Монтескье персидские письма о чем

Краткое содержание Монтескьё Персидские письма

Любознательные азиаты Узбек и Рика покидают родину и отправляются путешествовать. Они переписываются между собой и своими друзьями. В одном из писем Узбек рассказывает другу о причине побудившей его уехать. В молодости он находился при дворе и, разоблачая порок, проповедовал истину. Этим он нажил много врагов. Узбек решает покинуть страну. Под предлогом изучения западных наук, получает разрешение шаха и уезжает. В Испагани он оставил богатый дворец с гаремом. В нем прибывали самые прекраснейшие девушки Персии.

Путешествуя по турецкой земле, друзья видят, как приходит в упадок империя. Деревни пустеют, торговля и земледелие в полном упадке. Только город Смирна процветает под руководством европейцев.

Находясь в пути сорок дней путешественники причаливают в итальянском городе Ливорно. Впервые увидев христианский город и обычаи народа, друзья приходят в изумление. Здесь женщины свободны, носят на лице легкую вуаль, прогуливаются в сопровождении старушек, на них может смотреть любой проходящий мимо. Затем был Париж. Прожив в городе месяц Рика в письме Иббену написал, что Париж такой же большой, как Испагань, дома такой высоты, что можно предположить, что в них живут одни астрологи. Французы любят театр и искусство. Парижане живо общаются между собой и часто ходят в гости. По сравнению с французами персы очень закрытые люди.

Узбек получает нерадостные новости из гарема. Его жену Заши застали с белым евнухом, который за это поплатился головой. Женщины гарема не пьют вино, почти не выходят на прогулки, они постоянно находятся в подчинении правил гарема. Услышав рассказ Узбека об их жизни, знакомый француз призывает освободиться от предрассудков.

Узбек, путешествуя по Европе, видит разные формы управления государством, они не как в Азии, где политические правила одинаковы везде. Раздумывая над тем, какие же правила правления самые эффективные, он понимает, что выигрывают те, где цели достигаются с наименьшими издержками. Если управлять мягко и народ подчиняется, то лучше выбрать это. Жестокие наказания не приводят к лучшему исполнению законов. В европейских странах преобладает свобода, а в Азии – рабство.

Произведение учит, что независимо от положения вещей человек всегда стремится к свободе и независимости.

Можете использовать этот текст для читательского дневника

Сейчас читают

Это Ода прославляет Екатерину Великую, ставя царицу очень высоко. Язык оды, конечно, сейчас кажется слишком торжественным и тяжелым, кроме того, использует Державин много отсылок к мифам и легендам.

Книга «Не отпускай меня» была написана еще в далеком 2005 году английским писателем Кадзуо Исигуро. Его необычное имя связано с японским происхождением автора. Книга получила множество престижных наград и положительных рецензий.

Рассказ начинается с описания переполоха, который устроила младшая дочь Рудневых, Тиночка. Вот – вот начнется новый год, а хозяева забыли пригласить в дом музыканта. Тину первый раз допустили на взрослую елку,

В летнем лагере много девчонок и мальчишек. Среди них есть трус Петька и красавица Таня. Петька никогда ни во что не лезет, но зато считает себя умным. А Таня обожает своё зеркальце и при каждом удобном случае в него смотрится

Все действия происходят в доме известного исторического лица Шуйского. В произведении много интересных перипетий и событий.

Источник

Персидские письма

Узбек и Рика, главные герои, персияне, чья любознательность заставила их покинуть родину и отправиться в путешествие, ведут регулярную переписку как со своими друзьями, так и между собой. Узбек в одном из писем к другу раскрывает истинную причину своего отъезда. Он был в юности представлен ко двору, но это не испортило его. Разоблачая порок, проповедуя истину и сохраняя искренность, он наживает себе немало врагов и решает оставить двор. Под благовидным предлогом (изучение западных наук) с согласия шаха Узбек покидает отечество. Там, в Испагани, ему принадлежал сераль (дворец) с гаремом, в котором находились самые прекрасные женшины Персии.

Друзья начинают своё путешествие с Эрзерума, далее их путь лежит в Токату и Смирну — земли, подвластные туркам. Турецкая империя доживает в ту пору последние годы своего величия. Паши, которые только за деньги получают свои должности, приезжают в провинции и грабят их как завоёванные страны, солдаты подчиняются исключительно их капризам. Города обезлюдели, деревни опустошены, земледелие и торговля в полном упадке. В то время как европейские народы совершенствуются с каждым днём, они коснеют в своём первобытном невежестве. На всех обширных просторах страны только Смирну можно рассматривать как город богатый и сильный, но его делают таким европейцы. Заключая описание Турции своему другу Рустану, Узбек пишет: «Эта империя, не пройдёт и двух веков, станет театром триумфов какого-нибудь завоевателя».

