запиши одним словом в именительном падеже единственного числа древнерусское название монастыря

Особенности употребления падежей в древнерусском языке

В современном русском языке значения падежей выражаются с помощью падежных окончаний; очень часто при этом используются и предлоги. Предлоги помогают точнее выражать падежные значения и более четко их дифференцировать, например: окно (может быть формой именительного или винительного падежа единственного числа) и в окно (винительный с обстоятельственным значением), мыши (может быть формой именительного, родительного, дательного, винительного и предложного падежей ед.ч. или именительного и винительного падежей мн. ч. существительного) и к мыши (дательный ед.ч. с объектно-обстоятельственным значением).

Но в древнерусском языке падежные формы с предлогами употреблялись значительно реже, чем сейчас. И наоборот, беспредложных форм там было гораздо больше, чем в современном русском.

Такая ситуация была характерна для всех славянских языков на раннем этапе истории. Однако в их дальнейшем развитии наметилась и проявилась иная тенденция: увеличение количества падежных форм с предлогами. И это не случайно: использование предлогов позволяет точнее выражать разнообразные значения.

Рассмотрим примеры древнерусских беспредложных конструкций, которые претерпели изменения в более позднее время.

Родительный падеж

Родительный беспредложный имел следующие основные значения:

Дательный падеж

В инительный падеж

Творительный падеж

Творительный беспредложный имел много значений. Основные из них:

Местный падеж

Без предлога употреблялся для обозначения места и времени, например: Михалко седе Володимири (сел во Владимире) (Новг. I лет.); томь же дни (в тот же день) створи миръ (Лавр. лет.). В настоящее время предложный падеж (прежний местный) употребляется только с предлогом.

Как мы видим в приведенных примерах, отсутствие предлогов в ряде случаев затрудняет понимание текста, и определить падеж существительного иногда можно только благодаря контексту. Увеличение количества падежных форм с предлогами — пример того, как совершенствовалась грамматика языка с течением времени.

О типах склонения древнерусских существительных и об их падежных окончаниях мы рассказывали здесь.

Самсонов Н. Г. Древнерусский язык. — М., 1973.

Розенталь Д. Э. и др. Современный русский язык. – М., 2017.

На фото: М. Антокольский «Нестор-летописец» (1890)

Источник

Читальный зал

Исследования и монографии

О словарях, «содержащих нормы современного русского литературного языка при его использовании в качестве государственного языка Российской Федерации»

Варианты русского литературного произношения

Динамика сюжетов в русской литературе XIX века

Художественный текст: Основы лингвистической теории и элементы анализа

К истокам Руси

О языке Древней Руси

Не говори шершавым языком

Доклад МИД России «Русский язык в мире» (2003 год)

Конкурсные публикации

Введение

Язык Древней Руси – это язык далекого прошлого. Но прошлое языка постоянно напоминает о себе.

Вот несколько отрывков из «Руслана и Людмилы» А. С. Пушкина:

Как видим, устаревшие элементы языка можно встретить даже в широко известном и всеми любимом произведении: это слова, отсутствующие в современном языке ( стогна – «площадь», подъемля – «поднимая») или малоупотребительные ( град, глас, уста ), слова, выступающие в иных значениях, нежели в современном языке ( восстать – в значении «подняться», прах – в значении «пыль»), наконец, устаревшие формы широко употребительных слов ( на колена вместо на колени ).

Чтобы правильно понять текст многих произведений (в том числе и входящих в постоянный круг нашего чтения), зачастую необходимо знать старые значения слов, употребляющихся сейчас в других значениях.

Приведем примеры из «Евгения Онегина»:

Увы! Любовник молодой,
Поэт, задумчивый мечтатель
Убит приятельской рукой.

Слово любовник употреблено Пушкиным в значении «влюбленный, горячо любящий», которое не свойственно этому слову в современном языке.

