ковид это форс мажор практика
Обзор: «Перечень мер в связи с коронавирусом (COVID-19)» (КонсультантПлюс, 2021)
Актуально на 16.11.2021
Перечень мер в связи с коронавирусом (COVID-19)
В данном обзоре представлены все основные антикризисные меры, принятые в связи с коронавирусом (COVID-19). Обновляется ежедневно.
Ростуризм рекомендует осуществлять формирование и реализацию туристских продуктов, сформированных исключительно на базе регулярных и чартерных пассажирских перевозок. Это связано с тем, что у авиакомпании аннулируют допуски на выполнение нерегулярных грузопассажирских рейсов в иностранные государства, с которыми приостановлено прямое авиасообщение, если выявят загрузку, сформированную в рамках туристских продуктов. При отмене рейсов, в том числе в связи с аннуляцией допусков в этом случае, туроператор несет все возможные связанные с ним риски и не освобождается от ответственности перед туристами.
Ранее принятые запреты массовых мероприятий, ограничения в оптовой и розничной торговле, а также иные меры в связи с коронавирусом.
Сводная информация о мерах поддержки, изменениях в налогообложении, переносе сроков уплаты налогов.
Как работодателю организовать работу в связи с коронавирусом, особенности оформления «удаленки», предоставления отпусков, оформления больничных и другие кадровые вопросы.
Все необходимые образцы приказов, инструкций и доп. соглашений, которые нужны в связи с коронавирусом и переводом сотрудников на удаленную работу.
Сводная информация об основных мерах поддержки граждан.
Изменение срока исполнения контракта, цены контракта, заключение контракта с единственным поставщиком и другие вопросы.
COVID-19 как форс-мажор
Старший юрист Legis Universum
специально для ГАРАНТ.РУ
Мир охватила пандемия COVID-19. Это серьезный вызов не только для системы здравоохранения, но и для экономики, долгосрочные последствия, которые сейчас сложно оценить. Закрытие границ, отмена транспортного сообщения, остановка работы предприятий и многие другие факторы могут привести к большим трудностям, в том числе и в правовой плоскости. Правительства многих стран разрабатывают меры защиты и антикризисные планы, которые призваны стабилизировать ситуацию, Российская Федерация не стала исключением. Одним из таких шагов стало изменение политики Правительства РФ о внесении коронавирус в список причин форс-мажора для поставщиков госзаказа, о котором было заявлено 17 марта на Совещание В.В. Путина с членами Правительства возможно, это будет актуально и для обычного гражданского оборота.
Согласно общему правилу п. 3 ст. 401 Гражданского кодекса, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.
Таким образом, чтобы быть признанным форс-мажором, обстоятельство вследствие которого сделалось невозможным надлежащее исполнение обязательства должно одновременно соответствовать критериям чрезвычайности и объективной непредотвратимости.
Многие государства, ввели ряд ограничительных мер, направленных на сдерживание распространения эпидемии. Среди них ограничение транспортного сообщения с отдельными странами, ограничение на ввоз определенных товаров, ограничение или запрет мероприятий, предполагающих массовое скопление людей. Такие меры не могут не оказывать влияние на исполнение обязательств компаний, вовлеченных в соответствующие процессы, эпидемию в комплексе с такими мерами можно рассматривать именно как форс-мажор.
Для целей официального подтверждения ситуации форс-мажора заинтересованное лицо вправе обратиться в ТПП России, предоставив необходимые документы и сведения. Порядок выдачи подтверждения форс-мажорных обстоятельств и выдачи соответствующих свидетельств определяется Положением о порядке свидетельствования ТПП России обстоятельств форс-мажора, утвержденным постановлением Правления ТПП РФ от 23 декабря 2015 г. № 173-14. Получение данного свидетельства хотя и не является необходимым условием признания наличия форс-мажорных обстоятельств (кроме случаев, когда это прямо прописано в контракте), однако позволяет в значительной степени упростить процесс доказывания в суде в случае возникновения спора.
