заключение специалиста в гражданском процессе как доказательство судебная практика
Заключение (консультация) специалиста
Не так давно приходилось столкнуться с вопросом: «Как оспорить экспертизу?». Одно из первых, что приходит в голову: получить рецензию от сторонней экспертной организации. Какой статус будет у этого документа и как использовать такое заключение специлиста в процессе?
Статья 55 ГПК РФ Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
Мы видим, что ГПК РФ не называет среди доказательств заключение специалиста. Обратим внимание на АПК РФ.
Статья 64 АПК РФ Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.
Статья 59 КАС РФ Доказательствами по административному делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения административного дела. В качестве доказательств допускаются объяснения лиц, участвующих в деле, и показания свидетелей, полученные в том числе путем использования систем видеоконференц-связи, а также письменные и вещественные доказательства, аудио- и видеозаписи, заключения экспертов.
ГПК РФ, АПК РФ и КАС РФ называют среди доказательств заключение эксперта. Консультация специалиста допускается в качестве доказательства в АПК РФ. Но и КАС РФ и ГПК РФ допускают письменные доказательства. Поэтому мы можем заказать рецензию (заключение специалиста или письменную консультацию специалиста) и приобщить к материалам дела в качестве письменного доказательства. С какими трудностями мы столкнемся?
Статья 87.1 АПК РФ В целях получения разъяснений, консультаций и выяснения профессионального мнения лиц, обладающих теоретическими и практическими познаниями по существу разрешаемого арбитражным судом спора, арбитражный суд может привлекать специалиста.
2. Так как мы сослались на АПК РФ (а дело рассматривается, например, по правилам ГПК РФ), то оппонент может в ответ привести такой аргумент.
Часть 4 статьи 169 КАС РФ Консультация специалиста не относится к доказательствам по административному делу.
Казалось бы, это разрушает все надежды. На этом моменте необходимо привести выдержки из некоторых комментариев к КАС РФ.
И судебная экспертиза, и консультация специалиста являются формами использования специальных знаний в административном судопроизводстве (см. комментарий к ст. ст. 49, 50 КАС). Однако в отличие от заключения эксперта закон не относит консультацию специалиста к числу средств доказывания, используемых в административном судопроизводстве (ч. 2 ст. 59 КАС, ч. 4 комментируемой статьи). Как следует из ч. 1 ст. 15 КАС, консультации специалиста отводится иная, нежели у доказательств, роль: она является формой (средством, инструментом) оказания непосредственной помощи суду при исследовании доказательств и совершении иных процессуальных действий по вопросам, требующим специальных знаний и (или) навыков. Источник: Комментарий к Кодексу административного судопроизводства Российской Федерации (постатейный, научно-практический) / Д.Б. Абушенко, К.Л. Брановицкий, С.Л. Дегтярев и др.; под ред. В.В. Яркова. М.: Статут, 2016. 1295 с.
Как быть? Если мы в гражданском процессе сослались на АПК РФ, то это делается лишь для уточнения роли специалиста, для усиления эффекта от ст.188 ГПК РФ (аналогию никто не отменял, но другое дело, что применить ее можно, когда нет урегулирования, а в ГПК РФ этот вопрос урегулирован, хоть и скудновато). КАС РФ содержит указание на то, что консультация специалиста — не доказательство, ГПК РФ такого указания не содержит. Поэтому аналогия применять можно, кроме того в гражданском процессе допускается допрос специалиста (об этом ниже).
Какие напрашиваются выводы?
Во-первых, если мы находимся в арбитражном процессе, то проблем с приобщением консультаций специалистов возникнуть не должно.
Во-вторых, если мы находимся в административном судопроизводстве (КАС РФ), то у нас есть возможность повлиять на итоговое решение по делу, но если суд не сочтет надобным в своем решении сослаться на консультацию специалиста, то ничего поделать нельзя.
В-третьих, если мы в гражданском процессе, то шанс у нас точно есть. В моей практике были случаи, когда я приобщал как письменное доказательство «заключение специалиста». Но как усилить роль этого доказательства? Смотрим закон.
Статья 188 ГПК РФ В целях разъяснения и дополнения консультации специалисту могут быть заданы вопросы. Первым задает вопросы лицо, по заявлению которого был привлечен специалист, представитель этого лица, а затем задают вопросы другие лица, участвующие в деле, их представители. Специалисту, привлеченному по инициативе суда, первым задает вопросы истец, его представитель. Судьи вправе задавать вопросы специалисту в любой момент его допроса.
