как снимали индиана джонс и храм судьбы

Как снимали индиана джонс и храм судьбы

Спилберг: «Когда мы с Джорджем Лукасом на Гавайях вместе принимали решение о съемках «Индианы», он сразу сказал мне, что если я дам согласие на съемки первого фильма, то мне нужно будет снять три фильма, потому что у него есть сразу три сюжета. Позднее выяснилось, что никаких сюжетов не было, мы их потом придумывали на ходу. Но когда прошло две недели после выхода первого фильма на экраны, нам уже было ясно, что надо приниматься за работу над продолжением».

Действительно, такой успех нужно было развивать, ведь отважный археолог моментально завоевал сердца миллионов, сделав первый фильм трилогии суперхитом мирового масштаба. Так что нет ничего удивительного в том, что Лукас и Спилберг с таким энтузиазмом принялись за работу над вторым фильмом из серии. Примечательно, что во вторую картину, которую назвали «Индиана Джонс и Храм Судьбы», вошли все те идеи, которые первоначально были придуманы для первого фильма.

Лукас: «Сценарий был переполнен трюками, шутками, ситуациями, которые никакой фильм просто не смог бы вытянуть. Но мы все же смогли сполна реализовать все это в «Храме судьбы»».

Джордж Лукас задумал «Храм судьбы» как мрачный, темный фильм, подобно тому, как «Империя наносит ответный удар» была темным продолжением первого фильма «Звездных войн». Отсюда и культ кровавой богини Кали, тесно связанный с черной магией и человеческими жертвоприношениями… Как раз в это время Лукас разводился со своей женой Марсией и очень тяжело переживал этот момент, так что ничего удивительного нет в том, что это наложило такой отпечаток на его творчество: «Империя наносит ответный удар» и «Храм судьбы», действительно, во многом мрачны и трагичны.

Исполнитель главной роли Харрисон Форд тренировался в спортзале по три часа в день, чтобы привести себя в нужную форму: в фильме предполагалось немало сцен, в которых должны были быть хорошо видны мускулы Индианы, так что актер не жалел сил. В результате он нарастил более десяти фунтов мышц, и выглядел в фильме на все сто.

Немаловажной была роль девушки Индианы. Спилберг хотел снова использовать типаж Мэрион, поскольку он ему очень нравился, но Лукас настоял на том, чтобы девушка была новая, так что Спилберг начал прослушивание претенденток. Его выбор пал на актрису Кейт Кэпшоу (с которой у него завяжутся близкие отношения, и на которой он позднее женится). Кейт прекрасно справилась с ролью Вилли Скотт.

Спилберг: «Из всех претенденток Кейт была единственной, кому, в сущности, не пришлось играть вовсе: она просто сама по себе была той самой девушкой, которую мы с Джорджем придумали для фильма. Совпадение было абсолютным. Мы даже не раздумывали».

Примечательно, что картину решили начать с музыкального номера (идея Лукаса), в котором Вилли поет песню в окружении танцовщиц. Спилберг раньше никогда не снимал мюзиклы, это был для него совершенно новый опыт, но все получилось блестяще. При помощи профессионального хореографа Дэнни Дэниелса, который участвовал в постановке самых популярных мюзиклов того времени, у Спилберга получился просто образцовый номер в исполнении Кейт Кэпшоу. Актриса пела сама (у нее обнаружился прекрасный голос) и ее пластика была не хуже, чем у любой звезды музыкальных номеров Бродвея.

Коротышка, маленький друг Индианы, был не менее важной частью сценария этого фильма, чем сам Индиана – этот персонаж во многих сценах играл прямо-таки решающую роль. Жизненно важно было найти юного актера, который бы идеально соответствовал требованиям. Специалисты по кастингу отправились по школам в поисках мальчика с азиатской внешностью, и 12-летний Ки Кван стал для них бесценной находкой. А ведь он даже не собирался участвовать в кастинге – он только привел своего младшего брата. На Ки сразу обратили внимание – настолько ярким и колоритным был этот мальчуган.

Харрисон Форд: «Он был прирожденный актер, очень яркий и естественный, он всей душой верил в то, что делал. Работать с этим мальчишкой было одно удовольствие».

Действие «Храма судьбы» разворачивалось в Индии, и сначала съемки было решено проводить именно в этой стране. Продюсер Роберт Уоттс вылетел в Индию, и нашел там идеальные локации для съемок всех важнейших планов, а особенно ему понравился Янтарный дворец в Джайпуре, который прекрасно подошел бы для фильма в качестве Дворца махараджи.

Увы – переговоры с правительством зашли в тупик… Это оказалось огромной проблемой – индийцы затребовали все материалы по фильму, и дошли до того, что потребовали от американских продюсеров… изменить сценарий! Дело в том, что индийцы очень чувствительны к критике своей страны со стороны иностранцев, так что их совершенно не устраивали все эти дети, занимающиеся рабским трудом, кровожадные жрецы, вырывающие сердца и прочее. О съемках в Индии можно было забыть – невероятное количество времени и сил было потрачено впустую. Уоттс вылетел в Шри-Ланку и нашел все нужные локации в этой стране. Правительству Шри-Ланки было глубоко плевать на сценарий и прочее… Дворец махараджи был в итоге добавлен на общем плане при помощи спецэффектов и комбинированных съемок, а интерьеры и внутренние дворы просто построены декораторами в Англии. Вышло дорого, но на сей раз авторов никто не стеснял, так что они могли снимать спокойно.