Применительно к исполнению государственных контактов уже сейчас Банком России сообщено, что принято решение о неприменении штрафных санкций к поставщикам, попавшим под негативное влияние ситуации (информационное сообщение Банка России от 17 марта 2020 г. «О мерах по обеспечению устойчивости экономического развития»). Данное сообщение хотя и само по себе не содержит какого-либо указания на то, какие именно конкретные обстоятельства, связанные с пандемией коронавируса, которые государство признает форс-мажорными, однако, полагаю, свидетельствует о смягчении государственной политики в условиях сложившейся чрезвычайной ситуации.
В аналогичном ключе высказалась и ФАС России, которая указала на то, что ситуация с коронавирусной инфекцией является обстоятельством непреодолимой силы (форс-мажор), и поручила своим территориальным органам учитывать это при рассмотрении жалоб, дел об административных правонарушениях и обращений о включении в реестр недобросовестных поставщиков (Письмо Федеральной антимонопольной службы от 18 марта 2020 г. № ИА/21684/20).
В то же время, стоит заметить, что сама по себе пандемия, равно как и последовавшие за ней негативные реакции рынков не могут рассматриваться в качестве форс-мажорного обстоятельства. Так, например, вряд ли можно снять с себя ответственность за нарушение договорных обязательств в связи с падением спроса на ту или иную продукцию или услуги, вызванные эпидемией либо колебания закупочных цен, даже в случае, если эти события были обусловлены возникновением эпидемии.
Вместе с тем, ст. 451 ГК РФ позволяет заинтересованной стороне потребовать изменения или расторжения заключенного договора в случае существенного изменения обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора. Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях. Однако стоит учитывать, что согласно сложившейся судебной практике ни финансовый кризис, ни изменение курса валют, ни резкое увеличение темпов инфляции не могут быть признаны существенным изменением обстоятельств, дающим право на изменение или расторжение договора (Определение Конституционного Суда РФ от 26 мая 2016 г. № 1019-О, п. 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017)., Решение МКАС при ТПП РФ от 16 марта 2017 г. по делу № 48/2016). Таким образом доказывать существенность изменения обстоятельств придется применительно к конкретной ситуации, возникшей при исполнении конкретного договора, с учетом всех воздействующих на нее факторов.
В условиях уже начавшейся пандемии, имеет значение не только ее последствия применительно к исполнению уже заключенных договоров, но и правильное определение условий вновь заключаемых договоров. Насколько долго продлится кризисная ситуация с COVID-19 пока не ясно, ситуация постоянно меняется, государствами вводятся новые ограничительные меры, организации и предприниматели также вынуждены учитывать новые реалии экономической деятельности, в том числе и неопределенность ситуации. В такой обстановке особенно важным становится правильное распределение рисков между контрагентами. Участникам оборота нужно задуматься о включении в договоры специальных условий относительно рисков, связанных с пандемией. Стоит отдельно отметить, что стороны вправе не только предусмотреть порядок взаимодействия в форс-мажорной ситуации, но и заранее, с учетом всех рисков предусмотреть возможность перераспределения рисков и возмещения одной из сторон другой имущественных потерь при наступлении определенных обстоятельств, не связанных с нарушением обязательств. Например, потерь, вызванных невозможностью исполнения обязательства из-за требований государства или третьих лиц к одной из сторон договора. При использовании данного инструмента управления рисками стороны должны определить в договора размер возмещения таких потерь или порядок его определения (ст. 406.1 ГК РФ). Таким образом, уже при заключении договора, даже в условиях относительной неопределенности будущей ситуации, в которой он будет исполняться, каждая из сторон будет знать какие основные риски она на себя принимает и каков объем этих рисков.
Верховный суд разъяснил, является ли COVID-19 форс-мажором, и другие вопросы применения актуального законодательства
21 апреля Верховный суд РФ дал очень важные разъяснения по целому ряду вопросов, связанных с применением действующего законодательства. В последние два месяца принято значительное число законодательных изменений, направленных на противодействие распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19). В этой связи многие правоприменители столкнулись с необходимостью перестраивать привычную практику с учётом новелл.
