ивановский монастырь в москве история
История монастыря до революции
Храмовая икона св. Иоанна Предтечи. Середина XVI века
Первое известие о Московском Ивановском монастыре содержится в летописях под 1415 годом при описании чуда, сопровождавшего рождение великого князя Василия II Темного. В 1530-е годы после рождения у Василия III долгожданного наследника — будущего царя Иоанна Васильевича, был перенесен на Кулишки. Здесь на новом месте, при сохранении старого посвящения, монастырь стал женским.
На Кулишках, на нынешнем месте монастырь существовал уже в начале XVI века. Древность монастыря подтверждает архитектура его соборного храма, существовавшего до его разборки в 1859 году. Это был бесстолпный одноглавый храм, с тремя сильно выдвинутыми к востоку апсидами; в его архитектуре присутствовали три притвора, придававших его плану крестообразность. Собор Ивановского монастыря был построен одним из итальянских мастеров, работавших в Москве в 1510—1530е годы.
Во второй половине XVI века собор Ивановского монастыря был обновлен, видимо, на средства царя Иоанна Васильевича IV (Грозного). Монастырь, посвященный ангелу царя Иоанна Васильевича — св. Иоанну Предтече, не имел вотчин и поместий и содержался исключительно на государеву денежную и хлебную ругу.
При царе Михаиле Феодоровиче и царице Евдокии Лукьяновне к Ивановскому монастырю в день Усекновения главы Иоанна Предтечи 29 августа совершались праздничные выходы царя. В эти годы в монастыре подвизалась блаженная схимонахиня Марфа, в миру — девица Дария. Царица Евдокия знала и почитала Марфу. В начале 1640-х годов был значительно увеличен монастырский собор. С запада, к храму первой трети XVI века пристроили трапезную с приделом свт. Николая Чудотворца. Ее строительство было окончено к 1642 году. Тогда же, видимо, возвели и каменную колокольню, на которую повесили новый колокол, слитый по повелению царя Михаила Федоровича.
Праздничные выходы в монастырь совершались и при царе Алексее Михайловиче. Вероятно, выходы 29 августа к празднику в Ивановский монастырь стали снова более регулярными при царе Иоанне Алексеевиче, брате и соправителе Петра I, именины которого праздновались 29 августа. Царевич родился с 26 на 27 августа 1666 года, а 29 августа был совершен выход его отца, царя Алексея Михайловича в Ивановский монастырь, где была отслужена праздничная литургия и молебен. В этот день крестный ход в монастырь из Кремля был особенно торжественным. Государь провожал в обитель обновленный царскими мастерами храмовый образ св. Иоанна Предтечи.
Ежегодные посещения Ивановского монастыря московскими государями совершались не только 29 августа. В течение Пасхи государи совершали обходы московских монастырей, в том числе и Ивановского. Во время этих обходов раздавалась милостыня и пасхальные яйца.
Ивановский монастырь был не только ружным царским богомольем. Для многих княжеских и служилых московских семей он выполнял функции родовой обители, куда представители этих семейств делали вклады, здесь они хоронили своих умерших сродников. Известно также, что представительницы этих княжеских и дворянских семейств постригались в Ивановском монастыре.
Вид Москвы от Ивановского монастыря. 1850-е годы. Акварель Д. Карташева (ГИМ ИЗО)
Изменения, коснувшиеся в XVIII столетии всей монастырской жизни, начались для Ивановского монастыря с перестройки келий. Указ Петра I 1701 года о замене в монастырях деревянных келий каменными повлек за собой строительство их в Ивановском монастыре за счет казны. В течение первой трети XVIII века начинает постепенно меняться социальный состав монашествующих. На смену игумениям из дворянских семейств приходят игумении, происходящие из духовенства и купечества. Первой такой игуменией стала м. Елена (Протопопова), избранная в 1733 году настоятельницей из сестер Ивановского монастыря. Она была дочерью священника храма Трех Святителей на Кулишках.
Неожиданно в конце царствования императрицы Елизаветы Петровны появилась угроза закрытия Ивановского монастыря. Четвертого июля 1760 года был дан именной указ императрицы об устройстве в Москве Дома призрения «заслуженных людей жен во вдовстве, а дочерей в сиротстве и бедности, покровительства и пропитания не имеющих». Для обустройства Дома призрения был выбран Ивановский монастырь. Последовавшая вскоре кончина императрицы Елизаветы Петровны остановила роковое для монастыря предприятие.