Мы видим, что ГПК РФ предоставляет нам возможность допросить нашего специалиста. Это не всегда получается, но если получится, то в материалах дела будет и письменное доказательство — заключение (консультация) специалиста, и допрос специалиста.
Предлагаю обсудить данный вопрос. Может есть интересная практика в качестве примера?
Если экспертиза необъективна, есть ли выход?
Согласно данным о деятельности судов общей юрисдикции за 2013-2018 годы, размещенным на сайте www.garant.ru, ежегодно назначается около 300 тыс. судебных экспертиз, из них 64% направляется негосударственным судебно-экспертным учреждениям. Намного больше производится экспертиз досудебных, инициированных одной из сторон.
Сомнения в правильности и обоснованности выводов, полученных в результате экспертных заключений, являются основанием для назначения повторных экспертиз.
По данным Минюста России, в 2018 году экспертные учреждения министерства провели 585 повторных экспертиз, и выводы по 77,6% из них не совпали с выводами первоначальных заключений экспертов.
Основные причины сомневаться в экспертизе:
Отсутствие должного образования и стажа у эксперта;
Неправильный выбор методики исследования;
Применение устаревшей или не указанной в методике литературы;
Нарушение последовательности проведения исследования;
Нарушение процедур отбора проб, подготовки и хранения материалов для экспертного исследования;
Отсутствие поверок используемого экспертами оборудования перед началом производства экспертизы;
Несоответствие выводов проведенному исследованию;
Недостаточная ясность, неполнота заключения эксперта;
Дача заключения экспертом, заинтересованным в определенном исходе дела.
Так как судья не обладает специальными познаниями в проведенном исследовании, он не может объективно оценить правильность выбора методик и расчетов, научную обоснованность выводов и т.п., и соответственно оценивает заключение эксперта по общим правилам (ст.67 ГПК РФ; ст.88 УПК РФ; ст.71 АПК РФ; ст. 26.11 КоАП РФ), как любое доказательство.
Кроме того, изначально суд исходит из того, что заключение эксперта получено с соблюдением процессуальных норм, компетенция эксперта подтверждена, он предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.
При наличии рецензии, в которой отражены нарушения, суду труднее мотивированно отказать в удовлетворении ходатайства о назначении повторной экспертизы, т.к. решение может быть отменено в суде апелляционной инстанции. Верховный Суд РФ уже определил статус рецензии на судебную экспертизу. Он указал, что суды не вправе отказывать стороне в приобщении рецензии на судебную экспертизу к материалам дела, т.к. рецензия является таким же доказательством, как и все остальные. Хотя законодательно понятие «рецензии» пока не закреплено.
Инициировать производство рецензии на заключение эксперта может любое лицо, принимающее участие в деле, в т.ч. адвокат (ст.6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ»).
Обеспечительные сделки и защита кредиторов
Споры в сфере банкротства. Практикум
Авторское право в цифровую эпоху
Комментарии (15)
Немного о рецензиях.
Экспертиза оказалась порочна по очевидным моментам. Например, ссылка на материал из московского региона, то бишь заведомо завышена стоимость материала при наличии такого же Леруа в исходном городе. Или, к примеру, необходимость замены двери, но доказано показаниями самого истца что дверь на месте и в полном «здравии» (пороки первоначального акта осмотра управляющей компанией). Еще такой момент: на фотографиях из материалов дела отчетливо видно что за линолеум лежал и что он лежал всухую (уголок линолеума был отвернут на фото и все было видно). Однако эксперт посчитала линолеум коммерческий (удивительная женщина 🙂 ).
Кроме того, эксперт не указала инструмент, которым измеряла и по факту этого не делала вообще-то (уповала на техпаспорт), но в заключении имеются расчеты с указанием на метраж, объему и проч. А также эксперт допустила грубую (на мой взгляд, грубейшую) ошибку: опрашивала истца самостоятельно, не указала об этом, в результате в заключении появились выводы не основанные на материалах дела и не основанные на результатах непосредственного осмотра этим экспертом.
Ну так вот о чем я?
Я о том, что применительно к этому случаю очевидные пороки заключения эксперта, которые привели к неверным выводам. Конечно же, судья сопротивляется назначению повторной экспертизы: дескать, вы же не эксперты с образованием порочить экспертизу такую. Удивляет такой формализм.
