замена птр удо судебная практика
Выход по УДО и экстремизм: Пленум ВС переписал свои «уголовные» постановления
Если осужденный или его адвокат обратятся в суд с ходатайством о смягчении оставшейся части наказания раньше срока, прописанного в ч. 3 ст. 79 Уголовного кодекса, ходатайство им должны вернуть. В этой статье указано, сколько должен отбыть заключенный, прежде чем подавать прошение. Сроки разные в зависимости от тяжести преступления.
Это же правило применимо и для случаев, когда наказание один раз уже смягчили, но заключенный нарушил, например, правила УДО. Если такое обращение поступило в суд меньше чем через год (ч. 12 ст. 175 УИК), суд его вернет.
Один из пунктов обновленного постановления может помочь выйти на свободу тяжелобольным заключенным.
ВС подчеркивает: отрицательная характеристика сотрудников колонии, отсутствие поощрений за время заключения, отсутствие постоянного места жительства и «социальных связей» не должны мешать освобождению заключенного по причине болезни. Как и тот факт, что заключенный отбыл лишь незначительную часть назначенного наказания.
При решении вопроса об отсрочке наказания, на которую имеют право, например, родители несовершеннолетних детей, суд должен учитывать характеристику и другие данные о личности подсудимого, условия его жизни и положение его семьи. Следует также выяснить, есть ли у него жилье и необходимые условия для проживания с ребенком.
«При этом суд должен располагать документом о наличии ребенка либо медицинским заключением о беременности женщины, а также иными документами, необходимыми для разрешения вопроса по существу», — подчеркивает Пленум.
Также Пленум в четвертый раз вносит поправки в постановление 2011 года «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних». Большинство изменений носит технический характер, но есть и заслуживающие внимания новые формулировки.
Пункт постановления о возможности заключения несовершеннолетнего под стражу, то есть в СИЗО, дополнили новым абзацем. Согласно обновленной позиции Верховного суда, разрешается арестовать такого подозреваемого в совершении преступления средней тяжести. Предыдущая версия постановления такого указания не содержала.
Это допустимо в случаях, если такая мера пресечения «единственно возможная в конкретных условиях с учетом обстоятельств инкриминируемого деяния». При этом должны учитываться и данные о личности предполагаемого преступника.
Пленум делает поправку: отправить в СИЗО еще не достигшего 16-летнего возраста подозреваемого можно только в случае, если он совершил преступление средней тяжести не впервые.
Иногда осужденный достигает 18-летия в процессе обжалования приговора. Предыдущая версия постановления Пленума предусматривала, что в таком случае законные представители могут принимать участие в заседаниях как апелляционной, так и кассационной инстанции. Теперь упоминание кассации из документа убрали.
В пункте о возможном примирении сторон ВС дал судам новое указание. По делам о преступлениях небольшой или средней тяжести, совершенных несовершеннолетним впервые, суд должен выяснять у потерпевшего, заглажен ли причиненный вред и не желает ли он примириться с подсудимым. Всем участникам процесса нужно также разъяснить порядок прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон.
В некоторых случаях следователь или прокурор могут ходатайствовать перед судом о прекращении уголовного дела в отношении несовершеннолетнего.
При рассмотрении ходатайства судья должен убедиться, что выдвинутое в отношении несовершеннолетнего подозрение или обвинение обоснованно и подтверждается доказательствами. А в материалах дела должны содержаться «достаточные данные», подтверждающие возмещение ущерба или заглаживание другим образом причиненного преступлением вреда.
ВС подчеркивает: судебный штраф, назначенный несовершеннолетнему, могут заплатить его родители или опекуны, но на это нужно их согласие.
Пленум напоминает судам, что наказание несовершеннолетним по делам небольшой и средней тяжести можно заменить «принудительными мерами воспитательного воздействия». Суд может принять такое решение как на стадии подготовки к судебному заседанию по результатам предварительного слушания, так и после основного разбирательства.
В новой редакции постановления Пленум обратил внимание на экстремистские публикации в интернете.
Раньше документ указывал только на изображения, аудио- и видеофайлы, содержащие «признаки возбуждения вражды и ненависти». Все эти форматы материалов остались и в новой версии разъяснений, но теперь появилось указание и на «текст». А «вражда и ненависть» уступила место «призывам к осуществлению экстремистской деятельности или действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации».
