икона христос у двери
Икона христос у двери
В 1854 году английский художник Уильям Холман Хант написал знаменитую картину «Светоч мира». Мотивом для ее создания стали слова Священного Писания: «Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему и буду вечерять с ним, и он со Мною» (Откр. 3,20).
На картине изображен Иисус Христос в образе странника. Он глубокой ночью стучится в дверь, веря, что Ему откроют и помогут. Ведь и во время Своей земной жизни Спаситель многих просил о помощи, ибо Ему негде было даже «приклонить голову» (Мф. 8, 20). На главе у Христа венец из терния (Мф. 27, 29), который надели, чтобы насмехаться над Ним перед Распятием. На ногах обуты сандалии, а в руке Он держит светильник.
Глубокая ночь – символ «тьмы века сего» (Еф. 6,12). Двери, в которые стучится Спаситель, давно не открывались: об этом свидетельствует густой бурьян, растущий у порога.
Работа Уильяма Ханта была неоднозначна воспринята современниками. Люди были далеко не в восторге, видя эту картину, что неудивительно. Ведь большинство людей склонны грешить и не желают, чтобы их обличали. Даже прикровенно. А эта картина призывает к духовному пробуждению, к творению добрых дел. Автор через свою работу призывает каждого очистить свое сердце, обратить внимание на окружающих людей и творить милостыню. Ведь помогая кому-либо, делясь, отдавая свои блага и силы ближним, мы отдаем их Богу (см. Мф. 25, 40).
Мир меняется, и человек готов изменить едва ли не всё из того, что напоминает ему о грехе, страданиях и Боге. Через призму своих поступков люди желают видеть и толковать то или иное явление так, как выгодно им самим. Такие стремления коснулись и картины «Светоч мира». Её сюжет использовали не раз, предлагая новые, свои варианты его написания. Но все они существенно отличаются от оригинала.
В новых интерпретациях авторы не изображают ночь, терновый венец, светильник, бурьян у входа… Теперь картина не заставляет задуматься, а скорее радует глаз. За спиной Спасителя виден прекрасный фон – зеленеющий пейзаж и покрытое легкими облачками небо. Светильник теперь не нужен, и в руке у Господа появляется посох Доброго Пастыря. С головы Христа убран терновый венец – Он ныне не гоним, а приходит радоваться со Своими последователями. Дом чист и ухожен, уже нет зарослей бурьяна у дверей – ведь сюда часто заходит Сам Бог. Двери часто открываются, и это радует Христа, ибо Его ждут и Ему спешат открыть.
Однако, такой вариант – искажение замысла автора о картине, о ее изначальной теме.
Почему Христос стучится в дверь, и почему Ему не открывают? Какие могут быть причины этому?
Если всмотреться в оригинал картины внимательно, то увидим, что на дверях, в которые стучится Христос, нет наружной ручки. Неужели ошибка? Об этом спросил близкий художнику человек. И Хант ответил: «Здесь нет никакой ошибки. Просто это особая дверь, она не имеет ручки снаружи, только внутри!». Особенность заметили и люди, пришедшие на просмотр картины после ее написания. Но, нет, отсутствие дверной ручки – не ошибка, а сознательный ход автора. Ручка есть только внутри, и только изнутри дверь может быть открыта. Христос просит о помощи и верит, что Ему откроют дверь, но не делает этого Сам, без воли человека.
Но, увы, не так часто Его приглашают войти в дом. У многих людей погас огонь веры. Они не готовы нарушить свой покой ради Христа, Который пришел в лице нищего или слабого и просит о помощи. У каждого человека свои интересы и заботы. Людям нет дела до Иисуса. Духовная жажда и стремление к высокому давно угасли или еле тлеют в их душах.
Но, несмотря на это, Бог стучится в дверь нашего сердца и ждет, когда мы покаемся и отворим Ему. Он стучится, побуждая открывать двери своего сердца… Об этом свидетельствует Священное Писание, о том же стремится сказать и автор картины.
«Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему и буду вечерять с ним, и он со Мною» (Откр. 3, 20) – эти слова Нового Завета Христос обращает к Лаодикийской Церкви, которая находилась в самом плачевном состоянии из всех семи Церквей, упомянутых в Откровении Иоанна Богослова. Эта Церковь отличалась величием, внешней красотой и богатством. Но в, то же время, она является несчастной, жалкой, нищей, слепой и нагой (см. Откр. 3, 14, 17).
Лаодикия – малоазиатский город, в котором проповедовали апостолы. Это был богатый город, который славился плодородием почвы и прекрасной шерстью овец. Однако его жители оказались ни живыми, ни мертвыми, «ни холодными, ни горячими» (см. Откр. 3, 16).
Слова «ты не холоден» означают того, кто принадлежит к обществу христиан, но не исполняет Христовых заповедей. Холод – состояние безбожия. Пламень возгорается в сердце от огня Святого Духа. На таких людей сошли огненные языки Духа Святого. Они полюбили Христа, их сердце горит светом Христовым, и они готовы согревать других людей теплом Духа Святого.
Холодного и далекого от веры человека легче обратить ко Христу, чем теплохладного. Холодный человек, если поверил в Бога, часто становиться ревностным верующим. Теплохладные же думают, что они с Богом, но ошибаются. Таким Христос говорит: «Но, как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих» (Откр. 3, 16). Христос призывает таковых лаодикийцев, а с ними и всех нас, к ревности и покаянию.
Может быть, Господь и сегодня стучит в двери твоего сердца. Вспомни, что сказано: «Ныне, когда услышите глас Его, не ожесточите сердец ваших» (ср. Евр. 3,15).
Итак, нет ручки снаружи – только внутри! И значит, каждый принимает решение: открыть дверь своего сердца для Бога или нет. Христос просит, а не настаивает. Он долго терпит, ибо милостив и Его любовь безгранична. Того, кто откроет Ему свое сердце, Господь никогда не оставит.
Стоит Христос у двери и стучит, чтобы Ему открыли. Кто такой дерзкий, чтобы не пустить Христа?! Стучит Спаситель в дверь Лаодикийской Церкви, у которой нет сердца ни холодного, ни горячего. Но спят души беспечных лаодикийцев… Спаситель мог бы давно уйти, но Он стоит при дверях. Он стучит, стучит и стучит долго, неотступно. Но человек не слышит Его. А если слышит, то негодует: «Зачем Ты пришел ночью, когда мне нужно спать?!»
«Се, стою у двери и стучу» – выражение истинной любви Божией к людям. Господь не лишает человека свободы. Бог кротко взывает к нам через слова Священного Писании, через видимые храмы, через совесть и сердце наше. Господь призывает повсюду. Стуча, Он ожидает, что каждый сам добровольно отворит дверь сердечной клети. Кто услышит Его и поспешит открыть, тот примет Спасителя, и Он «обитель у него сотворит» (см. Ин. 14, 23). Господь явно пребывает в таком сердце и в такой церковной общине.
Кто знает, может и нам стоит прислушаться? Может и к нам кто-то пришел, прямо сейчас, в эту минуту, и стучится в двери… Не порос ли диким бурьяном вход в наше сердце?!
Епископ Орский и Гайский Ириней
«Се, стою у двери и стучу»
Зрители в год представления картины публике восприняли полотно враждебно и смысл его при этом не поняли. Им – протестантам или агностикам – почудилась в картине навязчивая стилистика католицизма. И нужно было, как это часто бывает, кому-то зрячему и внимательному рассказать о смысле полотна, расшифровать его, прочесть, как книгу. Таким умным толмачом оказался критик и поэт Джон Рёскин. Он объяснил, что полотно аллегорично; что Христос до сих пор удостоен такого же внимания, как и нищие, стучащиеся в двери; и что самое главное на картине – дом – это наше сердце, а двери ведут в ту глубину, где живет наше сокровенное «Я». В эти-то двери – в двери сердца – стучится Христос. Он не вламывается в них на правах Хозяина мира, не кричит: «А ну, открывай!» И стучит Он не кулаком, а фалангами пальцев, осторожно. Напомним, что кругом ночь… И мы не спешим открывать… И на главе Христа – венец из терний.
