иконографический беспредел необычное в православной иконе
«Иконографический беспредел. Необычное в православной иконе»
На некоторых православных иконах встречаются удивительные образы: святой Христофор с головой пса, Богородица с тремя руками и рыбьим хвостом, рогатый пророк Моисей и многое другое. Это значимая часть русской иконописной культуры Средних веков, которая начиная с XVI века оказалась под запретом. Неугодные иконы переписывались или уничтожались, но множество свидетельств существования диковинных сюжетов сохранилось до наших дней. Удивить могут, впрочем, не только древние, но и современные иконы — с танками, изображением техногенных катастроф, политиками и футболистами. В книге «Иконографический беспредел. Необычное в православной иконе» (издательство «Эксмо») культурный антрополог Сергей Зотов рассказывает, как появились наиболее странные, как нам сейчас кажется, сюжеты православной иконы. Оргкомитет премии «Просветитель» включил эту книгу в «длинный список» из 25 книг, среди которых будут выбраны финалисты и лауреаты премии. N + 1 предлагает своим читателям ознакомиться с отрывком, посвященным зверообразным евангелистам.
Химерическая святость
Иногда на православной иконе можно увидеть странных гибридных существ. Например, на этом образе, который называется «Единородный Сыне», в руках у Иисуса находится удивительный голубь с четырьмя головами — птицы, вола, льва и человека. Над каждой из них есть нимб. Как понимать такую зооморфную святость?
Глоссы к Евангелиям от Луки и Иоанна. Великобритания. XII–XIII вв.
Лондон. Библиотека Ламбетского дворца
Это необычное создание — ангел одного из высочайших чинов под названием тетраморф, то есть «существо четырех видов». Его описание впервые появляется в ветхозаветной книге Иезекииля. В ней пророк в видении узревает самого Господа на колеснице и окружающих ее тетраморфов (херувимов особого вида):
Облик их был, как у человека; и у каждого четыре лица, и у каждого из них четыре крыла; а ноги их — ноги прямые, и ступни ног их — как ступня ноги у тельца… И руки человеческие были под крыльями их, на четырех сторонах их; и лица у них и крылья у них — у всех четырех… Подобие лиц их — лице человека и лице льва с правой стороны у всех их четырех; а с левой стороны лице тельца у всех четырех и лице орла у всех четырех …ободья их у всех четырех вокруг полны были глаз» (Иез. 1:5–10, 18).
Фреска с тетраморфом. XIII в.
Греция. Эласон. Монастырь Богородицы Олимпской
Это чрезвычайно запутанное описание было сложно визуализировать. Поэтому каждый художник рисовал его по-своему. На Западе тетраморфов могли изображать как четырех парящих рядом друг с другом крылатых существ, окруженных ободьями-колесами, также описанными у Иезекииля (в богословских трактовках это — ангельский чин Престолов). Их ступни напоминали коровьи копыта, у каждого было по четыре головы, но только одна изображалась как «главная». Другие миниатюристы представляли тетраморфа более человекообразным — его «основой» была фигура херувима, к которой с боков крепились все остальные головы. Cтремясь подчеркнуть ангельскую природу тетраморфа и приуменьшить его монструозность, мастера пытались замаскировать три звериные головы, рисуя их как часть прически.
Из этого более благообразного варианта родились средневековые изображения тетраморфа на православном Востоке. В греческом монастыре Богородицы Олимпской XIII в. можно увидеть изображение херувима, из-за спины которого выглядывают телец, лев и орел с томами своих Евангелий. Почему же они держат книги?
Дело в том, что в Откровении Иоанна Богослова видение Иезекииля было переосмыслено и четвероглавого тетраморфа «разделили» на четыре отдельные существа. Во II в. богословы соотнесли их с четырьмя Евангелиями, а затем и с евангелистами, которые их писали. Так лев стал обозначать Марка, бык — Луку, орел — Иоанна, а ангел — Матфея (согласно самой распространенной трактовке — существовало и несколько других).
