история зои с иконой николая чудотворца
Чудо XX века: правда о стоянии Зои Карнауховой
Спасибо что зашли на наш сайт, перед тем как начать чтение вы можете подписаться на интересную православную mail рассылку, для этого вам необходимо кликнуть по этой ссылке «Подписаться»
Видение Зои во время стояния: современный иконописный сюжет
На улице Чкалова в Самаре есть старый полуразрушенный дом с заколоченными ставнями. Когда-то в этом доме произошло феноменальное событие, получившее в народе название «Зоино стояние». Молодая девушка окаменела, продолжая жить в полной неподвижности 128 дней.
Версии
Подлинные события или вымысел?
Январь. Вечер. В доме на окраине Куйбышева (ныне – Самара) в разгаре застолье – молодежь отмечает первые дни нового 1956 года. Не весело только Зое Карнауховой – молодой работнице трубного завода. Она поглядывает то на часы, то на пустующее место рядом с собой. Ее кавалер Николай сильно запаздывает, и девушке начинает казаться, что он не придет вовсе.
Досада, злость, тоска… Непонятно, какое именно из этих чувств заставило ее вдруг подскочить и под звуки разудалой гармоники броситься в красный угол, где висела икона свт. Николая Чудотворца. «Раз нет моего Николая, буду с Николой Угодником танцевать!» Подружки в ужасе ахнули: «Нельзя ведь, грех!» Но Зоя дерзко ответила: «Если есть Бог, пусть он меня накажет!» С этими словами она прижала к груди икону и закружилась в пляске. В этот момент случилось то, чего в принципе быть не могло: за окнами (в разгар зимы!) пророкотал гром и сверкнули молнии. А Зоя застыла посреди комнаты, словно каменное изваяние, с руками, обнимавшими икону, и таким страшным выражением на лице, что гости поняли – это не шутка, и бросились со страху врассыпную.
Полезные материалы
Спустя некоторое время дом вновь наводнили люди: милиционеры и врачи. Все попытки сдвинуть Зою с места оказались безуспешными, казалось, девушка приросла к полу. Она не реагировала на вопросы, не шевелилась, но жизнь теплилась внутри ее застывшего, словно окаменевшего тела – самописцы кардиографа выдавали кривую, зеркало запотевало от дыхания. Врачи пытались ввести Зое какое-то лекарство, но иглы гнулись и ломались, настолько твердой стала кожа. А ночью, пугая отряд дежурившей у дома конной милиции и безутешную мать, из сомкнутых уст непонятно как исходил крик: «Земля горит! В грехах погибаем!».
Она продолжала держать в руках икону, и никакими силами невозможно было вытащить из ее объятий образ Николая Чудотворца. Девушка не отдала икону ни милиционерам, ни врачам, ни матери, ни священникам. В праздник Рождества Христова в горницу вошел отец Дмитрий (будущий архимандрит Серафим). Он отслужил молебен с водосвятием и принял икону из рук Зои. Ему почему-то это удалось сделать. Вернув образ на место, священнослужитель сказал: «Теперь надо ждать знамения в Великий день!» Имелась в виду Пасха. Его слова оказались вещими.
Простояв четыре месяца, Зоя вышла из ступора в день Светлого Христова Воскресения.
Обессиленную девушку уложили на подушки и подступили с расспросами. Главное, что интересовало окружающих, как же Зое удалось выжить в течение столь длительного времени без пищи и воды? «Голуби, голуби меня кормили!» — слабым голосом отвечала девушка.
В церковном понимании, голубь – символ Святого Духа, поэтому считается, что Зоя была прощена Господом. Говорят, что ее заступником стал сам Николай Чудотворец. Будто бы видели люди в толпе какого-то благообразного старичка, трижды пытавшегося миновать милицейский кордон.
Стояние Зои: изображен молебен, после которого у Зои удалось взять из рук икону
В третий раз правоохранители прозевали старца: он вошел в дом, подошел к застывшей девушке и якобы спросил: «Не устала так стоять, милая?» А когда охранники опомнились и бросились в дом, чтобы вывести непрошеного гостя, внутри уже никого не оказалось. Решили, что таинственным посетителем Зои был никто иной как Николай Угодник.
