кодирование запрещено в россии
Кодировки запрещены
В соответствии с Указом главного нарколога департамента здравоохранения Москвы Евгения Брюна «О запрещении использования методов лечения, не входящих в Стандарты оказания наркологической помощи» в столичных наркологических диспансерах запрещено применение методов кодирования от алкоголизма и наркомании. Государственная наркология негодует, ведь запрет на кодировку работает против человечества. Много лет кодирование помогало людям на продолжительное время или навсегда избавляться от пагубных привычек. Что будет теперь с алкоголе- и наркозависимыми? Какую альтернативу лечения будут предлагать пациентам в России?
БАДы недорого
Что теряет медицина
На поставленный вопрос отвечает Руководитель клиники психиатрии и наркологии «КОРСАКОВ»
Орлов Андрей Михайлович:
По мнению Брюна и его соратника нарколога Сергея Сошникова, кодирование – это отличный нелегальный способ обогащения врачей на пациентах. В муниципальные учреждения люди часто приходят целенаправленно закодироваться без прохождения лечения, врачу остается только назвать необходимую сумму и все. При этом больного можно и не ставить на учет, оказав услуги нелегально. Кроме того, Сошников считает, что действенность методов кодировки не была доказана учеными, и все они являются вымышленными, «шарлатанскими», а часто и небезопасными. Особенность подобных кодировок – запугивание пациента, внушение страха, что он умрет, если снова попробует алкоголь или наркотики. Но так ли это на самом деле?
Вместе с подписанием Указа был запрещен ввоз таких действенных препаратов, как Дисульфирам, Налтрексон, Колме, которые активно используются для лечения алкогольной зависимости. Что остается государственным наркологам? – Только применение официально разрешенных методов лечения алкоголизма и наркомании, а именно: медикаментозно-детоксикационной терапии, фармакологической коррекции психомоторных возбуждений и судорожных состояний, симптоматическое лечение и несколько других общих методов. Как результат, и без того немноголюдные коридоры столичных муниципальных наркодиспансеров стали практически пустыми, ведь теперь в больницах не могут оказывать пациентам должной наркологической помощи, но при этом еще и ставят на учет.
Но Сергей Сошников утверждает, что государственная наркология имеет все необходимое для предоставления медицинских услуг на высоком уровне. В таких центрах можно пройти реабилитацию, лечить алкоголизм с помощью разрешенного «Вивитрола» или сенсибилизирующей терапии (назначение препаратов, вызывающих отвращение к алкоголю; лекарства больной употребляет сам или с помощью родных).
Будет ли такое лечение высокоэффективным? Поможет ли оно на длительное время сохранить состояние ремиссии?
Новые трудности в работе частных наркологических центров
Хотя Указ Брюна и не затрагивает работу частных наркологических клиник Москвы, в их работе уже появились первые трудности. В первую очередь, это касается поставок необходимых для кодирования лекарственных препаратов. Кроме того, многие заинтересованные в лечении люди, следящие за новостями медицины, начинают скептически или с опасением относиться к кодированию. Влияние «зомби-ящика» обойти в некоторых случаях бывает трудно. Этот момент особенно важен, ведь в лечении зависимостей важна ответная реакция пациента, его желание излечиться.
Но при всем этом лечение алкоголизма и наркомании в частных медицинских центрах не теряет своей актуальности. Все объясняется отсутствием необходимости постановки больных на учет, анонимностью проводимого лечения, «человеческим» отношением к пациентам, комфортными условиями, созданными в стационарах. В настоящее время, частные наркологи используют все доступные методы кодирования, оценивая эффективность каждого из них для определенного пациента. Кодирование проводят как в условиях стационара, так и на дому у пациентов. Лечение также проводят стационарно и амбулаторно.
Затронут ли подобные запреты частные наркологические клиники и медицинские учреждения в других регионах страны?