Вскоре похожие образы появляются во всем православном мире — от малоазиатской Каппадокии до средиземноморской Италии или до северного Новгорода. Новгородская фреска конца XIV в., украшавшая храм, уничтоженный в дни Второй мировой войны, — единственное на Руси изображение четырехвидного ангела, сохранившееся только на черно-белых фотографиях. На нем мы видим все ту же композицию, распространенную в разных уголках Византии: существо с очами на крыльях и четырьмя главами демонстрирует книги Нового Завета.
Чаще всего на Руси символы евангелистов рисовали как четырех отдельных существ. В то время как на Западе авторов новозаветных книг могли изображать в виде звероголовых монстров, художники на Руси предпочитали изображать их или как людей, или как животных (позднее, по указу 1772 г., последнее будет запрещено — и животное станут рисовать только рядом с евангелистом-человеком). Причем появлялись они не только в храмах или церковных книгах. Часто символы евангелистов можно обнаружить и в расписных интерьерах крестьянских домов. К примеру, на севере Саратовской области есть музей «Дом со львом», и лев, нарисованный на стене жилого помещения начала XX в. — это не просто экзотический мотив, но изображение Марка, рядом с которым соседствуют вол, птица и ангел.
Фреска с символом евангелиста Марка в музее «Дом со львом». Начало XX в.
Иконографический беспредел
Вместе с автором вы разгадаете смысл загадочных аллегорий, совершите экскурсы в богословие и мировую историю, узнаете о самых невероятных русских заговорах и поверьях, увидите редчайшие иконы, доступные до этого только специалистам. Но главное — после прочтения этой книги привычная культура и история раскроется перед вами с совершенно новой и неизвестной стороны.
Сергей Зотов — культурный антрополог, лауреат премии «Просветитель» за книгу «Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии», докторант Уорикского университета (Великобритания). Создатель популярного блога о необычных иконах «Иконографический беспредел», откуда и родилась идея этой книги.
С разрешения издательства публикуем один из разделов книги.
Неодушевленные святые
На фреске из Кипра изображена святая. В руках она держит шесть медальонов с другими святыми, а ее собственное одеяние указывает на великомученический статус. Если попытаться прочесть греческие подписи, то можно надолго задуматься: вместо имен святых там указаны только дни недели. Казалось бы, в этой фреске нет ничего удивительного. Однако это не только изображение святой мученицы, но и одновременно персонификация воскресенья, и у нее есть название — «Святая Неделя». На медальонах нарисованы шесть других святых, олицетворяющих остальные дни недели. Но как день может быть святым?
Фреска со св. Кириакой (Неделей). 1474. Кипр. Троодос. Деревня Педулас. Церковь Архангела Михаила
Почти во всех славянских языках, кроме русского, слово неделя означает воскресенье. Именно в этот день Бог завершил творение мира и почил от дел, а потому и людям было наказано в этот день отдыхать (Быт 2:2–3). Даже в самом названии дня был заключен наказ: не делай. В воскресенье христианам воспрещалась почти любая работа, в этот день часто проходили праздники, связанные с библейскими событиями. Самыми важными из воскресных дней были те, в которые праздновали день Благовещения Богородице, крещения Иисуса, а также день его Воскресения.
Икона св. Недели. Болгария. XIX в. Пловдив. Церковь св. Недели
Фреска Воскресного Иисуса. Ок. 1465. Австрия. Заак. Церковь св. Канциана
Аналогичные поверья бытовали на Западе, однако в них вместо св. Недели участвовал сам Христос. На фресках, которые с середины XIV в. появляются в Англии, Германии, Чехии, Италии и известны как «Воскресный Иисус», тело Господа атаковали многочисленные хозяйственные орудия (напоминающие пыточные). Вокруг него рисовали молотки, тесаки, пилы, вилы, топоры, ножницы и т. п. Иногда они даже раздирали плоть Христа до крови, подобно орудиям страстей. Так до прихожан наглядно доносили мысль о том, что, работая в воскресный день, который должен быть посвящен Богу, они ранят своего Спасителя. Колюще-режущие инструменты олицетворяли ту боль, которую они ему приносят.