Зоя умерла на третий день Пасхи, согласно одной из версий. А были ли другие? Были.
Официальная позиция властей о событиях в 1956 году в Куйбышеве
Из стенограммы 13-ой областной конференции КПСС от 20 января 1956 года:
Слова первого секретаря обкома Михаила Ефремова отрицали не только «каменное стояние», но и сам факт существования Зои. Вдогонку обличительной речи Ефремова, в которой сквозила даже какая-то досада на глупость и доверчивость соотечественников, в газете под названием «Волжская коммуна» был опубликован фельетон, полостью разделяющий точку зрения партийного лидера: история с «зоиным стоянием» — «утка». Слух этот выдумала и распространила какая-то неизвестная женщина по имени Аграфена. «Московский комсомолец» выдвинул свою версию: во всем виновата монашка. Это она, увидев танцы с иконой, которые все-таки имели место быть, осуждающе бросила: «За такой грех, обернешься ты соляным столбом!» Дом же принадлежал некоей Клавидии Болонкиной. Видимо, история пришлась хозяйке по вкусу, ибо женщина растрезвонила ее по всей округе, а набожные старушки подхватили и дополнили подробностями.
К дому №84 по улице Чкалова немедленно стал стекаться люд. По свидетельству очевидцев,
Скорее всего это преувеличение, но беспорядки у небезызвестного дома все же имелись. Вот почему было решено выставить у дома пост милиции, а потом еще и усилить его конным отрядом. Однако, вместо того чтобы разогнать толпу, присутствие милиции лишь стимулировало обывательский интерес к делу Зои и привело к тому, что народ начал стремиться проникнуть в дом еще активнее.
Таким образом, «чудо» Зои трансформировалось в слух, отрастивший подобно Лирнейской гидре, тысячи голов. Кто-то говорил, что при попытке рубить половицы, к которым «приросла» Зоя, из досок выступила кровь. Другие утверждали, что тело девушки бьет электрическим током всех, кто к нему прикасается. Третьи рассказывали о молодом милиционере, который, побывав в злополучном доме, полностью поседел.
За два года до этого легендарного события вышло постановление ЦК КПСС об ошибках проведения научно-атеистической пропаганды среди населения. В том же фельетоне, опубликованном в газете «Волжская коммуна», автор упрекал пропагандистских работников горкома и райкомов КПСС, «забывших о своей обязанности неустанно распространять в массах научные знания и бороться с пережитками прошлого», коей и являлась вера в Бога.
Вот откуда нежелание властей допускать в дом священнослужителей, а также арест отца Серафима — видимо, священникам было, что рассказать людям.
Научное обоснование
Согласно научной точке зрения, Зоя не окаменела, а впала в кататонический ступор. Это состояние, которое характеризуется двигательной заторможенностью, молчанием, ригидностью мышц. В скованном состоянии больные могут находиться в течение нескольких недель и даже месяцев…
Реальное событие или бабьи басни
С тех пор минуло шестьдесят лет, и за это время история успела обрасти самыми нелепыми слухами и невероятными деталями, из которых вычленить правду практически невозможно. Умерли свидетели, утрачены архивы, да и советской власти, развернувшей пропаганду атеизма среди населения, было не выгодно сохранять какие-либо исторические свидетельства о «каменной» Зое. Руководство Куйбышева изо всех сил пыталось низвести все до уровня сплетен и слухов. И, надо сказать, что это удалось идеально: сегодня даже Церковь относится к «чуду стояния» с долей скепсиса.
Вот, что говорит о «зоином стоянии» протодьякон Андрей Кураев: «Мы с вами знаем, что есть такой закон психологии – чем дальше во времени от самого события, тем больше подробностей теряется. Сегодня в Самаре это пересказывается уже чуть ли не как художественный фильм, при этом сами рассказчики верят в то, что рассказывают. Я был в Самаре в нулевые годы, но мне не удалось обнаружить каких-то документальных свидетельств этого события».
