как подбирают донора костного мозга для пересадки

Как подбирают донора костного мозга для пересадки

Сегодня трансплантация костного мозга и гемопоэтических стволовых клеток периферической крови один из эффективных методов лечения злокачественных заболеваний крови и тяжелых состояний, вызванных угнетением костного мозга облучением, химиотерапией или действием токсичных веществ. К нему прибегают тогда, когда стандартная химиолучевая терапия и операции недостаточно эффективны и добиться ремиссии заболевания другими путями нельзя. В этом случае неправильно работающий костный мозг заменяют донорским.

Источниками этих клеток могут быть костный мозг и периферическая кровь. Больше всего костного мозга содержится в костях скелета: тазовых костях, грудине и позвоночнике. На протяжении нескольких десятилетий источником гемопоэтических стволовых клеток (ГСК) был только костный мозг, поэтому большинство существующих ныне западных регистров и называются регистрами доноров костного мозга.

Потребность в трансплантациях костного мозга в России – 5000 человек в год. Реальную помощь получают только 5%. Создание полноценного регистра доноров костного мозга – дорогостоящая и сложная задача, к сожалению, пока не решенная в России, поэтому в настоящее время врачи- трансплантологи в большинстве случаев вынуждены обращаться в зарубежные регистры. В настоящее время стоимость поиска и активации неродственного донора для российского пациента в международном регистре требует финансирования в размере 18-30 тысяч евро в странах Евросоюза и 30-50 тысяч долларов в США.

Россияне генетически отличаются от американцев и европейцев, данные которых и представлены главным образом в зарубежных регистрах. Самым подходящим донором для российского пациента может стать именно россиянин. Чем больше доноров с российской кровью будет представлено в регистрах доноров костного мозга, тем больше шансов у людей с российскими корнями найти подходящего донора.

Противопоказания к донорству

В Российской Федерации до настоящего времени не существует официально опубликованного перечня медицинских противопоказаний к донорству гемопоэтических стволовых клеток, поскольку на законодательном уровне он не утвержден до сих пор. Тем не менее перечень во многом совпадает с перечнем медицинских противопоказаний к донорству крови.

Временные противопоказания

Постоянные противопоказания
(отвод от донорства независимо от давности заболевания и результатов лечения)

ПРИМЕЧАНИЕ 1: при наличии у донора заболеваний, не вошедших в данный перечень, вопрос о допуске к донорству ГСК решается врачебной комиссией коллегиально.

ПРИМЕЧАНИЕ 2: Гемотрансмиссивные заболевания — заболевания, полученные вследствие переливания крови

ПРИМЕЧАНИЕ 3: Трансфузия — переливание крови

Как стать потенциальным донором

Донор костного мозга подбирается по признаку иммунологической совместимости с больным. Это означает, что белки, входящие в состав так называемого HLA-комплекса, у донора и больного должны совпадать полностью или почти полностью. Иначе неизбежны тяжелые иммунные осложнения после трансплантации. Напротив, совпадение группы крови и резус-фактора у донора и пациента не обязательно.

Прежде всего, донора костного мозга пытаются подобрать среди родственников больного – поскольку совместимость определяется генетически, то вероятность найти совместимого донора выше всего среди братьев и сестер больного, к сожалению, она составляет не более 10-20%. Но если в семье пациента поиск не приведет к успеху, то приходится искать неродственного донора.

Обращаем ваше внимание, что процедура вхождения в регистр потенциальных доноров стволовых гемопоэтических клеток является серьезным шагом, подтверждающим ваше желание сдать гемопоэтические стволовые клетки и спасти человека, которому потребуется пересадка.

Вероятность того, что данный конкретный донор подойдет кому-то из нуждающихся по показателям тканевой совместимости, сравнительно невелика. Если все же это происходит, то представители регистра доноров костного мозга связываются с потенциальным донором и спрашивают его согласия на сдачу гемопоэтических стволовых клеток.

