закон передачи исаакиевского собора
РПЦ отказалась от притязаний на Исаакиевский собор. Его содержание могло оказаться слишком дорогим
РПЦ окончательно отказалась от притязаний на Исаакиевский собор. Этому предшествовали четыре года споров и народных возмущений. Возможная причина отказа — финансовый вопрос.
Директор Исаакиевского собора Юрий Мудров заявил, что РПЦ «сняла все вопросы» по поводу передачи храма. Об этом сообщил ТАСС.
По его словам, сейчас Русская православная церковь не обращается с просьбой передать ей храм в безвозмездное пользование. Он добавил, что в соборе регулярно проводит службу митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Варсонофий. Он часто благодарит директора за хорошее содержание храма и успешную реставрацию.
Отступление церкви
Вопрос о принадлежности Исаакиевского собора стоял на повестке несколько лет подряд, и только сейчас церковь отступила. По мнению режиссера Александра Сокурова, выступавшего против передачи собора, в РПЦ появились разумные люди, которые поняли, что содержать такое грандиозное здание не под силу даже самой богатой в мире православной церкви.
Зачем еще искушать людей, которые считают, что передача неправомерна?
По его словам, петербуржцы видят Исаакиевский собор прежде всего как памятник культуры, а не религиозный памятник. Тем не менее режиссер считает, что мнение людей относительно передачи РПЦ старых храмов и строительства новых редко учитывается. «Исключением является Екатеринбург, где администрация настороженно отнеслась к настроениям горожан», — добавил Сокуров.
Актриса Ирина Мазуркевич уверена, что негативное отношение петербуржцев к передаче храма основывалось на их рациональности. «Петербуржцы все понимают, они умеют деньги считать, у них есть чувство собственного достоинства. Это все же музей, который требует содержания, на это нужны огромные деньги», — объяснила артистка. По ее мнению, либо средства в случае перехода под власть РПЦ выделялись бы из бюджета, либо здание бы начало разрушаться из-за плохого финансирования.
Религиовед Денис Батарчук также напомнил, что Исаакиевский собор — это четвертый по значимости и размерам собор в мире, поэтому его финансирование дорого бы обошлось РПЦ. «В Москве, например, храм Христа Спасителя находится на балансе города Москвы, поэтому за всеми тратами, финансовыми потоками и оттоками следит столица», — объяснил бакалавр богословия.
Собор раздора
Исаакиевский собор по праву считается одной из самых известных достопримечательностей Северной столицы России. Он действовал как музей, но в 2017 году бывший губернатор Санкт-Петербурга Георгий Полтавченко решил почти на 50 лет передать храм в пользование РПЦ на безвозмездной основе. До этого, в 2015-м и 2016-м, церковь также просила отдать ей собор.
Это привело к широкому общественному резонансу. В марте 2017 года в Северной столице на митинг вышли несколько тысяч горожан. Организаторы акции назвали ее «Марш в защиту Санкт-Петербурга». Недовольство петербуржцев разделяли и деятели культуры, среди которых были Александр Сокуров, Ирина Мазуркевич и Иван Краско. Согласно нескольким социологическим опросам, которые проводились с 2016 года, только 17% жителей выступают за передачу собора РПЦ.
В конце декабря 2018 года распоряжение о порядке передачи собора Русской православной церкви утратило силу, а новую заявку РПЦ решила не подавать.
Передача Исаакиевского собора РПЦ. Борьба за собор
В конце декабря 2016 года, перед самым Новым Годом, губернатор Санкт-Петербурга Георгий Полтавченко сделал заявление, с которым войдет в историю. Очень грустную историю. Губернатором было заявлено, что Исаакиевский собор будет передан Русской православной церкви (РПЦ). После волны массовых возмущений вопрос со сроками передачи собора «заморозили». Разберемся, что изменилось с того момента и какая судьба может ожидать творение Огюста Монферрана.
Борьба за Исаакиевский собор. Хроника конфликта
Декабрь 2012 г. Законодательным собранием Санкт-Петербурга был принят закон о передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в собственности государства. С этого момента у представителей РПЦ зачесались руки, а музейные работники потеряли покой и сон.