Недалеко от города Канди в Шри-Ланке была построена деревня – как раз там, где в 57-м Дэвид Лин снимал свой эпический фильм «Мост через реку Квай». Спилберг был большим поклонником этого фильма, поэтому он и выбрал это место. К съемкам широко привлекалось местное население – очень верный ход, потому что никакой грим не сделал бы американских актеров настолько колоритными. Проблема заключалась в том, что сингальцы не говорили по-английски вообще – то есть, не знали ни слова. Так что режиссеру приходилось произносить их текст, и они повторяли слова, совершенно не понимая, что произносят. Так были сняты сцены со старейшиной деревни, и они заняли много часов бесконечных дублей…

Спилберг: «В этой сцене старейшина делает такие большие паузы между словами, потому что в эти моменты он слушал, что я говорил ему, и повторял мои слова. Никогда раньше, и никогда потом я такого не делал».

Как и в первом фильме, в сценарии присутствовали змеи. Много змей. В частности, там была сцена, в которой Вилли буквально окружена ими. Кейт Кэпшоу, которая не очень-то внимательно читала сценарий, была в шоке, узнав, что ей придется делать эту сцену, потому что змей она боялась панически. Бледная до синевы Кейт мужественно пыталась исполнить свою роль, но несколько раз буквально падала в обморок. Кончилось тем, что Спилберг выбросил из фильма эту сцену, и зрители ее так никогда и не увидели (но в качестве компенсации Стивен заставил Кейт сниматься с насекомыми, что было для нее едва ли не страшнее змей). Тем не менее, в сцене, где Вилли хватает рукой змею, которая обвивается вокруг ее шеи, Кейт сыграла с полным самообладанием… Змея была самая настоящая.

Сцены в подземелье снимали на студии в Лондоне. Декорации были более чем впечатляющими – начиная от камеры смерти с шипами, выдвигавшимися из стен и потолка, и заканчивая храмом богини Кали с колодцем, заполненным «лавой». Эффект лавы был создан при помощи сложного освещения и дымогенераторов, и он получился безупречным. Интерьеры дворца тоже были декорациями, созданными в лондонских студиях. Именно во время съемок в Лондоне с исполнителем роли Индианы Джонса Харрисоном Фордом случилось несчастье, которое поставило под угрозу весь проект.

Снимали сцену, в которой на Индиану нападает убийца, пока археолог отдыхает во дворце. Решили не использовать дублера, и Форд сам играл от начала до конца. И вот, во время одного из дублей, когда Индиана перебрасывает убийцу через себя, Харрисон Форд повредил спину. Один из позвонков оказался защемлен, да так, что Форд буквально превратился в инвалида – он с трудом мог ходить, и был даже не способен самостоятельно выбраться из кровати утром. Тем не менее, он мужественно пытался работать дальше, так что несколько сцен были отсняты, когда Форд еле двигался, и даже вошли в фильм. Но так не могло продолжаться – Спилберг видел, что с Харрисоном случилась настоящая катастрофа…

Лукас: «Я был в Штатах, когда это случилось. Стивен позвонил мне, и сказал: «Харрисон в очень плохой форме, я не знаю, что делать.» Я прыгнул в самолет и на следующее утро уже был в Англии. То, что я увидел, привело меня в ужас. Харрисон ел таблетки горстями, но все равно страдал от страшной боли в спине. На съемочную площадку его привозили в кровати, и буквально носили на руках – он не мог сделать ни шагу без посторонней помощи. Я немедленно принял решение прекратить работу. Я сказал: если придется закрыть проект – мы его закроем, но не будем продолжать такой ценой. На той же неделе Харрисон улетел со мной в Лос-Анжелес, где стал готовиться к операции. Съемки были остановлены».

Все застыли в ожидании: если доктора вынесут неутешительный вердикт, фильму конец – самые главные сцены еще не были сняты, и нечего было и думать завершить проект без Форда. Итоги операции на спине актера могли похоронить или воскресить картину, и все отчаянно надеялись на лучшее. Наконец, из Америки пришла радостная новость: операция прошла успешно и Харрисон полностью поправится. Но врачи были непреклонны: к работе можно вернуться спустя не менее полутора месяцев восстановительной терапии, а до тех пор о каких-либо нагрузках и думать нельзя. Тогда Спилбергу пришли на помощь дублеры Форда, хорошо знакомые по первому фильму трилогии.

Вик Армстронг, с таким успехом заменивший Харрисона Форда во многих сценах «Охотников за Ковчегом», снова прекрасно справился со своей задачей. Знаменитая драка Индианы с бородачом на транспортерной ленте, погоня в вагонетках, спуск на тросе над залом в шахте – все это сцены, в которых снимался не Харрисон, а Вик. На всех общих планах мы видим каскадера, а Форд появляется только на крупных планах, которые были сняты гораздо позднее.

Ки Кван в роли Коротышки обошелся без дублеров – мальчишка обожал фильмы с Брюсом Ли и Джеки Чаном, и буквально на лету схватывал все премудрости рукопашного боя, которым его обучал инструктор. Так что Ки успешно снялся во всех сценах, где его герой колошматит взрослых мужчин.

Во время съемки сцены, в которой Коротышка бьет палкой жреца, схватившего Вилли, лезущую в вагонетку, палка разломилась пополам, и отскочила Кейт Кэпшоу прямо в глаз, в результате чего получился синяк. Чтобы поддержать Кейт, вся съемочная группа нарисовала себе фингалы под глазами, и все ходили в таком виде, пока синяк не прошел.

Спилберг признавался, что в работе над «Храмом судьбы» было много спонтанного, некоторые идеи рождались прямо на съемочной площадке, и немедленно реализовывались. Но знаменитая сцена погони в вагонетках вынашивалась Спилбергом и Лукасом еще со времен работы над сценарием к «Охотникам за Ковчегом». Сцена должна была стать жемчужиной фильма – она потребовала массу усилий, комбинированных съемок, потрясающего сочетания миниатюрных моделей, изготовленных в студии Лукаса ILM в Америке (большая часть сцены сделана именно там), со съемками настоящих вагонеток, носившихся в павильонах студии в Англии.

