в силу каких обстоятельств формируется зона безответственности

13.07.202219.07.2022 admin 0 Comments

Пересечение ответственности

Пересечение ответственности Рис.

Зоны пересечения ответственности105 могут возникать вследствие: •

нечеткого определения ответственности и полномочий руководителей (нет устных договоренностей, или они являются нечеткими, ответственность не закреплена документально); •

нечеткого определения границ процессов (их входов-выходов или начала и завершения); •

одновременного административного и функционального подчинения сотрудников руководителям из разных структурных подразделений; •

неформальных связей между руководителями и подчиненными, находящимися в различных подразделениях; •

внутренней борьбы между руководителями за процессы и ресурсы.

Пересечение ответственности может приводить к конфликтам между руководителями и неэффективному управлению процессами и ресурсами, а в некоторых случаях (например, при временном отсутствии этих руководителей на предприятии) — к возникновению зоны безответственности со всеми вытекающими последствиями.

В компании за бизнес-процессы, выполняемые на складе готовой продукции, отвечали сразу три руководителя: начальник заводской службы логистики, начальник отдела продаж в управляющей компании в Москве и начальник отдела логистики в Москве. Этим руководителям (и их отделам) приходилось постоянно тратить много времени и сил на согласование рабочих вопросов по выполнению процессов, связанных с комплектацией партий и отгрузкой товаров потребителям. 6.1.3.

Барьеры на пути процессов

* Эти причины могут также привести к образованию зон безответственности.

Под барьерами на пути процессов (рис. 6.3) понимается несогласованность между последними по входам-выходам. Например, документ, являющийся выходом одного процесса, может быть неудобен для второго ни по форме, ни по срокам предоставления.

Несоответствие входа-выхода по: •

Рис. 6.3. Барьеры на пути процессов

Сотрудники одного подразделения при выполнении процесса могут годами передавать в другой отдел неудобные по форме документы и при этом не пытаться что-либо улучшить. Такая ситуация часто складывается, например, из-за межфункционального конфликта руководителей вышестоящего уровня.

Необходимо отметить, что барьер может образоваться вследствие существенного различия в информационных системах, поддерживающих взаимодействующие процессы. 6.1.4.

Источник

Понятие и признаки непреодолимой силы

В связи с последними кризисными событиями становится актуальным вопрос о пределах гражданско-правовой ответственности по принятым на себя обязательствам, и одной из наиболее обсуждаемых сейчас правовых категорий является непреодолимая сила. Именно ей я и хочу посвятить данную публикацию.

Правовая категория «непреодолимая сила» имеет многовековую историю. Первые упоминания o ней встречаются в источниках римского права. Римские юристы под непреодолимой силой (vis major) понимали случай непредотвратимый, которому невозможно противостоять – casus cui resiste non potest[1]. Vis major являлся основанием освобождения от ответственности как в договорных, так и во внедоговорных обязательствах.

Из римского права категория непреодолимой силы перешла в национальные правовые системы других стран. В государствах континентальной правовой системы непреодолимая сила является основанием освобождения от ответственности в договорных и деликтных обязательствах. В законодательстве стран, относящихся к семье общего права, непреодолимая сила находит свое применение преимущественно в деликтных обязательствах[2]. Это объясняется тем, что в англо-американской правовой доктрине провозглашен абсолютный характер ответственности за нарушение условий договора, не зависящей от вины. Однако сторонам договора не возбраняется предусмотреть те обстоятельства, в т.ч. и непреодолимую силу, при наступлении которых должник освобождается от ответственности.

Отечественная правовая наука рассматривает непреодолимую силу в традиции романо-германской правовой семьи. Изучению данного вопроса посвятили свои работы выдающиеся деятели науки: М.М. Агарков, О.С. Иоффе, Е.А. Павлодский и др. Многие теоретические постулаты российских цивилистов нашли свое отражение в законодательстве и судебно-арбитражной практике.

Легальное определение непреодолимой силы содержится в ГК РФ, согласно которому под непреодолимой силой понимается чрезвычайное и непредотвратимое при данных условиях обстоятельство (ч. 1 п.1 ст. 202 и п. 3 ст. 401 ГК РФ).

Таким образом, законодатель выделяет следующие признаки непреодолимой силы:

Помимо вышеуказанных признаков в отечественной правовой доктрине выработаны дополнительные признаки, которые применяются в судебно-арбитражной практике при решении вопроса о наличии обстоятельств непреодолимой силы. Речь идет о непредвиденности и внешнем характере непреодолимой силы.

Рассмотрим первый признак непреодолимой силы – чрезвычайность. Как указывает Е.А. Павлодский, только весьма необычное обстоятельство можно отнести к явлениям непреодолимой силы[3].

Нормативное закрепление данного признака подтверждает правильность выработанной в отечественной правовой доктрине позиции, согласно которой указание на чрезвычайный характер ориентирует на недопустимость квалификации в качестве непреодолимой силы любого жизненного факта[4].

Возникает вопрос: какое необычное обстоятельство является чрезвычайным? На первый взгляд, ответ на данный вопрос достаточно очевиден. Чрезвычайное обстоятельство отличается масштабностью своего проявления. Действительно, например, многие опасные природные явления (ураганы, землетрясения, наводнения) характеризуются широкой сферой поражения, особой мощью. Но грандиозность не является обязательным признаком как некоторых обстоятельств, которые традиционно причисляются к непреодолимой силе (смерчи, оползни, крупный град). Представляется, что чрезвычайным обстоятельством является то, которое по своим масштабам или необычности выходит за рамки обыденного обстоятельства. Но при всем при этом, не следует забывать о том, что и случай характеризуется как чрезвычайное обстоятельство. Однако нужно иметь в виду, что случай чрезвычаен исключительно для правонарушителя, что приводит к невозможности предотвращения его негативных последствий.

Суть непредотвратимости как признака непреодолимой силы заключается в том, что должнику надлежит противоборствовать ее отрицательному влиянию всеми возможными мерами. В противном случае правонарушитель не вправе ссылаться на непреодолимую силу, поскольку ее непреодолимость осталась невыясненной[5]. Таким образом, на должнике лежит бремя доказывания того, что им были предприняты все необходимые меры, чтобы не допустить вредные последствия чрезвычайного явления, а при невозможности их предотвратить – бремя доказывания осуществления мер по минимизации соответствующих последствий.

Важно подчеркнуть, что характеристика непредотвратимости относится не к самому явлению как таковому, а к тем последствиям, которые оно вызывает.

Действительно, в литературе можно встретить точку зрения, согласно которой само явление должно быть непредотвратимым. Так, М.М. Агарков указывал на то, что «непреодолимой силой является событие, которое не может быть предотвращено никакими мерами»[6]. Если следовать данному подходу, то должник (физическое или юридическое лицо) обязан сам предотвращать стихийные бедствия, военные действия и иные явления непреодолимой силы, что с практической точки зрения неосуществимо. Но, как справедливо отмечено классиками цивилистики, события, хотя бы непредотвратимые никакими человеческими силами, не уничтожают свободы воли и не исключают возможности предотвращения самого вреда посредством принятия мер предосторожности[7].