Война за Исаакий. Петиция в защиту Исаакиевского собора
12 января 2017 г. на официальном сайте Комитета имущественных отношений (КИО), появилось распоряжение о передаче Исаакиевского собора РПЦ в марте 2019 года.
После крамольного распоряжения КИО общество взбунтовалось. Открытое неуважение к мнению миллионов петербуржцев вызвало народное возмущение. В СПб прошли массовые акции протеста и пикеты у Исаакиевского собора. За первые сутки петиция в защиту музея собрала 15 000 подписей. К концу 2018 года петицию поддержали 222 000 человек.
Сторонники собора – музея и собора – церкви сошлись в грандиозном сражении. Крестные ходы сменяли митинги и акции. Письма «наверх» писали и музейные работники и православные активисты. Появились сайты и группы в социальных сетях с призывами не допустить передачу Исаакиевского собора под патронаж РПЦ. В суды полетели исковые заявления. Однако, 3 суда – Василеостровский районный, Смольнинский районный и Санкт-Петербургский городской – отказались рассматривать иски горожан. В настоящее время, у стен Исаакия действует постоянный пикет защитников музея.
Возврат Исаакиевского собора РПЦ: историческая справедливость или рейдерский захват?
Церковь уверенно заявляет, что передача Исаакиевского собора – это восстановление исторической справедливости. Но так ли это? Если заглянуть на несколько веков назад, то выяснится, что Исаакиевский собор был возведен за счет и по желанию государства. После окончания строительства собор не был передан церкви. И это считалось вполне допустимым. Даже в те, «тучные» для православной церкви времена, у нее не было средств на содержание такого колоссального объекта. После освящения, Исаакиевский собор передали Министерству путей сообщения! Может быть, завтра придут активисты из МПС и потребуют возвратить им здание?
После распада СССР в 1991 году, в соборе были возобновлены религиозные службы. 25 лет между епархией и музеем царил мир. В приделе Александра Невского богослужения шли ежедневно, в общем пространстве Исаакиевского собора – 4 раза в год, по главным церковным праздникам. Тот, кто приходил на церковную службу, разумеется, билеты в музей не покупал. Помимо этого, музей не брал никакой платы с РПЦ за размещение церковных лавок, с которых осуществлялась торговля свечками и иконами. Так скажите тогда, зачем РПЦ позарилась на Исаакиевский собор?
Исаакиевский собор: деньги и цифры
Интересный факт: Исаакиевский собор – единственный музей в Санкт-Петербурге находящийся на самоокупаемости! Годовой доход собора составляет около 800 млн. руб. в год, из которых около 200 млн. рублей тратиться на реставрационные работы. Отметим, что ежегодно, Исаакиевский собор перечисляет в городской бюджет в виде налогов около 80 млн. рублей.
Поэтому, вполне резонно, что основной довод противников передачи собора РПЦ – экономический. По словам представителей церкви, вход в собор будет бесплатным. Тогда возникает вопрос: каким образом церковь планируют содержать памятник архитектуры? Исаакиевский собор – это памятник, который постоянно нужно реставрировать – так считает бывший директор Музея «Исаакиевский собор» Николай Буров.
Нам остаётся подвести невесёлый итог: если собор будет передан церкви, то содержать его придётся нам с вами.
Что ожидает Музей «Исаакиевский собор»?
Еще в начале «захвата» Исаакия, Михаил Пиотровский (директор Эрмитажа) высказал опасение, что РПЦ почему-то молчит о судьбе музея, обещая лишь сохранить в соборе функции туристического объекта. Тем временем, в Исаакиевском соборе уже начались «церковные» перемены. По приказу нового руководства, после ухода со своего поста «по собственному желанию» директора Исаакиевского собора Николая Бурова, в соборе был заменён стенд истории строительства на биографии священнослужителей. Началось планомерное выдворение музейных фондов с территории собора.