Все помнят замечательную сцену с подвесным мостом. Съемочной группе очень повезло: буквально в двух шагах от города Канди в Шри-Ланке, недалеко от того места, где снимали деревню, крупная британская компания строила гидроэлектростанцию, перегородив живописную глубокую долину. Именно инженеры, строившие дамбу, и построили этот мост для киношников, радуясь, что могут поучаствовать в создании новой картины самого Спилберга, имя которого после «Челюстей», «Инопланетянина» и первого «Индианы» знал весь мир.

В основе моста были толстые стальные тросы, и он был очень прочным и безопасным, но Спилберг и оператор Дуглас Слокомб панически боялись заходить на него, и пережили немало мучительных минут, раскачиваясь над пропастью во время съемок важных сцен.

В момент, когда Индиана разрубал канаты мечом, и мост рвался пополам, использовали четыре пиропатрона, управляемых дистанционно, которые разрывали стальные тросы моста. Сцена была очень ответственной, поскольку трудно было рассчитывать на то, что будет построен еще один мост, если что-то пойдет не так. Поэтому к съемке готовились особенно тщательно, продумывая все до мельчайших подробностей. На мосту установили полтора десятка механических манекенов, изображавших солдат.

Уникальность этих манекенов состояла в том, что они… дергали руками и ногами в момент падения, создавая полную имитацию живых людей. Движения рук и ног падающих тел хорошо видны в фильме, и эти манекены создали потрясающую иллюзию реальности происходящего на экране. Каждый манекен был привязан тонким тросиком к мосту, и когда тросы рвались, и манекены падали вниз, тросики натягивались, и запускали механизмы движения рук и ног.

Сцена с падающим мостом стала самой напряженной для всей съемочной группы. Если бы что-то не заладилось, эти кадры, скорее всего, пришлось бы рисовать на студии ILM, потому что повторить съемку было просто невозможно. Но все прошло безупречно: пиропатроны сработали как надо, манекены падали максимально естественно, и восемь камер, направленных на мост с самых разных ракурсов, благополучно сняли материал, необходимый для сцены. Все вздохнули с облегчением. Теперь можно было возвращаться в Англию, и продолжить съемки в условиях студии, где было куда меньше посторонних факторов и досадных случайностей.

Все остальные кадры были сняты уже в Англии – включая те, в которых Индиана борется с Мола Рамом, вися на остатках моста на головокружительной высоте. На студии построили «каменную стену», на фоне которой и проводились съемки. Сцена, в которой Индиана, Коротышка и Вилли, спасаясь от потока, выбегают к обрыву, тоже снимались на студии, на высоте около двух метров…

На последнем этапе производства были добавлены спецэффекты от студии ILM – самая совершенная на тот момент компьютерная анимация, которая позволила создать и ощущение высоты, и полет злобного жреца в пасти аллигаторов. В конце 83-го все кадры были отсняты, и авторы приступили к монтажу и озвучке, чтобы выпустить фильм на экраны в 84-м.

Сегодня это кажется странным, но критика ругала фильм почем зря, упирая на то, что Спилберг «скатился к жанру ужасов».

Фильм получился гораздо мрачнее первой части «Индианы», получив рейтинг PG-13 (дети до 13 лет не допускаются), и в этом не было ничего удивительного – все эти вырывания сердец и погружения в лаву, детское рабство и страшные язычники, действительно, не очень-то вписывались в образ детского кино. Но Лукас и Спилберг пошли на это намеренно.

Лукас: «Мы не хотели снять «Охотников за Ковчегом» номер два. Это должен был быть фильм совершенно оригинальный, уникальный в своем роде. Я думаю, у нас в итоге получилось мрачнее, чем мы рассчитывали с самого начала. Но когда вы посередине съемочного процесса, и понимаете, что у вас получается нечто выдающееся, вы не думаете о рейтингах. Вы просто делаете фильм».

Время все расставило по своим местам – «Храм Судьбы» получил столь же восторженный прием, что и предшественник, моментально став самым кассовым фильмом года, получив Оскар за спецэффекты, и навеки став одним из лучших приключенческих фильмов всех времен. Лукас и Спилберг праздновали полную и безоговорочную победу. Появление третьего фильма про храброго археолога было всего лишь вопросом времени…

Харрисон Форд: «Мрачность только пошла фильму на пользу – он превзошел ожидания всех зрителей, пришедших на просмотр, а именно этого мы все и добивались. Он был круче, чем все могли себе представить».

Источник

А платье съел слон / «Индиана Джонс и Храм судьбы» (1984)

Художники по костюмам в кино могут рассказать немало комических и трагических случаев со съемок, но не все из них могут похвастать тем, что главное платье актрисы съел слон. Именно это пришлось написать Энтони Пауэллу в заявлении на страховую выплату. Но сначала нужно было спасти съемки.

«Индиана Джонс и Храм судьбы» (1984) – гораздо более мрачный фильм, с элементами хорора. Это связано отчасти с тем, что Джордж Лукас, автор сценария, тогда разводился. Он же настоял, чтобы главному герою выдали новую подружку, в то время как Стивен Спилберг, режиссер, хотел снимать актрису из первого фильма – Карен Аллен.

Роль певицы, названной в честь собаки Спилберга, получила Кейт Кэпшоу, которая осветлила волосы для роли. Герой Харрисона Форда носил имя собаки Лукаса, а Коротышка (Джонатан Ке Кван) — собаки Уилларда Хайка и Глории Кац, со-сценаристов фильма.

«- Я думала, что археологи — коротышки, которых интересуют только мамии.
— Мумии.»(с)

Эстафету Деборы Надулман, которая вместе со Спилбергом придумала костюм Индианы в первом фильме, принял Энтони Пауэлл, к тому времени трехкратный обладатель Оскара. И несмотря на то, что фильм задумывался мрачным, костюмы должны быть подчеркнуто красочными и яркими, все-таки действие разворачивается в колоритной Азии.

