картина разрушение иерусалимского храма
LiveInternetLiveInternet
—Рубрики
—Музыка
—Поиск по дневнику
—Подписка по e-mail
—Статистика
Разрушение иерусалимского Храма.
Искоренение храма
Разрушение иерусалимского Храма. Картина Франческо Хайеса, 1867 год.
Почти два тысячелетия назад, девятого ава (в 70 году н. э. оно выпало на начало августа), римляне сожгли Второй иерусалимский Храм. Что подвигло римлян на уничтожение главной иудейской святыни? Разрушение Храма привело к размежеванию течений в иудаизме и широкому распространению христианства.
Согласно пророку Иеремии, Первый Храм, выстроенный царем Соломоном, был разрушен тоже девятого ава (586 год до н. э.) по приказу вавилонского царя Навуходоносора. Но прошло полвека, персидский царь Кир, покоривший Вавилон, вернул евреев в родные края, и те вновь воздвигли Храм на старом месте. Римская же империя оказалась куда долговечнее Вавилонской — и во второй раз дом Господень так и не был восстановлен. Что же подвигло римлян на уничтожение главной иудейской святыни? Ведь они, как известно, уважали религии и обычаи покоренных народов, иначе бы им просто не удалось создать великую империю.
Иудея была покорена войсками Помпея Великого и включена в состав римских владений в 63 году до н. э. До поры римляне предпочитали править через зависимых от них местных царей, самым знаменитым из которых был Ирод Великий. Но постепенно они перешли в Иудее к прямому правлению, сажая в Иерусалиме своих прокураторов. Впрочем, римляне вели себя лучше многих иных завоевателей. В отличие от греков (Селевкидов), под чьей властью евреям тоже довелось пожить, в дела религии римляне до поры до времени не вмешивались, разрешая иудейским общинам в городах империи жить по закону Моисееву. Юлий Цезарь весьма благоволил иудеям, и в толпе, присутствовавшей на церемонии сожжения тела убитого диктатора, их, по некоторым свидетельствам, было немало.
Ряд историков вообще считают, что восстание, вспыхнувшее в Иудее, было обусловлено в значительной мере случайными причинами. Эту точку зрения навязывает читателю и первый историк войны Иосиф Флавий. Но биография этого человека заставляет относиться к каждому его слову с осторожностью. Один из вождей иудейского восстания, перешедший на сторону врага, Иосиф хотел оправдаться перед своими соплеменниками, но при этом и римлянам угодить. Поэтому ему выгодно было все объяснять цепью случайностей — римский наместник Гессий Флор оказался неразумным, а среди евреев возобладали фанатики. А если бы все были поумереннее, глядишь, и Иудейской войны не было бы.
На самом же деле конфликт тлел уже давно. Другим народам империи ничто не мешало отождествлять своих богов с римскими (финикийцам — Мелькарта с Геркулесом, германцам — Вотана с Меркурием) и исполнять обряды государственной религии. Их интеграция в римскую жизнь протекала сравнительно безболезненно. Иудеям же слиться с языческим окружением не позволяли вера в единого Бога и строгие религиозные ограничения. Они не могли покупать мясо на рынках языческих городов, соблюдали субботу, на глазах у сборщиков налогов отправляли золото в иерусалимский Храм. У Тацита читаем: «Иудеи считают богопротивным все, что мы признаем священным, и наоборот — все, что у нас запрещено как преступное и безнравственное, у них разрешается». Правда, историк представления об обычаях иудеев имел смутные — он, например, верил, что те втайне поклоняются изображениям ослов. Впоследствии этот поклеп перенесли и на христиан — на Палатинском холме был раскопан барак, где содержали рабов, на стене которого нашли грубо намалеванное изображение распятого осла с надписью: «Алексамен поклоняется своему богу». Находились среди римлян и такие, кого привлекала вера иудеев. Например, Поппею, жену Нерона, причисляли к так называемым «боящимся Бога», прозелитам, уверовавшим в иудейского Бога, но не готовых соблюдать все религиозные ограничения. Однако в целом над иудейскими обычаями, в частности над соблюдением субботы, в Риме было принято смеяться. Особенно же плохие отношения у иудеев сложились с соседями — греками, населявшими многочисленные города Восточного Средиземноморья, которые основал Александр Великий и его преемники. Ненавидевшие иудаизм греки пользовались каждым случаем, чтобы поиздеваться над чуждой им верой.