Как и в другие обители, в Ивановский монастырь отправляли под надзор по императорскому указу особ, нарушивших нравственные законы, по которым жило русское общество XVIII века. Случалось, присылали сюда для вечного содержания и настоящих преступниц. Но в монастырь по указу отправляли на жительство не только преступников. Монастырь принимал лиц, присутствие которых было нежелательно в миру для власть придержащих. Так, в царствование Екатерины Великой, как считают, в 1785 году, при игумении Елисавете, в монастырь по Императорскому указу поступила насельница, монахиня Досифея, бывшая, дочерью императрицы Елизаветы Петровны от тайного, но законного брака с Алексеем Григорьевичем Разумовским.
Битва под Москвой. Французский лубок. 1—я половина XIX века
Несмотря на упразднение обители, число постоянных ее почитателей и жертвователей не уменьшалось. Так, одна из вкладчиц монастыря Екатерина Петровна Толмачева в 1816 году завещала 25 икон, украшенных серебряными ризами с тем, чтобы из них на ее средства был сделан иконостас. Ее завещание подтолкнуло прихожан и причт храма к переносу престола Казанской иконы Божией Матери из разоренной надвратной церкви в бывший соборный храм. Здесь, в трапезной, где находилась зимняя церковь свт. Николая Чудотворца, они решили устроить на средства, завещанные Толмачевой, зимний Казанский придел для служения зимой ранней литургии.
Промыслительно, что сама идея возрождения Ивановского монастыря пришла из Зачатьевского монастыря, куда в 1813 году переселились трое из последних ивановских монахинь. Одна из сестер Зачатьевского монастыря, Алевтина, пришла в дом Елизаветы Алексеевны Зубачевой, которая была родом из известной московской купеческой семьи Мазуриных. Зачатьевская монахиня подала ей мысль стать возобновительницей Ивановского монастыря.
В том, что Зубачева не оставила этот благой помысел, большую роль суждено было сыграть ее невестке Марии Александровне Мазуриной, жене ее покойного брата Николая Алексеевича. Именно она устроила встречу Зубачевой с выдающимся святителем XIX столетия, митрополитом Московским и Коломенским Филаретом (Дроздовым). Непосредственное участие святителя в самом замысле возрождения обители определило ее устав и жизнь. Владыка благословил восстановление монастыря по общежительному уставу. К тому времени в Московской епархии уже были созданы женские монастыри с общежительным уставом: Аносин Борисоглебский в 1823 году, ТроицеОдигитриева Зосимова женская пустынь в 1826 году, Спасо-Бородинский в 1830 году, СпасоВлахернский в 1854 году, Крестовоздвиженское сестричество с общежительным уставом в 1856 году. Следующим в этом ряду предстояло стать Ивановскому монастырю. Его штат должен был состоять из 25 монахинь и 25 послушниц, причт монастыря — из двух священников, одного диакона и двух причетников. Макарова высказала намерение устроить в монастыре больницу с церковью и кельями престарелых монахинь. По мысли святителя Филарета, в новом монастыре следовало открыть больницу и училище для девиц духовного звания. Елизавета Алексеевна намеревалась пожертвовать на возобновление монастыря 600 тысяч рублей. Владыка предложил разделить капитал на две половины: одну потратить на восстановление самого монастыря, а на другую приобрести дома в Москве, на доход от которых содержать в будущем монастырь и благотворительные учреждения. В разговоре владыки Филарета с Макаровой-Зубачевой был не только определен характер монашеской жизни будущего общежительного Ивановского монастыря, но и фактически его будущий архитектурный ансамбль.
Архитектор М.Д. Быковский. Портрет 1851 года. Художник М. Скотти
Торжественная закладка собора с больничным храмом прп. Елизаветы Чудотворицы была совершена 3 сентября 1860 года. При строительстве собора произошло одно знаменательное для истории Ивановского монастыря событие — обретение мощей блаженной схимонахини Марфы. Гробница, существовавшая в старом соборе, была разобрана и мощи перенесены в существующую и поныне часовню, где они находились во время всего строительства нового соборного храма. В 1875 году мощи блаженной Марфы были перенесены в новый собор и положены на поверхности пола в мраморную гробницу.