Для того, чтобы войти в регистр нужно сделать следующее:

Учреждения службы крови гарантируют абсолютную защищенность персональных данных о доноре и его генотипе от копирования и разглашения на всех этапах работы (хранение и использование данных осуществляется в соответствии с ФЗ №152-2006 г «О персональных данных»).

Вы можете стать потенциальным донором гемопоэтических стволовых клеток, обратившись в одно из учреждений службы крови, ведущих данную деятельность.

Источник

Как устроено донорство костного мозга: мифы, страхи, побочные эффекты

Олеся Остапчук СПИД.ЦЕНТР

Костный мозг достают из спины? Донор рискует своим здоровьем? Врачи относятся к донору хуже, чем к пациенту? По данным ВЦИОМ, 61 % россиян ничего не слышали о донорстве костного мозга, а каждый второй респондент считает процедуру опасной. И тем не менее трансплантация устойчивого к вирусу косного мозга остается самой перспективной технологией полной элиминации ВИЧ. СПИД.ЦЕНТР подготовил подробный разбор мифов о донорстве косного мозга, поговорив с онкологом-гематологом, консультантом «Фонда борьбы с лейкемией» Сергеем Семочкиным и донором костного мозга Ириной.

Что такое костный мозг и где он вообще расположен?

Это кроветворная ткань, которая находится в крупных костях человека. В костном мозге есть гемопоэтические (кроветворные) стволовые клетки (ГСК), когда они делятся и созревают — образуются все виды клеток крови: эритроциты, лейкоциты, тромбоциты. ГСК — отправная точка для процесса кроветворения в организме. Процесс их деления практически ничем не ограничен: из небольшого числа ГСК может появиться множество «дочерних» клеток, они будут делиться дальше, созревать, а из них образовываться другие клетки крови.

Из-за такой способности ГСК к делению, они чувствительны к цитостатической химиотерапии и облучению. Поэтому процесс кроветворения может нарушиться во время лечения онкологических заболеваний (у людей, проходящих высокодозную химиотерапию, как правило, этот процесс останавливается). Если ввести такому пациенту подходящие ГСК, они смогут заселить костный мозг пациента своими «дочерними» клетками и восстановить кроветворение. Соответственно, цель врачей — собрать достаточное количество ГСК у здорового человека (донора) и пересадить их больному (реципиенту).

А как его достают? Большим шприцем из позвоночника?

Костный мозг — не спинной, поэтому никто не будет выкачивать у доноров стволовых клеток жидкость из позвоночника. Собрать клетки можно двумя способами. Первый и самый распространенный — взять их из крови. В таком случае донору предварительно на протяжении нескольких дней вводят подкожно препарат — стволовые факторы роста, что стимулирует выход ГСК из костного мозга в кровь.

Сам забор клеток из крови очень похож на обычное донорство компонентов крови, например, тромбоцитов. Человека сажают в кресло, из вены берут кровь, она фильтруется в аппарате. Дальше машина забирает себе стволовые клетки, а все остальное возвращает обратно донору. Процесс длится несколько часов.

Во втором случае берут не кровь, а сам костный мозг. Для этого донору делают общую анестезию, шприцем прокалывают тазовую кость и берут литр смеси костного мозга и крови (это не более 5 % всего костного мозга). После из взятой смеси выделяют стволовые клетки. Операция длится примерно полчаса, а донор в этом случае около двух дней проводит в стационаре. После процедуры могут быть болезненные ощущения, которые снимаются обезболивающими.

Второй вариант используется существенно реже, когда врачам не удается собрать периферические, то есть циркулирующие в крови, ГСК. Поскольку он сложнее, соглашаются на него в основном родственники нуждающегося в трансплантации. Впрочем, донор сам может выбрать способ забора клеток.

По данным американской компании Be The Match, которая курирует самый большой регистр (банк) доноров костного мозга в мире, хирургическое вмешательство для забора стволовых клеток требуется в 23 % случаев. По другим цифрам — американского Института юстиции — хирургическая процедура делается в 30 %, а в 70 % — стволовые клетки забирают через кровь.

