как называется коллективный разум
Коллективный разум — мифы и реальность
Эта статья — развернутый ответ на эту статью. на мой взгляд, сам плохо разобрался в вопросе, который он затронул. Вот что говорит Шурьевски(оригинал):
Для того, что бы толпа была умной, она должна удовлетворять следующим условиям:
1. Разнообразие. Мнение специалистов из нескольких прикладных областей будет точнее мнения специалистов из одной области. Команда из программистов, дизайнеров, менеджеров, юзеров и копирайтеров сделаю сайт лучше, чем каждый из них в отдельности(если вообще в отдельности сделают =)).
2. Независимость. То есть дизайнер не должен навязывать свое мнение программисту и наоборот. Все мнения должны суммироваться одним человеком к примеру арт-директором.
3. Децентрализация. «Сила присуща не только централизованным структурам, где часто решения принимаются на основе каких то своих мнений и локальных спецификах, а не на глобальных и смотрящих в будущее.» Опенсорс отличный пример децентролизованности в действии.
4. Агрегация (если честно не знал значения этого слова, если вы тоже, то читаем тут). Как я уже писал все мнения надо суммировать. Этим занимаются менеджеры, арт-директора и им подобные.
Если есть переводчики буду рад вашей помощи в точном переводе.
Добавлю от себя: что бы эта модель работала, не должно возникать сомнений в профессиональности специалистов, то есть они должны быть действительно специалистами. С этими тезисами я полностью согласен. Они дают четкое представление о методе и границах его применения. В гугле тоже походу согласны: в последнем абзаце написано, что они для этих целей используют своих сотрудников(думаю мало у кого возникнут сомнения по поводу профессионализма гуглеров). За точный перевод так же был бы благодарен переводчикам =)
Вернемся к автору топика, с которым я решил поспорить. Вот его трактовка книги: идея простыми словами: если взять большую группу людей и задать каждому определенный вопрос, а потом посчитать средний ответ, то он, с большой долей вероятности, будет ближе к истине, чем ответы экспертов. Можно заметить, что либо автор не понял идеи Шурьевски, либо в книги идеи автора отличаются от его комментарие по поводу этой же книги. Может быть Шурьевски лукавит и книгу он написал ради денег, а не ради продвижения своих идей, может переводчик плохой попался, может это все бред, может гениальная теория. Но одной лишь книги недостаточно для прояснения этого вопроса.
Всякие попытки посчитать орешки, объем или линейные размеры — бессмысленны. Этим псевдометодом нельзя добиться больших результатов. У гугла, и других крупных компаний использующих этот подход, наверняка есть сложный алгоритм, раскрывать который ни кто не будет. А это всего лишь средне арифметическое. Проводя подобные эксперименты нельзя ничего добиться. Необходима теоретическая база и серьезные исследования.
Предположим найдут способ предсказывать различные события с большой точностью. Сразу же пропадет всякий интерес к той области, где все можно предсказать. Зачем, что то делать если результат известен? Мне сразу вспоминается фильм Гаттака. В фильме было две категории людей: нормально рожденные и с измененным генетическим кодом. Все предсказывалось(не совсем предсказывалось, но аналогию провести можно) исходя из этого ген. кода. Естественно у нормально рожденных этот код был хуже, поэтому их считали изгоями. В фильме нашелся гадкий утенок, он родился без всяких генных изменений и ему предсказали, что он не доживет до 18 лет(точно не помню), но нет, наш утенок не только пережил положенные ему года, но и поимел систему — вопреки всяким прогнозам он превзошел многих с правильным генетическим кодом, доказав никчемность этой теории. Так случится и в реальности — человеку свойственно выходить за рамки(не рамки картины, а рамки общедоступного, общепринятого). Есть ли вообще смысл создавать эти предсказания?
Теперь про рынки предсказаний — если верить вики, то на крупнейшая в мире букмекерской интернет-бирже, в 2007 торговый оборот составил 28 миллиардов долларов США. Здесь ситуация такая же как и с азартными играми. Люди хотят верить в то, что повезет именно им и они сорвут банк. Поэтому и играют. Я терпеть не могу азартные игры(казино), и подобные биржи тоже. Не понимаю я как можно на это надеяться. Надо пахать и зарабатывать деньги, а не надеяться выиграть миллион. Поэтому дальше тему подобных бирж разбирать не буду.
