жертва за грех в ветхом завете
О таинстве и значении жертвоприношения. Очищение
В своем высшем значении ветхозаветное жертвоприношение было символом и прообразом жертвы Бога Иисуса Христа. Его страдания были проявлением любви Бога к людям. В Библии говорится о Христе как об Агнце, «предопределённом прежде основания мира» (1Петра 1:19). В Ветхом Завете жертву приносил человек, но в Новом Завете в жертву Бог принёс Себя. Эта жертва есть Его любовь, любовь Бога Отца: «ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего, чтобы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную» (Иоанна 3:16).
Жертвы Ветхого Завета, которые приносились евреями, заключалась в том, что эти жертвы являлись прообразом жертвы Сына Божия за грехи всего миpa. Поэтому жертвоприношение должно было исполняться с пролитием крови и было символом Голгофской жертвы Христа, но не только символом единичного действия Авеля, но и всяким жертвоприношением евреев Ветхого Завета всегда обозначала для них будущую жертву Сына Бога, Которого они ожидали как Мессию. Всякое жертвоприношение стало утверждать на земле историю возникновения христианства. Об этом можно прочитать в Прозе.ру, в статье «Причина возникновения Израиля есть христианство»
( http://www.proza.ru/2018/06/14/441 )
Верующие люди вплоть до Голгофы всегда приносили жертвы Богу за грехи в своей жизни. Первые жертвоприношения Богу сделали дети Адама и Евы как дар Богу. «Каин принес от плодов земли дар Господу. И Авель также принес от первородных стада своего и от тука их. И призрел Господь на Авеля и на дар его; а на Каина и на дар его не призрел». (Быт.4:1-5) Старший сын Каин был земледелец, а младший сын был пастырем овец. Почему же Господь призрел только на жертвоприношение Авеля? Жертва Каина была бескровной, жертва Авеля произошла с пролитием крови.
Бог выбрал жертвоприношение Авеля потому, что оно было связано с жертвоприношением Иисуса Христа для спасения людей и пролитием Его Крови на Голгофском кресте. Жертвоприношение Авеля явилось предсказанием для евреев и для всех других народов о жертвоприношении Иисусом Христом Себя для спасения всех верующих людей. Первым христианином среди людей стал Авель, который не имел национальности, но был праведником у Бога (Евреям 11:4).
Жертвы, которые приносили все верующие люди в Израиле, а также и до его существования, не могли очистить греховную сущность человека, его греховную душу, унаследованную от Адама и Евы, так как только «Кровь Иисуса Христа, Сына Божьего, очищает нас от всякого греха» (1-е Иоанна 1:7). Итак, мы знаем, что Спаситель наш Сын Бога- Господь наш Иисус Христос, «В Котором мы имеем искупление Кровию Его и прощение грехов» (Колосянам 1:14). Кровь жертвы, принесенной Авелем, и то, что Авель был пастырем своих овец являются предсказанием Великой Голгофы, где уже Сам Пастырь принес Себя в жертву.
Иудеи не могут делать больше жертвоприношения, так как Израиль, вскоре после Голгофы, утратил первосвященство. Первосвященником для всех стал Сын Бога Иисус Христос. Христианам, последователям первоначальной веры, Бог определил Первосвященником Иисуса Христа «Первосвященником будущих благ», Который «не с кровью козлов и тельцов, но со Своею Кровию, однажды вошел во святилище и приобрел вечное искупление» для любящих Его, а значит и верующих в Него» (Евр. 9:11-12).
Может быть все-таки какую-то жертву должны исполнять христиане? Да, должны! И об этом так говорит Библия (Евр.13:15-16): «Итак будем чрез Него непрестанно приносить Богу жертву хвалы, то есть, плод уст, прославляющих имя Его. Не забывайте также благотворения и общительности, ибо таковые жертвы благоугодны Богу».
Согласно Библии в крови человека находится душа его, которая при смерти покидает тело и устремляется к Богу. О значении крови для сохранения души человека Библия сообщает то, что человек не подлежит никакому соединению с кровью животных при исполнении жертвоприношений: «потому что душа тела в крови, и Я назначил её вам для жертвенника, чтобы очищать души ваши, ибо кровь сия душу очищает» (Левит 17:11) «ибо душа всякого тела есть кровь его, она душа его; потому Я сказал сынам Израиля: не ешьте крови ни из какого тела, потому что душа всякого тела есть кровь его: всякий, кто будет есть её, истребится» (Левит 17:14).
Действительно ли то, что в крови животных и человека находится душа? Это есть второе таинство, которое надо понять нам. Кровь есть одна из составляющих частей нашего тела, а поэтому душа в ней находиться не может. Так мы знаем из Библии, что при творении человека всё телесное людей и животных Бог сотворил из всех компонентов земли. Следующим шагом было творение для них жизни, которое произошло созданием для каждого тела людей и животных души посредством Духа Бога.
