой закончить! Рекламу эту дурацкую еще по телеку крутят!
(по телевизору как раз был сюжет, связанный с полками).
Я всего лишь второй попросила, напомнила. Че орать-то?
И ведь она правда всего второй раз ненавязчиво попросила, а вот муж стал заложником эффекта Баадера-Майнхоф.
Другой пример. Вы, наконец-то, купили себе платье, о котором мечтали полгода: то размера не было, то найти не могли, то еще что-то. Оно и понятно, ведь платье шикарное, да и цена на него привлекательная, а вот подходит оно не всем. И вот вы купили его, и что случается потом? Вы видите это платье в каждом магазине и чуть ли не на каждой женщине. Он повсюду. И вас уже начинает это все порядком раздражать: и сам факт, что теперь оно такое доступное, и само платье, потому что оно теперь уже не такое привлекательное и уникальное. И вообще все вас бесит. Но на самом деле вы встречаетесь с этим платьем не чаще, чем до покупки. Просто мозг вас разыграл.
Эффект Баадера-Майнхоф – это когнитивное искажение. Альтернативное название – иллюзия частотности. Суть в том, что если человек недавно узнал какую-то информацию, а потом встретился с ней повторно за короткий период времени, то ему кажется, что он слишком часто сталкивается с этой информацией.
Почему у феномена такое название? В 1994 году в одной из американских газет была опубликована заметка о банде Баадера — Майнхоф. После чего в редакцию поступило письмо, где один из читателей пожаловался на то, что теперь везде только и слышит об этих преступниках. Обращение было опубликовано. Вслед за ним в редакцию поступили аналогичные письма. Так и был открыт этот феномен.
Почему возникает иллюзия частотности:
Наше внимание всегда работает избирательно. Оно концентрируется только на том, что важно и актуально для нас в настоящее время. Все остальное становится фоном. Возможно, прямо сейчас в нынешнем фоне есть то, что скоро станет единственным значимым объектом для вас. А то, что важно сейчас со временем станет фоном. Например, вас начнет преследовать описание феномена Баадера-Майнхоф.
Люди склонны искать подтверждение тому, что считают правильным, важным, значимым. Например, человек хочет пойти на какой-то концерт, но в то же время его что-то останавливает. И вдруг везде и всюду он слышит об этом концерте: перед офисом появился баннер, в газете написали о грядущем событии, друг рассказал, что в прошлом году ходил на похожее выступление. И вы решаете: «Это знак! Мне нужно туда пойти». На самом деле вы просто очень хотели туда пойти, и мозг помог вам решиться.
Теперь вы знаете, что такое эффект Баадера-Майнхоф. Как использовать полученные знания? Например, напоминать себе о том, что если что-то кажется вам навязчивым и раздражающим, то, возможно, на самом деле оно не такое уж и навязчивое. Какая еще практическая ценность у этих знаний? Например, вы перестанете ждать знаков судьбы и начнете объективно, критически разбираться в вопросах «А нужно ли оно мне вообще?».
В общем, это знание – еще одно вложение в копилку осознанности. Мы с вами много говорим о токсичности и о том, как не дать себя обмануть, не дать собой манипулировать, но ведь еще важно научиться не обманывать самих себя, подружиться со своим разумом.
Как думает мозг
Предыдущие части: 1 | 2 | 3
Очень трудно изменить
точку зрения людей, например, на сознание,
и я наконец выяснил почему.
Причина в том, что каждый является
экспертом в области сознания.
Дэниел Деннет
Теперь давайте зададимся вопросом. Мы с вами посмотрели, как работают некоторые искусственные интеллекты. Пусть даже они узкие и «слабые» — в чем проблема, если мы сами набор таких же? Тут проблемы обнаружить действительно не удается.
Но почему, если мы смотрим на проявления нашего интеллекта (биологического) и работу искусственного, нам все-таки кажется, что они сильно, если не радикально отличаются?