В заключении хочу пожелать успехов naz2 и позволю себе дать совет: если интересна данная тема, то необходимо рассмотреть ее со всех сторон, подвергнуть конструктивной критике все тезисы, теории и предположения. Если они выдержат критику, значит они жизнеспособны. naz2 недостаточно глубоко капнул в этом направлении. Надо искать первоисточник. У гугла в блоге есть графики, графики строятся по формулам, почему у вас нет этих или подобных формул? Найдите первоисточники, подкрепите теорию научными доказательствами и вперед =)
P.S. Одна голова — хорошо, две — лучше.
В создании топика принимал активное участие Google Docs, за что ему огромное спасибо =)
Коллективное поведение животных в корне отличается от поведения отдельно взятых индивидов. Стае или популяции присуще непонятное нам пока свойство, которое принято называть «единой волей», либо «повелительным импульсом», которому подчиняются отдельные особи.
Стаи саранчи безошибочно находят путь через пески и пустыни к зеленым долинам, туда, где есть корм. Это можно объяснить генетической памятью или инстинктом, но странное дело: если из стаи изъять отдельную особь, она тут же теряет направление и начинает беспорядочно бросаться то в одну, то в другую сторону. Отдельная особь не знает ни направления движения, ни цели его. Но откуда же тогда это известно стае?
Изучая ежегодные перелеты птиц, ученые выдвинули гипотезу о том, что их движением руководят старые и опытные особи. Вспомним мудрую гусыню Акку Кнебекайзе из «Путешествия Нильса с дикими гусями». Гипотеза эта не вызывала сомнений, пока японский орнитолог профессор Ямамото Хуроуке не установил, что у перелетных стай нету ведущего.
Случается, что во время перелета во главе стаи оказывается чуть ли не птенец. Из десяти случаев в шести во главе стаи летят молодые птицы, появившиеся из яйца летом и не имеющие никакого опыта перелетов. Но отбившись от стаи, птица обычно не может найти нужного направления.
Некоторые ученые полагают, что рыбы тоже «умнеют», оказавшись в стае. Это подтверждают опыты, в ходе которых рыбам в поисках выхода, приходилось плыть по лабиринту. Оказалось, что группы рыб выбирают верное направление быстрее, чем плывущие поодиночке.
Они примутся складывать один на другой маленькие кусочки всего, что им попадется, и возведут колонны, которые затем соединят сводами. Пока не получится помещение, напоминающее собор». Таким образом, знание о сооружении в целом возникает только когда налицо некое количество особей.
С термитами был поставлен следующий опыт: в строившийся термитник установили перегородки, разделив его строителей на изолированные «бригады». Несмотря на это работы продолжались, и каждый ход, вентиляционный канал или помещение, которые оказались разделенными перегородкой, приходились точно на стыке одного с другим.
Столь же неудержимы мыши-полевки и лемминги во время своих внезапных миграций. Встретив на пути ров, они не огибают его, не ищут иного пути, а живой волной захлестывают, заполняя до краев копошащимися телами, по которым сотни тысяч других безостановочно продолжают движение.
Затоптанные, задавленные, задохнувшиеся в глубоком рву, перед тем как погибнуть, они не делают ни малейших попыток вырваться, образуя мост для тех, кто идет следом. Сильнейший инстинкт выживания оказывается подавленным и полностью заглушённым.
Исследователи не раз отмечали, что во время миграции южноафриканских газелей лев, захлестнутый их потоком, был бессилен выбраться из него. Не испытывая ни малейшего страха, газели двигались прямо на льва, обтекая его как неодушевленный предмет.
«Воля популяции», приводящая в недоумение ученых, проявляется и в другом. Обычно едва количество особей начинает превышать некое критическое число, животные, словно подчиняясь неведомому приказу, перестают воспроизводить потомство.
Об этом, например, писал доктор Р. Лоус из Кембриджского университета, много лет изучавший жизнь слонов. Когда поголовье их слишком возрастает, то либо у самок пропадает способность к воспроизводству, либо период зрелости у самцов наступает значительно позднее.
Соответствующие эксперименты были поставлены с кроликами и крысами. Едва их оказывалось слишком много, как, вопреки обилию кормов и прочим благоприятным условиям, начиналась ничем не объяснимая фаза повышенной смертности. Без всяких причин наступало ослабление организма, снижение сопротивляемости, болезни. И это продолжалось до тех пор, пока популяция не сокращалась до оптимальных размеров.
