как взаимосвязаны сознание и мозг
Медицинские интернет-конференции
Языки
Мозг и сознание
Конченко В.Г., Кузнецова М.Н.
Резюме
Ключевые слова
Статья
Специфика явлений субъективной реальности – отсутствие физических свойств. Описание этих явлений осуществляется в понятиях цели, смысла, воли, интенциональности, а описание мозговых процессов – в понятиях энергии, массы, то есть, между этими структурами отсутствует какая-либо логической связи. Д.И. Дубровский использует для решения поставленного вопроса информационный подход, суть которого заключается в 2 аспектах: 1) информация воплощена в своем физическом носителе 2) информация инварианта по отношению к физическим свойствам своего носителя.
Поскольку явление субъективной реальности есть информация о предмете, то оно имеет свой определенный носитель, который понимается как сложная мозговая нейродинамическая система, то есть имеется связь явления субъективной реальности с мозговым процессом как информации со своим носителем. Это показывает, что данная связь является функциональной и представляет собой кодовую зависимость. Именно кодовая структура определяет качества субъективной реальности, то есть сознаваемого переживания мной данного чувственного образа.
Исследование этой связи означает расшифровку мозгового кода данного психического явления, той информации в «чистом» виде, которая и выражает качество субъективной реальности. То есть возможность оперирования чувствами, переживаниями, чувственными образами означает нашу способность управлять некоторым классом кодовых преобразований на уровне собственной мозговой системы.
Существующая модель глобального рабочего пространства сознания делает акцент на том, что содержание нашего сознания постоянно претерпевает изменения. Бернард Баарс считает, что неосознаваемые переживания обрабатываются локально в отдельных участках мозга, при этом мозг также отслеживает происходящие изменения в теле и памяти. Наши постоянно меняющиеся переживания осознаются только тогда, когда эта информация поступает в сеть нейронов, распределенных по различным областям мозга, называемых глобальным рабочим пространством. Это отражается в мгновенной скоординированной активности мозга, и наши переживания становятся содержанием сознания.
С точки зрения нейробиологии сознание отождествляется с процессами, протекающими в человеческом мозге. В фронтоинсулярной и передней поясной коре встречаются веретенообразные нейроны, составляющие всего 1% от общего количества. Их ключевая роль заключается в неосознанной регистрации происходящего вокруг нас и направлении нашего внимания на самые актуальные события. Помимо этого, обе области активируются, когда человек распознает свое отражение в зеркале, в результате чего можно предположить, что эти части мозга лежат в основе нашего самосознания, чувства собственного «Я».
Немаловажное значение в поддержании уровня сознания оказывает ограда (кляуструм) – базальное ядро или тонкая пластинка серого вещества головного мозга, которая исполняет роль проводника сознания, объединяя информацию, поступающую в разное время из разных областей мозга.
Можно ли тогда сказать, что сознание – это и есть мозг? Думаю, что нет. Поскольку для этого нужно произвести идеальную замену ментальных терминов на неврологические и верифицировать нейронные процессы, что сделать невозможно.
Проанализировав возможные варианты взаимосвязи мозга и сознания, мы понимаем, как устроены области нашего мозга и нейронные связи, порождающие чувственные переживания мира. Благодаря существующим мозговым процессам, которые сопровождают сознательный опыт, мы совершаем действия, ощущаем чувство контроля и ответственности за наше тело и жизнь.
Изучение зависимости мозга и сознания друг от друга дает нам шанс осознать уникальность человека, его неповторимость и безграничные возможности, проникнуть в самую суть того, что значит быть человеком. Однако, несмотря на проделанную работу ученых, некоторые фундаментальные вопросы остаются без ответа и на сегодняшний день.
Литература
1. «Мозг и сознание. Разгадка величайшей тайны человеческого мозга/[под ред. К. Уилльямс]»: ООО «Издательство АСТ»; Москва;2019
2. «Мозг и сознание. От Рене Декарта до Уильяма Джеймса. Роберт Возняк, 2019. Дмитрий Сандаков, перевод, 2019»
3. «СОЗНАНИЕ И МОЗГ: Информационный подход к проблеме» Дубровский Д. И., 2013
«Разум — это персонализация мозга»: британский нейрофизиолог — о природе сознания и о чувстве любви
— Что такое сознание с точки зрения нейронауки? Именно оно делает нас людьми? И есть ли сознание у животных? А когда мы видим сны, это тоже проявление нашего сознания?