Следует отметить, что признак непредотвратимости имеет неоднозначную трактовку[8]. В современной научной литературе можно встретить три концепции непредотвратимости непреодолимой силы.

Суть первой концепции заключается в том, что явление относится к непреодолимой силе, если его отрицательные последствия не способен предотвратить данный должник с учетом имеющихся у него возможностей (субъективная теория)[9]. С данной точкой зрения нельзя согласиться. Если мы проанализируем предназначение признака непредотвратимости, то мы сделаем вывод, что он носит стимулирующий характер. Действительно, лежащая на должнике обязанность предотвращать (минимизировать) отрицательные последствия явлений непреодолимой силы способствует более ответственному отношению к исполнению обязательств. Однако если должник при осуществлении превентивных мер вправе ориентироваться лишь на свои возможности без учета возможностей лиц, функционирующих в аналогичной сфере деятельности, то у него снижается заинтересованность в соответствующем материально-техническом обновлении активов. Таким образом, в данной ситуации должник находится в неоправданно привилегированном положении, что крайне негативно может отразиться на имущественной сфере его контрагентов. Более того, изложенный подход ставит под сомнение существование института безвиновной ответственности, поскольку происходит размывание границ между случаем и непреодолимой силой. В этой связи, не лишнем будет напомнить, что непредотвратимость последствий обстоятельств является и признаком случая.

Однако стоит отметить, что, не смотря на все свои минусы, рассмотренный подход получил достаточно широкую поддержку в зарубежной доктрине. Так, Э.Э. Пирвиц причисляет к числу сторонников субъективной теории таких видных ученых-цивилистов, как Гольдшмит, Тель, Ган, Виндшейд, Денбург[10].

Представители[11]второго подхода склоняются к тому, что явление относится к непреодолимой силе, если его последствия непредотвратимы не только для данного лица, но и для любого иного с учетом уровня развития науки и техники всего общества (объективная теория)[12]. Данная точка зрения является весьма спорной, т.к. такая трактовка непредотвратимости сводит к минимуму обстоятельства, которые могут быть отнесены к обстоятельствам непреодолимой силы[13].

Сторонники третьего подхода считают, что то или иное явление становится непреодолимой силой, если его последствия непредотвратимы для всех лиц, занимающихся однородной деятельностью при схожих внешних условиях функционирования[14]. Считаю, что это наиболее обоснованная точка зрения по данному вопросу, поскольку она позволяет избежать тех недостатков, которые присущи первым двум подходам (сужение / расширение перечня обстоятельств, при наступлении которых возможно освобождение от ответственности должника)[15]. В заключении, говоря о непредотвратимости, отмечу, что непредотвратимость, как справедливо отмечается Эскнером, есть прямое следствие чрезвычайности[16].

Завершив анализ содержания легальных признаков непреодолимой силы, предлагаю рассмотреть дополнительные признаки, сформулированные доктриной, начав с признака непредвиденности.

В юридической литературе данный признак определяется следующим образом: «чрезвычайное явление считается непредвиденным, если обязанное лицо не могло предвидеть и избежать его вредоносного последствия»[17]. Подобная дефиниция несколько расширяет смысл признака непредвиденности, поскольку она в какой-то степени включает в себя характеристику непредотвратимости. Поэтому под непредвиденностью, на мой взгляд, следует понимать то, чего нельзя предвидеть.

Отмечу, что в свое время признак непредвиденности получал нормативное закрепление[18].

С развитием науки и техники уменьшается количество видов чрезвычайных явлений, которые могут быть непредвидимы для человека. Так, современные технологии позволяют прогнозировать многие стихийные бедствия. Поэтому признак непредвиденности не стоит абсолютизировать, поскольку возможны такие ситуации, когда явление непреодолимой силы в какой-то мере будет предвидимо. Однако можно предположить, что в неопределенном будущем наука и техника достигнут такого уровня, что предвидимыми станут практически все явления непреодолимой силы.

Следует заметить, что исключительно внешний характер непреодолимой силы оспаривается некоторыми учеными-цивилистами. На мой взгляд, это обусловлено, прежде всего, наличием в доктрине субъективной и объективной теорий непреодолимой силы. Сторонники субъективного подхода в виду фактического отождествления случая и непреодолимой силы отрицают правомерность существования рассматриваемого признака.

Так, О.С. Иоффе считал, что «недопустимо превращение внешнего происхождения непреодолимой силы в общий для нее признак»[19]. В обоснование данного тезиса приводится следующий пример[20]: «. многомоторный самолет, пропеллеры которого вращаются в одном и том же, обычно в правом, направлении, имеет тенденцию разворота вправо, что немедленно приводило бы к аварии, если бы пилот не совершал взлет в противоположном, в левом, направлении. Но угол взлета, который вместе с соответствующим расположением киля самолета парализует тенденцию разворота вправо, точно определить до недавнего времени, пока не был изобретен специальный прибор, было невозможно. Он определялся лишь чутьем летчика. Отсюда — известная возможность аварий при взлете, устранить которую полностью можно только при условии полного устранения тенденции разворота самолета вправо. Поскольку же такая тенденция до изобретения упомянутого прибора полностью не устранялась, она и представляла собой непреодолимую силу. ».

На мой взгляд, данный пример не подтверждает тот тезис, в обоснование которого он, собственно, и приводится, поскольку описываемая особенность самолета характеризует данное транспортное средство как источник повышенной опасности, отличительной чертой которого является то, что он наделен вредоносными свойствами, которые не находятся под полным контролем со стороны человека [21]. Поэтому даже при соблюдении всех правил техники безопасности объекта, создающего повышенную опасность для окружающих, существует вероятность причинения определенного ущерба (в анализируемом примере — вследствие аварии самолета). Более того, рассмотренные особенности функционирования авиатехники не являются чрезвычайными, что также не дает возможность признать приведенный О.С. Иоффе пример удачным.

В завершении рассмотрения признаков непреодолимой силы необходимо коснуться вопроса о возложении бремени доказывания наступления последствий данных обстоятельств.