Любой ли костный мозг подойдет больному или он чем-то отличается?

Нет, костный мозг у каждого свой. Найти себе донора с подходящими стволовыми клетками сложнее, чем с кровью. Иногда среди родственников пациента может оказаться потенциальный донор костного мозга, но так бывает только в 50 % случаев. Если среди родных нет никого подходящего, нужно искать человека с таким же HLA-генотипом (это цифровой показатель генов, он отвечает за тканевую совместимость).

Найти донора можно через регистры (банки) доноров костного мозга. В них содержатся данные людей, прошедших фенотипирование — исследование клеток и генотипа — и согласившихся стать донорами ГСК.

А как выглядят банки костного мозга?

Это не огромные больницы с генетическими материалами, а электронные базы, компьютерная сеть, в которой хранится информация о генотипе потенциальных доноров и больных. Система определяет, насколько совместимы донор и реципиент.

Совместимость у всех разная. У каждой клетки человека есть свой набор рецепторов — главный комплекс гистосовместимости. Рецепторы находятся на поверхности клетки, и по ним можно определить информацию о белках, которые находятся внутри. Так клетки собственной иммунной системы могут вовремя определять нарушения среды внутри клетки и устранять их или сигнализировать о них. До какого-то момента иммунная система способна таким образом распознавать наличие опухоли.

по теме

Лечение

Зафиксирован второй случай излечения от ВИЧ. На самом деле он третий

Для трансплантации необязательна совместимость групп и резус-факторов крови, важнее именно генетическая совместимость. Среди идеально подходящего неродственного донора и родственного донора, совпадающего не по всем пунктам, врачи выберут, скорее всего, последнего, потому что с ним ниже вероятность отказа от донации.

Порой больному подходят сразу 50-70 доноров, но бывает, что «генетический близнец» в регистре вовсе не находится. В последнем случае можно попробовать организовать донорские акции, чтобы больше людей прошли типирование, но в любом случае, если подходящего донора нет в банке, помочь пациенту не получится. Каждый год не менее трех тысяч людей умирают, потому что не смогли найти себе подходящего донора.

Пациент и донор с одним и тем же этническим происхождением вероятнее подойдут друг другу. Чем больше людей проходит типирование, тем больше в регистрах разных генетических данных, а значит, выше вероятность совместимости пациента и донора.

По данным американской компании Be The Match, больше всего проблем с поиском донора костного мозга у темнокожих людей, индейцев, уроженцев Аляски, азиатов, коренных гавайцев и других жителей островов Тихого океана, латиноамериканцев и метисов. Американский Институт юстиции сообщает, что афроамериканцы, у которых нет родственного донора, находят себе подходящего только в 25 % случаев, при этом, если донора нашли, в 80 % случаев это единственный вариант в реестре. Для азиатов этот показатель равен 40 %, для латиноамериканцев — 45 %, для европейцев — 75 %. Конкретный процент для метисов в статистике не приводится, но институт уточняет, что для них ситуация гораздо хуже.

Зачем нужны доноры костного мозга?

Трансплантация костного мозга ежегодно требуется более чем 5 тысячам россиян, из них 4214 пересадок нужны взрослым и 900 — детям. В России нет общего регистра данных для доноров, каждый банк считает своих доноров сам. По словам онколога-гематолога Сергея Семочкина, самый большой банк стволовых клеток в России находится в Кирове в центре «Росплазма». В нем зарегистрировано 35 787 человек.

Еще один большой реестр доноров костного мозга в нашей стране находится в ведении «Русфонда» — Национальный регистр доноров костного мозга имени Васи Перевощикова. Он существует с 2013 года и объединяет 12 региональных российских регистров и один казахский. На 31 октября 2019 года в нем состояли 29 178 доноров костного мозга.