— Я полагаю, что сознание имеет разную глубину и интенсивность — как лампа с регулятором яркости. Например, крыса обладает сознанием, но не таким, как кошка или собака. Они, в свою очередь, не могут обладать таким же сознанием, как приматы. Ещё пример: плод в утробе тоже сознателен, но не настолько, насколько доношенный ребёнок, и так далее. Сновидение — это тоже своеобразная форма сознания, но уже без участия информации от наших органов чувств.
Теория о различной интенсивности сознания — просто находка для науки. Ведь вполне можно сказать: «Давайте не будем воспринимать сознание как нечто магическое, а попробуем его измерить!»
— Однако сознание в представлении рядового человека — это нечто совершенно неосязаемое. О некоторых функциях мозга мы что-то знаем — где хранится память, как передаются сигналы. Но где физически в мозге прячется сознание?
— Вообще для многих учёных сознание — проблемный вопрос. Его ключевые черты субъективны. Я совершенно не знаю, что сейчас испытываете вы. Я не могу взломать ваше сознание, чтобы воспринимать мир так, как это делаете вы. Не нужно искать какие-то волшебные участки мозга. И когда вы говорите: «Где хранится память», — это не совсем корректно, потому что не существует каких-то специальных ячеек. Есть группы клеток мозга, которые работают вместе очень короткий промежуток времени.
Когда вы кидаете камень в пруд, то по воде расходятся круги. Подобные явления происходят в мозге, где диаметр кругов соответствует глубине сознания, а камень — это любой поступающий извне сильный чувственный импульс. Размер камня — количество связей и ассоциаций, которые вызывают объект или событие. Сила, с которой брошен камень — это сила ощущения.
Думаю, учёные могут начать исследовать сознание, но здесь надо признать, что наши возможности довольно скромные, и понимать, что причинно-следственных связей мы, вероятно, не установим. Я не могу вам сказать, как из электрических сигналов в клетках мозга и химических веществ рождается ощущение счастья. Как одно превращается в другое — загадка.
— Допустим, я решаю согнуть палец. Сигнал поступает мне в мозг, физическую работу выполняют мышцы. Где во всём этом мысль? Появляется ли она заранее? Или её место где-то в процессе?
— Учёный Бенджамин Либет (американский нейробиолог в области человеческого сознания, научный сотрудник физиологического факультета Калифорнийского университета в Сан-Франциско. — RT) однажды провёл эксперимент, и я его повторила. Итак, на голове у человека устанавливаются электроды, которые регистрируют активность мозга. Нужно нажимать на кнопку, когда захочется. Что любопытно: человек ещё не успел это сделать, а активность мозга уже изменилась. Получается, что изменения в мозге происходят заранее.
— Мозг решает раньше тебя.
— Да, и это интересно. Твой мозг — это ведь ты. Так что слова «он решил за тебя» подразумевают некий дуализм, а это неправильно. Я вижу в этом две стороны одной медали: что-то можно выражать либо с позиции мозга, либо с позиции собственных ощущений. И то, и другое правомерно, и не может происходить одновременно. Другой вопрос, что есть сама медаль?
— И всё же, если известно, за что отвечают лобная доля и оба полушария, почему мы не можем «увидеть» мысль?
— Потому что мозг работает не как совокупность маленьких мозгов. Да, его участки специализируются на разных вещах, но они работают подобно звучащим в оркестре инструментам или образующим блюдо ингредиентам. То есть не в отрыве друг от друга, а вместе и согласованно. Так, например, зрение обеспечивается примерно тридцатью различными участками мозга. Каждый участок многозадачен, как, к примеру, скрипка. Не нужно пытаться свести всё к какому-то одному гену, участку мозга или трансмиттеру, ведь при таком подходе что-нибудь непременно выпадает.
— То есть мысль мы не увидим, даже если создадим для этого какие-нибудь невероятные устройства?
— Можно наблюдать работу мозга с помощью его сканирования. Правда, на основе этих исследований часто делаются ошибочные выводы. Увидев светлые пятна в том или ином участке мозга, заключают, что там располагается отвечающий за что-то центр, но это не так.
— Многие люди скажут, что главное — душа и её мы никогда не увидим, поскольку она незрима.
