казанский собор иконы расположение
Санкт-Петербургский список Казанской иконы Божией Матери
Главной святыней Казанского кафедрального собора Санкт-Петербурга является Казанская икона Божией Матери, во имя которой собор был построен в 1811 г. Эта икона, чудесным образом явленная в г. Казани в 1579 г., является одной из самых почитаемых икон во всем православном мире.
День чудесного явления образа (8/21 июля) стал ежегодно отмечаться как большой праздник вначале в Казани, а затем и по всей России. В том же 1579 г. царь Иван Грозный основал в Казани монастырь Пресвятой Богородицы, в который и была помещена обретенная икона. С нее сделали несколько копий, некоторые из которых, как и сама изначальная икона, были признаны чудотворными.
Со времен царя Алексея Михайловича икона стала рассматриваться как Покровительница дома Романовых и праздники во имя иконы (8/21 июля и 22 октября/4 ноября) из местных — московских и казанских — стали общероссийскими.
При Петре I в Санкт-Петербург привозят Казанскую икону, принадлежавшую царице Парасковии Федоровне, родственнице Петра. Согласно последним исследованиям она была списком (копией) с изначального казанского прототипа. После длительного нахождения в церкви Рождества Богородицы на Невском проспекте, она была помещена в новом Казанском кафедральном, который был возведен для нее архитектором А.Н. Воронихиным. Казанская икона стала одной из главных православных святынь Санкт-Петербурга.
Ниже приводится историко-археологический очерк об истории Чудотворной Казанской иконы Божией матери, которая находится в Санкт-Петербурге. Автором очерка является ныне покойный доцент Санкт-Петербургской Духовной Академии В.Н. Некрасов.
Помимо дара чудотворения, она представляет большой интерес в том отношении, что в прежнее время, а именно, в XIX и начале XX столетий, существовали разнообразные, иногда совершенно противоположные, взгляды на происхождение этой иконы, но единого, общепризнанного мнения по этому вопросу так и не было выработано. Не возбуждали спора только основные факты, относящиеся к истории первообраза Казанской иконы. Как известно, оригинал Казанской иконы, составляющий разновидность Одигитрии, был чудесным образом открыт в 1579 г., 8 июля (с/ст.), в г. Казани на месте пожара, истребившего незадолго перед этим значительную часть городаI). Список, или копия с новоявленной иконы вместе с описанием чудес, происшедших от нее, были вскоре отосланы в Москву царю Ивану Васильевичу IV Грозному.
Казанская чудотворная икона Божией Матери быстро сделалась известной в широких массах русского православного народа и стала одним из наиболее почитаемых в России изображений Царицы небесной. Постепенно появилось множество списков с нее, распространившихся по лицу русской земли. В 1611 г. Казанскую икону Божией Матери, подлинную или список с нее2) взяло с собой казанское ополчение, которое отправилось под Москву на помощь войскам Трубецкого и Заруцкого, пытавшихся освободить столицу России от польско-литовских интервентов.
Одушевленные чудотворным образом русские ополчения в мае 1611 г. отбили у поляков Новодевичий монастырь. Но успехи русских войск этим и ограничились; среди ополчений начались разногласия и ссоры. Казанская дружина направилась в обратный путь. В Ярославле соратники встретились с нижегородским ополчением, которое под предводительством князя Д.М. Пожарского и Козьмы Минина шло на освобождение Москвы от поляков, и передали нижегородцам свою чудотворную икону, взамен которой в Казань был послан богато украшенный список с нее.
Проникнувшись глубокой верой в помощь свыше через чудотворный образ Царицы Небесной, ополчение Пожарского и Минина 22 октября 1612 г. взяло приступом Китай-город, а вскоре очистило и Кремль от поляков и литвы. После освобождения столицы от врага князь Д.М. Пожарский поставил Казанскую икону Богородицы, спутницу и помощницу его в походах и битвах, сперва в своей приходской церкви Введения (на Лубянке), а потом, в 1636 г., во вновь построенный им Казанский собор, вблизи Красной площади.