Кому нельзя кодироваться от алкоголизма: противопоказания и последствия
Кодирование от алкоголизма является обобщенным термином. Это психологические и медикаментозные меры воздействия на больного, которые направлены на снятие влечения к этиловому спирту или создание страха перед его употреблением.
Но у методик кодирования имеются определённые ограничения и особенности. Лечение подходит не любому. Необходимо учитывать противопоказания, в противном случае, больному может быть нанесен вред для здоровья.
Содержание:
Почему кодирование подходит не всем?
Методика кодирования подходит не всем алкоголиком. Алкогольная зависимость чаще всего развивается из-за психологических факторов. Когда больной употребляет этиловый спирт для снятия волнения, страха, подавленного настроения, с помощью кодирования его не вылечить. Очередной запой произойдёт через определённое время.
Кодирование не поможет тем пациентам, которые не заинтересованы в собственном излечении.
Они отрицают у себя алкогольную зависимость. Обычно такие пациенты проходят антиалкогольную терапию под воздействием родственников. Если у человека отсутствует мотивация и имеется поверхностный подход к лечебным действиям нарколога, то всё это негативным образом скажется на эффективности кодирования.
Кодирование от алкоголизма является агрессивным воздействием на физиологические процессы и психоэмоциональную сферу больного. Поэтому перед кодированием требуется прохождение медицинского обследования и обязательна консультация врача.
Подготовка к кодировочной терапии
Перед кодированием от алкоголя необходимо:
Противопоказания к медикаментозному кодированию
Антиалкогольные препараты, которые используют при кодировании алкогольной зависимости, имеют некоторые противопоказания. Для избежания осложнений, их необходимо знать.
Противопоказания к препаратам на основе Дисульфирама
Дисульфирам обладает способностью блокировать метаболизм алкоголя. Препятствует его разложению в печени. Повышает содержание ацетальдегида в кровяном русле. Из-за этого происходит интоксикация организма. Данное фармакологическое действие препарата снижают влечение и вызывают отвращение к алкоголю.
Противопоказания к кодированию Дисульфирамом:
Лекарственные препараты, в которых содержится Дисульфирам, не назначаются пациенту без его ведома.
Противопоказания к препаратам на основе Налтрексона
Противопоказания к кодировке на основе Налтрексона:
С осторожностью: нарушения функции печени и/или почек.
Противопоказан к применению при беременности и в период лактации (грудного вскармливания).
Налтрексон можно применять только в случаях, когда пациент не принимает опиоидные анальгетики по крайней мере 7-10 дней.
При наличии противопоказаний к медикаментозным способам кодирования врачи рекомендуют гипнотерапию.
Противопоказания к психотерапевтическому кодированию
Кодирование с элементом гипноза и психотерапии дает больному внутреннюю установку на трезвый образ жизни. Формируется отвращение не только к вкусу спиртных напитков, но и к запаху. Психотерапевтическое кодирование может применяется комплексно вместе с медикаментозной кодировкой. Иногда психотерапевтическое кодирование проводят отдельно, когда есть противопоказания к лекарственным препаратам Налтрексон и Дисульфирам.
В Советский период времени кодирование по методу Довженко считалось в медицинских кругах самым эффективным. Пользовался данный метод в народе большой популярностью. Положительно отзывался о данном методе лечения алкогольной зависимости Минздрав СССР. Данный метод кодирования можно использовать всем пациентам, у которых диагностируется хронический алкоголизм.
Человек должен явиться к наркологу в трезвом виде, в противном случае, вначале нужно провести процедуру вывода из запоя. Грубое принуждение пациента закодироваться без его согласия недопустимо.
Противопоказаниями к психотерапевтическому кодированию является нарушенное сознание, алкогольное опьянение, острая абстиненция, сердечно-сосудистая недостаточность, гипертонический криз.
Противопоказания к кодированию:
Психотерапевтическое кодирование противопоказано, если больной не дал согласие на лечение алкоголизма. Принудительная кодировка не принесет эффекта, из-за отсутствия мотивации у самого больного.