Думаю, что такое впечатление складывается потому, что искусственный интеллект занимается какими-то глупостями, а еще потому, что действует предельно расточительно и нелогично. Сколько лидару нужно всего сделать, чтобы создать карту реальности вокруг автомобиля? Это ужас что такое!
Человек-водитель не будет разглядывать всех людей на прилегающих улицах, определять скорость движения всех автомобилей на расстоянии трех футбольных полей вокруг. А лидар все это делает и еще, вы не поверите, изучает цвет каждого светофора на перекрестке, то есть буквально всех, смотрящих во все стороны! Нормальный, нет?
Ощущение не только избыточности, но и избыточной тупости, правда? Вы вообще можете себе представить, чтобы хоть кто-то из нас делал нечто подобное, если, конечно, его под дулом пистолета к этому не принудят?
Ну, положим, лица на фотографиях Google Street View мы с вами различить и замазать сможем, а с грудью и ягодицами уж тем более справимся. Но к этому нас, надо сказать, сотни тысяч лет эволюция готовила. Это результат специфических настроек в нашем мозгу и плюс научение еще.
Иллюсрация: Alfred Gescheidt / Getty Images
Но вся прочая работа искусственных интеллектов — она какая-то совсем античеловеческая. Мы так не думаем, как это они делают! Мы точно делаем это иначе! Умнее!
С другой стороны, мы просто не в курсе? На самом деле наш мозг, конечно, строит пространственные модели реальности, как и лидар. И делает это на постоянной основе!
А наш мозжечок, например, производит, по сути, те же действия, что и все эти бесчисленные умные датчики в автомобилях: круиз-контроль и прочие такие штуки. Огромный объем работы!
Или вот, например, речевые центры Брока и Вернике — разве не совершают они те же действия по распознаванию речи, как это делают Siri с Алисой?
Разумеется, наш мозг постоянно занимается распознаванием речи, но, если она нам родная, мы просто не осознаём этого. Если же вы плохо знаете какой-то язык, то вы чувствуете, как, общаясь с носителем этого языка, только тем и заняты, что распознаёте его речь — пытаетесь понять, где в этом звуковом потоке начинаются и заканчиваются отдельные слова и что они, эти слова, учитывая контекст, могут значить.
Нам кажется, что мы мыслим логически, а наша интеллектуальная деятельность — это осознанный процесс построения логических конструкций. Но это не так: человек нелогичен, непоследователен и переменчив во взглядах
Наш мозг все это делает, и постоянно — мы просто не в курсе! А самое главное, мы совершенно не замечаем множества дефектов своих моделей реальности — и это не только огромные информационные пробелы, но еще и бесконечные иллюзии восприятия и понимания.
Нам кажется, например, что мы мыслим логически, а наша интеллектуальная деятельность — это осознанный процесс построения логических конструкций. Но это не так: человек нелогичен, непоследователен и переменчив во взглядах.
Наше мышление и связанное с ним поведение — это одно сплошное когнитивное искажение, не говоря уже о субъективизме, обусловленном специфическим жизненным опытом каждого из нас.
Но тут можно возразить: если всё так, то как же получается, что столь ненадежное существо умудряется быстро и ловко решать множество сложнейших задач, а искусственному интеллекту нужно проделать для этого огромный объем работы и использовать невероятное количество вычислительных мощностей?
Этот ларчик открывается достаточно просто: дело в нашей с вами ограниченности. Звучит это, наверное, несколько дико, но давайте рассмотрим эту кажущуюся парадоксальной точку зрения.
Эволюция заставляет нас искать и поглощать калории, а также информацию. Но вот среда изменилась — и того и другого стало в избытке, и мы страдаем от ожирения, как физического, так и информационного
Биологическая эволюция миллионы лет готовила наш мозг к решению считаного, на самом-то деле, и весьма незначительного количества задач, необходимых для нашего выживания. Соответственно, настройки, которые в нас, так сказать, вшиты, достаточно примитивны.
