как развивать мозг и память взрослому человеку черниговская

Татьяна Черниговская: препятсвия на пути развития Мозга

«Если мы ляжем на диван и будем там лежать полгода, то не сможем встать. Если мозг будет читать идиотские журналы, общаться с дураками, слушать лёгкую бессмысленную музыку и смотреть тупые фильмы, то не на что жаловаться. Мозг должен тяжело работать.Тяжело – ключевое слово. Мозгу должно быть трудно. Книга, которая может быть для кого-то лёгкая, но для вас она сложная. Фильм, который вы не понимаете. Значит, вы будете думать, читать критику. Или спектакль, где не ясно, что хотел сказать режиссёр. В таком случае мозг будет занят работой».

Везение с генами — это как рояль «Steinway», доставшийся по наследству. Хорошо, конечно, но играть-то на нём всё равно нужно учиться.

Мозг запоминает всё, мимо чего он прошёл, унюхал, попробовал, услышал, потрогал и так далее. Мозг — не решето. Ничего не высыпается из него. Мы, грубо говоря, ничего не забываем, просто большая часть данных лежит в «папке «Другое»». Поэтому: не надо слушать плохую музыку, не надо читать плохие книги, не надо всякое дерьмо есть, не надо дрянь пить, не нужно общаться с плохими людьми.

Говоря в общем, для творчества необходимо снять когнитивный контроль и не бояться ошибок. Ошибки — это прекрасно. Да и кто скажет, что такое ошибка?

Многие творческие люди говорят, что озарения приходят неожиданно, во время рутинных действий, никак не связанных с решаемой задачей: я смотрю телевизор, читаю книгу — и вдруг у меня образуется эта долго не появлявшаяся связь! История науки свидетельствует: открытие нельзя спланировать, кроме технических достижений (их может совершать и компьютер), и идеи приходят в голову, когда человек совершенно к этому не готов.

Открытие нельзя сделать по плану. Правда, есть существенная добавка: они приходят подготовленным умам. Понимаете, таблица Менделеева не приснилась его кухарке. Он долго работал над ней, мозг продолжал мыслить, и просто «щёлкнуло» во сне. Я так говорю: «Таблице Менделеева страшно надоела эта история, и она решила ему явиться во всей красе».

У людей неправильные установки, они считают, что, например, повар хуже, чем дирижёр. Это не так: гениальный повар перекроет всех дирижёров, я вам как гурман говорю. Сравнивать их всё равно что кислое и квадратное — неправильно поставлен вопрос. Каждый хорош на своём месте.

Не мыслить «как все», или проблемы творческих детей

Творческие люди обучаются сами и начинают это делать очень рано. Свои необычные идеи, свои открытия они никогда не считают чем-то экстраординарным. Это для них самая обычная и очевидная вещь. Они часто не понимают, в чём, собственно, состоит их заслуга, если всё так очевидно. Очевидно ИМ…

У таких людей, как правило, неприятности в школе, большая их часть умнее учителей. Они, конечно, не знают того, что знают учителя, но они могут быть умнее. И поэтому попадают в очень сложную ситуацию, оказываясь под прессингом общества.

У меня был коллега, детский врач-терапевт, он рассказал такую историю. Один мальчик — тотальный двоечник в школе, сидя дома, будучи семи лет от роду, изобрёл паровой двигатель. И не просто его изобрёл, а собрал.

Представьте себе: паровой двигатель на подсолнечном масле, брызгая этим самым раскалённым маслом, носится по квартире! При этом мальчика все считают дурачком.

Почему необходимо читать

Чтобы развиваться, надо читать сложную литературу. Важно линейное чтение — от начала до конца.

Гипертекст, вынуждающий кликать на выделенное слово и как бы проваливаться в него, порождает нестройность мысли.

Люди, которые выросли на таком типе чтения, не в состоянии прочесть большой текст целиком. У них рваное сознание — кое-что отсюда, оттуда. Когда спрашиваешь ребёнка, про что был этот рассказ, он вам его не может пересказать.

Прогнозы учёных о будущем чтения неоптимистичны — предрекают серьёзный раскол между возможностями интеллектуальной элиты и основной массы населения земного шара.

Но если дети будут только комиксами заниматься, у них не выработается не только алгоритм для чтения сложной литературы, которая формирует сознание, но и алгоритм сложного думания — они будут думать только на какую кнопку нажать, чтоб тебе гамбургер привезли.