Что нельзя употреблять после кодирования?
После кодировки необходимо отказаться от тех продуктов, которые содержат хотя бы незначительную долю алкоголя. Запрещены следующие виды напитков и медикаментов:
Кофе, шоколад, чай, какао можно употреблять в небольших количествах.
Продукты, имеющие небольшой процент алкоголя, не приводят человека к опьянению, хотя их употребление нежелательно из-за серьезных последствий, которые могут возникнуть на фоне медикаментозной кодировки.
Что делать, если имеются противопоказания в кодировке?
Что предпринять алкоголику, если у него выявили ограничения к проведению кодирования? Достойной альтернативой в этом случае и дополнением к общему лечению является социальная реабилитация. Проводится психотерапевтическая коррекция поведения, эмоций и характера. Пройти курс можно:
Противопоказаний для реабилитационного процесса нет. Главное, заручиться желанием самого больного. В период реабилитационный программы с пациентами общаются доктора. При положительной динамике, они предложат больному закодироваться от алкогольной зависимости.
Если у вас или ваших родственников появилось желание закодироваться, обращайтесь в наркологическую клинику «Медик-Групп» за консультацией. Вы можете записаться на приём к специалисту и выполнить полученные рекомендации.
Кодирование проводят после очищения организма от токсичных продуктов. Когда этими условиями пренебрегают, тогда можно ожидать негативных последствий.
Кодирование уколом: последствия
Когда лекарственный препарат вводится посредством укола, могут появиться побочные действия: головная боль, депрессивное расстройство, тремор рук, нарушение в работе ЖКТ, скачки артериального давления. При данных симптомах негативного проявления кодирования не занимайтесь самолечением. Срочно обращайтесь за помощью к наркологу.
Последствия кодирования гипнозом
После психотерапевтического кодирования могут возникнуть побочные эффекты в виде депрессии, полного отсутствия положительных эмоций, агрессия, склонности к суицидальным мыслям, бред. Во избежание негативных последствий, перед кодированием врач обязательно должен провести беседу с алкоголиком. Если специалист выявит заболевание психики или депрессивные расстройства, то это будет противопоказанием для кодирования.
Последствия после кодирования медикаментозным способом
Негативные проявления возникают примерно через 2 дня. Организм подвергается колоссальному стрессу. Он получает новый лекарственный препарат, а спиртные напитки в организм не поступают. Если негативное самочувствие у больного продолжается свыше 3 дней, обратитесь за помощью к специалисту. Наркологи дают рекомендации, что впервые недели после проведённого кодирования пациенту необходимо больше гулять, наладить полноценный сон, принимать витамины и успокоительные препараты.
Последствия кодирования для женщин
Женщины являются в эмоциональном плане более ранимыми по сравнению с мужчинами. Некоторые после кодирования употребляют много сладкого, у кого-то наступает депрессия. В этот период женщине, прошедшей кодирование, нужна поддержка родственников, постоянный контакт с врачом, который при необходимости назначит поддерживающую терапию.
Агрессия после кодировки от алкоголизма
Агрессивное поведение может возникнуть даже в прошлом у самых уравновешенных людей. Основной причиной является перестройка организма. Меняется образ жизни. То, что бывший алкоголик не может выпить с друзьями добавляет ему злости. Необходимо отказаться от вечеринок, где друзья употребляют алкоголь. Попытайтесь избавиться от негативных эмоций: можно заняться спортом, разбить тарелку, покричать в отдаленном от людей месте. Не загоняйте агрессию внутрь себя, иначе проблемы усилятся подобно снежному кому. В доме у бывшего алкоголика не должны находиться спиртные напитки.
Последствия для психики
Если человек не склонен к депрессии, то побочные психологические эффекты минимальные. Может наблюдаться небольшая подавленность, плохое настроение. При таком состоянии доктор назначает лекарственные препараты. Подходите к кодированию осознанно. Вместе с наркологом выберите для себя наиболее удобный метод лечения от алкогольной зависимости.