Помимо академического интереса, вопрос о том, откуда берется сигнал, влияющий на поведение стаи и размер популяции, имеет огромное практическое значение. Если бы удалось разгадать его код, можно было бы успешно бороться с вредителями, уничтожающими урожай: колорадским жуком, виноградными улитками, крысами и т.д.
Феномен военных лет
Пример перехода количества в качество?
Многие ученые согласны с этим, например, известный немецкий физик Г.Т. Фехнер считал, что Земля должна иметь некое единое коллективное сознание. Подобно тому, как человеческий мозг состоит из множества отдельных клеток, сознание планеты, считал он, слагается из сознания отдельных живых существ, обитающих на ней. И сознание это должно настолько же розниться с сознанием отдельных индивидов, насколько мозг как целое качественно отличается от отдельных клеток, его составляющих.
Доказать, что «сверхорганизмы», населяющие Землю, образуют некую совокупность следующего, более высокого порядка, пока что не удалось, равно как и опровергнуть эту гипотезу. Неоспоримым плюсом ее, однако, является то, что она не только до известной степени объясняет «волю» той или иной популяции, но и предлагает модель такого восприятия мира, в котором нет своих и чужих, где все живое взаимосвязано, взаимозависимо и гармонично дополняет друг друга.
Николай БЕЛ03ЕР0В
Тайны ХХ века №15 2010
Коллективный разум. Толпа не всегда глупа
Многочисленные примеры из повседневной жизни, казалось бы, убеждают нас в неспособности коллективного разума принимать правильные решения. Между тем, при определённых условиях группа, даже состоящая в большинстве из людей, не блещущих интеллектом, часто оказывается ближе к истине, чем самые умные её члены.
Прохладным осенним днём 1906 года английский учёный Фрэнсис Гальтон вышел из — своего дома в Плимуте и отправился на ежегодную выставку достижений животноводства.
Бродя по выставке, Гальтон наткнулся на толпу перед одним из павильонов. Посетителям предлагалась необычная игра: на лужайку выведут упитанного быка, и собравшиеся должны угадать вес мяса, который удастся от него получить. За шесть пенсов каждый желающий может приобрести билетик с номером, на котором надо указать свою оценку, а также имя и адрес. Самым точным угадчикам вручат призы. Желающих оказалось восемьсот человек, среди них были фермеры и мясники, но немало было и зевак, совершенно не разбирающихся в животноводстве и пришедших просто поглазеть.
Но вот случай гораздо более сложный и ответственный, чем взвешивание говядины или подсчёт конфет на глаз.
В мае 1968 года американская атомная подводная лодка «Скорпион» исчезла по пути с дежурства в Северной Атлантике на базу. Данные о месте последнего радиоконтакта с лодкой позволяли только предполагать, что искать её следует в районе диаметром 20 миль и глубиной в тысячи метров Причины гибели лодки были совершенно неясны.
Обработав результаты с помощью теории вероятностей, Крейвен получил коллективную оценку местонахождения погибшей лодки. Через пять месяцев после исчезновения «Скорпиона» его нашли на дне в 200 метрах от места, указанного коллективным разумом. Причём место это выявилось только после математической обработки и усреднения ответов, ни один из экспертов конкретно эту точку не назвал. Хотя никто из них не знал ни скорости лодки, ни глубины, на которой она шла, ни крутизны её падения вглубь, группа в целом, как оказалось, это знала. История, к сожалению, не сохранила сведений о том, кому досталась бутылка виски.
Другой трагический инцидент произошёл 28 января 1986 года. Космический челнок «Челленджер», поднявшись с космодрома на мысе Канаверал, взорвался через 74 секунды после старта. Через восемь минут сообщение об этом появилось на ленте биржевого агентства финансовых новостей.
На биржах Америки не бывает времени для минуты молчания. Уже через несколько минут инвесторы начали сбрасывать акции четырёх основных компаний, имевших отношение к старту: «Роквелл» (эта фирма построила сам челнок и его главные двигатели), «Локхид» (создатели стартового комплекса), «Мартин-Мариетта» (изготовители внешнего бака для горючего) и «Мортон-Тиокол» (создатели твердотопливной ракеты, разгоняющей космический корабль в первые секунды запуска).