Мозг пластичен не только в детстве, как считали раньше. Доказано: он образует новые нейронные связи до конца жизни. Любая работа, кроме скучной и рутинной, приносит пользу для мозга. Главное — иметь дело с постоянно меняющейся, сложной информацией.

Способность получить высококлассное образование может стать элитарной привилегией, доступной только «посвящённым». Вспомним Умберто Эко, предлагавшего в романе «Имя розы» пускать в Библиотеку только тех, кто умеет, кто готов воспринимать сложные знания. Произойдёт разделение на тех, кто будет уметь читать сложную литературу, и тех, кто читает вывески, кто таким клиповым образом хватает информацию из интернета. Оно будет раздвигаться всё больше и больше.

Татьяна Черниговская — доктор биологических наук, профессор, учёный в области нейронауки и психолингвистики, а также теории сознания. В 2017 году номинирована РАН на Золотую медаль за выдающиеся достижения в области пропаганды научных знаний

Материалы по теме

А вот ещё:

Почему казино не уходят в минус?

Есть уйма людей, которые не отказались бы оттого, чтобы сорвать джек-пот в казино. Однако, рискнуть и испытать фортуну может далеко не каждый. И это правильно. Потому что выиграть шансы в действительности невелики, а проиграть и не раз придется точно. Ведь казино устроено таким образом, что оно всегда остается в выигрыше.

Зная это, многие решат, что администрация игорного заведения обманывает своих посетителей. На самом деле в этом нет особой нужды. Математика обходится с людьми куда жестче, чем самое изощрённое вранье.

Конечно, отдельные недобросовестные сотрудники игорного заведения или даже непосредственно администрация, которая заинтересована в быстром получении сверхприбыли может идти на прямой подлог, используя те или иные незаконные инструменты. Однако, большинство игорных заведений все-таки боится быть пойманными за руку и уличенными в обмане в первую очередь из-за большой конкуренции в этом бизнеса. Тем более, что казино и так никогда не проигрывает, а редкие выигрыши отдельных счастливчиков лишь позволяют подогреть интерес у тех, кто своим рублем обеспечивает благосостояние всего заведения и его хозяев.

За два с половиной века существования казино как явления люди придумали десятки, если не сотни «методов выигрыша». Сегодня с большинством из них можно как бесплатно, так и за «скромное вознаграждение» познакомиться на просторах интернета. «Мартингейл», «Стратегия с позитивной прогрессией», «Любимый номер», «Система Биарриц», «Несовершенство колеса», «Серия неудач» и еще многие другие – не счесть числа придуманным методикам победы над казино. Вот только 9.9 из 10 предлагаемых способов на практике не работают.

А все потому, что в основе принципа работы тех или иных азартных развлечений используемых в казино для заработка денег лежат отдельные части такого раздела математики как теория вероятностей. Большинство азартных игр стоит обоими ногами на законе больших чисел, предельной теореме, цепей Маркова. И те, кто имеет хоть какое-то представление о чем-то перечисленном сделают самый правильный вывод: лучший способ заработать на казино – это в него не ходить.

Суть в том, что казино позволяет людям выигрывать в том числе достаточно большие суммы только потому, что само заведение к этому моменту зарабатывает на играющих гораздо большие. Для лучшего понимания разберем три наиболее популярных примера.

Рулетка

Например, игрок делает ставку на число. Каковы его шансы выиграть? Почти нулевые: в 36 или 37 вероятностей игрок проиграет деньги. Если игрок ставит на цвет или четность, то шансы составляют 18 из 37. Подогревает интерес игроков тот факт, что победа как будто щедро оплачивается – 35 к 1. А так как большинство людей проигрывает, то казино с лихвой покрывает свои потери от выигрыша одного.

Кости

Крайне незамысловатая, но весьма популярная азартная игра в казино. Правила в большинстве случаев просты как огонь. Игрок кидает пару костей. Если сумма очков на них равна 7 или 11 – побеждает. Если сумма очков равна 2, 3, 12 – проигрывает. Любой другой порядок значений – переброс костей до получения проигрышной или выигрышной комбинации. Все остальные участники данного действа, стоящие вокруг делают ставки на выбрасываемые значения пытаясь угадать.