Например, эволюция заставляет нас искать и поглощать калории, а также информацию. Но вот среда изменилась — и того и другого стало в избытке, и мы страдаем от ожирения, как физического, так и информационного.
Проще говоря, наш мозг не может сам по себе остановиться, хотя мы сознательно понимаем, что хватит. Нет, он ест и скроллит, пока сил хватает. Это разумно? Нет.
В общем, мы были неплохо созданы под конкретные задачи. Но реальных задач у нас было немного, поэтому и хвастаться нашим «суперкомпьютером» вряд ли стоит.
Да, в нас есть настройки под конкретные задачи — на какие объекты и какой последовательностью действий реагировать. Мы с этими настройками рождаемся и дальше тренируем их в процессе последующего онтогенеза (своего индивидуального развития), адаптируясь к конкретным условиям жизни — в монгольских степях или джунглях Амазонии.
Причем проходим, по сути, все фазы: от примитивного реагирования, ничего не видя и не понимая, до более и более сложного поведения, пока не решим, что, мол, всё, достаточно учиться и тренироваться — мы и так лучше всех.
Как это нам удается? Просто потому, что у него есть программа — предустановки, прописанные в нашем ДНК.
Ускоренный филогенез в эмбиогенезе Иллюстрация из книги «Четвертая мировая война»
С нашим мозгом, уже после рождения, происходит примерно то же самое: мы проходим путь его последовательного развития из бессмысленной массы нейронов в сложную структуру нервных связей, обуславливающих жизнь и деятельность взрослого человека.
Теперь давайте чуть-чуть добавим самоиронии:
нашему расчудесному мозгу требуется 25 лет на его формирование!
Знаете, по сравнению даже с нынешними «слабыми» искусственными интеллектами, наш с вами — биологический — страдает существенными задержками развития.
Ко всему этому, вероятно, следует добавить еще несколько «чувствительных» деталей. Например, то, что биологическая эволюция не мелочится и жертвы ее никогда не пугали. Так что количество ее неудачных опытов, как нетрудно догадаться, прохаживаясь по палеонтологическому музею, значительно превосходит число успехов и прорывов.
Сам принцип естественного отбора — это наличие жертв: слабые, неспособные, не умеющие адаптироваться существа должны сгинуть, не оставив потомства. И это логично, но от искусственного интеллекта мы по каким-то загадочным причинам ждем не только мгновенной умности, но и безошибочности работы.
Каждая автомобильная авария с автомобилем, управляемым автопилотом, становится предметом подробнейшего разбирательства и главной новостью на местных телеканалах. Конечно, это же ужас какой! При этом о том, что ДТП с участием обычных автомобилей не попадают в новости из-за того, что их слишком много и это до того обыденно, что «не новость», почему-то никто не задумывается.
Нам легко войти в положение человека, убившего другого человека своей машиной, даже если он был пьян, обкурен или просто невнимателен. Но умную машину мы готовы осудить, даже если она невиновна
К настоящему моменту автомобили с автопилотом разных компаний и производителей намотали пробег в миллионы километров, многократно обогнули земной шар. А много ли вы слышали историй об убийстве человека машиной с автопилотом.
Исследователи компании Axios самым серьезным образом подошли к изучению статистики дорожных происшествий в Калифорнии с участием робомобилей. С 2014 по 2018 год удалось насчитать 38 таких ДТП. И что же? Выяснилось, что во всех случаях, кроме одного, когда действительно произошел сбой алгоритма автопилота, виновником ДТП был человек.
Но, несмотря на это, информация о подобных ДТП, прошедшая через СМИ, неизменно приводит к резкому снижению доверия публики к технологиям автопилотирования. Забавно, правда?