Для Вилли Скотт он придумал роскошное красно-золотое платье ципао с соблазнительным вырезом на спине. Сшила его Барбара Матера, дизайнер из Нью-Йорка.

Скетчи Энтони Пауэлла

«Оно все было расшито бисер и пайетками 1920-30-х гг, которые Барбара собирала годами, — рассказывает Пауэлл. — При этом пайеток хватило только на одно платье. Казалось, в этом не было ничего страшного, ведь по сценарию платье появлялось только 1 раз. А потом, как это часто бывает, сценарий изменили. Вместо того чтобы сначала снять эту сцену, мы отправились в Шри-Ланку, а этот эпизод снимали последним, уже после возвращения. И самым волнительным моментом была ночь съемок. Мы снимали сцену с Харрисоном Фордом и Кейт, когда они сидят перед костром, а платье висело на ветке прямо за ними. Итак, идут съемки. Вдруг я оборачиваюсь и вижу, как мое платье поедает какой-то слон. Он съел всю спину платья. Поэтому, когда мы вернулись в Англию, чтобы снимать сцену, когда Кейт появляется в дорогом роскошном платье, Барбаре Матере пришлось прилететь из Нью-Йорка с бисером и пайетками, чтобы восстановить платье для Кейт Кэпшоу. А мне пришлось писать заявление о возмещении в страховую компанию, где в графе «причина ущерба» я не придумал ничего лучше, чем честно признаться «платье съел слон»».

Милая, мы купим новые пайетки и все починим, не переживай!

Дополняют образ Вилли двухцветные перчатки, также расшитые бисером, цветы-сережки и цветы-шляпка, золотые танцевальные босоножки. Когда пришло время снимать сцену в клубе, появилась еще одна проблема.

«Костюм оказался очень тесным. Я не могла танцевать, и все мои репетиции пошли прахом. Я была сильно разочарована», — рассказывает Кейт Кэпшоу, которая сама пела песню на северокитайском языке. Кстати, в 1991 году актриса вышла замуж за Стивена Спилберга, и они до сих пор в браке.

Индиана Джонс, который весь первый фильм проходил в кожаной куртке и фетровой шляпе, в «Храме судьбы» появляется в новом для себя амплуа плейбоя. Энтони Пауэлл использовал образ его экранного отца – Шона Коннери, который, играя Джеймса Бонда, в фильме «Голдфингер» (1964) надевает под акваланг белый смокинг, а в ресторане вставляет в петлицу красную гвоздику. А еще Пауэлл процитировал сам себя, в фильме «Зло под солнцем»

Костюмы Вилли и Инди из клуба выставлялись в рамках выставки большой выставки «Indiana Jones and the Adventure of Archaeology»
Фото костюмов можно посмотреть в альбоме jawajames.

Карен Аллен и ее платье из «Утраченного ковчега», Кейт Кэпшоу и ее ципао из «Храма судьбы», Элисон Дуди и ее костюм из «Последнего крестового похода»

Поделиться «А платье съел слон / «Индиана Джонс и Храм судьбы» (1984)»

Источник

Любимое кино. Индиана Джонс и Храм судьбы

Мать Кали! Мать Кали, дай нам силу!

Сбежав из Шанхая и попав в Индию, знаменитый археолог и его спутники – маленький китайский мальчик и американская певица – находят приют во дворце местного махараджи. Там они обнаруживают тайный ход, ведущий в подземную пещеру, где проводит свои обряды тайный культ богини Кали. Притаившись у входа, герои в ужасе наблюдают обряд человеческого жертвоприношения. Когда стражники выводят приговоренного к смерти и закрепляют его в стальной клетке, верховный жрец медленно подходит к нему и успокаивающе произносит: «Мать Кали жаждет жертву. Мать Кали даст нам силу». Затем он вздымает руку к статуе богини и провозглашает: «Мать Кали! Мать Кали, дай нам силу!» Продолжая читать заклинание, он подносит руку к груди приговоренного… и вырывает ему сердце. Рана чудесным образом затягивается, а жрец поворачивается к последователям культа и, вздымая над головой руку с еще бьющимся сердцем, восклицает: «Его жизнь у меня в кулаке!»

Когда Стивен Спилберг и Джордж Лукас трудились над фильмом «В поисках утраченного ковчега», они условились, что снимут три, а то и четыре картины о героическом археологе Индиане Джонсе. Если, конечно, первая окажется успешной. Лукас так на этом настаивал, что его напарник решил, будто создатель «Звездных войн» уже придумал сюжеты для всех серий «Джонса» (так же как он заранее придумал сюжеты для всех эпизодов «Войн»). Но когда «Ковчег» стал хитом, выяснилось, что Лукас понятия не имеет, в какое новое приключение отправить персонажа Харрисона Форда. Однако соавторов это не остановило. Уже через три года после первого фильма, в 1984 году, они выпустили вторую ленту цикла – «Индиана Джонс и Храм судьбы».

Спилберг и Лукас решили снимать «Ковчег», когда были вне себя от счастья от успеха «Звездных войн» и «Близких контактов третьей степени». В 1982 году, когда началась работа над второй лентой о Джонсе, оба режиссера были куда более успешными и богатыми, чем в 1977 году. Но счастьем от них и не пахло.

Кадр из фильма «Индиана Джонс и Храм судьбы»

Лукас в то время был совершенно раздавлен разводом с его женой Маршей, монтажером всех картин режиссера (Марша Лукас получила «Оскар» за монтаж первых «Звездных войн»). Они поженились в 1969 году и прошли вместе огонь, воду и медные трубы, но не выдержали испытания бездетностью. В 1981-м они удочерили новорожденную девочку, которая получила имя Аманда, однако чашка была уже разбита, и склеить ее не удалось. Год спустя супруги развелись, повергнув в шок всех знакомых – особенно Спилберга, который говорил, что Лукасы вселяют в него веру в семейное счастье.

