когда будет святой собор
Константинополь готовит новый «святой и великий собор»
Всеправославный процесс: продолжение
С 21 по 25 мая в греческих Фессалониках прошла восьмая [1] международная конференция по православному богословию на тему «Святой и Великий Собор Православной Церкви: православное богословие в XXI веке». На ней обсуждались итоги Критского собора 2016 года и повестка будущего «святого и великого» (всеправославного) собора.
Приняли участие в мероприятии также представители монофизитов, римо-католиков, англикан, лютеран, «Всемирного совета церквей» (ВСЦ). В частности, директор комиссии «Вера и церковное устройство» ВСЦ Одэр Педросо Матеус(Odair Pedroso Mateus) поприветствовал «ясное подтверждение собором 2016 года православного участия в экуменическом движении» на основе Торонтской декларации 1950 г. А представитель Римо-католической церкви священник Франс Бувен (Frans Bouwen) назвал Критский собор «значимым моментом в поиске христианского единства, в частности между Римо-католической и Православной Церковью».
Архиепископ Албанский Анастасий на конференции отметил значение Критского собора для развития православной внешней миссии. По словам архипастыря, в XXI веке возникли новые условия для распространения евангельской вести: «будет необходимо создать межправославные структуры православного свидетельства во всём мире и сформировать авторитетное церковное руководство с духовной ясностью и смелостью, сочетающимися с богословскими исследованиями, миссионерским рвением и личной самоотверженностью». Полностью солидаризуясь с основной мыслью архиепископа Анастасия (о необходимости объединения усилий православных в деле внешней миссии), следует отметить, что его предложение о необходимости для этого «авторитетного церковного руководства» (разумеется, в лице константинопольского «папы») вряд ли будет приемлемо для всех Поместных Церквей, особенно Русской.
Патриарх Варфоломей как «Александр Великий»
В приветствии участникам конференции, направленном Патриархом Константинопольским Варфоломеем, сказано: «Святой и Великий Собор не был замкнутым собранием, но он подчеркнул открытость Православной Церкви к её истории, её привязанность к человеку и непогрешимой своевременности Евангелия Любви». По мнению Патриарха, Критский собор стал «центральным событием в современной истории Православия» и якобы выразил подлинное православное самосознание.
При этом Патриарх Варфоломей заявил, что решение четырёх Поместных Церквей (включая Русскую) о неучастии в Критском соборе не повлияло на его значимость и, по его мнению, «было принято не на основе экклезиологических, канонических или богословских критериев, но скорее ради продвижения мотивов, чуждых подлинной традиции Церкви». Это утверждение звучит очень странно, поскольку наиболее значимыми причинами неучастия были как раз экклезиологические, богословские и канонические (об этом, в частности, свидетельствует позиция Священного Синода Болгарской Церкви).
Хотелось бы напомнить, как языческие жрецы истолковали разрубание Александром Македонским Гордиева узла: «Он завоюет мир! Но мечом, а не дипломатией». Неужели подобными «подвигами» занимается и православный архипастырь? Вопрос риторический, судя по происходящему…
Навстречу новому «святому и великому» собору
Самым интересным, откровенным и значимым на фессалоникской конференции стал доклад митрополита Прусского Елпидифора (Ламбриниадиса).
Высокопреосвященнейший Елпидифор посетовал, что место проведения Критского собора было перенесено по инициативе Русской Церкви, чья делегация не приехала. Он повторил тезис Патриарха Варфоломея об отсутствии богословско-канонических причин неучастия четырёх Поместных Церквей, назвав при этом отсутствие Русской Церкви «наиболее необъяснимым».
Далее, митрополит Елпидифор стал возвеличивать авторитет Критского собора: «когда Церковь соборно собирается, призывая Всесвятого и Освящающего Духа, совещается и принимает решения либо единогласно, либо большинством голосов, это в конце концов приемлется полнотой церковного тела. Разве это не то, что действительно произошло на острове Крите?» (Так и хочется ответить: нет, не то!) То есть критские решения якобы должны быть утверждены рано или поздно всеми Поместными Церквами.