Царь Михаил Федорович, узнав о чудесах, бывших от иконы Казанской Богородицы, повелел чествовать в Москве чудотворный образ Богоматери дважды в год: 8 июля, в день явления иконы в Казани, и 22 октября, в память освобождения Москвы от иноземных захватчиков.
В 1649 г. по указу царя Алексея Михайловича местный московский (и казанский) праздник в честь Казанской иконы Божией Матери делается общероссийским. Поводом к этому указу послужило рождение во время всенощной службы на 22 октября наследника, царевича Дмитрия Алексеевича.
Это радостное для царя событие было приписано им милости Матери Божией, и с этого времени Алексей Михайлович начинает смотреть на московскую икону Казанской Богородицы не только как на избавительницу России от нашествия иноземцев, но и как на Покровительницу династии Романовых. Этот взгляд был усвоен и последующими царями из дома Романовых.
После основания в 1703 г. Петербурга и перенесения сюда столицы России Казанская икона Божией Матери стала предметом благоговейного почитания и на берегах Невы. В самом начале XVIII столетия здесь появляется чтимый чудотворный образ Казанской Богородицы, находившийся впоследствии с 1811 г. в Казанском соборе на Невском проспекте. В годины тяжелых испытаний русские люди прибегали к этому чудотворному образу, прося заступничества Царицы Небесной. Известно, например, что князь М.И. Кутузов, вождь русской армии в Отечественную войну 1812 года, возложил образ Божией Матери на себя, вверяя себя Ее всесильному охранению и помощи. После разгрома армии Наполеона он все серебро, отнятое казаками от французов, принес в дар Казанскому собору, считая победу над врагом проявлением милости Царицы Небесной3).
После 1812 г. вера в чудотворное заступление Божией Матери ради молитв пред Ее чудотворным казанским образом еще более возросла у жителей Петербурга, считавших Богоматерь в лице Ее чудотворной Казанской иконы Покровительницей северной столицы.
В настоящее время Казанская икона Пресвятой Богородицы по-прежнему пользуется огромным уважением и почитанием со стороны верующих. Откуда же она происходит? По одному мнению, более других распространенному4), эта икона, есть та самая икона, которая 8 июля 1579 г. явилась в Казани; в Смутное время она была взята в Москву, а оттуда в 1710 г. по повелению императора Петра I перенесена в Петербург.
Сказаний об этом раньше 30-х годов прошлого столетия не наблюдается. Но с конца 30-х годов это мнение, уже как исторический факт, стало входит в разные издания по истории Петербурга, а в конце 60-х годов вошло в «Сказание о чудотворно-явленной Казанской иконе Божией Матери с кратким описанием С.-Петербургского Казанского собора», в 1867 г.; затем, в «Историко-статистические сведения о С.-Петербургской епархии», вып. I, отд. П, изданные в 1869 г. С.-Петербургским епархиальным историко-статистическим комитетом. Здесь сказано, что явленная и чудотворная икона Казанской Божией Матери пребывала в Казани только до нашествия поляков на отечество в 1612 г.
В 1710 году священный памятник и свидетель изгнания поляков из Москвы и восшествия дома Романовых на царский престол — их семейный чудотворный образ Казанской Богоматери — по повелению императора Петра I перенесен из Москвы в Санкт-Петербург, в освящение новой на берегах Невы столицы.
