как заяц спас старику жизнь
Как заяц спас старику жизнь
Летающие звери запись закреплена
О том как заяц человеку жизнь спас.
Много дней кочевал я по Уралу. Однажды осенью привелось мне ночевать у знакомого старика на Урженском озере. Представьте себе, что в холодную ночь вы нашли приют в избушке рыбака. В избе тепло, чисто, а за окном стонет октябрьский ветер, который так ненавидит каждый рыбак!
Кажется, что на дворе яростно борются какие-то звери. С озера доносятся беспокойные всплески воли, слышатся какие-то стоны и шум сухого камыша. Утки зябнут, не могут успокоиться и всю ночь чего-то тревожатся.
Бедному моему Шарику сегодня неможется: он вертится, взвизгивает и по временам начинает лаять, как будто видит кошмарный сон.
В сенях спит заяц и стучит лапой по полу. Старик возится с самоваром, и мы усаживаемся пить чай. В избе пахнет смоляными шишками, на которых вскипел самовар (благо, места здесь еще не обезлесели).
Дело было так. Однажды, чуть забрезжило, дедушка пошел поохотиться и забрался в глубь леса. Идет он по чащобе и вдруг видит — дым, слышит — треск. Дед понял, что начинается лесной пожар. Порывы ветра гонят огонь с большой скоростью. Не выберешься из леса — погибнешь. Надо попытаться спастись. Старик бежит, спотыкается, ‘с трудом дышит. Приходится торопиться, так как пожар разрастается. Ветви елок колются, жалят, сучья на земле рвут сапоги, деревья рушатся. Старик сбивается с дороги, путается.
Вдруг выскочи из-под кустика зайчонок и бросься по дороге. Ноги у него опалены, бежит он тихо. Дед старается не отставать от зайца,
потому что знает: звери лучше человека разбираются в направлении огня и обычно спасаются.
Старик не ошибся: заяц вывел его из огня. Оба обессилели, едва дышали от усталости. И старик взял зайца к себе, вылечил его, и с тех пор живут они вместе.
Заячьи лапы — Паустовский К.
История про то, как заяц во время сильного лесного пожара спас жизнь деду. У самого зайца сильно обгорели лапы и живот, и дед решил его вылечить, но местный ветеринар не хотел за это браться.
Заячьи лапы читать
К ветеринару в наше село пришел с Урженского озера Ваня Малявин и принес завернутого в рваную ватную куртку маленького теплого зайца. Заяц плакал и часто моргал красными от слез глазами…
— Ты что, одурел? — крикнул ветеринар. — Скоро будешь ко мне мышей таскать, оголец!
— А вы не лайтесь, это заяц особенный, — хриплым шепотом сказал Ваня. — Его дед прислал, велел лечить.
— Лапы у него пожженные.
Ветеринар повернул Ваню лицом к двери, толкнул в спину и прикрикнул вслед:
— Валяй, валяй! Не умею я их лечить. Зажарь его с луком — деду будет закуска.
Ваня ничего не ответил. Он вышел в сени, заморгал глазами, потянул носом и уткнулся в бревенчатую стену. По стене потекли слезы. Заяц тихо дрожал под засаленной курткой.
— Ты чего, малый? — спросила Ваню жалостливая бабка Анисья; она привела к ветеринару свою единственную козу. — Чего вы, сердешные, вдвоем слезы льете? Ай случилось что?
— Пожженный он, дедушкин заяц, — сказал тихо Ваня. — На лесном пожаре лапы себе пожег, бегать не может. Вот-вот, гляди, умреть.
— Не умреть, малый, — прошамкала Анисья. — Скажи дедушке своему, ежели большая у него охота зайца выходить, пущай несет его в город к Карлу Петровичу.
Ваня вытер слезы и пошел лесами домой, на Урженское озеро. Он не шел, а бежал босиком по горячей песчаной дороге. Недавний лесной пожар прошел стороной на север около самого озера. Пахло гарью и сухой гвоздикой. Она большими островами росла на полянах.