Также, к его неудовольствию, многие вызывавшие споры темы были исключены из повестки Критского собора, а документы по другим темам были смягчены (например, это касается вопроса о посте). Среди отложенных вопросов, которые митрополит Елпидифор считает нужным вынести на следующий «святой и великий собор», следующие: общий церковный календарь (понятное дело, имеется в виду так называемый «новоюлианский», т. е. западный), возможность вступления в брак после рукоположения, второй брак вдовых священников, разность в способах приёма инославных у различных Поместных Церквей, изменение норм поста в соответствии с современными условиями, более широкое участие мирян в богослужении, способ провозглашения автокефалии, диптихи, вопросы биоэтики, рукоположения женщин в диакониссы и др. Притом, что некоторые из этих вопросов действительно актуальны и объективно требуют решения, сам исторический контекст и содержание соответствующих богословских дискуссий позволяют предположить, что рассмотрение этих вопросов (на некоторые из которых давно уже даны однозначные ответы в православном Предании) на возможном «всеправославном соборе» будет происходить в модернистско-секулярном духе.
Говоря как раз о будущем «святом и великом соборе», митрополит Елпидифор сказал, что хотел бы видеть на нём более живое обсуждение, без обязательного полного выверения принимаемых текстов загодя (кстати, это можно только поддержать!). Также, по его мнению, «мы должны провести собор, держа в уме, что он будет Вселенским Собором Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви. И это будет так несмотря на взгляды, выраженные некоторыми богословами (даже порой почтенными), о том, что после схизмы с Римской церковью Вселенский Собор быть не может. Церковь всегда имела дело с расколами, тем не менее, они никогда не умаляли её вселенского характера». Такой будто бы антикатолический пассаж, однако, должен рассматриваться с учётом того, что для митрополита Елпидифора римо-католики лишь раскольники, а не еретики, а также в контексте фактически восстановленной (пусть и антиканонической) молитвенной связи Константинополя и Рима. Владыка Елпидифор призвал «переосмыслить употребление термина «еретик» и отделить его от инославных христиан или от единоверных раскольников», что якобы «поможет нам достичь лучшего понимания не только буквы, но и духа святых канонов». (Спрашивается, кто же тогда еретики, если таковыми не являются так называемые «инославные»? Все выходящие за пределы «торонтского» минимума? И не в русле ли этой же псевдоканонической линии давние инициативы митрополита Волоколамского Илариона о прекращении именования папистов еретиками?)
В будущем соборе, по мнению архиерея, должны участвовать также автономные Церкви, а решения необходимо принимать по принципу большинства (несогласные при этом обязаны подписать принятое решение).
Из весьма жёсткого и откровенного выступления митрополита Елпидифора, одного из ближайших соратников и возможного преемника Патриарха Варфоломея, напрашивается вывод о том, что очередной псевдовеликий собор (да ещё и якобы «Вселенский»!) может стать гораздо более радикальным по своей повестке и механизмам проведения – следовательно, ещё более разрушительным для православного самосознания и единства Поместных Православных Церквей.
Традиция и её противники
Одним из немногих (если не единственным) традиционалистом, участвовавшим в конференции, стал митрополит Черногорский и Приморский Амфилохий, который рассказал про обстоятельства присутствия Сербской Православной Церкви на Критском соборе.
В заголовке своего доклада владыка Амфилохий подчёркнуто наименовал Православную Церковь кафолической. Он рассказал, что на Критском соборе Сербская Церковь предложила признать вселенскими соборами Софийский Собор, проведённый при Патриархе Фотии в 879-880 годах и среди прочего осудивший латинское учение о «филиокве», а также исихастские (паламитские) соборы 1341, 1351, 1368 годов. Также предложено осудить Флорентийскую унию. К сожалению, подробности доклада митрополита Амфилохия [7] неизвестны, но можно предположить, что он был выдержан в духе церковного Предания (учитывая весьма консервативную позицию сербских архиереев на Критском соборе).
Отметим, что конференцию в Фессалониках посетили в том числе члены Поместных Церквей, не принявших участия в Критском соборе (в том числеАнтиохийской и Грузинской). Среди них: известная своими модернистскими взлядами инокиня Васса (Ларина) из Русской Православной Церкви Заграницей [8] ; представитель модернистской Свято-Владимирской семинарии священник Антоний Рёбер (Anthony Roeber; Православная Церковь в Америке); Смилен Марков и Мариан Стоядинов [9] (Болгарская Церковь). Марков, кстати, – известный апологет Критского собора, назвавший позицию своей Церкви «политикой самостоятельно выбранной маргинализации».