Но заметила: такой подход судей очень даже на руку экспертному сообществу.
В случае сестры: нет ей выгоды оплачивать еще и рецензию, поскольку однозначная вина в заливе есть, и расходы лягут на нее однозначно.
Другое дело, что дочь истца не дает и не давала «старшему поколению» договориться мирно. Чрезвычайно завышенные аппетиты и откровенные уже подтасовки последствий залива на сегодняшний день. Отсюда и возник иск, о чем теперь и сама мать (истец) и моя сестра устали и сожалеют. В итоге, спор тянется скоро будет ему два года.
Экспертиза в споре о качестве исполнения договора подряда или договора возмездного оказания услуг
Если при приемке результатов выполненных работ или при приемке оказанных услуг возникает спор о качестве произведенного исполнения, п. 5 ст. 720 ГК предусматривает назначение экспертизы. ГК не предлагает определения экспертизы, не регулирует ее проведение. Результаты проведения экспертизы суды считают доказательством, которым в силу закона должны подтверждаться обстоятельства наличия недостатков результатов выполненных работ или оказанных услуг и причин возникновения недостатков при наличии спора о качестве произведенного исполнения (Постановление Федерального Арбитражного суда Поволжского округа от 16.10.2007 по делу №А65-26303/06-СГ5-7 и др.).
В Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 26.02.2016 по делу №А12-26320/2015 п. 5 ст. 720 ГК толкуется в качестве основания для проведения судебной экспертизы в порядке, предусмотренном процессуальным законодательством. Аналогичным образом, как ссылающийся на необходимость проведения судебной экспертизы, п. 5 ст. 720 ГК истолкован в Постановлении Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 21.10.2003 по делу №А65-5748/2003-С, Постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 20.11.2017 по делу №А63-13710/2016. Суд указал: «В процессе доказывания некачественности выполненных работ, как правило, используются представленные сторонами внесудебные заключения специалистов или заключения назначаемых судом экспертиз. В силу п. 5 ст. 720 ГК и ст. 68 АПК допустимым доказательством в случае разрешения спора по качеству выполненных работ является заключение эксперта. Стороны не заявили ходатайство о проведении судебной экспертизы, поэтому неправомочна ссылка общества на ст. 723 ГК об ответственности за ненадлежащее качество работы. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения».
В отказном определении ВС от 28.12.2016 по делу №А40-182452/2014 не найдено нарушений в отказе принять в качестве доказательств наличия дефектов, выполненных подрядчиком работ, представленное генподрядчиком в материалы дела внесудебное научно-техническое заключение в отсутствие ходатайства генподрядчика о назначении судебной экспертизы. Похожий вывод сделан в отказном Определении ВС от 19.11.2018 по делу №А63-15313/2016. Представленное предпринимателем внесудебное заключение проведено в одностороннем порядке и по инициативе предпринимателя и не является необходимым и допустимым доказательством, которое должно быть положено в основу судебного решения. При этом затраты на проведение внесудебного экспертного исследования рассматривались в качестве судебных расходов.
Критично к внесудебным экспертизам ВС отнесся в отказных Определениях от 19.02.2018 по делу №А40-218588/2016 и от 28.08.2015 по делу №А32-1640/2012. В первом случае экспертное заключение, полученное во внесудебном порядке, не принято судом в качестве надлежащего письменного доказательства. Во втором случае до обращения подрядчика в суд с иском заказчик возражений по качеству выполненных работ не заявлял, внесудебная экспертиза проведена при наличии судебного спора между сторонами.
В Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 17.08.2015 по делу №А40-14258/13 суд посчитал правильным отказ в принятии в качестве надлежащего доказательства экспертного заключения, представленного истцом, т.к. внесудебное обследование произведено без предупреждения и вызова ответчика, без учета доказательств, имеющихся у последнего.
Внесудебная экспертиза может не устроить суд по мотиву отсутствия предупреждения экспертов об уголовной ответственности (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 24.05.2017 по делу №А65-5600/2014).
В любом случае для процессуальных целей внесудебное экспертное заключение не станет заменой заключению экспертизы, предусмотренному процессуальным законодательством. Внесудебное заключение экспертизы не будет рассмотрено в качестве экспертного заключения по делу, но может выступать в качестве иного доказательства (п. 13 постановления Пленума ВАС от 04.04.2014 №23, Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 22.03.2017 по делу № А06-4877/2016).