У Спилберга в то время были и другие, куда более серьезные проблемы. Во-первых, он расстался с Кэтлин Кэри, экспертом Warner Music по поиску начинающих музыкальных талантов. Спилберг и Кэри прожили вместе три года, и режиссер долгое время верил, что эти отношения перерастут в полноценную семейную жизнь.

Во-вторых, 23 июля 1982 года во время съемок фильма «Сумеречная зона» на актера Вика Морроу и двух маленьких детей рухнул вертолет (машина, летевшая на малой высоте, была повреждена пиротехническим взрывом). Все трое погибли. Спилберг над злополучным фрагментом не работал, но он был одним из режиссеров и продюсеров картины. Так что, когда родственники погибших подали в суд, постановщик был одним из соответчиков. В итоге присяжные оправдали голливудцев, но для Спилберга это все равно было колоссальное потрясение.

Кадр из фильма «Индиана Джонс и Храм судьбы»

Как это обычно бывает с трудоголиками, соавторы сбежали от напастей в работу, но придумывать легкомысленное кино в их душевном состоянии было невозможно. Поэтому Спилберг и Лукас решили, что новый фильм о Джонсе будет мрачным – не таким мрачным, как экзистенциальные драмы, но куда более жестким, чем «Ковчег». Также они быстро договорились, что вторая картина будет не сиквелом, а приквелом, и что в ней будет новая спутница Джонса и новые принципиальные противники – вместо соответственно Мэрион и нацистов. В отличие от прочих создателей продолжений, Спилберг и Лукас ни в коем случае не хотели повторяться и предлагать зрителям нечто ожидаемое. За исключением, разумеется, главного героя.

Сочиняя в конце 1970-х сюжет «Ковчега», соавторы придумали несколько ярких сцен, которые не были использованы в фильме. В частности, они планировали включить в картину китайских злодеев и китайского положительного персонажа – в честь популярного в Америке 1930-х книжного и экранного детектива Чарли Чана, сотрудника гавайской полиции (чем хуже становились отношения США с Японией, тем лучше американцы относились к китайцам). Спилберг и Лукас вспомнили об этом, когда начали работать над второй лентой. Какое-то время они подумывали полностью посвятить фильм Китаю и легенде о царе обезьян Сунь Укуне. Но организовать съемки у Великой китайской стены в то время было невозможно, и соавторы от этого плана отказались.

Кадр из фильма «Индиана Джонс и Храм судьбы»

Не пошла в дело и придуманная Лукасом история о шотландском замке с привидениями, которая показалась Спилбергу слишком похожей на только что спродюсированный им «Полтергейст». Однако размышления о мрачном сооружении с потусторонней «начинкой» навели соавторов на мысль позаимствовать сюжетную идею у голливудского приключенческого хита 1939 года «Ганга Дин». Он был основан на произведениях Редьярда Киплинга и повествовал, помимо прочего, об индийских фанатиках-тугах, которые в тайном храме поклоняются кровожадной богине Кали.

Вероятно, Спилберг и Лукас знали, что туги – вполне реальная индийская секта, свирепствовавшая в колониальной Индии и уничтоженная британцами в XIX веке, – были скорее жестокими бандитами, чем религиозными фанатиками. Они чаще грабили торговые караваны, чем размышляли о высоком. Не было ничего экзотического и в преклонении тугов перед богиней Кали. Ведь, хотя Кали может восприниматься как воплощение разрушительной энергии и смерти, индусы видят в ней богиню-заступницу, яростно сражающуюся с демонами за тех, кто ей дорог. Поэтому ей молятся самые разные люди, и туги, скорее всего, просто следовали общерелигиозной традиции, а не придумали для себя какое-то особое поклонение Кали.

Кадр из фильма «Индиана Джонс и Храм судьбы»

Однако какое это имело значение для цикла, где в первой серии библейский Ковчег Завета уничтожил целый отряд нацистов? Тайный храм, древний культ, человеческие жертвоприношения (о тугах ходили слухи, что они убивают караванщиков во имя Кали), экзотическая страна с роскошной природой и живописными зданиями – все это было слишком эффектно, чтобы Спилберг и Лукас отказались от такого сюжета во имя достоверности. Даже несмотря на то, что сценарий надо было строить вокруг малоизвестных на Западе артефактов – камней-лингамов, напоминающих по форме фаллос и символизирующих мощь бога Шивы (лингамы часто используются как «иконы» Шивы в индуистских храмах).

Лукас, правда, позднее все же пожалел, что не выбрал для ленты прославленный в Штатах артефакт. Но в то время полностью переписать сценарий было уже невозможно. Чтобы решить эту проблему, соавторы решили, что Джонс будет прежде всего спасать украденных и порабощенных тугами детей. Что, конечно, куда моральнее и героичнее, чем очищение древних гробниц от уникальных вещиц.

Сосредоточив картину на Индии и тугах, соавторы все же не забыли о Китае. Они сочли, что действие должно начаться в Шанхае (пару уличных сцен можно было снять без долгой экспедиции в Поднебесную), а затем перенестись на родину индуизма. Пусть Индиана Джонс и его спутники перепрыгнут из огня да в полымя – спасутся от китайских бандитов и попадут в подземный храм с раскаленной лавой и человеческими жертвоприношениями! Это будет и мрачно, и увлекательно, и непредсказуемо. Особенно для тех, кто не видел «Ганга Дина».

Кадр из фильма «Индиана Джонс и Храм судьбы»

Кто именно должен был сопровождать бравого археолога? Молодой отец Лукас хотел, чтобы вместе с героем странствовала маленькая девочка – спасенная Джонсом принцесса из экзотического края. Однако Спилберг убедил коллегу, что зрители не поймут, если картина заставит малышку наблюдать человеческие жертвоприношения. Так что принцессу заменили бойким китайским пареньком, который рано осиротел и подружился с Джонсом после неудачной попытки обчистить его карманы. После жизни на улицах Шанхая индийские туги для такого героя были на один зуб! Ну, или на два зуба.