Фактически это означает, что коллективный разум биржевого рынка решил, что в трагедии виноват «Тиокол». Между тем в день несчастья никаких указаний на это не было. Ни в прессе, ни по телевидению. И на следующий день ни о каких признаках вины «Тиокола» газеты не сообщали.
А рынок уже через полчаса после несчастья, не имея никакой информации, решил, что виновен «Тиокол».
Как это могло произойти?
Выбор был невелик (всего четыре фирмы), и он мог оказаться чисто случайным. А может быть, владельцы акций сочли, что в случае отмены строительства и полётов челноков пострадает больше всех «Тиокол» (остальные три фирмы делают ещё много чего, помимо ракет). Или остановка торгов, вызванная чисто случайным решением части инвесторов сбросить акции этой фирмы, вызвала панику среди остальных биржевиков. Всё это могло быть, и всё же факт удивительный.
Два профессора-экономиста попытались в нём разобраться. Прежде всего они посмотрели, не продавали ли 28 января акции своей компании служащие «Тиокола», которые могли сразу понять, что дело в резиновых кольцах. Нет, не продавали. А не избавлялись ли от акций «Тиокола» сотрудники его конкурентов, которые тоже разбирались в предмете и могли быстро предположить, в чём причина взрыва? Нет, этого не было. А не скупал ли кто-то акции остальных трёх фирм, причастных к «Челленджеру», одновременно сбрасывая акции «Тиокола»? Поступить так было бы логично для информированного человека, который знал, что остальные компании ни при чём, и их акции скоро вырастут, а виновен «Тиокол». Нет, таких участников рынка не было.
Два профессора не пришли ни к какому убедительному выводу.
Что, собственно, произошло в тот январский день? Большой группе людей (акционеров четырёх авиакосмических фирм, потенциальных акционеров и владельцев акций их конкурентов) был задан вопрос: сколько, по-вашему, стоят акции этих фирм после гибели «Челленджера»? И эта многотысячная группа, в которой,скорее всего, не было нобелевских лауреатов, ответила правильно. Не исключено, что там было несколько человек, сразу понявших, что произошло. Но даже если таких людей не было, какая-то отрывочная информация о взрыве и об устройстве космического челнока, имевшаяся в головах участников рынка, сложилась в картину, оказавшуюся близкой к истине. Как это было в случае со «Скорпионом» и с определением веса быка, а также в опытах со студентами.
Другой, менее драматичный эпизод повторяется на той же нью-йоркской бирже каждую весну. Здесь заранее предлагаются цены (так называемые фьючерсы) на флоридский апельсиновый сок. Урожай апельсинов, из которых сделают сок, появится во Флориде только через несколько месяцев. Тем не менее выработанные большим коллективом биржевиков цены предсказывают летнюю погоду во Флориде точнее, чем долгосрочные прогнозы метеорологов. Цены высоки — апельсинов будет мало, погода плохая, а если заранее назначенные цены низки — значит, лето будет отличное и апельсинов будет полно.
Так что же всё это означает? Изучавший проблему американский экономист и психолог Джеймс Суровецкий пришёл к выводу, что усреднение устраняет ошибки, сделанные каждым членом группы. Если достаточно большую группу разных и независимых друг от друга людей попросить сделать какое-то предсказание или оценить вероятность некоего события, ошибки разных индивидуумов взаимно уничтожатся, останется истина или нечто близкое к ней. Разумеется, чтобы так и произошло, члены группы должны обладать какими-то частицами истины.
Однако достаточно просмотреть ежедневные газеты, чтобы найти примеры того, как коллективный разум, вроде бы отвечающий всем этим условиям, может ошибаться. Наиболее ярко это видно на примере массовых социологических опросов. Так, социологи университета штата Мэриленд недавно спрашивали у американцев, какой, по их мнению, процент годового национального бюджета США тратят на помощь другим странам. Среднеарифметический результат составил 24 процента. На самом деле эта доля составляет менее одного процента. Причины такого искажения, в общем, вполне понятны: народу лестно думать, что мы, мол, бескорыстно подкармливаем весь мир.
Другой опрос, проведённый в разгар «холодной войны», показал, что почти половина американцев считала Советский Союз членом НАТО. Возможно, дело в том, что американская пресса в погоне за сенсациями так раздувала разногласия между членами этого оборонительного союза, что уже становилось непонятно, кто там друг, а кто враг.