Этими же словами говорит о перенесении Московской иконы Казанской Божией Матери в 1710 г. в Петербург и протоиерей Г.С. Дебольский в своей книге «Дни богослужения православной католической восточной церкви», т. I, 1901 г., издание 10, СПб, стр.201-202. Но он не берется судить, подлинная это казанская икона, или же только список с нее (там же, стр.198). Равным образом и в акафисте, составленном профессором Московской Духовной Академии П.С. Казанским для казанской иконы в Петербургском Казанском соборе и одобренном Синодом в 1867 г., говорится, что Петр Великий взял казанскую икону Богоматери из Москвы в Петербург — в Путеводительницу своему воинству … и, как ограждения и освящение новой столицы, в сердце города поставил (икос 5), но откуда и какую именно казанскую икону взял Петр I, об этом в акафисте ничего не сказано5). В анонимной книжке под заглавием «Чудотворная Казанская икона Божией Матери, находящаяся в С.-Петербургском Казанском соборе», изд. 5, СПБ., 1896 г., цензор архимандрит Мефодий, стр.8-9; 13-14 и в иллюстрированном издании «Лавры, монастыри и храмы на Святой Руси. С.-Петербургская епархия», СПБ., 1908 г., стр.455а) проводится тот же взгляд на петербургскую икону Богородицы, как и в указанных выше «Историко-статистических сведениях о С.-Петербургской епархии». Священник Д. Булгаковский согласен с тем, что московская чудотворная икона Казанской Богородицы перенесена в Петербург повелением Петра I, но по его мнению, эта икона является списком с казанского первообраза6).
Особое место занимают Г.З. Елисеев и архимандрит Никанор, которые, хотя и не занимаются вопросом о петербургской иконе Казанской Божией Матери, но положительно утверждают, что подлинная ЯВЛЕННАЯ Казанская икона Богородицы все время, до ее похищения в 1904 г., находилась в Казани, в женском Богородицком монастыре.
Чудотворный же образ Казанской Богородицы, бывший в ополчении Пожарского и Минина и впоследствии поставленный в московском Казанском соборе, был только СПИСКОМ с казанского оригинала7). Списком же считают этот образ и Строев8), протоиерей К. Фоменко8), историк С. Соловьев9), московский митрополит Макарий10), А. Завьялов11), И. Покровский12), профессор А. Дмитриевский13), архимандрит Ф. Поздеевский14), Н. Романский — в «Русском Паломнике»15), Ив. Конобеевский16) и др. В доказательство правильности своего взгляда указанные лица ссылаются обычно на «Никоновскую летопись» и «Летопись о многих мятежах». В первой рассказывается, что в Смутное время казанские ратники, пришедшие на помощь русскому войску, стоящему под Москвой … «принесоша (же) из Казани Пречистые Богородицы СПИСАНИЕ (подчеркнуто мною, В.Н.) с Казанской иконы» (Русская летопись по Никонову списку, изд.1792 г., VIII, стр.167).
Во второй читаем: «…Принесоша из Казани образ Пречистые Богородицы, СПИСАННОЙ С КАЗАНСКИЕ»… (Летопись о многих мятежах, 1771 г., стр.236)17).
Таким образом большинство автором согласны в том, что московская чудотворная икона Казанской Богородицы не есть явленная икона Ее, обретенная в Казани, а есть один из многочисленных древних списков с казанского подлинника. В таком случае и петербургская икона, даже если бы она и оказалась тождественной с иконой московского Казанского собора, также будет всего лишь списком с Казанской явленной иконы, но никак не оригиналом. В действительности же петербургская и московская икона не имеют между собою ничего общего: это два различных списка с казанского прототипа.
Московский священник Н. Романский приводит ряд исторических свидетельств, подтверждающих, что московский список в XVII и XVIII столетиях пребывал именно в Москве, а не в другом каком-либо месте. Так, на нижнем поле московской иконы с лицевой стороны сделаны две надписи — одна от 1687 г., а другая от 1754 г. Первая гласит: «Сей пречистый образ поновлял Михаил Малютин»; а другая: «а сего 1754 года — паки сей святой образ поновляла госпожа баронесса Прасковья Ивановна Строганова». Подлинность второй надписи, по мнению отца Н. Романского, не подлежит сомнению, а по словам Г. Тренева, интересовавшегося вопросом о Казанской иконе Богородицы, подпись Малютина также подлинна и ему хорошо известна18). Отсюда отец Н. Романский делает совершенно правильный вывод, что московская чудотворная икона Казанской Божией Матери не была перенесена в Петербург ни при Петре I, ни после него.
