как не сойти с ума во время коронавируса
Эпидемия тревоги. Как перестать бояться коронавируса?
Коронавирусная инфекция вызвала в мире параллельную эпидемию страха, тревоги и депрессии. Ситуация не нова. По некоторым оценкам, от 25% до 33% людей испытывают высокий уровень беспокойства во время подобных ситуаций. Но пандемия — особый случай, и проценты продолжают неумолимо стремиться вверх.
Психолог Лариса Бударина описала признаки, по которым можно распознать панику внутри себя и объяснила, как с ней бороться.
1. Вы слушаете все новости о коронавирусе, и каждая их них приводит вас в ужас
— Стремление быть в курсе всех новостей исходит из желания контроля ситуации. Присутствует утопическая идея, что если я буду хорошо разбираться в ситуации и знать, что происходит, то смогу избежать заражения.
Однако незаметно для себя человек подсаживается на «эмоциональную иглу» и ему постоянно требуется новая и новая подпитка эмоциями. Плохие новости прекрасно для этого подходят, но в результате эмоциональная нестабильность только усиливается и постепенно перерастает в панику.
На начальном этапе признаки паники — это, как правило:
Позже сильная тревога может привести к соматическим проявлениям, а именно к:
Что делать?
— Четко осознать важный факт: от того, что вы будете ежедневно знать количество новых случаев заражения или смертей в мире, в конкретно вашей жизни ничего не изменится.
Это как ждать «сводки с фронта», при этом находясь в тылу. Если можете делать что-то реальное для помощи в разрешении ситуации, то нужно делать. Если нет такой возможности или желания, надо перестать подпитывать свой страх и возможное чувство вины от бездействия, читая и постоянно обсуждая новости по ковиду.
2. Вы чаще, чем следует, используете антисептик, дезинфицируете поверхности, перемываете посуду, а также фрукты, овощи и другие продукты из-за страха заразиться.
— Осторожность — это хорошо, но осторожность сверх меры натолкнет любого психолога на мысль о возникновении симптомов обсессивно-компульсивного расстройства (ОКР). Почему так происходит?
Санитарные меры не только убивают вирус, но и помогают нам справиться с какой-либо психологической проблемой, становятся нашей точкой опоры, которая дает возможность ощутить землю под ногами. Однако под действием тревоги и страха человеку начинает казаться, что те меры безопасности, которые он предпринимает, недостаточны. Тогда он постепенно их усиливает до объема, когда сам попадает в зависимость от этих мер.
Постепенно ОКР начитает контролировать нашу жизнь. В итоге получается, что человек сам построил свою тюрьму, сам себя туда посадил и сам же себе охранник.
Что делать?
— Во-первых, разобраться со своим напряжением и постоянным стрессом. Понять причину и убрать факторы, подпитывающие тревогу. В нашем случае чаще всего это поступление негативных новостей. Пункт первый нам в помощь.
Во-вторых, нужно решить вопрос с тем стрессом, в котором вы постоянно пребываете дома, на работе, в семье. Осознайте, что он действительно присутствует в вашей жизни. Если есть реальные проблемы, которые можно решить простыми действиями, то их необходимо решить. Перестаньте откладывать это на потом.
Также важно минимизировать последствия постоянного напряжения. Здесь каждый должен индивидуально для себя определить, какая деятельность его больше расслабляет и успокаивает. Для кого-то это активность: прогулки, занятия спортом, танцы, а для кого-то уединение, творчество или медитация.
3. Вам все время кажется, что у вас появляются первые симптомы ковида. Даже если медицинское обследование подтверждает, что вы здоровы.
— Тревога за собственное здоровье нередко перерастает в ипохондрию. Это еще одно расстройство, истоки которого находятся во всевозможных тревожных состояниях.
Ипохондрия характеризуется чрезмерной озабоченностью состоянием собственного здоровья, проявляющейся в повышенной мнительности, восприятии любых обычных ощущений как проявлений опасного и тяжелого заболевания, в нашем случае — коронавируса.
Механизм появления ипохондрии очень схож с механизмом ОКР, о котором мы говорили раньше.
Что делать?
— Ипохондрия — это довольно непростая проблема. Избавиться от нее самостоятельно очень сложно. Если вы не в силах справиться со своей тревогой, не тяните с обращением к психологу.
4. Вы горстями принимаете витамины и противовирусные, не делая перерывов в приеме.
— Здесь срабатывает тот же механизм, который был описан при появлении ОКР. Но в данном случае человек пытается не пропустить у себя первые симптомы заболевания или предотвратить их появление путем чрезмерного приема витаминов или противовирусных препаратов. Желание контроля усиливает внутреннюю тревогу.
Что делать?
— В данном случае вам придется усилием воли прекратить выполнять действия, направленные на контроль ситуации. Перестать постоянно сдавать анализы, сократить количество принимаемых витаминов до действительно необходимого уровня (проконсультируйтесь с врачом), не прибегать к народным средствам, описанным в интернете. Сразу это может показаться трудным. Но вы можете двигаться к цели постепенно, убирая все лишнее из своей жизни шаг за шагом.
5. Если вы уже заразились, вы постоянно прислушиваетесь к своему организму и вам кажется, что ситуация ухудшается даже без явных на то причин.
— Когда человек уже заразился вирусом, то дополнительный стресс для организма в виде тревоги совершенно не помогает ему справиться с болезнью.