Это изменение появилось в связи с тем, что многие пункты постановления применимы теперь не только к преступлениям по ст. 282 УК, но и к ст. 280 и 280.1 УК. Поэтому такие поправки были внесены во все пункты документа, где упоминается «вражда и ненависть».
Пленум ВС подчеркивает: привлечь к уголовной ответственности за призывы к нарушению территориальной целостности РФ можно только в случае, если это деяние оказалось повторным: должно пройти меньше года после того, как человека привлекли к административной ответственности (ст. 20.30.2 КоАП).
Годичный срок после административной ответственности, необходимый для привлечения к уголовной, нужно проверять. Судам следует уточнять, вступило ли постановление о привлечении к ответственности по КоАП на момент совершения повторного нарушения, исполнено ли оно и не пересматривалось ли.
В случае если, например, год уже прошел, уголовное дело нужно вернуть прокурору. Аналогично суды должны поступать даже тогда, когда обвиняемый пошел на сделку со следствием и признал свою вину.
Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства, сопряженное с истязанием, должно квалифицироваться по двум составам УК — по ст. 282 и по п. «з» ч. 2 ст. 117.
Руководитель экстремистского сообщества или организации, который вовлекал других людей в деятельность формирования, должен нести ответственность только по статье об организации такого сообщества — по ч. 1 ст. 282.1 (или 282.2 УК).
Иных лиц, которые привлекали других людей, осудят по совокупности ч. 2 ст. 282.1 (или 282.2 УК) и ч. 1.1 этих статей. То есть одновременно за участие и «вербовку».
Пленум подчеркивает: если религиозную или общественную организацию в судебном порядке признали экстремистской, индивидуальные ее участники могут реализовывать свои права «на свободу совести и свободу вероисповедания», но только если они не пытаются продолжить или возобновить деятельность запрещенной экстремистской организации.
УДО при замене лишения свободы принудительными работами
Комментарий юриста «Руси сидящей»
В фонд «Русь сидящая» всё чаще приходят вопросы об условно-досрочном освобождении (УДО) при замене наказания в виде лишения свободы на более мягкое – принудительные работы. Вопросов, по сути, два:
Первый вопрос связан с наметившейся тенденцией судов отказывать в условно-досрочном освобождении заключённых от отбывания наказания на основании того, что при замене наказания сроки для УДО якобы начинают течь заново, а потому время для УДО ещё не подошло.
Из этого как раз и вытекает второй вопрос – ведь такой подход фактически означает, что при продолжении отбывания наказания в виде лишения свободы человек мог бы рассчитывать на УДО раньше. К тому же во многих исправительных центрах, по свидетельствам заключённых, условия содержания и режим гораздо хуже, чем в исправительных колониях.
Ниже мы рассмотрим оба вопроса последовательно.
Вопрос об исчислении сроков УДО вплоть до недавнего времени решался в судебной практике неоднозначно.
Как известно, часть 2 статьи 80 УК Российской Федерации предусматривает возможность замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания после фактического отбытия осуждённым к лишению свободы различных частей назначенного срока в зависимости от категории преступления. Например, для замены лишения свободы принудительными работами потребуется отбыть не менее одной четвертой срока наказания при совершении преступления небольшой или средней тяжести; не менее одной трети срока наказания при совершении тяжкого преступления и т.д.
При этом возникновение права на УДО также связано с отбытием определённой части наказания в зависимости от категории и вида преступления. Так, часть 3 статьи 79 УК Российской Федерации устанавливает, что УДО может быть применено после фактического отбытия осуждённым, например, не менее одной трети срока наказания, назначенного за преступление небольшой или средней тяжести; не менее половины срока наказания, назначенного за тяжкое преступление и т.д.
Таким образом, становится очевидным, что сроки для УДО и для замены наказания более мягким видом отличаются – для замены наказания они «подходят» раньше.
Однако часть 3 статьи 79 УК Российской Федерации находила разное понимание в судебной практике. С одной стороны, часть судов исходила из того, что право на УДО возникает после фактического отбытия определённой законом части всего срока наказания, назначенного приговором суда, а не нового наказания (определение Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 5 марта 2020 года № 77-122/2020, определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 4 февраля 2020 года по делу № 77-170/2019). С другой стороны, часть судов считала, что при замене наказания на более мягкое сроки для УДО «обнуляются» и начинают течь заново, т.е. те самые доли срока, закреплённые в части 2 статьи 80 УК Российской Федерации, отсчитываются уже от оставшегося срока нового наказания (Определение Первого кассационного суда общей юрисдикции от 26 марта 2020 года № 77-288/2020).