Большего внимания заслуживает мнение, опирающееся на архивные данные, по которым петербургская святыня является обетной иконой, выполненной по заказу вдовствующей царицы Парасковии Федоровны (1723), супруги царя Иоанна Алексеевича (…1796), брата Петра I. Таким образом она могла быть написана в самом конце XVII или в самом начале XVIII столетия.
К сторонникам этого мнения принадлежат протоиерей В. Жмакин, упомянутые выше А. Завьялов, Ф. Покровский и другие. По-видимому, некоторые архивные документы и последующая история петербургской иконы Казанской Божией Матери подтверждают их точку зрения.
Известно, что 2 марта 1727 г. в Синод поступило ходатайство «Церкви Рождества Богородицы, что на Петербургском острову, священника Ивана Стефанова с товарищами и приходских людей» (в числе 23 человека, В.Н.) о том, чтобы Синод дал распоряжение о возвращении в указанную церковь образа явления Казанской Пресвятой Богородицы из С.-Петербургского Троицкого собора, куда этот образ был взят в 1720 г Новгородским архиереем Феодосием, ибо «…Тот явления Казанской Пресвятой Богородицы образ по обещанию вновь написан и украшен достоблаженныя памяти царицы и великия княгини Парасковии Федоровны и от нас немалым иждивением». Просьба эта Синодом была удовлетворена, и образ Казанской Божией Матери, находившийся в церкви Рождества Богородицы на Петербургом острове (стороне), на Посадской улице, был перенесен туда, по всей вероятности, из Казанской часовни, стоявшей рядом с этой церковью и названной так, видимо, потому что там находилась икона Казанской Божией Матери. Часовня эта была устроена не позже 1707 г., т.к. в конце этого года, 25 ноября, император Петр I издал именной указ, которым повелевалось разобрать все построенные в Санкт-Петербурге часовни и обретающиеся в них иконы и книги передать в церковь20). Если, как утверждает А. Завьялов, петербургская икона была, по его выражению, «сооружена» (т.е. написан новый образ) по обещанию царицы Парасковьи Федоровны и иждивением некоторых приходских людей и находилась сперва в Казанской часовне, то она могла появиться на свет на рубеже XVII и XVIII столетий. Но, по мнению отца Н. Романского, выражение «образ … вновь написан» следует понимать в смысле «вновь переписан», или полностью реставрирован. В доказательство такого понимания указанного выражения Н. Романский в своей статье21) приводит текст контракта, заключенного 31 мая 1754 г. Государственной конторой с московским купцом Шестаковым и крестьянином Сеземовым на исправление «разных ветхостей» в Московском Казанском соборе, кроме церковной утвари, риз и книг, согласно осмотру архитектора Д. Ухтомского.
В этом контрактеи реестре, поданном по исполнении контракта 8 февраля 1755 г. с отметками священников собора о проделанной реставрации, выражение «вновь написать» встречается не менее 8 раз в отношении разных обветшавших икон и имеет смысл, придаваемый ему Н. Романским. Например, «Во означенном (же) иконостасе образ Казанской Богородицы, образ Страстныя Богородицы И ОНЫЕ ЗА ВЕТХОСТЬ ВНОВЬ НАПИСАТЬ»; или «В олтаре на горнем месте Господа Саваофа, который обветшал, вновь написать» и т.д.