— Давайте разберёмся с терминами. Мозг — это физический объект, нечто осязаемое. Разум в моём понимании — это персонализация мозга, благодаря которой он адаптируется к разным обстоятельствам. А ещё существует сознание, в котором есть подсознание и самосознание. Всё перечисленное является частью живого мозга, берёт в нём своё начало.
И есть бессмертная душа. Её я рассматриваю как что-то отдельное. Поэтому нужно чётко различать мозг, разум, сознание и душу. Каждый из этих терминов представляет собой интересную, заслуживающую обсуждения тему, но ставить между ними знак равенства не стоит.
— Про любовь и другие чувства говорят, что это всё гормоны — дофамин или серотонин. Можно ли объяснить, что такое любовь, изучив лишь её биологию?
— Это не объяснение, а описание. Это как сказать, что стул — предмет мебели. Когда влюбляешься, то можно увидеть всплеск дофамина или эндорфинов. Но объяснения субъективного чувства любви это видение не даст.
— В какой степени сегодня изучен человеческий мозг?
— Было такое мифическое существо — гидра. Отрубаешь ей голову — на этом месте вырастает семь новых. Так и с мозгом: чем больше узнаёшь, тем больше открывается неизвестного.
Сознание и мозг
Опыт научного познания показывает, что сложное явление, как правило, не возникает из ничего, а развивается в процессе эволюции из более простых форм. То же в полной мере относится и к субъективным переживаниям. Они проходят путь от элементарных проявлений, таких как ощущения и эмоции, к сознанию высшего порядка, связанному с абстрактным мышлени ем и речью. Если исходить из данных соображений, существует несколько подходов к изучению сознания, которые, однако, не исключают, а взаимно дополняют друг друга, объясняя феномены разной степени сложности. При этом некоторые базисные принципы организации нервных процессов, обнаруженные на ранних этапах эволюции психи ки, постепенно приобретают более сложные формы для обеспечения их высших проявлений.
Возврат возбуждения и механизм ощущений
Первый подход к пониманию принципов природы психи ки основан на идее, что субъективный опыт возникает в результате определенной организации происходящих в мозге процессов и сопоставления в зонах коры новой информации с той, которая извлечена из памяти. Сведения о внешних событиях как бы проецируются на индивидуальный опыт субъекта. Это возникает в результате кольцевого движения возбуждения, которое после дополнительной обработки в других структурах мозга возвращается к местам первоначальных проекций. Впервые такая гипотез а была выдвинута нами в 1970-х гг. в результате исследований мозговых механизмов ощущений. В настоящее время ее разделяют многие специалисты.
На основе данных о физиологическом механизме волн вызванного потенциал а и их связи с отделами мозга нами был описан процесс, обеспечивающий синтез информации (см. врез). Он включает кольцевое движение возбуждения по отделам мозга. Из проекционной коры, получающей сигналы от органов чувств, возбуждение поступает в ассоциативную кору (нижневисочную для зрительных стимулов), где сведения сравниваются с эталоном и опознаются. Затем возбуждение переходит на энторинальную кору, находящуюся на внутренней поверхности височной доли полушарий и имеющую отношение к памяти. Там определяется значим ость сигнала, его отношение к той или иной потребности организма. Потом импульсы возбуждения перемещаются в мотивационные центры промежуточного мозга, откуда вновь возвращаются по системе диффузных проекций в кору, в том числе и в зоны первичной проекции. Через 100 мс также возникают связи между проекционной и лобной корой. Такой цикл, продолжительность которого составляет около 150 мс, получил название «круг ощущений». Суть его в том, что он обеспечивает сравнение сенсорного сигнала со сведениями, извлеченными из памяти, включая данные о значим ости полученной информации, что предположительно и лежит в основе перехода физиологического процесса на уровень психи ческого, субъективного переживания. В результате возникшее ощущение не только точно передает физические характеристики стимула, но и эмоционально окрашено. Вышеприведенная концепция получила название гипотез ы информационного синтеза.
В последующие годы ее подтвердили результаты многих исследований, в том числе данные о топографии отделов мозга, входящих в «круг ощущений», и использование самой идеи возврата возбуждения для объяснения механизмов сознания. Среди наиболее значим ых можно назвать работы нобелевского лауреата Дж. Эдельмана, который использовал термин «повторный вход (re-entering)», обозначающий не обратную связь, под которой обычно понимают сигнал коррекции, а поступление дополнительной информации, полученной в результате опроса структур мозга, связанных с функцией памяти и мотивацией.