В конечном итоге почитание персонификаций дней недели восходило к Страстной седмице — неделе перед Пасхой, поминающей основные события из жизни Иисуса. Для отсчета дней на этой постной неделе в Греции до сих пор используются специальные куклы или печенья «Тетушки-великопостницы» с семью ногами, персонификации поста. Ввиду особого почитания Страстной седмицы на одеждах Недели можно видеть изображения и других дней — почти все из них женщины, но есть и мужчина, олицетворяющий субботу. Выбор пола для персонификации был связан с родом того или иного дня на греческом языке. На некоторых фресках на Кипре Неделя поддерживает руками Пятницу или Пятницу и Субботу, показывая особое значение, связанное с событиями этих дней.
В византийском варианте «Епистолии» было упоминание о том, что наряду с воскресным днем нужно соблюдать пост и ограничивать работу в среду и пятницу, так как это дни предательства и смерти Христа. Поэтому в народном православии и в фольклоре возникают святые и для этих дней. Одну из них в зависимости от региона называли Параскевой, Прасковеей, Прасковьей, Петкой или Пятницей. Святая Пятница иногда считалась родственницей (матерью или сестрой) Недели, и дни их почитания шли друг за другом. Параскеву тоже сопоставляли с одной из одноименных мучениц и изображали рядом с Неделей или же отдельно, с вырванными глазами или отрубленной головой на блюде. Считалось, что заговоры, обращенные к Пятнице, могут помочь от пули и злых ведунов, а иногда и в жатве или при исцелении болезней. Молитвы к Параскеве писали на листах и носили их на голове для избавления от беса. Из цветов, стоящих около иконы Пятницы, делали специальный отвар и давали больным. Долгой жизни этих поверий помог распространившийся на Руси текст «Сказание о 12 пятницах», в котором говорилось о религиозном значении самых главных пятниц накануне крупных церковных праздников. Этот текст тоже воспринимался как магический: крестьяне в надежде на Божью милость иногда вешали его на шею, идя на суд. В честь Параскевы (под этим именем объединилось несколько святых — кроме Пятницы, почитались и две раннехристианские мученицы-Параскевы) изготавливали иконы и деревянные скульптуры, строили храмы — иными словами, она являлась полноценной святой.
«Тетушка-великопостница». Современное изображение. Греция. XX–XXI вв.
Фреска со св. Неделей. Кипр. Галата. Церковь св. Созомена. XVI в.
Другая святая, Среда, так и не стала популярной. Поэтому в Сербии даже полагали, что этот день наиболее важный из всех, так как за грехи, совершенные в среду, «нельзя вымолить прощение, ведь нигде нет церкви св. Среды». Однако к Среде всё равно обращались в народных заговорах-молитвах. На Руси в среду и пятницу не только держали пост — в эти дни еще и запрещались женские работы и домашние дела, а также сношения, так как считалось, что святые могут прийти и наказать нерадивую женщину.
Скорее всего, персонификации дней недели, святые Неделя и Пятница, пришли на Русь с Балкан, где эти образы были распространены не только из-за хождения православных апокрифов, но и из-за особенностей местной культуры. Некоторые исследователи полагают, что эти святые появились именно на греческих землях, в которых еще с Античности бытовала традиция изображать персонификации рек, морей, частей света, стран, городов, времени, времен года и так далее. В русской православной иконе также можно без труда найти неодушевленных персонажей, которые являются лишь олицетворением абстрактных понятий или природных явлений. Нам знаком образ Софии — воплощения божественной премудрости. Вера, Надежда и Любовь изображаются в виде одноименных мучениц, хотя одновременно они являются персонификациями этих понятий. Святая Вероника, держащая в руках Нерукотворный Образ с ликом Иисуса Христа, — это не реальная женщина, существовавшая в истории «во плоти», а олицетворение понятия icona vera («истинное изображение»), то есть самого плата с ликом Спасителя. На иконах Крещения часто можно увидеть изображение реки Иордан в виде водолея, а на иконах Пятидесятницы — аллегорию мира в образе старца. На изображениях Страшного суда всегда присутствуют олицетворения Ада в виде двуглавого зверя — престола Сатаны, а также Моря и Земли (иногда в образе царственных жен).