Что будет дальше? Выделят ли музейным экспонатам еще одно непригодное к работе здание, как в ситуации со Смольным и Сампсониевским соборами?
Отметим, что часть музейной коллекции, которая долго восстанавливалась и бережно хранилась, останется в соборе – она часть ансамбля. Но мы ее уже увидим. Например, витраж 1842 года «Воскресший Христос», который находится за Царскими воротами. Пока собор работает в качестве музея эти ворота открыты, но если он станет действующим храмом, то доступ туда будет только у священников. А в подвалах Исаакия, где жили работники музея во время Великой Отечественной войны, находится блокадная экспозиция. Без здания собора она потеряет свою историю.
Несколько слов о том как «процветают» музеи под властью РПЦ. За примерами далеко ходить не надо – Новодевичий монастырь в Москве. Монастырь является памятником историко-культурного наследия и находится под охраной ЮНЕСКО. К чему привела передача Новодевичьего монастыря? На территории монастыря было снесено древнее кладбище XVI-XVIII веков. На его месте были построены гаражи. На захоронениях XIX века, с героями войны 1812 года, были установлены кассы и проложены дорожки. А лучшие в Москве реставрационные мастерские были изгнаны.
Что ждёт Исаакий – покажет только время. А мы следим за развитием ситуации.
Храм или музей? Ответы на главные вопросы о передаче Исаакия церкви
МОСКВА, 18 янв — РИА Новости, Виктория Сальникова. Законодательное собрание Петербурга попросило министра культуры РФ Владимира Мединского передать Исаакиевский собор РПЦ в кратчайшие сроки. Депутаты обратились с этой просьбой, несмотря на общественный резонанс и протесты музейного сообщества. РИА Новости отвечает на самые популярные вопросы об истории, которая привела к противостоянию светского и религиозного обществ.
Противники решения считают, что передача памятника РПЦ нанесет ущерб культуре и научной деятельности музея. На сайте Санкт-Петербургского союза ученых опубликовано открытое письмо, в котором говорится, что передача собора РПЦ противоречит Конституции, провозгласившей Россию светским государством, а также «порождает ненужный раскол в обществе». Союз ученых также считает, что были нарушены права жителей Петербурга, чье мнение не было учтено при принятии решения.
После передачи собора РПЦ обязательства по финансированию частично лягут на государство. По словам вице-губернатора Петербурга Михаила Мокрецова, город будет оплачивать сложные реставрационные работы, а расходы на текущее содержание возьмет на себя церковь, сообщают «Ведомости».
Союз музеев России опубликовал на своем сайте доклад, в котором привел данные о том, что собор никогда не принадлежал церкви. Во времена Российской империи она настаивала на передаче Исаакия в свое полное владение, но получила отказ. Основанием для него послужила необходимость сложных технических и художественных работ, следовательно – и большого финансирования. Здание тогда осталось в ведомстве Министерства внутренних дел. В музей собор был превращен в 1928 году, а с 1990 года в нем были восстановлены богослужения, которые сейчас проводятся ежедневно в части храма.
Положительное решение 2017 года председатель отдела по взаимоотношениям церкви и общества Санкт-Петербургской епархии протоиерей Александр Пелин назвал исторической справедливостью, добавив, что это является данью памяти жителям города, которые отдали свои жизни в годы кровавых репрессий.
Почему власти передумали передавать РПЦ Исаакиевский собор
Исаакиевский собор в Санкт-Петербурге не будут передавать Русской православной церкви (РПЦ) — во многом потому, что недовольство этими планами выражали сами петербуржцы. Об этом сообщили РБК источник в правительстве и собеседник, близкий к Минкультуры.
«Во-первых, чтобы церковь там нормально функционировала [могла проводить службы], никакая передача не нужна. Во-вторых, все стороны пришли к пониманию, что передача Исаакия не первостепенный вопрос», — сообщил источник, близкий к Минкультуры.
Ранее свое отношение к возможной передаче Исаакиевского собора РПЦ высказал временно исполняющий обязанности губернатора Санкт-Петербурга Александр Беглов. Он объяснил телеканалу «78», что этот вопрос должен решаться в рамках закона, но с учетом мнения горожан.