Отечественное гражданское законодательство обязывает должника в обязательстве (договорном или деликтном) доказать, что неисполнение (ненадлежащее исполнение) или внедоговорный вред возникли вследствие обстоятельства непреодолимой силы (п. 3 ст. 401 и п. 1 ст. 1079 ГК РФ). Таким образом, наличие обстоятельства, его квалификация в качестве непреодолимой силы, причинно-следственная связь между данным юридическим фактом и противоправным деянием должника доказываются непосредственно самим должником. На мой взгляд, при определенных условиях должник может быть освобожден судом от доказывания факта возникновения самого явления, которое должник квалифицирует в качестве обстоятельства непреодолимой силы. Дело в том, что какое-то событие или действие могут быть общеизвестными фактами, то есть они не нуждаются в доказывании (ч. 1 ст. 61 ГПК РФ и ч. 1 ст. 69 АПК РФ)[22]. Следовательно, должник, являющийся ответчиком в процессе, освобождается от доказывания, например, факта цунами или террористического акта. Но то, что это действие или событие является обстоятельством непреодолимой силы, он должен доказать.

Завершая обзор анализа содержания категории «непреодолимая сила» через ее признаки, отмечу, что типичной ошибкой при подготовке условий договора является стремление сторон определить перечень обстоятельств, которые, по их мнению, будут рассматриваться в качестве непреодолимой силы. При этом, формулируя такой «перечень», договаривающиеся стороны порой руководствуются принципом «чем больше, тем лучше» и не оценивают то, на сколько выбранные ими обстоятельства в случае их возникновения будут соответствовать рассмотренным выше признакам непреодолимой силы. Результатом такой ошибки может являться возникновение ложного представления о создании надежного защитного правового механизма, что в условиях инициированного в последующем судебного спора или арбитражного разбирательства сыграет против стороны, допустившей нарушение обязательств.

[1] Римское частное право: Учебник / Под ред. проф. И.Б. Новицкого и проф. И.С. Перетерского. М., 2005. С. 205.

[2] См.: Павлодский Е.А. Случай и непреодолимая сила в гражданском праве. М., 1978. С. 52, Коршунова Н.П. Непреодолимая сила: новый взгляд на старую проблему//Журнал российского права, 2008, № 3.

[3] Павлодский Е.А. Указ. соч. С. 75.

Источник

Непреодолимая сила (форс-мажор): актуальные вопросы, судебная практика, подборка условий договора

ВСЁ, ЧТО НУЖНО ЗНАТЬ

О НЕПРЕОДОЛИМОЙ СИЛЕ (ФОРС-МАЖОРЕ)

1. Что такое непреодолимая сила (форс-мажор)

Непреодолимая сила (форс-мажор) – это чрезвычайные и непредотвратимые при конкретных условиях обстоятельства, делающие невозможным надлежащее исполнение обязательства (п. 3 ст. 401 ГК РФ).

Необходимо иметь ввиду, что в действующем законодательстве РФ такой термин как «форс-мажор» не применяется. Слово «форс-мажор» сформировалось в деловой практике и применяется для обозначения непреодолимой силы или обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажорных обстоятельств). Само слово «форс-мажор» вероятно было позаимствовано из транскрипции английского или французского слова «force majeure» (непреодолимая сила – фр. force majeure, англ. force majeure).

С практической точки зрения термины «непреодолимая сила» и «форс-мажор» являются тождественными [1], при условии, что соглашением сторон понятие форс-мажора не изменено. При этом с точки зрения толкования действующего законодательства РФ, корректней будет использовать термин «непреодолимая сила» или термин «обстоятельства непреодолимой силы» вместо термина «форс-мажор».

В действующем законодательстве РФ такой термин как «форс-мажор» не применяется. Слово «форс-мажор» сформировалось в деловой практике и применяется для обозначения непреодолимой силы или обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажорных обстоятельств). Само слово «форс-мажор» вероятно было позаимствовано из транскрипции английского или французского слова «force majeure» (непреодолимая сила – фр. force majeure, англ. force majeure).

2. Какие обстоятельства можно отнести к непреодолимой силе

К непреодолимой силе нельзя отнести совершенно любое обстоятельство. Для признания того или иного обстоятельства непреодолимой силой необходимо чтобы оно одновременно отвечало всем следующим критериям (признакам):

1) должно быть чрезвычайным. Чрезвычайность подразумевает исключительность обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях [2, абз. 2 п. 8].

Под чрезвычайностью понимается исключительность, выход за пределы «нормального», обыденного, необычайность для тех или иных жизненных условий, что не относится к жизненному риску и не может быть учтено ни при каких обстоятельствах. Чрезвычайный характер непреодолимой силы не допускает квалификации в качестве таковой любого жизненного факта, ее отличие от случая в том, что она имеет в основе объективную, а не субъективную непредотвратимость [3].

Чрезвычайность обстоятельства подразумевает невозможность предвидеть наступление такого обстоятельства разумным лицом, обладающим всей доступной ему информацией и той информацией, которая могла быть доступна этому лицу при обычных (нормальных) условиях, т.е. чрезвычайность обстоятельства полностью исключает возможность его прогнозирования [4].

Таким образом, чрезвычайное обстоятельство – это обстоятельство, принятие которого в расчет при заключении и исполнении договора трудно ожидать от разумной стороны договора.

При юридической квалификации обстоятельств в качестве непреодолимой силы, некоторые суды указывают только чрезвычайность и непредотвратимость обстоятельства в качестве существенных «характеристик», при наличии которых возможна юридическая квалификация обстоятельства как непреодолимой силы [5]. Такой подход судов, вероятно, был выработан под влиянием позиции, изложенной в Постановление Президиума ВАС РФ от 21.06.2012 № 3352/12 по делу № А40-25926/2011-13-230 и в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. № 7, однако он представляется не до конца верным.

По смыслу п. 3 ст. 401 ГК РФ действие непреодолимой силы должно быть связано с конкретными гражданско-правовыми обязательствами сторон и быть непосредственной причиной невозможности их исполнения или ненадлежащего исполнения [6]. Иными словами, лицо может быть освобождено от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств при наступлении не любых чрезвычайных и непредотвратимых обстоятельств, а только при наступлении тех из них, которые делают надлежащее исполнение обязательств лица невозможным в силу непреодолимости таких обстоятельств.

Российское гражданское законодательство не закрепляет дефиницию невозможности исполнения обязательства. В данном случае при юридической квалификации обстоятельства в качестве непреодолимой силы возникает вопрос о характере непреодолимости невозможности исполнения обязательств (объективный или субъективный, абсолютный или относительный).

Немногочисленная правоприменительная практика по данному вопросу [7] склоняется к тому, что невозможность исполнения или надлежащего исполнения обязательства вследствие наступления обстоятельств непреодолимой силы, по меньшей мере, в качестве общего правила, должна быть одновременно:

1) объективной, т.е. обстоятельства, квалифицируемые в качестве непреодолимой силы, должны препятствовать исполнению обязательства как должником, так и каким-либо третьим лицом, на которое должник мог бы правомерно возложить исполнение своих обязательств. Иными словами, непреодолимые обстоятельства – это такие обстоятельства, которые создают непреодолимые препятствия не только для сторон конкретного обязательства, но и для неопределенного или узкоопределенного круга лиц;

2) абсолютной, т.е. обстоятельства, квалифицируемые в качестве непреодолимой силы должны создавать такие препятствия, которые сторона обязательства не сможет преодолеть никаким образом (невозможно преодолеть в буквальном смысле). Так, в одном деле [8] суд указал, что временное ограничение движения автотранспортных средств на территории субъекта РФ, введённое в соответствии с распоряжением Правительства субъекта РФ, по своему характеру не соответствует юридической квалификации обстоятельства непреодолимой силы, так как ограничение движение автомобильным транспортом никаким образом не препятствовало поставщику использовать альтернативный способ поставки, а условиями спорного договора не было установлено императивных норм, обязывающих поставщика осуществить поставку товаров конкретным видом транспорта – автомобильным.