Что до второго спутника Джонса, взрослой и привлекательной американской певицы, которую герой случайно «подцепил» во время побега из Шанхая, то этот образ задумывался как противоположность Мэрион. Соответственно, Вильгельмина «Вилли» Скотт, названная в честь собаки Спилберга (напомним, Индиана Джонс был назван в честь собаки Лукаса), получилась наивной, визгливой, гламурной и зацикленной на деньгах блондинкой. Даже если не знать обстоятельства создания фильма, можно догадаться, что соавторы незадолго до начала работы пережили тяжелые разрывы с любимыми женщинами. Хотя считать Вилли женоненавистнической карикатурой, как это иногда делают пишущие о картине феминистки, было бы неверно. Прежде всего, она зеркальное отражение Мэрион. И довольно обаятельное отражение, при всех его недостатках.

Кадр из фильма «Индиана Джонс и Храм судьбы»

Придумав основную сюжетную линию, соавторы пришли с ней к сценаристу «Ковчега» Лоуренсу Кэздану, но тот отказался работать над фильмом, в котором ребенок видит жертвоприношение. К счастью, супруги-сценаристы Уиллард Хуйк и Глория Кац, некогда написавшие вместе с Лукасом «Американские граффити», были не столь щепетильны. И они, в отличие от Кэздана, многое знали об Индии, так как изучали ее, бывали там и коллекционировали индийское искусство. Так что отказ сценариста пошел фильму только на пользу.

Помимо прочего, Хуйк и Кац придумали прозвище для маленького героя картины, позаимствовав кличку Коротышка у своего пса. Таким образом, все три ключевых персонажа получили «собачьи» имена. Фильм изначально был назван «Индиана Джонс и Храм смерти», но вскоре его переименовали в «Индиана Джонс и Храм судьбы», чтобы сделать заглавие внушительнее. Сцены открывающего картину побоища в шанхайском ресторане, катастрофы самолета во время побега из Китая и кульминационной подземной гонки на вагонетках были основаны на эпизодах, придуманных для «Ковчега», но вычеркнутых из его сценарной разработки.

Всего на сочинение сценария ушло восемь месяцев. За это время были подготовлены два черновика и чистовик. Лукас часто подгонял сценаристов, так как чувствовал, что Спилберг, у которого в то время был миллион всевозможных замыслов, может «смыться» в другую картину. Когда текст был завершен и Спилберг подтвердил, что лично поставит фильм, студия Paramount выделила ему внушительный 28-миллионный бюджет – на 10 миллионов больший, чем бюджет «Ковчега».

Кадр из фильма «Индиана Джонс и Храм судьбы»

Хотя роль Вилли не была воплощением феминистских идей, голливудских старлеток это не смущало. Они буквально ломились в объятья Харрисона Форда. Одной из более чем 100 актрис, претендовавших на эту честь, была в то время почти неизвестная Шэрон Стоун. Она прошла в финал кастинга, и это помогло ей получить главную роль в снимавшемся чуть позже фильме «Копи царя Соломона» (1985). Но для Спилберга существовала лишь одна кандидатка. Он сразу обратил внимание на уроженку Техаса Кейт Кэпшоу, бывшую модель и бывшую школьную учительницу, у которой в то время почти не было ролей, зато было море энергии и обаяния. Когда Спилберг показал пробу Кэпшоу Харрисону Форду, тот согласился с выбором режиссера, и девушка получила работу.

Найти Коротышку оказалось еще сложнее. Мальчиков-монголоидов в мире буквально не счесть, и на эту роль претендовали шесть тысяч (!) ребят, проходивших пробы в нескольких странах. В итоге победил уроженец Сайгона Джонатан Ке Куан, мальчик из вьетско-китайской семьи, родители которого сбежали в США после окончания Вьетнамской войны. Как это иногда бывает, Куан изначально не собирался участвовать в пробах. Он пришел на студию лишь для того, чтобы морально поддержать брата. Однако он так уверенно командовал родственником, что впечатлил Спилберга своим напором, и режиссер попросил Джонатана и Форда сымпровизировать сцену, в которой Коротышка обвиняет Джонса в карточном мошенничестве. Когда Куан справился с заданием, прочие претенденты ушли несолоно хлебавши, а придуманная актерами и режиссером сцена вошла в фильм – естественно, в отшлифованной версии.

Напротив, звезд на ключевые индийские роли долго искать не пришлось. Спилберг просто позаимствовал двух исполнителей из эпического байопика «Ганди» режиссера Ричарда Аттенборо. Главным злодеем фильма, верховным жрецом тугов по имени Мола Рам, стал Амриш Пури, популярнейший болливудский создатель злодейских образов. Премьер-министра же Чаттара Лала, покрывающего преступления тугов, сыграл британец индийского происхождения Рошан Сет. У Аттенборо он изображал Джавахарлала Неру, первого премьер-министра Индии после ее освобождения от британского колониального правления.

Кадр из фильма «Индиана Джонс и Храм судьбы»

Если Сет, который никогда не был особенно востребованным актером, легко согласился на участие в «Храме», то Пури, параллельно задействованный в двух десятках (!) индийских картин, с огромным трудом выкроил время для съемок и согласился на это лишь после того, как Аттенборо убедил его помочь Спилбергу. Зато, решившись, болливудец пошел до конца – не только сыграл, возможно, самую зловещую роль в своей карьере, но и обрил ради «Храма» голову. Новая прическа так ему понравилась, что после этого Пури волосы уже не отращивал.

