коневский монастырь на острове в ладожском озере
История Коневского монастыря
Вот уже более 600 лет сияет славой обитель во имя Рождества Пресвятой Богородицы, основанная преподобным Арсением Коневским. Монастырь на острове Коневец был и остается доныне одним из оплотов православной веры в Ладожской земле. История обители полна славных страниц, являя собой пример молитвенной и подвижнической жизни монашеской братии.
Об основателе Коневского монастыря преподобном Арсении Коневском мы знаем довольно немного. Житие Преподобного говорит, что Арсений был уроженцем Великого Новгорода. Ни точная дата его рождения, ни его родители, ни даже его мирское имя нам неизвестны. Юноша был искусным ремесленником и преуспел в ковке медных сосудов. В возрасте примерно 20 лет он пришел в новгородский Лисогорский монастырь, где и принял монашеский постриг с именем Арсений… >>
Календарь
Мысли на каждый день
Погода
Контакты монастыря
Секретарь: +7 (812) 571-71-94
Бухгалтерия: +7 (812) 600-75-36
Адрес: 188767, Ленинградская область, Приозерский район, остров Коневец, Религиозная организация «Коневский Рождество-Богородичный мужской монастырь Выборгской Епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)»
spb.podvorie@gmail.com
vk.com/konevez
Паломническая служба
Телефоны:
Для организаций:
Адрес: 191002, Санкт-Петербург, Загородный пр., д. 7
konevskiy.ru
vk.com/pskonevez
Подворье в Санкт-Петербурге
Канцелярия: +7 (812) 571-71-94
Лавка: +7 (812) 315-07-18
Адрес: 191002, Санкт-Петербург, Загородный пр. дом 7, лит. А
konevets.podvorie@yandex.ru
podvorie-spb.ru
Московский Патриархат
Выборгская епархия
Коневский Рождество-Богородичный мужской монастырь
© 2020
Путешествие в Коневский Рождество-Богородичный мужской монастырь
Бежим к озеру, очень хочется купаться. Показывается заросший старый пирс, уже не бежим, идем молча и обиженно: бухта залита мазутом, на заброшенном причале дырявый ржавый корабль, красный флаг рвется на ветру, что-то красят чумазые и унылые люди в тельняшках. Ветер вдруг уносит косынку, толкается, не дает говорить, скрылось солнце, лес кидается на дорогу круглыми шишками, сосновыми иголками, рабочие скверно ругаются и заводят «Камаз», резко темнеет и макушку барабанят крупные сильные капли. Начинается буря. Добегаем до кирпичной остановки, авось выдержит. Все вокруг вымокло, падают уже целые ветки. Но не страшно, пьянит эта сила природного бунта, этот запах стихии: холодного ветра, мокрой, в пузырях, земли, старых сосен, проснувшегося озера. Хочется громко кричать что-то очень важное, расставив пошире руки… но вот ветер затихает, уносится вдаль, спешит ворошить другие жизнь. Мы остаемся под дождем, осматриваемся. Вроде будка КПП впереди, там нет никого, дальше заброшенная воинская часть: монументальные казармы, но окна выбиты, двери покорежены, где-то слышны голоса, идем к ним. В сарае на берегу пирует веселая четверка, отмечают чье-то звание. Оказывается, все капитаны различных рангов, и, вот удача, тоже плывут на Коневец, рыбачить. За умеренную плату зовут с собой. Переглядываемся с опаской, уж больно давно, видимо, отмечают, но потом соглашаемся, глядя на предложенную яхту, – не ночевать же здесь. Переносим вещи, говорят: «Проходите дальше». Куда?! А дальше, сбоку яхты, болтается маленькая лодочка. Капитаны смеются, видя наше недоумение, ничего, говорят, 500 кг только так выдержит. Мы понимаем, что у нас значительно больше, но уже отчаливаем, заводимся. ну, с Богом. Лодка осела, но в бухте спокойно, только дождь, и плыть говорят, не долго, нас накрывают пленкой и приказывают сидеть тихо. И вдруг бухта заканчивается, и мы чувствуем, что начинается озеро.
