рик и морти 4 сезон огурчик рик
Еще одна скучная пародия. Какой получилась 3 серия 4 сезона «Рика и Морти»
Больше по «Рику и Морти»:
В топку семью Смитов!
Первые две серии недвусмысленно намекали, что ни семейство Смитов, ни многочисленные герои второго и третьего планов сценаристов шоу больше не интересует. Хотелось верить, что создатели решили больше сконцентрироваться на, собственно, Рике и Морти, чьи имена озаглавливают весь этот многосезонный бурлеск. Новый эпизод бросает нас в исключительно сольное приключение основных персонажей.
Как в старые-добрые, Морти, короткое приключение на 20 минут, Морти! Вот только вместо того, чтобы поработать наконец над характерами и развить отношения Рика с Морти, которые несколько застопорились к концу прошлого сезона, сценарий ведет эту историю в счастливое никуда.
Нам вроде бы опять, уже наверно в десятый раз, предлагают распробовать один и тот же конфликт. Деспотичный и эгоистичный Рик снова использует внука в собственных целях, не посвящая в реальные планы. Морти опять пытается обрести независимость, но так и не может в финале избавиться от тлетворного влияния деда. Он остается карикатурой на Ватсона, которого готов продать в сексуальное рабство его Шерлок ради очередной гипотетической банки сычуаньского соуса.
Больше по «Рику и Морти»:
И других персонажей тоже!
Отбросив семейство Смитов на задворки сюжетной вселенной, сценарий вдруг вводит в повествование новых героев и даже возвращает парочку любимцев из прошлых сезонов. Но делает это вообще непонятно с какой целью — и так лениво, что попахивает уже откровенной манипуляцией фанатскими чувствами.
Новички погибают или уходят в тень раньше, чем мы вообще можем успеть их разглядеть, а старый герой, чьего возвращения многие давно ждали, появляется буквально на пару минут и не несет никакой ценности для происходящего. Зачем в серии нужна пародия на Илона Маска? Для чего он тут? Чтобы ввернуть шутку про созвучие его фамилии с английским словом Tusk? Илон Бивень.
Ха-ха, смешно, для этого правда нужно было впихивать в серию этого персонажа. Серьезно? И так с каждым героем — никто не несет в себе ценности, порой даже не становясь поводом для пусть и не самых удачных, но все же шуток.
Больше по «Рику и Морти»:
Больше пародий Богу пародий!
Наплевав на героев, серия решает нажать до упора на педаль газа с разрозненными сценками и отсылками на массовую культуру. Вообще весь эпизод — это огромная пародия на фильмы и сериалы про удачливых воров, которые совершают умопомрачительные ограбления.
Ну да, «Друзья Оушена» в стилистике полусумасшедших скетчей «Рика и Морти». На половину серии этого стеба над гештальтами жанра могло бы хватить. Все эти идеальные планы, постоянные сюжетные твисты и герои, которые продумывают все на миллиард шагов вперед. Пару раз было даже смешно, а одна сценка вообще претендует на почти гениальный подкол. Но вот середина серии проходит, а шутки про Индиану Джонса, Лару Крофт и Брэда Пита в роли грабителя да подколы каналов Netflix и HBO не заканчиваются.
Все эти отсылки и мимикрирование под предмет сатиры начинают надоедают, а главный финальный сюжетный поворот заставляет искренне проникнуться ленью и незаинтересованностью сценаристов своим детищем. Опять Рик в своем репертуаре, серьезно?
Когда отсылка погоняет отсылкой, смотреть на весь этот мельтешащий ворох маленьких метамодерновых кусочков просто невозможно без чувства тошноты. И не складывается этот пазл в итоге во что-то цельное. Просто шутки и очередные нелепости ради самих себя.
«Рик и Морти» все так же хорош, но четвертый сезон — это принципиально новый уровень
Позади очередной сезон «Рика и Морти». Здесь нет залпа гениальных эпизодов, но и откровенно худшим его тоже не назовешь. Он прыгает из крайности в крайность: за блеклой серией выдает настоящий эмоциональный аттракцион, после чего вновь заставляет высиживать 22 минуты сплошных филлеров. И все же у сезона есть одна особенность: мы получили драму с Риком. Впервые.