В отличие от Сета, Пури и еще нескольких работавших над фильмом индийцев, индийское правительство отказалось поддерживать «Храм». Чиновники резонно заметили, что Спилберг и Лукас выставляют Индию варварской страной с чудовищными религиозными практиками. Нашлись у них и другие претензии – их не устроило даже использование в сценарии титула «махараджа». Поняв, что с индийцами каши не сваришь, отвечавший за организацию съемок продюсер Роберт Уоттс и многоопытный британский художник-постановщик Эллиот Скотт (он сменил своего ученика Нормана Рейнольдса, работавшего над «Ковчегом», но во время создания «Храма» занимавшегося «Возвращением джедая») посоветовали Спилбергу перенести натурные съемки на остров Шри-Ланка. Там можно было найти все необходимые для индийских сцен пейзажи, кроме вида на замок махараджи (этот фрагмент пришлось создавать с помощью декораций и спецэффектных ухищрений). Шриланкийцы не возражали против использования их джунглей для «наезда» на Индию, а Спилберг был счастлив поработать в тех краях, где Дэвид Лин снимал блистательную военную драму «Мост через реку Квай». В свою очередь, дублером Шанхая стал Макао, который в 1980-х еще контролировался португальцами.

На съемочной площадке фильма «Индиана Джонс и Храм судьбы»

Если в «Ковчеге» Индиана Джонс ходил одетый, то в «Храме» археологу предстояло неоднократно обнажать торс. Поэтому Форд перед началом съемок как одержимый занимался в «качалке» под наблюдением фитнес-тренера Джейка Стейнфилда, дяди ныне известной актрисы Хейли Стейнфилд из «Железной хватки» и «Ромео и Джульетты». Актер продолжил постоянно тренироваться и после того, как приехал в Шри-Ланку. Продюсеры смогли найти для него устаревший, но все же подходящий для наращивания мускулатуры спортзал.

Учтя ошибки, допущенные во время съемок «Ковчега», продюсеры организовали для всей группы привозное европейское питание, и во время экспедиции в Шри-Ланку никто из американцев и британцев животом не мучился. Форд, однако, все же пострадал. Он сам настоял на том, чтобы в фильме были слоны, но езда на них разбередила его давнюю травму спины, и чем дольше продолжались съемки, тем хуже ему становилось.

Туго пришлось и Кейт Кэпшоу. Актриса панически боялась змей, а в Шри-Ланке она должна была сыграть в сцене, где ее обвивает питон. И звезда, и змея (точнее, ее дрессировщики) долго готовились к этим съемкам, но завершить их не смогли. Всякий раз, когда Кэпшоу прикасалась к питону, она теряла самообладание. В конце концов Спилберг смилостивился и сказал девушке, что не будет заставлять ее играть в обнимку с питоном, но после этого фиаско она уже точно не отвертится от задуманной режиссером сцены с жуками. Кэпшоу оставалось лишь покорно кивнуть.

Напротив, техника, не раз подводившая Спилберга в его ранних лентах, в Шри-Ланке сработала как часы. Инженеры британской компании, сооружавшей на острове плотину, спроектировали и построили для «Храма» подвесной мост через пропасть – внешне шаткий, но на деле исключительно надежный (внутри веревочных канатов были стальные тросы). Правда, режиссер из-за своего страха высоты отказывался далеко заходить на мост, и он объезжал пропасть на машине, если ему надо было перебраться на другую сторону каньона. Форд же с готовностью снимался в любой точке сооружения.

Не доставили режиссеру особых проблем и шри-ланкийские актеры. Если не считать того, что индийские зрители потом жаловались, что массовка говорит не на хинди, а на сингальском языке. Трудности возникли лишь с исполнителем роли деревенского старейшины, который отправляет героев на поиски украденного из деревни чудесного лингама. Актер ни слова не знал по-английски, и он как попугай бездумно повторял за Спилбергом свои реплики. Именно поэтому старейшина в фильме делает длинные паузы. Актер во время них слушал и запоминал слова режиссера.

К счастью для бюджета постановки, над картиной работал каскадер Вик Армстронг, бесстрашный и блистательный мастер своего дела, который со спины был очень похож на Форда. Спилберг не раз путал актера и его дублера, а Форд шутил, что если они с Армстронгом ночью придут домой друг к другу, то их жены не заметят разницы. Воспользовавшись этим, режиссер, пока актер лежал в больнице, снял существенную часть экшен-сцен. Так что, хотя Форд в свои лучшие годы сам исполнял многие трюки, в «Храме» Армстронг на экране в большинстве кадров, где не видно лица звезды. Естественно, когда актер вернулся в Британию, Спилберг доснял крупные планы, чтобы смонтировать их с геройствами Армстронга.

Также во время «бесфордицы» режиссер создал открывающий картину музыкальный номер Вилли Скотт. Спилберг всегда мечтал поставить мюзикл, и Лукас, зная об этом, убедил соавтора, что он должен показать эту грань своего таланта в начале «Храма судьбы» – фильма, от которого зрители будут ждать чего угодно, но только не исполнения бродвейского хита Коула Портера Anything Goes на китайском языке. Кейт Кэпшоу намеревалась показать себя как в пении, так и в танце, но взятые ею уроки чечетки для роли не пригодились. Сшитое для Вилли бисерное платье было столь тесным, что танцевать в нем было невозможно.

Когда сейчас смотришь закадровые съемки этого фрагмента, легко замечаешь то, что в то время никто не признавал: Спилберг видел в Кэпшоу не только подчиненную. Их полноценный роман начался годы спустя, уже после того, как режиссер в 1985 году женился на своей давней возлюбленной Эми Ирвинг (они жили вместе в 1970-х, а потом на несколько лет разбежались). Однако романтическая искра между ними пробежала на съемочной площадке «Храма». Интересно, когда Спилберг впервые подумал, что, найдя актрису на роль Вилли Скотт, нашел для себя жену (вторую после Ирвинг)?