Не уплывайте в еще более страшные фантазии. Возвращайте себя в реальность. Для того чтобы уменьшить тревогу, скажите себе: «Все, что меня так сильно пугало, уже произошло. Больше можно не бояться заразиться. Нужно начинать открытый бой и бросить все силы организма на эту борьбу». Таким образом вы переключаете внимание на четкое применение всех мер, которые помогут справиться с болезнью, вместо того, чтобы тратить время на уныние и внутреннее напряжение.
Если же тревога не проходит, а только нарастает, скажите об этом вашему лечащему врачу, который оценит ваше состояние и в случае необходимости назначит дополнительное лечение для купирования признаков тревоги. Ведь панические атаки при коронавирусе — это реальный симптом заболевания.
6. Вам уже удалось справиться с болезнью, но при этом вы часто ловите себя на сильном страхе заразиться вновь.
— Здесь очень важно не доводить этот страх до апогея. Иначе он может перерасти в один из синдромов, описанных нами выше.
Почаще напоминайте себе о том, что это (болезнь и выздоровление) уже было в вашей жизни и вы справились. Ваш организм вас не подвел, а значит у вас уже есть опыт, который вам поможет.
Так же было бы хорошо научиться управлять своими эмоциями. Не блокировать их, а именно управлять! Для этого можно выписывать ваши страхи на листе бумаги. Представьте, что страх — это навязчивая муха, которая постоянно жужжит в голове. Необходимо открыть форточку и выпустить ее на волю. Выписывая страхи, вы открываете форточку и избавляетесь от навязчивых страхов. Это упражнение так же может помочь вам отделить иррациональные страхи от реальной опасности.
Иногда можно давать себе возможность немного побояться чего-то. Но важно делать это в четко ограниченных временных рамках.
Допустим, если напряжение из-за страха у вас велико, то дайте себе 10-15 минут отдаться этим страхам, так, как будто ваши страхи все разом исполнились. Но как только время, отведенное для проживания страха, вышло, говорите себе «стоп», умывайтесь прохладной водой и продолжайте заниматься повседневными делами.
Совет для всех
— В это сложное время важно научиться переключаться с негативных фантазий относительно болезни на какие-либо реальные действия. Это могут быть очень простые занятия, связанные с повседневными обязанностями, заботой о близких, помощью тем, кому вы можете помочь.
Помните, истоки наших страхов лежат в фантазии о безрадостном будущем и иногда самая простая уборка в доме помогает нам вернуться в реальность, в «здесь и сейчас».
Для людей, у которых раньше наблюдались панические атаки, справиться с огромным потоком страха на фоне коронавируса становится очень сложно. Таким людям я бы порекомендовала сразу обращаться к психологам. Ведь для них очень высок риск перерастания панических атак в ОКР или ипохондрию. Чем больше всевозможных симптомов сплетаются вместе, тем сложнее и дольше с ними приходится разбираться впоследствии.
Как пережить пандемию коронавируса и не сойти с ума: советы психолога
-Бороться с паникой или поддаться порыву?
-Поддаваться панике, безусловно, не стоит. Человек, находясь в паническом или чрезмерно тревожном состоянии, теряет способность трезво мыслить.
-Как сохранить рассудок?
Перед обращением к СМИ стоит определить цель. Что именно вам важно узнать: о закрытии границ, прекращении или изменении в работе каких-то учреждений, об отмене мероприятия?
И, выбрав одно СМИ, которому доверяете, вы сможете получать такую информацию достаточно быстро.
А если распыляться, то после бесцельного блуждания по страницам с пугающими заголовками вы будете лишь еще больше тревожиться.
Конечно, не нужно прятать голову в песок. Стоит получить объективную информацию и выполнять рекомендации ответственных инстанций: не ходить в места скопления людей, тщательно мыть руки и так далее. Нужно делать то, что от вас зависит, взять себя под контроль, и тогда никакая паника вам не грозит.
-Важно осознавать, что вообще мы подразумеваем, говоря о панике, связанной с коронавирусом?
Человеку необходимо ощущать, что он контролирует ситуацию, в которой находится. Тревога характеризуется страхом потерять контроль и высоким напряжением. Чтобы избавиться от нее, надо принять меры для возврата ощущения контроля над ситуацией. Но так как у большинства людей отсутствует четкое понимание, как обезопасить себя, они совершают странные, нелогичные вещи, такие, как скупка туалетной бумаги или гречки. И чтобы справиться с этой проблемой, нужно найти реальные точки для приложения своих усилий, совершить какие-то важные и полезные действия.
Для того, чтобы быть в состоянии обезопасить себя и своих близких, важно сохранять адекватность и контакт с реальностью. Контакт с реальностью означает, что вы понимаете, кто вы, где вы, что сейчас происходит и какие перед вами стоят задачи.
Посмотрите: город сеткой не обтягивают, по людям из автомата не стреляют, с вашим здоровьем все в порядке, а в результате собранной статистики мы знаем, что коронавирус представляет реальную опасность только для ослабленного организма. Только представьте, у некоторых он протекает бессимптомно или с симптомами банального ОРВИ. Если вы молодой, здоровый человек, вы можете даже не узнать, что поймали этот вирус. Если же вы попадаете в группу риска – нужно принять необходимые меры защиты согласно рекомендациям Роспотребнадзора. Когда мы находимся в эмоционально заряженном состоянии, то склонны драматизировать и преувеличивать. А реальность всегда очень простая и понятная, даже примитивная. Именно на нее и нужно опираться.