Коллективное сознательное
Владимир Маяковский «Владимир Ильич Ленин»
Одна голова хорошо, две лучше. А два миллиарда голов в сочетании с зубами, когтями и ядовитой слюной — вообще отлично. Один в поле не воин, особенно если он думает о себе в единственном числе. Думать надо об общем деле, распределении ролей и координации групповых действий. Стадные животные дольше живут, эффективнее охотятся и отбивают нападения самых сильных противников. Проверено миллионами лет эволюции. Можно предположить, что коллективность — одна из последних ступеней в развитии любого организма. Этот правило действует и в отношении фантастических тварей.
Сегодня у нас очень много гостей. Мы не можем представить их по отдельности, у них нет индивидуальных имен, да отличить их друг от друга не смогла бы даже родная Матка (Королева, Мегамозг или какая-нибудь другая архиглавная мерзость). Имя им — легион. И горе тем героям фантастики, которые столкнутся с коллективным разумом.
Коллективный разум программ внутри программы («Матрица»).
С одной стороны, люди — существа коллективные. Они распространяют свои социальные шаблоны на вымышленные инопланетные расы, искренне надеясь, что существа с других планет будут жить, как и мы — в обществе. Но когда речь заходит о созданиях, объединенных не только общей выгодой, но и общим мышлением, в авторах фантастических сюжетов моментально просыпаются бессознательные страхи перед утратой собственного «Я».
Человек без индивидуальности — не человек, а организм. Животное, движимое низменными инстинктами. Поэтому в большинстве случаев фантастическое сообщество единомышленников (в буквальном смысле этого слова) оказывается злобной ордой прожорливых тварей — тупых, а следовательно, нуждающихся в мудром руководящем «мозге».
Существование последнего представляет собой проблему. Если жизнь сообщества координируется неким центральным разумом, то это уже не полноценное коллективное мышление, а самодеятельность одного — пускай даже очень умного — индивида. Хорошим парням на заметку: уничтожение Мега-мозга гарантирует вам счастливый финал. Центральный координатор — ахиллесова пята даже самых могучих коллективно мыслящих рас.
Фаланга, коллективно-разумные киборги, враги Людей Икс (Marvel).
Еще один распространенный сюжетный прием — пленение одного из членов коллектива, его изоляция и постепенное возвращение индивидуальности. В реальности это вряд ли возможно — ведь каждый организм выполняет в коллективе определенную функцию. Невозможно «перевоспитать» подушку безопасности, превратив ее в полноценный автомобиль.
Коллективные существа — это не только разделение труда, свойственное муравьями и пчелам. Коллективное мышление — это все же мышление, которое может эволюционировать и сделать Сообщество гораздо умнее любого человека или суперкомпьютера. Известные людям коллективные существа — например, муравьи — не мыслят, а лишь проявляют слаженность действий, что не делает их колонию «коллективным разумом». Для последнего нужна телепатическая связь, объединяющая отдельные центры мышления в единую сеть. Телепатия — вот главный признак коллективного разума.
Он невероятно эффективен и идеально организован. Внутри сообщества отпадает необходимость в согласовании решений, а их исполнители могут быть заменены другими на любом участке работы. Фактор индивидуальных ошибок также исключается. Никто не может сказать «Я хочу», поскольку решения принимаются всеми сразу. Это — самая чистая демократия, которую только можно найти в фантастике.
С другой стороны, коллективно-разумные существа живут при коммунизме. От каждого по способностям, каждому по потребностям. Все предельно функционально и экономно. Существование искусства не исключается. Коллективный разум не сможет получать удовольствия от музыки или живописи, ведь вкус — понятие индивидуальное, но материальная культура будет гармонировать с преследуемыми им целями, что в некотором смысле можно считать формой творчества. По крайней мере, термитники смотрятся монументально, а танец пчел — не просто способ их общения, но и приятное зрелище. Жаль, что термиты и пчелы этого не знают.
Орз из игры Star Control — коллективное воплощение некоего существа из другого измерения.
Сказка для всех
Формиане: мирмарх и воин.
Основная проблема коллективного мышления — непрерывное поддержание интеллектуальной связи между членами группы. Это самая слабая часть любого вымышленного сюжета. Чаще всего все сводится к банальному «it’s magic!» (в научной фантастике к этому будет приложено техническое описание на двух страницах с терминами вроде «квазипространственный канал» или «релятивистская интермодуляция»). Поэтому правдоподобнее всего коллективные умы смотрятся не среди звезд, а среди эльфов и драконов.