Самарская епархия официально признала чудо «зоиного стояния», а иначе чем объяснить тот факт, что у дома Клавдии Болонкиной ежегодно служатся молебны, а в храме Иоанна-воина появилась житийная икона Николая Угодника, на клеймах которой вся история «зоиного стояния»?
О фактах и документальных материалах
Никаких документальных свидетельств о том, что на самом деле происходило в доме №84 по улице Чкалова – нет. Архив МВД сгорел в резонансом самарском пожаре в 90-х. В те же 90-е годы был подан запрос в городской архив – выяснилось, что дом действительно принадлежал Клавдии Болонкиной, проживавшей там со своим сыном Вадимом. О личности Зои – никаких официальных данных. Из всех архивных справок – только газетные статьи и протоколы партийных заседаний. Утверждение о том, что «зоино стояние» — реальный факт, базируется исключительно на личных или пересказанных свидетельствах людей. Кстати, о свидетелях…
Свидетельства
Когда говорят о феномене «каменной Зои», всегда вспоминают о трех очевидцах: отце Серафиме, принявшем из рук девушки икону, Анне Калашниковой, которая работала врачом на «Скорой помощи» и приехала в дом №84 на своем дежурстве, и Анне Федотовой, жительнице Куйбышева, которая на самом деле ничего не видела, но фигурирует во всех документальных фильмах о Зое и статьях.
Анна Ивановна Федотова, тогда еще совсем «зеленая» комсомолка, завязала разговор с одним из охранников, дежуривших у дома Болонкиной. «Товарищ милиционер, говорят, не стоит там никто!», — обратилась девушка к молоденькому УВД-шнику. «Тогда и тут бы никто не стоял, и окна не заколотили», — отвечал он ей. А потом снял фуражку: «Видишь, какой я! А мне только 28 лет». Волосы у него были совершенно седые… Потом, правда, нашлись люди, утверждавшие, что парень седым вернулся с фронта, а над доверчивой девушкой просто подшутил …
«Анна Павловна Калашникова — тетка моей матери — в 1956 году работала в Куйбышеве врачом «скорой помощи». В тот день утром она приехала к нам домой и сообщила: «Вы тут спите, а город уже давно на ногах!» И рассказала об окаменевшей девушке. А еще она призналась (хотя и давала подписку), что сейчас была в том доме по вызову. Видела застывшую Зою. Видела икону святителя Николая у нее в руках. Пыталась сделать несчастной укол, но иглы гнулись, ломались, и потому сделать укол не удалось. Все были потрясены ее рассказом. Анна Павловна Калашникова проработала на «скорой» врачом потом еще много лет. Умерла в 1996 году. Я успел пособоровать ее незадолго до смерти. Сейчас еще живы многие из тех, кому она в тот самый первый день нового года рассказала о случившемся».
А вот архимандрит Серафим (в миру Дмитрий Тяпочкин) не был так откровенен. Когда ему задавали вопросы о Зое, он избегал прямых ответов. Было, отчего молчать старцу – почти десять лет он провел в лагерях. «Потолковали» с ним чекисты и в прошлый раз, в результате чего священник был сослан в Михайловское.
Протоиерей Анатолий Литвинко вспоминал, что на вопрос «Батюшка, это вы взяли икону из рук Зои?» отец Серафим лишь смиренно опустил голову. «И по его молчанию я понял: он». Некая Александра Ивановна, чьи родственники жили в Куйбышеве, также встречалась с отцом Серафимом. Однажды женщина дерзнула задать священнику вопрос: «Батюшка, а где икона святителя Николая, которую вы взяли у Зои?» Архимандрит строго взглянул на женщину и вдруг ответил:
А через две недели отца Серафима не стало. Где сейчас находится та самая икона – неизвестно.
Самара, ул. Чкалова: место событий в настоящее время
В современной Самаре дом №84 по улице Чкалова – местная достопримечательность. Туда водят экскурсии, постоянно приезжают журналисты – в поиске новых фактов, способных пролить свет истины на историю Зои, приходят паломники. Вот только от самого дома остался один фундамент с подобием крыши и несущая стена с заколоченными ставнями — постройка сильно пострадала от пожара в 2014 году.