Ваня нашел по дороге пушистые, покрытые серебряными мягкими волосами листья, вырвал их, положил под сосенку и развернул зайца. Заяц посмотрел на листья, уткнулся в них головой и затих.
— Ты чего, серый? — тихо спросил Ваня. — Ты бы поел.
— Ты бы поел, — повторил Ваня, и голос его задрожал. — Может, пить хочешь?
Заяц повел рваным ухом и закрыл глаза.
Ваня взял его на руки и побежал напрямик через лес — надо было поскорее дать зайцу напиться из озера.
Неслыханная жара стояла в то лето над лесами. Утром наплывали вереницы белых облаков. В полдень облака стремительно рвались вверх, к зениту, и на глазах уносились и исчезали где-то за границами неба. Жаркий ураган дул уже две недели без передышки. Смола, стекавшая по сосновым стволам, превратилась в янтарный камень.
Наутро дед надел чистые онучи и новые лапти, взял посох и кусок хлеба и побрел в город. Ваня нес зайца сзади. Заяц совсем притих, только изредка вздрагивал всем телом и судорожно вздыхал.
Суховей вздул над городом облако пыли, мягкой, как мука. В ней летал куриный пух, сухие листья и солома. Издали казалось, что над городом дымит тихий пожар.
На базарной площади было очень пусто, знойно; извозчичьи лошади дремали около водоразборной будки, и на головах у них были надеты соломенные шляпы. Дед перекрестился.
— Не то лошадь, не то невеста — шут их разберет! — сказал он и сплюнул.
Долго спрашивали прохожих про Карла Петровича, но никто толком ничего не ответил. Зашли в аптеку. Толстый старый человек в пенсне и в коротком белом халате сердито пожал плечами и сказал:
— Это мне нравится! Довольно странный вопрос! Карл Петрович Корш — специалист по детским болезням — уже три года как перестал принимать пациентов. Зачем он вам?
Дед, заикаясь от уважения к аптекарю и от робости, рассказал про зайца.
Он нервно снял пенсне, протер, снова нацепил на нос и уставился на деда. Дед молчал и топтался на месте. Аптекарь тоже молчал. Молчание становилось тягостным.
— Почтовая улица, три! — вдруг в сердцах крикнул аптекарь и захлопнул какую-то растрепанную толстую книгу. — Три!
Дед с Ваней добрели до Почтовой улицы как раз вовремя — из-за Оки заходила высокая гроза. Ленивый гром потягивался за горизонтом, как заспанный силач распрямлял плечи и нехотя потряхивал землю. Серая рябь пошла по реке. Бесшумные молнии исподтишка, но стремительно и сильно били в луга; далеко за Полянами уже горел стог сена, зажженный ими. Крупные капли дождя падали на пыльную дорогу, и вскоре она стала похожа на лунную поверхность: каждая капля оставляла в пыли маленький кратер.
Карл Петрович играл на рояле нечто печальное и мелодичное, когда в окне появилась растрепанная борода деда.
Через минуту Карл Петрович уже сердился.
— Я не ветеринар, — сказал он и захлопнул крышку рояля. Тотчас же в лугах проворчал гром. — Я всю жизнь лечил детей, а не зайцев.
— Что ребенок, что заяц — все одно, — упрямо пробормотал дед. — Все одно! Полечи, яви милость! Ветеринару нашему такие дела неподсудны. Он у нас коновал. Этот заяц, можно сказать, спаситель мой: я ему жизнью обязан, благодарность оказывать должен, а ты говоришь — бросить!
Еще через минуту Карл Петрович — старик с седыми взъерошенными бровями, — волнуясь, слушал спотыкающийся рассказ деда.
Карл Петрович в конце концов согласился лечить зайца. На следующее утро дед ушел на озеро, а Ваню оставил у Карла Петровича ходить за зайцем.