«Собор остался в ведении города, он остается и работает. Сегодня есть договоренности между городом, музеем, Русской православной церковью о том, чтобы в соборе проходили богослужения. Там нет сегодня каких-то противоречий: церковь не мешает музею, музей не мешает церкви», — отметил Беглов.
Он также обратил внимание, что некоторые депутаты настойчиво пытаются встретиться с ним по этому вопросу, но организовать встречу не удавалось, поэтому они обратились к прокурору. «Но эти депутаты не вышли с инициативой отменить федеральный закон [о передаче имущества религиозным организациям]. Свои права защищают, а права других нет, переводят [ситуацию] в политическую плоскость», – заметил он.
Около двух лет назад губернатор Петербурга Георгий Полтавченко принял решение на 49 лет передать Исаакиевский собор РПЦ в безвозмездное пользование. Об этом администрация Санкт-Петербурга сообщила 10 января 2017 года. При этом распоряжение комитета имущественных отношений о подготовке к передаче Исаакиевского собора РПЦ было датировано 30 декабря 2016 года.
Президент в ответ на это напомнил, что Россия — светское государство и таковым должно оставаться. Он уточнил, что по закону все религиозные здания должны передаваться религиозным организациям, но с Исаакиевским собором ситуация осложняется тем, что он находится под охраной ЮНЕСКО: как памятник архитектуры он не может быть передан в другие руки.
Министр культуры РФ Владимир Мединский объяснял в интервью программе «Действующие лица» на телеканале «Россия 1», что Исаакиевский собор может быть передан РПЦ, если она возьмет на себя содержание, обслуживание и реставрацию храма.
«Мне кажется, было бы разумно в целом передать это церкви, если есть приход, если есть служба, если Церковь готова взять этот храм на обслуживание, содержание, восстановление. Тем более, таких разрушенных храмов по стране у нас тысячи и тысячи», — отметил министр культуры, назвав этот вопрос очень «тонким и деликатным».
Но, если политики относятся к передаче собора РПЦ в целом снисходительно, то большинство петербуржцев были настроены категорически против такой идеи. Информация о том, что Исаакий передадут в ведение Церкви, вызвала возмущение горожан. 18 марта 2017 года в этой связи в Санкт-Петербурге прошел митинг, на который пришли более трех тысяч человек. Согласованную протестную акцию на Марсовом поле организаторы назвали «Маршем в защиту Петербурга».
Предполагалось, что на Марсово поле придут около 200 человек, но оказалось, что горожан, несогласных с передачей памятника архитектуры, намного больше.
«Губернатору Полтавченко нет прощения!», «Руки прочь от культуры», «РПЦ, забери у нас лучше Полтавченко» — было написано на плакатах участников митинга.
Акция была посвящена не только передаче Исаакиевского собора РПЦ, но и застройке Пулковской обсерватории и объединения библиотек. Протесты поддержали режиссеры Юрий Мамин, Александр Сокуров, актеры Иван Краско и Ирина Мазуркевич.
В итоге 30 декабря прошлого года срок распоряжения о передаче Исаакия РПЦ истек, а новой заявки от Церкви на передачу храма не поступало, сообщила пресс-служба комитета имущественных отношений Санкт-Петербурга.
Музей или храм?
К вопросу о передаче Исаакиевского собора Русской Православной Церкви
В последнее время вновь разгораются страсти по поводу передачи Исаакиевского собора Русской Православной Церкви, хотя, казалось бы, недавнее интервью губернатора Санкт-Петербурга Г.С. Полтавченко, в котором он выразил намерение передать храм, поставило точку в этом споре. Однако нет: то здесь, то там проповедуют ополчение против передачи собора Церкви, собираются устраивать всенародный референдум по этому поводу. Чего стоят такие газетные заголовки: «В 2017 году город потеряет Исаакиевский собор!» Как это представляет себе автор? Верующие вынесут на своих плечах гранитные колонны, обдерут позолоту с куполов и растащат по камешку все остальное? Позвольте не поверить, особенно если посмотреть на Казанский или Троицкий Измайловский соборы: они не только стоят на месте, но даже и весьма благоукрасились после их передачи Церкви. Петербург в недавнем прошлом терял храмы по совершенно иной причине. Или православные христиане уже не являются жителями Санкт-Петербурга и лишены своих гражданских прав?