«Рик и Морти» давно прошел ту стадию, когда сериал считался всего лишь набором скетчей — трешевым анимационным ситкомом о несвязанных приключениях гениального ученого и его туповатого внука. У «Рика и Морти» есть прочный фундамент сквозного сюжета, на удивление, не связанного с научной фантастикой. В центре внимания сериала всегда были взаимоотношения в семье Смитов: больше экранного времени, конечно же, получали Рик и Морти, однако со временем и арка Бэт и Джерри эволюционировала до примечательной драмы. Разве что Саммер все еще болтается где-то на задворках юношеского максимализма и проходных тинейджерских сюжеток.
В четвертом сезоне внимание авторов по-настоящему приковано к Рику Санчезу.
Не его идеям, не его гениальности, не шуточкам над Морти — но Рику как полноценному персонажу со своей сюжетной линией. Она начинается со второго эпизода The Old Man and the Seat: уже по названию становится ясно, что меланхоличных нот не избежать (тайтл отсылает к повести Хемингуэя «Старик и море»). Серия и впрямь посвящена одиночеству и изоляции: Рик сбегает в идиллический мир, который построил исключительно для себя. Розовые закаты, милые животные и унитаз с живописным видом.
Если опустить элементы комедии, то «Рик и Морти» впервые показывает депрессию главного героя.
И это не единичный случай: сезон сразу в нескольких сериях отражает одиночество Рика, его отстраненность от семьи и попытки наладить свою личную жизнь. В четвертом эпизоде Claw and Hoarder: Special Ricktim’s Morty он буквально находит соулмейта в лице драконихи, в девятом (Childrick of Mort) Санчез возится со своими детьми от планеты (ну да, от планеты), а финал полностью посвящен отношениям с Бэт.
Арка отца и дочери пустила корни еще относительно давно, но что-то серьезное между двумя персонажами начало происходить только в финале третьего сезона: в эпизодах The ABC’s of Beth и The Rickchurian Mortydate, когда остро встал вопрос о личности девушки. Ранее в сериале Бэт оказалась перед выбором: отправиться в космические путешествия или остаться на Земле с семьей. Дилемма привела к тому, что Рик создал клона своей дочери — однако кто именно покинул Джерри и детей, настоящая Бэт или копия, было неизвестно. До эпизода Star Mort Rickturn of the Jerri, где происходит кульминация отношений этих двух героев.
Новый сезон «Рика и Морти» можно разобрать и классическим путем, дав краткую характеристику каждому.
One Crew over the Crewcoo’s Morty — филлерная пародия на «Одиннадцать друзей Оушена». Claw and Hoarder: Special Ricktim’s Morty — остроумное, хоть и пошлое фэнтези. Never Ricking Morty — один из самых смешных и концептуально интересных эпизодов в истории сериала. Promortyus — уж точно самая графически-мерзкая серия «Рика и Морти», отсылающая ко вселенной «Чужого». Эпизод The Vat of Acid Episode заслуженно получает премию за самую оригинальную шутку с бассейном кислоты после «огурчика-Рика».
Однако юмор сериала всегда был специфичен: каждая серия уникальна и для своего зрителя, из-за чего какого-либо смысла в отдельных обзорах нет — половине фанатов понравится одна часть, половине — совершенно другая. Дробление «Рика и Морти» на сезоны — не более, чем формальность. Серии вовсе можно смотреть в случайно порядке, если хочется посмеяться над локальными приключениями героев и оценить острый язык Хармона и Ройланда.
По итогам четвертого сезона заметно, что сериал развивается и проявляет себя не только в каждом эпизоде, но и как единое целое.
Сейчас у «Рика и Морти» есть серьезная завязка на пятый, а то и сразу на шестой сезон. Шоу впервые хочется ждать не просто из-за очередной трешевой вселенной или парада гениальных гэгов, но и из-за сюжета. Не приключений Рика и Морти, но из-за самих Рика и Морти. Кажется, это явный знак, что «Рик и Морти» наконец-то вырос.