Мы плывем в белом молочном царстве, в облаке, в котором ничего не видно. Не видно ни Коневца, ни берегов, нас самих еле видно, мы потерялись в этом озере, потеряли направление, сушу, и мир в котором мы жили, тоже погрузился в эту мутную белизну. Но вот, дождь усиливается, ветер рвет пленку, Васька-боцман хохочет, кто-то храбрится и лезет на нос этой посудины, но она и так чуть держится на волнах, уже настоящий шторм, нас бросает из стороны в сторону, руки затекли, замерзли от ледяных брызг, но мы держимся изо всех сил. Вода везде, внизу, наверху, бьет со стороны, мокрая одежда, ноги. Кто-то сосредоточено молится преподобному Арсению, кто осматривается, надеясь определить куда же плыть, если не дай Бог что… Плыли минут сорок, и вдруг выросла земля, сразу появилась, все верно – Коневец. На берегу ждет мальчонка, сын Васьки-рыбака, называли его Сашка, он-то, за «Сникерс» и довел до монастыря.
Первым делом послали нас «на поселение» к матушке Корнилии – бойкой, чуть суетной, немного рассеянной, но добродушной девчонке-монахине. Чтобы остаться в монастыре, надо было пройти через благословение благочинного, зовут его Алексей, и к нашему удивлению благочинный оказался даже не монахом. Алексей устало посмотрел на нас, посовещался с начальницей местной паломнической службы, и селиться не благословил. Сказал нам, что ждут две группы финнов, которые, видимо, запаздывают, заблудившись в ладожском тумане. Зато строго напомнил, что служба начинается в 7 утра, а работы в 9.00, и опаздывать он нам не советует. Так, несолоно хлебавши, мокрые и уставшие, поплелись мы на берег озера ставить палатку. Место нашли очень красивое: на высоком берегу, с медно-песчаным крутым спуском к озеру, среди черники и невысоких крепеньких сосен. На сосне, что стоит на откосе, висели самодельные веревочные качели, на которых мы никак не могли накачаться. Ножичком кое-как вскрыли шпроты, запили их «Тархуном», запихнули возмущенные животы в спальники и, помолившись, как-то попытались скоротать остаток такой светлой ладожской ночи. Было холодно, ветер все бушевал, а палатка хлопала и надувалась как настоящий парус. Волны отчаянно бились о берег, в нас летели брызги, а вид бескрайнего озера, почти моря позволял думать что мы отважные капитаны, пустившиеся в далекое плавание.
Проснулись мы в 5 утра, палатка была совсем мокрой от росы, поеживаясь, с опаской, стали планировать день. Умылись в ледяной ладожской воде, и, постукивая скованными от нее зубами, к 6.40 пришли на службу. Людей было мало, прихожан – человек пять. Утренний храм еще дремлет в дымке кадильного ладана, на клиросе строгий голос читает часы.
Может, была она похожа на нашу, и также перед преподобным Арсением, из тумана, вдруг явился это прекрасный остров, показались медно-бурые сосны, берега, укрытые чистым, будто просеянным золотым песком, утесы, поросшие черникой…
Было это в 1393 году. Арсений искал место для обители, специально упыл с Валаама, чтобы выполнить благословение игумена Иоанна со Святой горы. Три года подвизался он под руководством афонских старцев, дарил им посуду, которую ковал из меди, а потом и сам получил подарок – икону Божией Матери, устав общежития и заповедь основать обитель на дальнем севере. Так вернулся он в родную Русь, навестил Лисичью обитель Новогородскую, где подвизался с детства, благословился у ее игумена, поплыл на Валаам, а оттуда через бурю оказался на Коневце.
Служил иеросхимонах Варахиил и совсем молоденький дьякон Адриан, еще был хор-квартет и строгий чтец.
После службы, такой спокойной и умиротворяющей, через час с небольшим мы подошли в трапезному корпусу в смиренной надежде на «что-нибудь горяченькое» и, конечно, получить обещанное Алексеем послушание. Расположившись на бревнышке рядом с дверью мы старались привлечь внимание батюшки, спешащего на утренюю трапезу, и своим замерзшим и голодным видом вымолить благословение на завтрак. Но, тщетно. Не раз монах или послушник открывал нам дверь, но мы, наученные, что в монастыре нужно все делать по благословению, отказывались. Не знали, что в монастыре батюшек всего два, причем отец Варахиил сразу после службы ушел в скит, а настоятель отец Исидор уехал с острова по делам. Но послушание мы, конечно, получили огороды! И еще долгожданное разрешение селиться в старый каменный гостиничный корпус. Жилище нам определили в мансарде, на третьем этаже. Сказали, первый обычно занимают финны, второй особые паломники из наших, а третий просто паломники, вроде нас. В этот день кроме нас в гостинице не было никого. Комнатку дали аскетическую, все в ней так и дышало старостью, но зато она была чистенькая. Четыре кровати, пусть без белья и с растянутыми до пола скрипучими пружинам, вполне пригодны для спанья, на двух из них даже лежали тоненькие одеяла. Окна были открыты, но запах этой древности и сырости выветрить было невозможно. Сурово? А мы были рады! И в приподнятом настроении побежали искать отца огородника.