Казалось бы, все честно, банальная вероятность. И все действительно честно! Просто смысл не в игре, а в ставках устанавливаемых казино на выигрыш. А точно в том, как ставки соотносятся со значениями теории вероятностей. Ставка на кости составляет 30 к 1. Таким образом она искусственно занижена, так как вероятности выпадения комбинаций 6+6 или 1+1 составляют 1 к 36. Таким образом, даже при выигрышной комбинации костей, казино все равно забирает себе разницу.

Игровые автоматы

Самый доступный и один из самых популярных способов азартного времяпрепровождения. Мировая художественная культура полнится мрачными историями о том, как злые сотрудники «подкручивают» в нужную сторону «Одноруких бандитов». На самом деле «подкручивают» их еще, скажем так, на заводе. Игровой автомат запрограммирован по умолчанию таким образом, чтобы возвращать игрокам (не конкретному игроку) определенную сумму денег. Чаще всего это какой-то показатель от 80% до 90%. В некоторых старых казино Лас-Вегаса – 98%. Таким образом получается, как в старом анекдоте: вот на эти 2% казино и живет.

Источник

Тезисы Татьяны Черниговской

Мозг – это загадка и самое сложное во Вселенной, о котором мы хоть что-нибудь знаем. Нейробиологи совершают все больше открытий о работе мозга и представления о мозге меняются с огромной скоростью. Всегда считалось, что мозг способен меняться только в детстве, сегодня же доказано, что это совершенно не так и уже большое количество примеров преобразования мозга взрослых, при этом, что очень важно — изменения в мозге влияют на поведение человека.

Хочу поделиться с вами тезисами Татьяны Владимировны Черниговской — нейролингвиста, доктора физиологии и теории языка, член-корреспондента РАО, профессора СПбГУ и своими скромными советами, а заодно услышать ваше мнение и комментарии на эти рекомендации.

Более подробно о способностях мозга и о том, как использовать его возможности для улучшения своей жизни и повышения работоспособности можно узнать из лекций Татьяны Черниговской по ссылке

Источник

Татьяна Черниговская: «Объем памяти у мозга гигантский»

В современном мире что-то открывают, создают и узнают гораздо чаще, чем это происходило раньше. Информация льется на нас нескончаемым потоком. Кажется, в памяти просто нет места для таких объемов знаний. Профессор Татьяна Черниговская убеждена, что человеческий мозг может воспринять гораздо больше информации, если есть навыки правильного обучения.

Мир еще никогда не был таким сложным и информационно насыщенным. И дети, которые растут в нем, — совсем другие дети. Когда я писала кандидатскую диссертацию, был вопрос, где взять литературу. Сейчас вопрос — как от нее избавиться. Каждый день в любой области знаний выходят десятки хороших научных статей, которые не то что осмыслить — прочитать некогда.

Получается, информация — что есть, что ее нет. Ты ведь не можешь ею воспользоваться. В этой связи неясно и что делать с образованием. Мы же не можем держать детей в школе 20 лет! С другой стороны, не можем делать вид, что все закончилось на Ньютоне. Потому что после Ньютона много чего еще было. Выходит, мы обманываем детей. У человечества уже есть далекоидущие знания, а мы скрываем их. Значит, нужно говорить не обо всем. Как-то урезать эти знания. Но как урезать, по какому принципу? Никто не знает.

У меня был критический период в жизни, когда я подумала: «До чего мне все осточертело: и Академия наук, и все это. Пойду детей в школу учить». Но я быстро опомнилась — испугалась. Подумала: вот сидит в классе 20 человек, откуда я знаю, кто они? Один из них, может быть, Эйнштейн, второй — Моцарт, третий — Гитлер. Как я смею их учить? Многие учителя счастливо не боятся этого факта. Они считают, что вот сидят там, и им надо что-то показать строго по программе пединститута.

Открывайте Google, если забыли, как делать соус. Это не то место, где ищут серьезную информацию

Источник

Чем отличается мозг миллиардера? Объясняет Татьяна Черниговская

Татьяна Владимировна Черниговская — известный российский биолог и лингвист, специалист в вопросах нейронауки и психолингвистики, профессор Санкт-Петербургского государственного университета. Специально для Forbes Татьяна Владимировна после выступления на Гайдаровском форуме рассказала о том, почему одним удается стать успешными, а другим нет.