Верховный Суд Российской Федерации недавно поставил точку в этом вопросе. Так, в Определении Судебной коллегии по уголовным делам от 16 июля 2020 года по делу № 78-УДП20-6-К3 (отсутствует в открытом доступе) разъясняется, что срок для обращения с ходатайством об УДО исчисляется с момента замены наказания на более мягкое, а не с момента начала отбывания наказания, назначенного приговором суда. Это определение принято по представлению заместителя Генерального прокурора и фактически является отступлением от ранее высказанной Верховным Судом позиции по этому же самому делу.
Верховный Суд исходил, в первую очередь, из позиции Конституционного Суда, который, в свою очередь, отметил в одном из своих определений по статье 79 УК РФ, что «освобождение положительно характеризуемого осужденного от дальнейшего отбывания наказания путем замены его оставшейся части более мягким видом наказания аннулирует неотбытую часть прежнего наказания; с принятием постановления о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания отбывание назначенного по приговору наказания прекращается, а исполнению подлежит избранное в порядке замены наказание» (Определение от 19 декабря 2019 года № 3357-О).
Фонд «Русь сидящая» обеспокоен таким подходом и считает, что существует возможность повторного обращения в Конституционный Суд с требованием признать часть 3 статьи 79 УК Российской Федерации не соответствующей Конституции, её статьям 22 (часть 1) и 50 (часть 3) во взаимосвязи со статьями 19 (часть 1) и 55 (часть 3). В практике Конституционного Суда ранее имели место случаи, когда после поступления надлежащим образом аргументированной жалобы и при наличии «критической массы» дел Конституционный Суд возвращался к оценке норм того или иного закона. В пользу обращения в Конституционный Суд говорит также и то обстоятельство, что упомянутое выше решение Верховного Суда по делу № 78-УДП20-6-К3 принято с особым мнением одного из судей. Это ярко свидетельствует о наличии неопределённости в толковании статьи 79 УК Российской Федерации и возможности возобновления дискуссии уже в Конституционном Суде.
В связи с этим мы готовы проконсультировать по подготовке документов для обжалования отказа в УДО при замене наказания в виде лишения свободы на принудительные работы, и оказать юридическую поддержку вплоть до обращения в Конституционный Суд.
Поскольку в текущий момент ситуация складывается именно таким образом, мы можем порекомендовать всем заинтересованным лицам учитывать обозначенные в настоящей статье неблагоприятные последствия до принятия решения о подаче ходатайства о замене наказания в виде лишения свободы на принудительные работы.
Что касается отмены уже принятого решения о замене назначенного по ходатайству осуждённого более мягкого наказания (принудительные работы) лишением свободы, закон не предусматривает такой возможности. Поэтому пока мы не видим перспектив судебного обжалования вынесенного решения с целью вернуться в исправительную колонию. Полагаем, что в данном случае многое зависит от того, удастся ли изменить взгляд Конституционного Суда на вопрос исчисления срока для обращения с ходатайством об УДО.
Минюст предлагает законодательно закрепить момент начала исчисления срока для УДО
Минюст опубликовал для общественного обсуждения пакет поправок в УК и УИК, направленных на уточнение применения УДО, а также срока, после которого возможна замена неотбытой части наказания принудительными работами и после которого возможен перевод из исправительной колонии строгого режима в колонию-поселение.
Относительно поправок в ст. 79 УК в пояснительной записке отмечается, что в 2018 г. внесены изменения в ст. 53.1 и 80 УК: были сокращены сроки фактически отбытого наказания, после которого возможна замена наказания в виде лишения свободы принудительными работами, по сравнению со сроками, необходимыми для замены лишения свободы иными более мягкими видами наказания или для применения условно-досрочного освобождения. Таким образом, отметили авторы, у осужденного в первую очередь возникает право на замену наказания в виде лишения свободы принудительными работами, а в дальнейшем – право на условно-досрочное освобождение. Между тем реализация данных норм на практике фактически ухудшает положение осужденных при исчислении судами сроков возникновения права на условно-досрочное освобождение после замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания.
В связи с этим поправками в ст. 79 УК предусматривается, что осужденному, неотбытая часть наказания которому заменена более мягким видом наказания, срок наказания, после фактического отбытия которого может быть применено УДО, исчисляется с момента начала срока отбывания наказания, назначенного по приговору суда.