Впрочем, знатные и богатые иудеи при желании могли беспрепятственно ассимилироваться. Многие из них, подобно Савлу, будущему апостолу Павлу, были римскими гражданами. Принцы и принцессы из династии Ирода Великого принимались римскими аристократами как равные. А Тиберий Александр, еврей-отступник из богатого александрийского семейства, вообще сделал головокружительную карьеру: в 66 году стал префектом Египта, ключевой римской провинции — от нее зависело снабжение столицы хлебом. Но чтобы стать полноценным римлянином, нужно было отказаться от веры отцов. Основная масса иудеев не могла на это пойти и ждала мессию, который освободит их от чужеземного гнета. Особенным радикализмом отличались зелоты («ревнители»), считавшие, что римскую власть нужно свергнуть, а те, кто с ней сотрудничает, — предатели.
Дополнительное напряжение в непростые отношения между иудеями и метрополией вносили римские прокураторы, расположившиеся в Кесарии — римской столице Иудеи. Даже Понтий Пилат, правивший Иудеей с 26 по 36 год, о котором Тацит писал, что при нем в провинции царил покой, сильно поспособствовал росту напряженности. Он, в частности, внес в Иерусалим значки легионов, которые иудеи считали идолами. При Нероне римские наместники вовсе распоясались. Одного из них, Лукцея Альбина, обвиняли в том, что он за деньги выпускает разбойников из тюрем, и те держат в страхе всю страну. Другой, Гессий Флор, взял с евреев Кесарии огромную взятку, обещая защитить их от греческого погрома, а потом встал на сторону греков. Но последней каплей стало изъятие из священной и неприкосновенной казны Храма 17 талантов (около 500 килограммов серебра) на казенные нужды. Еврейская молодежь стала ходить по людным местам с корзинами, выкрикивая: «Подайте бедному, несчастному Флору!» Взбешенный прокуратор обвинил жителей в мятеже. Еврейская царица Береника тщетно пыталась его урезонить. Но Гессий Флор был непреклонен. Сначала прокуратор потребовал выдачи оскорбивших его юнцов, когда же священники попросили их простить, приказал разграбить городской рынок и выпороть всех, кто попадется под руку. Возмущенные евреи вооружились, обратили в бегство римских легионеров, посланных на разгон толпы, и закрепились на Храмовой горе, где можно было наладить оборону. 
Иерусалим в 70 году н. э. (современная реконструкция )
Храмовая гора (ныне – комплекс мечетей Куббат ас-Сахра и Аль-Акса)
Храм
Фрагмент опорной стены, известный сегодня как Стена Плача
Крепость Антония
Верхний город
Дворец Ирода
Нижний город
Одна из башен, охраняющих с севера дворец Ирода (башня Гипикус), нижняя ее часть сохранилась, ее часто называют башней Давида
Мост, соединяющий Верхний город с Храмовой горой. Частично сохранился (под зданиями средневекового города)
Традиционное место Голгофы (на нем теперь стоит храм Гроба Господня)
Контуры современного Старого города (средневекового Иерусалима)
Зоны археологических раскопок
Победы еврейского оружия
На первых порах еврейская аристократия надеялась сохранить мир. Люди с широким кругозором, они прекрасно понимали, что выдержать противостояние с Римом шансов нет. Из Александрии спешно вернулся царь Агриппа и вместе со своей сестрой Береникой попытался успокоить сограждан, добившись даже того, что город подтвердил верность императору и возобновил сбор налогов в римскую казну. Однако когда Агриппа предложил вновь признать власть Флора, царя с позором изгнали, а в Храме перестали приносить жертвы за благополучие императора, что расценивалось как акт открытого неповиновения Риму.