Таким образом, петербургская икона Казанской Божией Матери, как только реставрированная, а не «сооруженная» заново, значительно древнее, чем предполагает Завьялов и другие авторы, стоящие на той же точке зрения, и может относится в XVII или даже к концу XVI века. В этом нет ничего удивительного; как мы видели, список с казанской иконы был прислан вскоре же после ее обретения царю Ивану IV Грозному в Москву; можно полагать также, что в царских палатах в Москве находись и другие, такие же древние или более поздние списки Казанской иконы, как очень чтимой в царской фамилии. Одну из таких копий царская семья могла взять с собой при переселении в новую столицу и поместить на первых порах в Казанскую часовню, вблизи от домика Петра I. Эта копия и была реставрирована царицей Парасковьей Федоровной. Предположение о такой реставрации могло быть обосновано более твердо после надлежащей расчистки иконы, но это дело будущего, пока же приходится ограничиваться свидетельствами архивных документов. Из Казанской часовни, разобранной по указу в 1707 г., икону Казанской Божией Матери перенесли в церковь Рождества Богородицы, прихожанкой которой состояла вдовствующая императрица, а оттуда в 1737 г. вместе с другими тремя того же названия иконами22) во вновь построенную ее дочерью, императрицей Анной Иоанновной, каменную церковь также Рождества Богородицы на Невском проспекте и, наконец, в 1811 г. в Казанский собор, где она и находилась до закрытия собора. До 1727 г. эта икона нигде в документах чудотворная не называется, в этом же году по ходатайству перед святым Синодом притча и приходских людей Рождественской церкви было разрешено икону Казанской Богоматери выносить в дома прихожан «ради моления болящих». Очевидно, она прославилась даром чудотворения. А. Завьялов замечает по этому поводу, что, пока не открыты новые документы, 1727 г. и следует считать началом признания этой иконы чудотворной. Впрочем, он сам же допускает, что архиепископ Феодосий взял в 1720 году данную икону в Троицкий собор быть может в предположении, что она уже является чудотворною, почему и пользуется в народе таким почитанием, хотя специальное распоряжение святого Синода об отобрании в церкви икон, которые недавно оказались чудотворными, вышло 21 февраля 1722 г.23).
Для полноты картины не будет лишним указать размеры икон Казанской Божией Матери: явленной, московской и петербургской. Первая имеет размеры 6 х 5 вершков, вторая — 5 х 8 вершка, петербургская — 13 х 12 вершков24). Богородица на явленной иконе, находившейся в Казани, представлена в красивом греческом типе с правильно построенным лицом с возвышенным выражением. Высокие художественные достоинства иконы и греческий характер лика Божией Матери свидетельствуют о принадлежности иконы кисти незаурядного художника и косвенно — о ее древнем происхождении25). О первоначальном письме петербургской иконы судить трудно вследствие ее полной реставрации в начале XVIII или в конце XVII века. Лик Божией Матери на петербургской иконе в ее теперешнем виде, значительно уступает по исполнению лику Богородицы на Казанском оригинале: пропорции и формы лица менее совершенны, и уже не заметны черты греческого типа. Все вышеизложенное заставляет придти к выводу, что мнение священника Н. Романского о происхождении петербургской иконы Казанской Божией Матери можно считать наиболее приемлемым Доцент Санкт-Петербургской Духовной Академии В.А. Некрасов
Примечания.
Историческое и вполне достоверное свидетельство о явлении иконы Пресвятой Богородицы в Казани принадлежит патриарху Гермогену, который, будучи еще в сане священника, был очевидцем этого явления, а спустя 15 лет после обретения иконы, уже в звании митрополита Казанского и Астраханского, составил Сказание под заглавием: «Месяца июля в 8 день повесть о явлении чудотворныя иконы Пресвятыя Владычицы нашея Богородицы и Приснодевы Марии, иже в Казани. Списана смиренным Гермогеном митрополитом Казанским и Астраханским в лето 7102 году» (т.е. от Рождества Христова в 1594 году, В.Н.). Подзаголовок Сказания взят из книжки священника Д. Булгаковского: «Казанская чудотворная икона Божией Матери и бывшие от нее чудеса», СПБ., 1896 г., стр.14, Примечание. Автор книжки читал повесть Гермогена в рукописи бывшей императорской публичной библиотеки (ныне имени Салтыкова-Щедрина в Санкт-Петербурге) из Древлехранилища Погодина за № 925. Имеются и древние рукописи этой повести. См. «С.-Петербургский духовный вестник», 1895, № 16, стр.366.