Отец Георгий определил нас на прополку моркови и свеклы. Грядки длиннющие, но такие аккуратненькие, видно, что любят не только сами овощи, но и труд на земле. С удовольствием мы стали вытаскивать пырей и одуванчики, равняясь на отца Георгия, трудившегося неподалеку, но у него все равно получалось куда лучше.
Доделав работу и получив сдержанную похвалу от отца огородника, еле передвигая ноги, поплелись в наш «новый дом». Обед чуть не проспали, а, заслышав трапезный колокол, перескакивая через ступеньки, бросились в трапезную. О благословении уже не думали, очень изголодались. Кормили картофельно-вермишелевым супом, горяченным, щедро посыпанным лучком и укропом, только срезанным о. Георгием. Гречка с морковной подливкой на второе. Мятный чай. Живот благодарно заурчал. Раскрасневшиеся, довольные, славя послушников трапезной, мы вернулись к послушаниям, а, закончив работу, перед службой, пошли осматривать остров преподобного Арсения.
Погода менялась к лучшему, моросящий дождь кончился, солнечные лучи раздвинули тяжелые тучи, все засияло, заискрилось, обрамленное сверкающими каплями, стало очень уютно и радостно. А потом Коневец согрелся, капли исчезли и отовсюду потекли запахи. Пахло клевером и медуницей, пахло травой, на которую наступаешь, теплым песком, смолой и хвоей от окрестных сосен, черникой, которую ели горстями, пахли старые кирпичи Казанского скита, в котором живет отец Варахиил, доски Успенской часовни… а еще появились звуки, будто заговорили разом: и птицы, и насекомые, и деревья, и цветы на лугу. И стал Коневец живой и такой наполненный.
По крутой тропке спускаемся к Конь-камню. Вокруг внушительной скалы ели скрипят старые, высокие, комары пищат злющие – место-то в низинке. В языческие времена, летом, окрестные жители, на Коневце оставляли коней на выпас, верили они, что духи сохранят их целыми и невредимыми, а осенью, у этого огромного камня приносили в жертву духам одного коня из стада. Потому и называется Конь-камень, а остров Коневец. Преподобный Арсений, поселившись на острове, узнал о таком языческом суеверии от рыбака Филиппа, приступил он к этому камню с молитвой, святой водой окропил и изгнал духов с острова, улетели они черной тучей в сторону Владимирской бухты, которая раньше называлась Чертова лахта. С тех пор хоть и не приносят у камня жертвы, но местные шутят, что маленькие злые духи здесь все же остались – в виде комаров.
Поднимаемся вверх, спешим, спасаясь от комаров и перед нами, в кустах душистого шиповника, среди густых зарослей, в отцветающей уже сирени, будто оберегаемый от суетных взглядов, желто-белый, ромашковый, Казанский скит. Обиталище иеросхимонаха Варахиила, место затвора и трудов по его восстановлению. Рядом небольшая, аккуратненькая Успенская часовенка: светлое крылечко, резные перильца, в зелени светится на солнце крестик. Здесь, по преданию, явилась Пречистая во время голода ученику старца Арсения Иоакиму, он тогда в обители за старшего оставался: братия грозилась разойтись, преподобный Арсений уплыл на Афонскую гору за благословением, ни запасов, ни наставника одно уныние, вот и спасла Богородица монастырь своим явлением, вдохновила, просила еще потерпеть. И правда, вскоре вернулся преподобный Арсений на двух кораблях с великими съестными припасами, а в честь чудесного явления воздвигла братия часовню.