Почему у одних людей получается зарабатывать деньги, а у других нет, даже если они очень этого хотят и стараются? Отличается ли чем-то, скажем так, «мозг миллиардера»?

У меня есть только сложный ответ на этот вопрос. Да, люди разные, они объективно разные. Это генетика, и с этим вы ничего поделать не можете. Это крупный игрок, его нельзя игнорировать.

Но, с другой стороны, если у человека ничего не получается, это значит, что он еще просто не нашел свою дорогу в жизни. Может быть, он ошибочно решил зарабатывать миллионы, может быть, на самом деле у него нет планов покупать яхты и отправляться в кругосветные путешествия. А его план — сидеть дома у камина и вязать шарф, и это и есть счастье. Только он еще не понял.

А как понять, чего ты хочешь? Это ведь не так просто, как кажется.

Надо искать и ходить в определенные места.

Искусство — это первостепенная вещь. Как сказал один очень состоятельный и известный арт-дилер, искусство отвечает на еще не заданные вопросы. Это очень глубокая мысль. Искусство тебя тащит в пространство, в котором еще никто не был. И когда ты начинаешь жить в этом сложном пространстве, у тебя могут появиться эти смыслы.

Кроме того, нужно стараться общаться с интересными людьми — это тоже играет огромную роль. Нужно искать зажигающих — не в банальном смысле — людей. Таких, c которыми можно всю ночь проговорить, выпить две бутылки виски и после этого все понять.

— Вы говорили о том, что детей стоит учить сразу многим вещам, чтобы у них был выбор. А как нужно воспитывать ребенка, чтобы он смог в будущем стать предпринимателем?

— То, что я скажу, может прозвучать банально на первый взгляд, но на самом деле это не так просто, как звучит. Ребенка своего желательно любить. Надо постараться с ним познакомиться, присмотреться к нему и понять, какой он. Это довольно рано видно, уже когда дети в песочнице играют и один из детей буквально навязывает свою волю другим. Это и есть лидер.

Но легко говорить, вопрос в том, как сделать. Нужно дать детям возможность этого выбора. Если он никогда не рисовал, никогда не занимался музыкой, как вы собираетесь узнать, способен он к этому или нет?

То есть заставлять ребенка нельзя? Никакого принуждения?

Это гораздо более сложный вопрос, и в действительности непонятно, что с этим делать. Я где-то читала, что Баха, Бетховена и Моцарта, когда они были маленькими, по руках колотили, чтобы они за клавесин уселись. Этих гениев! Это значит, что некоторая доля принуждения нужна.

Но это очень трудный пункт. С одной стороны, не стоит мучить детей и давать им то, что для них является аллергеном. Но, с другой стороны, если не дать, то и не поймешь, на что у него аллергия.

По вашей инициативе была создана такая научная дисциплина, как психолингвистика. Скажите, человек при помощи слов, самовнушения может себя запрограммировать на успех? Если да, то как?

Можно себя заставить даже научиться к вечеру танго танцевать на спор. Тут вопрос другой: какой ценой и надо ли это делать? Накачивать себя на тему «я должен быть успешным» — это провальная вещь, на мой взгляд. До некоторого порога она может быть успешной, но в итоге провалится все равно.

А вот если человеку на самом деле интересно и если у него есть способности, он автоматически станет успешным. Если он что-то делает потому, что знает, как это нужно сделать, или не боится, когда все боятся. Вот тут его ждет успех.

Наверное, это наивный вопрос, но, как вы считаете, деньги делают людей счастливыми?

На этот вопрос у меня есть точный ответ: нет, не делают. И я так говорю, не потому, что я романтик, который считает, что деньги вообще не нужны. Деньги, разумеется, нужны, но счастье — это не о деньгах. Счастье — это найти смысл. И для одного человека смысл может стоить рубль, а для другого — миллиард. Все зависит от того, есть ли в вашем деле смысл или это история о том, кто больше куличиков построит. Смысл в том, чтобы это приносило удовлетворение, чтобы тебя щекотало.

Мне задали несколько лет назад смешной вопрос: вот что я бы выбрала — интересную работу или деньги? Я через секунду ответила, что, конечно, интересную работу. И это не потому, что я такая бессребреница. Я просто не смогу этой жизнью жить.