Культовая ролевая игра Dungeons & Dragons с ее буйным разнообразием монстров уделила коллективному разуму неожиданно мало внимания. Самая известная раса, формиане — своеобразные муравьиные кентавры с человеческими торсами. Они объединены единым разумом в радиусе 50 миль от своей Королевы. Простейшие формиане — рабочие (размером с собаку) и воины (размером с осла) не могут похвастаться выдающимся умом и общаются лишь телепатически. Высшие «чины» — мирмархи — обладают индивидуальностью, а Королева вдобавок еще и отлично колдует.
Наконец, нельзя не упомянуть щепок из карточной игры Magic the Gathering. Эти существа довели идею коллективизма до абсолюта. Они не только делят одно сознание на всех, но и могут перенимать физические характеристики друг друга (для этого им нужно находиться поблизости).
Это неправильные пчелы
Самые привычные нам коллективные существа — это насекомые. Фантасты зачастую творят по инерции, поэтому большинство вымышленных коллективных разумов — неприятные на вид монстры вроде саранчи: скорее стадные, нежели разумные. Эти твари — один из наиболее стереотипных видов космических напастей, с которыми приходится воевать героям фантастических историй.
В «Звездном десанте» Хайнлайна (1959 год) таковыми являются арахниды, они же «жуки». Поначалу люди считали их, собственно, жуками — безмозглыми насекомыми с пустынной планеты Клендату. Однако после того, как предполагаемые хитиновые недоумки вдруг проявили мощные телепатические способности и забросили на Землю огромный астероид, уничтоживший Буэнос-Айрес, а потом за несколько часов расправились с карательным десантом людей, отношение к ним было пересмотрено.
В экранизации Верховена (1997 год) и последующих телесериалах арахниды использовали биотехнологии* и подразделялись на функциональные подвиды. Самые крупные из жуков совершали межзвездные путешествия, другие плевались огнем или сбивали корабли с орбиты плазмой, третьи служили мозговыми центрами (включая Королеву арахнидов). В книге же Хайнлайн говорил, что подземные тоннели жуки рыли с помощью необычных машин, издававших звук «жарящегося бекона».
*Параллели с игрой Starcraft более чем очевидны — в ее финальных титрах разработчики благодарили Хайнлайна за идею.
«Жук-мозговик» (Brain Bug) из «Звездного десанта».
В тени былого могущества
Сериал Lexx описывает расу насекомых очень скупо. Из содержания первых серий следует, что изначально насекомые передавали свою черную сущность родным отпрыскам (в финале первого сезона за тело Гигатени цеплялись юные насекомые). Таким образом, эти существа могли похвастаться если и не коллективным разумом, то, по крайней мере, наследуемым. Осознавали ли они себя единой сущностью родителя — неизвестно.
Его Тень, воплощение Гигатени.
Кхараа, коллективные паразиты из Natural Selection, аддона к Half-Life.
Потоп (Flood) из игровой вселенной Halo также может претендовать на звание коллективного разума, но с некоторыми оговорками. В целом это паразитические споры или вирусы, превращающие всех разумных существ (живых и даже мертвых) в монстров, от которых стошнило бы даже Ханса Руди Гигера. На первый взгляд поведение этих тварей не разумнее, чем у зомби, однако Потопом телепатически управляет Gravemind — высокоинтеллектуальный паразит, говорящий стихами (античным семистопным ямбом) и понимающий слова «коллективный разум» слишком буквально: его цель — поглощение всей разумной жизни во Вселенной.
В начале разработки игры Gravemind изображался как клубок щупалец.
Хрестоматийные зерги из игры Starcraft более разборчивы. Им нужна не вся жизнь, а только самая достойная. Зерги — мастера генетических манипуляций, с помощью которых может быть получен практически любой организм, от маленькой личинки до огромного ультралиска. Управляет всем этим безобразием Overmind — мозг улья, одержимый идеей ассимиляции расы протоссов. Когда-то очень давно раса Xel’Naga создала зергов с протоссами, наделив их стремлением к чистоте, соответственно, сущности и формы.
Overmind контролирует выводки зергов через своих поверенных «мыслителей» (cerebrates) — единственных представителей вида, обладающих некоторой самостоятельностью мышления. Рядовые зерги не имеют инстинкта самосохранения и разбегаются после утраты центрального контроля, поэтому, к сожалению, данная раса имеет гораздо меньше признаков коллективного разума, чем даже Потоп из Halo.