Во всемирном банке костного мозга (Bone Marrow Donors Worldwide) зарегистрировано 35,6 миллиона человек. Однако найти там совместимого с россиянином донора сложно — в нашей стране много национальностей и генетических сочетаний, которых нет больше нигде в мире. Вероятность, что русский человек найдет подходящего донора в отечественном регистре, выше, чем в зарубежных.

Семочкин приводит пример, что зачастую кавказцы не могут найти своего «генетического двойника» в европейской базе. Но у них больше детей в семье, поэтому выше вероятность найти родственного донора. Огромная проблема с поиском доноров и у малочисленных этносов, например, жителей Крайнего Севера. Как правило, найти донора им не удается.

Единственное решение проблемы — вступление в национальный регистр как можно большего количества людей разных национальностей. Как объясняет Семочкин, затраты на трансплантацию клеток и все остальные процедуры российского пациента с российским же донором не превышают 160 000 рублей. В то же время процедуры и трансплантация с донором из европейского банка требуют порядка 20 000 евро. Государство не может выделить такие деньги, у пациентов их тоже, как правило, нет — финансирование ложится на благотворительные фонды.

Как стать донором?

В России стать донором может любой здоровый гражданин РФ без хронических заболеваний в возрасте от 18 до 45 лет, в некоторых случаях — до 50 лет. Возраст имеет значение: чем моложе донор, тем выше концентрация клеток в трансплантате и их «качество».

Студентка магистратуры МГИМО Ирина стала донором костного мозга в конце октября этого года. До этого она с 18 лет регулярно сдавала кровь и тромбоциты в донорских организациях. Три года назад она прочитала колонку Валерия Панюшкина «Встреча» о том, как познакомились донор и реципиент, и окончательно решила сдать костный мозг.

Первый шаг — сдача крови на типирование. Это можно сделать в любой из крупных частных медицинских лабораторий или в лабораториях некоторых медицинских центров или регистров. Посмотреть полный список центров, позволяющих попасть в банк «Русфонда», можно здесь.

Ирина выбрала Национальный медицинский исследовательский центр гематологии. Там она сдала около 10 миллилитров крови на типирование и подписала соглашение о вступлении в регистр. Оно ни к чему не обязывает донора — можно отказаться в любой момент. Но это важно для реципиента — за 10 дней до пересадки стволовых клеток проводится высокодозная химиотерапия, которая полностью уничтожает кроветворную и иммунную системы. Поэтому отказ в последнюю минуту может быть губителен для того, кто ждет трансплантации.

Через полтора месяца после типирования на электронную почту Ирины пришло сообщение, что с анализами все в порядке и ее занесли в регистр.

по теме

Лечение

«В поисках исцеления». Что нового было на конференции CROI-2019?

«Я тогда почувствовала большую ответственность. Стояла на перекрестке и думала: а вдруг меня сейчас собьет машина, и я не смогу сдать. Меня это не то чтобы особо напрягало, но я стала отвечать на все звонки с незнакомых номеров, мало ли», — вспоминает она.

Через два года Ирине в мессенджер с неизвестного номера написали, что она подошла пациенту (из России), позвали на расширенное типирование, а также сдать анализы на ВИЧ и гепатит. Результаты анализов она ждала еще пять дней, параллельно врачи обследовали остальных подходящих доноров. Ответ прислали также в мессенджере: совместимость Ирины с пациентом 9 из 10, а у другого донора 10 из 10, врачи выбрали его.

Спустя полгода ей снова позвонили, оказалось, что пересадка так и не состоялась, а донор все еще был нужен. Она приехала в центр гематологии, поговорила с врачом, сдала кровь на биохимию, ВИЧ, сифилис, сделала флюорографию и ЭКГ. Через несколько дней позвали на уколы. Количество уколов зависит от веса донора, в среднем, делают 1-2 укола в день на протяжении трех дней. Ирине назначили дважды в день. Родителям она не стала говорить про свое донорство — не поняли бы. Поэтому приходилось прятать шприцы с лекарством в упаковках от зубной пасты в холодильнике.