После сорокадневного плавания наши герои попадают в Ливорно, один из цветущих городов Италии. Увиденный впервые христианский город — великое зрелище для магометанина. Разница в строениях, одежде, главных обычаях, даже в малейшей безделице находится что-нибудь необычайное. Женщины пользуются здесь большей свободой: они носят только одну вуаль (персиянки — четыре), в любой день вольны выходить на улицу в сопровождении каких-нибудь старух, их зятья, дяди, племянники могут смотреть на них, и мужья почти никогда на это не обижаются. Вскоре путешественники устремляются в Париж, столицу европейской империи. Рика после месяца столичной жизни поделится впечатлениями со своим другом Иббеном. Париж, пишет он, так же велик, как Испагань, «дома в нем так высоки, что можно поклясться, что в них живут одни только астрологи». Темп жизни в городе совсем другой; парижане бегут, летят, они упали бы в обморок от медленных повозок Азии, от мерного шага верблюдов. Восточный же человек совершенно не приспособлен для этой беготни. Французы очень любят театр, комедию — искусства, незнакомые азиатам, так как по природе своей те более серьёзны. Эта серьёзность жителей Востока происходит оттого, что они мало общаются между собой: они видят друг друга только тогда, когда их к этому вынуждает церемониал, им почти неведома дружба, составляющая здесь усладу жизни; они сидят по домам, так что каждая семья изолирована. Мужчины в Персии не обладают живостью французов, в них не видно духовной свободы и довольства, которые во Франции свойственны всем сословиям.

Меж тем из гарема Узбека приходят тревожные вести. Одну из жён, Заши, застали наедине с белым евнухом, который тут же, по приказу Узбека, заплатил за вероломство и неверность головою. Белые и чёрные евнухи (белых евнухов не разрешается допускать в комнаты гарема) — низкие рабы, слепо исполняющие все желания женшин и в то же время заставляющие их беспрекословно повиноваться законам сераля. Женщины ведут размеренный образ жизни: они не играют в карты, не проводят бессонных ночей, не пьют вина и почти никогда не выходят на воздух, так как сераль не приспособлен для удовольствий, в нем все пропитано подчинением и долгом. Узбек, рассказывая об этих обычаях знакомому французу, слышит в ответ, что азиаты принуждены жить с рабами, сердце и ум которых всегда ощущают приниженность их положения. Чего можно ожидать от человека, вся честь которого состоит в том, чтобы сторожить жён другого, и который гордится самой гнусной должностью, какая только существует у людей. Раб соглашается переносить тиранию более сильного пола, лишь бы иметь возможность доводить до отчаяния более слабый. «Это больше всего отталкивает меня в ваших нравах, освободитесь же, наконец, от предрассудков», — заключает француз. Но Узбек непоколебим и считает традиции священными. Рика, в свою очередь, наблюдая за парижанками, в одном из писем к Иббену рассуждает о женской свободе и склоняется к мысли о том, что власть женщины естественна: это власть красоты, которой ничто не может сопротивляться, и тираническая власть мужчины не во всех странах распространяется на женщин, а власть красоты универсальна. Рика заметит о себе: «Мой ум незаметно теряет то, что ещё осталось в нем азиатского, и без усилий приноравливается к европейским нравам; я узнал женщин только с тех пор, как я здесь: я в один месяц изучил их больше, чем удалось бы мне в серале в течение тридцати лет». Рика, делясь с Узбеком своими впечатлениями об особенностях французов, отмечает также, что в отличие от их соотечественников, у которых все характеры однообразны, так как они вымучены («совершенно не видишь, каковы люди на самом деле, а видишь их только такими, какими их заставляют быть»), во Франции притворство — искусство неизвестное. Все разговаривают, все видятся друг с другом, все слушают друг друга, сердце открыто так же, как и лицо. Игривость — одна из черт национального характера