Нет сомнений, что для многих жителей Самары и богомольцев, приезжающих в город поклониться Николаю Чудотворцу, «зоино стояние» — подлинный факт.
Памятник свт. Николаю Чудотворцу на ул. Чкаловская г. Самары
В храме Иоанна-воина на окраине Самары есть большая житийная икона Николая Чудотворца. По краям ее расположены клейма (дополнительные изображения), повествующие о чудесах святителя. Весь нижний ряд посвящен чуду «стояния Зои». Здесь и милиционер при алых погонах, и комсомольцы в атласных рубашках, бабушки в косынках, гармонист и сама Зоя, стоящая посреди адского пламени в красных туфлях. Последнее клеймо изображает девушку, склонившую покрытую голову перед Святителем Николаем, который, словно пришел спросить ее: «Ну что, устала стоять? На Пасху оживешь».
Табличка на памятнике свт. Николаю Чудотворцу на ул. Чкаловская г. Самары
О «зоином стоянии» снято несколько документальных фильмов и два художественных, написаны десятки статей и книги, претендующие на полноту и объективность исторического исследования. Эта история до сих пор будоражит пытливые умы, и раз за разом предпринимаются попытки распутать клубок из сплетен и слухов, докопаться до истины.
Сомнению подвергается каждый участник тех памятных событий, каждый факт, каждое свидетельство… Единственным и неизменным остается только одно: огромные толпы горожан, собиравшихся под окнами «окаменевшей» девушки и милицейское оцепление. Делать заключения об истинности события — пожалуй, личное дело каждого.
Автор: Галина Бочарова
Видео
Небольшой документальный фильм о событии.
«Стояние Зои»: как в 1956 году жительница Самары окаменела, станцевав с иконой Николая Угодника
ХХ век стал одним из самых мрачных в тысячелетней истории православия на Руси. Прогремели революции, начался период борьбы с религией длиной в 70 лет. Образовалась Антирелигиозная комиссия, занимавшаяся отделением церкви от государства, собрался Союз воинствующих безбожников, с молодецкой удалью революционеры принялись громить храмы, а священники подверглись репрессиям. Великая Отечественная война затормозила борьбу с Богом и церковью – на первый план вышли другие проблемы. Одним из главных борцов с религией в советской истории остался пришедший к власти после Сталина Никита Хрущев. И вот на фоне начинающейся Хрущевской антирелигиозной кампании в городе Куйбышеве (ныне Самара) произошло странное событие, которое одни считают православным чудом, а другие – образцом городского фольклора. Сегодня оно известно, как «стояние Зои».
Дело было в 1956-м, во время празднования Нового года в доме № 84 по улице Чкалова. Работница трубного завода Зоя Карнаухова ждала молодого человека по имени Николай. Все девушки уже танцевали со своими кавалерами, а Николай задерживался. Тогда Карнаухова заявила: «Если нет моего Николая, буду с Николой Угодником танцевать!». На замечание, что это грех, она ответила: «Если есть Бог, пусть он меня накажет!» – взяла икону и закружилась в танце. И вдруг Зоя застыла на месте, как будто вросла в землю. Девушка будто окаменела, хотя ее сердце продолжало биться. Не ожила она ни в этот день, ни на следующий, ни через неделю. Рассказывали, что вынуть икону из рук было невозможно, а об окаменевшую кожу ломались иглы шприцов. В разных версиях этого рассказа всплывают разные подробности, например, что перед тем, как девушка окаменела, комнату вдруг наполнил шум, поднялся вихрь и блеснула молния. Все в страхе выбежали, а Зоя осталась на месте, как вкопанная.
Так или иначе, известие о чуде молниеносно разнеслось по городу. К дому № 84 начали стекаться толпы людей. Обнаружив странный ажиотаж, власти перекрыли подходы к дому и выставили наряд дежурных милиционеров. По легенде, приходили к Зое священники, но не могли ей помочь, пока на Рождество не появился иеромонах Серафим – распространена версия, что это был отец Серафим Тяпочкин. Он освятил комнату и взял из рук девушки икону. Иеромонах предрек, что стояние Зои кончится в день Пасхи. «Очевидцы» рассказывали, что по ночам девушка кричала: «Мама! Молись! В грехах погибаем! Молись!» Так и простояла она 128 дней, пока не умерла на третий день Пасхи.
