корова источник повышенной опасности судебная практика
ДТП с гибелью животного и помятым авто: кто кому должен?
 |
| PinkBadger/ Depositphotos.com |
Два интересных дела – оба о «четвероногих» ДТП (в одном инциденте погиб пес, в другом – корова) – были возвращены на пересмотр: в одном деле суд усомнился, что корова есть источник повышенной опасности, а в другом намекнул, что выгул умного зверя, не спуская его с поводка, граничит с жестоким обращением (Определение Верховного Суда РФ от 22 июня 2021 г. № 22-КГ21-1-К5, Определение Седьмого КСОЮ от 22 июня 2021 г. по делу № 8Г-8639/2021[88-9666/2021]).
Так, Седьмой КСОЮ вернул на новое рассмотрение спор по убыткам из-за ДТП, в котором погибла породистая собака (немецкая овчарка, возраст 3 года 8 месяцев) и пострадал легковой автомобиль. Автолюбитель требовал возместить ему стоимость ремонта (иск примерно на 50 тыс. рублей), владелец собаки – ущерб в размере стоимости породистого щенка, возмещение затрат на ветеринарное обслуживание погибшей собаки, расходы на ее выращивание, включающие ее питание, а также компенсацию своих моральных страданий (всего на сумму около 180 тыс. рублей).
Суды первой и второй инстанций сочли, что виноват в ДТП владелец собаки, причем «на 100%»:
Однако КСОЮ потребовал пересмотра дела, поскольку:
Напомним, что еще один «проживотный» акт недавно вынес Верховный Суд РФ (определение от 22.06.2021 № 22-КГ21-1-К5) – были отменены акты нижестоящих судов по делу о взыскании убытков от ДТП с участием коровы (животное погибло). В том деле корова также бесконтрольно передвигалась по проезжей части, притом ночью. Этого обстоятельства оказалось достаточно, чтобы признать источником повышенной опасности и саму корову, и взыскать с ее хозяина стоимость ремонта Лады-Самары (иск был заявлен на 113 тыс. рублей) даже с учетом нарушения автолюбителем п. 10.1 ПДД.
Отменяя эти акты, Верховный Суд РФ указал:
Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 N 22-КГ21-1-К5, 2-339/2020
ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
от 22 июня 2021 г. N 22-КГ21-1-К5, 2-339/2020
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего Асташова С.В.,
судей Марьина А.Н. и Гетман Е.С.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Абубакирова Ильмира Ириковича к Радевой Милене Лъчезаровне о возмещении ущерба,
по кассационной жалобе Радевой Милены Лъчезаровны на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Северная Осетия-Алания от 9 июня 2020 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 28 октября 2020 г.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Марьина А.Н., Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
Абубакиров И.И. обратился в суд с иском к Радевой М.Л. о возмещении ущерба в размере 113 600 руб., компенсации расходов по оплате услуг оценщика в размере 7 175 руб. и юридических услуг в размере 30 000 руб., ссылаясь на то, что 2 сентября 2019 г. произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого его автомобиль ВАЗ-211440 получил повреждения, столкнувшись с коровой, принадлежащей ответчику. По мнению Абубакирова И.И., Радева М.Л. не обеспечила безопасность выпаса коровы, оставила ее без присмотра в темное время суток, что привело к наезду на животное и повреждению транспортного средства.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Северная Осетия-Алания от 9 июня 2020 г., оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 28 октября 2020 г., решение суда первой инстанции отменено, исковые требования удовлетворены частично. С Радевой М.Л. в пользу Абубакирова И.И. взыскан материальный ущерб в размере 35 000 руб., судебные расходы в размере 7 175 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.
В кассационной жалобе Радевой М.Л. ставится вопрос об отмене апелляционного и кассационного определений, как незаконных.
Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Кротова М.В. от 13 мая 2021 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит кассационную жалобу подлежащей удовлетворению.
В соответствии со статьей 390.14 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.
Такие нарушения допущены судами апелляционной и кассационной инстанций при рассмотрении данного дела.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Северная Осетия-Алания, отменяя решение суда первой инстанции и частично удовлетворяя исковые требования, пришла к выводу о возложении на Радеву М.Л. как собственника коровы ответственности за причинение повреждений автомобилю истца на основании положений статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.
При этом суд апелляционной инстанции, снижая взыскиваемую с ответчика сумму ущерба, также указал на нарушение истцом положений абзаца второго пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации.
Указанную позицию суда апелляционной инстанции поддержал Пятый кассационный суд общей юрисдикции.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что с выводами судов апелляционной и кассационной инстанций согласиться нельзя по следующим основаниям.
В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).
В силу пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что, по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.
Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне.