Лучшие и худшие эпизоды 4 сезона «Рика и Морти»
Лучшие эпизоды
5. «Загон и порядок: Место прикступления» (Claw and Hoarder: Special Ricktimʼs Morty)
Вся серия — невнятная пародия на древние и классические настолки, фэнтези, его экранизации, и людей, которые болеют всеми этими мирами. Избито, но при должном понимании темы можно было сделать что-то интересное. Вопрос лишь в том, что получается это все уже просто до какой-то феноменальной запредельности не смешно.
Нет, конечно, о вкусах не спорят, кто-то смотрит российские комедии, а Камеди клаб все еще транслируется в эфире крупного развлекательного телеканала. Но даже если исходить из субъективного восприятия, шутки в «Рике и Морти» стали беззубыми и пародируют не объекты зубоскальства, а сами себя.
Демонстрация связи человека и его ритуального питомца в виде чуть ли не сексуализированного акта, разве что не сопряженного с эякуляцией? Не смешно. Попытка выставить фентезийных зверушек сказочными потаскухами? Пошловато даже для «Рика и Морти». Насмешки над Джерри, который опять ведет себя как ведомый простофиля, и полный идиот, оторванный от реальности? Было. Очень много раз было. И так практически в каждой сценке эпизода. Сценаристы будто кричат тебе: «Смотри, мы стебем то, что тебе нравится. Ты уже только от этого должен хохотать!».
Я не понимаю, как можно оценивать всю эту пародийность в позитивном ключе. Ведь сам факт присутствия не делает ее смешной. От того, что вы пародируете что-то, оно не становится задорным, если не вкладывать в сценарий хотя бы привкус остроумия. Получается какое-то странное месиво, в котором зритель вроде бы понимает, что в конкретно этом моменте нужно смеяться. Сама конструкция сцены подразумевает это. Но вот смеяться совсем не хочется. Может быть, «Рику и Морти» пора взять на вооружение прием из американских ситкомов и заручиться закадровым смехом после каждой шутки?
Денис Юрьев
4. «Промортей» (Promortyus)
Серия выполнена в уже классическом для сериала формате «герои попадают на планету». Поначалу она кажется одним из лучших образцов этого своеобразного поджанра. Все начинается как пародия на «Чужих» с коконами и фейсхаггерами, но на самом деле эпизод больше похож на «Кукловодов» Роберта Хайнлайна — лучшую книгу о том, как было бы устроено общество паразитических организмов.
С точки зрения мультипликации все очень смешно, качественно и нестандартно. У паразитов собственные «лица», разговаривающие друг с другом голосами носителей. Те же — включая, большую часть серии, Рика с Морти, — выглядят как криповатые зомби с застывшими глазами. Жуткий видеоряд контрастирует с шутками и отсылками и делает «Промортий» одним из самых эффективных визуально эпизодов всего сериала.
Во втором акте им приходится вернуться на разгромленную планету, чтобы спасти забытую там сестру Морти, Саммер. Тут сериал полностью меняет жанр. Нам показывают, как под руководством Саммер общество паразитов превратилось из примитивного, соблюдающего предельно лаконичный жизненный цикл «присосался на лицо — отложил кокон — умер», в настоящую цивилизацию с мегаполисами и космическими кораблями, способными к межзвездным путешествиям.
У второго акта серии, в котором нет ни одного выстрела, огромный потенциал. Создатели могли показать, чего хотят паразиты от других миров, что нашествие фейсхаггеров-пафицистов ничем не отличается от вторжения обычных фейсхаггеров. Сделать из Саммер настоящего персонажа, диктатора поневоле галактических масштабов, которая может как ужаснуться содеянному, так и искренне считать общество живых масок лучше того, что скрывается под ними. Возможности были в буквальном смысле слова безграничные.