Миф о Зое связывают с вымыслом некоей Клавдии Болонкиной, которой принадлежал тот самый дом № 84. Сохранилась стенограмма 13-й областной конференции КПСС от 20 января 1956 года, на которой первый секретарь Куйбышевского областного комитета КПСС Михаил Ефремов рассказывал о странных событиях тех дней:
«Какая-то старушка шла и сказала: вот в этом доме танцевала молодежь, и одна охальница стала танцевать с иконой и окаменела. После этого стали говорить: окаменела, одеревенела, и пошло, начал собираться народ… Тут же выставили милицейский пост, а где милиция, туда и глаза. Мало оказалось нашей милиции, так как народ все прибывал, выставили конную милицию, а народ, раз так, – все туда. Некоторые додумались до того, что вносили предложение послать туда попов для ликвидации этого позорного явления. Бюро обкома посоветовалось и дало указание снять все наряды и посты, убрать охрану, нечего там охранять… А по существу это самая настоящая глупость, никаких танцев, никаких вечеринок в этом доме не было, живет там старуха».
Исследователи утверждают, что сюжет легенды о стоянии Зои очень напоминает фольклорный сюжет о плясуне-святотатце, известном с XIX века. Устные рассказы об окаменении девушки, танцевавшей с иконой, и окаменении человека, танцевавшего в церкви, с 1960-го по 1990 год в разных версиях ходили по всей России. Любопытно перекликается этот миф и с событиями февраля 2012 года, когда группа Pussi Riot устроила знаменитый «панк-молебен» в храме Христа Спасителя.
Так или иначе легенда разошлась, и дом стал настоящим местом паломничества. На улице Чкалова появились памятник Николаю Чудотворцу и часовня. По мотивам истории о «стоянии Зои» в 2000 году был снят короткометражный фильм «Стояние Зои», а в 2009-м вышел полнометражный художественный фильм «Чудо», в котором снялись Константин Хабенский, Сергей Маковецкий и Полина Кутепова. В 2015 году вышел трехсерийный телевизионный фильм «Зоя» по пьесе Александра Игнашева «Стояние Зои». Про «стояние Зои» написано немало статей и книг, и однозначной точки в этой истории не поставлено.
Зоя Карнаухова
Биография
В XX веке в европейской части СССР жили две девушки-тезки, ставшие символами пропаганды. Биография Зои Космодемьянской использовалась пропагандистами коммунистическими, судьба Зои Карнауховой — пропагандистами православными. О жизни и смерти каждой из этих девушек и сейчас спорят и снимают фильмы.
Детство и юность
О детстве Карнауховой практически ничего не известно. Фото Зои не сохранились.
Актриса в роли Зои Карнауховой (кадр из дкументального фильма «Каменная Зоя»)
Девушка жила в Куйбышеве (сейчас город называется Самара), была комсомолкой и работала на трубном заводе, по-видимому, заводе имени Масленникова, в течение почти века выпускавшем на левом берегу Волги оборонную продукцию. Мать молодой жительницы Поволжья Мария Даниловна была верующей.
По свидетельству Маргариты Сергеевны Филатовой, присутствовавшей на «стоянии Зои», которое было озвучено в августе 2021 года на программе «На самом деле», Карнаухова-младшая притягивала взгляды и производила впечатление не провинциалки, а столичной барышни.
«Стояние Зои»
История, окутанная слухами, началась в новогоднюю ночь 1956 года в частном деревянном доме на улице Чкалова, в котором жила продавщица разливных напитков Клавдия Болонкина и ее сын Вадим, регулярно попадавший в тюрьму. Работница советской торговли решила отметить возвращение отпрыска из мест заключения грандиозной гулянкой. По словам Филатовой, приехавшей в Куйбышев из Москвы переоформлять дом родственницы и зашедшей на праздник к соседям, в застолье участвовало полтора десятка человек, а на столе стояло дефицитное шампанское.