4) не должно зависеть от воли или действий должника. Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей [2, абз. 4 п. 8].

С учетом обстоятельств конкретной ситуации, суды признают непреодолимой силой, например:

1) природные явления стихийного характера, такие как аномальные атмосферные осадки [9], аномально высокий уровень воды в реке [10], падение небесного тела (метеорита) [11], потребовавшие введения режима чрезвычайной ситуации засуха [12] или паводок [13];

2) военные действия (боевые действия) [14];

3) террористический акт [15].

Вместе с тем, по смыслу п. 3 ст. 401 ГК РФ к непреодолимой силе не могут быть отнесены следующие обстоятельства:

1) нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника;

Весьма любопытной представляется ситуация, когда должник не исполнил обязательства по договору в связи с нарушением обязательств третьим лицом, привлеченным должником для исполнения своих обязательств перед кредитором, и при этом это третье лицо освобождается от ответственности перед должником из-за непреодолимой силы. В данном случае возникает вопрос: распространяется ли непреодолимая сила, возникшая у третьего лица, на обязательства должника перед кредитором?

К сожалению, по данному вопросу достаточно внятной судебной практики найти не удалось, однако в одном деле [16] суд недвусмысленно намекнул, что непреодолимая сила, возникшая у третьего лица, распространяется на обязательства должника перед кредитором.

Тем не менее, если исходить из того, что невозможность исполнения обязательства при непреодолимой силе должна быть объективной, то можно разумно предположить, что непреодолимая сила в обязательствах должника с третьим лицом должна распространять свое влияние и на должника в обязательствах с кредитором (полностью или в соответствующей части), при условии, что указанные обязательства не могут быть исполнены должником самостоятельно по тем же причинам.

Впрочем, п. 3 ст. 401 ГК РФ имеет диспозитивный характер, поэтому данный вопрос возможно решить, включив в договор соответствующее условие (см. подборку условий договора).

2) отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров;

3) отсутствие у должника необходимых денежных средств.

ВС РФ в своем «коронавирусном» обзоре [17, вопрос 7] указал, что по общему правилу отсутствие у должника необходимых денежных средств не является основанием для освобождения его от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязательств. Однако если отсутствие необходимых денежных средств вызвано установленными ограничительными мерами, в частности запретом определенной деятельности, установлением режима самоизоляции и т.п., то оно может быть признано основанием для освобождения от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств на основании ст. 401 ГК РФ (из контекста разъяснений, думается, что в данном случае ВС РФ имел ввиду именно п. 3 ст. 401 ГК РФ). Освобождение от ответственности допустимо в случае, если разумный и осмотрительный участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать неблагоприятных финансовых последствий, вызванных ограничительными мерами (например, в случае значительного снижения размера прибыли по причине принудительного закрытия предприятия общественного питания для открытого посещения).

Практика применения предложенного ВС РФ подхода находится в стадии формирования, однако первые судебные акты [18] по данному вопросу показывают, что доказать причинно-следственную связь между ограничительными мерами и наступлением непреодолимых неблагоприятных финансовых последствий будет очень непросто.

Стоит отметить, что в некотором роде схожий подход был применен ранее в одном деле [14], в котором суд отнес военные действия к обстоятельствам непреодолимой силы, а должник в обоснование отсутствия необходимых денежных средств сослался на длительное нахождение своего хозяйства в зоне боевых действий, что привело к уничтожению значительной части основных средств и, как следствие, повлекло невозможность уплаты долгов кредиторам.

С учетом обстоятельств конкретной ситуации, суды не относят к непреодолимой силе, например, следующие обстоятельства:

1) экономический кризис [19];

2) введение экономических санкций, падение курса рубля по отношению к иностранным валютам [20];

3) отзыв лицензии у банка и прекращение банком операций по счету [21];

4) противоправные действия третьих лиц, например, хищение [22], пожар, возникший в результате противоправных действий третьих лиц [23], дорожно-транспортное происшествие [24];

5) признание лица несостоятельным (банкротом) [25];

6) погодные условия, которые являются обычными для климатической зоны исполнения обязательств в соответствующий период времени (сезон) [26].

По смыслу п. 3 ст. 401 ГК РФ бремя доказывания возникновения непреодолимой силы несет лицо (должник), надлежащее исполнение обязательств которого оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы [27, абз. 5 п. 5]. При этом ВС РФ указал [17, вопрос 7], что если иное не установлено законами, то для освобождения от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязательств вследствие непреодолимой силы должник должен доказать:

1) наличие и продолжительность обстоятельств непреодолимой силы;

2) наличие причинно-следственной связи между возникшими обстоятельствами непреодолимой силы и невозможностью либо задержкой исполнения обязательств;

3) непричастность стороны к созданию обстоятельств непреодолимой силы;

4) добросовестное принятие стороной разумно ожидаемых мер для предотвращения (минимизации) возможных рисков.

Таким образом, признание того или иного обстоятельства непреодолимой силой осуществляется в случае спора судом применительно к конкретной ситуации, с учетом обстоятельств конкретного дела, при одновременном наличии всех вышеприведенных критериев (признаков) непреодолимой силы.

Важно понимать, что непреодолимую силу нельзя установить абстрактно, без привязки к конкретной ситуации, обязательствам и лицам.

Также не следует забывать, что при юридической квалификации обстоятельства в качестве непреодолимой силы очень многое зависит от пресловутого судейского усмотрения. Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению (ч. 1 ст. 71 АПК РФ, ч. 1 ст. 67 ГПК РФ, ч. 1 ст. 84 КАС РФ, ч. 1 ст. 17 УПК РФ), которое не всегда является твердым и постоянным, а иногда и вовсе может быть предвзятым.

С распространением новой коронавирусной инфекции COVID-19 (она же SARS-CoV-2, она же 2019-nCoV) достаточно у широкого круга лиц сложилось стойкое убеждение о том, что пандемия новой коронавирусной инфекции сама по себе является непреодолимой силой (форс-мажором). Формированию такого убеждения в значительной степени поспособствовали некоторые сомнительные положения актов органов исполнительной власти ряда субъектов РФ, а также письма некоторых федеральных органов исполнительной власти.