В 1421 году, когда был необычайный разлив Ладожского озера, вода смыла все постройки бедной Коневской обители, потому преподобный Арсений перенес монастырь на новое место, туда, где и сейчас он расположен. По прежнему видны его храмы с озера, слышны колокольные перезвоны, но уже не страшны ему ветра и наводненья. Когда архиепископом новогородским стал Евфимий, друг преподобного и сомолитвенник его по обители на Лисичьей горе, то многим помог он обители Коневской и сделал известной ее в новогородских пределах. Так благочестивые новогородцы стали ее посещать и жертвовать милостыню. Преподобный Арсений паломников принимал в келье, как своих гостей, с радушием угощал, беседовал. Представляем, какова была радость богомольцев. Но не долго длилось такое утешение, прозорливый старец Симеон, сказал Арсению, что бесы радуются, когда мирян в келье принимаешь, и тогда, не нарушая ни наставления, ни гостеприимства, Арсений стал водить паломников в братскую трапезную.
И так чувствуется гостеприимство самого Преподобного, утешающего и нас, малых и грешных. Какое-то особенное тепло обнимает тебя, особенно ближе к храму, к батюшке Арсению, и вся природа вокруг словно радуется.
Служил отец настоятель, дьякон уже другой, «праздничный», с очень глубоким и сильным голосом, и, когда пели «Воскресение Христово видевше», себя было не слышно, только могучий гул о. дьякона, перекрывающий все звуки. Хор-квартет тоже не простой, не монашеский – приезжает с подворья, финнам показывают его как диковинку, они, кивая, слушают и улыбаются, глядя на ребят в подрясниках, рассматривают кассеты, которые продают тут же. Мы тоже купили – хорошо поют.
Уплывали мы в воскресенье, причастившись, после службы, все были довольные и благонравные. Прямо из храма, с приехавшими только что паломниками, показывая дорогу, торжественно пошли на обед. Объявили, что монастырский катер пойдет на материк сразу после трапезы, надо торопиться. А торопиться не хотелось, не хотелось и вообще уезжать. Кто же уезжает в воскресенье, когда в монастыре никто не работает, стоит такая чудная погода, можно, гуляя, обойти весь остров и найти так много интересного! Но благочинный судил иначе. Подгоняемые непрестанными объявлениями, что этот катер первый и последний за несколько дней, завязывая на ходу спальники, лямки и шнурки, мы сгрузились на причале. В бескрайнее и удивительно спокойное Ладожское озеро вглядывались часа четыре, за это время неплохо загорели, сделали несколько замечательных кадров, поиграли в камушки, помочили ноги, осмотрели место первой обители и, наконец, вздрогнув от призывного гудка, вступили на настоящий монастырский катер, под настойчивое напоминание капитана: «Отправляемся через час!».
Остров Коневец глазами туриста. Монастырь
Ладожское озеро, остров Валаам — эти названия слышали многие, а вот про остров Коневец, который тоже расположен в Ладожком озере знают немногие, или знали. Сейчас Коневец становится всё более популярным. Был период, когда названия острова даже не было на картах, так как на нём располагалась закрытая воинская часть, занявшая всю территорию острова. К слову сказать, остров совсем небольшой. Достаточно дня, чтобы его рассмотреть во всех подробностях.
Попасть на остров Коневец можно из бухты Владимировская Приозерского района. Все посещения острова нужно согласовывать с паломнической службой, даже если вы решили дойти самостоятельно до острова зимой по льду:)) Почему? В 1991 году остров и находящийся на нём Коневский Рождество-Богородичный мужской монастырь были снова возвращены православной церкви. С этого момента на острове начались восстановительные работы. Работы велись силами монахов, паломников и неравнодушных людей. Приезжали даже трудники из Финляндии. Восстановление продвигалось медленно. Не хватало средств, да и то, что монастырь расположен на острове вносило свои трудности. Материал нужно было завозить по воде, хлам вывозить.
На комфортабельном пароме «Святой князь Владимир» за 30 минут доходим до острова. Когда Ладогу штормит, добраться до острова можно на катере «Коневец», который достался монастырю от военных. Зимой на судне на воздушной подушке. Расписание постоянно меняется — это очень существенный момент, почему нужно согласовывать посещение острова с паломнической службой монастыря. Для своего посещения острова я выбрала самый простой способ — отправилась туда с турфирмой.