Помимо информационного синтеза возврат возбуждения по диффузным проекциям обеспечивает и интеграцию отдельных признаков стимула в единый образ. Исследования последних лет показали, что при этом важную роль играет ритм электроэнцефалограммы (ЭЭГ) с частотой около 40 Гц. Именно синхронизация био потенциал ов мозга на определенном ритме создает условия для объединения нейросетей в единую систему, что необходимо для поддержания сознания.
Ощущение относится к достаточно простым психи ческим феноменам, которые некоторые ученые относят к так называемому первичному сознанию, куда можно отнести и эмоции, в исследование которых выдающийся вклад внес П.В. Симонов. Он впервые предложил формулу, согласно которой сила эмоции Э пропорциональна потребности П, умноженной на разность между сведениями, имеющимися у индивидуума, и теми, что необходимы ему для удовлетворения данной потребности:
Из этой формулы следует, что эмоции, так же как и ощущения, возникают в результате сравнения двух информационных потоков. Здесь действует, таким образом, некоторая универсальная закономерность.
Интерес представляет вопрос, как в ходе эволюции могла возникнуть система возврата возбуждения и сравнения двух информационных потоков. В соответствии с концепцией Н. Хамфри психи ческое появилось в результате действия ответвлений отходящих от коры двигательных волокон к направляющимся к коре чувствительным путям, что сделало возможным направленную регуляцию поступающей к коре информации. В более простых системах такой процесс мог происходить на периферии, однако постепенно развились внутрикорковые способы фильтрации исполнительными центрами наиболее значим ой для определения поведения информации, которые могли действовать и в отсутствие моторных команд. Н. Хамфри назвал такой механизм «чувственной петлей» (sentient loop), что даже терминологически близко к нашему «кругу ощущений».
Говоря о механизмах ощущений, уместно вспомнить слова, сказанные некогда И. Гете: «Если бы я не носил в себе весь мир, я был бы слепцом со здоровыми глазами».
Сознание и речь. Мышление. Лобная кора
Последние годы прошлого века, объявленные «десятилетием мозга», ознаменовались быстрым накоплением знаний о принципах корковой организации психи ческих функций. С помощью «изображений живого мозга» было установлено, что определенные поля коры отвечают за отдельные когнитивные, мыслительные операции. Однако высшие психи ческие функции возникают в результате объединения специализированных полей за счет корковых связей.
| ПСИХИЧЕСКАЯ ФУНКЦИЯ |
В наших работах по изучению мышлени я с применением нового метода картирования корковых связей впервые был описан рисунок связей, типичный для разных видов мышлени я. Испытуемому на экране монитора предлагались задания на образное, пространственное и абстрактно-вербальное мышлени е, о готовом ответе он сообщал словесно или движением джойстика. При этом проводилась многоканальная запись ЭЭГ в период между постановкой задачи и ее решением.
В результате исследований было установлено, что симметричный в состоянии покоя рисунок связей при решении задачи изменяется: связи начинают сходиться к определенным полям коры, которые были обозначены как фокусы взаимодействия. При этом их топография различается в зависимости от вида мыслительной деятельности. Так, при образном мышлени и (допустим, следует определить, какие эмоции выражают лица на фотографиях) фокусы локализовались в теменно-височной коре. При абстрактно-вербальном мышлени и (решении анаграмм или категоризации слов) они располагаются в лобной коре (см. рис.). При пространственном мышлени и, включающем элементы как образного, так и абстрактного мышлени я, связи сходились к теменной и лобной коре (см. рис. внизу). Было установлено также, что информация поступает к фокусам из различных отделов коры, имеющих свою специализацию, по связям, которые поддерживаются на разных частотах. В синтезе важную роль играет определенная мотивационная составляющая, так же как и при возникновении ощущений.
СТРУКТУРЫ МОЗГА, СВЯЗАННЫЕ С ФУНКЦИЕЙ ПАМЯТИ
Запоминание последовательности событий. Декларативная память и гиппокамп. Избирательное внимание
Важным свойством сознания представляется способность удерживать в голове последовательность происходивших событий и произвольно извлекать их из недр памяти. Французский философ Анри Бергсон (1859-1944) называл данное свойство «памятью души», в отличие от «памяти тела», ответственной за двигательные и другие навыки. Современная терминология именует их, соответственно, декларативной и процедурной памятью.