Знаменательно отношение к Мазуриной и другого великого святителя XIX века — митрополита Иннокентия. М.А.Мазурина, желавшая продать собственный дом на Воронцовом поле с тем, чтобы быстрее закончить устроение монастыря, обратилась к святителю Иннокентию за благословением на свой переезд в монастырь. Он благословил ее, предложив при этом принять монашеский постриг и стать игумениею монастыря. Считая себя недостойной, Мазурина отказалась.
К 1877 году все работы практически были окончены. Однако последовали события, помешавшие открытию обители. Началась русско-турецкая война. Городские власти обратились к М.А.Мазуриной с просьбой предоставить уже отделанные корпуса под госпиталь, который и открылся 7 июня 1877 года. Все раненые и больные офицеры, прибывавшие в Москву, находились именно в Ивановском монастыре. Всего, по данным Городской думы здесь побывало 150 человек. Работа госпиталя создала новые проблемы для М.А.Мазуриной: уже готовые к проживанию монашествующих жилые помещения обители снова требовали ремонта.
21 октября 1878 года М.А.Мазурина, силами которой был возрожден Ивановский монастырь, умерла, так и не дожив до открытия обители. В истории монастыря она осталась как храмоздательница, как исполнительница воли своей родственницы Макаровой-Зубачевой. По смерти душеприказчицы Мазуриной особая роль в устроении и открытии обители принадлежит НиколоУгрешскому архимандриту — прп. Пимену (Мясникову). Денег после смерти Мазуриной не осталось. Для оплаты по счетам и заказам с разрешения Святейшего Синода архимандрит Пимен должен был прибегнуть к займу в 100 тысяч рублей в Московском городском кредитном обществе. К тому же пришлось заложить большой дом на Лубянке, купленный Мазуриной, — единственный источник монастырского дохода.
Игумения для будущего общежительного монастыря должна была быть назначена из обители с общежительным уставом. По своей должности благочинного подмосковных общежительных монастырей о. Пимен обратился в Аносину Борисоглебскую пустынь — общежительный монастырь со строгим уставом. В народе этот монастырь именовался «Женской Оптиной». 20 августа 1879 года митрополит Московский Макарий ходатайствует перед Священным Синодом о переводе игумении Борисоглебского Аносина монастыря Рафаилы (Ровинской) настоятельницей Ивановского монастыря. Вместе с ней в новый монастырь были переведены и некоторые другие аносинские сестры. 4 октября 1879 года архимандрит Пимен освятил малую больничную церковь Прп. Елизаветы Чудотворицы, а игумения Рафаила переехала в обитель и была введена о. Пименом в управление монастырем. Новый монастырь хотя и был городским, но как общежительный подчинялся, по воле митрополита, не городскому благочинному, а о. Пимену. 19 октября 1879 года состоялось освящение главного престола ИоанноПредтеченского собора митрополитом Макарием. Боковые приделы были освящены викарными епископами 21 октября. Архимандрит Пимен почил 17/30 августа 1880 года. После вселения монахинь в обитель в монастыре начала действовать больница, предназначенная для монашествующих всех женских обителей Москвы. В больнице проходили послушание сестры, определенные туда настоятельницей.
В 1893 году сестры стали обустраивать принадлежавший монастырю хутор, находившийся на станции Марк (ныне Савеловской железной дороги). С тех пор хутор стал называться Чернецово (от слова «чернец»). Хутор обеспечивал обитель продуктами. Здесь находилось и монастырское кладбище. На средства вкладчиков на хуторе была построена церковь, устроена школа для сельских детей.
Собор Ивановского монастыря. Вид на иконостас. Фото кон. XIX века (РГБ)
Ивановский монастырь
Тюрьма для душегубиц и претенденток на трон
В конце Старосадского переулка располагается Иоанно-Предтеченский монастырь. История не сохранила даты основания обители, поэтому принято считать, что Ивановский монастырь заложил Василий III в честь рождения в 1533 году сына Ивана.
Монастырь получил имя по названию главного собора. А в народе обитель назвали Иваном Постным, так как по церковному календарю день Усекновения главы Иоанна Предтечи — день строжайшего поста.
Также нередко уточняли, что монастырь «на Ивановской горке», «на Кулишках» или «в Старых Садах», так как здесь издавна были сады.