Дом, где стяла Зоя Карнаухова (кадр из дкументального фильма «Каменная Зоя»)
От новогодней ночи Карнаухова ждала изменений в личной жизни. Недавно девушка познакомилась с парнем по имени Николай и пригласила его на вечеринку к Болонкиным. Но время шло, Коля не приходил. Подвыпившие парочки танцевали и обнимались, и только Зоя грустила в одиночестве. Наконец Карнаухова не выдержала и, схватив икону с Николаем Чудотворцем, произнесла:
«Раз мой Коля не приходит, буду с этим Колей плясать».
Хотя собравшиеся у Болонкиных были комсомольцами, танец с иконой показался им кощунством. «Так нельзя!» — пытались пристыдить молодые куйбышевцы Зою.
«Если Бог есть, пусть он меня накажет!» — рассмеялась в ответ Карнаухова.
По свидетельству Филатовой, в этот момент произошла вспышка света и Зоя окаменела с иконой в руках.
Сколько времени продолжалось оцепенение, точно неизвестно. Филатова, пытавшаяся вывести Карнаухову из ступора, упала в обморок и попала в больницу, остальных свидетелей происшествия сейчас нет в живых. Религиозные деятели полагают случившееся чудом и утверждают, что «стояние Зои», во время которого девушка призывала молиться и каяться в грехах, закончилось на православную Пасху.
Телерепортаж о «стоянии Зои Карнауховой»Скептики считают, что оцепенение длилось несколько суток, и в качестве его научного объяснения называют кататонический синдром. Дискуссия о том, правдой или вымыслом является «стояние Зои», идет до сих пор.
В пользу версии, что в доме Болонкиных в новогоднюю ночь произошло что-то необъяснимое, говорит то, что квартал был оцеплен конной милицией, а куйбышевский еженедельник спешно напечатал фельетон «Дикий случай», в котором оцепенение Карнауховой высмеивалась как религиозное мракобесие. В XXI веке участникам программы «Битва экстрасенсов» предлагалось определить, о чем говорится в газете, запечатанной в непроницаемый конверт.
В 2009 году режиссер Александр Прошкин снял о «стоянии Зои» фильм «Чудо». Однако кинематографист перенес место действия из Самары (Куйбышева) в выдуманный город Гречанск.
Смерть
Относительно судьбы Карнауховой после «оживления» информации совсем мало. По одной версии, девушка умерла вскоре после выхода из ступора, по другой, долго жила в психиатрической больнице. Неизвестны причина смерти Зои и местонахождение ее могилы.
Маргарита Филатова — свидетель «Стояния Зои» (кадр из шоу «На самом деле»)
Полусгоревшая изба Болонкиных сейчас является самарской туристической достопримечательностью и местом паломничества православных верующих. Возле дома на улице Чкалова установлена часовня и статуя Николая Чудотворца.
«Стояние Зои»: история.
Холодным зимним утром января 1956 года, когда Клавдия Ивановна Болонкина убирала снег у своего дома на Чкаловской улице, в Куйбышеве, к ней обратилась пожилая женщина: «Это какая улица? А дом? А кто хозяйка пятой квартиры?» Когда выяснилось, что в квартире проживает сама Клавдия Ивановна, старуха начала её торопить: «Ну, тогда, дочка, пойдем скорее, покажи её, несчастненькую. Ах, какой грех. Ах, какое наказание!»
Из слов старухи Клавдия Ивановна поняла, что в её квартире якобы находится окаменевшая молодая женщина. Как выяснилось, старухе рассказали историю о некоей девушке, которой на вечеринке не досталось партнёра для танца. Рассердившись, она сняла со стены икону святого Николая и стала кружиться с ней в такт музыке. Вдруг сверкнула молния, грянул гром, и девушку окутал дым. Когда он рассеялся, все увидели, что богохульница застыла с иконой в руках.
Именно так разговор, который якобы имел место 18 января 1956 года на Чкаловской улице, был описан несколько дней спустя в газете «Волжская коммуна». Публикация пыталась развеять слухи об «окаменевшей девушке». За беззубой старушкой, которая, вероятно, была первой посетительницей мистической квартиры, последовало много народу, пожелавшего увидеть чудо своими глазами.