Как понимать нам слово Очищение!?
Многие неверующие люди в своей жизни употребляют это слово, когда очищают своё тело от грязи, но верующие люди слово «очищение» понимают и иначе. Согласно Ветхого Завета очищение в Израиле проводилось через жертвоприношение (Левит глава 16:23-27 и только помазанным священником (16:32). «потому что душа тела в крови, и Я назначил её вам для жертвенника, чтобы очищать души ваши, ибо кровь сия душу очищает» (Левит 17:11), а также (Лука 5:14).
Только через жертвоприношение, тоько через кровь очищается человек от грехов. Без пролития крови человек не может получить очищение грехов. Единственный путь спасения для людей (очищение от грехов) лежит через Голгофу. Только Голгофская Кровь Бога очищает от всякого греха для всех людей со времени их грехопадения.
Вот, что говорит нам любимый ученик Господа Иоанн о Сыне Единородном Бога и о Его ВЕЛИЧИИ И СЛАВЕ, ставшего среди людей Христом, Спасителем людей:
Жертвы в истории Библии : зачем они были нужны В Ветхом Завете? И ради чего Христос умер на кресте?
Приблизительное время чтения: 12 мин.
Жертва как необходимость
И еще одна вещь удивительно точно показана в этом фильме. Жертва, даже на первый взгляд бессмысленная, парадоксальным образом все же преображает мир: пусть никто из родных не понял главного героя, но самый дорогой для него человек, его сын, наконец обрел дал речи.
Жертва как пир
Вернемся к древнему Израилю. Его религия была на удивление простой. Другие народы древности, например, вавилоняне или египтяне, знали сложные ритуалы и запутанные обряды, и жрецы хранили таинства от глаз непосвященных. У израильтян же был просто огромный шатер (пока они были кочевниками) или огромный каменный дом (когда перешли к оседлому образу жизни) – символическое место обитания Бога среди Его народа. И в благодарность за все, что Он давал им, они отдавали Ему то, чем обладали сами – строили Ему жилище из самых лучших материалов, приносили лучшее мясо, хлеб, вино и масло. Ничего особенного, таинственного или непонятного: в святилище было все то же, что и в обычном доме, только несравненно роскошнее и обильнее. Два раза в сутки, утром и вечером, на жертвенник отправлялся годовалый барашек, словно израильтяне приглашали Господа к собственной трапезе.
Впрочем, это не совсем так: приглашающей стороной были не люди, а сам Господь. Ведь это Он дал Моисею подробные указания – что, как и когда можно приносить в жертву. В отношениях Бога и человека все определяет Бог, а не человек, которому только кажется, что своими ритуальными действиями он побуждает Бога оказать необходимую помощь. На самом деле Бог изначально подает человеку все, что ему действительно нужно, а человек может только выражать свою благодарность, жертвуя Богу первые и лучшие плоды.
Этот принцип строго выдерживается в Ветхом Завете. Богу принадлежат первенцы от всякого чистого скота, Ему же приносятся первые плоды нового урожая. Даже мальчики-первенцы считались принадлежащими Ему, и родители выкупали их, принося в храм определенную плату.
Впрочем, человек мог совершить жертвоприношение и по собственной воле. В благодарность за какое-то особое событие в своей жизни, или просто для того, чтобы выразить свою преданность Богу, он мог принести жертву всесожжения – когда животное сжигалось на жертвеннике полностью, без остатка. Конечно, всякий раз сжигать все, что у тебя есть, как в фильме Тарковского, было бы довольно глупо, но лучший (обязательно лучший!) баран из стада символизировал: человек предает в руки Бога себя самого и все, чем он владеет на земле.
Другой вид добровольной жертвы – мирная жертва (это не совсем удачный термин, в новых переводах встречается другой: пиршественная жертва). По сути дела, это совместный пир, когда некоторая часть жертвенного животного сжигалась как “доля Бога”, а остальное мясо шло на угощение всех собравшихся. Ведь из того, что приносилось в скинию или храм, далеко не все уничтожалось на жертвеннике: что-то шло на пропитание священников, у которых не было иного дохода, а часть мяса (в случае пиршественной жертвы) возвращалась жертвователю, но и она считалась священной – ее нельзя было выбрасывать или отдавать “нечистому” человеку (например, язычнику).