После этого Агриппа и лидеры «мирной партии» среди фарисеев попытались взять Иерусалим силой. Агриппа выслал трехтысячный конный отряд, который во взаимодействии с римской когортой (около 1000 пеших воинов) должен был привести город к покорности. Но повстанцев было уже не остановить. После нескольких недель боев восставшие овладели крепостью Антония и дворцом Ирода. Дворцы Агриппы и Береники были сожжены. Когда римская когорта сдалась, ее всю вырезали, несмотря на то что гарнизону был обещан свободный выход из города. К ужасу священников, это избиение состоялось в субботу.
Вскоре под стенами Иерусалима появилась римская армия. Префект Сирии Цестий Галл привел с собой два легиона (около 12 000 человек), а также вспомогательные войска, в том числе присланные соседними царями. Он встал лагерем на горе Скопус, господствующей над Иерусалимом, и попытался овладеть городом. Однако после нескольких неудачных приступов он решил, что город не взять, и отправился восвояси. Это укрепило веру иудеев в то, что сам Господь держит над ними руку. Отступающее войско двигалось через горы, где его со всех сторон атаковали иудеи, и в столицу Сирии Антиохию вернулось сильно потрепанным.
Тяжкая поступь Веспасиана
Слух о еврейских победах разнесся по всей империи. Среди богатых александрийских евреев тоже началось брожение. Но префект Египта, Тиберий Юлий Александр, пресек волнения в зародыше, введя на территорию еврейского квартала римские войска. Саму восставшую Иудею раздирали противоречия. Простые люди, задавленные тяжелыми податями, хотели драться, а аристократы, которым при римлянах жилось не так плохо, надеялись уладить дело миром. До поры до времени во главе движения стояли знатные люди, но зилоты все меньше доверяли им, обвиняя в измене общему делу. Самые радикальные призывали установить Царство Божие на земле немедленно, для начала поделив имущество богатых.
По всему побережью Средиземного моря начались столкновения греков с евреями. В греческих городах громили евреев, лишившихся защиты римлян, а там, где иудеи оказывались в большинстве, доставалось грекам. Наконец в начале 68 года Нерон отправил в поход на Иудею громадное по меркам того времени, почти 60-тысячное, войско, оснащенное множеством осадных машин. Во главе него стоял опытный полководец Флавий Веспасиан, прославившийся в свое время при завоевании Британии.
1 мая 70 года четыре легиона Тита разбили лагерь под стенами Иерусалима. В римском войске находилось немало иудейских аристократов: Тиберий Александр, ставший правой рукой Тита, царица Береника, сделавшаяся любовницей Тита, и будущий знаменитый историк Иосиф Флавий, взятый в плен и согласившийся служить римлянам. Защитники Иерусалима сражались с отчаянной храбростью: их дерзкая атака на римские позиции на Масличной горе едва не завершилась уничтожением целого легиона. Но римская военная машина работала как часы: на пятнадцатый день пала первая из трех стен города, спустя еще пять дней легионеры прорвали второе кольцо, а затем и третье. После того как римляне захватили крепость Антония, Храмовый холм оказался последним очагом еврейского сопротивления.
Тит собрал совет, чтобы решить, как поступить со святыней врага. Иосиф Флавий пишет, что Храм было решено пощадить, и то, что он сгорел, — чистая случайность. Похоже, историк хотел оправдать своих римских покровителей в глазах иудеев. У Тацита читаем, что многие в окружении Тита выступали за то, чтобы сохранить Храм, но полководец был неумолим: «Если вырвать корень, стебель умрет сам». Рим для Тита олицетворял собой всепобеждающее будущее — будущее, в котором для иудейской религии не было места. Ее следовало уничтожить.
Девятого ава римляне пошли на приступ Второго Храма и подожгли его зажигательными стрелами. Новое здание Храма, законченное всего за шесть лет до этого, исчезло в пламени. Римские солдаты поджигали и грабили окрестные дома, в которых жили священники и их родня. Один из таких домов, принадлежавший некоему Бар-Катросу, родичу первосвященника, был раскопан в Еврейском квартале Иерусалима. Сейчас в нем устроен подземный музей «Сожженный дом». Среди руин были найдены обуглившаяся отрубленная рука и римское копье.