В сохранении в памяти последовательности событий важную роль наряду с гиппокампом играет лобная кора. В ней можно выделить три группы нейрон ов: одни реагируют на действующий сигнал, другие сохраняют его след до того момента, когда необходимо дать поведенческий ответ, и, наконец, третьи включают ответную реакцию. Нейроны разряжаются последовательно и как бы передают эстафету от одной группы к другой. Можно заключить, что «память души», та самая, которую писатель Д.Гранин сравнил с прочитанной книгой, которую можно листать, останавливаясь на нужной странице, обеспечивается взаимодействием лобной коры и гиппокампа.
Подведем итог представлениям о наиболее вероятных механизмах сознания. Фундаментальным принципом является возврат возбуждения к местам первоначальных проекций, что обеспечивает информационный синтез; в формировании абстрактных представлений и речи большую роль играет лобная кора; медио-базальные отделы височной области полушарий важны для поддержания декларативной памяти и обеспечения процессов избирательного внимания. Сопоставление вновь поступившей информации с прошлыми переживаниями определяет содержание сознания как постоянную корректировку личного опыта и того, что можно назвать чувством внутреннего «я». В основе сознания лежит идея обновления, придающего жизни ее высший смысл и определяющего постоянное стремление человека к новизне.
Сознание и искусственный интеллект
Для обоснования своих взглядов Р. Пенроуз использует теор ему Гёделя о том, что нельзя доказать вычислением правильность основных действий арифметики, например, что 1+1=2. Но живое существо в этом убеждается, когда получает два банана, двух врагов или двух жен, добавляя в результате тех или иных действий к первому объекту (или субъекту) второй (или вторую). При этом понимание сущности удвоения (или сложения вообще) возникает в эволюции раньше, чем умение считать. Описан, например, случай, когда коренной житель севера не знал, сколько у него оленей, но легко мог перечислить каждого по их признакам. Ребенок также может перебрать в памяти всех окружающих его людей или свои игрушки, хотя еще не знает счета. Может быть, это покажется парадоксальным, но понимание как в эволюции, так и в процессе индивидуального развития предшествует вычислению. Дело в том, что вычисление основано на абстракции, а это функция более совершенного мозга. Приспособительный эффект достигается, когда эти сложные функции, такие как способность к абстракции, сочетаются с более простыми.
Сказанное выше, конечно, является далеко не полным. Мы еще многое не знаем о работе мозга, и особенно о том, что лежит в основе его высших функций и человеческого сознания. Тем не менее прогресс в этой области в последние годы достаточно очевиден, и наука о мозге постепенно приближается к раскрытию этой тайны природы.
Проблема «Сознание и мозг». Теоретическое решение основных вопросов
В статье рассматриваются основные концептуальные трудности проблемы «сознание и мозг» и подчеркивается значение ее разработки для современной науки. Автором предлагается теоретическое решение ее основных вопросов: 1) объяснение связи явлений субъективной реальности (которой нельзя приписывать физические свойства) с мозговыми процессами; 2) объяснение способности явлений субъективной реальности служить причиной изменения телесных процессов; 3) объяснение совместимости произвольных действий и свободы воли с детерминизмом мозговых процессов. На этой основе рассматриваются теоретические и методологические вопросы расшифровки мозговых нейродинамических кодов явлений субъективной реальности и перспективы нейронаучных исследований сознания.
Введение
Проблема «сознание и мозг» – одна из фундаментальных классических проблем, имеющих давнюю историю. Ее ключевой пункт состоит в том, что сознание обладает специфическим и неотъемлемым качеством субъективной реальности (далее сокращенно – СР), которому нельзя приписывать физические свойства. Именно это создает главную трудность при попытках теоретического объяснения связи сознания с мозговыми (и вообще с телесными, физическими) процессами.
В последующих книгах 9 13 17 и многих статьях моя теория подробно излагалась и в ряде отношений существенно развивалась.