Про рассылки в мессенджерах
Общайтесь с адекватными людьми, ведь паника заразительна! Старайтесь разговаривать только с теми, кто сохраняет спокойствие и рассудок. Существует категория людей, которые в своем окружении сеют панику, запускают утки и получают извращенное удовольствие или хайп. Еще одна серьезная проблема в данном случае – коммерциализация всеобщей паники, поэтому я еще раз повторю: выбирайте надежные источники информации, а не какие-то рассылки от тетушки в семейном чате о том, что знакомая ее знакомой где-то слышала про военный заговор. Эти теории заговоров нам совсем не нужны, именно они отрывают нас от реальности. Даже если это окажется правдой – она только встревожит вас, но ничем не поможет. А вот информация о том, как обезопасить себя, – это важно. Узнайте об этом от хорошего, адекватного медика, выполняйте рекомендации, и все, этого достаточно. Делайте, что должно, и будь, что будет. Нужно смириться с тем, что мы не можем контролировать реальность, мы можем контролировать только самих себя.
Как пережить финансовые потери
Что касается индивидуальных финансовых потерь, таких, например, как деньги за путевку в закрытую страну, то для начала стоит узнать: существуют ли нормативно-правовые способы урегулировать ситуацию, изучить информацию и попробовать найти выход из сложившейся ситуации, а не проваливаться в гнев или отчаяние. Можно обратиться к юристу, попытаться компенсировать расходы хотя бы частично.
Задавайте себе три простых вопроса: что происходит? чего я хочу? что я могу для этого сделать? Ответы на них помогут сориентироваться в ситуации и наметить стратегию поведения.
Как выжить на карантине
Будем надеяться, что, если объявят массовый карантин, интернет будет работать.
Что делать, если все-таки коронавирус
Важно сохранять рассудок и слушать голос разума.
Надо понимать, что это просто вирус, с которым наш организм в состоянии бороться. И сейчас очень важно предотвратить осложнения.
Также стоит не допускать панику у близких, ведь зачастую члены семьи переживают больше, чем сам больной. Нас всегда пугают ситуации, которые мы не можем контролировать, а когда речь идет о наших родных, то порой это просто невыносимо. Поэтому членов семьи нужно ориентировать на подбадривание, а если у них это не выходит – стоит сократить пока общение до минимума.
Нужно выполнять требования врачей: в современных реалиях медицинское обслуживание позволяет справиться с проблемой коронавируса. Очень важно помнить, что сотрудничество с врачом, доверие к нему и выполнение его инструкций – это залог успешного лечения. Такое явление в медицинской психологии называется compliance, т.е. согласие. Вы должны согласиться лечиться и вылечиться.
Ни в коем случае не позволяйте себе впадать в отчаяние. Почаще напоминайте себе, что для многих коронавирус прошел бессимптомно, люди даже не подозревали, что больны.
Напоминайте себе, что смертность очень низкая, все это можно спокойно пережить и легко справиться. Почаще думайте о том, что вы сделаете первым делом, когда выздоровеете, куда вы пойдете, с кем встретитесь, – это позволит вам легче пережить период выздоровления.
«Ощущение, что схожу с ума»
Люди, пережившие ковид, жалуются не только на физическую слабость и потерю обоняния: по данным крупного оксфордского исследования, треть переболевших узнают о психиатрическом или неврологическом диагнозе. При этом смертность от ковида пациентов с ментальными расстройствами выше в 1,8 раза (среди пациентов с тяжелыми психическими заболеваниями — в 2,3 раза), говорится в исследовании ученых Марселя. О том же, являются ли люди с такими расстройствами группой риска осложнений после вакцины, информации пока крайне мало. «Такие дела» поговорили с теми, кто имеет психические диагнозы, о том, как они перенесли коронавирус и прививки, а также с врачами — о том, какими могут быть долгосрочные последствия болезни
«Мечтаю оказаться в стерильной комнате»
Неподтвержденный диагноз — СДВГ (синдром дефицита внимания и гиперактивности)
В конце апреля я переболела ковидом в легкой форме. Температура поднималась до 38 градусов, пропадало обоняние, была слабость. Но в поликлинике мне не делали ПЦР-тест, сказали, что острых симптомов нет и это не нужно. Симптомы быстро прошли, осталась только заложенность носа. Я ходила к двум отоларингологам, которые прописывали различные капли, но в итоге началось искажение обоняния. О том, что это называется паросмия и бывает после коронавируса, я узнала потом.
Я постоянно чувствую один и тот же запах гнили, который преследует меня повсюду, — дома, на улице, на работе. Я не могу есть готовые продукты: масла, специи, любая химия — от этого всего тошнит. Многие говорят о том, что такая же реакция у них теперь на мясо и яйца. Поскольку я веган, с этим не столкнулась, но первый раз мне стало плохо от жареного тофу. Некоторые виды овощей и фруктов я теперь тоже избегаю (бананы, например), не пью кофе и не ем шоколад. А в жару неприятно становится даже от собственного запаха.
У большинства паросмия не проходит и через полгода-год, и это сильно меня беспокоит. Есть ощущение, что я схожу с ума, периодически возникают панические атаки, чувствую постоянную подавленность. Изменилось качество жизни, я больше не могу готовить (есть еще страх испортить еду), из-за дурных запахов стало тяжело ходить в продуктовые магазины и гулять по городу.
Вика Фото: Алена Агаджикова
Проблема еще и в том, что в моей районной поликлинике нет лора, и я хожу к частному. Третий месяц закладываю определенную сумму на поход к врачу. Не могу сказать, сколько уже потрачено денег, но первичные и повторные приемы, рентгены, лекарства, анализы сильно ударяют по бюджету.