Зачем у вас я на примете?
Не потому ль, что в высшем свете
Теперь являться я должна;
Что я богата и знатна,
Что муж в сраженьях изувечен,
Что нас за то ласкает двор?
Не потому ль, что мой позор
Теперь бы всеми был замечен,
И мог бы в обществе принесть
Вам соблазнительную честь?

В этом монологе Татьяны слово соблазнительный означает «скандальный», т. е. речь идет о «чести» соблазнителя. В современном языке это прилагательное означает только «содержащий соблазн, заманчивый, привлекающий»: например, соблазнительное приглашение.

Но не только устаревшие слова, их значения и формы заставляют нас обращаться к прошлому языка.

История языка помогает узнать, как жили, мыслили наши предки, каковыми были их мировоззрение, их внутренний мир. Следы язычества можно найти, например, в таких словах, как чаровать, обаяние, кудесник и др. Глагол чаровати в древности означал «колдовать, ворожить», обаяние – «чародейство, волхвование», а кудесник – «колдун» (образовано от кудеса – «колдовство, чудеса»).

Старые названия часто сохраняют память о том, что находилось в названном месте, чем там занимались люди. Так, название улицы Кузнецкий Мост напоминает о слободе кузнецов, находившейся на реке Неглинной, через которую был перекинут мост; в начале XIX века река была заключена в трубу.

Многие устаревшие слова или формы слов, выйдя из употребления, оставили следы в языке в составе устойчивых сочетаний, имен собственных или производных слов.

Слово мытищи означало место, где собирали мыто – «пошлину за проезд и провоз багажа». Глагол ошеломить, по-видимому, был образован от слова шелом – «шлем» и означал либо «сильно ударить по голове, шлему» (по-древнерусски «по шелому»), либо «надеть шлем, опустить забрало и тем самым лишить себя слуха»; есть и другое мнение: глагол является производным от белор. шолам «шум».

В художественной литературе мы также встречаемся с устаревшими значениями слов, которые иногда сосуществуют с современными. Вот пример из пьесы А. Афиногенова «Машенька»:

Маша. Потом анкету надо заполнить. В графе родителей мне как писать? Кто моя мать?

Окаемов. Хм. Мещанка, наверное.

Маша. Что ты, дедушка, разве можно так про маму говорить? Мещанка – то которая сплетничает, склоки любит, жадная.

Окаемов. Нет, нет, я имею в виду социальное происхождение, а не нравственный облик.

Маша. Все равно нельзя. Я напишу – домашняя хозяйка, и все.

Можно было бы привести еще очень много примеров связи прошлого и настоящего в языке. За отдельными разрозненными примерами стоят более общие процессы, сыгравшие огромную роль в истории русского языка, – такие, как взаимодействие книжных и народно-разговорных элементов, изменения значений слов, смена одних грамматических форм другими и т. д. В этой небольшой книге будут кратко описаны важнейшие процессы развития языка, на котором говорили и писали на Руси в средние века (с XI по XVII в.). Мы стремимся познакомить читателя с основными разновидностями письменного и устного языка Древней Руси.

Цитаты из древних памятников даются в упрощенной орфографии. Из письменных знаков, отсутствующих в современном алфавите, сохраняются лишь буква («ять») и знак «титло», ставившийся над сокращенно написанным словом, например: вместо богословъ, вместо глаголати – «говорить». Буквы, стоящие в древнем памятнике над строкой, вносятся в строку и ставятся в скобки. Знаки препинания древней рукописи опускаются в том случае, если они затрудняют понимание текста. Если текст цитируется по изданию, в котором уже произведено упрощение орфографии рукописи, то сохраняется орфография издания.

Как же сформировались разновидности языка Древней Руси?

На восточнославянском языке говорили племена (поляне, древляне, дулебы, уличи, тиверцы, так называемые «белые хорваты», северяне, вятичи, радимичи, дреговичи, кривичи и словене ильменские), заселявшие территорию от Нижнего Поднепровья на юге до Ладожского озера на севере.