Икона св. Параскевы. Болгария. XVIII–XIX вв. (?). София. Храм-памятник «Святой Александр Невский». Музей христианского искусства
Олицетворения дней недели не описывались в текстах как целители или каратели за не вовремя сделанную работу. Такими качествами их наделило народное сознание. Опасная и нестабильная жизнь вынуждала крестьян создавать себе специальных патронов, которые защищали бы их от невзгод при помощи христианизированной магии. И в православном «пантеоне» было достаточно много иных святых, которых народ использовал в своих нуждах. Их иконы часто слыли целительными, причем иногда из-за самых экстравагантных ассоциаций.
«Иконографический беспредел. Необычное в православной иконе»
Н а некоторых православных иконах встречаются удивительные образы: святой Христофор с головой пса, Богородица с тремя руками и рыбьим хвостом, рогатый пророк Моисей и многое другое. Это значимая часть русской иконописной культуры Средних веков, которая начиная с XVI века оказалась под запретом. Неугодные иконы переписывались или уничтожались, но множество свидетельств существования диковинных сюжетов сохранилось до наших дней. Удивить могут, впрочем, не только древние, но и современные иконы — с танками, изображением техногенных катастроф, политиками и футболистами. В книге «Иконографический беспредел. Необычное в православной иконе» (издательство «Эксмо») культурный антрополог Сергей Зотов рассказывает, как появились наиболее странные, как нам сейчас кажется, сюжеты православной иконы. Оргкомитет премии «Просветитель» включил эту книгу в «длинный список» из 25 книг, среди которых будут выбраны финалисты и лауреаты премии. N + 1 предлагает своим читателям ознакомиться с отрывком, посвященным зверообразным евангелистам.
Химерическая святость
Иногда на православной иконе можно увидеть странных гибридных существ. Например, на этом образе, который называется «Единородный Сыне», в руках у Иисуса находится удивительный голубь с четырьмя головами — птицы, вола, льва и человека. Над каждой из них есть нимб. Как понимать такую зооморфную святость?
Глоссы к Евангелиям от Луки и Иоанна. Великобритания. XII–XIII вв. Лондон. Библиотека Ламбетского дворца
Это необычное создание — ангел одного из высочайших чинов под названием тетраморф, то есть «существо четырех видов». Его описание впервые появляется в ветхозаветной книге Иезекииля. В ней пророк в видении узревает самого Господа на колеснице и окружающих ее тетраморфов (херувимов особого вида):
Облик их был, как у человека; и у каждого четыре лица, и у каждого из них четыре крыла; а ноги их — ноги прямые, и ступни ног их — как ступня ноги у тельца… И руки человеческие были под крыльями их, на четырех сторонах их; и лица у них и крылья у них — у всех четырех… Подобие лиц их — лице человека и лице льва с правой стороны у всех их четырех; а с левой стороны лице тельца у всех четырех и лице орла у всех четырех …ободья их у всех четырех вокруг полны были глаз» (Иез. 1:5–10, 18).
Фреска с тетраморфом. XIII в. Греция. Эласон. Монастырь Богородицы Олимпской
Это чрезвычайно запутанное описание было сложно визуализировать. Поэтому каждый художник рисовал его по-своему. На Западе тетраморфов могли изображать как четырех парящих рядом друг с другом крылатых существ, окруженных ободьями-колесами, также описанными у Иезекииля (в богословских трактовках это — ангельский чин Престолов). Их ступни напоминали коровьи копыта, у каждого было по четыре головы, но только одна изображалась как «главная». Другие миниатюристы представляли тетраморфа более человекообразным — его «основой» была фигура херувима, к которой с боков крепились все остальные головы. Cтремясь подчеркнуть ангельскую природу тетраморфа и приуменьшить его монструозность, мастера пытались замаскировать три звериные головы, рисуя их как часть прически.
Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.