Совместная трапеза у всех народов древности означала заключение союза. Рассказывают историю времен гражданской войны в Средней Азии: однажды учительница заблудилась и случайно вышла к лагерю басмачей. Понимая, какая опасность грозит ей, представительнице советской власти, если ее опознают, женщина просто тихонько подошла и присела к ближайшему костру. Какой-то незнакомый бородач протянул ей кусок лепешки, и с этого момента она стала неприкосновенна – ведь эти люди преломили с ней хлеб.
Точно так же заключался в свое время и договор, Завет между Богом и людьми – совершалось жертвоприношение, и кровью жертвенных животных окроплялся и алтарь Господа, и весь стоявший перед ним народ. Они становились как бы сотрапезниками, и забыть об этом – означало совершить предательство.
Но был и другой важный аспект ветхозаветных жертвоприношений. И прежде чем перейти к нему, вспомним еще об одном недоумении, которое часто возникает у современных людей. Ну хорошо, говорят они, преданность Богу – это все замечательно, но в чем виновато несчастное животное? Зачем его резать? Не лучше ли, как делают индуисты и буддисты, приносить своим божествам фрукты и цветы? Неужели нужно было обязательно проливать кровь?
Да, было нужно. Как сказано выше, в жертву приносили и первые плоды, и муку, и масло, но главной жертвой всегда оставался непорочный (без малейшего изъяна) барашек, козленок или целый бык. История о Каине и Авеле показывает, что так пожелал сам Господь: Он принял кровавую жертву от Авеля, но отверг плодовое приношение Каина.
Дело в том, что всякий человек грешен, и жертва призвана преодолеть пропасть между греховным человеком и святым Богом. Пока Адам и Ева находились в раю, у них не было нужды в жертвоприношениях – они общались с Богом напрямую. Но после изгнания из рая все стало иначе. Даже сама скиния, сам храм – материальный символ божественной святости на земле – нуждались в ежегодных очищениях. И весь народ участвовал в ежегодном скорбном торжестве – Дне Умилостивления – когда приносились жертвы за грехи всего народа, и козел отпущения (которого вовсе ни в чем не обвиняли, а просто прогоняли в пустыню) словно бы уносил прочь эти грехи. Но главным средством очищения от греха становилась кровавая жертва. Иудеи до сих пор отмечают этот день под названием Йом Кипур.
Были и особые случаи, когда отдельные люди должны были приносить жертву повинности или жертву за грех – если они преступили заповеди или просто оказались ритуально нечистыми, только такая жертва могла вернуть им состояние чистоты. Почему?
Смерть – наказание за грех. Или его естественное следствие – кому как привычнее это называть. Еще в Эдемском саду Адаму и Еве было сказано, что нарушение заповеди станет причиной их смерти (до этого они не должны были умирать). И жертвенное животное становилось своего рода выкупом, заменой. Перед тем, как его закалывали, возлагал на него руки человек и тем самым как бы говорил: “Я достоин смерти за свои грехи и признаю это, я не могу приблизиться к Тебе, но, Господи, вместо своей крови я приношу кровь этого барашка и прошу у Тебя прощения”. Вот почему искупительная жертва обязательно должна была быть кровавой.
Израильтяне вообще считали кровь носителем жизни (собственно, так оно и есть) и потому почитали священной. Никакую кровь нельзя было употреблять в пищу, ее следовало обязательно выливать на землю. Что же до страданий невинных животных, то в те времена таким вопросом просто не задавались.. Ели мясо, делали из шкур и кожи одежду и предметы быта и не задумывались о философии вегетарианства. Собственно, большинство людей и сейчас живут так.
Жертвоприношение сына
Некоторые страницы Ветхого Завета останутся для нас непонятными, если вырвать их из контекста религиозных представлений других древних народов. Зачем, например, Господь потребовал от Авраама принести в жертву его единственного сына Исаака? Да, конечно, это было всего лишь испытание, Господь остановил занесенную руку Авраама, но все равно – зачем?
Возможно, рассказ об Аврааме и Исааке был призван объяснить, почему израильтяне категорически отказались от такой практики. Дело вовсе не в том, что они были слишком изнежены или недостаточно уважали своего Бога – Бог Сам отверг человеческое жертвоприношение.
Есть, впрочем, в Библии еще один рассказ – о неосторожном судье (т. е. правителе) Иеффае, который в благодарность за дарованную Богом победу над врагами обещал принести Ему в жертву первое, что выйдет из ворот его дома. Первой навстречу отцу выбежала радостная дочь… Иеффай исполнил свой обет, хотя мог этого и не делать. Что ж, во все времена были люди, слишком буквально следовавшие собственной религии.
Библия тем самым показывает нам: единственный сын и в самом деле – наивысшая из всех возможных жертв, но от человека она не требуется.