Нам легко войти в положение человека, убившего другого человека своей машиной, даже если он был пьян, обкурен или просто невнимателен. Но умную машину мы готовы осудить, даже если она невиновна. Да, мы просто кладезь когнитивных искажений…
Правда в том, что уже сейчас прекрасно работающий искусственный интеллект совершенно не похож на нас — на своего создателя. Ни в фас, ни в профиль. Однако же он делает ровно то, что делает наш с вами мозг, причем в каждом отдельном случае значительно лучше него (или, по крайней мере, лучше и лучше с каждым днем).
Искусственный интеллект — это, в действительности, некий искусственный мозг, а не «интеллект» в привычном для нас понимании этого слова
Когда-то считалось, что научить машину распознавать человеческие лица — это что-то за гранью фантастики: нельзя, невозможно, никогда не получится. Однако сейчас интеллектуальные системы распознавания лиц справляются с этой задачей лучше людей, и уж точно значительно лучше меня (всегда страдал от этой проблемы).
А на вопрос, каким образом им это удается, ответ будет прост до неприличия: они научились. Как и мы с вами в свое время, только у нас были эволюционные настройки, предуготованность к распознанию лиц, соответствующие области мозга в зрительной коре, а у него — нет.
Почему эта задача, применительно к искусственному интеллекту, ранее считалась невыполнимой? Потому что разработчики думали: какие алгоритмы ввести в систему, чтобы научить ее распознавать лица или, например, отличать морду собаки от кошки?
Но разве у нас есть «сознательные» правила на этот случай? Разве у нас самих не происходит все это на подсознательном уровне? Разве мы не называем этот навык интуитивным? Хотя никакой интуиции не существует, и это всегда результат не осознаваемой нами работы нашего же мозга.
Да, мы не знаем (сознательно), по каким принципам мы узнаём людей в лицо, мы не знаем (сознательно), что позволяет нам так быстро и «просто» отличить кошку от собаки. Так кого мы можем этому научить?
Правда в том, что мы сами не понимаем того, как наш мозг решает эту, да и подавляющее большинство других жизненных задач. Наш мозг делает это на тех уровнях своей организации, куда наше самодовольное и самоуверенное сознание никогда не заглядывало и, даже при всем желании, заглянуть не может.
Проще говоря, искусственный интеллект — это, в действительности, некий искусственный мозг, а не «интеллект» в привычном для нас понимании этого слова. Точнее, даже не мозг, поскольку он является интегральным органом, а пока лишь искусственная нервная ткань: огромное множество отдельных сетей, работающих — до поры до времени — независимо друг от друга.
Но как мы видим, они — эти отдельные пока искусственные интеллекты — уже начали собираться в агрегации и работать совместно. Именно так, должен сказать, происходило и в процессе эволюционного филогенеза, то есть исторического развития, нашей с вами нервной системы.
Прах от праха
Изначально у наших предков — у всяких кишечнополостных, например, — нервная система была «диффузной» (впрочем, была и есть — они так ею и пользуются). Это значит, что нервные клетки и их небольшие скопления располагаются в разных частях тела животного и не соединены в единый функциональный комплекс.
Наконец, третий этап — это «трубчатая нервная система», которая характерна для хордовых. То есть все позвоночные, начиная с самых примитивных форм (например, ланцетника) и заканчивая человеком, обладают «трубкой» центральной нервной системы, которая оканчивается в головном конце объемной ганглиозной массой.
Дальше уже в рамках развития этой «трубки» происходили такие процессы:
В каком-то смысле искусственный интеллект переживает сейчас свой филогенез и экспериментирует в сторону усложнения. Даже биологическая эволюция, как вы, наверное, знаете, не была линейной, и все виды животных, которые обитают сейчас на планете Земля, являются, по сути, вершинами своих генетических линий.
Поэтому, реконструируя таким образом логику эволюции нервной системы, мы реконструируем логику исторического формирования своей нервной системы, которую считаем, разумеется, идеальной. Но это мы так считаем…
Мы зачастую абсолютно неспособны решить задачу, с которой легко справляются пчёлы или какие-нибудь сойки, или, наконец, шимпанзе
Если у вас будет желание, очень рекомендую ознакомиться с книгой замечательного ученого-этолога Франса де Вааля с провокационным названием «Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?».