Узбек рассуждает о проблемах государственного устройства, ибо, находясь в Европе, он перевидал много разных форм правления, и здесь не так, как в Азии, где политические правила повсюду одни и те же. Размышляя над тем, какое правление наиболее разумно, он приходит к выводу, что совершенным является то, которое достигает своих целей с наименьшими издержками: если при мягком правлении народ бывает столь же послушен, как при строгом, то следует предпочесть первое. Более или менее жестокие наказания, налагаемые государством, не содействуют большему повиновению законам. Последних так же боятся в тех странах, где наказания умеренны, как и в тех, где они тираничны и ужасны. Воображение само собою приспосабливается к нравам данной страны: восьмидневное тюремное заключение или небольшой штраф так же действуют на европейца, воспитанного в стране с мягким правлением, как потеря руки на азиата. Большинство европейских правительств — монархические. Это состояние насильственное, и оно вскорости перерождается либо в деспотию, либо в республику. История и происхождение республик подробно освещены в одном из писем Узбека. Большей части азиатов неведома эта форма правления. Становление республик происходило в Европе, что же касается Азии и Африки, то они всегда были угнетаемы деспотизмом, за исключением нескольких малоазиатских городов и республики Карфагена в Африке. Свобода создана, по-видимому, для европейских народов, а рабство — для азиатских.

Узбек в одном из своих последних писем не скрывает разочарования от путешествия по Франции. Он увидел народ, великодушный по природе, но постепенно развратившийся. Во всех сердцах зародилась неутолимая жажда богатства и цель разбогатеть путём не честного труда, а разорения государя, государства и сограждан. Духовенство не останавливается перед сделками, разоряющими его доверчивую паству. Итак, мы видим, что, по мере того как затягивается пребывание наших героев в Европе, нравы этой части света начинают им представляться менее удивительными и странными, а поражаются они этой удивительности и странности в большей или меньшей степени в зависимости от различия их характеров. С другой стороны, по мере того, как затягивается отсутствие Узбека в гареме, усиливается беспорядок в азиатском серале.

Понравился ли пересказ?

Ваши оценки помогают понять, какие пересказы написаны хорошо, а какие надо улучшить. Пожалуйста, оцените пересказ:

Что скажете о пересказе?

Что было непонятно? Нашли ошибку в тексте? Есть идеи, как лучше пересказать эту книгу? Пожалуйста, пишите. Сделаем пересказы более понятными, грамотными и интересными.

Источник

Краткое содержание романа Ш. Монтескьё «Персидские письма»

Персидские письма

Продолжение после рекламы:

Узбек и Рика, главные герои, персияне, чья любознательность заставила их покинуть родину и отправиться в путешествие, ведут регулярную переписку как со своими друзьями, так и между собой. Узбек в одном из писем к другу раскрывает истинную причину своего отъезда. Он был в юности представлен ко двору, но это не испортило его. Разоблачая порок, проповедуя истину и сохраняя искренность, он наживает себе немало врагов и решает оставить двор. Под благовидным предлогом (изучение западных наук) с согласия шаха Узбек покидает отечество. Там, в Испагани, ему принадлежал сераль (дворец) с гаремом, в котором находились самые прекрасные женшины Персии.

Друзья начинают своё путешествие с Эрзерума, далее их путь лежит в Токату и Смирну — земли, подвластные туркам. Турецкая империя доживает в ту пору последние годы своего величия. Паши, которые только за деньги получают свои должности, приезжают в провинции и грабят их как завоёванные страны, солдаты подчиняются исключительно их капризам. Города обезлюдели, деревни опустошены, земледелие и торговля в полном упадке. В то время как европейские народы совершенствуются с каждым днём, они коснеют в своём первобытном невежестве. На всех обширных просторах страны только Смирну можно рассматривать как город богатый и сильный, но его делают таким европейцы. Заключая описание Турции своему другу Рустану, Узбек пишет: «Эта империя, не пройдёт и двух веков, станет театром триумфов какого-нибудь завоевателя».

Брифли существует благодаря рекламе:

После сорокадневного плавания наши герои попадают в Ливорно, один из цветущих городов Италии. Увиденный впервые христианский город — великое зрелище для магометанина. Разница в строениях, одежде, главных обычаях, даже в малейшей безделице находится что-нибудь необычайное. Женщины пользуются здесь большей свободой: они носят только одну вуаль (персиянки — четыре), в любой день вольны выходить на улицу в сопровождении каких-нибудь старух, их зятья, дяди, племянники могут смотреть на них, и мужья почти никогда на это не обижаются. Вскоре путешественники устремляются в Париж, столицу европейской империи. Рика после месяца столичной жизни поделится впечатлениями со своим другом Иббеном. Париж, пишет он, так же велик, как Испагань, «дома в нем так высоки, что можно поклясться, что в них живут одни только астрологи». Темп жизни в городе совсем другой; парижане бегут, летят, они упали бы в обморок от медленных повозок Азии, от мерного шага верблюдов. Восточный же человек совершенно не приспособлен для этой беготни. Французы очень любят театр, комедию — искусства, незнакомые азиатам, так как по природе своей те более серьёзны. Эта серьёзность жителей Востока происходит оттого, что они мало общаются между собой: они видят друг друга только тогда, когда их к этому вынуждает церемониал, им почти неведома дружба, составляющая здесь усладу жизни; они сидят по домам, так что каждая семья изолирована. Мужчины в Персии не обладают живостью французов, в них не видно духовной свободы и довольства, которые во Франции свойственны всем сословиям.