Иногда я мечтаю оказаться в стерильной комнате, куда не проникают вообще никакие запахи. Больше всего напрягает то, что никто не знает, как лечить паросмию и через какое время она может пройти. Врачи максимум предлагают дыхательную гимнастику. В целом ПКС (посткоронавирусный синдром) мало исследован, непонятно, смогут ли переболевшие полностью восстановиться после болезни.
Важно иметь поддержку близких людей. Мой молодой человек теперь тоже питается как я и полностью исключил из своего рациона триггерные для меня ароматы. Еще с беспокойством помогает справиться медитация, ну и делаю (пока безуспешно) упражнения для носа.
«На здоровье повлиял как страх заражения, так и сама болезнь»
Паническое расстройство, периодические депрессивные эпизоды, специфические фобии
Я болела ковидом в мае 2020 года и помню, что было очень страшно. Постоянно натыкалась на новости о том, как кто-то внезапно заболевал тяжело и попадал под ИВЛ спустя неделю относительно легкого течения болезни. Но было и что-то, кроме тревожности, на фоне страха за здоровье. Хуже всего ментально было, когда на неделю пропали запахи, — было ощущение будто из меня выкачали всю надежду и радость от жизни. Постоянная слабость также добавляла апатии и чувства беспомощности. В итоге после самой болезни я вышла в сильное обострение тревожного расстройства и преддепрессию. На восстановление, как физическое, так и ментальное, ушло около месяца.
Позже, после введения вакцины, из соматических симптомов все было стандартно: температура доходила до 39, озноб, ломота, боль в суставах, боль в месте прививки, головная боль. Из ментальных — сильнейшие панические атаки каждый день в течение нескольких дней после прививки (начиная с момента сразу после укола). Очень пугали экстрасистолы — они часто вызывали панику.
Сейчас лучше: тревога остается, но на привычном уровне. Панические атаки обычные — которые я могу контролировать. Чувствую себя так же, как и до прививки, даже лучше, так как жду антител.
Полина Фото: Алена Агаджикова
На мое здоровье, в том числе ментальное, повлиял как страх заражения, так и сама болезнь год назад. Но мне кажется, что я в целом легко отделалась, учитывая мою сильную ипохондрию. Один из моих главных страхов — задохнуться. Поэтому болезнь пугает меня довольно сильно. А еще недоступность нормальной медицины: все силы брошены на ковид, боюсь, что это растянется на несколько лет. И, конечно, боюсь, что родные заболеют.
Если говорить о рисках обострения [ментальных расстройств] после прививки: нужно обязательно «подстелить соломку», то есть снизить все возможные факторы, которые негативно на вас влияют еще до прививки. Если вы уже сделали, вы молодцы и поступили суперответственно по отношению к здоровью и обществу. Советую со всей ответственностью отнестись и к восстановлению менталки после прививки (или ковида), чтобы в случае появления это обострение оказалось как можно короче.
«Бесит, что сразу считают, что ты в банде антипрививочников»
Повторяющиеся депрессивные эпизоды
У меня было несколько мощных депрессивных эпизодов лет пять назад. С тех пор стало гораздо лучше, я долго не принимала фарму [лекарства], но из-за пандемии и сопутствующего стресса, а также финансовой жопы моя тревожность сильно обострилась.
Во время карантина я повредила колено и набрала 20 килограммов. Это создало дополнительный порочный круг: я знаю, что этот вес лишний для больного колена, но еда — это мое любимое успокоительное после хренового дня. На состояние кукухи это, очевидно, плохо влияет.
После ковида мне адски трудно сосредоточиться. Я могу решить сделать что-то и забыть, провести час в трансе и снова забыть. Если раньше я просто прокрастинировала, то сейчас я физически не могу заставить себя сделать какое-то противное, но нужное дело. Я обнаруживала себя в слезах рядом с кроватью, где лежит гора вещей, без возможности что-либо с этим сделать. Тревожность может накрыть меня в середине дня из-за какой-то ерунды. Я стала бояться и трястись из-за совершенно глупых штук, на которые раньше не обращала внимания. Плюс ко всему у меня адски снизились способности к творчеству.
Я не была на таблетках на момент заболевания коронавирусом. А сейчас понимаю, что, вероятно, придется лечиться медикаментозно, и меня просто корежит от этого. Большая часть антидепрессантов на меня не действуют или же дают такие побочки, что ****** [кошмар]. И я боюсь снова начать этот многомесячный путь смены препаратов, каждый из которых поганит мою жизнь по-своему.
Ольга Фото: Алена Агаджикова
Тревожность, забывчивость, заторможенность мыслей и паралич воли очень бьют и по нервам, и по кошельку. Три недели ковида стоили мне несколько сотен евро зарплаты. А вот постковидные проблемы гораздо больше: я плохо концентрируюсь, на сам процесс работы уходит в два раза больше времени и сил, и я очень расстраиваюсь из-за этого. Даже в отпуске не могу расслабиться и загоняюсь, например, если кот не хочет есть паштет. Это высасывает остатки сил. Когда я дома, то просто лежу тряпочкой.
Постковид повлиял и на мои отношения: у меня классный понимающий партнер, но ему сложно выносить тот цирк, который происходит с моей кукухой. Хотя у него тоже был ковид и побочки по части перепадов настроения и забывчивости тоже появились.
Я боюсь скрытых побочек, особенно психологических и неврологических. До коронавируса я боялась, что попаду в реанимацию или пропадет обоняние, или симптомы останутся надолго. Про ментальные проблемы меня никто не предупреждал, и я была совершенно не готова к происходящему. То же самое с вакциной: есть большие исследования о побочных эффектах вроде спазмов, постоянной температуры, проблем с сердцем, но про психологические последствия все мутно и расплывчато. Кому-то хуже, кому то лучше, но вы не унывайте и прививайтесь.