В IX в. в среднем течении Днепра, на территории, заселенной полянами, возникло феодальное государство – Киевская Русь, объединившее вокруг себя восточнославянские племена, которые составили древнерусскую народность. Кроме Киева – «матери русских городов» – еще в VIII-IX вв. возникли Смоленск, Псков, Изборск, Полоцк, Искоростень, Чернигов и др. Страной городов («Гардарикой») называли скандинавы Киевскую Русь. Молодое, но могущественное государство вступает в культурное общение с Византией, Болгарией, Венгрией, Чехией, Польшей. Изделия русских мастеров становятся известными далеко на Западе и на Востоке. Строятся красивые здания. Важнейшим культурным событием было появление письменности.

Какие-то элементы письма, очевидно, существовали у славян и ранее: черноризец (т.е. монах) Храбр – автор сказания «О письменах», написанного в конце IX в., сообщает о «чертах и резах» как о знаках какого-то письма. Но никаких следов этого письма не найдено. Очевидно, это были надрезы и черточки на дереве, имевшие значение чисел. Отдельные надписи так называемого кирилловского письма (т.е. того же письма, которым мы пользуемся и в настоящее время) относятся к Х в.

В X в. на Русь стали поступать из Болгарии церковные книги, написанные на старославянском языке.

Особенно усилился их приток после того, как Русь приняла христианство в 988 г. Это, естественно, способствовало все большему распространению письменности. Книги переписывались восточнославянскими писцами, которые таким образом усваивали особенности старославянского языка. Что же представлял собой этот язык?

Старославянский язык – то язык, на котором написаны первые письменные памятники славянства: переведенные с греческого языка во второй половине IX в. Евангелие, Апостол, Псалтырь и другие богослужебные книги. Перевод был осуществлен братьями-греками Константином (827-869 гг.) и Мефодием (ок. 815-885 гг.), жившими в Солуни (современные Салоники) и хорошо знавшими славянский язык местного населения. Константину (в монашестве Кириллу) принадлежит заслуга создания первой славянской азбуки. До Кирилла славяне, по-видимому, неупорядоченно употребляли для письма и счета буквы греческого алфавита.

Кириллица возникла позднее глаголицы, очевидно в первой половине Х в., и получила распространение в Болгарии, Сербии, в румынских княжествах и на Руси. Кириллический алфавит был создан на основе греческого устава (крупного почерка, характеризующегося тщательно выведенными буквами); при этом неупорядоченно использовавшееся славянами греческое письмо было усовершенствовано по образцу глаголицы, приспособлено к особенностям славянской речи.

Дальнейшая судьба славянских азбук была неодинакова. Начиная с XII в., глаголица почти во всем славянском мире выходит из употребления. Лишь в Болгарии и Хорватии она ограниченно использовалась до конца XVIII в. На Руси глаголица не играла существенной роли. Отдельные ее элементы можно встретить в памятниках, написанных кириллицей, а также в некоторых надписях. В более позднее время ее иногда употребляли в качестве тайного письма. Кириллицей же (в несколько упрощенном виде) мы пишем до сих пор.

О деятельности Кирилла и Мефодия нам известно главным образом из их биографий (житий), написанных их учениками, из документов, написанных на латинском языке разными лицами, жившими в Риме в то же время, что Кирилл и Мефодий, а также из сочинения «О письменах» черноризца Храбра. Последний так пишет о создании первой славянской азбуки: же посла имъ костянтина философа, нарицаемаго кирила мужа праведна и истинна, и створи и(м) писменъ. тридесятс и осмь, ова убо по чину грьчьскы(х) писменъ, ова (ж) по Се же су(т) писмена словеньская. сице и(х) подобае(т) писати и глашати. . . . даже до и о(т) сихъ су(т) четыри между десятьма. подбна грьчьскы(м) писмено(м). а четыре на десяте по словеньскому языку. [Потом же человеколюбец Бог. послал им (т.е. славянам) святого Константина философа, называемого Кириллом, мужа праведного и истинного. И он создал им азбуку, состоящую из тридцати восьми букв, часть – по образцу греческих букв, а часть – применительно к славянской речи. Вот славянские буквы. Их следует писать и произносить так: . . . и так до И из них 24 буквы подобны греческим буквам. а 14 созданы для славянского языка]».