На наш взгляд спорить здесь не о чем. И тем более – нагнетать страсти.
Возьмем правовой аспект вопроса. Существует Федеральный закон РФ № 327-ФЗ «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности», определяющий «порядок безвозмездной передачи в собственность или безвозмездное пользование религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в федеральной собственности, собственности субъектов Российской Федерации или муниципальной собственности», принятый Государственной Думой 19 ноября 2010 года, одобренный Советом Федерации 24 ноября 2010 года, подписанный президентом РФ Д. А. Медведевым 30 ноября 2010 года. Буква этого закона недвусмысленна: следует передавать «недвижимое имущество… построенное для осуществления и (или) обеспечения таких видов деятельности религиозных организаций, как совершение богослужений, других религиозных обрядов и церемоний, проведение молитвенных и религиозных собраний, обучение религии, профессиональное религиозное образование, монашеская жизнедеятельность, религиозное почитание (паломничество), в том числе здания для временного проживания паломников, а также движимое имущество религиозного назначения». Исаакиевский собор целиком и полностью подпадает под это определение, и в законе нет списка объектов, не подлежащих передаче Русской Православной Церкви в силу их особенного культурного значения. Так что по букве закона Исаакиевский собор должен быть передан Санкт-Петербургской митрополии Русской Православной Церкви.
Противники передачи Исаакия Церкви подают пример правового нигилизма, апеллируя не к закону, а к предрассудкам толпы
Странно, что с этим законом борются правдолюбивые законники, которые пытаются явить себя блюстителями законностями и борцами за правовое государство и гражданское общество. К сожалению, они сражаются за законность очень избирательно, а в случае с передачей Исаакиевского собора подают дурной пример правового нигилизма, апеллируя не к закону, а к предрассудкам и инстинктам толпы, не к основанной на праве демократии, а к произволу и охлократии. «Dura lex, sed lex» – «Закон суров, но это закон»; «Pacta sunt servanda» – «Соглашения (или законы) надлежит исполнять» – говорят римские пословицы. Почему же законы надо исполнять только по отношению к неверующим, а по отношению к верующим можно придерживаться беззакония, как в памятные коммунистические времена? Они предлагают референдум по поводу передачи собора, хотя есть недвусмысленный текст закона и существуют определенные правила гражданского общества. Может быть, пойдем далее и будем устраивать референдумы по поводу того, ходить ли нам на работу или можно ли переходить улицу на красный свет? В истории России ровно 100 лет назад уже был один год, когда страна жила не законами, а референдумами. Например, солдаты на фронте решали, идти ли им в наступление или нет и вообще находиться на передовой или нет. К чему это привело – понятно: «И Ленин такой молодой, и юный Октябрь впереди». Не хочется думать, что противники передачи Исаакиевского собора добиваются этого, прежде всего – на свою же голову.
Ни император Николай I, ни Огюст Монферран не мыслили Исаакиевский собор как музей
К сожалению, встречаются спекуляции по поводу того, что Исаакиевский собор до революции был-де государственной собственностью и не принадлежал религиозной организации под названием Русская Православная Церковь. Во-первых, для данного закона это безразлично: он рассматривает не характер собственности, а характер изначального назначения. А для Исаакиевского собора изначальное религиозное назначение очевидно: ни император Николай I, ни Огюст Монферран не мыслили его как музей. Они в гробу бы перевернулись от подобного предназначения.