Вместо этого «Рик и Морти» скатывается в набор дешевых шуток про «сбежать с планеты». Общество паразитов уничтожается во второй раз, Саммер остается придатком к основным персонажам, у которой нет собственных целей помимо «потянуть время» и «вернуться домой». От социальной фантастики отказываются так же быстро, как к ней и перешли. А социальная сатира про то, как общество паразитов похоже на человеческое, не тянет на креатив — над ней уже успел поиздеваться Рик, когда Морти обратил внимание на окружающих их безвольных «винтиков огромной машины».
3. «Звездный Морт: Риквращение Джерри» (Star Mort Rickturn of the Jerri)
С сюжетом в этот раз особо работать не стали, откровенно заявив, что в этом эпизоде будут передираться «Звездные войны» с их запутанными семейными отношениями (включая братско-сестринские). Но написано все качественно — очень приятно наблюдать, как персонажи взаимодействуют и ведут себя в лучшем духе сериала.
Концовка сезона делает семейные отношения Санчесов самыми необычными в истории сериалов. Самое классное тут, как быстро все герои адаптируются, включая совершенно осчастливленного развитием событий Джерри. Сцена после титров тоже очень достойная — смешная, расслабленная, с массой креатива. В то же время Рика нам показывают в момент редкого для этого шоу морального выбора — и отказываются просто отпускать с крючка этической ответственности. В таком подавленном состоянии в этом сериале мы видели только Морти в финале классической серии «Напиток Рика № 9».
2. «Бесриконечный Морти» (Never Ricking Morty)
В 6 серии совсем нет развития характеров семьи Смитов и основного сюжета. То есть налицо все то, что за что мы так разносили первые 5 эпизодов сезона. Но нет здесь и филлера. Вся серия, от первой до последней секунды экранного времени (включая переворачивающий все представление о происходившем рекламный ролик после титров) развлекает, будоражит сначала воображение, а потом и интеллект.
И в отдельных моментах заставляет не просто заржать в голос, а буквально смеяться до слез — чего с этим сериалом не происходило со времен легендарной серии Tales from the Citadel.
Этот, самый поверхностный уровень истории издевается над тупейшим форматом «рассказ в рассказе» — знаете, когда суровые головорезы начинают один за другим излагать истории происхождения, «словно школьницы на вечеринке с ночевкой». Достается и вообще понятию антологий. Вагоны поезда символизируют искусственно сцепленные в пространстве, не связанные друг с другом логически фрагменты нарратива, между которыми приходится перемещаться сквозным героям.
Сценарист из Морти никудышный. Его попытки сконструировать сцену с разговаривающими женщинами, которая могла бы пройти так называемый Тест Бекдел, — первый истерически-смешной момент во всем сезоне.
Третий акт серии — драка с главным злодеем на «мостике» поезда. И Рик, и Морти в ходе боя то и дело попадают головой в «неканонические» реальности, где с ними происходят характерные для этого сериала вещи. Фактически, как и в «Историях Цитадели», создатели взяли собственный формат инопланетного телевидения и использовали его как фон для связной (!), захватывающей истории. В конце нас ждет не совсем оправданный, но все равно трогательный момент развития отношений (если можно так выразиться) между внуком и дедушкой.
1. «Эпизод с чаном кислоты» (The Vat of Acid Episode)
Начало серии, помимо очевидного «Джокера», пародирует герметически закрытые эпизоды сериалов — так называемые «серии в бутылке» или, в этом конкретном случае, в чане с кислотой. Точнее, чане с фальшивой кислотой, который Рик сконструировал для того, чтобы избавиться от преследований космической мафии (да и просто на всякий случай).
Морти с Риком сидят на дне, дышат через шланги и долго слушают разглагольствующих гангстеров. Поскольку общаться они могут только через выражения лиц, это очень забавно. Но потом один из бандитов решает бросить в чан крысу — и, хотя Рик предусмотрел и такой вариант развития событий, все идет не по плану…
Выяснение отношений между героями по поводу провальной операции проходит через всю серию, которая дальше пародирует уже не «бутылочные» эпизоды, а фикшен про возможность многократного переигрывания одних и тех же ситуаций.