Жертва как Новый Завет
Зато такая жертва приносится Самим Богом. Те, кто думают, что самое главное в Новом Завете – учение Христа или его нравственный пример, ошибаются. Вовсе нет! Большая часть того, чему Он учил, уже была в Ветхом Завете. И хотя в Евангелии все это изложено более ясно и связно, уникальность его вовсе не в проповедях и притчах. В конце концов, другие духовные учителя человечества тоже оставили множество прекрасных наставлений и изречений.
Что же это была за жертва? Кровь животного проливалась во искупление грехов одного человека, группы людей, пусть даже целого народа, но все равно это было очищение временное и частичное. Полностью смыть грехи всего человечества, все, какие только совершались и еще совершатся, могла только совершенная жертва, кровь единственного Безгрешного – Сына Божьего. И тогда уже неважно, велик или мал этот грех, ведь дело уже совсем не в нем, а в совершенной и безгрешной жертве. Когда знаменатель дроби стремится к нулю, ее значение стремится к бесконечности; так и здесь “ноль греха в знаменателе” дает бесконечное, полное прощение.
Такое представление христиан о жертве на Голгофе вызывало и вызывает немало вопросов и даже споров. Во-первых, почему, если Бог пожелал простить людей, Он не мог сделать этого просто так? Разумеется, мог. Но что это было бы за прощение? Попустительство, амнистия всем подряд – и тем, кто раскаялся, и тем, кто задумывает новые преступления. Но грех – это действительно серьезно. Это как горная лавина, вызванная неосторожно брошенным камнем. Бог принял эту лавину на Себя, закрыл от нее человека. Но Он не пожелал просто взять и отменить лавину, сделать недействительной причинно-следственную связь. Ведь и Христос ничего не предпринимал специально, чтобы взойти на крест – но мир, порабощенный греху, сам вытолкнул Его как нечто чужеродное, как вода выталкивает надутый воздухом мяч. Подлинное, настоящее добро в падшем мире не может привести никуда, кроме Голгофы, но отныне всякий восходящий на нее видит, что он там не один – Христос пришел туда первым и взял все самое тяжкое и страшное на Себя.
Еще много спорят о формулировках: кто, кому и за кого принес эту жертву? Пожалуй, правильным будет такой ответ: Бог и человек Иисус Христос принес в жертву Отцу Самого Себя за каждого человека, в том числе и за нас с вами. От нас теперь зависит – принять или отвергнуть спасительные плоды этой Жертвы.
Не случайно с крестной смертью связано главное таинство христианства – Евхаристия. Накануне распятия Христос собрал учеников на Тайную вечерю и за трапезой заключил с ними Новый Завет. Так соединились два главных смысла жертвоприношения: совместное пиршество Бога с людьми и искупление человеческих грехов. Сегодня всякий раз, когда христиане совершают Евхаристию, они приносят бескровную жертву, присоединяясь к тому, что происходило две тысячи лет назад за пасхальным столом в Палестине.
“Кровь Его на нас и на детях наших” – кричала обезумевшая толпа во дворе Понтия Пилата. Задумаемся вот о чем: это же Кровь Завета! Точно так же, как Моисей при заключении Ветхого Завета кропил народ кровью жертвенного агнца (барашка), так и теперь кровь Агнца, берущего на себя грехи всего мира – Христа – окропила и всех, кто стоял на этой площади, и вообще всех людей в этом мире.
Ветхозаветные жертвы, временные и частичные, постепенно готовили израильский народ, а через него и все человечество, к этой удивительной тайне, заранее раскрывая ее смысл, предвещая неизбежность Креста и непобедимую силу Воскресения. И уже одно это придает им больше смысла, чем всем другим обрядам и таинствам всех религий и духовных традиций, какими бы прекрасными они нам ни казались.
7. Экзегетический разбор важнейших мест книги Левит
Законы о жертвах (Лев. 1:1 – 7:38)
Находящиеся в этом разделе повеления о жертвоприношениях четко делятся на два раздела: предписания для народа (см.: Лев. 1:1 – 6:7 ) и предписания для священства (см.: Лев. 6:8 – 7:38 ). К первым относятся жертва всесожжения (см.: Лев. 1:1 – 17 ), хлебные приношения (см.: Лев. 2:1–16 ), жертва за грех (см.: Лев. 4:1 – 5:13 ), жертва повинности (см.: Лев. 5:14 – 6:7 ). Ко второму разделу относятся повторение предписаний о жертве всесожжения (см.: Лев. 6:8 – 13 ), хлебном приношении вообще (см.: Лев. 6:14 – 18 ) и за священников (см.: Лев. 6:19 – 23 ), о жертве за грех (см.: Лев. 6:24 – 30 ), о жертве повинности, о мирной жертве (см.: Лев. 7:11 – 36 ).