То есть фессалоникская конференция собрала в том числе модернистски и экуменически настроенных богословов Церквей, отсутствовавших на Крите, – своеобразную «пятую колонну» фанариотов в России, Болгарии и других странах.
Контуры иного будущего
Сегодня, пожалуй, пора окончательно похоронить иллюзии, связанные с легкомысленным отношением к Критскому собору: мол, ничего особенного на Крите не произошло, лишь удовлетворение амбиций Константинопольского Патриарха и не более того. Прежде всего, совсем не так на это смотрят идеологи и устроители Крита – надо признать, очень деятельные, напористые и достаточно успешные. В частности, на конференции митрополит Сасимский Геннадий (Константинопольский Патриархат) отметил, что Критский собор стал лишь началом большого пути.
На наш взгляд, долгий «предсоборный процесс» завершён: в 2016 году он перешёл в исторически новую «соборную» фазу разрушения Православия, что, пожалуй, до сих пор недостаточно нами осознаётся. Может, поэтому деятельность наша (имею в виду традиционалистски настроенных православных христиан) разрозненна, а также недостаточно масштабна и плодоносна?
Знамя и инициатива православной соборности во Вселенском Православии, к сожалению, сегодня находится в руках Фанара, который уже почти открыто ставит целью собрать православных под своим контролем в одной «лодке» и привести её в гавань еретического Рима.
Представляется, что в сложившихся условиях мы подошли к этапу, когда всё менее возможно будет решать соответствующие проблемы дипломатией (хотя её средства следует использовать непременно); когда потребуется открытое, приправленное евангельской солью слово доброго обличения [10] ; когда будет нужна гораздо более настойчивая защита Священного Предания в межправославной и внешнецерковной повестке; когда потребуется принимать и жёсткие решения – как это, например, сделала Русская Церковь после Флорентийской унии, невзирая ни на какие «канонические прерогативы» кого бы то ни было.
При этом повестка и действия православных, верных Преданию, не должна ограничиваться только «обороной» и критикой: надо не только «уклониться от зла», но и «сотворить благо» (см. Пс. 33:15), должна быть предложена и реализована созидательная повестка. Возможные соображения о том, что следует заниматься исключительно внутренними делами Русской Православной Церкви, несостоятельны: обстоятельства таковы, что если не заниматься должным образом внешней средой, она станет для нашей Матери-Церкви и Её единства исключительно враждебной и опасной. Изоляционизм опасен тем, что ведёт к незнанию и непониманию происходящего во вселенском Православии, к недостаточному осознанию кафоличности Церкви.
В практической плоскости сегодня представляются уместными следующие шаги:
Безусловно, это не все из возможных мер. Другие могут быть связаны с корректировкой подхода к внешнецерковным связям, а также значительным усилением зарубежной миссионерской деятельности Русской Церкви (это отдельные вопросы, требующие серьёзного рассмотрения). При этом сама динамика событий и методичная, целенаправленная работа православных модернистов и экуменистов лишает ревнителей святоотеческого Предания права на бездействие, отлагательство и занятие исключительно третьестепенными предметами.
«Блажен раб, егоже обрящет бдяща»
События и тенденции во Вселенском Православии, концентрированно проявившиеся в фессалоникской конференции, побуждают нас быть ещё более бдительными. При этом не стоит предаваться печали и тревожным настроениям в духе «всё пропало»: надо радостно трудиться на благо Матери-Церкви, невзирая на трудности. Как говорит Невеста Христова в своих молитвах, «блажен раб, егоже обрящет бдяща; недостоин же паки, егоже обрящет унывающа».
Заботясь о спасении своей души и помня прежде всего о своих грехах, не следует забывать об ответственности каждого верующего за Церковь в целом. Надо обличать «бесплодные дела тьмы» (Еф. 5:11), отклонения от Истины-Христа, Истины Православия, в то же время не впадая в лжеревнительство, лишь вредящее Церкви, а не помогающее Ей. Покуда народ Божий хранит благочестие, апостасия не сможет охватить Русскую Церковь и весь православный мир.