С 1654 года в день Усекновения главы Иоанна Предтечи у стен обители проводили «бабьи шерстяные и нитяные ярмарки». Причем свои работы выставляли на продажу и монахини.
Но Ивановский монастырь сильно страдал от вражеских набегов и пожаров. Из-за этого он в 1748 году исчез. В 1761 императрица Елизавета велела восстановить обитель и использовала ее в качестве тюрьмы для подследственных Тайной Канцелярии (неподалеку, на Мясницкой, находилась пыточная). Поэтому посетителей внутрь не пускали.
Иоанно-Предтеченский монастырь имел печальную репутацию. Здесь часто насильно постригали в монахини знатных женщин, семьи которых давали внушительные средства на содержание своих родственниц.
Именно сюда под видом сумасшедших привозили из Сыскного приказа женщин, замешанных в уголовных и политических делах. А из Раскольничьей конторы в Ивановский монастырь доставляли истерзанных пытками узниц, которых затем держали в «каменных мешках» под надзором монахинь.
В стенах обители на Ивановской горке отбывала наказание за убийство 138 крепостных столбовая дворянка Дарья Салтыкова. Первые 11 лет ее держали в темном склепе под соборной церковью, а свечу вносили только на время еды. При этом москвичи могли смотреть на узницу через небольшое окошко.
По слухам, в заключении Дарья Салтыкова умудрилась «прижить» ребенка от охранявшего ее солдата. Возможно, поэтому еще 22 года Дарья провела в специально пристроенной к собору клетке — на виду у прихожан.
А в 1785 году в Ивановский монастырь тайно доставили молодую женщину и поселили в специально построенном домике. Вскоре она приняла постриг под именем Досифеи. Инокиню содержали в строжайшей изоляции: ей прислуживала только одна монахиня, а монастырский священник проводил для нее церковные службы при закрытых дверях. Но те, кто видел Досифею, могли заметить сходство с императрицей Елизаветой. При этом заточение загадочной инокини было в меру строгим и даже комфортным. Кроме суммы, назначенной казначейством, на ее содержание поступали большие суммы от анонимных дарителей. Лишь во время царствования Павла I монахиню Досифею разрешили посещать.
В феврале 1810 года она скончалась. Загадочной инокине устроили торжественные похороны в Новоспасском монастыре, где находилась усыпальница рода Романовых, а на отпевании присутствовала московская знать и представители царской фамилии.
Узниками Ивановского монастыря иногда становились и царственные особы. Например, сюда перевели из Владимира насильно постриженную в монахини Пелагею Михайловну — вторую жену старшего сына Ивана IV. В 1610 году здесь же постригли в монахини Марию Шуйскую.
В XIX веке тюрьму разобрали, и на территории Ивановского монастыря разместились ясли для девочек-сирот, училище, иконописная мастерская, духовная библиотека и другие ведомства.
В 1859 году началось восстановление Ивановского монастыря по проекту архитектора М.Д. Быковского на средства, завещанные подполковницей Е.А. Макаровой-Зубачевой. Ее душеприказчица выгнала священнослужителей и сломала все прежние здания. Заложили фундамент, поставили каменную ограду вокруг монастыря, а дальше дело застопорилось. Макарова-Зубачева упорно отказывалась достраивать обитель, так как верила, что в новой церкви первым покойником становится храмоздатель. А умирать ей не хотелось. Лишь через 20 лет строительство завершилось.
В 1918 году Ивановский монастырь закрыли одним из первых в Москве, а его помещение передали МВД. И до сих пор, несмотря на то что обидеть возвращена церкви, часть ее остается в ведении органов внутренних дел.
В монастырь вернулась его главная святыня — икона пророка Иоанна Предтечи с медным обручем, прикрепленным к киоту (ранее он был прикреплен к иконе Усекновения главы Иоанна Предтечи). Верующие надевают обруч во время молитвы, так как это помогает справиться с головными болезнями.
Но не удалось Иоанно-Предтеченскому монастырю сохранить другую святыню — мощи блаженной Марфы. Она была схимонахиней обители во время правления Михаила Федоровича Романова и считалась покровительницей беременных. Но сохранилось только надгробие могилы блаженной Марфы.