Завершается раздел словами об установлении этих жертв Моисеем по повелению Божию (см.: Лев. 7:37 – 38 ).
Согласно этим установлениям, местом для принесения всех жертв была скиния, где животное, заколаемое с северной стороны жертвенника, потом возносилось на него для сожжения (см.: Лев. 1:3 ). В жертву могли быть принесены пять видов чистых и непорочных животных: из крупного скота – тельцы, из мелкого – овцы и козы, из птиц – горлицы и голуби.
Для некоторых жертв избирались животные исключительно мужского пола (см.: Лев. 1:3, 10; 4:3, 14, 23; 5:15,16,18; 6:6 ), для других – женского (см.: Лев. 4:28, 32; 5:6 ), для третьих – мужского и женского пола безразлично (см.: Лев. 3:1, 6 ), при этом требовалось, чтобы животное было без физических недостатков. Кровавые жертвы обыкновенно соединялись с хлебными приношениями, елеем и ладаном (см.: Лев. 2 ), причем на жертвенник мог возлагаться только пресный хлеб. Кроме того, жертвы осолялись (см.: Лев. 2:13 ) и соединялись с возлиянием вина (см.: Чис. 15:5 ).
Обряды, с которыми совершались жертвоприношения, представляются в следующем виде. Приносящий жертву возлагал руки на голову жертвенного животного, представленного перед скинией, после заклания кровью животного кропился жертвенник всесожжения. При жертве всесожжения на жертвеннике сжигалось все мясо животного, а при прочих жертвах только тучные части и почки. При некоторых жертвах кровь животного вносилась в святилище, причем мясо животного сжигалось вне стана. В обычных случаях оно поступало в пользу священников, а в жертве мирной часть мяса поступала в пользу приносившего жертву, который устраивал из него жертвенный пир.
Жертва всесожжения допускала приношение всех родов жертвенных животных, но только мужского пола (см.: Лев. 1:3, 10; 22:18, 19 ). По своей сути она означала полную, всесовершенную преданность человека Богу, знаменуя собою и приношение, и благодарение, и умилостивление. Кроме случаев частных жертвоприношений, эта жертва неизменно приносилась два раза в сутки – вечером и утром, и притом так, что вечерняя жертва курилась до утра, а утренняя – до вечера. Таким образом, всесожжение непрерывно продолжалось на жертвеннике, и все остальные виды жертв совмещались с этим непрерывным всесожжением.
Жертва мирная приносилась из всех родов жертвенных четвероногих животных мужского пола или женского, имела праздничный характер и сопровождалась пиром, устроенным из жертвенного животного по сожжении тука и почек и по отделении груди и плеча в пользу священников. Мирная жертва приносилась или в благодарение Богу, или в умилостивление Его при прошении.
Жертва о грехе (за грех) приносилась в зависимости от положения или состояния жертвователя – из тельца, козла, козы, овцы, двух горлиц или голубей или девятой части ефы муки. Эта жертва имела покаянный характер и приносилась за грехи, допущенные по слабости, неведению и нечаянности, а также и за грех первородный – родильницы (см.: Лев. 12 ). Кающийся исповедовал свой грех при жертве (см.: Лев. 5:6 ; ср.: Чис. 5:5 – 8 ).
Поставление жертвенного животного перед скинией символизировало представление дара Господу. Возложение руки на голову жертвы и исповедание над ней своей греховности означало возложение грехов на жертвенное животное. Заклание животного, кропление его кровью и сожжение его отдельных частей указывало на то, что Божественное правосудие удовлетворяется не смертью человека грешника, а жертвой за нее. Однако полного очищения через пролитие крови животного ветхозаветный человек не получал (см.: Евр. 10:4 ). Многочисленные места Писания ясно показывают, что ветхозаветные жертвы имели прежде всего прообразовательное значение, указывая на искупительную Жертву Христа Спасителя (см.: Евр. 9:13 – 14, 26; 10, 12 ; Еф. 5:2 ). В связи с этим, по толкованию святых отцов и учителей Церкви, все обряды ветхозаветных жертв имели преобразовательный смысл.
Принесение при жертве хлебной первых плодов преобразовательно указывало на Первенца из умерших (см.: 1Кор. 15:20 ; Откр. 1:5 ), возлияние елея – на радость искупленных (см.: Пс. 44:8 ; Ис. 61:3 ; Евр. 1:9 ), присовокупление к жертве ладана – приятное благоухание Христово Богу (см.: 2Кор. 2:15 ; Еф. 5:2 ). Жертва мирная своим характером и наименованием прообразовывала грядущее примирение человечества с Богом через Иисуса Христа (см.: Рим. 5:1 ).