Сам по себе гэг с устройством для сохранения чекпойнтов в реальной жизни — которое Морти использует для того, чтобы сохраняться в видеоиграх! — не сумел бы вытянуть серию. Даже учитывая выдающийся креатив и анимацию, вложенную в лишенный слов, но максимально упакованный эмоциями отрезок.
Но, после типичной для сериала эскалации безобидных (и не очень) развлечений в жесткую драму, нас откатывают (во всех смыслах) к основной теме эпизода. И в кой-то веки третий акт не кажется притянутым за уши. Это естественное завершение истории про чан с кислотой, которой помогает развитие характера Морти, за время использования (и НЕиспользования) сохранений успевшего промотать своего персонажа на годы вперед — в психологическом, а не в физическом плане.
Худшие эпизоды
5. «Прорикая над гнездом рикушки» (One Crew over the Crewcooʼs Morty)
Нам вроде бы опять, уже наверно в десятый раз, предлагают распробовать один и тот же конфликт. Деспотичный и эгоистичный Рик снова использует внука в собственных целях, не посвящая в реальные планы. Морти опять пытается обрести независимость, но так и не может в финале избавиться от тлетворного влияния деда. Он остается карикатурой на Ватсона, которого готов продать в сексуальное рабство его Шерлок ради очередной гипотетической банки сычуаньского соуса.
Отбросив семейство Смитов на задворки сюжетной вселенной, сценарий вдруг вводит в повествование новых героев и даже возвращает парочку любимцев из прошлых сезонов. Но делает это вообще непонятно с какой целью — и так лениво, что попахивает уже откровенной манипуляцией фанатскими чувствами.
Новички погибают или уходят в тень раньше, чем мы вообще можем успеть их разглядеть, а старый герой, чьего возвращения многие давно ждали, появляется буквально на пару минут и не несет никакой ценности для происходящего. Зачем в серии нужна пародия на Илона Маска? Для чего он тут? Чтобы ввернуть шутку про созвучие его фамилии с английским словом Tusk? Илон Бивень.
Ха-ха, смешно, для этого правда нужно было впихивать в серию этого персонажа. Серьезно? И так с каждым героем — никто не несет в себе ценности, порой даже не становясь поводом для пусть и не самых удачных, но все же шуток.
Наплевав на героев, серия решает нажать до упора на педаль газа с разрозненными сценками и отсылками на массовую культуру. Вообще весь эпизод — это огромная пародия на фильмы и сериалы про удачливых воров, которые совершают умопомрачительные ограбления.
Ну да, «Друзья Оушена» в стилистике полусумасшедших скетчей «Рика и Морти». На половину серии этого стеба над гештальтами жанра могло бы хватить. Все эти идеальные планы, постоянные сюжетные твисты и герои, которые продумывают все на миллиард шагов вперед. Пару раз было даже смешно, а одна сценка вообще претендует на почти гениальный подкол. Но вот середина серии проходит, а шутки про Индиану Джонса, Лару Крофт и Брэда Пита в роли грабителя да подколы каналов Netflix и HBO не заканчиваются.
Денис Юрьев
4. «Срань Будущего: Прикзрак в Мортпехах» (Edge of Tomorty: Rick Die Rickpeat)
Посколько Морти за серию ни разу не умирает, вместо «Грани будущего» тут скорее пародируется фильм Next по мотивам рассказа Филипа Дика The Golden Man — и множество других художественных произведений про героя с ограниченным даром предвидения событий. В этой арке происходит традиционная для сериала абсурдная эскалация, в которой действия Морти имеют сначала школьный, потом городской, потом национальный, а затем и планетарный масштабы.
Но ни одной действительно интересной ситуации — и нестандартного выхода из нее — сценаристы не придумали. Морти выступает в роли своего рода «Рика-лайт», используя его оборудование для преодоления препятствий и расправы с обидчиками, говоря нужные реплики в нужных ситуациях… в какой-то момент все идет не по плану, но это тоже очень предсказуемое отклонение.