Изменениями в ст. 80 УК предусматривается корректировка сроков, после фактического отбытия которых для осужденных к лишению свободы за совершение особо тяжких преступлений возможна замена неотбытой части наказания принудительными работами.
Поправками в ст. 78 УИК предлагается сократить с двух третей до половины срок фактически отбытого наказания, после которого возможен перевод из исправительной колонии строгого режима в колонию-поселение.
Авторы отметили, что таким образом у осужденных за совершение особо тяжких преступлений будет возникать право на обращение в суд с ходатайством об изменении вида исправительного учреждения, а позднее наступать право на обращение в суд с ходатайством об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания либо ходатайством о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания. Поэтапная смена исправительного учреждения будет способствовать более успешной подготовке осужденных за совершение особо тяжких преступлений к возвращению в общество после освобождения из мест лишения свободы, посчитали они.
«Вместе с тем законопроектом предусмотрено исключение для осужденных за совершение особо тяжких преступлений против половой неприкосновенности несовершеннолетних, а равно связанных с незаконным оборотом наркотических средств и их прекурсоров, а также за преступления, связанные с террористической деятельностью или организацией преступного сообщества (преступной организации) или участием в нем (в ней), согласно которому изменение вида исправительного учреждения для них будет возможно по отбытии не менее двух третей срока наказания», – подчеркивается в пояснительной записке.
Для положительно характеризующихся осужденных, отбывших не менее одной четверти срока наказания, предлагается установить возможность перевода из исправительной колонии общего режима в колонию-поселение независимо от условий содержания, поскольку условия не учитываются при переводе из тюрьмы в исправительную колонию или из исправительной колонии особого режима в исправительную колонию строгого режима.
Адвокат АП Ленинградской области Виктор Ермолаев отметил, что предлагаемые Минюстом изменения в полной мере соответствуют процессуальной позиции защиты по делу Ильи Ерехинского, которую адвокат последовательно отстаивал во всех судебных инстанциях, включая ВС и КС РФ, и с которой на разных этапах обжалования и в особом мнении соглашались некоторые судьи ВС РФ и Третьего кассационного суда общей юрисдикции.
Юрист Благотворительного фонда помощи осужденным и их семьям (включен в реестр НКО, выполняющих функции иностранного агента. – Прим. ред.) Ольга Подоплелова отметила, что законопроект, запрещающий судам аннулировать срок для возможности обращения с ходатайством об УДО при переводе на принудительные работы, очень важен. «В заключении, направленном в ВС по делу Ильи Ерехинского, мы отмечали, что с точки зрения современных европейских подходов необходимо ставить вопрос об УДО в пределах срока отбывания наказания. Минюст, по сути дела, не соглашается с позицией, высказанной ВС по этому делу и поддержанной КС, и пытается привести законодательство в соответствие с европейскими стандартами. Отдельно важно подчеркнуть, что поправки должны по смыслу ст. 10 УК РФ распространяться не только на тех, кто переведется на принудительные работы после их вступления в силу, но и тех, кто уже воспользовался возможностью замены наказания. Мы надеемся, что практика будет развиваться в этом ключе», – отметила Ольга Подоплелова.
Советник ZKS Геннадий Есаков указал, что механизм «обнуления» срока, достаточного для применения УДО при предшествующей замене наказания более мягким видом наказания, давно вызывал вопросы, поэтому отказ от этого правила (которое, к слову, напрямую не следовало из закона, а было скорее продуктом судейского толкования) нельзя не приветствовать. Однако, отметил он, это лишь маленький фрагмент из общей картины применения УДО в последние годы.
«Не секрет, что его добиться осужденным (в том числе осужденным за совершение ненасильственных преступлений) в настоящее время достаточно тяжело. Ежегодно падает число ходатайств об УДО (в 2020 г. было подано 82 тыс. ходатайств), а из поступивших было удовлетворено менее половины (38 тыс.). Причин этого явления много, однако это ведет к тому, что УДО становится скорее исключением, тогда как в системе уголовных наказаний, направленных на исправление (как то зафиксировано в УК РФ), оно должно быть правилом, если считать систему исполнения уголовных наказаний эффективной. Иными словами, разве можно говорить об эффективности системы исполнения уголовных наказаний, если осужденные полностью отбывают срок назначенного им наказания? Где тогда гарантия того, что они исправились по истечении всего срока отбытого наказания? Поэтому система УДО сама по себе требует пристального анализа», – посчитал он.