Представление при жертве за грех тельца без порока ( Лев. 4:3 ) прообразовывало Христа – непорочного и чистого Агнца ( 1Пет. 1:19 ), заколение перед Господом, прободение ребра, сожжение вне стана (см.: Лев. 4:12, 21 ) – страдания Христовы вне стана ветхозаветной церкви – Иерусалима (см.: Евр. 13:13 ).
Возможность замены жертвы повинности серебряными сиклями, по сиклю священному, в жертву повинности ( Лев. 5:15 ), даваемыми священникам храма Иерусалимского, обычно рассматривалась как прообраз тридцати сребреников, заплаченных ими же за Христа, ставшего жертвой за повинности всего человечества. Его же Воскресение на третий день было прообразовано тем, что остатки этой жертвы сжигались именно на третий день после принесения (см.: Лев. 7:17 ).
Законы о священстве (Лев. 8:1 – 10:20)
Этот раздел повествует о посвящении Аарона и его сыновей (см.: Лев. 8:1 – 36 ), о первых жертвах, принесенных Аароном (см.: Лев. 9:1 – 24 ), и о суде над его сыновьями (см.: Лев. 10:1 – 20 ).
Ветхозаветное священство имело три степени:
1) степень левитская;
2) степень священническая;
3) степень первосвященническая.
Помазание миром и особую одежду имели только последние две степени.
Левиты. Ими были потомки Левия, за исключением прямых потомков Аарона. Левиты охраняли здание скинии, ее принадлежности, наблюдали за чистотой и порядком во дворе, помогали священникам во время жертвоприношений, подавали воду, приносили дрова и т. п. Они же переносили на себе все части скинии и богослужебную утварь во время странствования по пустыне. После построения храма левиты были исполнителями псалмов посредством пения и игры на музыкальных инструментах.
Священники. Ими были сыновья и дальнейшие прямые потомки Аарона. Они приносили жертвы, поддерживали священный огонь на жертвеннике всесожжения, следили за горением светильника в скинии, воскуряли фимиам на алтаре кадильном, приготовляли и через неделю потребляли хлебы предложения. Они созывали народ ко входу скинии и к снятию станов звуками священных серебряных труб и ими же объявляли военную тревогу. Священникам принадлежало также исполнение обрядов очищения от проказы и другой нечистоты, на них возлагались учительство народа в законе Божием и судебные обязанности.
К одежде священника относились:
1) нижнее платье, которое покрывало служителя скинии от бедер до голеней (см.: Исх. 28:42 – 43 );
2) хитон или подир – длинная льняная одежда с рукавами (см.: Исх. 29:5 );
3) пояс узорчатой работы, подпоясывающий хитон для удобства при священнодействии;
4) кидар – особенная головная повязка из виссона.
Первосвященники. Ими были старшие потомки Аарона по прямой линии. Все священнические обязанности относились и к первосвященнику, но он также являлся распорядителем богослужения. Кроме того, он имел право однажды в год в день очищения входить во Святое Святых и кропить кровью над очистилищем (крышкой) ковчега завета.
Первосвященнику были усвоены, сверх священнических, следующие одежды:
1) верхняя риза – голубая цельнотканая одежда без рукавов с золотыми звонцами;
2) на эту ризу надевался ефод – короткая одежда до чресл из виссона и трехцветной шерсти с золотыми нитями. Одежда состояла из двух половин, опоясанных на груди и скреплявшихся на плечах золотыми застежками, в которые вставлены были два камня оникса с вырезанными на них именами колен Израилевых;
3) на грудь первосвященника, прикрепляясь к ефоду золотыми цепочками и кольцами, возлагался наперсник, или «слово судное», – квадратная ткань, украшенная четырьмя рядами (по три в каждом) драгоценных камней с именами двенадцати колен Израиля;
4) на наперсник возлагались урим и туммим, составлявшие самую важную принадлежность первосвященнического одеяния – при его наличии первосвященник вопрошал, и Господь открывал ему Свою волю;
5) ефод на чреслах стягивался поясом из трехцветной шерсти и виссона с золотыми нитями;
6) на голову надевался кидар с прикрепленной спереди полированной дощечкой из чистого золота с надписью на ней: «Святыня Господня».
Посвящение священника сопровождалось обрядами омовения, облачения и помазания миром, трех жертвоприношений (о грехе, всесожжения и посвящения) и священного пира из жертвенного мяса. Обряды посвящения повторялись в течение семи суток при постоянном пребывании посвящаемых во дворе скинии.