По мере роста числа любопытных множилось и количество вариантов истории. Некоторые датировали происшествие новогодней ночью; другие рассказывали, что все попытки взять икону из рук девушки – или даже выбить топором – остались безрезультатными. Третьи предлагали окропить застывшую святой водой или обратиться к врачам. В последующие дни толпа перед домом выросла до нескольких сотен человек. Новость про нездоровый интерес советских граждан вскоре дошла даже до ЦК КПСС. В Куйбышеве, у того самого дома на Чкаловской улице, были выставлены заслоны пешей и конной милиции.
Милицейские посты лишь подогрели ажиотаж. Весть о мгновенной божьей каре за святотатство широко распространилась в околоцерковных кругах области и всей страны, приняв характер легенды. Сегодня благодаря медиа легенда о поначалу безымянной героине известна под названием «стояние Зои» – на её основе даже снят художественный фильм. Почему этот слух (или, с точки зрения верующего населения, новость о божественном вмешательстве) смог набрать такую силу?
Почему она возникла именно во второй половине 1950-х и почему в вернувшей свое название Самаре её вспоминают до сих пор. До сих пор, несмотря на широкое распространение легенды, она хоть и упоминается в некоторых научных работах, но механизмы её возникновения (и её функции) ещё ни разу не были исследованы.
Уполномоченный ЦК по делам РПЦ отмечал тогда, что «весть о чуде» в Куйбышеве в особенности адресовалась молодёжи, призывая её уважать авторитет церкви, соблюдать посты и праздники – именно для этого легенду пересказывали пожилые прихожане. Во время поездки в Борский район (120 километров от Куйбышева) он зафиксировал следующие высказывания колхозников: «Мы точно не знаем, что там было на Чкаловской улице, но говорим об этом и сейчас, поддерживаем веру в это чудо и припугиваем этим молодёжь, чтобы не хулиганили, меньше ходили на танцы, а больше ходили в церковь».
Действительно, многие сельские жители сделали в пасхальные дни 1956 года соответствующие выводы: «Под праздники и в Страстную неделю в этом году не слышно было песен и гармошки, больше стало народу ходить в церковь и причащаться при этом ходили издалека. В Страстную неделю даже кино срывалось».
В других районах и больших городах Куйбышевской области так же сильно возросло количество посещающих службы во время поста и в пасхальные праздники.
Уже позже в основанном в 1959 году журнале «Наука и религия» упоминались события в Куйбышеве. Подобные факты не только показывают, насколько широкое распространение получила эта легенда – по всему СССР, – они ещё дают представление о том, сколько новых вариантов легенды о случившемся на Чкаловской улице возникло к тому времени. Если поначалу темой разговора было только то, что девушка окаменела, то позднее на первый план выдвинулись вопросы о том, сколько времени продлилось «стояние» и чем оно закончилось.
Ещё в июне 1956 года уполномоченный по Куйбышевской области записал, что «и сейчас еще есть разговоры, что она стоит». В опубликованном четыре года спустя гневном письме члена партии в журнал «Наука и религия» содержится новый вариант истории, согласно которому застывшая девушка «в таком состоянии была несколько месяцев, потом вдруг ожила, вышла из комсомола и стала религиозной». Ещё два года спустя, в 1962-м, автор отчёта о плохом состоянии антирелигиозной работы в Куйбышевской области сообщал, что теперь у слухов о застывшей девушке такое окончание: «Только когда священник отслужил перед статуей молебен и окропил её «святой водой», окаменевшая ожила».
Андрей Синявский вспоминает в написанных в эмиграции размышлениях о русской народной набожности ещё об одном варианте, услышанном им в молодости и восхитившем его; по этой версии, сам Николай Угодник взял икону из рук девушки и тем самым освободил её. Как пишет Синявский, КГБ и партийные органы пытались пресечь распространение слухов. Любопытно, что во всех вариантах легенды – как с участием Николая Угодника, так и без его вмешательства – девушку, в конце концов, увозят «органы».