Даже если суд примет заключение внесудебной экспертизы в качестве доказательства, затраты на проведение такого исследования могут лечь на инициатора проведения исследования независимо от правильности его позиции в споре. В Постановлении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 21.03.2016 по делу № А33-2600/2014 суд подтвердил отказ во взыскании расходов на проведение внесудебного исследования как в качестве убытков, так и в качестве судебных расходов. ООО «Байкитская нефтегазоразведочная экспедиция» по собственной инициативе заключило гражданско-правовой договор на оказание услуг по подготовке заключения технической экспертизы по объему и качеству работ, выполненных истцом, с лицом, специализирующимся в данной области. Представление указанной внесудебной экспертизы в силу закона не входило в круг обязательных для рассмотрения дела доказательств. Таким образом, расходы по составлению такого заключения понесены ответчиком при получении доказательств в обоснование своей позиции, что является его процессуальной обязанностью. Заинтересованность в проверке заявленных истцом требований, а также поручение проведения исследования лицу, специализирующемуся в определенной области не влечет относимость произведенных в связи с этим расходов на оплату таких услуг к судебным только лишь по причине представления заключения в качестве доказательства обоснованности возражений на иск. Заявленные ответчиком расходы судебными издержками не являются. Иное толкование означало бы необоснованное возложение на сторону, не в пользу которой вынесен судебный акт, всех расходов, понесенных стороной в связи со сбором доказательств, и означало бы возможность произвольного представления в суд доказательств безотносительно обязанности, предусмотренной ст. 65 АПК. В Постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 27.07.2017 по делу №А21-6048/2015 не признаны судебными расходами издержки по оплате подготовки внесудебного заключения эксперта. Отсутствует информация о попытках истца взыскать такие расходы в качестве убытков. Негативно суды воспринимают проведение внесудебной экспертизы, когда спор уже находится на рассмотрении суда (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 17.05.2017 по делу № А40-117601/12). При этом суд может не удостоить вниманием заключение внесудебной экспертизы, не объяснив причин (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 11.10.2017 по делу №А40-243445/2016).
В большинстве судебных актов п. 5 ст. 720 ГК толкуется иначе, допускается проведение исследования наличия недостатков исполнения и их причин не в форме судебной экспертизы (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21.01.2019 по делу №А56-112921/2017; Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21.01.2019 по делу №А56-10490/2018 и др.). Например, в Постановлении Федерального арбитражного суда Центрального округа от 01.06.2011 по делу №А62-4076/2010 указано, что для подтверждения доводов о наличии недостатков результата выполненных работ необходимы специальные познания в строительной области и, принимая во внимание, что имеющийся в деле отчет выполнен специализированным учреждением по заданию заказчика, что не противоречит п. 5 ст. 720 ГК, данное заключение должно быть принято как доказательство по делу.
Когда внесудебное исследование принимается во внимание судом, расходы на его проведение можно компенсировать. Расходы на проведение внесудебного исследования чаще всего взыскиваются в качестве убытков, а не судебных расходов (отказное Определение ВС от 26.07.2018 по делу №А46-8963/2015; отказное Определение ВС от 13.04.2018 по делу №А70-11441/2016; определение ВС от 31.08.2017 по делу №А65-13141/2016). Развернутая и понятная аргументация имеется в Постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 28.05.2014 по делу №А43-11779/2013. Истец по собственной инициативе провел внесудебную экспертизу по определению стоимости выявленных недостатков. Данные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с требованием о взыскании убытков. Довод ответчика о том, что внесудебная экспертиза проведена без участия подрядчика, обоснованно отклонен судами в силу следующего. Истец вправе ссылаться на любое доказательство, которое оценивается судом в совокупности с иными допустимыми доказательствами по делу. В рассматриваемом случае суды признали, что спорное заключение аргументировано, содержит ссылки на строительные нормы и правила, выводы по всем поставленным вопросам, не противоречит иным представленным доказательствам. Доказательств, опровергающих выводы внесудебной экспертизы, Общество в материалы дела не представило; ходатайство о назначении судебной экспертизы не заявило. Следовательно, суды пришли к верному выводу о наличии оснований для взыскания денежных средств, составляющих стоимость устранения недостатков в работах, выполненных ответчиком, и стоимость проведения внесудебной экспертизы. Похожие выводы сделаны в Постановлении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 20.08.2015 по делу №А33-19530/2013, в Постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 30.03.2018 по делу № А46-8963/2015, в Постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 17.01.2018 по делу № А70-11441/2016, в Постановлении Арбитражного суда западно-Сибирского округа от 01.08.2017 по делу №А27-11128/2016, в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 22.01.2015 по делу № А41-5709/13, в Постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.05.2018 по делу № А56-35594/2017, в Постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.08.2015 по делу №А63-13854/2013 и др.