Продолжение после рекламы:

Меж тем из гарема Узбека приходят тревожные вести. Одну из жён, Заши, застали наедине с белым евнухом, который тут же, по приказу Узбека, заплатил за вероломство и неверность головою. Белые и чёрные евнухи (белых евнухов не разрешается допускать в комнаты гарема) — низкие рабы, слепо исполняющие все желания женшин и в то же время заставляющие их беспрекословно повиноваться законам сераля. Женщины ведут размеренный образ жизни: они не играют в карты, не проводят бессонных ночей, не пьют вина и почти никогда не выходят на воздух, так как сераль не приспособлен для удовольствий, в нем все пропитано подчинением и долгом. Узбек, рассказывая об этих обычаях знакомому французу, слышит в ответ, что азиаты принуждены жить с рабами, сердце и ум которых всегда ощущают приниженность их положения. Чего можно ожидать от человека, вся честь которого состоит в том, чтобы сторожить жён другого, и который гордится самой гнусной должностью, какая только существует у людей. Раб соглашается переносить тиранию более сильного пола, лишь бы иметь возможность доводить до отчаяния более слабый. «Это больше всего отталкивает меня в ваших нравах, освободитесь же, наконец, от предрассудков», — заключает француз. Но Узбек непоколебим и считает традиции священными. Рика, в свою очередь, наблюдая за парижанками, в одном из писем к Иббену рассуждает о женской свободе и склоняется к мысли о том, что власть женщины естественна: это власть красоты, которой ничто не может сопротивляться, и тираническая власть мужчины не во всех странах распространяется на женщин, а власть красоты универсальна. Рика заметит о себе: «Мой ум незаметно теряет то, что ещё осталось в нем азиатского, и без усилий приноравливается к европейским нравам; я узнал женщин только с тех пор, как я здесь: я в один месяц изучил их больше, чем удалось бы мне в серале в течение тридцати лет». Рика, делясь с Узбеком своими впечатлениями об особенностях французов, отмечает также, что в отличие от их соотечественников, у которых все характеры однообразны, так как они вымучены («совершенно не видишь, каковы люди на самом деле, а видишь их только такими, какими их заставляют быть»), во Франции притворство — искусство неизвестное. Все разговаривают, все видятся друг с другом, все слушают друг друга, сердце открыто так же, как и лицо. Игривость — одна из черт национального характера

Брифли существует благодаря рекламе:

Узбек рассуждает о проблемах государственного устройства, ибо, находясь в Европе, он перевидал много разных форм правления, и здесь не так, как в Азии, где политические правила повсюду одни и те же. Размышляя над тем, какое правление наиболее разумно, он приходит к выводу, что совершенным является то, которое достигает своих целей с наименьшими издержками: если при мягком правлении народ бывает столь же послушен, как при строгом, то следует предпочесть первое. Более или менее жестокие наказания, налагаемые государством, не содействуют большему повиновению законам. Последних так же боятся в тех странах, где наказания умеренны, как и в тех, где они тираничны и ужасны. Воображение само собою приспосабливается к нравам данной страны: восьмидневное тюремное заключение или небольшой штраф так же действуют на европейца, воспитанного в стране с мягким правлением, как потеря руки на азиата. Большинство европейских правительств — монархические. Это состояние насильственное, и оно вскорости перерождается либо в деспотию, либо в республику. История и происхождение республик подробно освещены в одном из писем Узбека. Большей части азиатов неведома эта форма правления. Становление республик происходило в Европе, что же касается Азии и Африки, то они всегда были угнетаемы деспотизмом, за исключением нескольких малоазиатских городов и республики Карфагена в Африке. Свобода создана, по-видимому, для европейских народов, а рабство — для азиатских.