Так, органами исполнительной власти ряда субъектов РФ были изданы акты, в которых распространение новой коронавирусной инфекции (COVID-2019) признается в сложившихся условиях чрезвычайным и непредотвратимым обстоятельством, повлекшим введение режима повышенной готовности, который в свою очередь признается обстоятельством непреодолимой силы [28]. Данные положения рассчитаны на неоднократное применение, сформулированы нормативно и в тоже время абстрактно, т.е. безотносительно к конкретной ситуации, обязательствам и лицам. Одновременно с этим Минфин России, МЧС России и ФАС России озвучили свою позицию, согласно которой распространение новой коронавирусной инфекции носит чрезвычайный и непредотвратимый характер, в связи с чем является обстоятельством непреодолимой силы [29].

Несмотря на наличие указанных актов и писем, следует иметь ввиду, что с точки зрения действующего законодательства РФ, нет никаких оснований полагать, что указанные акты органов исполнительной власти субъектов РФ, акты органов местного самоуправления или письма федеральных органов исполнительной власти гарантируют освобождение от ответственности в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств в период распространения новой коронавирусной инфекции.

Непреодолимая сила как основание освобождения от гражданско-правовой ответственности является элементом гражданского законодательства.

В соответствии с п. «о» ст. 71 Конституции РФ и п. 1 ст. 3 ГК РФ гражданское законодательство находится в исключительном ведении Российской Федерации. Согласно абз. 1 п. 2 ст. 3 ГК РФ гражданское законодательство состоит из ГК РФ и принятых в соответствии с ним иных федеральных законов. По смыслу положений ст. 3 ГК РФ нормы гражданского права могут также содержаться:

1) в указах Президента Российской Федерации, которые не должны противоречить ГК РФ и иным законам (п. 3 ст. 3 ГК РФ);

2) в постановлениях Правительства РФ, принятых на основании и во исполнение ГК РФ и иных законов, указов Президента РФ (п. 4 ст. 3 ГК РФ);

3) в актах министерств и иных федеральных органов исполнительной власти, которые могут быть изданы только в случаях и в пределах, предусмотренных ГК РФ, другими законами и иными правовыми актами (п. 7 ст. 3 ГК РФ).

Из вышеизложенного следует, что акты органов исполнительной власти субъектов РФ и акты органов местного самоуправления не относятся к правовым актам, содержащим нормы гражданского права [30], а следовательно не могут устанавливать основания для освобождения от гражданско-правовой ответственности и уж тем более не могут квалифицировать то или иное обстоятельство в качестве непреодолимой силы.

Тем не менее, указанные акты можно рассматривать в качестве одного из доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы, в частности подобные акты могут быть доказательством введения режима повышенной готовности, на действие которого ссылается сторона как на обстоятельство непреодолимой силы, однако это не означает, что введение такого режима само по себе будет признано судом непреодолимой силой.

Что касается писем федеральных органов исполнительной власти, то они не имеют юридической силы, так как издание федеральными органами исполнительной власти нормативных правовых актов в виде писем, распоряжений и телеграмм не допускается [31].

Также следует учитывать позицию ВС РФ, который указал, что признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.). Применительно к нормам ст. 401 ГК РФ обстоятельства, вызванные угрозой распространения новой коронавирусной инфекции, а также принимаемые органами государственной власти и местного самоуправления меры по ограничению ее распространения, в частности, установление обязательных правил поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, запрет на передвижение транспортных средств, ограничение передвижения физических лиц, приостановление деятельности предприятий и учреждений, отмена и перенос массовых мероприятий, введение режима самоизоляции граждан и т.п., могут быть признаны обстоятельствами непреодолимой силы, если будет установлено их соответствие критериям непреодолимой силы и причинная связь между этими обстоятельствами и неисполнением обязательства [17, вопрос 7].

Таким образом, важно понимать, что пандемия новой коронавирусной инфекции или вызванные ей последствия, сами по себе не признаются обстоятельствами непреодолимой силой, о чем свидетельствует складывающаяся судебная практика [32].

3. Какие последствия влечет возникновение непреодолимой силы

Если же возникшая вследствие непреодолимой силы невозможность исполнения обязательства носит перманентный (постоянный, окончательный) характер, то наряду с освобождением должника от ответственности, обязательство прекращается невозможностью исполнения в силу п. 1 ст. 416 ГК РФ, кроме случаев, когда должник несет риск наступления таких обстоятельств [33, п. 36].

4. Что нужно делать в случае возникновения непреодолимой силы

Уведомить кредитора о возникновении непреодолимой силы лучше незамедлительно (т.е. сразу, как только это окажется возможным) с момента наступления обстоятельств непреодолимой силы. Если порядок и (или) срок уведомления кредитора о возникновении непреодолимой силы предусмотрен договором, то уведомить кредитора необходимо с соблюдением такого порядка и срока.

В то же время обязанность по уведомлению кредитора о наступлении обстоятельств непреодолимой силы отпадает, если обстоятельство непреодолимой силы носит общеизвестный характер. При этом следует учитывать, что общеизвестность как признак обстоятельств означает распространение сведений о них широкому кругу лиц, в том числе и суду. Общеизвестными могут быть обстоятельства, имеющие всемирную известность, известность на территории Российской Федерации, локальную известность [34].

Помимо уведомления кредитора, должнику необходимо собрать доказательства возникновения непреодолимой силы на случай спора.

При рассмотрении вопроса об освобождении от ответственности вследствие обстоятельств непреодолимой силы судом могут приниматься во внимание соответствующие документы (заключения, свидетельства), подтверждающие наличие обстоятельств непреодолимой силы, выданные уполномоченными на то органами или организациями [17, вопрос 7].

Важно отметить, что вопреки широко распространенному мнению подтверждающие документы, выданные уполномоченными на то органами или организациями (например, сертификат Торгово-промышленной палаты о форс-мажоре), не гарантируют в случае спора освобождение от ответственности вследствие непреодолимой силы. Это обусловлено тем, что, во-первых, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (ч. 5 ст. 71 АПК РФ, ч. 2 ст. 671 ГПК РФ), а во-вторых, подтверждение компетентного органа или организации является лишь доказательством наличия события, на которое ссылается должник как на обстоятельство непреодолимой силы, а отнесение этого события к такому обстоятельству, оценка его влияния на возможность исполнения обязательства находится в компетенции суда, который решает данный вопрос исходя из конкретных обстоятельств дела [35].

5. Какие условия, касающиеся непреодолимой силы,

можно включить в договор

Норма, закрепленная в п. 3 ст. 401 ГК РФ, сформулирована диспозитивно. Это означает, что стороны обязательства, связанного с осуществлением предпринимательской деятельности, могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней (абз. 2 п. 4 ст. 421 ГК РФ).