В сентябре римляне захватили Верхний город и Иерусалим полностью перешел в их руки. Хотя несколько крепостей в Иудее еще держались (последнюю из них, неприступную Масаду в пустыне у Мертвого моря, римляне захватят лишь 2 мая 73 года), исход борьбы был предрешен. Веспасиан и Тит могли торжествовать.
Триумф был отпразднован в июне следующего, 71, года. Шествие возглавляли на колесницах Веспасиан и Тит, облаченные в туники, расшитые пальмовыми ветвями, и пурпурные тоги. За триумфаторами гнали стада жертвенных животных, вели толпы пленников. Легионеры несли добычу: золото, драгоценности, шелковые ковры и отдельно то, что было взято в иерусалимском Храме, в частности огромный золотой семисвечник. Эту сцену и поныне можно увидеть на триумфальной арке Тита.
Римский мир победил. А для иудеев наступили суровые времена. В их городах были размещены римские гарнизоны. По всей империи евреев обязали платить налог на восстановление храма Юпитера Капитолийского, пострадавшего от пожара в тот же год, когда римляне овладели Иерусалимом. Как это обычно бывает, храм восстановили, а «иудейский налог» остался. В 115 году произошло восстание евреев диаспоры Египта, Кирены и Кипра, казалось, уже давно ассимилировавшихся. А в 132 году вновь поднялось население Иудеи. Но оба восстания, как и следовало ожидать, были подавлены. На Кипре, как сообщает историк Кассий Дион, евреи были перебиты все, и закон обрекал смерти каждого еврея, который покажется на острове. «И по сей день, — писал он в III веке, — если еврея выбросит на берег Кипра кораблекрушение, его предают смерти». Закон, не имевший аналогов до времени немецких нацистов. А на место, где когда-то стоял Иерусалим, евреям было запрещено даже ступать.
Картина разрушение иерусалимского храма
Основоположник классицизма во французской живописи XVII века, Никола Пуссен в зрелый период своего творчества часто обращался к сложным композициям, сюжеты которых заимствовал из древней истории.
Данная работа, написанная по заказу кардинала Франческо Барберини, изображает главное событие Иудейской войны I века — взятие легионами римского императора Тита знаменитого иерусалимского храма. Перед зрителем разворачивается грандиозная, исполненная драматизма и устрашающая картина захвата города войском неприятеля: грабеж и убийство людей обнажают самые низменные и дикие страсти, разгорающиеся, как пламя пожара, на фоне прекрасного античного храма, спокойного и величественного в своей вечной невозмутимой красоте. Основная идея этого произведения — противостояние гармонии искусства хаосу войны, разума — безумству, покоя — отчаянию. Эти антиномии были очень актуальны для XVII столетия — сложной эпохи драматических перемен, в которой барочное неистовство и динамика сосуществовали рядом с ясной сдержанностью классицизма.
Художник делит пространство холста на три плана. На первом он размещает главные эпизоды, выделяя их героев более крупными размерами. Слева изображен офицер, удерживающий пленных, которые склоняются перед восседающим на белом коне императором, а справа показан пораженный зрелищем разрушений римский воин, вооруженный копьем и щитом. В центре открывается перспектива среднего плана, где видны лежащие на земле мертвые тела и отрубленные головы побежденных иудеев, и далее (в самой глубине сцены) представлены расхищающие сокровища храма солдаты и пытающиеся найти спасение в бегстве жители Иерусалима. События многофигурной картины легко читаются благодаря рационально выверенной и продуманной композиции, мастерски построенной по законам классического искусства. В колористической гамме полотна преобладают желтовато-коричневые и серо-голубые тона, озаренные редкими, но яркими всполохами красных пятен.
«И выйдя, Иисус шел от храма;
и приступили ученики Его,
чтобы показать Ему здания храма.
Иисус же сказал им: видите ли всё это?
Истинно говорю вам: не останется здесь камня на камне;
всё будет разрушено». ( Мф. 24:1-2 )
Вход на Храмовую гору в древнем Иерусалиме
10 августа 70 года по Рождеству Христову римская армия императора Тита ворвалась в Иерусалим и разрушила Храм Господень. Он горел в течение 10 дней, а к сентябрю вся столица Израиля превратилась в руины. Храмовую Гору римляне сравняли с землей.