«Пропал сон, я стала больше плакать»
Пограничное расстройство личности
Я кочующая нижегородка. Последние три года проживаю в Москве, работаю журналисткой и визажисткой, и у меня есть чудесная кошка, без которой я уже с трудом представляю свою жизнь.
Именно пандемия раскрыла мои психические расстройства. Когда я осталась в изоляции от внешнего мира, эмоциональные качели стали летать быстрее, я начала резать себя и даже предприняла попытку самоубийства.
Я знала, что со мной что-то не совсем так, ибо я отучилась на психолога (ирония), но негативный опыт работы с психологом в школьные годы и обучение отрезали мое желание обращаться к ним снова. Благо я пересилила себя: нашла психиатра и психотерапевта. Оказалось, что у меня пограничное расстройство личности.
Я болела ковидом два раза. По крайней мере, с симптомами. После первого раза я была счастлива, что осталась жива, болела очень тяжело. Но это было совсем незадолго до московского локдауна. Второй раз я заболела, когда уже находилась на госпитализации. Тогда пропали обоняние и осязание. А постковид был ужасен: я стала быстро набирать вес, нарушился кальциевый обмен, стали ломаться ногти, высохли и стали выпадать волосы. Я могу провести по голове рукой и собрать копну… Но с точки зрения ментального здоровья изменений я не ощутила, ибо находилась на хорошей терапии.
Странное произошло после вакцинации. В тот же день, когда мне поставили первый компонент «Спутника», у меня пропал сон. Это было около месяца назад. Я не могла связать пропажу сна ни с чем другим, иных раздражителей на тот момент не было. Уснуть выходило только после шести утра, иногда не удавалось вообще. Психиатр не был уверен, что вина в вакцине. Но и эмоциональные качели усилились. Я стала больше плакать. Вскоре мне поставили второй компонент. Побочек не было вообще, я даже умудрилась уснуть.
Анастасия Фото: Алена Агаджикова
Но через день сон опять исчез, а еще спустя день произошла неприятная ситуация. Мы сидели в компании друзей, пили чай. Все было хорошо. И вдруг у меня задергались мышцы лица. Затем дрожь пошла по всему телу. Я не могла говорить, улыбаться. Руки прижало к дивану. Двигаться не удавалось. Ребята подумали, что меня свалил инсульт. Я теряла сознание. Приехала реанимация. Врач сказал, что сосуды головы плохо передают кровь, но все, что случилось, — это паническая атака. И что, если есть какие-то ментальные особенности, вакцина их может обострить. Мой психиатр тоже сказал, что после вакцинации у него обострились некоторые приступы его [психических] особенностей.
Важно в этой истории, что, когда я пришла ставить второй компонент, я сообщила врачу о проблемах со сном. На что та сначала сказала, что это нехорошо, а потом, что я одна такая. Когда я заполняла согласие на вакцинацию, в списке препаратов не было тех, которые принимаю я, которые, возможно, не очень сочетаются с вакциной. Например, моя знакомая с ОКР, которая пьет золофт, как и я, после вакцинации каждый день убирается и чувствует стыд за лишнюю пылинку на столе. Почему в списке препаратов в документе нет седативных препаратов и антидепрессантов — непонятно.
Мне пришлось поднять дозировку препаратов. Как я чувствую себя? Мне одновременно хочется лежать в кровати под одеялом и никуда не высовываться и в то же время сбежать куда-нибудь очень далеко. Локдаун довел меня до мыслей о смерти. И это ужасно и страшно. Больше всего я боюсь, что эти мысли могут вернуться. Пугает чувство, будто мы никогда его [коронавирус] не победим.
«Всю осень и зиму я проспала, возможно, это меня и спасло»
Биполярное расстройство II типа, пограничное расстройство личности, тревожно-фобическое расстройство
Я переболела ковидом в июле 2020 года. Первые две недели чувствовала только физическое недомогание, тревоги или страха не испытывала. Самоизоляция не пугала, внутри я даже радовалась, так как у меня агорафобия и социофобия. После трех недель [самоизоляции] я наконец-то получила отрицательный тест на ковид. Но на смену радости через неделю пришла постоянная тревога, которую сложно было купировать даже препаратами. Я почти перестала спать, практически отказалась от еды. Начался глубокий депрессивный эпизод. Я впервые решила перестать бороться и покончить жизнь самоубийством. Решение было взвешенное и, как мне казалось, вполне разумное. Меня спасли. Но депрессия продлилась до апреля 2021 года.
Мне повысили суточную дозу нейролептика и добавили еще один антидепрессант. На протяжении всех лет, что я болею, у меня часто появлялась резистентность к определенным препаратам, и выбор среди препаратов был очень маленьким. Сейчас принимаю нейролептик, нормотимик, два антидепрессанта и анксиолитики.
Всю осень и зиму я проспала, возможно, это меня и спасло.
Большинство психиатров связывали ухудшение [психического состояния] с тревогой из-за пандемии. Мой психиатр просто пожал плечами и сказал, что «всем сейчас тяжело, а с твоим течением заболевания обострение вполне объяснимо». Настоял на возвращении в [разговорную] терапию, так как «пограничное расстройство личности [одними] таблетками не вылечить». То, что коронавирус вызывает «побочки» у ментально нездоровых людей, сначала не изучали на каком-то биологическом уровне.