Автор отдает себе ясный отчет в том, что предлагаемая им теория, как и всякая иная, претендующая на решение сложной научной проблемы, носит, по существу, пробный характер и должна пройти основательные критические испытания в научном сообществе. К моему сожалению, за многие годы этого так и не gроизошло. Да, некоторые философы и ученые высказывали в общих чертах одобрительное отношение в ее адрес, среди них были и такие выдающиеся нейрофизиологи, как Я. Сентаготаи и Р. Сперри 35 38 ; на мою концепцию приводились даже ссылки в учебниках по психофизиологии 5 (что было для меня весьма лестным и служило моральной поддержкой). Вместе с тем, по поводу информационного подхода философами не раз высказывались критические замечания и соображения. Однако они носили, как правило, фрагментарный или слишком общий характер, не затрагивая основ теории, оставляя в стороне анализ связей между ее исходными посылками и объяснительными следствиями 6 ; она так и не удостоилась систематизированного критического анализа. В надежде на то, что это не исключено в будущем, я решил представить ее основное содержание в сравнительно краткой и четкой форме, удобной для осмысления и для критики.
Субъективная реальность как объект нейронаучного исследования
СР – это реальность осознаваемых состояний индивида, которые непосредственно удостоверяют для него то, что он существует. Качество СР обозначается в философской литературе различными, но близкими по значению терминами: «ментальное», «интроспективное», «феноменальное», «субъективный опыт», «квалиа» и др. В последние десятилетия термин «СР» стал довольно широко использоваться для описания специфики сознания, в том числе и представителями аналитической философии. Понятие «СР» охватывает как отдельные явления и их виды (ощущения, восприятия, чувства, мысли, намерения, желания, волевые усилия и т.д.), так и целостное персональное образование, объединяемое нашим Я, взятым в его относительном тождестве самому себе, а тем самым в единстве его рефлексивных и арефлексивных, актуальных и диспозициональных измерений. Это целостное образование представляет собой исторически развертывающийся континуум, временно прерываемый глубоким сном или случаями потери сознания. СР всегда представляет собой определенное «содержание», которое дано индивиду в форме «текущего настоящего», т.е. сейчас, хотя это «содержание» может относиться к прошлому и к будущему.
Специфика явлений СР состоит в том, что им, как уже отмечалось, нельзя приписывать физические свойства: массу, энергию, пространственные характеристики. Этим они отличаются от предметов исследования классического естествознания и претендуют на особый онтологический статус, определение которого всегда предъявляло трудные вопросы для философов материалистической ориентации и естествоиспытателей, в особенности для тех, кто изучал связь психических явлений с деятельностью головного мозга.
Вместе с тем, СР представляет «внутренний», индивидуально-субъективный опыт, присущий только данному индивиду (выражаемый в отчетах от первого лица). Как перейти от этого индивидуально-субъективного опыта к интерсубъективным, общезначимым утверждениям (от третьего лица) и к обоснованию истинного знания?
В общефилософском плане эти вопросы многократно ставились и решались по-разному с тех или иных классических позиций. Однако в свете насущных проблем современной науки они продолжают оставаться открытыми. Это особенно остро сказывается в тех отраслях нейронауки, которые нацелены на исследования психической деятельности, феноменов сознания и не приемлют редукционистских решений (т.е. концепций, стремящихся свести явления СР к физическим процессам, речевым или поведенческим актам). В этом отношении принципиальное значение приобретают вопросы феноменологического анализа и систематизации
явлений СР, дискретизации континуума СР, формирования таких инвариантов явлений СР, которые могли бы служить достаточно определенными объектами для соотнесения их с мозговыми процессами (подробнее об этом будет сказано далее).
Сознание и мозг. Два основных вопроса
Когда проблема «сознание и мозг» нередко именуется проблемой «субъективная реальность и мозг», то тем самым подчеркивается ее главное содержание, то, что в аналитической философии называется «трудной проблемой сознания». Поэтому оба названия употребляются для целей данной статьи как равнозначные (хотя в проблеме «сознание и мозг» мыслимы, конечно, и некоторые другие, не столь значительные аспекты).
Эта проблема в ее современной трактовке является научной проблемой. Ее следует отличать от психофизической проблемы как собственно философской, выражавшей в общем виде вопрос о соотношении духовного и телесного (физического).
Вместе с тем, наука тоже располагает значительными средствами изучения сознания, ею накоплен в этом отношении чрезвычайно большой опыт, требующий осмысления (имеются в виду данные психологии, психиатрии, лингвистики, информатики, социогуманитарных и когнитивных дисциплин, множества других отраслей науки, в особенности междисциплинарного характера, таких как психофизиология, психофармакология, психогенетика, психолингвистика и др.).