В основу языка древнейших славянских переводов с греческого Кирилл и Мефодий положили хорошо известный им говор славянского населения Солуни – древнеболгарский (южнославянский) в своей основе. В процессе перевода этот говор подвергся известной обработке, нормализации, приспособлению к устоявшимся особенностям греческих текстов. Рукописи Кирилла и Мефодия не сохранились, и о старославянском языке мы можем судить на основании более поздних памятников (X и XI вв.).

Книги, написанные на старославянском языке, получили широкое распространение уже в конце IX в. Этому способствовала просветительская деятельность Константина и Мефодия в Великой Моравии 5 и Паннонии 6 (864-867 гг.). Затем братья отправились в Рим, где их принял папа Адриан II. В Риме Константин заболел и умер. Мефодий и многочисленные ученики братьев продолжили начатое им дело.

Распространяясь вместе с книгами по территории, занятой славянами (в Моравии, Чехии, Паннонии, у болгар, сербов и хорватов, у восточных славян), старославянский язык впитывал в себя особенности местных говоров. Так в XI-XII вв. образовались местные редакции (разновидности) старославянского языка. Совокупность этих редакций – русской, болгарской, македонской, сербской, хорватской глаголической, западнославянской (чешской) и румынской – носит название церковнославянского языка.

На протяжении всего средневекового периода церковнославянский язык был общим литературным языком славян восточного обряда (или православных славян).

На старославянский, а позднее на церковнославянский язык были переведены с греческого сочинения византийских церковных и светских писателей. В процессе перевода создавались средства передачи абстрактных понятий, вырабатывалась славянская политическая и религиозно-философская терминология.

Первыми письменными текстами, известными нашим предкам – восточным славянам, были, по всей вероятности, тексты, написанные на старославянском языке, и в этом огромное значение последнего в развитии русского языка и русской культуры.

Таким образом, уже в X-XI вв. на Руси существовал не только исконный по происхождению восточнославянский (древнерусский) язык, но и церковнославянский язык (старославянский в своей основе). О взаимодействии и взаимовлиянии этих языков свидетельствуют многие памятники письменности. Распределение восточнославянских и церковнославянских элементов в письменности было тесно связано с жанром произведения, а сами жанры в письменности Древней Руси выделялись на основе темы произведения, определялись его предназначенностью.

Церковнославянский язык распространялся на Руси прежде всего как язык церкви. Поэтому естественно, что на нем писалось все, что было связано с церковной тематикой, и прежде всего канонические книги Священного Писания (Евангелие, Апостол и Псалтырь; древнейшей из дошедших до нас книг, написанных на Руси, является «Остромирово евангелие» 1056-1057 гг.). Первый на Руси полный библейский свод всех книг Нового и Ветхого завета, написанных на церковнославянском языке, был составлен в конце XV в. Руководил этой работой новгородский архиепископ Геннадий (умер в 1505 г.), по имени которого свод был назван Геннадиевской Библией. Эта рукопись, объемом более 2000 страниц, послужила основой для первой печатной Библии, изданной в Остроге (город, известный с 1100 г., находящийся сейчас в Ровенской области) в 1581 г. Острожская Библия была переиздана в Москве в 1663 г. При императрице Елизавете Петровне в 1751 г. вышло новое исправленное издание Библии (Елизаветинская Библия), подготовка которого длилась несколько десятилетий. На русском языке книги Священного Писания стали появляться в XIX в.: в 1818 г. было опубликовано Евангелие, в 1822 г. – салтырь, а в 1876 г. – полная Библия – так называемый Синодальный перевод, одобренный Святейшим правительствующим Синодом. Этот перевод переиздается вплоть до настоящего времени по новой орфографии.