Представленный здесь анализ не претендует на абсолютную полноту и правильность. Предложенные меры, конечно, могут быть реализованы только при надлежащем обсуждении и одобрении священноначалия, которое, напомню, приняло весьма значимые и правильные решения по Критскому собору и нуждается в нашей поддержке и молитве. Исключительно важно нерушимое литургическое, евхаристическое единство иерархов, клириков и мирян. Ведь, по замечательному выражению митрополита Гортинского Иеремии, «Божественная Литургия и есть настоящий Святой и Великий Собор».
[1] Конференция стала восьмой в серии подобных форумов, начиная с 1936 года (предыдущий состоялся в 2006 году в финском городе Йо́энсуу). Эти конференции стали одной из важных составляющих так называемого «предсоборного процесса».
[2] Отметим, что среди спонсоров конференции – Константинопольский Патриархат, Ватопедский монастырь и… Благотворительный фонд Ивана Саввиди, известного российского бизнесмена.
[3] Хотелось бы, однако, напомнить святейшему Патриарху Варфоломею, что все православные христиане должны быть защитниками Православия, и отнюдь не «самоназначенными», а по благодати Божией, приемлемой во святом Крещении и Миропомазании. В Окружном послании Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви ко всем православным христианам 6 мая 1848 г., подписанном в том числе Вселенским Патриархом Анфимом, сказано: «хранитель благочестия у нас есть самое тело Церкви, т.е. самый народ, который всегда желает сохранить веру свою неизменною и согласною с верою отцев его».
[4] Кстати, Ламбриниадис в 2014 г. выступил с резкой критикой позиции Московского Патриархата по вопросу первенства в Православной Церкви, заявив, что «Вселенский Патриарх есть первый без равных».
[5] См., в том числе, отзыв сотрудников и экспертов Аналитического центра свт. Василия Великого.
[6] Характерно в этом отношении упоминание и в докладе митрополита Елпидифора, и других участников конференции 28-го правила Халкидонского Собора, которое якобы даёт основания для первенства Константинополя в управлении православной диаспорой.
[7] Кстати, поездкой на конференцию в Грецию владыка Амфилохий воспользовался в том числе чтобы почтить мощи свт. Григория Паламы и прп. Паисия Святогорца, а также пообщаться с известным подвижником благочестия старцем Эмилианом (Вафидисом).
[8] Между прочим, инокиня Васса – член Межсоборного присутствия Русской Православной Церкви.
[9] Мариан Стоядинов – участник с болгарской стороны церковной комиссии по канонизации свт. Серафима (Соболева).
[10] «Не враждуй на брата твоего в сердце твоём; обличи ближнего твоего и не понесешь за него греха» (Левит 19:17).
[11] International Orthodox Theological Association. См.: https://iota-web.org/
[12] Такая конференция вполне может быть совмещена с Международными Рождественскими чтениями, традиционно проводимыми каждый год Русской Православной Церковью.
Вселенские соборы: зачем Церковь их собирала и какие решения принимались на каждом из них?
К дню святых отцов VII Вселенского собора
Приблизительное время чтения: 3 мин.
С апостольских времен Церковь решает все насущные вопросы на собраниях глав общин — соборах. Для решения проблем, имеющих общецерковное значение, византийские императоры созывали Вселенские Соборы, на которые приглашали всех епископов всех поместных церквей.
Вселенские соборы формулировали непреложные истины Православия — догматы, правила церковного управления, общецерковной и частной христианской жизни — каноны.
Догматические и канонические решения Вселенских соборов обязательны для всей Церкви. Православная Церковь признает семь Вселенских соборов.
Первый Вселенский собор
Прошел в Никее в 325 году. Был созван против ереси Ария, считавшего Христа высшим творением Божиим.
Важнейшие решения собора:
Второй Вселенский собор
Прошел в Константинополе в 381 году. Был созван против ереси Македония, считавшего Святого Духа творением Божиим.
Важнейшие решения собора:
Третий Вселенский собор
Прошел в Эфесе в 431 году. Был созван против ереси Нестория, учившего, что Христос изначально был человеком, и только потом в Него вселился Бог.