Иоанно-Предтеченский женский монастырь в Москве
11 августа 2000 г. на заседании Священного Синода, проходившего в канун Юбилейного Архиерейского Собора Русской Православной Церкви под председательством Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II, было принято решение об открытии Иоанно-Предтеченского женского монастыря, расположенного в самом сердце столицы. Близость к Кремлю и связь с царским домом всегда определяли судьбу монастыря с момента его основания и на протяжении столетий. Много таинственных и трагичных страниц вписано в историю Ивановской, как именовалась она прежде, Девичьей обители. Вместе со всем народом монастырь претерпевал разорения от интервентов и своих «воров и негодных людей», горел часто в московских пожарах, но всякий раз восстанавливался щедрой рукой русских царей, молитвами его святых покровителей. Многое в истории Иоанно-Предтеченской обители перекликается с судьбой уничтоженных Кремлевских святынь: Вознесенского Девичьего и Чудова мужского монастырей. Промыслом Божиим обитель святого Иоанна Предтечи сохранена от полного уничтожения для духовного обновления столицы, снова звучит в сердце Москвы «глас вопиющего в пустыне», а радость о возрождении монастыря в конце ХХ века соединилась со всецерковным торжеством прославления Новомучеников и Исповедников Российских.
Древний Иоанно-Предтеченский монастырь расположен на высоком холме, который огибает Солянка – старинный путь во Владимир и Рязань. Местность эта издревле принадлежала великокняжескому дому, на этой земле находились загородный княжий двор и сады, от которых закрепилось именование храмов и монастырей, основанных здесь – «в Старых Садех». Ивановская обитель была основана как ружная. Построенная на государевой земле, она получала царскую ругу – содержание от владевшего землей царского дома. Предание связывает основание девичьей обители в Белом городе близ Солянки с рождением царя Иоанна Васильевича IV Грозного. Приписывается основание монастыря как самому Грозному Самодержцу, так и матери его Великой Княгине Елене Глинской. Первый русский царь, венчавшийся на царство Российское в 1547 году, родился в канун дня Усекновения главы святого Иоанна Предтечи 25 августа 1530 года и носил имя Крестителя Господня. Иоанно-Предтеченская обитель стала местом молитвы об упокоении Грозного государя, как ее царственного основателя.
Особенно часто посещали и щедро одаривали Ивановскую обитель в XVII веке родоначальники династии Романовых – цари Михаил Феодорович и Алексей Михайлович. Многочадная супруга Михаила Феодоровича царица Евдокия Лукьяновна, урожденная Стрешнева, часто навещала жившую здесь блаженную схимонахиню Марфу, Христа ради юродивую, и просила ее молитв о благополучном разрешении при родах. Примеру благочестивой царицы следовали подданные. Установился освященный молитвами юродивой Марфы многовековой обычай служить во время беременности при гробе блаженной в Ивановском монастыре панихиды о упокоении ее души, тем самым испрашивая ее молитвенной помощи. Почитаемая за святость еще при жизни, блаженная Марфа была погребена в монастырском Соборе. Память ее свято чтилась царской четой и по смерти блаженной, последовавшей в день Ангела царицы Евдокии 1 марта 1638 г. Тихая и незримая для мира молитва смиренной схимницы, которая испрашивала Божией милости молодому царю, его супруге и чадам, способствовала упрочению престола новой династии и устроению Русского государства, недавно пережившего тяжелую смуту. Восстановление исторической памяти и молитвы об упокоении русских государей, несомненно, привлечет благодать Божию в укреплении Русского государства, в воссоздании русских святынь, станет достойным плодом покаяния русского народа.
В начале XVII века в Смутное время Ивановская обитель была разграблена польскими интервентами, но Божией милостью и усердием благочестивых русских царей вскоре восстановлена. В первой половине XVIII века обитель была опустошена двумя московскими пожарами: Троицким 1737 г. и пожаром 1748 г., но в 1761 г. монастырь был возобновлен щедротами Императрицы Елизаветы Петровны, которая предназначала его «для призрения вдов и сирот заслуженных людей». Благочестивая и религиозная императрица, носившая имя матери святого Иоанна Предтечи – праведной Елизаветы, имела намерение на склоне лет по обычаю предков постричься в монашество. С этой целью она заложила и создавала в Санкт-Петербурге Воскресенский Смольный Новодевичий монастырь, куда собиралась удалиться. Императрица не осуществила свое намерение, но монашеский путь был уготован от Господа ее родной дочери в московской Ивановской обители, которую она назначила сама для сирот заслуженных людей.