По словам девушки, побочные эффекты были незначительные: на второй день появилась небольшая ломота в костях, «будто провела ночь в неудобной кровати», на третий — ощущение «тяжелой головы». Все это время врачи были на связи. Медицинские организации одинаково заботятся и о доноре, и о реципиенте: с момента прохождения необходимых для сдачи процедур донор формально числится как пациент при госпитализации, даже если не лежит в больнице, а сидит дома, как Ирина.

Можно ли донору знакомиться с реципиентом?

Да, но через два года и только если обе стороны согласны. За два года станет понятно, смог ли костный мозг донора прижиться у реципиента. В некоторых европейских странах и США этот срок составляет один год. А в Испании донорам и реципиентам запрещено видеться на протяжении всей жизни. Анонимность обеспечивает безопасность. Если они познакомятся сразу после донации, а через месяц костный мозг не приживется, то родственники больного могут «отомстить» донору, обвинить его в чем-то, в чем он не виноват. Анонимность позволяет избежать этого. С другой стороны такая мера позволяет избегать шантажирования родственников реципиента и вымогательства у них денег.

Донорство костного мозга проводится безвозмездно, можно узнать лишь пол и возраст больного, а также передать что-то анонимное в знак поддержки. Ирина передала открытку, на которой изображены руки, держащие кофейную чашку, на фоне гор. «Я там написала: поправляйся, я в тебя верю. Никакую информацию о себе нельзя указывать, мне даже сказали писать в настоящем времени, чтобы не было окончаний прошедшего времени, по которым можно определить род», — рассказывает Ирина.

Потенциальную встречу с реципиентом девушка не представляет. По количеству взятых у нее стволовых клеток и предполагаемой массе тела, она считает, что ее реципиент — мужчина средних лет. «Я не хочу, чтобы он чувствовал себя обязанным, да и о чем мы будем разговаривать? Я бы хотела, чтобы эта встреча произошла на каком-то мероприятии, в медицинском центре, например. Так мне было бы легче».

Трудно ли восстановиться после донорства костного мозга?

Пообщаться с корреспондентом Ирина смогла уже через пару дней после донации: «Мне важно, чтобы мои друзья и другие люди видели, что я сдала костный мозг и со мной все нормально. Я не лежу после этого в реанимации».

Донор отдает малую часть своего костного мозга — 5 % стволовых клеток здорового человека достаточно для восстановления кроветворения у больного. Потеря части стволовых клеток никак не ощущается, а их объем полностью восстанавливается в течение семи-десяти дней. Оставшиеся в крови донора ГСК самостоятельно обратно всасываются в костный мозг. Повторное донорство возможно уже через три месяца после забора клеток, то есть сдать костный мозг можно несколько раз за жизнь.

На каком уровне находится трансплантация стволовых клеток в России?

По словам Сергея Семочкина, сама российская система пересадки костного мозга очень хорошая, но проблема в нехватке учреждений, делающих трансплантацию, в России их — единицы. Недостаточно учреждений, квалифицированных сотрудников, нет государственного финансирования. После трансплантации реципиент должен еще несколько лет — минимум два года — получать терапию на подавление иммунных реакций. Например, если пациент из региона, а костный мозг ему пересаживали в Санкт-Петербурге, то дальнейшее ведение пациента должно проходить в его регионе. Но это сложно, объясняет Семочкин, врачей в регионах к этому не готовят, они не понимают, что делать. В итоге люди вынуждены постоянно обращаться в федеральный центр, а это тормозит трансплантацию следующих пациентов.

Источник

Как подбирают донора костного мозга для пересадки

Одним из основных факторов, определяющих успешность выполнения алло-трансплантации гемопоэтических стволовых клеток, является подбор совместимого с реципиентом по HLA-системе донора гемопоэтических стволовых клеток.