Мысль в сюжете затронута неплохая — любой человек, концентрирующийся только на цели, не видит возможностей, которые открываются перед ним по пути, — но с ней можно и нужно было сделать куда больше, чем ремейк «Хроники» (то есть «Акиры»).
Морти тут сам по себе, ни с кем, включая голограмму Рика, особо не взаимодействует, и остаются лишь абстрактная Джессика (которая, честно говоря, надоела как объект воздыханий героя еще в серии про мир Кроненбергов), к которой напролом идет не менее усредненный подросток. Замечателен лишь труд мультипликаторов в боевых сценах и смешная ройлендовская озвучка в моментах, когда Морти старается разглядеть нужные реплики на пересечении пляшущих перед ним альтернативных реальностей.
3. «СтаРИК и седалище» (The Old Man and the Seat)
Очевидная нацеленность на легкий перезапуск шоу, которой веяло от пилота, во второй серии начинает все больше преобладать над здравой идеей развития заложенных в сценарий идей. Новый эпизод снова делится на три сюжетные ветки: Морти с Джерри отправляются в личное путешествие. Рик, сам того не желая, погружается в экзистенциальную тоску от неприятия своей социопатии. А Саммер с Бет где-то на задворках сюжета вновь копаются в ролевой модели отношений мать-дочь.
Линия Рика в эпизоде центральная. Он решает отправиться в небольшой отпуск в собственный мир, похожий на идеалистический протестантский Рай, только с технологиями и пришельцами. Естественно, главной юдолью гедониста оказывается блестящий унитаз, на котором герой придается забвению и уходит в ежедневную нирвану.
Правда, какой-то незваный гость решает также попользоваться санузлом Рика, что заставляет его отправиться в очередное космическое путешествие на поиски этого будущего смертника. Здесь сценарий наконец дает персонажу пусть и не ахти какое, но все же развитие.
Основной идеей становится осознание Риком собственного одиночества, в которое он ввел себя из-за цинизма, предельной эмпатии к обществу и скверного характера.
Внезапно появившийся друг также внезапно уходит из его жизни, оставляя в душе этого эксцентрика незаживающую рану. Финал истории получился трогательным, но до лучших эпизодов третьего сезона ему все равно очень далеко. Спасибо хотя бы за то, что центральный герой не оставлен статичным, и с ним продолжают работать.
Пытаясь скрыть не очень уж впечатляющий сценарий и топчущихся на месте героев, второй эпизод набрасывает на визуальный вентилятор еще больше алогичной буффонады. Сцены в туалетном Рае Рика или его мини-расследование по поиску посягнувшего на унитаз подлеца выглядят порой все также гомерически смешно.
Визуальный ряд разнообразен, подробности жизни новых миров порой выглядят оригинально, перепалки между героями радуют хорошим комедийным вкусом. Но за всей этой яркой ширмой все больше проглядывается тотальная вторичность происходящего.
Денис Юрьев
2. «Звездный хреньсер „Риклактика“» (Rattlestar Ricklactica)
В новом эпизоде Хармон и Ройналд все же немного очнулись, попытавшись внести в происходящее немного фирменного юмора старого уровня. История приключения Рика и Морти здесь как раз пытается напоминать нам о старых временах, когда происходящее на экране было смешным и имело смысл.
В этот раз серия выходит немного за рамки пародии, которой тут все равно слишком много. «Прибытие», «Планета обезьян», франшиза «Терминатор» с ее постоянными перезапусками и переосмыслениями собственного таймлайна. Даже к святому опять немного притронулись, припомнив «Назад в будущее», с которого все когда-то начиналось.
Главное, что в эпизоде наконец вернулись к концепции демонстрации того, как бездумные приключения героев могут менять реальность.
Тут они превращают в настоящий хаотический ад из метареальностей жизнь отдаленной планеты, на которой пиком эволюции стали змеи, а исторический процесс цивилизации рептилий при этом почти не отличается от земного. Порой тут действительно появляются неплохие шутки, сравнение нашей цивилизации с шипящими гадами кажется даже сатиричным. Проблема здесь только в одном — это уже было. И прорыв в наш мир угрозы, и Морти, который с детской наивностью наступает на пресловутую бабочку в вакууме, запуская катастрофический временной парадокс. И это не дает никаких новых ощущений при просмотре.