Через день вся Почтовая улица, заросшая гусиной травой, уже знала, что Карл Петрович лечит зайца, обгоревшего на страшном лесном пожаре и спасшего какого-то старика. Через два дня об этом уже знал весь маленький город, а на третий день к Карлу Петровичу пришел длинный юноша в фетровой шляпе, назвался сотрудником московской газеты и попросил дать беседу о зайце.
Зайца вылечили. Ваня завернул его в ватное тряпье и понес домой. Вскоре историю о зайце забыли, и только какой-то московский профессор долго добивался от деда, чтобы тот ему продал зайца. Присылал даже письма с марками на ответ. Но дед не сдавался. Под его диктовку Ваня написал профессору письмо:
Заяц не продажный, живая душа, пусть живет на воле. При сем остаюсь Ларион Малявин.
… Этой осенью я ночевал у деда Лариона на Урженском озере. Созвездия, холодные, как крупинки льда, плавали в воде. Шумел сухой тростник. Утки зябли в зарослях и жалобно крякали всю ночь.
Деду не спалось. Он сидел у печки и чинил рваную рыболовную сеть. Потом поставил самовар — от него окна в избе сразу запотели и звезды из огненных точек превратились в мутные шары. Во дворе лаял Мурзик. Он прыгал в темноту, ляскал зубами и отскакивал — воевал с непроглядной октябрьской ночью. Заяц спал в сенях и изредка во сне громко стучал задней лапой по гнилой половице.
Мы пили чай ночью, дожидаясь далекого и нерешительного рассвета, и за чаем дед рассказал мне наконец историю о зайце.
Дед пошел дальше. Но вдруг затревожился: с юга, со стороны Лопухов, сильно тянуло гарью. Поднялся ветер. Дым густел, его уже несло белой пеленой по лесу, затягивало кусты. Стало трудно дышать.
Дед понял, что начался лесной пожар и огонь идет прямо на него. Ветер перешел в ураган. Огонь гнало по земле с неслыханной скоростью. По словам деда, даже поезд не мог бы уйти от такого огня. Дед был прав: во время урагана огонь шел со скоростью тридцати километров в час.
Дед побежал по кочкам, спотыкался, падал, дым выедал ему глаза, а сзади был уже слышен широкий гул и треск пламени.
Смерть настигала деда, хватала его за плечи, и в это время из-под ног у деда выскочил заяц. Он бежал медленно и волочил задние лапы. Потом только дед заметил, что они у зайца обгорели.
Дед обрадовался зайцу, будто родному. Как старый лесной житель, дед знал, что звери гораздо лучше человека чуют, откуда идет огонь, и всегда спасаются. Гибнут они только в тех редких случаях, когда огонь их окружает.
Дед побежал за зайцем. Он бежал, плакал от страха и кричал: «Погоди, милый, не беги так-то шибко!»
Заяц вывел деда из огня. Когда они выбежали из леса к озеру, заяц и дед — оба упали от усталости. Дед подобрал зайца и понес домой. У зайца были опалены задние ноги и живот. Потом дед его вылечил и оставил у себя.
— Да, — сказал дед, поглядывая на самовар так сердито, будто самовар был всему виной, — да, а перед тем зайцем, выходит, я сильно провинился, милый человек.
— Чем же ты провинился?
— А ты выдь, погляди на зайца, на спасителя моего, тогда узнаешь. Бери фонарь!
Я взял со стола фонарь и вышел в сенцы. Заяц спал. Я нагнулся над ним с фонарем и заметил, что левое ухо у зайца рваное. Тогда я понял все.
Изложение с элементами сочинения
Золотой рубль.
Осенью 1703 года лили холодные дожди. Задули ветры, погнали по Финскому заливу метровые волны. В один из таких дней подошел к Неве чужеземный корабль. Прибыли на нём купцы из страны Дании. У входа в Неву корабль бросил якорь, капитан послал в Петербург за лоцманом.
Вскоре к кораблю причалила лодка. Молодой лоцман поднялся на борт. Он осмотрел судно, встал за штурвал и искусно ввёл корабль в Неву. На прощанье довольный капитан подарил моряку золотой рубль.