Однако даже если рой коллективных инопланетных насекомых выпотрошил послов Земли при первом контакте, не стоит автоматических записывать их в злодеи. Хороший пример терпимости подает «Игра Эндера» Орсона Скотта Карда. На первый взгляд, формики — типичные арахниды или зерги. Их первый контакт с людьми закончился кровавой баней. Человечество приняло решение уничтожить родную планету этих насекомых.
Однако не все было так просто. Формики по ошибке сперва приняли нас за представителей еще одного коллективного разума. Уничтожение огромного числа людей они расценивали как легкий и безвредный щипок. Когда же формики узнали, что наш разум индивидуален, они немедленно прекратили атаки. Это, впрочем, не помешало людям устроить «проклятым насекомым» тотальный геноцид.
Концепт-арт зергов из Starcraft 2.
Плоды прогресса
Репликаторы (сериал Stargate) напоминают боргов — их технологии превосходят все известные, и они стремятся размножаться.
Таковы борги из сериала «Звездный путь» — самые популярные на сегодняшний день представители «единомышленников». Классическая сюжетная линия сериала намекает на то, что тысячи столетий назад эта раса была похожа на человеческую, но слишком увлеклась киборгизацией и превратилась в единый Коллектив.
Главной целью существования боргов стал поиск совершенства. То есть — ассимиляция других существ. Двух одинаковых боргов найти невозможно — Коллектив состоит из триллионов представителей разных рас, «улучшенных» имплантантами. В поздних сериях сценаристы «подарили» боргам Королеву, лишив их истинной коллективности. Впрочем, консервативно настроенные фанаты сериала не признают Королевы, считая, что борги организованы как сеть Интернет и не имеют единого центра.
Цивилизация боргов занимает огромную область космоса (квадрат Дельта с центром в массивном кибернетическом Уникомплексе Ноль) и располагает одними из самых прогрессивных технологий во всей вселенной. Циклопические корабли-кубы боргов могут превратить целый флот в облако космического мусора, поэтому общение боргов с другими расами сводится к лаконичному объявлению: «Мы есть борг, сопротивление бесполезно, вы будете ассимилированы».
Королева боргов («Звездный путь: Первый контакт»).
Сфера разума
В финале игры S.T.A.L.K.E.R. мы сталкиваемся с коллективным разумом «О-Сознание», стоящим за всеми событиями в чернобыльской Зоне. Группа ученых решила сделать мир лучше и записала себя в информационное поле Земли (ноосферу). У главного героя есть возможность присоединиться к О-Сознанию, либо уничтожить его, положив конец Зоне.
Сталкер: коллективное О-Сознательное.
Обратный пример — киберлюди из британского сериала «Доктор Кто». Эти нелепые с виду киборги очень похожи на боргов — они тоже когда-то были гуманоидами и тоже не прочь превратить всех землян в себя, но при этом сохраняют индивидуальность. Их объединяет компьютерная сеть, распределяющая информацию, но не мысли.
Аластер Рейнольдс попытался найти «золотую середину». Его серия «Космический апокалипсис» (Revelation Space) описывает конджойнеров — продукт опытов по расширению сознания, людей, объединенных имплантантами в общую нейросеть. Это сохранило им личности, но увеличило умственный потенциал в десятки раз и позволило действовать как единый организм. Помимо стандартных плюсов в виде ускоренного технического прогресса, такая схема взаимного подключения имела и недостатки: при определенных обстоятельствах конджойнеры могли конфликтовать друг с другом.
Киберлюди злодействуют в «Докторе Кто» уже 42 года. Их общая черта — голова с дверными ручками вместо ушей.
В романе Майкла Суэнвика «Вакуумные цветы» человечество разделилось на два вида. Обычные люди стали осваивать космос, а 4 миллиарда землян отказались от индивидуального мышления и стали комбинами, соединившими свои умы электромагнитными полями. Последнее обстоятельство ускорило технический прогресс, но ограничило их возможности для экспансии. Комбины не покинули Землю и не завоевали Солнечную систему лишь потому, что сигналы между ними распространяются не мгновенно. Замедление связи с себе подобными делало их глупыми и нерешительными. Забавный факт — среди всех других причесок коллективный разум счел наиболее практичной косичку. Ее носили все комбины.