Источник

Татьяна Черниговская: «Зачем книга мозгу?»

Вопрос – а зачем ребенку читать книги – из абсурд­ных как-то неза­метно пере­шел в раз­ряд есте­ствен­ных. Роди­тели на чте­нии кни­жек больше не наста­и­вают. И напрасно. Почему? Отве­чает спе­ци­а­лист в обла­сти ней­ро­линг­ви­стики Татьяна Черниговская.

– Татьяна Вла­ди­ми­ровна, зачем книга нужна мозгу?

– Мозгу, как и всему дру­гому, нужна пища. Только когда орга­низм пита­ется чем-то, то это мате­ри­аль­ные вещи, а мозг пита­ется инфор­ма­цией, кото­рая про­ис­хо­дит из иде­аль­ного мира. То есть она не состоит из бел­ков, жиров и углеводов.

Книга явля­ется такой пищей, при­чем одной из лучших.

– Есть ли аль­тер­на­тива книге для мозга, сей­час или в неда­ле­ком буду­щем: интер­нет или тех­но­ло­гии пря­мой закачки, 25‑й кадр?

– 25‑й кадр – это раз­го­воры на кухне, ника­кого отно­ше­ние к жизни они не имеют, а что каса­ется осталь­ных пере­чис­лен­ных вами вещей, то они не явля­ются аль­тер­на­ти­вой книге.

Потому что, строго говоря, все равно – чита­ете вы бумаж­ную книгу, или это сви­ток, напи­сан­ный на шёлке, или папи­рус, или интернет.

Но тип про­цес­сов, кото­рые про­ис­хо­дят, когда вы чита­ете элек­трон­ные ресурсы, другой.

Ну, напри­мер, я недавно – а именно поза­вчера, – узнала от очень круп­ного дет­ского офталь­мо­лога, что если раньше при­хо­дили дети, кото­рым дали в глаз во время выяс­не­ния отно­ше­ний во дворе, то теперь таких детей почти нет.

А при­хо­дят – мас­сово – дети с бли­зо­ру­ко­стью. Эта бли­зо­ру­кость вызвана тем, что они круг­ло­су­точно смот­рят в раз­ные гад­жеты, план­шеты, теле­фоны и так далее. И это дру­гая работа – не только мозга, но и глаза.

– Зачем вообще чело­веку и чело­ве­че­ству нужна книга в эпоху инфор­ма­ци­он­ного цунами?

– Книга – вы име­ете в виду, зачем чело­веку нужна тра­ди­ци­он­ная книга? Может быть, много людей, кото­рым она вовсе и не нужна, но поскольку я сноб, то мне важно дер­жать в руках книгу.

Я поль­зу­юсь, к сожа­ле­нию, в боль­ших коли­че­ствах элек­трон­ными носи­те­лями. То есть я про­вожу в ком­пью­тере очень много часов в день, увы – и потому что про­сто такой мир, никуда не денешься: я пишу в ком­пью­тере, я читаю науч­ные ста­тьи в ком­пью­тере и так далее.

Мне нико­гда в голову не при­дет читать Гоголя или Брод­ского в ком­пью­тере. Если вдруг такое при­дет, я пойду сда­ваться вра­чам, я решу, что я сошла с ума, потому что это совер­шенно дру­гое занятие.

Это не чер­па­ние инфор­ма­ции, а это изыс­кан­ная изящ­ная работа. Можно рас­смат­ри­вать аль­бом с деше­выми репро­дук­ци­ями, а можно пойти в Эрми­таж или в Прадо и смот­реть ори­ги­налы – вот, выбирайте.

– Это мозг вытес­няет книгу как ненуж­ный эле­мент реаль­но­сти, или сни­же­ние коли­че­ства чита­те­лей имеет дру­гую причину?

– Мозг здесь абсо­лютно ни при чем. Здесь при­чина – общее паде­ние куль­туры на пла­нете, вот что здесь при­чем. Что все согласны на фаст­фуд вме­сто хоро­шего шеф-повара.

То есть, если мы согласны зани­маться глу­по­стями, есть поп­корн и пре­вра­титься в стадо – тогда все в порядке.

– Могут ли книги являться инстру­мен­тами сти­му­ли­ро­ва­ния ней­ро­ге­неза, или воз­ник­но­ве­ние новых ней­ро­нов воз­можно только в ситу­а­ции прак­ти­че­ского нового опыта?