Важнейшие решения собора:
Четвертый Вселенский собор
Прошел в Халкидоне в 451 году. Был созван против ереси монофизитов, отвергавших человеческую природу во Христе.
Важнейшие решения собора:
Пятый Вселенский собор
Прошел в Константинополе в 553 году. Был созван из-за споров несториан и монофизитов.
Важнейшие решения собора:
Шестой Вселенский собор
Прошел в Константинополе в 680 году. Был созван против учения монофелитов об одной — Божественной — воле во Христе.
Важнейшие решения собора:
Седьмой Вселенский собор
Прошел в Никее в 787 году. Был созван против иконоборческой ереси.
Важнейшие решения собора:
Вы можете посмотреть этот текст в виде инфографики и распечатать его в формате А4.
Читайте также:
Сергей Худиев. Собор, Ересь, Символ Веры — что это такое?
На заставке: Первый Вселенский собор. Император Константин, Александр патр. Александрийский, Сильвестр папа Римский, Митрофан патр. Константинопольский, Евстафий патр. Антиохийский; Балканы. Сербия. Дечаны; XIV в. Источник: http://www.ruicon.ru
Что Вы имеете ввиду, говоря что эти правила не соблюдает Церковь? Учитывая, что обращены они к действиям отдельных её членов.
В самом прямом смысле. Например, 50-е Правило VI собора, по толкованию, «запрещает всякое играние», а мы и сами играем, и детям разрешаем играть. 51-е правило начинается: «Сей Собор совершенно запрещает быти смехотворцам», а мы и сами смехотворим (особенно священники), и детям разрешает смеяться. Правила Семи Вселенских Соборов обращены не к частным лицам, а ко ВСЕМ христианам, о чем говорится в 1-м и 2-м Правиле того же VI собора, с анафемой несогласным. Так почему же мы не исполняем этих Правил? ЖДУ ОТВЕТА РЕДАКЦИИ.
50-е правило VI Собора повторяет предписания 42-го и 43-го Апостольских правил, воспрещающих мирянам и священнослужителям предаваться азартным играм, а не играм вообще. А в 51-м правиле «смехотворцами» называются те, кого сейчас мы называем комиками, т.е. те, кто своей профессией имеет смешить людей. То есть тут речь идет не о запрете веселиться, а говорится о недопустимости посещения цирка и театра, но тут опять же надо понимать, что цирк и театр в VII веке и сейчас различаются принципиально.
Правила обращены ко всем, но ответственность за их соблюдение лежит на каждом индивидуально. Это относится к любым видам правил, не только к церковным. Так что спрашивать почему кто-то не соблюдает правила логично у того, кто их не соблюдает, а не у абстрактных людей в интернете.
Вселенские Соборы
Вселе́нские Собо́ры – собрания православных епископов (священников и иных лиц) как представителей всей Православной Церкви (всей совокупности Поместных Церквей), созывавшиеся с целью решения насущных вопросов в области богопознания и богопочитания.
Решения Вселенских Соборов по вопросам вероучения, законодательства и церковной дисциплины признаются непогрешимыми в силу того, что Собор действует не сам от себя, а по действию в нем и через него Святого Духа; определения, и правила Вселенского Собора простираются на все Поместные Церкви.
Всего было семь Вселенских Соборов:
На чём основана практика созыва Соборов?
Традиция обсуждать и разрешать важнейшие религиозные вопросы на принципах соборности была заложена в ранней Церкви апостолами ( Деян.15:6 ). Тогда же был сформулирован главный принцип принятия соборных определений: «угодно Святому Духу и нам» ( Деян.15:28 ).
Это значит, что соборные постановления формулировались и утверждались отцами не по правилу демократического большинства, а в строгом согласии со Священным Писанием и Преданием Церкви, по Промыслу Божию, при содействии Святого Духа.
По мере развития и распространения Церкви Соборы созывались в самых разных частях ойкумены. В подавляющем большинстве случаев поводами для Соборов служили более или менее частные вопросы, не требовавшие представительства всей Церкви и разрешавшиеся силами пастырей Поместных Церквей. Такие Соборы и назывались Поместными.