Узбек в одном из своих последних писем не скрывает разочарования от путешествия по Франции. Он увидел народ, великодушный по природе, но постепенно развратившийся. Во всех сердцах зародилась неутолимая жажда богатства и цель разбогатеть путём не честного труда, а разорения государя, государства и сограждан. Духовенство не останавливается перед сделками, разоряющими его доверчивую паству. Итак, мы видим, что, по мере того как затягивается пребывание наших героев в Европе, нравы этой части света начинают им представляться менее удивительными и странными, а поражаются они этой удивительности и странности в большей или меньшей степени в зависимости от различия их характеров. С другой стороны, по мере того, как затягивается отсутствие Узбека в гареме, усиливается беспорядок в азиатском серале.

«Персидские письма» (Монтескье): описание и анализ романа

«Персидские письма» («Lettres persanes») — роман в письмах Шарля Луи де Монтескье, французского писателя-просветителя. Роман завершен в 1721 г. и тогда же впервые анонимно опубликован в Амстердаме. Потомственный дворянин, унаследовавший от деда должность председателя городского парламента, Монтескье в 1717-1721 гг. занимался научными исследованиями в Академии г. Бордо, свободное время уделяя созданию своего эпистолярного произведения.

«Персидские письма» — первое художественное произведение Монтескье, в котором отражены социально-философские воззрения автора, в дальнейшем использовавшего для их изложения форму трактата. Роман стал этапом в формировании просветительской идеологии, наиболее полно и цельно выраженной в трактате «О духе законов» (1748 г.), ставшего плодом многолетней работы писателя-ученого.

В «Персидских письмах» Монтескье обращается к восточной тематике, вошедшей в моду во Франции начала XVIII в. благодаря многолетней (1704—1717 гг.) публикации перевода «Тысячи и одной ночи». Тогда же появляются и окрашенные восточным колоритом произведения современных ему авторов («Путевые заметки» Таверни и Шардена, 1711 г; «Серьезные и комические развлечения сиамца в Париже» Дюффени, 1707 г. и др.).

Эпистолярный роман Монтескье состоит из 161 письма; переписка ведется между двумя персами, отправившимися в Париж: богатым, но впавшим в немилость Узбеком, его спутником Рика и их соотечественниками в Европе и на родине. Письма из Персии полны азиатской экзотики, они обрисовывают бесчеловечный, жестокий, полный склок и интриг мир гарема, представляющийся европейцу воплощением дикости и варварства. Страстные признания многочисленных жен Узбека, трагедия одной из них — Роксаны — и доносы главного евнуха о беспорядках в гареме наводили современников на размышления об исторической бесперспективности деспотии как формы правления.

Большая часть писем (с 24 по 147) посвящена описанию парижской жизни 1711—1720 гг., увиденной «со стороны», глазами иностранцев, носителей иных обычаев, другой культуры. Такой литературный прием позволял Монтескье насытить «Письма» забавными сценками и комическими недоразумениями, приписав персам свои собственные взгляды на ряд острых, животрепещущих проблем и философских вопросов. «Диким» выходцам с Востока кажутся нелепыми и странными нравы «цивилизованного» Парижа, и автор заставляет их подвергать критическому анализу образ жизни аристократии и простонародья, общественные институты: армию, законы, церковь. Персы затрагивают в своих письмах темы развода и рабства в колониях, всевластия папы римского и нравственности крестьян, их тревожит сокращение населения Франции, они мечтают о справедливом обществе с процветающей экономикой и довольным народом, во главе с просвещенным, заботящемся о своих подданных монархом.

Широкий круг поставленных Монтескье в этой книге проблем, глубина их социально-критического и общефилософского постижения выводят «Персидские письма» далеко за рамки нравоописательного романа (Лесаж и др.), характерного для первой половины XVIII в.; в литературном произведении автор впервые предпринимает попытку постижения «природы вещей», выявления объективных закономерностей развития путем противопоставления и сравнения культур Запада и Востока. Многие идеи Монтескье впоследствии были развиты Вольтером, Дидро и другими французскими просветителями.

Несмотря на обилие критических работ, посвященных этому произведению, западные исследователи до сих пор не дали однозначного ответа на вопрос о том, что именно имел в виду Монтескье под «секретной цепью», якобы связывающей разрозненные послания в единое целое; будущим исследователям творчества писателя-просветителя предстоит разрешить эту немаловажную проблему.