Автор книги — ученик нобелевских лауреатов Николаса Тимбергена и Конрада Лоренца, а также автор революционной и уже ставшей хрестоматийной работы «Политика у обезьян» — ненавязчиво, но доходчиво сбивает спесь с нашего представления о своем невероятном величии.
Наша нервная система хороша для решения тех задач, которые мы были принуждены решать в рамках своей среды обитания и для удовлетворения своих потребностей. Но мы зачастую абсолютно неспособны решить задачу, с которой легко справляются пчёлы или какие-нибудь сойки, или, наконец, шимпанзе.
Мы пытаемся приспособить искусственный интеллект под свои нужды — и это понятно, зачем еще нам его создавать? Но правда в том, что мы создаем некий «интеллект» (что бы это ни значило), который уже живет своей жизнью, активно эволюционирует — и не факт, что не добьется в этом тех же успехов, что и наш вид, подвергший все остальные тотальному межвидовому геноциду.
«Нам надо прекратить изображать из себя великих творцов, которые сохраняют контроль над тем, что мы делаем, и начать думать о своей будущей роли. Возможно, нас ожидает та же судьба, что постигла смиренную митохондрию, простую клетку, которая была когда-то давным-давно поглощена большей клеткой. Она отказалась от самостоятельной жизни, чтобы стать электростанцией для своего носителя, в то время как носитель перестал самостоятельно вырабатывать энергию, чтобы сосредоточиться на других задачах. Оба извлекли пользу из этого процесса симбиогенеза. Не происходит ли то же самое с нами?»
Сьюзан Блэкмор, психолог, профессор Университета Плимута
Тот феномен, который мы по сложившейся традиции обозначаем словосочетанием «искусственный интеллект», не предполагает человекоподобия по существу, а уж тем более во внешнем облике.
Неудивительно, что попытка воспроизвести человеческое существо из металла, транзисторов и проводов, эдакого Голема, но на новый — технологический — манер, разумеется, была обречена на неудачу.
Но была ли подобная стратегия в принципе верной?
Если верить еврейской мифологии, сделанный праведником Лёвом глиняный истукан был оживлен мистическими силами Каббалы. То есть дух был сказочным образом внесен в эту куклу. Ожидать же от инженеров тех же чудесных мистических сил как минимум странно.
Конечно, ничего «такого» мы внести в машину, оснащенную каким угодно мощным искусственным интеллектом, не можем. Она или создаст какие-то специфические, интересующие нас эффекты, или нет. Мы же не герои ближневосточного фольклора и даже не герои из вселенной Marvel.
И с чего мы вообще взяли, что, создавая искусственный интеллект, мы должны кудесничать на манер древнееврейского Иеговы?
Как выясняется, идти старым, добрым, проверенным путем эволюции — последовательно, от меньшего к большему — куда более разумно, чем указывать искусственному интеллекту, каким он должен быть и, главное, каким образом ему этого следует добиться.
В конце концов, эволюционные принципы действительны сами по себе, а субстрат, на котором они себя проявляют, не так уж и принципиален. Вполне возможно, что на кремниевом или каком-то другом ненуклеотидном субстрате все будет происходить даже лучше и быстрее.
С учетом тех технологических возможностей, которыми мы уже располагаем, в этом, мне кажется, можно даже не сомневаться.
1 Не то чтобы я как-то пропагандировал или опровергал «биогенетический закон», просто использую как образ.
2 Правда в том, что до 25 лет молодые люди не представляют свое будущее, а лишь в лучшем случае как-то его себе воображают — без здравомыслия и осознания возможных последствий.
3 Кстати сказать, у человека рудименты «узловой нервной системы» сохранились, но представлены только в вегетативном отделе нервной системы.