Важно, чтобы внесудебное исследование было упомянуто в числе доказательств в судебном акте, иначе расходы на проведение внесудебной экспертизы не взыщут (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 06.07.2018 по делу №А65-9099/2017, Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 26.05.2015 по делу №А32-1640/2012, Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 10.10.2018 по делу №А60-26110/2017, Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 26.12.2018 по делу №А76-40842/2017). Расходы на составление внесудебного заключения должны быть подтверждены материалами дела, проведение исследования должно быть объективно необходимо для обоснования правовой позиции по делу.
Экспертное заключение: 8 вопросов, на которые защитник должен найти ответы
Экспертное заключение: 8 вопросов, на которые защитник должен найти ответы
Экспертное заключение – одно из важнейших доказательств в суде. Об этом должны помнить стороны, участвующие в судебном процессе. Особое внимание этому виду доказательства должны уделять защитники. Это значит, что адвокаты должны руководствоваться определённой методикой работы с заключениями экспертов, правильно оценивать их достоверность, то есть устанавливать их соответствие и действительности.
Существуют два способа оценки научной достоверности заключения эксперта (адвокаты должны использовать их в сочетании):
Использование двух этих способов подразумевает поиск ответов на восемь вопросов.
1. Компетентен ли эксперт? Правомочен ли отвечать на поставленные вопросы? Не было ли фальсифицировано заключение?
Большинство судебных экспертиз в России проводят специально подготовленные эксперты. Как правило, это – сотрудники государственных учреждений судебной экспертизы. При изучении заключения экспертизы защитнику необходимо в первую очередь обращать внимание на компетентность эксперта.
Как это выяснить?
Эти данные адвокат может почерпнуть из вводной части заключения.
Пример из судебной практики
Гражданина А. признали виновным в том, что, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в процессе возникшей с потерпевшим Б. ссоры на почве личных неприязненных отношений, он умышленно нанес удары руками и ногами в различные части тела потерпевшего. Потерпевший в результате получил легкие телесные повреждения в виде ссадин и кровоподтеков на лице и подмышечной области справа, а также у него возникла субдуральная гематома височно-теменной области, которая относится к тяжким телесным повреждениям, что привело к смерти потерпевшего.
В основу обвинительного приговора суд положил заключение судебно-медицинской экспертизы. При этом суд в приговоре указал, что «компетентность эксперта К. и его заключение у суда сомнений не вызывает».
Защитник подал надзорную жалобу, в которой поставил под сомнение это утверждение суда и указал, что суд не учел, что К. судмедэкспертом не является и никогда им не был, а являлся хирургом ЦРБ. Указанное обстоятельство, по мнению защиты, имело большое значение. Надзорная инстанция согласилась с мнением защиты, и приговор по делу С. был отменен, дело направлено на новое судебное рассмотрение и впоследствии по делу вынесен оправдательный приговор.
Правомочен ли эксперт отвечать на поставленные перед ним вопросы?
Другая разновидность некомпетентности эксперта вытекает еще и из неправомерных вопросов к эксперту, когда тот не только неправомочен отвечать на конкретный вопрос, но и попросту некомпетентен в этой области.
Пример из судебной практики
В описанном выше деле следователем был поставлен вопрос: мог ли потерпевший нормально жить и мыслить после получения черепно-мозговой травмы? Судебно-медицинский эксперт ответил на поставленный вопрос следователя, хотя ответ на данный вопрос выходил за пределы компетенции судмедэксперта и требовал привлечения экспертов других специальностей. Защита обратила внимание в надзорной жалобе на это обстоятельство, что послужило одним из оснований для отмены приговора.
К некомпетентности также можно отнести фальсификацию в области экспертизы. Например, следователь напечатал от имени несуществующего эксперта «заключение» с категорическим выводом, в котором указано, что «след пальца на месте происшествия оставлен обвиняемым». Под выводами он изобразил подпись эксперта и предъявил обвиняемому, в результате чего тот сознался в преступлении. А тем временем, след пальца, хотя и изымали с места происшествия, невозможно было идентифицировать.
2. Предупреждали ли эксперта об ответственности?