Основные факты из истории Казанской иконы изложены в обстоятельной статье А. Завьялова под заглавием «Чудотворная икона Казанския Божия Матери в Санкт-Петербурге», см. «С.-Петербургский духовный вестник», 1895 г., №№ 16, 18, 20, 22, 24 и 25. Эти же сведения имеются у Д. Булгаковского (книжка «Казанская чудотворная икона Божией Матери и бывшие от нее чудеса», СПБ., 1896 г.); архимандрита Феодора Поздеевского (Странник, 1907 г., июль-август, статья «Казанская икона Божией Матери»); архимандрита Никанора (Сборник «Святыни Казани», статья «Казанская икона Божией Матери», 1890 г.); Г.З. Елисеева («Православный собеседник», 1858 г., III ч., статья «Казанская чудотворная икона Божией Матери); профессора А. Дмитриевского (Труды Казанской Духовной Академии, 1905 г., I, ст. «В честь какой иконы Казанской Божией Матери установлен праздник 22 октября»); И. Покровского («Явленная чудотворная казанская икона Божией Матери», Казань, 1904 г.); священника Н. Романского («Московские церковные ведомости», 1904 г., №№ 50, 51-52, и 1905 г., №№ 4-5, статья «Где находится подлинная чудотворная явленная икона Казанской Богоматери») и других авторов.
2. Вопрос о подлинности Казанской иконы Божией Матери, бывшей в казанском ополчении, является одним из спорных вопросов в истории этой иконы. Автор коснется его в дальнейшем изложении очерка.
25. см. снимок с подлинника Казанской иконы Божией Матери в книге Булгаковского (Примечание I), также в «Русском Паломнике», 1904 г., № 30, стр. 519.
Казанский собор, внутреннее убранство и праздник Всех Святых.2 часть.
Всем привет!
Я продолжаю свой рассказ-показ и настало время зайти во внутрь, тем более такой праздник.Было это 10 июня 2018 года, во 2-ю Неделю по Пятидесятнице, в день памяти Всех святых, в земле Русской просиявших.В Казанском кафедральном соборе были совершены праздничные богослужения, это просто большая удача.Мне очень повезло.Делюсь фотографиями и кому интересно, могут почитать информацию найденную, для точности в соц.сетях.Сам узнал и Вам рассказал.Заходим.Вход бесплатный.
Внутреннее убранство петербургского Казанского собора больше напоминает зал в каком-нибудь царском дворце, чем церковное помещение в обычном понимании. Если бы не ряды высоченных гранитных колонн, объединяющих пространство зала, он мог бы казаться бесконечным. Льющийся из окон свет создает оптический обман, будто купол храма парит высоко-высоко и, кажется, возьмет да и упорхнет в небесную высь. Неизменное внимание посетителей, особенно православных верующих и представителей многих других христианских конфессий, привлекают иконы. Их авторами являются В. Боровиковский, В. К. Шебуев, А. Иванов, О. Кипренский, Ф. П. Брюллов, А. Е. Егоров, С. С. Щукин и другие.