В Петербурге капитану очень хотелось увидеть царя Петра I. Однажды желание его исполнилось.
Все ждали царя в огромном зале. Двери распахнулись. Капитан ахнул от удивления. Прямо к нему шёл его знакомый лоцман. Это был Петр I.
Капитан через переводчика стал приносить царю извинения и просил вернуть его несчастный рубль. Но Петр Алексеевич отказался. Сказал, что рубль этот не украл, а честным трудом заработал.
13. Контрольный диктант по теме «Синтаксис и пунктуация».
Фомка и Барин.
По дороге топал еж. Он меня заметил и свернулся клубком. Закатил я колючего зверька в кепку. Принес домой и назвал Фомкой.
В комнате Фомка развернулся, громко забарабанил ножками по столу. Вскоре гость нашел за печкой старый валенок и забрался в него. А на том валенке любил дремать рыжий кот Барин. Всю ночь до рассвета кот гулял, а утром прыгнул за печь. Вдруг Барин выгнул спину дугой и выскочил на середину комнаты. А из валенка выкатился колючий клубок. Со страху кот прыгнул на шкаф, и я подумал: «Теперь тебе, Барин, спокойной жизни не будет». Но через неделю еж и кот уже частенько ужинали вместе.
По А. Баркову (103 слова.)
Грамматическое задание.
1) Сделайте синтаксический разбор простого предложения:
Вариант I – В комнате Фомка развернулся, громко забарабанил ножками по столу.
2) Составьте схему предложения с прямой речью.
3) Выпишите 3 слова с изученными различными орфограммами.
14. Контрольный диктант по теме «Глагол».
Как заяц спас старику жизнь.
Однажды дедушка Семен пошел поохотиться и забрался в лесную глушь. Вдруг он заметил, что стелется дым, а в чаще слышится треск. В лесу начался пожар. Ветер гонит огонь дальше, и он разгорается сильнее. Не выберешься из леса – погибнешь.
Старик торопится, бежит, тяжело дышит, а пожар разрастается. Ветки елок хлещут лицо, колются. Обгоревшие деревья рушатся. Охотник сбивается с дороги.
Вдруг у самых ног он увидел зайчонка и бросился за ним. Звери легче определяют направление огня и спасаются. Вот они выбираются с места лесного пожара…
Старик вылечил зайца и оставил жить у себя. Охотник заботится о зайчишке, и они всегда дружны. (104 слова)
Задания.
1.Выделите в рамочку безударные окончания глаголов 1 спряжения (1 вариант), 2 спряжения (2 вариант).
2.Объясните правописание окончаний одного из глаголов ( укажите признак, который помогает определить принадлежность глагола к 1 или 2 спряжению).
3.Разберите по составу слова: разрастается (1 вариант); выбираются (2 вариант)
Контрольная работа по морфологии. Анализ контрольной работы.
Контрольная работа по теме «Морфология».
1.Определить части речи в тексте.
Космонавты живут на орбитальной станции по много месяцев. Где же они купаются? В их космическом доме есть душ, но душ необычный. Работает он примерно как поливальная машина.
2.Морфологический разбор.
1 вариант 2 вариант
Белеет, в комнату, бумажного (листа). Садишься, мимо школы, синюю (юбку).
3.Определить спряжение глаголов, записать их в 3 л.ед. и мн. ч.
1вариант 2 вариант
Клеить, веять посмотреть, белеть
4.Объяснить написание слов с орфограммами.
Образец: на опушке (1 скл., П.п.) видит (1 спр.) от берега (от чего?) далёкий (даль)
5.Изменить прилагательное тонкий (1 в.), весенняя(2 в.) по падежам, присоединив сущ. Выделить окончания.
7.Образуйте от данных глаголов форму 2 л. ед. ч.: ловить, просить, пасти, прийти, тянуть.