В Ивановском монастыре среди родовитых насельниц были опальные лица из царской семьи, позже в монастырь присылали на покаяние женщин, упорствующих в ереси, или совершивших тяжкие преступления. Так, в ХVI веке в обители святого Иоанна Предтечи была пострижена супруга старшего сына царя Иоанна Грозного царевича Иоанна, в монашестве Параскева, в начале ХVII века в Смутное время в монастыре была заточена и пострижена с именем Елена супруга царя Василия Шуйского. Еще одна таинственная затворница содержалась в обители в конце XVIII – начале ХIХ веков. Этой загадочной невольницей была, по преданию, родная дочь Императрицы Елизаветы Петровны от тайного морганатического брака с графом Алексеем Григорьевичем Разумовским – известная княжна Августа Тараканова. По повелению Екатерины II в 1785 г. настоящая дочь Елизаветы Петровны была доставлена из-за границы, представлена императрице и «для блага России» пострижена в монашество с именем Досифеи в Московском Ивановском монастыре. Царственная инокиня содержалась в строжайшем затворе около 25 лет. Свой невольный затвор она обратила во спасение своей души и душ тех ближних, кто приходил к ней с верой за помощью, т.к. после смерти Екатерины II к старице Досифее стали допускать народ. Тогда и явлены были миру дары молитвы и прозорливости, которыми щедро наделил Господь смиренную инокиню, принявшую крест свой от руки Божией. Многим помогла она на пути спасения. О ее молитвенной помощи свидетельствовал в середине XIX века настоятель Оптиной Пустыни схиархимандрит Моисей (Путилов), ныне прославленный в сонме Оптинских старцев. Ему, а также его брату, будущему настоятелю Саровской пустыни игумену Исайе II (Путилову), она указала монашеский путь и поддерживала их в юности молитвою и добрым советом. Почила о Господе монахиня Досифея 4 февраля 1810 г. и похоронена была в Новоспасском монастыре – родовой усыпальнице бояр Романовых.
После разорения Москвы французской армией во главе с Наполеоном в 1812 г. Ивановская обитель была упразднена более чем на полвека. При монастырском храме доживали свой век четыре старицы, которые часто видели ночью в храме молящуюся с воздетыми руками схимницу. Они верили, что это блаженная Марфа Ивановская, и что ее молитвами монастырь будет непременно восстановлен.
В 1859 г. было положено начало возрождению обители по завещанию богатой вдовы Елизаветы Алексеевны Макаровой-Зубачевой. Вместе со своей родственницей Марией Александровной Мазуриной она обратилась к Московскому митрополиту Филарету (Дроздову). Как истинный архипастырь, монах и покровитель монашества, свт. Филарет был рад возможности возродить обитель, для которой он сам составил правила общежития. Летом 1859 г. Император Александр II лично утвердил проект восстановления обители. В 1860 г. после Божественной Литургии в храме св. равноап. князя Владимира, расположенного рядом с обителью, и крестного хода из Князь-Владимирского храма в монастырь при личном участии свт. Филарета были заложены новый монастырский Собор и больничная церковь преподобной Елизаветы Чудотворицы – небесной покровительницы Е.А. Макаровой-Зубачевой. Обитель перестраивалась в течение 20 лет строительницей монастыря М.А. Мазуриной при архипастырском попечении свт. Филарета по единому проекту академика Михаила Быковского, создавшего архитектурный шедевр с элементами классицизма, романского и готического стилей в центре старой Москвы. Собор напоминает шедевр западно-европейского зодчества – кафедральный Собор Санта Мария дель Фиоре во Флоренции. Ни строительница монастыря, ни митрополит Филарет не дожили до открытия обители.
Торжественное освящение Иоанно-Предтеченского монастыря состоялось в октябре 1879 г. Завершить строительные работы и приискать игумению для новой обители было поручено благочинному общежительных монастырей преподобному Пимену (Мясникову). Предполагалось возобновить Ивановский монастырь как общежительный, а в Москве таковых не было, только штатные, поэтому обитель была вверена попечению архимандрита Николо-Угрешского монастыря. Первую настоятельницу игумению Рафаилу с сестрами о. Пимен нашел в подмосковной Аносиной Борисо-Глебской Пустыни, которая в конце Х1Х – начале ХХ веков называлась в народе «Женской Оптиной» за то, что в ней, как и в самой Оптиной Пустыни, было развито старчество. Быстро наполнилась Ивановская обитель насельницами и стала привлекать паломников со всех концов Российской Империи.