Алиса Фото: Алена Агаджикова
Сейчас мое состояние нестабильное, но намного лучше, чем было. Помимо обострения, ковид повлиял на финансовую сферу: я лишилась работы. Но у меня очень понимающая семья, поэтому сейчас я живу с родителями. Больше всего пугают последствия коронавируса. Я переживаю за родителей, — их возраст, хронические заболевания, моя мама тоже живет с ментальным расстройством.
Тем, кто может столкнуться с постковидными симптомами, я хотела бы посоветовать в первую очередь не бояться жалеть себя, обращаться к близкому окружению и просить помощи, если сами не справляетесь. Если есть силы — читайте о психпросвете, во многих [телеграм-каналах] есть чат, где можно поделиться своими чувствами и страхами. В очередной приступ спасла девушка на горячей линии. Мы проговорили три часа, и я решила перенести самоубийство на попозже. Каждый день я говорила себе, что смогу сделать это завтра. Так и выкарабкалась. Помните: «Все проходит — и это пройдет».
«Появилась тревога, плаксивость, истерики»
СДВГ, тревожно-депрессивное расстройство
Как только я заболела, появилась слабость в теле. Очевидные проблемы с психикой проявились спустя неделю, уже когда я лежала в больнице. У меня СДВГ и тревожно-депрессивное расстройство. Во время ковида я закончила принимать антидепрессант. Не могу точно отследить — после или до этого, но мне сильно ударило по нервной системе: дикий тремор, дрожь, постоянная тревога, в больнице случилась пара истерик, и мне кололи нейролептик для успокоения. Не знаю как это назвать верно, но меня всю трясло после выписки еще дня три-четыре.
Ксения Фото: Алена Агаджикова
В больнице же мне начали снится яркие, но очень негативные, тревожные сны. И дома мне теперь снятся фильмы ужасов с моим участием. Появилась тревога, плаксивость, истерики. Снова накрыла депрессия, но, как я упомянула выше, на это может влиять отмена препарата. С другой стороны, снижала я его плавно, как и говорил психиатр.
Сейчас меня беспокоят головные боли, отдающие в глаз. Я жду новую схему и надеюсь, что весь этот кошмар закончится. В диагнозе после выписки у меня стоит астено-невротический синдром — думаю, ковид внес свою лепту.
«Психиатр сказала, что у нее много постковидных клиентов»
Смешанное тревожно-депрессивное расстройство
До коронавируса из психических проблем у меня было разве что выгорание от работы. Ну и плюс переживала расставание, что тоже, конечно, не делало меня счастливой. В самом начале пандемии начались панические атаки, когда было очень страшно от того, что всех заперли дома и ничего не понятно.
Я заболела ковидом в декабре [прошлого года]. Не тяжело, но неприятно. Полторы недели болела голова, была двусторонняя пневмония, сильная слабость держалась около месяца. С января мое психическое состояние стало ухудшаться. Я часто плакала. Просыпалась и могла расплакаться без причины, не хотела вставать с постели. Потом реже стала выходить из дома. Мылась не как обычно, то есть не каждый день, а когда себя заставляла. Потом в голове начались мысли: «Я не вижу ни в чем смысла» и «Я не понимаю, зачем все». Я стала раздражительной, замученной, еще более уставшей. Если выпивала алкоголь, обязательно все заканчивалось слезами или нервным срывом. Начали выпадать волосы.
Даша Фото: Алена Агаджикова
Вскоре я осознала, что уже вообще ничего не делаю: не умываюсь, не гуляю с собакой, не убираюсь, только заставляю себя работать — и обратно в постель. Получила направление к психиатру. Психиатр диагностировала смешанное тревожно-депрессивное расстройство и сказала, что у нее много постковидных клиентов и я в их числе. Также она выписала мне два антидепрессанта, один от страхов, другой для сна. С волосами, к слову, я пошла к трихологу, и врач сказала, что это тоже влияние ковида.
В мае я сделала прививку. Я не знаю, какой уровень антител был, — не проверяла. После первой и второй все было хорошо, только рука в месте укола болела. Сейчас я чувствую себя прямо отлично! Очень ровное, хорошее состояние.
«Пандемия — это трагедия, растянутая во времени»
Депрессия
В детстве мне поставили депрессию. Я не лечусь таблетками, стараюсь справляться без них. В середине апреля этого года я перенесла коронавирус; сидела дома две недели, работала из кровати, была температура 37, 5 и все признаки простуды, отсутствие запахов и вкусов. Очень хотелось спать, засыпала за работой каждые несколько часов.
Вскоре после того, как получила отрицательный ПЦР, у меня повысилась тревожность. Этот период совпал с тем, что моего знакомого задержали и посадили в СИЗО, а я помогала организовывать кампанию поддержки. Меня сутками тошнило, не получалось спать от волнения, я испытывала очень большой стресс. Это было в первый раз, хотя я уже два с половиной года работаю в политике и такая работа для меня — рутина. Так что тревогу я связываю именно с последствиями ковида.
В течение следующих месяцев я порой даже не могла выбраться в центр города: испытывала такую тошноту и слабость, что могла только лежать. Тревожность продолжалась еще несколько месяцев и прошла, но мне стало трудно концентрироваться на рабочих делах и делать много дел сразу, хотя раньше я была в этом мастером. Обычная задача по составлению отчета или по написанию текста давалась в разы тяжелее, чем до ковида. Босс думал, что я ленюсь и «не работаю», а я чувствовала себя подавленно и уязвимо, как никогда раньше. Первый укол вакцины я сделала 18 февраля. Всю зиму я плакала каждый день по два-три часа.