Во-вторых, до революции у нас Греко-Российская Церковь Православного исповедания вся была государственной и император считался главным и верховным защитником Церкви, и если исходить из такой кривой логики, то из захваченных после революции храмов, в изрядном числе превращенных в склады и овощехранилища, нельзя передавать ни один. Государственная собственность ведь. Любители таких демагогических рассуждений не хотят принимать во внимание, что государство было православным и строители Исаакиевского собора были верующими православными христианами. Как гласит принцип римского права, «воля завещателей должна уважаться». Исаакиевский собор завещан нам нашими верующими предками. И их волю мы должны уважать, признавая и восстанавливая изначальное религиозное назначение собора.
Однако противники передачи Исаакиевского собора апеллируют к аргументу доступности культурных ценностей, утверждая, что будто бы собор тогда будет доступен только православным верующим и в него не будут пускать иноверцев и атеистов. Вот уже 25 лет, как Казанский собор из музея стал храмом и с Невского проспекта в него может зайти любой желающий, не платя, кстати, за вход ни копейки. Приходят и католики, и протестанты, и мусульмане, и любопытствующие неверующие – насколько помню, ни одного посетителя не то что не экзаменовали на знание Символа веры, но и о вере не спрашивали: пожалуйста, приходите, смотрите, приобщайтесь. То же справедливо и для других храмов Санкт-Петербурга. Мне неизвестен ни один случай, когда человека не пустили в какую-либо церковь из-за его веры.
А теперь рассмотрим проблему доступности культурных ценностей с другой стороны. Как известно, в православные храмы вход бесплатный: ни в одном из них не продаются билеты за право входа. Ознакомимся с прейскурантом прежнего Музея Четырех соборов. Цена полного билета в Исаакиевский собор – 250 рублей. В храм Спаса на Крови – столько же. В Смольный собор до его передачи стоимость билета составляла 150 рублей, а там, собственно говоря, и смотреть было почти нечего, поскольку все внутреннее убранство, включая уникальную хрустальную балюстраду, было разграблено и уничтожено после 1922 года. Теперь прикинем наиболее распространенные зарплаты по России и по Санкт-Петербургу. Так кто же обеспечивает подлинный доступ к культурным ценностям – государство или Церковь?
В связи с этой проблемой вспоминается Толгская икона Божией Матери, которую практически не видели посетители Русского музея, поскольку она хранилась в запасниках и была недоступна для народа, но которой поклонилось более 30 000 человек после ее передачи Церкви в 2011 году.
Другая проблема – сохранность культурных ценностей. Противники передачи собора пугают нас, что Церковь не сохранит отданные ей культурные ценности в силу отсутствия специалистов, невежества и небрежения к ним клириков. Однако «чем кумушек считать трудиться, не лучше ль на себя, кума, оборотиться?» Общая ревизия по стране показала пропажу 83 000 музейных экспонатов. Так что защитникам музейных ценностей лучше начать с себя. Тем более что, несмотря на большую восстановительную работу, целый ряд храмов Санкт-Петербурга и особенно Ленинградской области до сих пор несет на себе следы трогательной заботы государства и музейных работников об их сохранении. Как, например, храм XVIII века святителя Николая Чудотворца в Русско-Высоцком, который закрыли, разграбили, а потом и предоставили ярости стихий, сняв купола в 1980 году перед Олимпиадой, чтобы не светился храм чрезмерно перед иностранными туристами. В результате сейчас вместо храма – живописные руины, в которых уже успело приютиться кладбище.
А другие уже и не несут следы заботы, как, например, церковь Спаса на Сенной, взорванная в 1962 году, храм Спаса на Водах, взорванный в 1938 году, Знаменская церковь, разрушенная в 1940-м, греческая церковь – храм Димитрия Солунского на Лиговском проспекте (уничтожена в 1962 г.) и т.д. Перечислять можно сотнями. Оставшиеся храмы по большей части были разграблены и лишены своих убранств, полностью или частично. Как Смольный собор, например. Или Казанский собор, лишившийся своего уникального серебряного иконостаса – памятника войны 1812 года, поскольку он был создан из серебра, отбитого казаками у французов.