Служение священников требовало должного приготовления и точного исполнения данных через Моисея предписаний, в противном случае – наказание, которое, как видно из поражения Господом Надава и Авиуда, не заставляло себя долго ждать. Грех этих новопоставленных сыновей Аарона заключался в том, что они принесли в скинию чуждый, то есть употреблявшийся для обычных нужд, огонь (см.: Лев. 10:1 ), были пьяны (см.: Лев. 10:9 ) и вошли во Святое Святых, что разрешалось делать только первосвященникам однажды в год (см.: Лев. 16:2 ).
Законы о телесной чистоте (Лев. 11:1 – 16:34)
Постановления этого раздела говорят о нечистых животных (см.: Лев. 11:1 – 47 ), рождении детей (см.: Лев. 12:1 – 8 ), кожных болезнях (см.: Лев. 13:1 – 14, 56 ) и истечениях (см.: Лев. 15:1 – 33 ).
Завершается раздел повелением о дне очищения, когда раз в год прощались вольные и невольные грехи народа против всех вышеперечисленных повелений (см.: Лев. 16:1 – 34 ).
В этот день первосвященник омывал тело свое водой и облекался в обыкновенные льняные священнические одежды (см.: Лев. 16:4 ). Затем поставлял перед алтарем жертвенных животных: от себя тельца в жертву за грех и овна во всесожжение, а от народа двух козлов за грех и овна во всесожжение, но по жребию один козел назначался для заклания, другой – для отпущения (см.: Лев. 3:5 – 10 ). После этого совершались сами жертвы. По заклании тельца первосвященник, положив полную кадильницу горящих углей с жертвенника всесожжения, входил во Святое Святых и воскурял фимиам, дым которого скрывал от него крышку Ковчега Завета. После этого первосвященник брал кровь тельца и перстом кропил жертвенною кровью семь раз на крышку и перед крышкой Ковчега Завета (см.: Лев. 16:11 ).
Затем, заколов козла и жертву за грех народа, первосвященник с кровью жертвы вновь входил во Святое Святых и вновь совершал кропление (см.: Лев. 16:15 ). После кропления святилища и всей скинии первосвященник возлагал руки на голову живого козла, исповедовал над ним беззакония народа, и затем особо назначенный человек выводил козла, который уносил на себе все беззакония народа в пустыню (см.: Лев. 16:20 – 22 ). Затем приносились жертвы всесожжения (см.: Лев. 16:23 – 25 ).
Праздник этот в новозаветной традиции, восходящей к апостолу Павлу, видится как прообраз искупительной Жертвы Христовой (см.: Евр. 7:20, 27; 9:6 – 10:19 ).
Эта истолковательная традиция была продолжена в Послании святого апостола Варнавы и в беседе святого Иустина Философа с Трифоном иудеем. Последующие экзегеты истолковывали все подробности этого праздника таким образом: омовение тела водой указывало на ту телесную и душевную чистоту, которая требовалась от первосвященника, когда он являлся перед Господом как ходатай за грехи всего общества. Обыкновенные льняные священнические одежды должны были указать на смирение и раскаяние первосвященника, являющегося перед Господом с ходатайством об очищении и прощении грехов народа.
Вхождение первосвященника во Святое Святых только однажды в год указывало на то, что грех положил труднопреодолимую преграду между Богом и согрешившим человеком, оттолкнул человека от Бога, что осуждение тяготеет над согрешившим человеком. Воскурение фимиама означало молитвенное предстательство первосвященника за себя и за народ.
Кропление жертвенной кровью крышки и перед крышкой ковчега указывало, что очищения своих грехов человечество ожидает от Бога, видимым местом обитания Которого среди Израиля было Святое Святых.
Это же вхождение первосвященника во Святое Святых с жертвенной кровью прообразовывало Христа Спасителя, Который, как Первосвященник будущих благ, придя с большею и совершеннейшею скиниею, нерукотворенною, то есть не такового устроения, и не с кровью козлов и тельцов, но со Своею Кровию, однажды вошел во святилище и приобрел вечное искупление ( Евр. 9:11 – 12 ).
Законы святости (Лев. 17:1 – 27:34)
Этот раздел, являющийся, по мнению большинства библеистов, частью священнической традиции Пятикнижия, содержит постановления о воплощении в повседневной жизни заповеди Божией о стяжании святости, без которой никто не увидит Бога (см.: Евр. 12, 14 ).
Эти повеления говорят о жертвах и пище (см.: Лев. 17:1 – 16 ), семейных отношениях (см.: Лев. 18:1 – 30 ), о взаимоотношениях с ближними (см.: Лев. 19:1 – 37 ), о преступлениях, наказуемых смертью (см.: Лев. 20:1 – 27 ), о святости священников (см.: Лев. 21:1 – 24 ) и совершаемых ими жертвоприношений (см.: Лев. 22:1 – 25 ), о праздниках (см.: Лев. 23:1 – 43 ), о хлебах предложения (см.: Лев. 24:1 – 9 ), о богохульстве (см.: Лев. 24:10 – 23 ), о субботних и юбилейных годах (см.: Лев. 25:1 – 55 ), о благословении исполнителям закона и проклятии нарушителям (см.: Лев. 26:1 – 46 ), о клятвах и десятинах (см.: Лев. 27:1 – 34 ).