– Всё, с чем стал­ки­ва­ется мозг, абсо­лютно всё – как хоро­шее, так и пло­хое, вли­яет на ней­ро­ге­нез. Новые ней­рон­ные связи обра­зу­ются каж­дую секунду. Вот мы сей­час раз­го­ва­ри­ваем – и как у вас, так и у меня, довольно много всего уже загну­лось, а также обра­зо­ва­лось, это про­сто жизнь мозга так выглядит.

Дру­гой вопрос: какие связи мы хотим, чтобы образовались.

Это слож­ные ассо­ци­а­тив­ные связи того чело­века, кото­рый много читал, много видел, много думал, пил раз­ные напитки, слу­шал раз­ную музыку, вклю­чая шум при­боя – и тогда у него поле, на кото­ром идут ассо­ци­а­ции, широ­кое, боль­шое и богатое.

А если он только смот­рит в такое око­шечко теле­фона, то тогда нечего оби­жаться. Тогда у него будет такой мозг плохой.

Един­ствен­ное, чего мозг не умеет – это не учиться, вот это точно. Он не умеет не учиться, он учится всё время. Но всё зави­сит от того, что ему под­со­вы­вают для учения.

Ему под­со­вы­вают высо­кого класса пищу или низ­кого класса? Вот, соот­вет­ственно, такой и будет мозг.

– Можно ли рас­смат­ри­вать работу мозга живого чело­века отдельно от созна­ния, создаёт ли мозг мысли, или это делает сознание?

– На этот вопрос у меня ответ про­стой. Никто не знает, что такое созна­ние. Если вы най­дете людей, кото­рые вам ска­жут, что они знают – ухмыль­ни­тесь. Нет дого­во­рен­но­сти о том, что мы будем счи­тать сознанием.

Огром­ный раз­брос мне­ний на эту тему – от про­стой реак­ции на что-нибудь, и есть люди, это круп­ные уче­ные, кото­рые счи­тают, что созна­ние при­суще всему живому. На мой вопрос: а как насчет инфу­зо­рии-туфельки, ей тоже при­суще созна­ние? Отве­чают: да, только простое.

Пони­ма­ете, если мы встаём на такую пози­цию, вообще тогда мы пре­кра­щаем раз­го­вор, это бес­смыс­лен­ная беседа. Если мы гово­рим о том, что созна­ние – это очень слож­ная вещь, то тогда мы должны при­знать, что боль­шин­ство людей, насе­ля­ю­щих пла­нету, созна­нием не обладает.

Поэтому на ваш вопрос нельзя отве­тить. А кос­венно я могу отве­тить вот что. У нас нет ника­ких сви­де­тельств того, что созна­ние может появиться где-то, кроме мозга. Но это не зна­чит, что это окон­ча­тель­ное слово.

Мне часто задают вопрос: может быть, созна­ние вообще где-то летает, а мозг – это при­ем­ник, кото­рый хва­тает это все? Может быть и так.

Но поскольку наука – это такое заня­тие, кото­рое тре­бует дока­за­тельств, а дока­за­тельств нет – и нет ничего, чтобы намек­нуло на то, что они могут появиться.

Науч­ным спо­со­бом мы такую инфор­ма­цию полу­чить не можем – как мини­мум по той при­чине, что наука под­ра­зу­ме­вает повто­ря­е­мость явле­ний, ста­ти­сти­че­скую досто­вер­ность и про­ве­ря­е­мость. Всё это здесь про­ве­рить нельзя.

Даже если вы мне ска­жете, или я вам скажу (совер­шенно не важно, кто кому), что я полу­чила инфор­ма­цию из кос­моса – это ничего не сто­я­щие заяв­ле­ния, потому что ни вы, ни я не смо­жете это ни дока­зать, ни опро­верг­нуть, с этим вообще ничего нельзя сделать.

Тысячи сви­де­тельств от твор­цов, кроме Глав­ного, от худож­ни­ков раз­ного плана, сви­де­тель­ству­ю­щих о том, что они чуть ли не отри­цают свое авторство.