По свидетельству Иосифа Флавия 100 000 жителей города попали в плен и были проданы в рабство. Всего же погибших от меча, голода и плененных за время войны насчитывалось около 1 миллиона 100 тысяч.
Менора и алтарь из разрушенного Храма по приказу Тита были отправлены в Рим. Разрушение Иерусалима и сожжение Храма положило начало рассеянию евреев по всему миру.
Все иудеи, участвовавшее в обороне Иерусалима, были убиваемы, как попадались в руки римлян; были убиты и старики или хилые люди, не годившиеся на продажу в рабство.
Из остальных победитель выбрал самых сильных и высоких для своей триумфальной процессии, для гладиаторского боя и битв с дикими зверями;
не попавшие в это число были посланы в оковах на работу в египетских каменоломнях, а мальчики и юноши до 17-летнего возраста были проданы в рабство.
Спустя 66 лет римский император Адриан в построенной на руинах Иерусалима колонии Элиа Капитолина на священной горе установил храм Юпитера и собственную статую, обращенную лицом на восток.
Все дальнейшие попытки евреев возродить Храм Господень потерпели крушение. Даже официальное разрешение императора Юлиана Отступника, данное на возведение нового Храма в 362 году, не смогло изменить предопределенной ему участи – землетрясения и пожары безжалостно уничтожали дело рук его строителей.
Талмудическая традиция говорит, что когда Храм был разрушен, закрылись все Небесные Врата, кроме Ворот Слез. И оставшаяся от Второго Иерусалимского Храма Западная стена получила название Стены Плача, поскольку здесь проливаются слезы всех евреев, оплакивающих свой Храм.
После разрушения храма эта стена стала самым святым местом иудаизма. В первые века после разрушения храма евреи собирались на молитву на Масличной горе, откуда открывается вид на всю Храмовую площадь.
Начиная с V в. возникает обычай молиться у Стены плача и оплакивать разрушение храма. Постепенно Стена плача превращается в место символизирующее былое величие Израиля и упование на его будущее.
9 Ава (начало августа) в Израиле является днем национального траура. У Стены плача собираются иудеи, для того чтобы оплакивать разрушение храма. Читаются особые молитвы, книга пророка Иеремии и книга Плачь Иеремии:
«Вспомни, Господи, что над нами совершилось; призри и посмотри на поругание наше. Наследие наше перешло к чужим, домы наши — к иноплеменным; Отцы наши согрешили: их уже нет, а мы несем наказание за беззакония их. (Пл. Иер. 5:1 )
В древней христианской церкви, десятое воскресенье после Троицы было днем памяти о разрушении, Иерусалима. Сегодня эта традиция уже забыта.
Разрушение Храма
Поделитесь этой страницей со своими друзьями и близкими:
Оглавление
Прекращение жертвоприношений [↑]
Семнадцатого тамуза Тит разрушил крепость Антония [см. пост 17 Тамуза]. В тот день впервые пришлось отменить жертвоприношение в Храме, потому что в городе не оказалось ни одного пригодного для этой цели барана. По приказу Тита Йосеф бен Матитьяу [более известный как Иосиф Флавий — прим. ред.] сообщил евреям [жителям осажденного Иерусалима] волю римлянина — без кровопролития сдать Храм. Йоханан [Йоханан из Гуш Халава, захвативший власть в городе — прим. ред.] ответил категорическим «нет».
Пылающий Храм [↑]
Камни Храмовой стены были исключительно крепкими, и римлянам никак не удавалось их пробить. Солдаты попытались взобраться на стены по лестницам, но евреи обрушили на них град камней и стрел. Тогда Тит приказал поджечь ворота Храма. Защитники Святыни сражались с неимоверной храбростью. Сменяющие друг друга римские отряды шаг за шагом продвигались вперед, вытесняя евреев внутрь Храма.
Девятого ава 3830/70 года [согласно другой, еврейской традиции это был 3828 год] римский солдат бросил горящий факел в окно помещения, заполненного дровами. Обнаружив дым, евреи бросились гасить пожар, но тщетно — римские солдаты уже входили в горящее здание.