Заячьи лапы
Краткое содержание рассказа «Заячьи лапы»:
К ветеринару в наше село пришел с Урженского озера Ваня Малявин и принес завернутого в рваную ватную куртку маленького теплого зайца. Заяц плакал и часто моргал красными от слез глазами.
— Лапы у него пожженные.
Ветеринар повернул Ваню лицом к двери, толкнул в спину и прикрикнул вслед:
Ваня ничего не ответил. Он вышел в сени, заморгал глазами, потянул носом и уткнулся в бревенчатую стену. По стене потекли слезы. Заяц тихо дрожал под засаленной курткой.
Ваня вытер слезы и пошел лесами домой, на Урженское озеро. Он не шел, а бежал босиком по горячей песчаной дороге. Недавний лесной пожар прошел стороной на север около самого озера. Пахло гарью и сухой гвоздикой. Она большими островами росла на полянах.
Ваня нашел по дороге пушистые, покрытые серебряными мягкими волосами листья, вырвал их, положил под сосенку и развернул зайца. Заяц посмотрел на листья, уткнулся в них головой и затих.
Заяц повел рваным ухом и закрыл глаза.
Неслыханная жара стояла в то лето над лесами. Утром наплывали вереницы белых облаков. В полдень облака стремительно рвались вверх, к зениту, и на глазах уносились и исчезали где-то за границами неба. Жаркий ураган дул уже две недели без передышки. Смола, стекавшая по сосновым стволам, превратилась в янтарный камень.
Наутро дед надел чистые онучи и новые лапти, взял посох и кусок хлеба и побрел в город. Ваня нес зайца сзади. Заяц совсем притих, только изредка вздрагивал всем телом и судорожно вздыхал.
Суховей вздул над городом облако пыли, мягкой, как мука. В ней летал куриный пух, сухие листья и солома. Издали казалось, что над городом дымит тихий пожар.
На базарной площади было очень пусто, знойно; извозчичьи лошади дремали около водоразборной будки, и на головах у них были надеты соломенные шляпы. Дед перекрестился.
Долго спрашивали прохожих про Карла Петровича, но никто толком ничего не ответил. Зашли в аптеку. Толстый старый человек в пенсне и в коротком белом халате сердито пожал плечами и сказал:
Дед, заикаясь от уважения к аптекарю и от робости, рассказал про зайца.
Он нервно снял пенсне, протер, снова нацепил на нос и уставился на деда. Дед молчал и топтался на месте. Аптекарь тоже молчал. Молчание становилось тягостным.
Карл Петрович играл на рояле нечто печальное и мелодичное, когда в окне появилась растрепанная борода деда.
Через минуту Карл Петрович уже сердился.
Карл Петрович в конце концов согласился лечить зайца. На следующее утро дед ушел на озеро, а Ваню оставил у Карла Петровича ходить за зайцем.
Через день вся Почтовая улица, заросшая гусиной травой, уже знала, что Карл Петрович лечит зайца, обгоревшего на страшном лесном пожаре и спасшего какого-то старика. Через два дня об этом уже знал весь маленький город, а на третий день к Карлу Петровичу пришел длинный юноша в фетровой шляпе, назвался сотрудником московской газеты и попросил дать беседу о зайце.
Зайца вылечили. Ваня завернул его в ватное тряпье и понес домой. Вскоре историю о зайце забыли, и только какой-то московский профессор долго добивался от деда, чтобы тот ему продал зайца. Присылал даже письма с марками на ответ. Но дед не сдавался. Под его диктовку Ваня написал профессору письмо:
Заяц не продажный, живая душа, пусть живет на воле. При сем остаюсь Ларион Малявин.
. Этой осенью я ночевал у деда Лариона на Урженском озере. Созвездия, холодные, как крупинки льда, плавали в воде. Шумел сухой тростник. Утки зябли в зарослях и жалобно крякали всю ночь.
Мы пили чай ночью, дожидаясь далекого и нерешительного рассвета, и за чаем дед рассказал мне наконец историю о зайце.