Источник: Энциклопедия литературных произведений / Под ред. С.В. Стахорского. — М.: ВАГРИУС, 1998

Источник

«Персидские письма» (Монтескье): описание и анализ романа

«Персидские письма» (Монтескье): описание и анализ романа

«Персидские письма» («Lettres persanes») — роман в письмах Шарля Луи де Монтескье, французского писателя-просветителя. Роман завершен в 1721 г. и тогда же впервые анонимно опубликован в Амстердаме. Потомственный дворянин, унаследовавший от деда должность председателя городского парламента, Монтескье в 1717-1721 гг. занимался научными исследованиями в Академии г. Бордо, свободное время уделяя созданию своего эпистолярного произведения.

«Персидские письма» — первое художественное произведение Монтескье, в котором отражены социально-философские воззрения автора, в дальнейшем использовавшего для их изложения форму трактата. Роман стал этапом в формировании просветительской идеологии, наиболее полно и цельно выраженной в трактате «О духе законов» (1748 г.), ставшего плодом многолетней работы писателя-ученого.

В «Персидских письмах» Монтескье обращается к восточной тематике, вошедшей в моду во Франции начала XVIII в. благодаря многолетней (1704—1717 гг.) публикации перевода «Тысячи и одной ночи». Тогда же появляются и окрашенные восточным колоритом произведения современных ему авторов («Путевые заметки» Таверни и Шардена, 1711 г; «Серьезные и комические развлечения сиамца в Париже» Дюффени, 1707 г. и др.).

Эпистолярный роман Монтескье состоит из 161 письма; переписка ведется между двумя персами, отправившимися в Париж: богатым, но впавшим в немилость Узбеком, его спутником Рика и их соотечественниками в Европе и на родине. Письма из Персии полны азиатской экзотики, они обрисовывают бесчеловечный, жестокий, полный склок и интриг мир гарема, представляющийся европейцу воплощением дикости и варварства. Страстные признания многочисленных жен Узбека, трагедия одной из них — Роксаны — и доносы главного евнуха о беспорядках в гареме наводили современников на размышления об исторической бесперспективности деспотии как формы правления.

Большая часть писем (с 24 по 147) посвящена описанию парижской жизни 1711—1720 гг., увиденной «со стороны», глазами иностранцев, носителей иных обычаев, другой культуры. Такой литературный прием позволял Монтескье насытить «Письма» забавными сценками и комическими недоразумениями, приписав персам свои собственные взгляды на ряд острых, животрепещущих проблем и философских вопросов. «Диким» выходцам с Востока кажутся нелепыми и странными нравы «цивилизованного» Парижа, и автор заставляет их подвергать критическому анализу образ жизни аристократии и простонародья, общественные институты: армию, законы, церковь. Персы затрагивают в своих письмах темы развода и рабства в колониях, всевластия папы римского и нравственности крестьян, их тревожит сокращение населения Франции, они мечтают о справедливом обществе с процветающей экономикой и довольным народом, во главе с просвещенным, заботящемся о своих подданных монархом.

Широкий круг поставленных Монтескье в этой книге проблем, глубина их социально-критического и общефилософского постижения выводят «Персидские письма» далеко за рамки нравоописательного романа (Лесаж и др.), характерного для первой половины XVIII в.; в литературном произведении автор впервые предпринимает попытку постижения «природы вещей», выявления объективных закономерностей развития путем противопоставления и сравнения культур Запада и Востока. Многие идеи Монтескье впоследствии были развиты Вольтером, Дидро и другими французскими просветителями.

Несмотря на обилие критических работ, посвященных этому произведению, западные исследователи до сих пор не дали однозначного ответа на вопрос о том, что именно имел в виду Монтескье под «секретной цепью», якобы связывающей разрозненные послания в единое целое; будущим исследователям творчества писателя-просветителя предстоит разрешить эту немаловажную проблему.

Источник: Энциклопедия литературных произведений / Под ред. С.В. Стахорского. — М.: ВАГРИУС, 1998

«Персидские письма» Монтескьё в кратком изложении на Сёзнайке.ру

Действие романа охватывает 1711—1720 гг. Эпистолярная форма произведения и добавочный пикантный материал из жизни персидских гаремов, своеобразное построение с экзотическими подробностями, полные яркого остроумия и язвительной иронии описания, меткие характеристики дали возможность автору заинтересовать самую разнообразную публику до придворных кругов включительно.

Стрелы попадают и в Ватикан, осмеиваются монахи, министры, все общество в целом.

Узбек и Рика, главные герои, персияне, чья любознательность заставила их покинуть родину и отправиться в путешествие, ведут регулярную переписку как со своими друзьями, так и между собой. Узбек в одном из писем к другу раскрывает истинную причину своего отъезда.