У судов, в частности, не было единого понимания эпидемиологической ситуации с точки зрения её юридически значимых последствий. Предпринимательское сообщество также недоумевало, можно ли считать COVID-19 форс-мажором, ведь несмотря на то, что подобные обстоятельства прямо не называются законом непреодолимой силой, на практике новая коронавирусная инфекция стала реальным препятствием при реализации целого ряда финансовых и социальных обязательств.
Итак, в этом материале мы изучаем Обзор Верховного суда по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19).
Все вопросы в Обзоре структурированы по тематическим блокам.
Первым делом ВС РФ прояснил некоторые аспекты применения процессуального законодательства.
Относительно возможности отложения, приостановления и продления срока рассмотрения судебного разбирательства в условиях COVID-19 высшая судебная инстанция пояснила, что поскольку принятые законодательные изменения не позволяют гражданам свободно перемещаться и находиться в общественных местах и государственных структурах, это положение может служить основанием для отложения судебного разбирательства в силу статьи 169 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 152 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, а также части 1 статьи 253 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
Суды, в том числе арбитражный суд, вправе также приостановить производство по делу, если лица, участвующие в деле (в уголовном процессе — обвиняемый и подсудимый), лишены возможности присутствовать в судебном заседании. Продлевать срок рассмотрения дела в нынешних условиях также допускается, но только решением председателя суда или его заместителя.
При этом Верховный суд отметил, что вопрос об отложении, приостановлении производства или о продлении процессуальных сроков суды будут решать самостоятельно в зависимости от конкретного дела. Стандартными критериями здесь будут возможность рассмотрения дела без участвующих лиц, а также безотлагательность рассмотрения.
По поводу объявленных Президентом нерабочих дней и их влияния на течение процессуальных сроков Верховный суд разъяснил, что этот период подлежит включению в процессуальные сроки, а перенос дня окончания процессуальных сроков на следующий за этими днями рабочий день не допускается. Дело в том, что указы Президента об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней не распространяются на федеральные органы государственной власти, поэтому природа этих нерабочих дней не совсем классическая и последствия особенные.
Кроме того, если гражданин вследствие режима самоизоляции пропустил процессуальные сроки, это будет считаться пропуском по уважительной причине, и сроки будут подлежать восстановлению в соответствии с процессуальным законодательством.
Относительно порядка применения гражданского законодательства Верховный суд также дал ряд разъяснений. Это самый крупный блок Обзора. Пожалуй, сравниться с ним по объёму может только заключительный блок по вопросам применения законодательства об административных правонарушениях.
Много вопросов по поводу течения сроков. Например, какие последствия, если последний день срока исполнения обязательства или срока исковой давности приходится на день, объявленный Главой государства нерабочим. Здесь Верховный суд подтвердил высказанную выше позицию о природе «коронавирусных выходных». Они не могут считаться нерабочими днями в смысле, придаваемом этому понятию ГК РФ и трудовым правом. Это вынужденная мера, направленная на защиту здоровья населения и не носящая повсеместный характер. Поэтому каждый случай следует рассматривать индивидуально, в зависимости от региона и наличия реальной возможности исполнения обязательств. Иначе возможны злоупотребления этой причиной.
Важно, что при этом ВС РФ подчеркнул, что если в условиях распространения новой коронавирусной инфекции будут установлены обстоятельства непреодолимой силы по правилам пункта 3 статьи 401 ГК РФ, то необходимо учитывать, что наступление таких обстоятельств само по себе не прекращает обязательство должника, если исполнение остается возможным после того, как они отпали. Должник не несёт ответственности за просрочку исполнения обязательства, возникшую вследствие наступления обстоятельств непреодолимой силы, а кредитор не лишён права отказаться от договора, если вследствие просрочки, возникшей в связи с наступлением обстоятельств непреодолимой силы, он утратил интерес в исполнении. При этом должник не отвечает перед кредитором за убытки, причинённые просрочкой исполнения обязательств вследствие наступления обстоятельств непреодолимой силы.