Нельзя сбрасывать со счета и факты обыденного знания о психических явлениях, которые образуют каркас здравого смысла, выражают практический опыт человечества. Наконец, следует отметить, что в последние десятилетия быстро возрастает роль того уровня научного знания, который именуют метатеоретическим (метанаучным и общенаучным). Он представлен идеями функционализма и структурализма, системными, синергетическими, информационными подходами, рядом других широких теоретических положений. Концептуальные средства этого уровня могут использоваться практически во всех научных дисциплинах, выполняют интегративную функцию в междисциплинарных исследованиях. Они играют первостепенную роль в разработке проблемы «сознание и мозг», поскольку она является междисциплинарной (я сказал бы даже, трансдисциплинарной) научной проблемой. Ее теоретическое решение должно опираться на эмпирический базис и способно, в свою очередь, инициировать новые направления, методы, а постольку и новые результаты, в исследованиях мозга и психики.
Для решения этой проблемы прежде всего требуется теоретически обоснованный ответ на два главных вопроса:
1. Как объяснить связь явлений СР с мозговыми процессами, если первым нельзя приписывать физические свойства: массу, энергию, пространственные характеристики, а вторые ими необходимо обладают?
2. Если явлениям СР нельзя приписывать физические свойства, то как объяснить их способность
причинного действия на телесные процессы?
Кроме этих основных вопросов, имеется и ряд других, которые обычно служат камнем преткновения для естествоиспытателей и настоятельно требуют решения. Однако надо сразу сказать, что ответы на них определяются решением первых двух. Более того, можно утверждать, что они зависят в большей степени от решения первого фундаментального вопроса.
Эти другие существенные вопросы следующие:
3. Как объяснить феномены произвольных действий и свободы воли и как совместить их с детерминизмом мозговых процессов?
4. Как объяснить возникновение самого качества СР в процессе эволюции, которое, на первый
взгляд, кажется необязательным для эффективного функционирования организма (что всегда служило
поводом для эпифеноменалистских трактовок СР и редукционистских построений, использования моделей «зомби» и т.п.)?
5. Почему информация о действующем агенте не просто репрезентируется, а переживается в форме СР? Это вопрос, тесно связанный с предыдущим (его обычно остро ставят представители аналитической философии).
Эти и ряд других частных вопросов будут выделены и теоретически осмыслены ниже.
Предлагаемая теория
Предлагаемая теория опирается на современные знания о биологической эволюции и о процессах
самоорганизации (биологической и социальной, включая ее технические составляющие) и использует для решения поставленных вопросов информационный подход.
Предлагаемая мной теория сравнительно четко и просто организована и потому удобна для критики. В ней принимаются три исходные посылки. Первые две из них являются принципами, не встречающими эмпирических опровержений, третья – интуитивно приемлемым соглашением, которое убедительно подтверждается обыденным и научным опытом. Привожу эти исходные посылки.
I. Информация необходимо воплощена в своем физическом носителе (не существует вне и помимо него).
II. Информация инвариантна по отношению
к физическим свойствам своего носителя, т.е. одна и та же информация (для данной самоорганизующейся системы – для данного организма, человека или сообщества) может быть воплощена и передана разными по своим физическим свойствам носителями, т.е. кодироваться по-разному. Например, информация о том, что завтра ожидается дождь, может быть передана на разных языках, устно, письменно, с помощью азбуки Морзе и т.д.; во всех этих случаях ее носитель может быть разным по величине массы, энергии, пространственновременным характеристикам. Обозначим сокращенно этот принцип ПИ.
III. Явление СР (например, мой чувственный образ в виде зрительного восприятия некоторого объекта А, переживаемый в данном интервале) может рассматриваться как информация (о данном объекте). Отметим, что информация допускает не только синтаксическое описание, но также семантическое (содержательно-смысловое) и прагматическое (целевое, ценностное, «действенное», программно-управленческое), что отвечает требованиям описания явлений СР.
Если эти три исходные посылки принимаются, то из них логически выводятся искомые объяснительные следствия.