Гены HLA-комплекса человека (эквивалент МНС у животных), содержащие более 200 генов, расположены на коротком плече хромосомы 6. Из них только около 40 генов играют центральную роль во многих иммунологических реакциях, обеспечивая кодирование антигенов гистосовместимости (трансплантационные антигены) HLA-системы человека I и II классов, которые различны структурно и функционально.

Антигены HLA-системы I класса представлены а-и b-цепями и имеют около 20 подклассов, основными из которых являются локусы А, В и С. Антигены HLA-системы II класса включают D-регион, специфичность внутри которого определяют 15 генов, в свою очередь разделенных на субрегионы DR, DQ, DP, DM и DO. В зависимости от варианта кодируемой полипептидной цепи (а-цепь и b-цепь) субрегионы принадлежат к подклассу А или В, индивидуальные гены имеют порядковый номер, например DRB1.

При подборе донора для алло-ТГСК наиболее важным является субрегион DR HLA-системы. Около 36 генов кодируют III класс HLA-системы. Они представлены компонентами системы комплемента С2, С4, Bf, структурными генами 21-гидролазы и а- и р-фактора некроза опухоли (ФНО). Роль «малых» антигенов гистосовместимости (mН) для алло-ТГСК в настоящее время изучается.

Типирование антигенов HLA-системы I и II классов осуществляется с помощью специальных иммунных сывороток в стандартном двухступенчатом ком-плементзависимом лимфоцитотоксическом тесте, молекулярно-биологическими способами. Антигены распределяются в соответствии с рекомендациями Комитета по HLA-номенклатуре ВОЗ.

Количество алло-трансплантации гемопоэтических стволовых клеток у больных 20 лет и моложе в зависимости от источника гемопоэтических стволовых клеток, зарегистрированных в CIBMTR.
Светлая часть столбиков — гемопоэтические стволовые клетки от родственных доноров, заштрихованная — от неродственных доноров. За 2000 г. данные неполные.

Определение степени совместимости донора и реципиента по HLA-системе II класса возможно в смешанной культуре лимфоцитов (MLC —mixed lymphocyte culture). В настоящее время этот тест не используется ввиду широкого применения типирования антигенов II класса с помощью ПЦР (низкоразрешающее типирование антигенов). Высокоразрешающее типирование до аллелей выполняют с помощью определения полиморфизма рестрикции фрагментов генов (RFLP — restriction fragment length polymorphism analysis), гибридизацией со специфическими олигонуклеотидами (SSO — hybridisation with sequence-specific oligonucleotide conformation polymorphism) и ПЦР со специфическими праймерами (SSP — sequence-specific primer amplification).

Идентичность донора гемопоэтических стволовых клеток с реципиентом по HLA-системе I и II классов подтверждает наличие полностью совместимого донора. Несовпадение по 1, 2 и 3 антигенам HLA-системы свидетельствует о частично совместимом доноре гемопоэтических стволовых клеток. Различие донора и реципиента по антигенам HLA-системы I и II классов одного гаплотипа рассматривается как гаплоидентичная совместимость.

Гаплотип — последовательность антигенов HLA-системы, сцепленно передающаяся ребенку от каждого из родителей. Полный набор у здорового человека состоит из двух гаплотипов I и II классов HLA-системы.

Как правило, донором гемопоэтических стволовых клеток является совместимый по HLA-системе здоровый человек. Различия по группе крови и полу не имеют решающего значения при выборе донора гемопоэтических стволовых клеток. Для доноров не существует биологических ограничений по возрасту, за исключением юридических постановлений и состояния здоровья. В литературе упоминается о самом молодом родственном доноре костного мозга, возраст которого в момент заготовки гемопоэтических стволовых клеток составил 4 мес, а масса тела — 3,95 кг. Родственный донор в этом случае может быть использован с согласия родителей только для сиблинга (брат, сестра) и ни при каких обстоятельствах для иных родственников. При всех других вариантах родственным или неродственным донором может быть только человек, достигший 18 лет.