Вопросы же, подразумевавшие необходимость общецерковного обсуждения, исследовались при участии представителей всей Церкви. Созывавшиеся в этих обстоятельствах Соборы, представлявшие полноту Церкви, действовавшие в соответствии с Божьим законом и нормами церковного управления, закрепляли за собой статус Вселенских. Всего было семь таких Соборов.
Чем отличались между собой Вселенские Соборы?
На Вселенских Соборах присутствовали главы поместных Церквей или их официальные представители, а также епископат, представлявший свои епархии. Догматические и канонические решения Вселенских Соборов признаются обязательными для всей Церкви. Для усвоения Собором статуса «Вселенский» необходима рецепция, т. е. проверка временем, и принятие его постановлений всеми поместными Церквами. Случалось, что под жестким давлением императора или влиятельного епископа участники Соборов принимали решения, противоречащие евангельской истине и церковному Преданию, со временем такие Соборы Церковью отвергались.
1‑й Вселенский Собор состоялся при императоре Константине Великом, в 325 году, в Никее.
Он был посвящен разоблачению ереси Ария, александрийского священника, который учил, что Сын сотворен и что было время, когда Его не было; единосущие Сына с Отцом он категорически отрицал.
Собор провозгласил догмат о том, что Сын — Бог, единосущный Отцу. На Соборе было принято 7 членов Символа веры и 20 канонических правил.
2‑й Вселенский Собор, созванный при императоре Феодосии Великом, имел место в Константинополе, в 381 г.
Поводом послужило распространение ереси епископа Македония, отрицавшего Божество Святого Духа.
На этом Соборе Символ веры был скорректирован и дополнен, в том числе членом, содержащим Православное учение о Святом Духе. Отцами Собора составлено 7 канонических правил, одним из которых запрещено вносить какие-либо изменения в Символ веры.
3‑й Вселенский Собор состоялся в Ефесе в 431 году, в царствование императора Феодосия Малого.
Он был посвящён разоблачению ереси Константинопольского Патриарха Нестория, ложно учившего о Христе как о человеке, соединенном с Сыном Божьим благодатною связью. Фактически он утверждал, что во Христе — два Лица. Кроме того он называл Богородицу Христородицей, отрицая Её Богоматеринство.
Собор подтвердил, что Христос — Истинный Сын Божий, а Мария — Богородица, и принял 8‑мь канонических правил.
4‑й Вселенский Собор проходил при императоре Маркиане, в Халкидоне, в 451 году.
Отцы тогда собрались против еретиков: предстоятеля Александрийской Церкви, Диоскора, и архимандрита Евтихия, которые утверждали, что в результате воплощения Сына два естества, Божеское и человеческое, слились в Его Ипостаси в одно.
Собор вынес определение, что Христос — Совершенный Бог и вместе Совершенный Человек, Одно Лицо, заключающее в Себе два естества, соединенные неслитно, непреложно, нераздельно и неразлучно. Помимо того было сформулировано 30 канонических правил.
5‑й Вселенский Собор состоялся в Константинополе, в 553 году, при императоре Юстиниане I. На нем было подтверждено учение Четвертого Вселенского Собора, осужден Оригенизм и некоторые сочинения Феодорита Кирского и Ивы Едесского. Вместе с тем был осужден Феодор Мопсуестский, учитель Нестория.
6‑й Вселенский Собор был в городе Константинополе в 680 году, в правление императора Константина Погоната. Его задачей стояло опровержение ереси монофелитов, настаивавших на том, что во Христе не две воли, а одна. К тому времени эту ересь успели растиражировать несколько Восточных Патриархов и Римский папа Гонорий.
Собор подтвердил древнее учение Церкви о том, что Христос имеет в Себе две воли — как Бог и как Человек. При этом Его воля по человеческому естеству во всём согласна с Божественной.
Пято-Шестым Вселенским или Трулльским именуют Собор, проходивший в Константинополе через 11 лет. Он принял 102 канонических правила.
7‑й Вселенский Собор имел место в Никее в 787 году, при императрице Ирине. На нем была опровергнута иконоборческая ересь и утверждён догмат об иконопочитании. Отцы Собора составили 22 канонических правила.