При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях (например, когда пассажир, открывая дверцу стоящего автомобиля, причиняет телесные повреждения проходящему мимо гражданину).
Признавая принадлежащую Радевой М.Л. корову источником повышенной опасности, суд апелляционной инстанции в нарушение приведенных выше норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации не указал, в силу чего при наезде автомобиля на корову последняя признана судом источником повышенной опасности.
Безосновательный вывод суда о том, что корова по отношению к автомобилю являлась источником повышенной опасности, повлек неправильное применение судом апелляционной инстанции положений статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального права повлекло неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора, а также неправильное распределение обязанности доказывания.
Изложенные положения законов не были приняты во внимание судом апелляционной инстанцией, а указанные обстоятельства не были определены в качестве юридически значимых для правильного разрешения спора, они не вошли в предмет доказывания по делу и не получили правовой оценки суда.
Судебная коллегия по гражданским делам Пятого кассационного суда общей юрисдикции ошибки суда апелляционной инстанции в применении перечисленных выше норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации не исправила.
Исходя из вышеизложенного, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что при рассмотрении настоящего дела судами апелляционной и кассационной инстанций допущены нарушения норм права, которые являются существенными, непреодолимыми и которые могут быть устранены только путем отмены апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Северная Осетия-Алания от 9 июня 2020 г., определения судебной коллегии по гражданским делам Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 28 октября 2020 г. и направления дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Северная Осетия-Алания от 9 июня 2020 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 28 октября 2020 г. отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
Корова источник повышенной опасности судебная практика
Обзор документа
Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 22 ноября 2016 г. N 41-КГ16-37 Суд отменил апелляционное определение и направил на новое рассмотрение дело о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, поскольку при наличии вины законный владелец источника повышенной опасности может быть привлечен к ответственности за вред, причиненный данным источником, наряду с непосредственным причинителем вреда, в долевом порядке
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Горшкова В.В.,
судей Киселёва А.П. и Момотова В.В.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Момотова В.В., объяснения Сухарева Н.А., поддержавшего доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила:
Сухарев Н.А. обратился в суд с иском к Арутюняну Э.А., Фарманян О., ПАО «Росгосстрах» о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, уточнив исковые требования, просил взыскать с ПАО «Росгосстрах» 120 000 руб., с Арутюняна Э.А. и Фарманян О. солидарно стоимость восстановительного ремонта в размере 236 200 руб., с ответчиков расходы на эвакуацию автомобиля и судебные расходы.
Представитель ответчиков иск не признал, возражал против удовлетворения заявленных исковых требований.
Решением Новочеркасского городского суда Ростовской области от 19 января 2016 г. удовлетворены частично исковые требования к ПАО «Росгосстрах» и Арутюняну Э.А., исковые требования к Фарманян О. оставлены без удовлетворения.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 6 апреля 2016 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.
В кассационной жалобе Сухарева Н.А. ставится вопрос об отмене состоявшихся по делу судебных постановлений, как вынесенных с нарушением требований закона.
Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 14 октября 2016 г. кассационная жалоба Сухарева Н.А. с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к следующему.
Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
При рассмотрении данного дела такого характера нарушения были допущены судебными инстанциями.
В результате данного дорожно-транспортного происшествия автомобилю истца причинены механические повреждения.
Виновным в дорожно-транспортном происшествии признан Арутюнян Э.А., нарушивший требования пунктов 1.5, 9.1 Правил дорожного движения Российской Федерации.
ООО «Россгострах» было отказано Сухареву Н.А. в выплате страхового возмещения.
Разрешая спор и отказывая Сухареву Н.А. в удовлетворении исковых требований к Фарманян О., суд первой инстанции пришел к выводу о том, что Арутюнян Э.А. управлял транспортным средством на законном основании, в связи с чем у истца не возникло право солидарного требования. При этом суд исходил из того, что доказательств, подтверждающих противоправное выбытие автомобиля из владения Фарманян О., не представлено.
С указанными выводами суда первой инстанции согласился суд апелляционной инстанции.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит выводы судебных инстанций не соответствующими требованиям закона.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих.
Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Исходя из данной правовой нормы, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления, либо в силу иного законного основания.
Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело источник повышенной опасности в своем реальном владении, использовало его на момент причинения вреда.
Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в статье 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Между тем в материалах дела отсутствуют сведения о наличии у Арутюняна Э.А. гражданско-правовых полномочий на использование автомобиля Фарманян О. на момент указанного дорожно-транспортного происшествия.
Ответчики Арутюнян Э.А. и Фарманян О. в судебных заседаниях не участвовали, свои пояснения или возражения в суд не представляли.
Представитель ответчиков, участвовавший в судебном заседании, также не представил доказательств наличия у Арутюняна Э.А. законных оснований для использования автомобиля Фарманян О.