То есть здесь Верховный суд дал, пожалуй, самое долгожданное разъяснение: является ли коронавирус форс-мажором, непреодолимой силой? ВС РФ довольно аккуратно пояснил, что критерии, при которых то или иное обстоятельство может быть признано обстоятельством непреодолимой силы, закреплены в статье 401 ГК РФ, а также напомнил о постановлении Пленума от 24 марта 2016 года № 7, в котором дано толкование обстоятельств непреодолимой силы.
Суд подтвердил требование ГК о чрезвычайном и непредотвратимом характере таких обстоятельств, заметив, что признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий её осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учётом обстоятельств конкретного дела.
Возможно, предприниматели ждали более однозначного ответа, но Верховный суд фактически сказал так: «Автоматически, только по факту, коронавирусная ситуация не будет являться форс-мажором. Но в каждом конкретном деле разберутся суды». В общем, надежда есть.
Судам предстоит также самостоятельно и индивидуально решать вопросы восстановления и приостановления сроков исковой давности, руководствуясь Гражданским кодексом и собственным убеждением.
По поводу применения законодательства о банкротстве Верховный суд высказался, в частности, о введённом моратории на банкротство. Если лицо-должник включено в перечень лиц, на которых распространяется мораторий, заявления кредитора о признании должника банкротом будет возвращаться арбитражным судом в силу прямого требования закона. При этом в условиях введённого моратория исполнительные производства могут приостанавливаться, и сохранение арестов допускается, именно поэтому суды могут продолжать выдавать исполнительные листы.
Отдельный блок Обзора — вопросы применения уголовного законодательства. Здесь Верховный суд однозначно подтвердил, что обстоятельства распространения новой коронавирусной инфекции относятся к обстоятельствам, представляющим угрозу жизни и безопасности граждан в смысле примечаний к статье 207.1 Уголовного кодекса Российской Федерации и к статье 13.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
А вот любопытный вопрос, каковы критерии разграничения административной и уголовной ответственности за распространение недостоверных сведений о COVID-19? Высший судебный орган отметил важность двух факторов: публичное распространение и заведомая ложность информации, связанной с новой коронавирусной инфекцией. И, конечно, общественная опасность деяния. В этом случае оно будет квалифицировано как преступление.
При этом ВС РФ отметил, что лицо не может быть привлечено к уголовной ответственности за распространение заведомо ложной информации, указанной в диспозициях статьи 207.1 или статьи 207.2 УК РФ, если деяние совершено до вступления в силу Федерального закона от 1 апреля 2020 года № 100-ФЗ, то есть до 1 апреля 2020 года.
И это совершенно справедливо, именно так работает принцип недопустимости обратной силы закона, ухудшающего положение человека.
Наконец, заключительная подборка вопросов о применении законодательства об административных правонарушениях.
Здесь в числе прочего Верховный суд разъяснил, что административные правонарушения, ответственность за которые установлена частью 1 статьи 20.6.1 КоАП РФ, являются длящимися, поэтому срок давности привлечения к административной ответственности за совершение таких правонарушений составляет 3 месяца и исчисляется с момента их обнаружения. Местом совершения административных правонарушений данной категории является место их выявления.
Относительно лиц, которые подлежат административной ответственности по части 2 статьи 6.3 КоАП РФ в связи с угрозой распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) ВС РФ пояснил, что это лица с подозрением на наличие заразной формы инфекционного заболевания, лица, прибывшие на территорию Российской Федерации, в том числе, из государства, эпидемически неблагополучного по коронавирусной инфекции, лица, находящиеся или находившиеся в контакте с источником заболевания, в контакте с лицами с подозрением на наличие заразной формы инфекционного заболевания, лица, уклоняющиеся от лечения опасного инфекционного заболевания, нарушающие санитарно-противоэпидемический режим, а также не выполнившие в установленный срок законное предписание (постановление) или требование органа (должностного лица), осуществляющего федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор.