С этого момента я начну сравнивать, что было, и что стало. Дело в том, что первый раз на острове я побывала много лет назад думаю что больше десяти. Тогда мы брали в руки по кирпичу в бухте Владимировская, садились с ним на катер, а на острове складывали в штабель около монастыря. Теперь я хвастаюсь, что на острове есть где-то и мой кирпичик :))
В прочем, начну по порядку. Высаживаемся на центральную пристань. На Коневце нет каких-то ландшафтов, необычных для здешних мест, нет редких видов животных или растений, поэтому все, кто здесь проживает особенно дорожат природными красотами (многие из них рукотворно созданные) и просят не рвать цветы, не ломать ветки. На острове вопреки всем событиям прошлого века сохранился пейзажный парк, начинающийся прямо от пристани. Благоустроенная дорожка практически из красного кирпича приглашает подняться к монастырю. Когда-то это была обычная грунтовая дорога, заросшая травой и кустариником.
Пристань до восстановительных работ тоже разительно отличалась от нынешней.
Мы же начинаем свою прогулку от памятника преподобному Арсению Коневскому, который создан к 625-летию Коневского Рождество-Богородичного мужского монастыря. Установлен памятник у центрального причала острова Коневец, освящен Святейшим Патриархом Московским и всея Руси Кириллом 7 июля 2019 года.
Памятник преподобному Арсению создан российским скульптором Андреем Ковальчуком. Символика памятника включает крест и икону Богородицы, а пьедестал сделан в виде легендарного Конь-камня, находящегося на острове Коневец и давшего название острову.
Рядом с памятникомНикольская часовня (1815).
Каменная часовня в честь Святителя Николая была построена в 1815 году. Прибывавшие на остров паломники совершали здесь молебен о благополучном прибытии на остров.
Правее от часовни здание из красного кирпича. Это странноприимный дом (гостиница для бедных людей), которым монастырь давал приют на несколько дней. Сейчас здесь располагаются: церковная лавка, паломническая служба монастыря и санитарные комнаты.
Фотография из свободного доступа в интернете.
Рядом со странноприимным домом установлены информационные стенды, где можно увидеть историю реконструкции зданий на острове.
От часовни Николая Чудотворца открывается чудный вид на Коневский мужской монастырь.
Территория благоустроена: посажены новые деревья, проложены дорожки, сделаны удобные зоны отдыха, где можно присесть, слушая экскурсовода. Вот просто настоятельно советую отдохнуть, тем у кого проблемы с ногами. В самом монастыре и по дороге к Коню-камню нет никаких скамеек(((
Об основателе Коневского монастыря преподобном Арсении Коневском известно довольно немного. Житие Преподобного говорит, что Арсений был уроженцем Великого Новгорода. Ни точная дата его рождения, ни его родители, ни даже его мирское имя неизвестны. Юноша был искусным ремесленником и преуспел в ковке медных сосудов. В возрасте примерно 20 лет он пришел в новгородский Лисогорский монастырь, где и принял монашеский постриг с именем Арсений.
Вид на монастырь со стороны Конь-камня.
Надвратная колокольня монастыря.
Высота трехъярусной колокольни от основания до креста составляет 35 метров. По воспоминаниям, звон колоколов с Коневца был слышен в хорошую погоду в Кексгольме (Приозерске). Ныне все старые колокола утрачены, лишь колокол весом 254 пуда, отлитый при игумене Никандре, установлен внутри монастырского каре. На колокольне сейчас висят колокола общим весом 14 тонн, отлитые при участии московских звонарей по образцу старых.
Арочный проход в колокольне монастыря закрывают святые врата, по традиции открываемые только в праздничные дни и при архипастырских визитах. В арке колокольни на стенах находятся исторические живописные изображения. В отличие от фресковой живописи древних русских храмов, выполнявшейся минеральными красками по сырой штукатурке, эти изображения выполнены обычной масляной краской.
В 2018 году живопись была выполнена с помощью более устойчивых к погодному воздействию материалов. На северной стене изображен выбор преподобным Арсением места для строительства нового храма, сюжет для росписи выбран заново, поскольку историческое изображение восстановить не удалось. В основу сюжета на южной стороне арки легло посещение Коневского монастыря Новгородским архиепископом Евфимием, сподвижником преподобного Арсения.