Применительно к п. 3 ст. 401 ГК РФ возможны следующие сценарии:

1) стороны обязательства могут своим соглашением сузить границы ответственности должника-предпринимателя, изменив или дополнив основания освобождения его от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, если это не запрещено законом.

Так, например, стороны могут согласовать в договоре возможность привлечения должника-предпринимателя к ответственности только при наличии его вины в нарушении обязательства [36]. При этом в некоторых случаях представляется возможным ограничить ответственность должника-предпринимателя только случаями умышленного нарушения обязательства. Стороны также могут согласовать конкретные обстоятельства, наступление которых влечет освобождение должника-предпринимателя от ответственности [37].

Нередко в договоре можно встретить примерный перечень тех обстоятельств, которые стороны договорились считать непреодолимой силой (форс-мажором). Чаще всего некоторые из таких обстоятельств (или даже все) далеки от непреодолимой силы (например, забастовки, отзыв лицензии, ДТП), а другие хоть и могут быть признаны непреодолимой силой (например, извержение вулкана, наводнение), но только в том случае, если они будут обладать одновременно всеми критериями (признаками) непреодолимой силы по отношению к конкретному обязательству.

Думается, что указанные условия не могут быть квалифицированы соглашением сторон как непреодолимая сила, однако возникает вопрос о возможности их применения в качестве согласованных сторонами иных (дополнительных) оснований освобождения от ответственности. В свою очередь ответ на указанный вопрос будет зависеть от результатов толкования соответствующих условий договора судом, а именно: имели ли в виду стороны, что указанные ими обстоятельства однозначно квалифицируются в качестве иных (дополнительных) оснований освобождения от ответственности, помимо непреодолимой силы, или же указанные обстоятельства могут применяться исключительно как обстоятельства непреодолимой силы, в случае если указанные обстоятельства на момент их наступления в действительности будут соответствовать всем критериям непреодолимой силы? В судебной практике свое отражение нашли оба подхода.

Так, существуют судебные акты, в которых суды не признали непреодолимой силой обстоятельство, которое было указано в договоре в качестве обстоятельства непреодолимой силы (так как не было представлено доказательств соответствия указанного обстоятельства критериям непреодолимой силы), и не поддержали позицию должника, который заявлял, что обстоятельства, перечисленные в договоре в качестве обстоятельств непреодолимой силы, необходимо рассматривать в качестве иных установленных договором оснований освобождения должника от ответственности [38]. В тоже время есть судебные акты, в которых суды посчитали, что перечень обстоятельств, согласованных в договоре в качестве непреодолимой силы, можно квалифицировать как иные (дополнительные) основания освобождения от ответственности [39].

Таким образом, при составлении или проверке проекта договора не будет лишним допускать, что перечень обстоятельств, которые стороны указали в договоре в качестве обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажора), может быть истолкован судом по-разному. Нивелировать такой спорный момент можно, если сформулировать соответствующие условия договора очевидным образом, исключив их неоднозначное толкование.

2) стороны обязательства могут своим соглашением расширить границы ответственности должника-предпринимателя, полностью или частично исключив непреодолимую силу как основание освобождения должника-предпринимателя от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, если это не запрещено законом. В этом случае должник-предприниматель будет нести ответственность даже при возникновении непреодолимой силы.

Между тем, важно понимать, что свобода сторон обязательства в определении границ ответственности должника-предпринимателя не безгранична.

Кроме того, с учетом конкретных обстоятельств заключения договора и его условий, условия, изменяющие границы ответственности должника-предпринимателя, могут быть заблокированы судом по правилам ст.ст. 10 и 428 ГК РФ в тех случаях, когда будет установлено, что они были навязаны слабой стороне договора, явно обременительны для неё и существенным образом нарушают баланс интересов сторон (являются несправедливыми) [41, п. 9].

Помимо условий, изменяющих границы ответственности должника-предпринимателя, в договоре можно предусмотреть:

1) порядок действий сторон при наступлении обстоятельств непреодолимой силы.

В частности, стороны могут установить в договоре конкретный срок уведомления должником кредитора о наступлении обстоятельств непреодолимой силы, включить обязанность должника по предоставлению кредитору документального подтверждения наступления таких обстоятельств и т.п. Стороны также могут предусмотреть в договоре санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение указанных обязанностей, например, предусмотреть для стороны запрет ссылаться на обстоятельства непреодолимой силы в обоснование освобождения её от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства [42];

2) специальные правила о прекращении обязательств на случай возникновения непреодолимой силы.

ВС РФ в качестве примера указал, что в договор можно включить условие об автоматическом прекращении договорных отношений при наличии обстоятельств непреодолимой силы либо о прекращении договорных отношений по истечении определенного срока с момента возникновения таких обстоятельств [33, абз. 2 п. 38]. Другим распространенным примером является включение в договор условия, предусматривающего право сторон (реже какой-то одной стороны) отказаться от договора (от исполнения договора) полностью или частично в случае, е сли обстоятельства непреодолимой силы продолжают действовать некоторое определенное договором время [43]. Указанное условие получило широкое распространение в типовых формах договоров [44].

1. Примерные условия договора о непреодолимой силе;

2. Примерная форма уведомления кредитора о возникновении непреодолимой силы.

____________________________________________________

Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.06.2012 по делу № А55-30127/2011; Решение Арбитражного суда Волгоградской области от 27.12.2018 по делу № А12-34551/18; Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.02.2014 по делу № А56-73777/2013; Решение Арбитражного суда Кемеровской области от 12.04.2013 по делу № А27-20578/2012; Решение Арбитражного суда Новосибирской области от 15.12.2011 по делу № А45-19038/2011; Апелляционное определение Верховного Суда Республики Крым от 04.04.2017 по делу № 33-2662/2017; Решение Прохладненского районного суда Кабардино-Балкарской Республики от 29.05.2015 по делу № 2-421/2015

Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» от 24 марта 2016 г. № 7.

Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 24.03.2015 № 306-ЭС14-7853 по делу № А65-29455/2013; Постановление Президиума ВАС РФ от 21.06.2012 № 3352/12 по делу № А40-25926/2011-13-230; Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 09.06.2020 № Ф04-1777/2020 по делу № А67-11412/2019; Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 26.11.2019 № Ф07-13826/2019 по делу № А13-21214/2018; Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 25.10.2019 № Ф03-4327/2019 по делу № А73-12392/2018; Постановление Арбитражного суда Центрального округа от 27.08.2019 № Ф10-3509/2019 по делу № А83-17884/2018; Постановление Арбитражного суда Московского округа от 25.07.2019 № Ф05-11402/2019 по делу № А40-273447/2018 ( Определением Верховного Суда РФ от 07.11.2019 № 305-ЭС19-20730 отказано в передаче дела № А40-273447/2018 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления).

Постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2016 № 16АП-3305/2016 по делу № А15-1501/2016, Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 17.11.2015 № Ф08-7885/2015 по делу № А20-4212/2014, Решение Арбитражного суда Чукотского автономного округа от 14.09.2017 по делу № А80-278/2017.

Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 17.07.2019 № Ф03-2841/2019 по делу № А51-4781/2018; Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 30.05.2018 № Ф02-1985/2018 по делу № А19-20953/2017; Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 14.09.2015 № Ф02-4588/2015 по делу № А33-20415/2014).

Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020; Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2020 № 11АП-4973/2020 по делу № А55-30413/2019; Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2020 № 15АП-2596/2020 по делу № А53-37468/2019; Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.02.2020 № 17АП-649/2020-ГКу по делу № А60-59202/2019; Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 26.06.2018 № Ф09-2519/18 по делу № А76-7758/2017 ( Определением Верховного Суда РФ от 17.10.2018 № 309-КГ18-16308 отказано в передаче дела № А76-7758/2017 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления); Решение Арбитражного суда Самарской области от 17.06.2020 по делу № А55-36122/2019; Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.04.2020 по делу № А56-118342/2018; Решение Арбитражного суда Омской области от 25.03.2020 по делу № А46-400/2020; Решение Арбитражного суда Республики Крым от 04.07.2019 по делу № А83-18262/2018.

Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 30.01.2019 № Ф08-11948/2018 по делу № А32-556/2018; Определение Чертановского районного суда города Москвы от 01.11.2018 по делу № 11-306/2018; Решение Арбитражного суда Кемеровской области от 11.07.2017 по делу № А27-2638/2017; Постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2013 по делу № А27-18911/2012.

Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.09.2017 № 18АП-10917/2017 по делу № А47-313/2017

Постановление Арбитражного суда Московского округа от 09.12.2015 № Ф05-16473/2015 по делу № А41-24582/15.

Постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 30.10.2018 № 01АП-8671/2018 по делу № А43-19973/2018.

Постановление ФАС Уральского округа от 09.06.2014 № Ф09-2707/14 по делу № А76-12461/2013 ( Определением ВАС РФ от 24.07.2014 № ВАС-9474/14 отказано в передаче дела № А76-12461/2013 в Президиум ВАС РФ для пересмотра в порядке надзора данного постановления).

Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 09.06.2018 № Ф02-2142/2018 по делу № А10-3843/2017.

Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 28.03.2018 № Ф03-892/2018 по делу № А73-12266/2017; Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 28.11.2014 № Ф03-5191/2014 по делу № А04-3423/2012.

Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 19.11.2003 № Ф08-3736/03 по делу № А18-1878/2002.

Определение Московского городского суда от 26.09.2011 по делу № 33-27813.

Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 17.06.2019 № Ф09-3148/19 по делу № А76-26950/2018 ( Определением Верховного Суда РФ от 11.10.2019 № 309-ЭС19-17365 отказано в передаче дела № А76-26950/2018 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления).

Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2020 № 18АП-4865/2020 по делу № А76-40803/2019; Постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2016 по делу № А79-10621/2015; Постановление ФАС Поволжского округа от 21.05.2013 по делу № А55-25687/2012.

Постановление Арбитражного суда Московского округа от 03.08.2017 № Ф05-9562/2017 по делу № А40-129109/2016.

Определение Верховного Суда РФ от 18.12.2019 № 307-ЭС19-22841 по делу № А56-75099/2017; Постановление Арбитражного суда Московского округа от 28.03.2016 № Ф05-2728/2016 по делу № А40-168402/2015; Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2020 № 11АП-4894/2020 по делу № А55-29322/2019; Решение Арбитражного суда Московской области от 26.12.2017 по делу № А41-64762/17; Решение Арбитражного суда Самарской области от 18.02.2020 по делу № А55-29322/2019.

Постановление Президиума ВАС РФ от 09.06.1998 № 6168/97; Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.08.2019 № 13АП-15938/2019 по делу № А56-5516/2019; Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.12.2018 № 13АП-27581/2018 по делу № А56-80616/2018; Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2016 № 18АП-5750/2016 по делу № А76-10654/2014; Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 28.01.2011 по делу № А41-4123/10; Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2016 по делу № А65-5656/2016; Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2009 № 09АП-4605/2009-АК по делу № А40-87507/08-72-653.

Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 12.02.2020 № Ф01-7569/2019 по делу № А17-11248/2018; Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2017 № 04АП-6843/2016 по делу № А10-4678/2016; Постановление ФАС Московского округа от 16.02.2010 № КГ-А40/129-10 по делу № А40-55715/09-43-497;Решение Арбитражного суда Московской области от 23.12.2019 по делу № А41-80527/2019; Решение Арбитражного суда Мурманской области от 20.11.2018 по делу № А42-8090/2018; Решение Арбитражного суда Челябинской области от 19.05.2016 по делу № А76-29712/2015.

Определение Верховного Суда РФ от 26.02.2019 № 305-ЭС18-26393 по делу № А40-29471/2018; Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2019 № 11АП-11989/2019 по делу № А55-1499/2019; Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 28.02.2018 № Ф04-6477/2018 по делу № А45-5785/2017; Постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 03.05.2017 N 07АП-2073/2017(1) по делу № А45-18322/2016; Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 01.03.2016 № Ф07-2339/2016 по делу № А56-36556/2015; Решение Арбитражного суда Нижегородской области от 02.03.2020 по делу № А43-6237/2018; Решение Арбитражного суда Ставропольского края от 13.03.2020 по делу № А63-15803/2019.

Определение Верховного Суда РФ от 06.12.2005 № 49-В05-19; Постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 23.06.2020 № 07АП-4298/2020 по делу № А27-13573/2019; Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2020 № 15АП-7687/2020 по делу № А53-2ИП/2020; Постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.05.2020 № 12АП-1470/2020 по делу № А06-12562/2019; Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 12.03.2018 № Ф09-8710/17 по делу № А60-22233/2017.

Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 04.03.2020 № Ф06-58664/2020 по делу № А55-17757/2019; Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 29.10.2019 № Ф02-5144/2019 по делу № А19-25893/2018; Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 13.12.2017 № Ф01-5756/2017 по делу № А29-25/2017; Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 06.05.2019 № 10АП-5973/2019 по делу № А41-90677/18; Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 15.03.2018 по делу № А33-3476/2017.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» от 24.03.2016 № 7.

См., например, пп. 1 п. 56 Постановления Губернатора Московской области «О введении в Московской области режима повышенной готовности для органов управления и сил Московской областной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций и некоторых мерах по предотвращению распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-2019) на территории Московской области» от 12 марта 2020 г. № 108-ПГ; п. 16-1 Постановления Правительства Ленинградской области «О введении на территории Ленинградской области режима повышенной готовности для органов управления и сил Ленинградской областной подсистемы РСЧС и некоторых мерах по предотвращению распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19 на территории Ленинградской области» от 13 марта 2020 г. № 117; п. 13 Распоряжение Главы Республики Карелия «О введении с 12 марта 2020 года на территории Республики Карелия режим повышенной готовности для органов управления и сил территориальной подсистемы единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций Республики Карелия» от 12 марта 2020 г. № 127-р; п. 17 Постановления Правительства Брянской области «О введении режима повышенной готовности на территории Брянской области» от 17 марта 2020 г. № 106-п.