При истолковании этого раздела книги Левит святые отцы особое внимание уделяли постановлениям о праздниках, а также о субботних и юбилейных годах.
Еженедельный праздник – Суббота – была днем покоя от обычных дел и поставляется в связь с творением мира и покоя Творца в седьмой день. В духовно-таинственном смысле суббота была прообразом того истинного покоя, того субботства, которое уготовано людям в Царствии Небесном (см.: Евр. 4:4, 9 – 10 ).
С праздником Пасхи соединялся семидневный праздник опресноков, начинавшийся с пятнадцатого дня месяца. Напоминая поспешный выход из Египта, праздник опресноков в прообразовательном смысле предуказывал жизнь во Христе, чуждую духовного кваса (разложения), то есть злобы и лукавства, и проводимую в бесквасии чистоты и истины (см.: 1Кор. 5:7 – 8 ).
С праздником Пятидесятницы соединялось воспоминание о Синайском законодательстве, которое последовало на пятидесятый день по выходе из Египта. В прообразовательном смысле праздник предуказывал новозаветную Пятидесятницу, когда апостолам был ниспослан Дух Святой, написавший новозаветный закон, не на скрижалях каменных, но на скрижалях сердца плотских (см.: 2Кор. 3:3 ).
Праздник Труб, совершавшийся в первый день седьмого месяца священного года, был праздником гражданского новолетия. Наступление каждого новомесячия возвещалось трубным звуком (см.: Чис. 10:10 ), но наименование праздника труб присвоено преимущественно первому новомесячию года.
В этот праздник народ израильский благодарил Господа за благодеяния, полученные в продолжение истекшего года. В прообразовательном смысле праздник труб был прообразом новой жизни, нового неба и земли, которые настанут, когда Сам Господь при воплощении, при гласе Архангела и трубе Божией сойдет с неба, и мертвые во Христе воскреснут (см.: 1Фес. 4:16 ).
День очищения совершался в десятый день седьмого месяца, о его значении сказано было выше.
Последним годовым праздником был праздник Кущей. Начинаясь с пятнадцатаго дня седьмого месяца, он продолжался семь дней, празднично отмечался, и восьмой день был днем отдания. Помимо богослужения и покоя, соблюдался обычай все дни праздника проводить в кущах – палатках из ветвей деревьев – в память странствования по пустыне. В прообразовательном смысле праздник кущей указывал на вселение христиан в будущем веке в Царство славы.
В седьмой (субботний) год землю должно было оставлять в покое, не возделывая ее, не собирая ее плодов, и все самопроизрастающее на ней предоставлять бедным. Исполнение этого постановления относится ко времени поселения в Земле Обетованной. Во Втор. 15:1 – 2 было повелено в субботний год прощать бедным долги.
Еврейское слово «юбилей» (йовел) происходит от глагола йавал – «течь, разноситься, раздаваться», что дает ему значение далеко разносящегося звука, производимого посредством трубы или рога: посредством этого звука возвещалось наступление седмицы седмин – пятидесятого года.
Значение и цель установления юбилейного года определяется словами десятого стиха: возвратитесь каждый во владение свое, и каждый возвратитесь в свое племя ( Лев. 25:10 ), то есть в юбилейный год каждый возвращал себе утраченное по каким-либо причинам право на владение земельным участком, что способствовало равенству всех членов ветхозаветной общины спасения.
В прообразовательном смысле субботний и юбилейный годы предуказывали лето всемирного искупления, когда прекратится рабство греха, человеку возвратится потерянное блаженство, когда с Пришествием на землю Искупителя мира начнется новое, благодатное царство оправдания и обновления мира и по всей земле раздастся радостный голос евангельской проповеди (см.: Ис. 11:1 – 3 ; Лк. 4:17 – 20 ). Это благодатное царство завершится Царством славы, которое будет возвещено трубным звуком Архангела (см.: 1Фес. 4:16 ), когда даже для неразумной природы настанет покой, утраченный ею вследствие грехопадения человека (см.: Рим. 8:19 – 21 ).
См.: Кирилл Александрийский, свт, Глафиры, или Искусные объяснения избранных мест из книги Левит. Об иудейской синагоге. § 4 // Творения: В 3 т. М., 2001. Т. 2. С. 362.