Он был в юности представлен ко двору, но это не испортило его. Разоблачая порок, проповедуя истину и сохраняя искренность, он наживает себе немало врагов и решает оставить двор. Под благовидным предлогом (изучение западных наук) с согласия шаха Узбек покидает отечество.

Там, в Испагани, ему принадлежал сераль (дворец) с гаремом, в котором находились самые прекрасные женшины Персии.

Друзья начинают свое путешествие с Эрзерума, далее их путь лежит в Токату и Смирну — земли, подвластные туркам. Турецкая империя доживает в ту пору последние годы своего величия.

Паши, которые только за деньги получают свои должности, приезжают в провинции и грабят их как завоеванные страны, солдаты подчиняются исключительно их капризам. Города обезлюдели, деревни опустошены, земледелие и торговля в полном упадке.

В то время как европейские народы совершенствуются с каждым днем, они коснеют в своем первобытном невежестве. На всех обширных просторах страны только Смирну можно рассматривать как город богатый и сильный, но его делают таким европейцы.

Заключая описание Турции своему другу Рустану, Узбек пишет: «Эта империя, не пройдет и двух веков, станет театром триумфов какого-нибудь завоевателя».

После сорокадневного плавания наши герои попадают в Ливорно, один из цветущих городов Италии. Увиденный впервые христианский город — великое зрелище для магометанина. Разница в строениях, одежде, главных обычаях, даже в малейшей безделице находится что-нибудь необычайное.

Женщины пользуются здесь большей свободой: они носят только одну вуаль (персиянки — четыре), в любой день вольны выходить на улицу в сопровождении каких-нибудь старух, их зятья, дяди, племянники могут смотреть на них, и мужья почти никогда на это не обижаются. Вскоре путешественники устремляются в Париж, столицу европейской империи.

Рика после месяца столичной жизни поделится впечатлениями со своим другом Иббеном. Париж, пишет он, так же велик, как Испагань, «дома в нем так высоки, что молено поклясться, что в них живут одни только астрологи». Темп жизни в городе совсем другой; парижане бегут, летят, они упали бы в обморок от медленных повозок Азии, от мерного шага верблюдов.

Восточный же человек совершенно не приспособлен для этой беготни. Французы очень любят театр, комедию — искусства, незнакомые азиатам, так как по природе своей те более серьезны.

Эта серьезность жителей Востока происходит оттого, что они мало общаются между собой: они видят друг друга только тогда, когда их к этому вынуждает церемониал, им почти неведома дружба, составляющая здесь усладу жизни; они сидят по домам, так что каждая семья изолирована. Мужчины в Персии не обладают живостью французов, в них не видно духовной свободы и довольства, которые во Франции свойственны всем сословиям.

Меж тем из гарема Узбека приходят тревожные вести. Одну из жен, Заши, застали наедине с белым евнухом, который тут же, по приказу Узбека, заплатил за вероломство и неверность головою.

Белые и черные евнухи (белых евнухов не разрешается допускать в комнаты гарема) — низкие рабы, слепо исполняющие все желания женшин и в то же время заставляющие их беспрекословно повиноваться законам сераля.

Женщины ведут размеренный образ жизни: они не играют в карты, не проводят бессонных ночей, не пьют вина и почти никогда не выходят на воздух, так как сераль не приспособлен для удовольствий, в нем все пропитано подчинением и долгом.

Узбек, рассказывая об этих обычаях знакомому французу, слышит в ответ, что азиаты принуждены жить с рабами, сердце и ум которых всегда ощущают приниженность их положения. Чего можно ожидать от человека, вся честь которого состоит в том, чтобы сторожить жен другого, и который гордится самой гнусной должностью, какая только существует у людей.

Раб соглашается переносить тиранию более сильного пола, лишь бы иметь возможность доводить до отчаяния более слабый. «Это больше всего отталкивает меня в ваших нравах, освободитесь же, наконец, от предрассудков», — заключает француз. Но Узбек непоколебим и считает традиции священными.

Рика, в свою очередь, наблюдая за парижанками, в одном из писем к Иббену рассуждает о женской свободе и склоняется к мысли о том, что власть женщины естественна: это власть красоты, которой ничто не может сопротивляться, и тираническая власть мужчины не во всех странах распространяется на женщин, а власть красоты универсальна.