Письмо Минфина России № 24-06-05/26578, МЧС России № 219-АГ-70, ФАС России № МЕ/28039/20 от 03.04.2020 «О позиции Минфина России, МЧС России, ФАС России об осуществлении закупок товара, работы, услуги для обеспечения государственных и муниципальных нужд в связи с распространением новой коронавирусной инфекции, вызванной 2019-nCoV»; Письмо ФАС России от 18.03.2020 № ИА/21684/20 «Об условиях закупки товаров, работ у единственного поставщика в период пандемии коронавируса».

Постановление Президиума ВАС РФ от 20.07.2010 № 2142/10 по делу № А51-10815/2009; Постановление Президиума ВАС РФ от 14.04.2009 № 17468/08 по делу № А40-1027/08-60-9; Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 22.03.2016 № Ф04-546/2016 по делу № А03-6072/2015; Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 11.06.2015 № Ф09-3173/15 по делу № А07-10193/2014 ( Определением Верховного Суда РФ от 04.09.2015 № 309-ЭС15-11876 отказано в передаче дела № А07-10193/2014 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления); Постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2019 № 20АП-7161/2019 по делу № А09-17084/2017; Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2017 № 09АП-58026/2017 по делу № А40-91774/17 ( Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 05.04.2018 № Ф05-3772/2018 данное постановление оставлено без изменения, Определением Верховного Суда РФ от 25.06.2018 № 305-ЭС18-7557 отказано в передаче дела № А40-91774/2017 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления).

п. 2 Правил подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации, утвержденных Постановлением Правительства РФ «Об утверждении Правил подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации» от 13 августа 1997 г. № 1009.

Постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 19.06.2020 № 02АП-3436/2020 по делу № А31-14918/2019; Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2020 № 11АП-4414/2020 по делу № А72-15206/2019; Решение Арбитражного суда Нижегородской области от 15.06.2020 по делу № А43-13687/2020; Решение Арбитражного суда Омской области от 18.05.2020 по делу № А46-4784/2020.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» от 11.06.2020 № 6.

Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 22.06.2017 № Ф04-1977/2017 по делу № А81-158/2016; Постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 23.12.2015 № 02АП-9402/2015, 02АП-9539/2015 по делу № А82-15273/2014; Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 30.09.2015 № Ф09-6862/15 по делу № А07-21834/2014; Решение Арбитражного суда Воронежской области от 03.08.2017 по делу № А14-1176/2017; Решение Арбитражного суда Омской области от 26.09.2018 по делу № А46-12528/2018.

Постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2019 № 05АП-9774/2018 по делу № А51-17486/2018; Постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2017 № 21АП-95/2017 по делу № А84-653/2016; Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2015 № 18АП-6976/2015 по делу № А34-7811/2014.

Постановление Президиума ВАС РФ от 19.06.2007 № 5619/06 по делу № А60-34494/2005-С3; Постановление Арбитражного суда Московского округа от 27.05.2015 № Ф05-5986/2015 по делу № А41-47283/14 ( Определением Верховного суда РФ от 22.09.2015 № 305-ЭС15-11026 отказано в передаче дела № А41-47283/2014 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления); Постановление ФАС Северо-Западного округа от 17.05.2010 № Ф07-3649/2010 по делу № А13-11347/2009 ( Определением ВАС РФ от 10.08.2010 № ВАС-8102/10 отказано в передаче дела № А13-11347/2009 в Президиум ВАС РФ для пересмотра в порядке надзора данного постановления); Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.08.2011 по делу № А26-10945/2010.

Постановление Президиума ВАС РФ от 07.07.1998 № 6839/97; Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2017 № 10АП-1363/2017 по делу № А41-64727/16 (Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 31.07.2017 № Ф05-8557/2017 данное постановление оставлено без изменения, Определением Верховного Суда РФ от 27.10.2017 № 305-ЭС17-15281 отказано в передаче дела № А41-64727/2016 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления).

Постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2017 по делу № А79-8158/2016; Постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 26.10.2016 по делу № А79-2548/2016; Решение Арбитражного суда Чувашской Республики от 22.05.2017 по делу № А79-457/2017.

Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 14.10.2010 по делу № А53-2757/2010 ( Определением ВАС РФ от 24.02.2011 № ВАС-1210/11 отказано в передаче дела № А53-2757/2010 в Президиум ВАС РФ для пересмотра в порядке надзора данного постановления); Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2011 № 15АП-5751/2011 по делу № А53-883/2011; Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.03.2018 по делу № А56-87808/2017 ( Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2018 № 13АП-10043/2018 данное решение оставлено без изменения); Апелляционное определение Кировского областного суда от 18.09.2014 № 33-2982/2014; Решение Свердловского районного суда города Костромы от 24.01.2017 по делу № 2-5810/2016, 2-748/2017.

Постановление Пленума ВАС РФ «О свободе договора и ее пределах» от 14.03.2014 № 16.

Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.08.2018 № 17АП-10430/2018-ГК по делу № А50П-67/2018; Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2015 № 09АП-30462/2015 по делу № А40-5690/15; Решение Арбитражного суда г. Москвы от 04.12.2015 по делу № А40-167226/15 ( Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.04.2016 № 09АП-7445/2016 данное решение оставлено без изменения).

Постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 05.12.2019 № 10АП-20392/2019 по делу № А41-58595/2019; Постановление Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 07.06.2019 № 21АП-1267/2019 по делу № А83-90/2017;Постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2017 № 05АП-2741/2017 по делу № А51-835/2017.

Приказ Минэкономразвития России «Об утверждении типовых форм договора о реализации туристского продукта, заключаемого между туроператором и туристом и (или) иным заказчиком, и договора о реализации туристского продукта, заключаемого между турагентом и туристом и (или) иным заказчиком» от 19.03.2019 № 135; Письмо Росрыболовства «Для использования в работе» от 08.06.2017 № 3740-ПС/У14; Распоряжение ОАО «РЖД» «Об актуализации типовой формы договора на иные сроки доставки грузов» от 26.02.2020 № 400/р; Решение Правления ГК «Агентство по страхованию вкладов» «Об утверждении Порядка заключения и сопровождения договоров в ходе конкурсного производства (ликвидации) в отношении финансовых организаций» от 04.12.2017 протокол № 138; Указание Банка России «О порядке заключения кредитными организациями договора хранения драгоценных металлов и ведения счета ответственного хранения драгоценных металлов в Банке России» от 18.11.1999 № 682-У.