Но симпатия симпатией, а тошнотворную сцену с участием Кэпшоу и буквально миллиона жуков Спилберг все же снял. Он был готов на все, чтобы превзойти по кошмарности эпизод со змеями в «Ковчеге». Чтобы пережить эти жуткие съемки, актриса принимала успокоительные таблетки. При этом дрессировать или направлять насекомых было практически невозможно, и двуногим участникам съемок приходилось подстраиваться под своих многоногих подопечных. Которые, например, разбегались, когда на них направляли яркий свет.

Отличился отвратительностью и эпизод дворцового застолья. Индийцы его позднее критиковали чуть ли не чаще, чем фрагмент с жертвоприношением, потому что он создает впечатление, что «деликатесы» вроде охлажденного мозга обезьяны – реальные индийские блюда. Тогда как на деле едят все, что движется, не индийцы, а китайцы. А, например, живых угрей и вовсе есть нельзя, поскольку их кровь для людей ядовита. Спилберг изначально хотел подчеркнуть, что это не обычный пир, а провокация тугов, устроенная для того, чтобы отвадить иностранцев от посещения махараджи (чем чаще американцы и британцы бывают во дворце, чем проще им наткнуться на культ Кали). Но режиссер забыл это сделать, и эпизод получился хоть и эффектным, но оскорбительным для традиционно вегетарианской страны. Естественно, почти все внешне омерзительные блюда были сделаны из невинных ингредиентов вроде раскрашенного желе.

При всей сложности прочих фрагментов фильма, главным техническим вызовом для команды Спилберга стала, разумеется, гонка на шахтерских вагонетках. Даже самый большой павильон студии Elstree мог вместить лишь короткую круговую трассу, которую вагонетки на полной скорости проезжали за несколько секунд. А так как режиссер придумал сцену продолжительностью в несколько минут, то операторы для разных фрагментов по-разному освещали трассу (за счет перемещения софитов и смены светофильтров), чтобы казалось, что вагонетки переезжают из одного отрезка шахты в другой. Для эпизодов, где не нужно было показывать лица актеров, использовались спецэффектные съемки детальных и реалистичных миниатюр. Ныне трудно поверить, что эту сцену можно было создать без компьютерной графики!

Кадр из фильма «Индиана Джонс и Храм судьбы»

Если фрагмент с вагонетками был самым технически сложным, то заключительные сцены на мосту поставили рекорд по числу частей света, в которых они снимались. Эпизоды, в которых мост еще существует, создавались в Шри-Ланке. Сцены, в которых герои висят на скале на обрывках моста, снимались в Британии, и скала в них уже не настоящая, а бутафорская. Наконец, крокодилов, якобы пожирающих упавших тугов, операторы запечатлели во Флориде. Три части света – Европа, Азия и Северная Америка – для эпизода длиной в несколько минут!

Несмотря на сюжетную мрачность ленты, Спилберг поддерживал на площадке игривое, позитивное настроение. Поэтому далеко не все из участников съемок понимали, какое кино в итоге получится. Каково же было их удивление, когда Спилберг смонтировал финальную версию, где легковесные сцены соседствовали с поистине адскими эпизодами. Пусть и не слишком серьезными.

В шоке были и сотрудники MPAA, которым предстояло присвоить фильму прокатный рейтинг. Для «детского» рейтинга PG картина была слишком жесткой, а «взрослый» рейтинг R существенно сказался бы на сборах. Другому режиссеру пришлось бы перемонтировать ленту или объясняться со студийными финансистами. Но Спилберг после суперуспеха «Инопланетянина» был в Голливуде богом во плоти, и ради него MPAA ввела новый, «подростковый» рейтинг PG-13, который быстро вошел в моду и полностью изменил студийный подход к созданию блокбастеров. Так семейные проблемы Спилберга и Лукаса переписали историю кино.

Кадр из фильма «Индиана Джонс и Храм судьбы»

На волне предыдущих достижений Спилберга вышедший в конце мая 1984 года «Храм» с легкостью стал хитом и заработал 333 миллиона долларов при 28-миллионном бюджете. Тем не менее зрители и критики приняли фильм не так восторженно, как «Ковчег». Ленту упрекали за воспроизведение колониальных мифов об Индии, за визгливость Вилли Скотт, за запредельный для детского кино садизм… Но даже те, кому картина не понравилась, высоко оценивали ее драйв, юмор, головокружительный экшен и визуальную роскошь. Спецэффекты ленты были по праву удостоены «Оскара».

Споры о «Храме судьбы» продолжаются до сих пор, однако это не помешало сцене жертвоприношения войти в пантеон самых ярких голливудских сцен, а репликам Мола Рама пополнить рейтинг популярных цитат. Даже несмотря на то, что злодей произносит их на хинди и далеко не все поклонники фильма знают, что «Кали ма, шакти де!» переводится как «Мать Кали, дай нам силу!». Хотя догадаться о смысле слов «Кали ма» можно и без словаря. Спасибо родству индоевропейских языков!

Между прочим, хотя при просмотре фильма это трудно заподозрить, сердце из груди жертвы выдирает совсем не та рука, которая потом показывает сердце последователям культа. Снятые на студии Elstree эпизоды с участием Амриша Пути смонтированы с фрагментом, созданном на спецэффектной студии Джорджа Лукаса Industrial Light & Magic, и бутафорское сердце из бутафорской груди вырывает рука эксперта по спецэффектам Дэвида Сосаллы. Как и все остальное в фильме, кошмарное жертвоприношение – лишь мастерский обман. Который тем не менее вот уже тридцать лет поражает зрителей. И это лучшее доказательство того, что критики «Храма» недооценивают картину, когда ставят ее намного ниже предшественницы и последовательницы. Да, это спорная лента, но ничуть не худшая. Просто другая.

Источник