Наличие в договоре обязательного страхования гражданской ответственности Фарманян О. указания на допуск к его управлению неограниченного круга лиц не может свидетельствовать о законности владения данным автомобилем другим лицом в отсутствие соответствующего юридического оформления передачи полномочий по владению автомобилем от Фарманян О.
Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что Арутюнян Э.А. является законным владельцем транспортного средства Фарманян О., при использовании которого был причинен ущерб транспортному средству Сухарева Н.А., сделан в отсутствии в материалах дела соответствующих доказательств.
Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.
В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
Положениями пункта 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что совершение собственником по своему усмотрению в отношении принадлежащего ему имущества любых действий не должно противоречить закону и иным правовым актам и нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц.
Пунктом 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.
Из разъяснений, содержащихся в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что при наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него).
По смыслу приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежащих истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, законный владелец источника повышенной опасности может быть привлечен к ответственности за вред, причиненный данным источником, наряду с непосредственным причинителем вреда, в долевом порядке при наличии вины.
Вина может быть выражена не только в содействии противоправному изъятию источника повышенной опасности из обладания законного владельца, но и в том, что законный владелец передал полномочия по владению источником повышенной опасности другому лицу, использование источника повышенной опасности которым находится в противоречии со специальными нормами и правилами по безопасности, содержащими административные требования по его охране и защите.
Положениями пункта 4 статьи 25 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. N 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» предусмотрено, что право на управление транспортными средствами подтверждается водительским удостоверением.
В соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Как установлено судом и видно из материалов дела, на момент совершения дорожно-транспортного происшествия Арутюнян Э.А., являлся лицом, не имеющим водительского удостоверения, подтверждающего права на управление соответствующими транспортными средствами.
Однако судебные инстанции, придя к выводу о законности владения Арутюняном Э.А. транспортным средством на момент совершения дорожно-транспортного происшествия в отсутствие в материалах дела соответствующих доказательств, не исследовали вопрос о вине Фарманян О. в передаче Арутюняну Э.А. транспортного средства при отсутствии у него специального права на его управление.
Таким образом, вывод суда о том, что исковые требования истца в части, превышающей страховое возмещение, подлежат удовлетворению только за счет ответчика Арутюняна Э.А., является преждевременным.
Статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусматривает солидарную ответственность субъектов гражданско-правовой ответственности.
Однако неправильное определение истцом по требованиям о возмещении вреда, причиненного источником повышенной опасности, формы ответственности в случае установления судом обстоятельств, влекущих возникновение у законного владельца и непосредственного причинителя вреда обязанности по возмещению вреда, не является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, поскольку определение закона, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установление правоотношений сторон является задачей суда в силу статьи 148 и части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит допущенные судами первой инстанции и не устраненные судом апелляционной инстанций нарушения норм материального и процессуального права существенными, повлиявшими на исход дела, без устранения которых невозможно восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов Сухарева Н.А.
Поскольку повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 г. N 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции»), а также учитывая необходимость соблюдения разумных сроков судопроизводства (статья 6.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), подлежит отмене апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 6 апреля 2016 г. с направлением дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
При новом рассмотрении дела суду апелляционной инстанции следует учесть изложенное и разрешить возникший спор в соответствии с установленными обстоятельствами и требованиями закона.
Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила:
апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 6 апреля 2016 г. отменить, дело направить на новое апелляционное рассмотрений.
| Председательствующий | Горшков В.В. |
| Судьи | Киселёв А.П. |
| Момотов В.В. |
Обзор документа
Владелец автомобиля, пострадавшего в ДТП, потребовал взыскать материальный ущерб.
Иск был предъявлен к водителю автомашины, виновному в ДТП, ее собственнику и страховой компании.
СК по гражданским делам ВС РФ не согласилась с тем, что однозначно установлены основания для взыскания сумм, превышающих страховое возмещение, лишь с водителя, виновного в происшествии.
Дело в том, что на момент ДТП у такого лица не было водительского удостоверения.
Сам по себе факт того, что в договоре ОСАГО указывалось на допуск неограниченного круга лиц к управлению, еще свидетельствует о законности владения автомобилем другим лицом (без соответствующего юроформления передачи полномочий).
В определенном случае законный владелец автомашины несет совместную ответственность в долевом порядке с тем, кому он передал полномочия по владению ею, в зависимости от вины за вред, причиненный в результате использования этого транспорта таким лицом.
Он отвечает, если на момент передачи полномочий он знал, что у упомянутого лица нет права на управление транспортом.
В таком случае вина выражается в том, что законный владелец передает полномочия по владению лицу, использование которым источника повышенной опасности противоречит спецнормам и правилам по безопасности, содержащим административные требования по охране и защите.