Убранство собора было расхищено: в 1922 году – во время кампании по изъятию церковных ценностей, в 1929-м – после его закрытия
И Исаакиевский собор – не исключение. Значительная часть его убранства была расхищена в 1922 году – во время кампании по изъятию церковных ценностей – и в 1929 году, после закрытия. Моя покойная бабушка Тамара Васильевна Баканова в молодости, проходя в 1928 году мимо Исаакиевского собора, видела страшную картину: из собора выбрасывали иконы, книги, полотенца, облачения и складывали в кучи. Она потянулась было к одной из них, чтобы взять икону и полотенце, и получила прикладом по рукам. А потом все это подожгли…
Представляю, как возмутились бы свободолюбивая пресса и общественность, если бы священники и верующие вломились, например, в Академию Наук или в Законодательное Собрание, повыбрасывали бы оттуда книги, папки с делами и столы и поставили аналои и иконы. Но почему можно поступать наоборот – прийти в Божий храм, повыкидывать оттуда иконы, поставить маятник Фуко и устроить музей – вначале антирелигиозный, а потом архитектурный? И почему некоторых любителей свободы и права вовсе не коробит подобное ненормальное, абсурдное и беззаконное положение вещей, и более того – они стремятся сей абсурд увековечить?
На одном из фронтонов Исаакиевского собора написано: «Дом Мой дом молитвы наречется». Эта цитата из Евангелия от Матфея (21: 13) значит для нас, прежде всего, следующее: храм должен быть именно храмом, не музеем, не местом для развлечений. Для нас это путь к очевидности, к исцелению от подмен и заблуждений прошлого.
Вспоминаются строки Анны Андреевны Ахматовой, написанные в страшные годы ежовщины:
Если мы хотим обезопасить себя от репрессий и беззаконий прошлого, то необходимо восстановить историческую справедливость – вернуть Церкви то, что некогда было беззаконно у нее похищено и отторгнуто, – и прежде всего храмы.
И добавим. Евангельская цитата на фронтоне Исаакиевского собора восходит к пророчеству Исаии, в котором говорится: «Дом Мой дом молитвы наречется для всех народов» (Ис. 56: 7). Исаакиевский собор действительно принадлежит всему человечеству, но это всечеловеческое призвание он может осуществлять только в христианском, только в православном контексте, в котором он и был построен, ибо он создан в конечном счете для Богочеловека и Всечеловека – Христа. При недолжном использовании он становится, по скорбному выражению Евангелия, «вертепом разбойников», каковым он в особенности был в 1930-е годы в качестве антирелигиозного музея.
Исаакиевский собор не только архитектурная доминанта, это еще – и прежде всего – доминанта духовная
Храм должен исполнять свою сакральную функцию – быть местом молитвы, примирения Бога с человеком и человека с человеком, местом собирания народа Божия и народов России, и шире – всего человечества. Исаакиевский собор не только архитектурная доминанта, это еще и доминанта духовная, определявшая некогда и отчасти определяющая и ныне духовное измерение государства Российского, а может быть, и судьбы мира. По выражению замечательного русского писателя Серафима Ильича Четверухина, без молитвы, без богослужения храм – труп. Набальзамированный, но бездыханный. Душа храма – молитва. На наших глазах погибало немало храмов даже не от злобы, а от равнодушия, оттого, что в них не молились и за ними не присматривали. Если мы хотим, чтобы Исаакий зажил полной жизнью, то его необходимо передать Церкви.
И последнее. Некоторые из тех, кто ратует за музейный статус Исаакиевского собора, и не скрывают, что их цель – не сбережение культурных ценностей, а борьба с христианством и с Русской Православной Церковью. Этих геростратов можно только пожалеть, потому что ничего, кроме борьбы, пафоса дискредитации и уничтожения, у них за душой нет. Был бы кому-нибудь известен Губельман-Ярославский, если бы он не был главой Союза воинствующих безбожников? Кстати, он умер с горя после роспуска Союза: жизнь потеряла для него смысл. Этим людям нужны великие потрясения. А нам нужна Великая Россия. С величественным ХРАМОМ – Исаакиевским собором.