Масса поэтов, кото­рые (ну про­сто это дикое коли­че­ство сви­де­тельств) гово­рят о том, что я проснулся ночью, что-то такое вроде бы напи­сал, не вполне уве­рен, что я вообще про­сы­пался, а потом утром они смот­рят на лист бумаги, на кото­ром напи­сано гени­аль­ное сти­хо­тво­ре­ние, и они в недоумении.

Такого много, что это такое – очень трудно ска­зать. Но науч­ным обра­зом я бы, пожа­луй, отве­тила так: вся­кие откры­тия и такие состо­я­ния каких-то интел­лек­ту­аль­ных или худо­же­ствен­ных про­ры­вов про­хо­дят не в ясном созна­нии, вот это мы знаем.

Они про­хо­дят в каком-то тумане таком, когда ты вообще ничего не кон­тро­ли­ру­ешь. И поскольку ты не кон­тро­ли­ру­ешь, то это вызы­вает вот ощу­ще­ние этих людей (я повто­ряю: этого много), что это кто-то дру­гой делал, что я только запи­сал, то есть как бы рука моя тянется к перу, а перо к бумаге, что назы­ва­ется, а кто пишет, кто автор-то?

Это очень слож­ные вопросы, и всё, что я сей­час ска­зала – это без мистики. Пони­ма­ете, когда гово­рят «муза при­хо­дила» или «муза меня поки­нула» – это не мета­форы, а в бук­валь­ном смысле, появи­лась и его рукой водила… Сло­вом, твор­че­ский про­цесс загадочен.

– Может ли мозг отды­хать во время чте­ния книг, или чте­ние – это нагрузка и работа?

– Если это чте­ние не гла­зами, а моз­гом. Потому что, если у вас какие-то про­блемы – напри­мер, вы что-то пере­жи­ва­ете, но при этом вы чита­ете, вы можете про­честь несколько стра­ниц, при этом вы будете их пере­ли­сты­вать, то есть гла­зами вы их про­чли, но моз­гом вы их не про­чли, то вы под пыт­кой не ска­жете, о чем сюжет.

То есть это было про­сто такое меха­ни­че­ское ска­ни­ро­ва­ние тек­ста – ну, про­сто как любой аппа­рат, про­сто гла­зами, и в этом слу­чае мозг вообще занят дру­гой рабо­той, то есть это профанация.

А если это насто­я­щее чте­ние, то я не знаю, как это назвать: рабо­той или отды­хом, то есть если мы читаем чудес­ную лите­ра­туру, то отдых ли это – я не уверена.

Я вообще не очень хорошо пони­маю, что такое отдых. И я не уве­рена, что мозг знает, что такое отдых, потому что это смена заня­тий, понимаете.

Что из этого явля­ется отды­хом, а что рабо­той – уж точно не фор­маль­ная дого­во­рен­ность, что когда я слу­шаю музыку, то это как был отдых. А вы с чего взяли, что это отдых – может быть, это гораздо более слож­ная работа, нежели реше­ние какой-нибудь мате­ма­ти­че­ской задачи, я вполне допус­каю такую вещь. Всё зави­сит от того, как слу­шать, и что вы дела­ете, пока вы слушаете.

– Явля­ется ли вред­ным или полез­ным чте­ние одно­вре­менно несколь­ких книг?

– Я думаю, это зави­сит от дан­ного чело­века, точно нет ответа, точно «да» или точно «нет», вот такого ответа нет.

Это кто к чему при­вык, я бы так ска­зала, вот я все­гда читаю несколько книг одно­вре­менно – и науч­ных (что отдель­ная исто­рия), и даже худо­же­ствен­ных, я могу парал­лельно читать несколько книг, и я не знаю, честно говоря, хорошо это или плохо. Может быть, даже и плохо, но я так привыкла.

– Вы ска­зали, есть раз­ница в чте­нии науч­ной и худо­же­ствен­ной лите­ра­туры – в чем разница?

– Раз­ница в том, какую вы себе ста­вите цель, потому что если в науч­ной книге – если это не фило­соф­ская книга, и не какой-нибудь очень слож­ный обзор, кото­рый раз­би­рает под­ход к каким-то про­бле­мам, а это как бы тех­ни­че­ская вещь, то тогда моя, соб­ственно, цель при чте­нии этой ста­тьи или книги – выяс­нить, что чело­век делал, каким спо­со­бом делал, что получил.