Заключение
Кодирование алкоголизма является не простым методом лечения. Если больной решился на кодировку, доверьте своё здоровье специалисту. Лечение начинается после всестороннего обследования больного. Учитываются показания и противопоказания. В таком случае, положительные моменты от проведённого кодирования, с лихвой превысят отрицательные моменты, если бы зависимый продолжал свой образ жизни.
«Здоровье Mail.Ru»: Запрет на кодирование от алкоголизма: что мы теряем?
Российская наркология почти признала метод шарлатанством.
Сейчас, по крайней мере, в Москве на сайтах государственных диспансеров, уже нельзя найти рекламу препарата «Торпедо», метода Довженко и прочих методик кодирования от алкогольной зависимости. Случилось это после появления приказа, который категорически вывел кодирование за стены государственных наркологических учреждений. Но пока — только в столице.
Куда уходит «Торпедо», и что же теперь делать людям с зависимостью, «Здоровью Mail.Ru» рассказали главный нарколог Министерства здравоохранения РФ Евгений Брюн и нарколог, член Общества специалистов доказательной медицины Сергей Сошников.
Это и так было очевидно, что кодированию не место в государственной наркологии. Мы просто напомнили это некоторым нашим врачам, которые на рабочем месте потихоньку хотели набивать себе карман.
Нарколог Сергей Сошников уже несколько лет составляет «Энциклопедию шарлатанства», и кодирование занимает в ней почетное первое место. Кодирование, поясняет он, — это альтернатива государственной наркологии, которая, с одной стороны, бесплатна, но с другой, подразумевает постановку больного на учет. А учет — это автоматическое поражение в правах на много лет. Вот больные и выбирают всякие кустарные, народные и домотканые, а фактически — несуществующие методы лечения. Ведь кодировка — это быстро, без постановки на учет, анонимно, и ответственность на больного не ложится. Если что — это не больной запил, а просто доктор плохой код поставил. Это настолько привлекательно, что кодировками промышляли и промышляют не только частники, но и государственные больницы.
Такого метода, как кодирование, не существует в медицине, он не прошел никаких испытаний, даже на безопасность. А перечисленных препаратов нет в справочниках лекарств, они все вымышленные.
Комиссия по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований при Президиуме Российской академии наук признает подобные методы лженаучными. Тем не менее еще недавно в Москве можно было прийти в диспансер и попроситься не ложиться, а только закодироваться. И этим зарабатывали — кто неофициально, а кто и по прайсу. Теперь, с появлением приказа, это невозможно, правда, в тех регионах, на которые действие документа не распространяется, ничего и не поменялось. На сайтах калининградского, тюменского областного и других диспансеров можно видеть расценки на «хорошо зарекомендовавшие себя методы лазерного кодирования» и «Эспераль». Но надо надеяться, что регионы последуют примеру Москвы.
Как все начиналось
Применять метод кодировки начали в середине 1980-х годов, и за 30 лет люди привыкли думать, что это — полноценная часть наркологии. В народе считается, что кодирование, может, и не панацея, но зато «скольким людям спасло жизнь!». Ну или, по крайней мере, «кому-то же помогает».
«Мне рассказывал главный нарколог одного из крупных регионов, — говорит Сошников, — что ему лично звонил губернатор области и говорил: «Ну-ка, закодируй моего шофера, а то нам ехать далеко, а он, кажется, готов забухать». И это не только в России такая проблема, но и на всем постсоветском пространстве. В Беларуси Лукашенко кодирует колхозами целыми перед посевной».
«Альтернативная наркология» предлагает десятки методов и препаратов. Открываем раздел «Услуги» любой частной наркологической клиники и видим с десяток (а то и больше) препаратов, лазерную транслокацию, антикодирование, применение гипноза, 25 кадра, кибер-шлема, реконструкцию личной истории, условно-рефлекторный метод, «Якорную» техника гипноза, программу «Запрет» и так далее. На самом деле, говорит Сошников, все это — вариации одного «метода Довженко» и комбинации пары-тройки не имеющих отношения к наркологии веществ.