Отвлечемся теперь на минуту, чтобы сказать несколько слов о многочисленных подражаниях и вариациях на тему. О тех самых, которые вы, несомненно, видели. Они отличаются от оригинала тем, что, во-первых, убирают ночь. На них Христос стучит в двери дома (догадайтесь-ка, что это – сердце) днем. За Его спиной виден восточный пейзаж или облачное небо. Картинка радует глаз. По причине ненужности светильника в руке у Спасителя появляется посох Доброго Пастыря. С головы исчезает терновый венец (!). Двери, в которые Господь стучит, лишены уже тех красноречивых зарослей бурьяна, а значит, их открывают регулярно. Молочник или почтальон, видимо, стучат в них каждый день. И вообще домики имеют тенденцию становиться чистенькими и ухоженными – этакими буржуазными из канона «американской мечты». На некоторых изображениях Христос просто улыбается, словно пришел к другу, который Его ждет, или даже Он хочет подшутить над хозяевами: постучит и спрячется за угол. Как это часто бывает в подделках и стилизациях, трагическое и глубокое смысловое наполнение незаметно уступает место сентиментальному наигрышу, по сути – издевке над первоначальной темой. Но издевка проглатывается, и подмена не замечается.
Теперь к смыслу. Если Христос стучит в двери нашего дома, то не открываем мы Ему по двум причинам: либо мы просто не слышим стука, либо слышим и сознательно не открываем. Второй вариант рассматривать не будем. Он вне нашей компетенции, а значит, пусть существует до Страшного суда. Что же до первого варианта, то у глухоты есть много объяснений. Например, хозяин пьян. Его пушкой не разбудишь, не то что осторожным стуком нежданного Гостя. Или – внутри дома громко работает телевизор. Не беда, что двери заросли бурьяном, то есть давно не открывались. Кабель протянули через окно, и теперь футбольный чемпионат или социальное шоу гремят с экрана на всю катушку, делая хозяина глухим к остальным звукам. Ведь правда же, есть у каждого из нас такие звуки, слыша которые мы глохнем для всего остального. Это очень возможный и реалистичный вариант – если не для 1854 года (года написания картины), то для наших 2000-х. Еще вариант: хозяин просто умер. Нет его. Вернее, он есть, но он уже не откроет. Может быть такое? Может. Наше внутреннее «Я», подлинный хозяин таинственной хижины, может находиться в глубокой летаргии или в объятиях настоящей смерти. Кстати, прислушайтесь сейчас: не стучит ли кто в двери вашего дома? Если вы скажете, что у вас звонок на дверях есть и он работает, а значит, к вам звонят, а не стучат, то это лишь обличит вашу непонятливость. В двери сердца никто к вам не стучит? Прямо сейчас? Прислушайтесь.
Картины – это книги. Их читать надо. Не только в случае полотен на евангельский сюжет или христианских аллегорий. В любом случае. Пейзаж ведь тоже текст. И портрет – текст. И умение читать не ограничивается умением разбирать слова в газете. Читать нужно учиться всю жизнь. О чем это говорит? О том, что работы у нас много, и жизнь наша должна быть творческой, и неосвоенные поля для деятельности давно заждались тружеников. Если вы согласны, то, может быть, мы расслышали стук?
Икона христос у двери
В 1854 году английский художник Уильям Холман Хант представил на суд публики картину «Светоч мира». Вы наверняка знакомы с ее сюжетом по многочисленным подражательным вариациям, год от году имеющим тенденцию становиться всё слащавее и слащавее. Лубочные подражания, как правило, называются «Се, стою у двери и стучу» (Откр. 3: 20). Собственно, на эту тему и написана картина, хотя названа иначе. На ней Христос ночью стучится в некие двери. Он – путник. Ему негде «главу приклонить», как и во дни земной жизни. На главе у Него венец из терния, на ногах сандалии, в руках – светильник. Ночь означает тот мысленный мрак, в котором мы живем привычно. Это «тьма века сего». Двери, в которые стучит Спаситель, давно не открывались. Очень давно. Свидетельство тому – густой бурьян, растущий у порога.