Рика заметит о себе: «Мой ум незаметно теряет то, что ещё осталось в нем азиатского, и без усилий приноравливается к европейским нравам; я узнал женщин только с тех пор, как я здесь: я в один месяц изучил их больше, чем удалось бы мне в серале в течение тридцати лет». Рика, делясь с Узбеком своими впечатлениями об особенностях французов, отмечает также, что в отличие от их соотечественников, у которых все характеры однообразны, так как они вымучены («совершенно не видишь, каковы люди на самом деле, а видишь их только такими, какими их заставляют быть»), во Франции притворство — искусство неизвестное. Все разговаривают, все видятся друг с другом, все слушают друг друга, сердце открыто так же, как и лицо. Игривость — одна из черт национального характера

“Персидские письма” Монтескье в кратком содержании

Действие романа охватывает 1711-1720 гг. Эпистолярная форма произведения и добавочный пикантный материал из жизни персидских гаремов, своеобразное построение с экзотическими подробностями, полные яркого остроумия и язвительной иронии описания, меткие характеристики дали возможность автору заинтересовать самую разнообразную публику до придворных кругов включительно.

Стрелы попадают и в Ватикан, осмеиваются монахи, министры, все общество в целом.

Узбек и Рика, главные герои, персияне, чья любознательность заставила их покинуть родину и отправиться в путешествие, ведут регулярную переписку как со своими друзьями, так и между собой. Узбек в одном из писем к другу раскрывает истинную причину своего отъезда.

Он был в юности представлен ко двору, но это не испортило его. Разоблачая порок, проповедуя истину и сохраняя искренность, он наживает себе немало врагов и решает оставить двор. Под благовидным предлогом с согласия шаха Узбек покидает отечество.

Там, в Испагани, ему принадлежал сераль с гаремом, в котором находились самые

прекрасные женшины Персии.

Друзья начинают свое путешествие с Эрзерума, далее их путь лежит в Токату и Смирну – земли, подвластные туркам. Турецкая империя доживает в ту пору последние годы своего величия.

Паши, которые только за деньги получают свои должности, приезжают в провинции и грабят их как завоеванные страны, солдаты подчиняются исключительно их капризам. Города обезлюдели, деревни опустошены, земледелие и торговля в полном упадке.

В то время как европейские народы совершенствуются с каждым днем, они коснеют в своем первобытном невежестве. На всех обширных просторах страны только Смирну можно рассматривать как город богатый и сильный, но его делают таким европейцы.

Заключая описание Турции своему другу Рустану, Узбек пишет: “Эта империя, не пройдет и двух веков, станет театром триумфов какого-нибудь завоевателя”.

После сорокадневного плавания наши герои попадают в Ливорно, один из цветущих городов Италии. Увиденный впервые христианский город – великое зрелище для магометанина. Разница в строениях, одежде, главных обычаях, даже в малейшей безделице находится что-нибудь необычайное.

Женщины пользуются здесь большей свободой: они носят только одну вуаль, в любой день вольны выходить на улицу в сопровождении каких-нибудь старух, их зятья, дяди, племянники могут смотреть на них, и мужья почти никогда на это не обижаются. Вскоре путешественники устремляются в Париж, столицу европейской империи.

Рика после месяца столичной жизни поделится впечатлениями со своим другом Иббеном. Париж, пишет он, так же велик, как Испагань, “дома в нем так высоки, что молено поклясться, что в них живут одни только астрологи”. Темп жизни в городе совсем другой; парижане бегут, летят, они упали бы в обморок от медленных повозок Азии, от мерного шага верблюдов.

Восточный же человек совершенно не приспособлен для этой беготни. Французы очень любят театр, комедию – искусства, незнакомые азиатам, так как по природе своей те более серьезны.

Эта серьезность жителей Востока происходит оттого, что они мало общаются между собой: они видят друг друга только тогда, когда их к этому вынуждает церемониал, им почти неведома дружба, составляющая здесь усладу жизни; они сидят по домам, так что каждая семья изолирована. Мужчины в Персии не обладают живостью французов, в них не видно духовной свободы и довольства, которые во Франции свойственны всем сословиям.

Меж тем из гарема Узбека приходят тревожные вести. Одну из жен, Заши, застали наедине с белым евнухом, который тут же, по приказу Узбека, заплатил за вероломство и неверность головою. Белые и черные евнухи – низкие рабы, слепо исполняющие все желания женшин и в то же время заставляющие их беспрекословно повиноваться законам сераля.

Женщины ведут размеренный образ жизни: они не играют в карты, не проводят бессонных ночей, не пьют вина и почти никогда не выходят на воздух, так как сераль не приспособлен для удовольствий, в нем все пропитано подчинением и долгом.

Источник