В 1890-х гг. близ станции Марк Савеловской железной дороги Ивановской обители были предоставлены земли для хутора, получившего название Чернецово. При настоятельнице игумении Сергии (Смирновой) в 1893-95 годах на хуторе была построена деревянная церковь в честь ее небесного покровителя – прп. Сергия Радонежского. Хуторской храм обители был хорошо отделан, украшен дубовым иконостасом, имел частицы святых мощей Иоанна Крестителя и Сергия Радонежского.
К 1917 году в обители проживало свыше трехсот насельниц. С началом 1-й Мировой войны все они, кроме обычных монастырских послушаний, шили белье для русской армии. Уже в 1918 г. Ивановская обитель была закрыта и превращена в концлагерь – «Ивановский Исправдом на Солянке», где в 20-е годы одновременно бывало до четырехсот заключенных. Собор Усекновения главы святого Иоанна Предтечи и Елизаветинская церковь продолжали действовать, как приходские, при них проживали около ста насельниц. В эти годы матушка настоятельница и монахини разоренного монастыря обращались за молитвенной помощью и духовным советом на Маросейку к старцу отцу Алексию Мечеву. В 1926 г. храмы были отобраны. Монастырский Собор св. Иоанна Предтечи присмотрело для своего хранилища Губернское архивное бюро, а Елизаветинская церковь отошла в распоряжение лагерного начальства.
Не только святые обители, храмы Божии, праведные люди, но и святые мощи угодников Божиих претерпевали поругание и гонение в безбожное лихолетье. Около трехсот лет почивали в Ивановской обители мощи святой блаженной схимонахини Марфы, Христа ради юродивой – молитвенницы и покровительницы царствовавшей династии Романовых. В середине XIX века по благословению свт. Филарета Московского мощи блаженной при перестройке Собора были обретены и положены в новую мраморную гробницу. В связи с закрытием Собора в 1926 г. мощи святой блаженной Марфы были вскрыты и перезахоронены, в настоящее время их местонахождение остается неизвестным. Память ее празднуется в обители в день преставления 1/14 марта и в Соборе Московских святых в воскресение перед 26 августа / 8 сентября.
Последняя настоятельница матушка Епифания (в миру – Елизавета Дмитриевна Митюшина, вдова из купеческого сословия), пережившая разорение обители, где она приняла монашеский постриг, переехала с оставшимися сестрами на хутор. Сюда, в храм прп. Сергия Радонежского, пригласили служить отца Илариона (Удодова), который стал духовником ивановских сестер. Имя этого святого старца стало широко известно в связи с тем, что он Промыслом Божиим стал хранителем главы Преподобного Сергия Радонежского во время Великой Отечественной войны. О. Иларион начинал свой монашеский путь на Афоне в Свято-Пантелеимоновой обители по особому указанию Божией Матери. В одном из следственных дел в связи с арестом его брата Петра о. Иларион значится как «архимандрит Ивановского монастыря», так он и остался на все годы гонений старцем и окормителем Ивановских изгнанниц. В 1929 г. отец Иларион похоронил на хуторе матушку Епифанию. Хуторское хозяйство советская власть задавила налогами. В 1931 г. сестры были арестованы на монастырском хуторе и высланы в Казахстан. Отец Иларион жил при храме прп. Сергия на бывшем хуторе некоторое время один, затем был приглашен благочинным служить в Виноградово, где был настоятелем церкви Владимирской иконы Божией Матери до дня своей кончины 15 марта 1951 г. Перед войной, в конце 30-х годов, о. Иларион перенес в храм Владимирской иконы Пресвятой Богородицы иконостас и святыни хуторского храма прп. Сергия и устроил придел в честь прп. Сергия Радонежского, тем самым приготовив место для хранения великой святыни. Отец Иларион некоторое время был братским духовником вновь открывшейся Троице-Сергиевой Лавры, но вскоре вернулся в Виноградово. Сюда к о. Илариону собрались после ссылки «ивановские сироты», здесь образовался небольшой «монастырек»: одни сестры бывали наездами, другие прислуживали при храме, некоторые из них были здесь похоронены.