То есть у меня тех­ни­че­ски отно­си­тельно про­стые – они, конечно, совсем не про­стые, но отно­си­тельно про­стые задачи. А если я читаю худо­же­ствен­ную лите­ра­туру – там огром­ное коли­че­ство пластов.

Мы же не читаем для сюжета, это вот как раз ровно то, что сей­час в шко­лах стали делать по всему миру, а именно дай­джест с «Пре­ступ­ле­ния и нака­за­ния». То есть в чем смысл: кто ста­рушку хлоп­нул, так ска­зать. Нет, в чем задача?

Если гово­рить про сюжет, то это точно и не Досто­ев­ский, и не Тол­стой, и не все эти гении. Они не писали для сюжета.

Сюжет там есть, и вы за ним сле­дите. Но вы также сле­дите – вот я, ска­жем, довольно часто смотрю фильмы раз­ных лет на тему Шер­лока Холмса. Не потому, что я не знаю этот сюжет – давно они у меня в печенке сидят.

Но мне инте­ресно, как они ходят, как они садятся, как они раз­го­ва­ри­вают, каким обра­зом раз­го­ва­ри­вает этот пер­со­наж и этот.

То есть у меня дру­гая задача, и она очень сложна. Поэтому вот если я делаю такого рода работу, то это очень слож­ная работа, и совер­шенно неважно, на какую тему фильм. Но это же пол­но­стью отно­сится к книге.

Отли­ча­ются ли эмо­ции в книге от реаль­ных – я счи­таю, что нет, и меня пора­жает вот что.

Что люди – вообще такие суще­ства, кото­рые в отли­чие от всех осталь­ных похо­жих наших сосе­дей по пла­нете живут в не мень­шей мере вот в такой вто­рой дей­стви­тель­но­сти, в таком вымыш­лен­ном мире, чем в реаль­ном мате­ри­аль­ном мире.

Мы с самого начала, как на свет появи­лись, начали созда­вать про­из­ве­де­ния искус­ства. И они для нас играют почему-то очень боль­шую роль. Мы пере­жи­ваем по поводу чего-то, что опи­сано в романе или в фильме еще больше, чем в реаль­ной жизни, или уж точно не меньше.

А если гово­рить про мозг, то я могу абсо­лютно твердо ска­зать, что мозгу все равно – он реально испы­ты­вает это что-то, или он об этом вспо­ми­нает, или он это выдумывает.

И, кстати говоря, эту пора­зи­тель­ную мысль выска­зала вовсе не я, а Иван Михай­ло­вич Сече­нов, и было это в конце девят­на­дца­того века, когда никто про это ничего знать не мог.

Не было томо­гра­фов, кото­рые у нас сей­час есть, и кото­рые с лег­ко­стью зафик­си­руют, если я очень сильно пере­жи­ваю, а при этом ничего не про­ис­хо­дит, то есть это мое внут­рен­нее переживание.

Напри­мер, я вспо­ми­наю какой-то там спек­такль или сюжет какой-то очень мощ­ной книги – вот томо­граф зафик­си­рует такую же моз­го­вую актив­ность, как если бы это про­ис­хо­дило на самом деле.

Но Сече­нов этого не мог знать. Поэтому он гений.

Только с помо­щью книг интел­лект и раз­ви­ва­ется – или с помо­щью чего-то ана­ло­гич­ного, а именно хоро­ших и умных раз­го­во­ров с умными людьми.

Интел­лект раз­ви­ва­ется с помо­щью пере­ра­ботки той интел­лек­ту­аль­ной инфор­ма­ции, кото­рая посту­пает в ваш мозг из любых источ­ни­ков. Когда я гово­рила «любых», я имела в виду, что это может быть зри­тель­ная инфор­ма­ция – это может быть слу­хо­вая, это может быть танец.

Ну, конечно, книга – глав­ный игрок, о чем гово­рить. Важ­нее книги ничего нет в нашей цивилизации.

Даже если эта книга пере­ста­нет шур­шать стра­ни­цами, так ска­зать, а будет воз­ни­кать в виде пик­се­лей, то она от этого не пере­ста­нет быть книгой.

Хотя, повто­ряю, что каса­ется меня, то мой выбор одно­знач­ный – я читаю книгу как книгу. Как при­выкли читать, так и будем читать. Чем она ста­рей, тем мне лучше. Каж­дый делает свой выбор…»

Источник