Алина Фото: Алена Агаджикова
К началу марта тяжесть состояния достигла пика, я уже не могла сидеть спокойно на рабочем месте и постоянно плакала от того, что ничего не могу. 10 марта мне поставили второй компонент вакцины. С конца марта я еще ушла в отпуск на этот период, меня стало отпускать, плюс я начала принимать ноотроп и анксиолитик.
Мне «повезло»: моя работа подразумевает, что ей можно заниматься удаленно, поэтому мне удалось сохранить свое финансовое положение. А благодаря чатам и регулярным созвонам с друзьями в период самоизоляции удалось сохранить и даже укрепить наши связи, хотя, конечно, когда карантин отменили, стало легче.
Пандемия сильно повлияла на целый мир. Это трагедия, растянутая во времени. Люди стали чувствовать страх и неизвестность, а еще коронавирусные ограничения стали одним из новых методов давления на гражданское общество. Это и запрет одиночных пикетов, когда параллельно устраивают концерт в Лужниках, и все такое. Я чувствую общую тревогу и подавленность, но стараюсь справляться и делать то, что в моих силах.
«Бессилие, кошмары, дереализация»
Биполярное аффективное расстройство, тревожно-депрессивное расстройство
После ковида у меня усилились эмоциональные качели (смены мании и депрессии), тревога перестала сбиваться любыми анксиолитиками и нейролептиками, что у меня имелись, тревога иногда переходила либо в панику, либо в ощущение животного ужаса. Дереализация, полное обесценивание себя и чувство вины за любое действие, навязчивые суицидальные мысли, бессонница, злоупотребление алкоголем и тяга к самоповреждению (порезы рук, затем и шеи), фрагментированная память, пропавшие фазы ремиссии. Сами фазы стали сменяться очень быстро, сместившись ближе к депрессивным. Полное бессилие, потеря энергии, кошмары и депрессивные сны. Когда болезнь меня настигла, я был в поиске работы. В итоге не смог ходить на собеседования. Думаю, что я не пережил бы обострение моего психического диагноза, если бы не лег в клинику. Еще мне безумно помогла мать, прилетев сюда и не оставив одного, когда я был совсем на грани.
Всеволод Фото: Алена Агаджикова
Я практически не помню около четырех месяцев своей жизни. Память вернулась спустя короткое время после лечения в клинике, где мне вводили капельницы, поменяли антидепрессант и нормотимик, провели несколько сеансов электросудорожной терапии. У меня были очень весомые улучшения, но после прививки пошел сильный регресс. Судьба не лишена иронии. Теперь для дальнейшей работы в организации я должен привиться и всеми силами стараться не попасть в тот ад, который был у меня при обострении на фоне самого ковида.
После прививки (пока только первый компонент) фазы депрессии углубились, снова зачастили смешанные фазы, вернулась сильная тревога, доходящая до паники. Транквилизаторы слабо, но могут помочь, нейролептик просто успешнее выключает меня в сон, а не помогает с тревогой. [Переживаю] возврат суицидальных мыслей, чувства вины, отчаяния, одиночества. Но в этот раз у меня больше самоконтроля, алкоголь я более не употребляю вообще, а порезы не делаю (хотя такие мысли снова появились).
Из-за всех этих обострений еще больше чувствуешь себя «бракованным» и ненужным. Даже мимика и жесты меняются из-за сильно дестабилизированной психики, и теперь просто по внешнему виду записывают в ненормальные (или в загадочные, как повезет).
«Насколько долгосрочны изменения, вопрос сложный»
Александр Мельников, врач-терапевт, сомнолог (ведет пациентов с COVID-19 и постковидным синдромом с мая 2020 года)
Влияние ковида на психику может быть очень многоплановым. Следует учитывать нейротропность нового коронавируса: он закономерно поражает не только слизистые оболочки верхних дыхательных путей и легкие, но и центральную нервную систему. Это поражение может быть весьма тяжелым, особенно у пациентов, переносящих критическую форму заболевания, находящихся в реанимационных отделениях, на кислородотерапии, искусственной вентиляции легких и т.п. Помимо прямого вирусного поражения головного мозга и гипоксии, практически всегда это тяжелый стресс, связанный с угрозой жизни, временной потерей близкого окружения и долгосрочными негативными последствиями.
У тех, кто болеет легче, также возможно воздействие коронавируса на ЦНС: с этим могут быть связаны не только нарушения обоняния и вкуса, но и настроения, сна, головные боли, общая утомляемость, апатия, «туман в голове». Даже у тех, кто совсем не болел ковидом или перенес его очень легко, жизнь в период пандемии может сопровождаться множеством стрессов в результате локдаунов, проблем с работой, общими жизненными перспективами, болезнью и смертью близких. Естественно, психика реагирует на все эти факторы.
Сами по себе психические расстройства к факторам риска COVID-19, увеличивающим частоту заболеваемости или тяжесть течения COVID-19, не относятся. В то же время несомненна связь ковида с тревожными и депрессивными расстройствами, которые наблюдаются на фоне острой фазы заболевания и после него — в рамках так называемого постковидного синдрома.
Тревожные и депрессивные расстройства, а также ПТСР (посттравматическое стрессовое расстройство) и бессонница, — одни из самых распространенных постковидных клинических проблем.