Как дикие звери они нападали на каждого, встречавшегося на их пути. Жертвенник был завален грудой человеческих тел. Тысячи евреев бросились в огонь, чтобы погибнуть вместе с Храмом. Пылающий Храм, как огромный факел, осветил ночное иерусалимское небо. Всевышний не пожелал, чтобы Его дом во всем своем великолепии достался врагу.
Убитые лежали в лужах крови. На фоне всего этого ужаса римляне трубили победу, вопли же несчастных евреев поднимались высоко к небу. Всю ночь и все следующее утро пылал святой Храм.
Разгром [↑]
Захват Иерусалима занял у Тита почти полгода и стоил ему больше жизней его воинов, чем какая-либо другая известная военная кампания римлян. За этот период от меча, голода и эпидемий погибли свыше миллиона евреев. Около ста тысяч попали в плен. Юноши и девушки моложе восемнадцати лет были проданы в рабство, а взрослые отправлены для работ в рудниках Египта или отданы в подарок странам, входящим в Римскую империю, для выступлений в цирке — в гладиаторских боях друг с другом или с хищными животными. Самые красивые юноши были отобраны для отправки в Рим на празднование грандиозной победы. Около одиннадцати тысяч пленников умерли от голода, не получив никакой пищи или получив некашерную пищу, от которой они отказались, несмотря на сильное истощение.
На развалинах Иерусалима Тит оставил один римский легион, а сам двинулся с остальной армией в Кейсарию, чтобы там отпраздновать победу. Затем он отправился в Сирию, устраивая по пути в честь победы гладиаторские бои, на которых снова и снова лилась еврейская кровь.
Пленники снова отправились в изгнание [↑]
В пышных торжествах, устроенных Титом и его отцом, вынуждены были участвовать и несчастные пленники. Сосуды Святого Храма, которые ранее не видел ни один чужестранец, демонстративно провезли по римским улицам перед глазами любопытной публики. Среди пленников шел и закованный в кандалы Шимон бар Гиора. По приказу римского полководца в день триумфа он был убит. Когда глашатай сообщил о его смерти, Рим взорвался криками восторга.
Веспасиан приказал спрятать священные сосуды в одном из святилищ. Там они оставались свыше четырехсот лет, вплоть до разрушения Рима вандалами. Вандалы захватили священные еврейские сосуды и отправили их в Африку, где и затерялись их следы. Это произошло в 4215 (455) году. Изображения сосудов Иерусалимского Храма и сегодня можно увидеть на площади Победы, построенной Титом в Риме.
Еврейская традиция о разрушении Храма [↑]
Храм был местом открытого проявления Творца в этом мире, местом, где раскрывалась Его Шхина — Б-жественное присутствие.
В Талмуде (Йома 9) сказано так: «За что был разрушен Первый Храм? За три греха: идолопоклонство, разврат и кровопролитие. А за что был разрушен Второй Храм? Ведь в те времена учили Тору, выполняли заповеди и помогали друг другу? За что? За напрасную вражду, за беспричинную ненависть».
[Пока в еврейском народе сохранялись духовное единство, цельность, это способствовало поддержанию Храма. В первую очередь, Храма духовного. А это уже поддерживало Храм земной, в физическом мире.
Ненависть и грехи привели к разрушению духовного Храма, что означало и разрушение Храма на Земле.]
Об этом и сказали мудрецы Титу, захватившему Иерусалим: «Разрушенный Храм ты разрушил».
Символично, что оба Храма — и Первый Храм, и Второй — были разрушены в один и тот же день еврейского календаря — 9 ава.
Кроме того, сказали мудрецы Талмуда так: «Поколение, при котором Храм не построен, — как будто своими руками разрушило его».
Другими словами, если Храм пока не построен, значит мы пока не исправили те грехи, которые привели к его разрушению.
Первый Храм, который построил царь Шломо (Соломон), простоял 410 лет, с 2928 г. до 3338 г. от сотворения мира. Второй Храм простоял 420 лет, и после его разрушения евреи ушли в Галут — Изгнание, которое продолжается до сих пор! Это значит, что причины, приведшие к его разрушению тогда, действуют и сейчас. Но их исправление дает шанс на то, что присутствие Творца вернётся в этот мир.