«Все началось в 1985 году, когда Александр Довженко получил патент на свой метод «Способ лечения хронического алкоголизма путем создания отрицательного рефлекса на алкоголь», — рассказывает он. — Вот там он впервые использовал слово «кодирование». Довженко орошал язык пациента хлорэтилом, который вызывает рвоту, и в этот момент «давал установку» голосом — он был сильный гипнотизер, — «Я даю вам код, я даю вам установку. «. Но сейчас кодированием называют целый спектр разных псевдомедицинских воздействий. Это собирательный термин, букет из разных методов. Но основа прежняя — запугивающая «установка» плюс применение разных препаратов. ».
Является кодированием и метод «Торпедо». Изначально этим словом в наркологии называлось введение любого препарата внутривенно». Сейчас больному сообщают, что ему вводят «антиалкогольный препарат последнего поколения». И если он потом только понюхает спирт, это его убьет. И на самом деле, пациента начинает корежить. Вот только происходит все в обратной последовательности.
«Что бы ни вводили в организм внутривенно, кроме изотопов тяжелых металлов, все выведется из организма довольно быстро, — продолжает Сошников. — Никакое вещество не может держаться в организме дольше нескольких суток. Так что, на самом деле, пациенту вводят препараты не для того, чтобы он бросил пить, а для того, чтобы он испытал ужас и неприятные ощущения. Вводят магнезию, от которой начинается жар по всему телу, никотиновую кислоту — от нее трясет, АТФ, чтобы больной испытал страх смерти. Иногда добавляют листенон для остановки дыхания, а потом «раздышивают» пациента реанимационной подушкой. А в самом начале процедуры дают понюхать ватку со спиртом. И говорят, что эти ощущения — действие кода на спирт. Иногда раствор в шприце красят метиленовым синим или витамином В12 для достижения жуткого цвета. Я был на таких манипуляциях на дому у больного. Это страшно. Называется «провокация при кодировании». И стоит, кстати, дороже».
Как рассказывает Сошников, больной, конечно же, ни о чем не догадывается, ему говорят: «Я вам приготовил лекарство, чтобы сразу откачать вас, если что», — и он верит. «Больного очень просто обмануть», — говорит врач. Пациент находится полностью в руках нарколога. Хотя с годами и с распространением интернета обмануть пациента становится все сложнее. Поэтому клиники ежегодно обновляют названия своих волшебных препаратов для эффекта новизны.
Что происходит сегодня
Сейчас, по оценкам Сошникова, в Москве работает около 500 частных наркологов, и каждый из них со своим набором «Юный химик» может совершать до четырех вызовов к больным на дом ежедневно.
Но, разумеется, возникает вопрос: если в государственной наркологии больше нет кодирования, то что там осталось?
«Во-первых, есть реабилитация. И есть ряд научно обоснованных, испытанных в рандомизированных клинических испытаниях препаратов. Например, вивитрол, который взят на вооружение Минздравом РФ. Он содержит налтрексон в форме геля, который инкапсулируется внутримышечно, и его концентрация расходуется месяц. А налтрексон влияет на опиоидные рецепторы. Человек выпивает, но не чувствует расслабления от алкоголя, сразу начинается абстиненция. То есть, минуя состояние блаженства, сразу приходит похмелье. Стоит вивитрол около 400 долларов, но в диспансере его колют бесплатно», — рассказывает Сошников.
Есть еще один путь — сенсибилизирующая терапия, когда больной самостоятельно или с помощью родственников получает препараты, вызывающие отвращение к алкоголю. Человек один раз в день принимает таблетку или несколько капель колме и не может пить алкоголь, потому что ему сразу плохо. Эту терапию назначают в качестве поддерживающей минимум на полгода. Плюс психотерапия, конечно. Единственно, надо не забывать принимать таблетку каждый день. Таким образом очень многие люди держатся годами, пока не наступает стабильная ремиссия.