Насколько долгосрочными могут быть психические изменения после ковида, вопрос сложный. Никто этого не знает, мировая история коронавирусной болезни слишком коротка. Постковидный синдром, включающий в себя и психические нарушения, только недавно стал изучаться. Взаимодействие с психиатрами и психотерапевтами, прежде всего с применением психотерапевтических методов, — необходимое условие реабилитации после тяжелого ковида и при постковидном синдроме.
Вакцинация — не болезнь, и ее нужно рассматривать с других позиций. Причин, меняющих течение психических расстройств и/или чувствительность к тем или иным препаратам, может быть множество, и не обязательно они связаны с тем событием, на котором человек концентрируется, — в данном контексте на вакцинации. Для достоверных выводов о взаимосвязи явлений между собой нужны правильно организованные научные исследования. О любой динамике симптомов следует сообщать лечащему врачу, который обязан принимать обоснованные действия по их коррекции и сообщать о них в соответствующие медицинские структуры, если они связаны, например, с вакцинацией.
После вакцинации против ковида (при использовании различных вакцин, в том числе вакцин различных типов) часто наблюдаются повышение температуры, общая слабость, реакции в месте введения вакцины, возможны аллергические реакции, реже — более негативные последствия (например — тромбоцитопения с тромбозами, миокардиты, поражение почек). Побочные эффекты со стороны психики как следствие введения вакцин в клинических исследованиях не описаны.
Речь не идет о больных с острыми психозами: естественно, сначала нужно снять острые проявления психической болезни, а потом вакцинировать. При хронических психических заболеваниях вакцинация против коронавируса нужна так же, как и при их отсутствии.
«Влияние ковида на психику многопланово»
Виктор Лебедев, психиатр
Коронавирусная инфекция — это заболевание, часть симптомов которого могут быть представлены нарушениями психики: от тревожности до психоза (последнее обычно у пожилых пациентов). Кроме этого, последствия коронавируса, так называемый «долгий ковид», также часто представлены психическими нарушениями. Скорее всего, это связано с тем, что воспалительный процесс, который запускает коронавирус, оказывает влияние на работу головного мозга. В частности, работа самих нейронов и вспомогательных клеток нарушается таким образом, что начинает напоминать картину при некоторых хронических психических расстройствах (например — при шизофрении). Ученые и врачи пока разбираются в тонкостях этого процесса, но, скорее всего, это не связано с проникновением вируса в сам мозг.
Сам факт заболевания жизнеугрожающей инфекцией — это психотравмирующая ситуация, способная ухудшить психическое состояние человека и изменить течение уже имеющегося психического расстройства.
У меня есть пациенты, чье состояние ухудшилось или изменилось после коронавирусной инфекции. Многие психически здоровые люди называют непривычную утомляемость и слабость среди заметных и серьезно влияющих на них симптомов коронавируса. Было бы странно, если бы эти же симптомы не появлялись у пациентов с психическими расстройствами, но в большей мере.
Я не делаю каких-то изменений в типичных и работавших ранее схемах лечения, потому что для этого нет оснований. Пока у моих пациентов срабатывает стандартное лечение без всяких изменений. Само собой — схема лечения меняется по клиническим соображениям, но депрессия и тревога все еще лечатся антидепрессантами, а психозы — нейролептиками. Тут без сюрпризов.
С прививками мне сложно что-то говорить. Я не встречал пока публикаций, связывающих ухудшение психического состояния или его изменение с применением прививки. Здесь необходимо накопить дополнительные сведения.
Отвод от прививки в связи с психическим состояниям невозможно сделать, потому что это противоречит инструкции по применению препаратов для вакцинации. Учитывая, что риск постковидных психических расстройств выше у тех людей, кто уже болен психическим расстройством или имел его ранее, мы можем рассматривать пациентов с психическими расстройствами как группу, которая получит дополнительную выгоду от вакцинации против коронавируса.
Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу.
Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать. Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу.
Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.
Еще больше важных новостей и хороших текстов от нас и наших коллег — в телеграм-канале «Таких дел». Подписывайтесь!
Вы можете им помочь
Помогаем
Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в стране. Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле. Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и фотоистории. Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем никакого процента на свою работу.
Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям. И мы просим вас поддержать нашу работу.
Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу. Спасибо.
На Ваш почтовый ящик отправлено сообщение, содержащее ссылку для подтверждения правильности адреса. Пожалуйста, перейдите по ссылке для завершения подписки.
Если письмо не пришло в течение 15 минут, проверьте папку «Спам». Если письмо вдруг попало в эту папку, откройте письмо, нажмите кнопку «Не спам» и перейдите по ссылке подтверждения. Если же письма нет и в папке «Спам», попробуйте подписаться ещё раз. Возможно, вы ошиблись при вводе адреса.
Исключительные права на фото- и иные материалы принадлежат авторам. Любое размещение материалов на сторонних ресурсах необходимо согласовывать с правообладателями.
По всем вопросам обращайтесь на mne@nuzhnapomosh.ru
Нашли опечатку? Выделите слово и нажмите Ctrl+Enter
Нашли опечатку? Выделите слово и нажмите Ctrl+Enter
Благотворительный фонд помощи социально-незащищенным гражданам «Нужна помощь»
Адрес: 119270, г. Москва, Лужнецкая набережная, д. 2/4, стр. 16, помещение 405
ИНН: 9710001171
КПП: 770401001
ОГРН: 1157700014053
р/с 40703810701270000111
в ТОЧКА ПАО БАНКА «ФК ОТКРЫТИЕ»
к/с 30101810845250000999
БИК 044525999
Благотворительного фонда помощи социально-незащищенным гражданам «Нужна помощь» в отношении обработки персональных данных и сведения о реализуемых требованиях к защите персональных данных