В сложной самоорганизующейся системе (т.е. состоящей из самоорганизующихся элементов и подсистем) налицо многоступенчатая иерархия кодовых зависимостей, отражающих ее историю (как в филогенетическом, так и в онтогенетическом плане). Эта иерархия кодовых зависимостей представляет собой основные уровни и узлы организации данной системы и, следовательно, основные контуры структуры управления. Опыт исследования такого типа систем свидетельствует о весьма сложных отношениях централизации и автономности в их целостном функционировании. Эти отношения пока еще слабо изучены. Однако не вызывает сомнения, что это своего рода сплав иерархической централизованности кодовых зависимостей с высокой степенью автономности определенных уровней организации, включающей не только отношения кооперативности, но и конкурентности. Самоорганизация – это многомерная динамическая структура кодовых зависимостей (соответственно информационных процессов). Отсюда – особая актуальность изучения природы кодовой зависимости как элемента самоорганизации.
1.3. Но что означает операция расшифровки кода, декодирования, если информация необходимо воплощена в своем носителе, а последний всегда представляет собой то или иное ее кодовое воплощение (т.е. если информация всегда существует только в определенной кодовой форме и никак иначе)? Она может означать лишь преобразование одного кода в другой: «непонятного» для данной самоорганизующейся системы в «понятный». Поэтому следует различать два вида кодов: 1) «естественные» и 2) «чуждые». Первые непосредственно «понятны» той самоорганизующейся системе, которой они адресованы; точнее, ей «понятна» воплощенная в них информация (например, значения паттернов частотно-импульсного кода, идущих от определенных структур головного мозга к мышцам руки, обычные слова родного языка для собеседника и т.п.). Информация «понятна» в том смысле, что не требует операции декодирования и может непосредственно использоваться в целях управления. «Естественный» код несет информацию в форме, открытой для «понимания»; не требует изучения структуры сигнала, специального анализа носителя этой информации. Мы воспринимаем улыбку друга не как множество движений множества элементов лица, а сразу в ее целостном «значении». В отличие от «естественного» кода «чуждый код» непосредственно «не понятен» для самоорганизующейся системы, она не может воспринять и использовать воплощенную в нем информацию. Для этого ей нужно произвести операцию декодирования, т.е. преобразования «чуждого» кода в «естественный».
Способ преобразования «чуждого» кода в «естественный» либо изначально запрограммирован в
структуре самоорганизующейся системы, либо создан ею на основе ее опыта и в результате случайных находок 10 Часто он остается для нас неизвестным и должен быть найден исследователем путем настойчивого поиска (о чем говорит опыт криптологии, лингвистики, этнографии, других наук, перед которыми возникает такая задача 11 ).
1.4. Как «естественные», так и «чуждые» коды бывают для данной самоорганизующейся системы (организм, его подсистемы, личность, сообщество и т.п.) внутренними и внешними. По-видимому, «чуждые» коды в большинстве своем являются внешними. Однако на уровне личности они имеют место и в процессах аутокоммуникации. Здесь внутренние «чуждые» коды проявляются в виде непонятных и часто негативных по своему «значению» субъективных переживаний и симптомов, имеющих своим источником бессознательную и
соматическую сферу; это относится и к разнообразным случаям психопатологии.
Если мозговые коды явлений СР будут основательно расшифрованы, то это нарушит фундаментальный принцип социальной самоорганизации –относительную автономность, «закрытость» субъективного мира личности. Что произойдет, если его будут «открывать» помимо ее воли, если одни станут «открытыми», а другие «закрытыми» и т.п.? Не менее интересен вопрос: что произойдет с нашим социумом, с его политическими, экономическими и прочими институтами, если все современные гомосапиенсы и институциональные субъекты вдруг станут «открытыми»? (Никто никого не может обманывать, все говорят только правду; проведите такой мысленный эксперимент.)
1.5. Соответственно двум видам кодов («естественным» и «чуждым») следует различать и два разных аспекта расшифровки кода. При расшифровке «чуждого» кода (т.е. преобразовании его в «естественный») ставится задача понимания его информационного содержания. Наоборот, при расшифровке «естественного» кода, устройство которого неизвестно, ставится задача познания, понимания именно его устройства (структурно-функциональной, пространственно-временной, физико-химической организации). Отсюда – два вида задач расшифровки кода: прямая и обратная.
Для повышения эффективности этого направления нейронаучных исследований необходима, однако, основательная феноменологическая разработка объектов расшифровки кода, т.е. вычленение, формирование достаточно определенных явлений СР. В существующих исследованиях объект расшифровки кода (т.е. выделяемое явление СР) остается большей частью недостаточно определенным, что снижает их результативность.