По мнению Геннадия Есакова, смягчение условий для изменения осужденным вида исправительного учреждения тоже можно приветствовать. «Нельзя забывать о том, что российское законодательство в последние годы пополнилось целым рядом норм (новых или тех, в которых законодатель резко ужесточил санкции), которые не включают насильственные преступления, тем не менее включают особо тяжкие преступления (коррупционные статьи). И в этих случаях строгий режим отбывания наказания должен как можно быстрее облегчаться, поскольку ненасильственные преступления, как представляется, вообще не заслуживают строгого режима отбывания наказания», – резюмировал советник.
Адвокат АП Тульской области Сергей Сорокин посчитал, что особого внимания заслуживает внесение поправок о том, что исчисление срока для применения к осужденному условно-досрочного освобождения при замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания (в том числе принудительными работами) будет исчисляться из фактического отбытия срока наказания, назначенного осужденному по приговору суда. Таким образом, указал адвокат, суды не будут придавать закону расширенное толкование о начале исчисления срока, необходимого для реализации права осужденного на условно-досрочное освобождение при замене неотбытой части наказания принудительными работами.
Вместе с тем, отметил Сергей Сорокин, поправки в ст. 78 УИК и ст. 80 УК улучшат уже имеющиеся права для определенной категории осужденных. В связи с гуманизацией уголовного законодательства они являются ожидаемыми и будут действенными.
Адвокат АП Белгородской области Борис Золотухин отметил, что сегодня вставший на путь исправления осужденный за особо тяжкое преступление после отбытия двух третей наказания стоит перед выбором: ходатайствовать об изменении вида исправительного учреждения или об УДО. При этом в случае удовлетворения ходатайства по виду учреждения право ходатайства об УДО для него откладывается. «Законодатель оставляет возможность после отбытия двух третей срока просить об УДО и, что важно, предлагает исчислять этот срок от момента начала фактического отбывания наказания», – указал адвокат. Борис Золотухин полагает, что законопроект не встретит препятствий на своем пути; тем более он не требует финансовых затрат.
Пленум ВС актуализировал разъяснения по практике рассмотрения уголовных дел и вопросам УДО
28 октября Пленум Верховного Суда принял Постановление «О внесении изменений в некоторые постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам».
Так, в Постановление от 21 апреля 2009 г. № 8 «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания» внесены изменения, согласно которым судам следует применять правила, предусмотренные ч. 3.1 ст. 79 УК, при решении вопроса об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания или замене неотбытой части наказания более мягким видом, если лицо осуждено по совокупности преступлений различной категории тяжести либо по совокупности приговоров.
В п. 4 Постановления № 8 внесено указание на то, что согласно ч. 2 ст. 80 УК неотбытая часть наказания может быть заменена судом более мягким видом наказания, указанным в ст. 44 УК, которое в силу ч. 3 ст. 80 УК не может быть больше максимального срока или размера наказания, предусмотренного Уголовным кодексом для этого вида наказания. При этом, добавляет ВС, в соответствии с ч. 2 ст. 72 УК срок более мягкого вида наказания должен определяться с учетом положений ч. 1 ст. 71 УК. Например, в случае замены лишения свободы исправительными работами, если неотбытая часть наказания в виде лишения свободы составляет 6 месяцев, срок исправительных работ не должен превышать 1 год 6 месяцев.
Кроме того, ВС отметил, что, исходя из взаимосвязанных положений ч. 2 и 4 ст. 53.1, ч. 2 и 3 ст. 80 УК, в случае замены лишения свободы принудительными работами неотбытая часть наказания в виде лишения свободы, в том числе сроком более 5 лет, может быть заменена принудительными работами на тот же срок.
Постановление было дополнено п. 4.1, согласно которому по смыслу ст. 80 УК с момента вступления в законную силу постановления суда о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания отбывание назначенного по приговору наказания в виде содержания в дисциплинарной воинской части, принудительных работ или лишения свободы прекращается, а исполнению подлежит избранный в порядке замены более мягкий вид наказания. Возникающие в процессе исполнения данного наказания вопросы (в том числе предусмотренные ст. 79 и 80 УК) подлежат самостоятельному разрешению в порядке, установленном нормами гл. 47 УПК. С учетом этого, если осужденному в соответствии с ч. 2 ст. 80 УК неотбытая часть наказания в виде лишения свободы была заменена принудительными работами, в дальнейшем при наличии оснований, предусмотренных ч. 1 и 2 ст. 80 УК, неотбытая часть наказания в виде принудительных работ может быть заменена еще более мягким видом наказания.