У государственной наркологии есть возможности вылечить человека с алкогольной зависимостью, но основной минус государственной наркологической помощи — это учет.
Если убрать учет, у нас будет возможность помочь большему числу людей избавиться от зависимостей. Сейчас у нас пустые коридоры в наркодиспансерах. Я знаю людей, которые бы и пошли лечиться, но они совершенно не хотят вставать на учет. Уберите его, и государственная наркология будет так же привлекательна, как кодировка.
По словам Евгения Брюна, только около 5% больных ориентированы на эти «шаманские методики. «Государственная наркология предоставляет все возможности для лечения. Если говорить о Москве, то у нас есть множество реабилитационных отделений, в которых работают сильные мотиваторы. Недавно открыли загородный реабилитационный центр для длительного пребывания. Есть и медикаментозные методы, но они мне не очень близки», — говорит Брюн.
Получается, что мы выполняем полицейские функции, так как человек, обратившийся к нам, тут же поражается в правах. Но учет был, есть и в обозримом будущем будет.
По его словам, убедить властные структуры отменить учет пока не удается. «Мы пытаемся находить лазейки, у нас есть анонимное лечение без постановки на учет, но оно платное. Есть форма конфиденциального лечения, когда больной не ставится на учет, если активно сотрудничает в плане своей реабилитации. Но это все ситуацию не меняет», — говорит Брюн.
Как ранее сообщала министр здравоохранения Вероника Скворцова, алкоголь сильно влияет на смертность молодых россиян. По ее данным, в крови 70% умерших в возрасте от 30 до 45 лет обнаруживаются следы алкоголя.
Брюн, реабилитация, наркология, реабилитационный центр, учет, нарколог, МНПЦ наркологии, приказ
Запрет на кодирование от алкоголизма: что мы теряем?
Сейчас, по крайней мере, в Москве на сайтах государственных диспансеров, уже нельзя найти рекламу препарата «Торпедо», метода Довженко и прочих методик кодирования от алкогольной зависимости. Случилось это после появления приказа, который категорически вывел кодирование за стены государственных наркологических учреждений. Но пока — только в столице.
Куда уходит «Торпедо», и что же теперь делать людям с зависимостью, «Здоровью Mail.Ru» рассказали главный нарколог Министерства здравоохранения РФ Евгений Брюн и нарколог, член Общества специалистов доказательной медицины Сергей Сошников.
Нарколог Сергей Сошников уже несколько лет составляет «Энциклопедию шарлатанства», и кодирование занимает в ней почетное первое место. Кодирование, поясняет он, — это альтернатива государственной наркологии, которая, с одной стороны, бесплатна, но с другой, подразумевает постановку больного на учет. А учет — это автоматическое поражение в правах на много лет. Вот больные и выбирают всякие кустарные, народные и домотканые, а фактически — несуществующие методы лечения. Ведь кодировка — это быстро, без постановки на учет, анонимно, и ответственность на больного не ложится. Если что — это не больной запил, а просто доктор плохой код поставил. Это настолько привлекательно, что кодировками промышляли и промышляют не только частники, но и государственные больницы.
Комиссия по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований при Президиуме Российской академии наук признает подобные методы лженаучными. Тем не менее еще недавно в Москве можно было прийти в диспансер и попроситься не ложиться, а только закодироваться. И этим зарабатывали — кто неофициально, а кто и по прайсу. Теперь, с появлением приказа, это невозможно, правда, в тех регионах, на которые действие документа не распространяется, ничего и не поменялось. На сайтах калининградского, тюменского областного и других диспансеров можно видеть расценки на «хорошо зарекомендовавшие себя методы лазерного кодирования» и «Эспераль». Но надо надеяться, что регионы последуют примеру Москвы.