Из Виноградово, где обрели место упокоения последние ивановские монахини и их духовник и старец о. Иларион, началось и новое возрождение обители в конце ХХ века. В 1992 г. Иоанно-Предтеченский монастырь был возвращен Русской Православной Церкви. По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II обитель была приписана к храму св. равноап. князя Владимира во главе с настоятелем прот. Сергием Романовым. Храм расположен на Ивановской горке чуть выше монастыря. Промыслительно то обстоятельство, что в конце 1980-х годов о. Сергий Романов служил в селе Виноградово в храме Владимирской иконы Божией Матери, где зарождалась и складывалась из его духовных чад и, в том числе, будущих насельниц монастыря, приходская община храма св. князя Владимира.
С этого времени до начала 2002 года община храма св. равноап. князя Владимира при участии Московского Благотворительного Свято-Владимирского Братства трудились не только над воссозданием монастырских храмов, келий и стен, но и заложили фундамент для возрождения монашеской жизни в этой древней обители. С 1992г. в бывшем больничном корпусе жила община сестер, была открыта монастырская часовня св. Иоанна Предтечи, где служились молебны св. Пророку. Полностью были отреставрированы бывший больничный корпус с домовым храмом прп. Елизаветы Чудотворицы. Освящение и первое богослужение в Елизаветинской церкви состоялось в 1995 г. на Светлой седмице в день иконы Пресвятой Богородицы «Живоносный источник». В это пасхальное время, как проявление молитвенного покрова Божией Матери, стала обильно мироточить икона Пресвятой Богородицы «Одигитрия», находящаяся в храме прп. Елизаветы Чудотворицы. Летом 2001 г. к празднику Рождества Иоанна Предтечи Архивом Московской области был полностью освобожден монастырский Собор, с октября 2001 г. в нем еженедельно совершались молебны св. Иоанну Предтече.
Особенно близкие отношения у насельниц Иоанно-Предтеченского монастыря сложились с Пюхтицкой обителью в Эстонии, в которой сохранились традиции русского православного общежительного монашества. По приглашению матушки Варвары ивановские сестры ездили в Пюхтицы поучиться и приглядеться к монастырской жизни. Промыслом Божиим по Указу Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II в январе 2002 г. Иоанно-Предтеченскую обитель возглавила настоятельница монахиня Афанасия (Грошева), назначенная именно из Свято-Успенского Пюхтицкого ставропигиального женского монастыря. Назначение матушки Афанасии было воспринято сестрами с большой радостью.
С приездом настоятельницы обитель преобразилась и внутренне, и внешне. Пополнилась она и новыми насельницами, обрела своих прихожан.
8 сентября 2002года был торжественно освящен Казанский придел монастырского собора, в котором воссоздана уникальная живопись. Засияли кресты на обновленном куполе и башенках собора, а монастырская звонница каждый день возвещает о начале богослужения. Спустя 76 лет после закрытия монастырского собора, освященного в честь Усекновения главы св. Пророка, Предтечи и Крестителя Господня Иоанна, в нем вновь возносится молитва, совершается Литургия, приносится Бескровная Жертва.
Радостным событием для обители стал первый постриг сестер. По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II великим постом 2003 г. в день, когда монастырю была принесена в дар частица мощей свт. Николая Чудотворца, владыка Арсений, архиепископ Истринский, совершил иноческий постриг сестер, которые стояли у истоков возрождения обители.
Много проблем и скорбей у такой древней и вновь молодой обители. Основную территорию с келейными корпусами, где с 1918 г. находился концлагерь ВЧК-НКВД, затем высшая школа НКВД, и поныне занимает Московский Университет МВД России. Другая проблема – нехватка средств на восстановление и реставрацию этого архитектурного памятника XVIII–XIX вв. Конечно, нуждается монастырь и в щедрых благотворителях, и в тех, кто желает потрудиться для его возрождения. Обитель будет рада тем, кто поделится семейными воспоминаниями об истории монастыря, документами, фотографиями и всем, приходящим под покров Проповедника покаяния.
Иоанно-Претеченский монастырь находится по адресу: Москва, ст. м. Китай-город, Малый Ивановский переулок, д. 2, т. 924-0150.
По понедельникам 17.00 совершается молебен св. Иоанну Предтече с акафистом и водосвятием, кроме навечерий больших праздников. Часовня Иоанна Предтечи и Собор открыты ежедневно с 8.00 до 20.00.