Возможен ли Восьмой Вселенский Собор?
1) Распространенное на сегодняшний день мнение о завершённости эпохи Вселенских Соборов не имеет под собой догматических оснований. Деятельность Соборов, в том числе Вселенских, является одной из форм церковного самоуправления и самоорганизации.
Заметим, что Вселенские Соборы созывались по мере возникновения необходимости принятия важных решений, касающихся жизни всей Церкви.
Между тем, Церковь будет существовать «до скончания века» ( Мф.28:20 ), и нигде не сообщается, что на протяжении всего этого периода Вселенская Церковь не будет сталкиваться с вновь и вновь возникающими трудностями, требующими для их разрешения представительства всех Поместных Церквей. Поскольку право осуществлять свою деятельность на принципах соборности даровано Церкви от Бога, и этого права у неё никто, как известно, не отнимал, постольку нет оснований считать, что Седьмой Вселенский Собор априори должен именоваться последним.
2) В традиции греческих Церквей еще с Византийских времен распространено мнение о том, что Вселенских соборов было восемь, последним из них считают собор 879 г. при свт. Фотии Константинопольском. Восьмым вселенским собором его называли, например, св. Николай Кавасила (PG 149, col. 679), св. Симеон Солунский (Фессалоникийский) (PG 155, col. 97), позднее свт. Досифей Иерусалимский (в своем томосе 1705 г.) и др. То есть, по мнению целого ряда святых восьмой вселенский собор не только возможен, но уже был. (священник Георгий Максимов)
3) Обычно идею о невозможности проведения Восьмого Вселенского Собора связывают с двумя «главными» причинами:
а) С указанием Книги Притчей Соломоновых о семи столпах Церкви: «Премудрость построила себе дом, вытесала семь столбов его, заколола жертву, растворила вино свое и приготовила у себя трапезу; послала слуг своих провозгласить с возвышенностей городских: “кто неразумен, обратись сюда!”. И скудоумному она сказала: “идите, ешьте хлеб мой и пейте вино, мною растворенное; оставьте неразумие, и живите, и ходите путем разума”» ( Притч. 9:1-6 ).
Учитывая, что в истории Церкви было семь Вселенских Соборов, это пророчество можно, конечно же с оговорками, соотнести и с Соборами. Между тем в строгом осмыслении семь столбов означают не семь Вселенских Соборов, а семь Таинств Церкви. В противном случае нам пришлось бы признать, что до времени окончания Седьмого Вселенского Собора Церковь не имела под собой устойчивого основания, что она была хромающей Церковью: сперва её недоставало семи, затем шести, потом пяти, четырех, трех, двух опор. Наконец, только в восьмом веке она была прочно утверждена. И это при том, что именно ранняя Церковь прославилась сонмом святых исповедников, мучеников, учителей…
б) С фактом отпадения от Вселенского Православия Римо-Католицизма.
Коль скоро Вселенская Церковь раскололась на Западную и Восточную, утверждают сторонники этой идеи, то и созыв Собора, представляющего Единую и Истинную Церковь, увы, невозможен.
В действительности же, по Божьему определению, Вселенская Церковь никогда не подлежала разделению надвое. Ведь по свидетельству Самого Господа Иисуса Христа, если царство или дом разделятся сами в себе, «не может устоять царство то» ( Мк.3:24 ), «дом тот» ( Мк.3:25 ). Церковь же Божия стояла, стоит и стоять будет, «и врата ада не одолеют ее» ( Мф.16:18 ). Следовательно, она никогда не делилась, и не разделится.
В отношении Своего единства Церковь нередко называется Телом Христовым (см.: Церковь). У Христа же не два Тела, а одно: «Один хлеб, и мы многие одно тело» ( 1Кор.10:17 ). В этом отношении мы не можем признать Западную церковь ни как единую с нами, ни как отдельную, но равноценную Церковь-Сестру.
Разрыв канонического единства между Восточной Церковью и Западной есть, по существу, не разделение, но отпадение и откол Римо-Католиков от Вселенского Православия. Откол же какой-либо части христиан от Единой и Истинной Матери-Церкви не делает её ни менее Единой, ни менее Истинной, и не является препятствием для созыва новых Соборов.