В июне 1813 г. в Казанский собор из прусского города Бунцлау был доставлен гроб с телом М.И. Кутузова. Он был погребен в северо-восточной части храма, напротив придела святых Антония и Феодосия Киево-Печерских. Похороны состоялись 13 июня 1813 г. Над могилой была возведена бронзовая ограда, созданная по проекту А.Н. Воронихина, установлена икона Смоленской Божией Матери и укреплен герб Светлейшего князя Смоленского. Над могилой укреплены 5 штандартов и одно знамя, сохранившиеся до наших дней. Позднее над могилой была установлена картина художника Алексеева «Чудо от Казанской иконы Божией Матери в Москве». На ней изображено событие из истории российской воинской славы — освобождение Москвы ополчением под руководством К. Минина и князя Д. Пожарского в октябре 1612 г. с Казанской иконой Божией Матери.
После успешного освобождения русскими войсками под командованием М.Б. Барклая де Толли Западной Европы от Наполеона в собор начали поступать ключи от французских крепостей, взятых русскими войсками. 97 ключей было размещено на стенах собора. Большинство находится сейчас в Москве. 6 связок расположены над могилой М.И. Кутузова. Перед собором в 1837 году по проекту скульптора Орловского были установлены памятники Кутузову и Барклаю де Толли. В годы Великой Отечественной войны они были замаскированы и бойцы, проходя мимо них, отдавали им воинские почести. Возле памятников молодые офицеры давали клятву на верность Родине.
С историей Казанского собора самым непосредственным образом связаны события Отечественной войны 1812 г. и имя фельдмаршала М.И. Кутузова.
В самом начале царствования императора Александра I, когда собор только начинал строиться, Кутузов течение года, до августа 1802 г., был петербургским губернатором.
Гробница Кутузова стала источником вдохновения для А.С. Пушкина, написавшего в 1831 году знаменитое стихотворение «Перед гробницею святой…»:
Перед гробницею святой
Стою с поникшею главой…
Все спит кругом; одни лампады
Во мраке храма золотят
Столпов гранитные громады
И их знамен нависший ряд.
Под ними спит сей властелин,
Сей идол северных дружин,
Маститый страж страны державной,
Смиритель всех ее врагов,
Сей остальной из стаи славной
Екатерининских орлов.
В твоем гробу восторг живет!
Он русский глас нам издает;
Он нам твердит о той године,
Когда народной веры глас
Воззвал к святой твоей седине:
«Иди, спасай!» Ты встал – и спас…
Внемли ж и днесь наш верный глас,
Встань и спасай царя и нас,
О старец грозный! На мгновенье
Явись у двери гробовой,
Явись, вдохни восторг и рвенье
Полкам, оставленным тобой!
Явись и дланию своей
Нам укажи в толпе вождей,
Кто твой наследник, твой избранный!
Но храм – в молчанье погружен,
И тих твоей могилы бранной
Невозмутимый, вечный сон…
Но самый большой интерес, конечно же, вызывает главная святыня собора – Казанская икона. Ее история берет свое начало с далекого 1579 года, когда страшным пожаром была уничтожена большая часть Казани. Через две недели после буйства огня, согласно преданию, девочке по имени Матрона Онучина приснилась Богородица, повелевшая ей пойти на пепелище и найти там ее икону. В месте, на которое указала Дева Мария, почти на метровой глубине, действительно находился святой образ… Перед этой иконой впоследствии возносили молитвы к Богу царь Петр I и его войско, готовившиеся в 1709 году к Полтавской битве. Позже, в 1737 году, один из списков чудотворной иконы перевезли в Петербург и поместили в церковь Рождества Богородицы на Невском проспекте. В 1811 году Казанская икона, ставшая, как уже было отмечено в самом начале, одной из главных православных святынь Петербурга, была помещена в новый Казанский собор.
После Октябрьской революции 1917 года новые власти постарались сделать всё, чтобы один из ведущих храмов города на Неве утратил свое прежнее не только историко-военное, но и религиозное значение. Кроме того, что здесь открыли Музей истории религии, с купола сняли крест, а икону Казанской Божьей Матери переправили в собор Святого равноапостольного князя Владимира, или Князь-Владимирский собор. Она возвратилась на свое прежнее место только в 1991 году.