В случае отсутствия полностью совместимого донора гемопоэтических стволовых клеток обсуждается использование частично совместимого по 1, 2 или 3 антигенам HLA-системы донора. Предпринимаются попытки внедрения алло-трансплантации гемопоэтических стволовых клеток от гаплоидентичного донора не только у детей с тяжелым врожденным иммунодефицитным состоянием, но и у больных острыми лейкозами, хроническим миелолейкозом.

Общее количество алло-трансплантации гемопоэтических стволовых клеток у больных в возрасте старше 20 лет в зависимости от источника гемопоэтических стволовых клеток, зарегистрированных в CIBMTR.
Светлая часть столбиков — родственные трансплантации гемопоэтических стволовых клеток, заштрихованная — неродственные трансплантации гемопоэтических стволовых клеток. За 2000 г. данные неполные.

При проведении гаплоидентичной алло-трансплантации гемопоэтических стволовых клеток особое значение приобретает типирование С-локуса I класса HLA-системы. На основании этого различия достаточно легко определяется донор, обладающий свойством аллореактивности естественных киллеров (NK-alloreactivity) по отношению к клеткам реципиента, что имеет большое значение для профилактики рецидива.

Родственным донором гемопоэтических стволовых клеток наиболее часто является родственник по горизонтали (брат, сестра), поскольку наследование генов HLA-системы от родителей к детям происходит по кодоминантному типу. Потомки получают по одному гаплотипу от родителей, и, следовательно, при наличии 5 сиблингов двое из них будут обязательно совместимыми. Расчетная вероятность обнаружения полностью совместимого сиблинга в семье не имеет прямо пропорционального характера и равна 25 % при наличии одного сиблинга, 43,7 % —двух, 57,8 % — 3 сиблингов. В редких случаях донора ГСК находят при обследовании родственников по вертикали (отец, мать и др.). Таким образом, подбор родственного донора гемопоэтических стволовых клеток существенно ограничен при общей тенденции к снижению рождаемости.

Только 30 % больных в мире (в России 10—15 %) при показаниях к выполнению алло-трансплантации гемопоэтических стволовых клеток имеют совместимого по HLA-системе родственного донора. В связи с этим большое значение приобретает развитие сети регистров неродственных доноров костного мозга, здоровых лиц, на добровольных началах согласных на эксфузию костного мозга или заготовку концентратов гемопоэтических стволовых клеток из крови. В мире насчитывается около 60 регистров в 50 странах с общим числом потенциальных доноров костного мозга более 10 000 000. Самым большим является Северо-Американский регистр доноров костного мозга, имеющий информацию о более чем 5 000 000 доноров (USA National Marrow Donor Program — NMDP).

Динамика изменения спектра алло-трансплантации гемопоэтических стволовых клеток в зависимости от доноров гемопоэтических стволовых клеток (родственные, неродственные) представлена на рисунках.

Наряду с регистрами доноров гемопоэтических стволовых клеток существуют банки пуповинной крови. Самые большие банки этих образцов находятся в США, Испании, Италии и Австралии.

Все данные, полученные в результате тканевого типирования доноров гемопоэтических стволовых клеток и образцов заготовленной пуповинной крови, аккумулируются в базе данных регистров, информация из которых поступает в национальные регистры, а затем в международную базу данных. Эта информация в любое время может быть использована для поиска неродственных доноров гемопоэтических стволовых клеток.

Несмотря на большое количество зарегистрированных в мире потенциальных доноров, вероятность обнаружения неродственного донора гемопоэтических стволовых клеток составляет до 80 % для больных из европейских групп населения и 30 % для пациентов других, особенно редких, национальностей, что делает чрезвычайно актуальным развитие программы трансплантации гемопоэтических стволовых клеток от доноров с различной степенью несовместимости по HLA-системе. Население России имеет промежуточную вероятность (до 70 %) при поиске неродственного донора в международной базе данных, что связано с многонациональным характером населения и большим количеством смешанных браков.

Редактор: Искандер Милевски. Дата обновления публикации: 18.3.2021

Источник