В советское время изображения были закрыты слоем известки. До восстановления выглядело вот так:
Фотография из интернета.
Заходим в монастырь через узкий проход рядом со святыми вратами.
Прямо на против входа установлен обелиск из путиловского камня, поставленный в память о посещении монастыря императором Александром II. Сейчас обелиск дополнили табличкой о посещение острова президентом Владимиром Путиным.
Собор Рождества Пресвятой Богородицы.
Место для строительства Собора Рождества Пресвятой Богородицы на острове Коневец было выбрано самим преподобным Арсением в 1421 году. Решение перенести собор и обитель на новое место подальше от берега Ладоги было принято после наводнения, затопившего первоначальные постройки монастыря. Коневецкий монастырь был в числе первых обителей Русского Севера, где началось каменное строительство. Существующая ныне постройка уже четвертая на этом месте.
Планы построенного при преподобном Арсении храма и нынешнего (кроме западной пристройки) полностью совпадают. Высота собора с крестом — 34 метра, ширина — 19 метров (с папертью и крыльцом — 44,5 метра). «Собор сей, построенный в виде корабля, очень красив и величественен; снаружи многооконными стенами, своей легкостью и веселым видом он напоминает постройки Растрелли», — пишет один из авторов историко-статистического описания монастыря.
В настоящее время собор полностью отреставрирован, в нем совершаются регулярные богослужения. Верхний храм был освящен 7 июля 2019 г. Святейшим Патриархом Московским и Всея Руси Кириллом, нижний – 23 июля 2019 года епископом Выборгским и Приозерским Игнатием, священноархимандритом Коневского монастыря.
В соборе хранятся две самые почитаемые святыни Коневского монастыря — мощи преподобного Арсения Коневского и список чудотворной Коневской иконы Божией Матери.
В Нижний храм сейчас пускают только с экскурсоводом. Там идут реставрационные работы. Покрывают позолотой росписи.
В какой-то момент я устала ходить с группой и решила отсоединиться. Зашла с чужой группой в Нижний храм, села на деревянное кресло за колонной и предалась созерцанию. Иногда стоит остановиться и задуматься о былом))) Наша экскурсия совсем не предполагала свободного времени. Вместо 18 часов катамаран отчаливал в 17. Вот я решила выкроить время для самостоятельного осмотра.
Золотистые рисунки на сводах среди цветных — это позолота, которую уже нанесли на роспись. Можно сказать, что я запечатлена процесс для истории.
. 
Постоять под куполом — это святое)))
Нижний храм зимний. В нем есть печи, что позволяет круглогодично вести богослужение.
Верхний храм.
Верхний храм используется как летний. Он прекрасно освещен двумя рядами окон и представлял собой традиционную для России крестово-купольную церковь с восемью квадратными столбами. Сейчас войти туда может каждый желающий.
.
Во то время, когда на острове стояла воинская часть, храм использовали для хранения боеприпасов. Выглядело всё грустно:
Фотография из интернета.
Очень красивые росписи украшают лестницу, которая ведёт в верхний храм. Одна особенно понравилась:
Старинный колокол весом 254 пуда, отлитый при игумене Никандре, установлен внутри монастырского каре. Сохранились надписи, которые оставили дембеля.
Монастырское каре.
Собор Рождества Пресвятой Богородицы со всех сторон окружают постройки, составляющие единое целое и образующие монастырское каре.
Если не ошибаюсь, на фото монастырские келейные корпуса.
В двух угловых башнях монастырского каре были устроены церкви. В северо-восточной башне расположился храм во имя прп. Арсения Коневского, а в юго-восточной башне — храм во имя свт. Николая Чудотворца.
На этом хочу закончить свой рассказ о Рождество-Богородичном мужском монастыре, который находится на острове Коневец в Ладожском озере. После реставрационных работ монастырь изменился до неузнаваемости. Всё красиво, чинно и ухожено. Вот только обед в трапезной всё тот же, видимо повар за эти десять лет не поменялся:)) Блюда простые, постные. Зато сейчас на пристани открылось кафе, где пекут очень вкусные пирожки, есть чай, кофе и монастырский квас — очень вкусный. Можно купить мороженку. Принимают наличные и карты.
Я с вами не прощаюсь. Во второй части моего повествования расскажу о постройках за стенами монастыря и о Конь — камне — одной из главных достопримечательностях монастыря.