И вот об этом я и говорил во всех обзорах серий нового сезона. Невозможно идти дальше, не получится двигать шоу вперед, если вы не развиваете своих персонажей. Нельзя строить все исключительно на шуточных скетчах и пародиях, пусть даже иногда и забавных. Тем более, если все повторяется по закону какой-то совсем уж предельно скучной юмористической рекурсии.
Нельзя без конфликта между героями, без погружения их в новые ситуации и условия, растягивать хронометраж до 22 минут экранного времени.
То, что я увидел в этой половине сезона намного лучше смотрелось бы в качестве мини-сериала на YouTube. Включить уровень безумия по максимуму, взять за основу эпизод про Огурчика Рика, и творить этот бедлам быстро, по пять минут, чтобы юные зрители успевали досмотреть все на переменке.
Но если «Рик и Морти» метит во что-то большее, желая остаться на поле качественной современной анимации, то того, что у него сейчас есть, попросту недостаточно. Эффект новизны улетучился. Абсурд происходящего на экране больше не будоражит воображение — он попросту приелся. А персонажи из серии в серию остаются статичными болванчиками, выдающими нужный юмористический текст, притворяясь порой живыми.
Денис Юрьев
1. «Морт риковеческое» (Childrick of Mort)
У эпизода три проблемы, делающих его несмотрибельным. Первая — слабое знакомство автора с миром научной фантастики, не дающее сделать из серии большее, чем просто пародию на историю с разумной планетой из вторых «Стражей Галактики». Да, по сюжету у Рика обнаружилась еще одна бывшая — на сей раз космических масштабов. Вы представляете, какие тут открылись бы просторы для человека, знакомого, например, с «Солярисом»?
Вместо этого мы получаем планету, одну за другой изрекающую несмешные фразы «типичной бывшей». Потомство Рика, которое она ему навязывают, — такие же несмешные и нетворческие серые человечки с гребешками. Гений Джастина Ройленда и Дэна Хэрмона в ранних эпизодах в том, что у них живыми, самостоятельными, человечными (как бы это странно ни звучало в отдельных контекстах) становятся все встреченные Риком и Морти формы жизни — включая сказочных персонажей и третьестепенных инопланетян.
У них свои отношения, насыщенные событиями жизни, они все разные — добрые, злые, страшные, умные (пара местных гениев мало чем уступала интеллектом Рику). В новой серии разумная планета и воспитываемая Риком и Бет миллионная (или миллиардная?) раса живых существ — всего лишь мишени для тупых шуточек.
Вторая, вытекающая отсюда проблема — отсутствие воображения. Сценарист не только не способен увидеть в своих героях живых существ, он еще и не может представить себе ничего интересного или нестандартного, что с ними будет происходить.
И это приводит нас к третьей проблеме — непониманию автором возможностей, который открывает перед ним именно этот сериал с именно этими героями. Они безграничные — в лучших сериях «Рика и Морти» у нас есть ощущение, что мы вместе с персонажами можем отправиться куда (и когда) угодно, поучаствовать в каких угодно приключениях, что интеллект Рика вообще ничего не сдерживает, и поэтому масштаб поднимаемых им проблем всегда будет космический — или более того, от его решений будет зависеть вся природа реальности сериала.
В новой серии самая большая проблема — конфликт с другим возлюбленным планеты, одним из воплощений Господа Бога, который мало что тривиально и отвратительно нарисован, так и тоже вместо персонажа превращен в генератор раздражающих Рика фраз «типичного бывшего». И решается тут все не через интеллект Рика, а кулачной дракой… в которой наш жонглирующий реальностями и побеждавший куда более умных и опасных противников герой одерживает верх по тупейшей случайности. Это сценарная лень, нежелание расти над собой или искать более красивое и умное, достойное сериала решение.