Протоколы по таким делам вправе составлять должностные лица органов внутренних дел (полиции) и органов, осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор.
Вот такой детальный Обзор сделал Верховный суд России. В этом материале мы остановились на самых острых и важных моментах, поэтому очень рекомендуем самостоятельно ознакомиться с полным текстом Обзора.
Берегите себя и своих близких и соблюдайте закон.
для компании «Юридиция»
22 апреля 2020 года
Коронавирус как форс-мажор и причина не исполнять обязательства
Неисполнение обязательств из-за коронавируса
Повсеместное распространение инфекции коронавируса внесло свои коррективы буквально во все сферы жизни, включая экономику и бизнес. Предпринимаемые государствами меры по профилактике и борьбе с пандемией неумолимо приводят к созданию барьеров для внешнеэкономической деятельности и, как следствие, ограничению свободы торговли внутри страны.
Закрытие государственных границ, запреты на ввоз и вывоз отдельных групп товаров, свертывание производств, введение режима нерабочих дней, временное закрытие предприятий из-за карантина, перевод сотрудников на режим удаленной либо неполной занятости – вот далеко не полная картина экономического мира в свете коронавируса.
Разумеется, ничего хорошего для бизнеса все это не сулит. И если ситуация с коронавирусом затянется, то, по прогнозам Торгово-промышленной палаты, около 3 млн предпринимателей могут попросту закрыть свой бизнес уже через пару месяцев.
Не последнее место в закрытии предприятий могут сыграть договорные неустойки и штрафы, которые бизнес вынужден платить за срыв поставок и затягивание сроков исполнения контрактов вследствие закрытия границ и введения других профилактических мер. Поэтому сейчас перед бизнесом остро стоит вопрос об освобождении от ответственности за неисполнение обязательств по причинам, обусловленным коронавирусом и его последствиями.
По действующим правилам организация и ИП могут быть освобождены от штрафов и неустоек при так называемых форс-мажорах, то есть обстоятельствах непреодолимой силы (п. 3 ст. 401 ГК РФ). Обычно в договорах прописывается условие о форс-мажоре. Но можно ли применять данное условие к пандемии коронавируса, для многих остается непонятным. Давайте разбираться.
Является ли коронавирус форс-мажором
Чрезвычайность – это нестандартность и исключительность обстоятельства. Поэтому чрезвычайным признается только то обстоятельство, наступление которого не является обычным в конкретных условиях. Непредотвратимость – это невозможность избежать наступления этого обстоятельства или его последствий.
Исходя из вышесказанного, коронавирус, а точнее его последствия, представляют собой типичные случаи чрезвычайных обстоятельств непреодолимой силы, которые на практике помогут избежать ответственности за нарушение обязательств. Последствия коронавируса обладают всеми характерными чертами форс-мажора:
Следовательно, если участник сделки докажет, что нарушил договор именно по причинам, связанным к коронавирусом (закрытие государственных границ, введение карантина, приостановление производства контрагентов, закрытие поставщиков и т.д.), штрафов и неустоек можно будет избежать.
Сразу отметим, что сам по себе коронавирус форс-мажором в суде считаться не будет. Форс-мажором будет считаться то или иное последствие коронавируса, которое объективно препятствует или делает невозможным исполнение сделки.
Позиция Верховного Суда по признанию коронавируса форс-мажором
Форс-мажором могут признаваться только принимаемые органами государственной власти и местного самоуправления меры по ограничению распространения коронавируса, а также временные правила поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации. К мерам, имеющим признаки форс-мажора, относятся:
Все перечисленные меры могут быть признаны обстоятельствами непреодолимой силы, если будет установлена причинная связь между этими обстоятельствами и неисполнением обязательства.