В дополнении подчеркивается, что уголовный закон не содержит запрета и на УДО от отбывания принудительных работ, если они были избраны осужденному в соответствии со ст. 80 УК. В этом случае установленные в ст. 79 УК сроки, при фактическом отбытии которых возможно условно-досрочное освобождение от отбывания наказания, исчисляются со дня начала отбывания принудительных работ, избранных осужденному в соответствии со ст. 80 УК, а не наказания, назначенного по приговору суда.
Также внесены поправки в Постановление Пленума ВС от 1 февраля 2011 г. № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних». В п. 6 документа внесено указание, что в исключительных случаях заключение под стражу может быть избрано в отношении несовершеннолетнего, подозреваемого либо обвиняемого в совершении преступления средней тяжести (кроме несовершеннолетнего, не достигшего 16 лет, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести впервые).
Постановление дополнено п. 16.2, согласно которому в случае поступления в суд ходатайства следователя, дознавателя о прекращении уголовного дела или уголовного преследования в отношении несовершеннолетнего, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, и назначения ему меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа судья должен убедиться, что обвинение обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по делу, и в материалах содержатся достаточные данные, подтверждающие возмещение ущерба или заглаживание иным образом причиненного преступлением вреда, а также другие необходимые сведения, позволяющие суду принять итоговое решение о прекращении уголовного дела или уголовного преследования в соответствии с п. 1 ч. 5 ст. 446.2 УПК.
Кроме того, в Постановление Пленума ВС от 28 июня 2011 г. № 11 «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности» внесено изменение о том, что с учетом содержания диспозиций ст. 280, 280.1, 282 УК к данным, указывающим на признаки преступлений, относится не только сам факт размещения в Интернете или иной информационно-телекоммуникационной сети текста, изображения, аудио- или видеофайла, содержащего признаки призывов к осуществлению экстремистской деятельности или действий, направленных на нарушение территориальной целостности РФ, возбуждения вражды и ненависти, унижения достоинства человека либо группы лиц, но и иные сведения, указывающие на общественную опасность деяния, в том числе на направленность умысла, мотив совершения соответствующих действий.
Пункт 6.2 Постановления дополнен указанием на то, что ответственность по ст. 280.1 УК наступает при условии, если публичные призывы к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации, совершены лицом в течение одного года после привлечения его к административной ответственности за аналогичное деяние по ч. 1 или 2 ст. 20.32 КоАП.
Согласно корректировке п. 7, ответственность по ч. 1 ст. 282 УК наступает при условии, если действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение человеческого достоинства, совершены лицом в течение одного года после привлечения его к ответственности за аналогичное деяние по ст. 20.3.1 КоАП. В случае совершения данных действий с применением насилия или с угрозой его применения, а равно лицом с использованием своего служебного положения либо организованной группой ответственность по ч. 2 ст. 282 УК наступает независимо от того, привлекалось ли ранее виновное лицо к ответственности по ст. 20.3.1 КоАП.
Также Пленум ВС дополнил Постановление № 11 п. 8.2, согласно которому совершение лицом публичных призывов к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации, или совершение им действий, направленных на возбуждение ненависти либо вражды, а равно на унижение человеческого достоинства, после привлечения данного лица к административной ответственности за аналогичное деяние в течение одного года квалифицируется по ст. 280.1 или ч. 1 ст. 282 УК при условии, что на момент выполнения указанных действий виновный являлся лицом, подвергнутым административному наказанию за совершение соответствующего аналогичного деяния.
Кроме того, ВС указал, что вовлечение лица в деятельность экстремистского сообщества или экстремистской организации, совершенное организатором (руководителем) таких сообщества или организации, охватывается ч. 1 ст. 282.1 или ч. 1 ст. 282.2 УК и не требует дополнительной квалификации по ч. 1.1 ст. 282.1 или ч. 1.1 ст. 282.2 УК.
В ближайшее время эксперты «АГ» проанализируют внесенные Пленумом ВС изменения в его постановления и то, как они скажутся на практике.