Это специфическая перспектива, в центре которой стоит сила и бессилие советских органов, наглядно показывает, что «история про Зою» была удобна для разных сторон. Каждый, кто пересказывал легенду, мог по-своему расставить акценты. Именно возможность продолжить сюжет – и довести его до счастливого конца – сделали его привлекательным в последующие десятилетия.
Слухи об «окаменевшей девушке» не только отражали изменение в настроениях верующих после смерти Сталина. Они странным образом вписываются в ситуацию локального церковного кризиса, который вспыхнул в ряде городов за несколько недель до описываемых событий. До Московской патриархии из Куйбышевской епархии доходили не только слухи о чуде на Чкаловской улице: в феврале 1956 года патриарх и члены Священного синода ознакомились с письмом куйбышевского священника, в котором рассказывалось о сексуальных домогательствах одного иеромонаха в отношении кандидата в духовную семинарию, а также о попытках куйбышевского епископа замять это дело.
При этом бросаются в глаза три вещи. Во-первых, хотя эти события, на первый взгляд, и не связаны с историей на Чкаловской улице, удивляет временнóе совпадение: мать пострадавшего семинариста сразу обнародовала случившееся – в начале декабря 1955 года, за несколько недель до волны слухов и столпотворения на Чкаловской улице.
Во-вторых, в центре обеих историй находятся молодые, но уже довольно взрослые по тогдашним меркам люди: в истории с «окаменевшей» – фабричная работница лет восемнадцати, во второй истории – 17-летний юноша, который, однако, в отличие от «Зои», исправно посещал церковь и помышлял об обучении в духовной семинарии. Чтобы подготовиться к учёбе в семинарии он обратился к иеромонаху, настоятелю своего прихода, который и стал его домогаться.
В-третьих, мать жертвы позаботилась о том, чтобы и факт домогательства, и попытки иеромонаха Серафима (Полоза) купить молчание потерпевшего стали достоянием общественности. Мать не только обращалась с жалобами к другим священникам, но, судя по всему, и в милицию, так как уже в декабре 1955 года против Полоза было возбуждено уголовное дело, по которому дали показания священники ряда куйбышевских приходов. В околоцерковных кругах и среди прихожан активно обсуждалось поведение епископа, который повысил обвиняемого в церковной должности, а священников, давших показания, уволил или перевёл на другое место.
В результате давление на епископа Иеронима (Захарова) усилилось, и он был вынужден покинуть епархию в конце мая 1956 года. Иеромонах Серафим (Полоз) был приговорен за «насильственное мужеложство» (статья 154а УК РСФСР) к 2 годам лишения свободы.
Несмотря на судимость (да ещё по такой статье) ееромонах Серафим в марте 1964 года был назначен вторым священником Свято-Казанского храма, а через два года стал его настоятелем в сане игумена, и прослужил здесь около 10 лет. В 1976 году его перевели в Черниговскую епархию. Он скончался в Чернигове в 1987 году.
Вся эта история выставляет «чудесный» рассказ о «Зое» в несколько ином свете. В легенде о «стоянии» можно легко обнаружить следы скандала с гомосексуальным домогательством: в обеих историях речь идёт о святотатстве и (сексуально коннотированном) грехе, хотя и с характерным перевертыванием действующих лиц.
В то время как молодой человек стал жертвой домогательств священника, в истории с «Зоей» молодая женщина играет роль грешницы, которая как бы домогалась (посредством иконы) святого. Традиционные представления о женщине как искусительнице и чистоте священника таким образом восстанавливаются.
Возникновение этой истории есть истинное чудо и для дискредитированного местного православного клира, так как церкви Куйбышева не опустели после скандала с домогательством, как этого можно было бы ожидать. Распространение слухов об окаменевшей девушке, напротив, привело к росту числа людей, приходящих в храмы.
Есть подозрение, что легенда об «окаменевшей Зое» была придумана в верхах РПЦ, чтобы нивелировать гомосексуальной скандал в той же епархии – в Куйбышеве. Но архивы как самой РПЦ, так и КГБ, курировавшего её, закрыты до сих пор, и потому эти подозрения тоже остаются легендой.