Защитник должен убедиться, что эксперта предупредили об ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, о чем говорит и подписка (ст. 57 УПК РФ).
На практике это простое и легко выполнимое требование закона выполняется далеко не всегда.
Пример из судебной практики
По делу А., осужденной по приговору Пермского областного суда к 8 годам лишения свободы за организацию убийства своего мужа, была проведена СМЭ трупа гр-на А-на. Однако в нарушение закона судебно-медицинский эксперт не предупреждался об ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, и у него об этом не отбиралась подписка.
Верховный Суд РФ согласился с этими доводами защиты и отменил приговор, направив дело на новое рассмотрение.
Практика показывает, что по дополнительным экспертизам (чаще всего СМЭ) экспертов, проводящих исследование, почему-то не предупреждают об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ и им не разъясняют требования ст. 57 УПК РФ.
3. Были ли подвергнуты исследованию подлинные объекты?
Защитник должен убедиться, что исследованию подвергнуты те самые объекты, которые изъяты с места происшествия, что не произошло смешения вещественных доказательств с образцами и т. п.
Как это сделать? Следует сопоставить индивидуальные признаки вещественных доказательств в протоколах их изъятия, осмотра с описанием объектов исследования в заключении эксперта.
Пример из судебной практики
Гражданина В. признали виновным в незаконном приобретении с целью сбыта наркотических средств в крупных размерах и в совершении контрабанды. Находясь в г. Санкт-Петербурге, куда прибыл из Латвии, В. приобрел наркотическое средство «марихуану» в количестве 2853,8 гр у неустановленного лица.
Приобретенное наркотическое средство он спрятал в запасном автомобильном колесе управляемого им по доверенности автомобиля, а 5,3 гр «марихуаны» – в аптечке, находящейся в салоне автомобиля.
Чтобы перевезти «марихуану» в Латвию он прибыл на автомобиле на таможенный пункт «Лудонка» Пыталовской таможни, где скрыл от работников таможенной службы наличие у него предметов, запрещенных к вывозу – наркотических средств, не задекларировав и не предъявив их таможенному наряду.
При осмотре автомобиля в тот же день работниками таможни «марихуана» в количестве 6,3 гр была обнаружена и изъята, а при проведении дополнительного осмотра автомобиля была обнаружена и изъята «марихуана» в количестве 2847,5 гр, спрятанная в запасном колесе автомобиля. Признавая В. виновным в совершении указанных преступлений, суд в приговоре сослался на заключения проведенных по делу двух химических экспертиз, согласно которым вещество растительного происхождения, изъятое в машине В., весом 6,3 гр и 2847,5 гр, является наркотическим средством – «марихуаной».
При этом ссылка на это доказательство была сделана при отсутствии достоверных данных о том, что предметом исследования эксперта действительно явилось вещество, изъятое из автомобиля, которым управлял В.
Так, согласно акту таможенного досмотра «растительное вещество, изъятое из автомобильной аптечки в салоне автомобиля В., находилось в стеклянной баночке емкостью 100 мл. Баночка была упакована и опечатана пломбой ТК-01908». О наличии этой пломбы на упаковке указано и в акте о взвешивании указанного вещества. На экспертизу же вещество доставлено «в аптечном флаконе», причем емкостью не 100 мл, как указано ранее, а 50 мл.
«Сверток, в котором находился флакон с веществом, был опломбирован пломбой ТК-91920», а не ТК-01908, как ранее. Обнаруженное в запасном колесе в автомобиле В. растительное вещество весом 3287,36 гр., согласно протоколу осмотра, «было упаковано в целлофановый мешок, который был опечатан пломбой ТК-01920». На экспертизу же вещество доставлено «в мешке из ткани типа «камуфляж». Мешок затянут металлической нитью и опломбирован пломбой ТК-01920. Чистый вес вещества без упаковки составил 2847,5 гр.».
Несмотря на существенное различие в описании упаковок, в которых находилось вещество, изъятое в автомашине В., а также существенное расхождение в весе изъятого вещества до направления его на исследование эксперту и при поступлении на исследование, суд эти противоречия не устранил, что впоследствии лишило доказательственного значения результаты двух химических экспертиз, проведенных по делу.
В дальнейшем по надзорной жалобе адвоката приговор по делу В. был отменен, дело было направлено на новое рассмотрение, по результатам которого В. был оправдан.
4. Удовлетворяют ли образцы, представленные на экспертизу, общим требованиям?