Как все начиналось
Применять метод кодировки начали в середине 1980-х годов, и за 30 лет люди привыкли думать, что это — полноценная часть наркологии. В народе считается, что кодирование, может, и не панацея, но зато «скольким людям спасло жизнь!». Ну или, по крайней мере, «кому-то же помогает».
«Мне рассказывал главный нарколог одного из крупных регионов, — говорит Сошников, — что ему лично звонил губернатор области и говорил: «Ну-ка, закодируй моего шофера, а то нам ехать далеко, а он, кажется, готов забухать». И это не только в России такая проблема, но и на всем постсоветском пространстве. В Беларуси Лукашенко кодирует колхозами целыми перед посевной».
«Альтернативная наркология» предлагает десятки методов и препаратов. Открываем раздел «Услуги» любой частной наркологической клиники и видим с десяток (а то и больше) препаратов, лазерную транслокацию, антикодирование, применение гипноза, 25 кадра, кибер-шлема, реконструкцию личной истории, условно-рефлекторный метод, «Якорную» техника гипноза, программу «Запрет» и так далее. На самом деле, говорит Сошников, все это — вариации одного «метода Довженко» и комбинации пары-тройки не имеющих отношения к наркологии веществ.
«Все началось в 1985 году, когда Александр Довженко получил патент на свой метод «Способ лечения хронического алкоголизма путем создания отрицательного рефлекса на алкоголь», — рассказывает он. — Вот там он впервые использовал слово «кодирование». Довженко орошал язык пациента хлорэтилом, который вызывает рвоту, и в этот момент «давал установку» голосом — он был сильный гипнотизер, — «Я даю вам код, я даю вам установку. «. Но сейчас кодированием называют целый спектр разных псевдомедицинских воздействий. Это собирательный термин, букет из разных методов. Но основа прежняя — запугивающая «установка» плюс применение разных препаратов. ».
Является кодированием и метод «Торпедо». Изначально этим словом в наркологии называлось введение любого препарата внутривенно». Сейчас больному сообщают, что ему вводят «антиалкогольный препарат последнего поколения». И если он потом только понюхает спирт, это его убьет. И на самом деле, пациента начинает корежить. Вот только происходит все в обратной последовательности.
«Что бы ни вводили в организм внутривенно, кроме изотопов тяжелых металлов, все выведется из организма довольно быстро, — продолжает Сошников. — Никакое вещество не может держаться в организме дольше нескольких суток. Так что, на самом деле, пациенту вводят препараты не для того, чтобы он бросил пить, а для того, чтобы он испытал ужас и неприятные ощущения. Вводят магнезию, от которой начинается жар по всему телу, никотиновую кислоту — от нее трясет, АТФ, чтобы больной испытал страх смерти. Иногда добавляют листенон для остановки дыхания, а потом «раздышивают» пациента реанимационной подушкой. А в самом начале процедуры дают понюхать ватку со спиртом. И говорят, что эти ощущения — действие кода на спирт. Иногда раствор в шприце красят метиленовым синим или витамином В12 для достижения жуткого цвета. Я был на таких манипуляциях на дому у больного. Это страшно. Называется «провокация при кодировании». И стоит, кстати, дороже».
Как рассказывает Сошников, больной, конечно же, ни о чем не догадывается, ему говорят: «Я вам приготовил лекарство, чтобы сразу откачать вас, если что», — и он верит. «Больного очень просто обмануть», — говорит врач. Пациент находится полностью в руках нарколога. Хотя с годами и с распространением интернета обмануть пациента становится все сложнее. Поэтому клиники ежегодно обновляют названия своих волшебных препаратов для эффекта новизны.
Что происходит сегодня
Сейчас, по оценкам Сошникова, в Москве работает около 500 частных наркологов, и каждый из них со своим набором «Юный химик» может совершать до четырех вызовов к больным на дом ежедневно.
Но, разумеется, возникает вопрос: если в государственной наркологии больше нет кодирования, то что там осталось?