Зрители в год представления картины публике восприняли полотно враждебно и смысл его при этом не поняли. Им – протестантам или агностикам – почудилась в картине навязчивая стилистика католицизма. И нужно было, как это часто бывает, кому-то зрячему и внимательному рассказать о смысле полотна, расшифровать его, прочесть, как книгу. Таким умным толмачом оказался критик и поэт Джон Рёскин. Он объяснил, что полотно аллегорично; что Христос до сих пор удостоен такого же внимания, как и нищие, стучащиеся в двери; и что самое главное на картине – дом – это наше сердце, а двери ведут в ту глубину, где живет наше сокровенное «Я». В эти-то двери – в двери сердца – стучится Христос. Он не вламывается в них на правах Хозяина мира, не кричит: «А ну, открывай!» И стучит Он не кулаком, а фалангами пальцев, осторожно. Напомним, что кругом ночь… И мы не спешим открывать… И на главе Христа – венец из терний.
Отвлечемся теперь на минуту, чтобы сказать несколько слов о многочисленных подражаниях и вариациях на тему. О тех самых, которые вы, несомненно, видели. Они отличаются от оригинала тем, что, во-первых, убирают ночь. На них Христос стучит в двери дома (догадайтесь-ка, что это – сердце) днем. За Его спиной виден восточный пейзаж или облачное небо. Картинка радует глаз. По причине ненужности светильника в руке у Спасителя появляется посох Доброго Пастыря. С головы исчезает терновый венец (!). Двери, в которые Господь стучит, лишены уже тех красноречивых зарослей бурьяна, а значит, их открывают регулярно. Молочник или почтальон, видимо, стучат в них каждый день. И вообще домики имеют тенденцию становиться чистенькими и ухоженными – этакими буржуазными из канона «американской мечты». На некоторых изображениях Христос просто улыбается, словно пришел к другу, который Его ждет, или даже Он хочет подшутить над хозяевами: постучит и спрячется за угол. Как это часто бывает в подделках и стилизациях, трагическое и глубокое смысловое наполнение незаметно уступает место сентиментальному наигрышу, по сути – издевке над первоначальной темой. Но издевка проглатывается, и подмена не замечается.
Теперь к смыслу. Если Христос стучит в двери нашего дома, то не открываем мы Ему по двум причинам: либо мы просто не слышим стука, либо слышим и сознательно не открываем. Второй вариант рассматривать не будем. Он вне нашей компетенции, а значит, пусть существует до Страшного суда. Что же до первого варианта, то у глухоты есть много объяснений. Например, хозяин пьян. Его пушкой не разбудишь, не то что осторожным стуком нежданного Гостя. Или – внутри дома громко работает телевизор. Не беда, что двери заросли бурьяном, то есть давно не открывались. Кабель протянули через окно, и теперь футбольный чемпионат или социальное шоу гремят с экрана на всю катушку, делая хозяина глухим к остальным звукам. Ведь правда же, есть у каждого из нас такие звуки, слыша которые мы глохнем для всего остального. Это очень возможный и реалистичный вариант – если не для 1854 года (года написания картины), то для наших 2000-х. Еще вариант: хозяин просто умер. Нет его. Вернее, он есть, но он уже не откроет. Может быть такое? Может. Наше внутреннее «Я», подлинный хозяин таинственной хижины, может находиться в глубокой летаргии или в объятиях настоящей смерти. Кстати, прислушайтесь сейчас: не стучит ли кто в двери вашего дома? Если вы скажете, что у вас звонок на дверях есть и он работает, а значит, к вам звонят, а не стучат, то это лишь обличит вашу непонятливость. В двери сердца никто к вам не стучит? Прямо сейчас? Прислушайтесь.
Картины – это книги. Их читать надо. Не только в случае полотен на евангельский сюжет или христианских аллегорий. В любом случае. Пейзаж ведь тоже текст. И портрет – текст. И умение читать не ограничивается умением разбирать слова в газете. Читать нужно учиться всю жизнь. О чем это говорит? О том, что работы у нас много, и жизнь наша должна быть творческой, и неосвоенные поля для деятельности давно заждались тружеников. Если вы согласны, то, может быть, мы расслышали стук?