Адвокат должен убедиться, что образцы, представленные на экспертизу, удовлетворяют требованиям несомненности происхождения, репрезентативности, сопоставимости.
Пример из судебной практики
По делу А. была проведена судебно-баллистическая экспертиза. Согласно постановлению о назначении указанной экспертизы, пулю изъяли с места происшествия. В то же время из протокола осмотра места происшествия следовало, что никаких пуль с места происшествия не изымалось. О том, что пуля была изъята именно с места происшествия, свидетельствовали и другие документы, имеющиеся в материалах уголовного дела.
В материалах уголовного дела имелся протокол изъятия пули в морге при осмотре одежды умершего А. работниками милиции. Однако, как впоследствии пуля попала к следователю прокуратуры, который расследовал данное уголовное дело, было неясно. В материалах уголовного дела не было никаких сведений об этом. Кроме этого, такое следственное действие, как изъятие, вообще не предусмотрено нормами УПК РФ.
Изъятие пули происходило в рамках уже возбужденного уголовного дела, и поэтому необходимо было проводить выемку или обыск. Из протокола следовало, что при изъятии пуля не упаковывалась. Однако на баллистическую экспертизу пуля поступила «упакованной в полиэтиленовый пакет с приклеенной этикеткой с надписью, удостоверяющей содержимое, и подписью следователя».
Где, когда, кем и при каких обстоятельствах данная пуля упаковывалась, было неизвестно. Вполне очевидным стало сомнение в том, та ли пуля попала на баллистическую экспертизу. Так, из протокола изъятия следовало, что «изымалась пуля в оболочке из желтого металла», а из заключения баллистической экспертизы – что «пуля была из металла оранжевого цвета». Не совпадали и размеры обнаруженной пули и пули, поступившей на баллистическую экспертизу.
Из заключения СМЭ следовало, что при исследовании джемпера убитого А. выпала пуля оболочечная диаметром 0,7 см, длиной 1,3 см. В то же время по заключению баллистической экспертизы размеры пули были совсем другие.
Все эти обстоятельства были указаны защитой в надзорной жалобе и послужили основанием для признания судебно-баллистической экспертизы незаконной.
5. Обоснованы ли научно выводы эксперта?
Выводы эксперта могут не признать научно достоверными, если исходные научные данные, положенные экспертом в основу выводов, недостаточно научно обоснованы.
Защитник должен выяснить, не собирал ли эксперт самостоятельно материалы и объекты для производства экспертизы.
Пример из судебной практики
По одному из уголовных дел судебная коллегия по уголовным делам Липецкого областного суда указала, что согласно п. 2 ч. 4 ст. 57 УПК РФ эксперт не вправе самостоятельно собирать материалы для экспертного исследования.
Из материалов дела следовало, что 02.12.2008 следователь Е. А. вынес постановление о назначении по делу СМЭ. Согласно данному постановлению, в распоряжение эксперта следователь предоставлял копию постановления, подэкспертного Б. Р. и материалы уголовного дела.
Из описательно-мотивировочной части заключения экспертов следовало, что Б. Р. был осмотрен экспертом и направлен к травматологу в поликлинику № 1. Затем судмедэксперт сослался на сведения, изложенные в амбулаторной карте поликлиники № 1 на имя Б. Р., и сделал вывод о наличии у потерпевшего ушиба копчика. Однако данных о том, что амбулаторная карта была истребована следователем, приобщена к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства, не имелось.
Каким образом медкарта оказалась в распоряжении эксперта, установить не представилось возможным.
6. Являются ли проведенные экспертами исследования полными?
Защитник может проанализировать выполненные экспертами исследования с точки зрения известной ему методики соответствия действующим ведомственным инструкциям и правилам.
Как это сделать? Согласно ч. 1 ст. 204 УПК РФ, в заключении эксперта указываются объекты исследований и материалы, представленные для производства судебной экспертизы, содержание и результаты исследований с указанием примененных методик.
Пример из судебной практики
Согласно ч. 1 ст. 207 УПК РФ, дополнительная экспертиза может быть проведена при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, либо при возникновении новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела. Исходя из толкования ч. 2 ст. 207 УПК РФ, если при производстве первичной экспертизы были допущены нарушения уголовно-процессуального закона, влекущие признание этого заключения недопустимым доказательством, то проводится повторная экспертиза, производство которой поручается другому эксперту.