Тогда же, как уже упоминалось, храм вновь открыли для богослужений. Чуть позже на купол снова установили золотой крест, торжественно засиявший как символ торжества сил добра над силами зла. В 2003 году, в ознаменование 300-летия Санкт-Петербурга, в цехах судостроительного Балтийского завода мастера отлили для храма четырехтонный колокол, высота которого составила более двух метров, ставший самым крупным в ряду своих «собратьев».
В наше время в Казанском соборе часто проходят богослужения с участием высших чинов Русской православной церкви. Стали доброй традицией и крестные ходы в честь святого покровителя Северной столицы князя Александра Невского. Они проходят ежегодно 12 сентября, маршрут пролегает от Казанского собора по Невскому проспекту и далее до Александро-Невской лавры. И верующие, и просто туристы отмечают, что, войдя в храм, у них появляется ощущение спокойствия и умиротворения, все заботы и тревоги словно остаются за его порогом. Многие уверены, что дает о себе знать влияние святых стен, за долгий период существования собора впитавших в себя энергетику разных времен и искренние, идущие от всего сердца молитвы верующих.
Понравилась проповедь в день всех Святых земли русской Митрополита Антония Сурожского.Я её потом нашёл на официальном сайте собора.Всю её я не буду излагать.Только суть.Как говориться, передать атмосферу.
В бесконечном богатстве личности Всечеловека Христа каждый народ выделил черты святости, которые ближе его сердцу, которые более понятны, которые для него более осуществимы. Сегодня из всего дивного многообразия святости, всего богатства земных и небесных человеческих возможностей мы празднуем память всех святых, в земли Российской просиявших: людей, которые нам по крови близки, жизнь которых переплелась с самыми решающими событиями нашей истории, людей, которые являются славой нашей земли, богатым, прекрасным плодом сеяния Христова, как о них говорится в праздничном тропаре.
В этом сонме русских святых, мне кажется, можно выделить три черты как характерные свойства русской святости: не в том смысле, что они отсутствовали у других народов, а в том смысле, что эти именно свойства были восприняты и возлюблены в нашей родной земле.
Первая — бесконечное терпение Господне. Святой Апостол Петр говорит, что Бог не медлит Своим судом, а терпит; Он ждет, потому что Он любит, а любовь всему верит, на все надеется, всего ожидает и никогда не перестает.
Другое свойство, которое поразило в Христе русский народ, это величие Христовой униженности. Все языческие народы искали в своих богах образ того, чем мечтали сами быть — лично, каждый человек, и вместе, весь данный народ: они выделяли славу, выделяли власть, могущество, доброту, справедливость. И даже те боги древности, которые погибали ради народа, погибали героической смертью и восставали немедленно в славе.
И третья черта, которую мне хочется отметить, которая мне кажется общей всем русским святым, это то, что на протяжении всей русской истории святость совпадает с явлением и проявлением любви.
Типы святости чередовались на нашей земле: были отшельники и были монахи, живущие в городах; были князья и были епископы; были миряне и подвижники всякого рода — не забывая и юродивых. Но все они появлялись не случайно, а в тот момент русской истории, когда в том или другом образе подвига можно было яснее явить любовь свою к Богу и любовь свою к людям.
А если не находим, то мы — вне потока русской святости, вне пути Христова в русской душе и в русской истории. Тогда мы осколок, отбросок. Как это страшно и жалко подумать! И если мы хотим, чтобы зазвенели все струны наших душ человеческих, чтобы зажило в нас и запело все, что может жить и петь песнь Господню, хотя бы и на земле чужой, то мы должны приобщиться именно этим свойствам русской святости, русской святой души, и тогда мы будем едины с теми подвижниками, которые ныне продолжают свой путь спасения земли Русской — кровью и не угасающей любовью.
На этом пока всё, но я продолжу.Всем спасибо и берегите себя и друг друга.До встречи.