При этом признание антивирусных мер, принимаемых властями, форс-мажором зависит от типа осуществляемой организациями/ИП деятельности, условий ее осуществления, а также региона, в котором действует организация/ИП.
Понятно, что если в регионе осуществления предпринимательской деятельности не было введено никаких ограничительных мер, то организации и ИП, нарушившие договорные обязательства, не вправе ссылаться на коронавирус. И наоборот – если договор не был исполнен, например из-за отмены массовых мероприятий или приостановления работы предприятия, то организация и ИП могут избежать ответственности за нарушение обязательств, сославшись на форс-мажор.
То же самое касается и финансовых трудностей, которые сейчас испытывают многие предприятия.
ВС РФ отмечает, что отсутствие у должника необходимых денежных средств не является основанием для освобождения от ответственности за неисполнение обязательств. Но если отсутствие денег вызвано, например, запретом деятельности, установлением режима самоизоляции и т.п., то оно может быть признано основанием для освобождения от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств в связи с форс-мажором.
Что считается форс-мажором при коронавирусе
Примерный перечень обстоятельств, которые признаются форс-мажором, в том числе и при коронавирусе, приведен в п. 1.3 Положения о порядке свидетельствования обстоятельств непреодолимой силы, утв. постановлением Правления ТПП от 23.12.2015 №173-14.
К форс-мажору, в частности, относятся:
К форс-мажору не относятся:
Таким образом, обстоятельства, так или иначе обусловленные коронавирусом и не зависящие от воли сторон договора (контракта), могут быть признаны форс-мажором. Причем организация/ИП, желающие избежать договорной ответственности, обязаны будут предоставить документальное подтверждение наличия обстоятельств, которые помешали исполнить договор.
Верховный Суд РФ в своем обзоре отмечает, что для освобождения от ответственности за неисполнение обязательств сторона сделки, ссылающаяся на форс-мажор, должна доказать:
Как доказать форс-мажор при коронавирусе
Внешнеторговые сделки и международные договоры
По действующему законодательству обстоятельства форс-мажора по всем внешнеторговым сделкам и международным договорам сейчас свидетельствует Торгово-промышленная палата РФ (ст. 15 Закона РФ от 07.07.1993 «О торгово-промышленных палатах в Российской Федерации»).
Чтобы при неисполнении обязательства ссылаться на форс-мажор, возникший по причине коронавируса, организация и ИП должны получить в ТПП соответствующий сертификат о форс-мажоре.
Сертификат оформляется и выдается ТПП на основании письменного заявления заинтересованного лица. В заявлении нужно указать реквизиты и предмет заключенного договора, обязательства заявителя по данному договору, порядок и сроки их исполнения, а также событие, которое заявитель считает форс-мажором, препятствующим надлежащему исполнению указанных обязательств.
К заявлению нужно приложить следующие документы:
Оформление сертификата о форс-мажоре осуществляется в течение десяти рабочих дней с даты регистрации в ТПП заявления и представленных документов.
Внутрироссийские договоры и соглашения
Что касается внутрироссийских договоров и соглашений, то их ненадлежащее исполнение также должно быть документально обосновано.
В качестве документального подтверждения неисполнения договора из-за последствий коронавируса могут служить разного рода принимаемые Правительством РФ, регионами и муниципалитетами указы, распоряжения и постановления, в той или иной степени временно ограничивающие свободу экономической деятельности по санитарно-эпидемиологическим основаниям. Например, таковым может считаться распоряжение городской администрации о приостановлении из-за коронавируса деятельности ТЦ, заведений общепита, предприятий торговли и так далее.
При этом отсутствие ограничительных мер со стороны властей уже не позволит ссылаться на объективную невозможность исполнения обязательств в целях освобождения от ответственности. Поскольку, как мы говорили ранее, сам по себе коронавирус не является основанием для нарушения условий контрактов и не влечет отмену ранее принятых на себя обязательств в части уплаты неустоек и штрафов.