На церковнославянский язык переводились также сочинения греческих авторов. Профессиональные переводчики, несомненно, существовали на Руси уже в начале XI в. Об этом свидетельствует запись, помеченная в летописях 1037 г. Речь идет о сыне Владимира Святославича князе Ярославе Мудром: «Ярославъ. книгамъ прилежа и почитая е часто в нощи и въ и собра многы. и прекладаше о(т) Грекъ н(а) писмо. и списаша книгы многы [Ярослав. к книгам проявлял усердие и часто читал их ночью и днем. И собрал писцов множество, которые переводили с греческого на славянский язык. И написали они много книг»] («Повесть временных лет»).

К числу отцов церкви, сочинения которых были известны на Руси, относились: Григорий Назианзин (Григорий Богослов) (ок. 330 – ок. 390 гг.) – греческий поэт и прозаик, церковный деятель и мыслитель, епископ города Назианза (Малая Азия); Василий Великий (Василий Кесарийский) (ок. 330-379 гг.) – теолог, философ-платоник, епископ города Кесарии (Малая Азия); Иоанн Златоуст (ок. 350-407 гг.) – представитель греческого красноречия, епископ города Константинополя; Иоанн Дамаскин (ок. 675-753 гг.) – византийский богослов, философ и поэт, и др.

Помимо этих сочинений, с греческого языка переводились жития, церковные уставы, а также историко-повествовательная и географическая литература. В частности, в XI в. была переведена «Хроника Георгия Амартола» (т. е. Грешника) – византийского монаха, жившего в середине IX в. и изложившего в своем произведении события от «сотворения мира» до начала IX в., а также «История Иудейской войны» Иосифа Флавия – историка и военачальника (I в. н. э.), поселившегося в Риме после Иудейской войны (66-73 гг.).

В домонгольский период на Руси было сделано не менее тридцати переводов с греческого. В первых переводах, помимо русских переводчиков, по-видимому, принимали участие южные славяне (болгары). Об этом свидетельствуют данные языка.

Кроме переводов с греческого языка, в Древней Руси были известны переводы с латинского, еврейского, а также с чешского, польского и немецкого языков.

Однако в это время (XI-XII вв.) на Руси занимались не только переписыванием и переводом книг. Сохранились оригинальные произведения, написанные уже в XI в. древнерусскими писателями на церковнославянском языке. К числу таких произведений относятся, например, «Слово о законе и благодати» митрополита Илариона (середина XI в.) – панегирик, прославляющий «благодать» – символ христианства; «Житие Феодосия Печерского» (конец XI в.) – иография-прославление основателя Киево-Печерского монастыря Феодосия Печерского (умер в 1074 г.), «Чтение о Борисе и Глебе» (конец XI в.) и «Сказание о Борисе и Глебе» (начало XII в.) – рассказы о праведной жизни и мученической смерти младших сыновей киевского князя Владимира Святославича, убитых в 1015 г. в междоусобной борьбе их братом Святополком. И в дальнейшем – вплоть до XVII в. – церковнославянский язык господствовал во всей церковной письменности: в книгах Священного Писания, житиях святых, сводах церковных правил, проповедях, поучениях, посланиях церковных деятелей На церковнославянском языке писались и некоторые политические, исторические и научные сочинения.

Вторая часть посвящена русскому языку X-XVII вв. В ней мы сначала знакомим читателя с сохранившимися в письменных памятниках записями устной речи Древней Руси и с важнейшими изменениями, которые претерпела устная речь в средние века. Затем рассмотрен письменный русский язык X-XVII вв.

Письменность на древнерусском языке возникла уже вскоре после появления на Руси книг на старославянском языке. Язык летописей, язык многих художественно-повествовательных произведений, возникших на Руси, существенно отличается от церковнославянского языка обилием слов и форм, свойственных древнерусской народной речи. Вместе с тем в этих произведениях находим и элементы, заимствованные из церковно-книжных сочинений. Летопись и художественно-повествовательные произведения – это та сфера письменности, где народно-разговорные элементы взаимодействовали с церковно-книжными.