Вопреки вышеприведенным требованиям закона, эксперт, вместо проведения исследования, сослался на предыдущее заключение эксперта от 01.12.–24.12.2009 № 977, которое было проведено до возбуждения уголовного дела, следовательно, в силу ст. 75 УПК РФ является недопустимым доказательством, как полученное с нарушением требований уголовно-процессуального закона.
Судом при оценке заключения эксперта от 07.07.2010 как доказательства не было принято во внимание, что в нарушение требований ст.ст. 204, 207 УПК РФ по делу была проведена дополнительная экспертиза, в которой отсутствует описательная часть исследования. Допущенные нарушения закона повлияли на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, что в соответствии со ст. 381 УПК РФ является основанием для его отмены.
7. Не противоречат ли друг другу выводы эксперта?
Выводы экспертов должны вытекать из результатов проведенных ими исследований и обнаруженных признаков.
Пример из судебной практики
Согласно заключению эксперта С., все имевшиеся у потерпевшего А. телесные повреждения не могли возникнуть при падении и от удара кулаком. В акте комиссионной СМЭ содержался вывод, что имевшиеся у А. телесные повреждения могли образоваться в результате удара кулаком, и приводились данные, подтверждающие указанное заключение комиссии.
В судебном заседании допросили экспертов С. и В. Эксперт С. полностью подтвердил данное им заключение о том, что телесные повреждения не могли быть причинены только кулаком. Эксперт В. подтвердил в судебном заседании правильность выводов экспертов, проводивших повторную комиссионную экспертизу.
Таким образом, имеющиеся в деле акты СМЭ содержали прямо противоположные выводы о способе причинения телесных повреждений А.
Между тем, суд первой инстанции признал оба заключения достоверными, объективными, не противоречащими друг другу, а дополняющими, и постановил обвинительный приговор на основании выводов экспертов, проводивших повторную комиссионную СМЭ, оставив без надлежащей оценки вывод эксперта С. По жалобе защиты, данный приговор суда был отменен в надзорном порядке по вышеизложенным причинам.
8. В какой форме представляются выводы эксперта?
Выводы эксперта могут иметь форму категорического или предположительного заключения.
Когда эксперт делает категорический вывод? Если в результате исследования установлены признаки, которые, по мнению эксперта, достаточны для достоверного разрешения поставленного перед ним вопроса.
Когда эксперт даёт предположительное заключение? Если обнаруженные признаки не обеспечивают достоверности вывода, но позволяют судить о факте с высокой степенью вероятности.
Независимо от формы вывода эксперта, он должен быть оценен по существу с точки зрения его фактической обоснованности и непротиворечивости. Защитник должен сопоставить информацию о факте, полученную в результате экспертизы, со сведениями о том же факте, полученными из других источников. Это обеспечит всестороннюю проверку заключения эксперта и достаточную надежность итогового вывода следователя и суда.
После установления факта – к оценке доказательственного значения
После достоверного установления факта переходят к оценке доказательственного значения экспертизы. На этом этапе оценки следует определить значение установленного экспертизой факта.
Каков общий метод оценки?
Предметом экспертного исследования обычно являются наиболее критические звенья причинной связи по уголовному делу. Поэтому звенья причинности, исследованные и установленные экспертами, сопоставляются, «стыкуются» с другими достоверно установленными звеньями причинной связи по уголовному делу, чтобы восстановить механизм расследуемого события в целом. На этой основе физическому взаимодействию материальных тел, исследованному экспертами, защитник должен дать правовую оценку.
Так, внешние (пространственные, временные, информационные) связи оцениваются с точки зрения установления причинности, от причинной связи с расследуемым событием предметов переходят к установлению причинной связи конкретных физических лиц.
Алгоритм оценки на примере дел о ДТП
Трассологическая экспертиза помогает по следам протектора установить автомобиль их оставивший. Если анализ материальной обстановки происшествия приведет к выводу о причинной связи этих следов с фактом наезда на пешехода, то можно говорить об установлении транспортного средства, на котором совершен наезд. Следующая задача: установить водителя, степень и характер его вины.
Алгоритм оценки на примере проведения СМЭ
Посредством судебно-медицинской экспертизы устанавливают причину смерти и характер тех материальных взаимодействий, которые её вызвали (например, разрыв печени в результате ударов в живот тяжелым тупым предметом). Защитник должен установить, что такие удары могли быть нанесены потерпевшему только при избиении, являющемся предметом расследования.