Дед пошел дальше. Но вдруг затревожился: с юга, со стороны Лопухов, сильно тянуло гарью. Поднялся ветер. Дым густел, его уже несло белой пеленой по лесу, затягивало кусты. Стало трудно дышать.
Дед понял, что начался лесной пожар и огонь идет прямо на него. Ветер перешел в ураган. Огонь гнало по земле с неслыханной скоростью. По словам деда, даже поезд не мог бы уйти от такого огня. Дед был прав: во время урагана огонь шел со скоростью тридцати километров в час.
Дед побежал по кочкам, спотыкался, падал, дым выедал ему глаза, а сзади был уже слышен широкий гул и треск пламени.
Смерть настигала деда, хватала его за плечи, и в это время из-под ног у деда выскочил заяц. Он бежал медленно и волочил задние лапы. Потом только дед заметил, что они у зайца обгорели.
Дед обрадовался зайцу, будто родному. Как старый лесной житель, дед знал, что звери гораздо лучше человека чуют, откуда идет огонь, и всегда спасаются. Гибнут они только в тех редких случаях, когда огонь их окружает.
Дед побежал за зайцем. Он бежал, плакал от страха и кричал: «Погоди, милый, не беги так-то шибко!»
— Чем же ты провинился?
— А ты выдь, погляди на зайца, на спасителя моего, тогда узнаешь. Бери фонарь!
Я взял со стола фонарь и вышел в сенцы. Заяц спал. Я нагнулся над ним с фонарем и заметил, что левое ухо у зайца рваное. Тогда я понял все.
§ 14. Упр. 70. ГДЗ Русский язык 5 класс Ладыженская. Помогите с изложением
Изложение. Какое из названий ярче отражает содержание текста: «Случай на охоте», «Как я однажды охотился» или «Хитрый заяц»? Укажите слова, близкие по значению к словам идти, смотреть, бегать, прятаться.
Напишите изложение от 3-го лица по данному ниже плану.
Раз со мною на охоте произошёл такой случай.
Отправился я на охоту за зайцами. Через час нашли мои собаки в лесу зайца и погнали. Я стал на дорожке и жду.
Гоняют зайца собаки по лесной вырубке, а заяц всё не выбегает. Куда же он девался? Подождал, подождал я и пошёл на полянку посмотреть, в чём дело. Гляжу: носятся мои собаки по кустам вокруг пней, нюхают землю, никак в заячьих следах не разберутся. Куда зайцу на поляне спрятаться?
Вышел я на середину полянки и сам ничего не пойму. Потом случайно глянул в сторону, да так и замер. В пяти шагах от меня, на верхушке высокого пня, притаился заяц, глазёнки так и впились в меня, будто просят: «Не выдавай меня собакам!»
Стыдно мне стало убивать зверька, сидящего в пяти шагах от меня. Опустил я ружьё, отозвал гончих. Пошли мы других зайцев искать, а этот трудный экзамен на хитрость сдал. Пускай живёт, зайчат уму-разуму учит.
(По Г. Скребицкому)
Хитрый заяц
Раз с ним на охоте произошёл такой случай. Отправился он на охоту за зайцами. Через час нашли его собаки в лесу зайца и погнали. Он стал на дорожке и ждет.
Гоняют зайца собаки по лесной вырубке, а заяц всё не выбегает. Куда же он девался? Подождал, подождал он и пошёл на полянку посмотреть, в чём дело. Глядит: носятся его собаки по кустам вокруг пней, нюхают землю, никак в заячьих следах не разберутся. Куда зайцу на поляне спрятаться?
Вышел он на середину полянки и сам ничего не поймет. Потом случайно глянул в сторону, да так и замер. В пяти шагах от него, на верхушке высокого пня, притаился заяц, глазёнки так и впились в него, будто просят: «Не выдавай меня собакам!»
Стыдно ему стало убивать зверька. Опустил он ружьё, отозвал гончих. Пошли они других зайцев искать, а этот трудный экзамен на хитрость сдал. Пускай живёт, зайчат уму-разуму учит.
(По Г. Скребицкому)