Кроме того, существовал еще один вид письменности на русском языке. Он подвергся минимальному влиянию церковнославянского языка. Это тексты юридического содержания – древнейший свод русских законов «Русская правда», а также грамоты – рукописные акты, юридически закрепляющие конкретные деловые соглашения.

При раскопках, проведенных в послевоенные годы в Новгороде, а позднее и в ряде других городов России, Белоруссии и Украины, был обнаружен новый вид письменности, неизвестный ранее науке, – грамоты, написанные на бересте. Это деловые записи, подсчеты, документы, а также письма. Они относятся к XI-XV вв. Язык этих памятников также почти полностью лишен книжно-славянского влияния.

Как видим, на Руси существовало литературное двуязычие: в качестве литературных функционировали как церковнославянский, так и русский язык, представленный в оригинальных произведениях светской литературы.

В третьей главе рассмотрена история славянизмов в русском языке. Славянизмы – то слова, их значимые части (морфемы) и устойчивые сочетания слов, заимствованные из старославянского или из церковнославянского языков.

Старославянский язык был языком, родственным живому восточнославянскому (древнерусскому) языку, на котором говорили восточные славяне. Сложившись на южнославянской основе, старославянский язык имел очень много слов (и среди них наиболее употребительных, таких, как земля, вода, домъ, кьнязь, богъ ), общих с древнерусским языком. Правила склонения, спряжения слов, сочетания слов в предложении в значительной своей части также совпадали. В настоящее время русский может объясниться со славянином (скажем, с болгарином), говорящим на близкородственном языке, а 900-1000 лет назад славянские языки были еще ближе, чем современные.

Таковы основные языковые черты, которыми различались старославянский язык и живая восточнославянская речь. Некоторые из особенностей старославянского языка почти не проникали в памятники, созданные на Руси, другие начали проникать лишь с XIV-XV вв., третьи регулярно встречаются в текстах, написанных на церковнославянском языке, и гораздо менее регулярно в других текстах. Отношение к старославянским языковым особенностям определялось очень многими взаимодействующими между собой причинами. Эти причины, различные для разных сфер устной и письменной речи, будут рассмотрены в процессе описания церковнославянского и древнерусского языков.

1 Гамкрелидзе Т. В. Иванов Вяч. Вс. Индоевропейский язык и индоевропейцы. Т. I-II. Тбилиси, 1984; Леонтьев А. А. Возникновение и первоначальное развитие языка. М., 1963; Трубачев О. Н. Этногенез и культура древнейших славян. Лингвистические исследования. М., 1991; Трубачев О. Н. В поисках единства. 2-е изд. М., 1992; Филин Ф. П. Образование языка восточных славян. М.-Л., 1962; Филин Ф. П. Языки-братья. // Русская речь, 1970, № 5.

2 Львов А. С. Еще раз о древнейшей русской надписи из Гнездова. // Известия Академии наук СССР, серия литературы и языка, 1971, т. XXX. Вып. 1.

3 Трубачев О. Н. В поисках единства. 2-е изд. М., 1992.

4 Гранстрем Е. Э. О происхождении глаголической азбуки. // Труды отдела древнерусской литературы. Институт русской литературы. Т. XI. М.-Л., 1995, стр. 305.

7 Успенский Б. А. История русского литературного языка (XI-XVII вв). München, 1987, стр. 55, 56.

8 Успенский Б. А. История русского литературного языка (XI-XVII вв). München, 1987, стр. 33.

9 Жуковская Л. П. Лексические варианты в древних славянских рукописях. // Исследования по исторической лексикологии древнерусского языка. М., 1964, стр. 37.

10 К. Маркс и Ф. Энгельс. Сочинения, т. 21, стр. 314.

11 Исаченко А. В. Какова специфика литературного двуязычия в истории славянских народов? //Вопросы языкознания, 1958, № 3, стр. 42.

12 Форма местного падежа выражала значения, в основном соответствующие значениям современного предложного падежа.

Источник