каждый человек это икона которую нужно отреставрировать чтобы увидеть лик божий
Каждый человек это икона которую нужно отреставрировать чтобы увидеть лик божий
Мы не всегда доверяем тому, что Бог в нас верит; и поэтому мы не всегда способны верить в себя. («Человек перед Богом»)
Только тот может другого учить и вести, кто сам является учеником и послушником. («Человек перед Богом»)
Ближний, в понимании Евангелия, это тот, кто нуждается в нас. («Начало Евангелия Иисуса Христа, Сына Божия»)
… требовательность в любви сказывается, прежде всего, в том, чтобы любимого человека вдохновлять, чтобы его уверить в том, что он бесконечно значителен и ценен, что в нем есть все необходимое, чтобы вырасти в большую меру человечности. («Человек перед Богом»)
Дело пастыря – вглядываться в своих пасомых, вглядываться молитвенно, вглядываться смиренно и им помочь стать тем, чем они призваны Богом. («Пастырство»)
Когда тебя хвалят, ты делай две вещи. Первое: запомни, за что тебя хвалят, и старайся стать таковым. А во-вторых, никогда не старайся людей разубедить, потому что чем больше будешь разубеждать, тем больше люди будут видеть в тебе смирение, которого в тебе вовсе нет…(«Пастырство»)
Ставьте перед собой вопрос, как вас судит Евангелие. Евангелие меня не осуждает, оно меня зовет к вечной жизни. Как я отвечаю на этот зов к вечной жизни Евангелия, и что мне мешает ответить на него? («Пастырство»)
Мы все находимся во власти времени, но по своей вине, время тут ни при чем. То, что время течет, и то, что мы куда-то спешим, – две совсем разные вещи. Спешить – это внутреннее состояние; действовать точно, метко, быстро – это дело совсем другое. («Пастырство»)
Поспешность заключается в том, что человек хочет быть на полвершка перед собой: не там, где он находится, а все время чуть впереди. И пока человек так живет, он молиться не будет, потому что тот человек, которого здесь нет, не может молиться, а тот, который есть здесь, не молится.(«Пастырство»)
Мы забываем, что есть грех в нашей жизни, делаемся к нему нечуткими, забываем его легко, скорбим о нем мало. А вместе с тем, это – единственное несчастье человеческой жизни.(«Проповеди»)
Грех убивает. Он убивает нашу душу, делая ее нечуткой и черствой, он убивает отношения наши с Богом и с людьми; он убивает совесть нашу и жизнь в других, он убивает Христа на Кресте. («Проповеди»)
Вечность не заключается в том, что когда-то после смерти мы будем жить без конца. Вечность – это наша приобщенность к Богу. («Начало Евангелия Иисуса Христа, Сына Божия»)
Чудо заключается в том, что Бог посредством веры человека восстанавливает гармонию, которая раньше существовала и была нарушена человеческой злобой, безумием, грехом. («Начало Евангелия…»)
Покаяние заключается в том, чтобы прийти в сознание, принять решение и действовать соответственно. Плакаться – недостаточно, больше того – бесплодно. («Начало Евангелия…»)
Любить всегда стоит дорого; потому что любить по-настоящему – это значит так отнестись к другому, что твоя жизнь тебе уже не дорога – его жизнь дорога, его душа дорога, его судьба дорога. («Проповеди»)
Не только умирать трудно – жить трудно. Иногда жить труднее, чем умирать, потому что это значит умирать изо дня в день. Умереть разом порой легче. («Проповеди»)
Иногда малая капля сердечности, одно теплое слово, один внимательный жест могут преобразить жизнь человека, который иначе должен был бы справляться со своей жизнью в одиночку (Беседа на Притчу о милосердном самарянине)
Кто наш ближний? Кто тот, ради которого я должен отвлечься от глубочайших переживаний сердца, от высших интересов ума, от всего лучшего, что я переживаю? – то ответ Христов прямой и простой: Всякий! Всякий, кто в нужде, на любом уровне; на самом простом уровне пищи и крова, нежности и сердечности, внимания и дружбы. («Беседа на Притчу о милосердном самарянине»)
Все в жизни – милость, и все в жизни может быть радостью, если радостным сердцем равно воспринимать то, что дается, и то, что отнимается. («Проповеди»).
Мы должны помнить, что всякий человек, кого мы встретим в течение нашей жизни, даже случайно, даже находясь в метро, в автобусе, на улице, на кого мы посмотрели с сочувствием, с серьезностью, с чистотой, даже не сказав ни слова, может в одно мгновение получить надежду и силу жить.
Есть люди, которые проходят через годы, никем не опознанные, проходят через годы, будто они ни для кого не существуют. И вдруг они оказались перед лицом неизвестного им человека, который на них посмотрел с глубиной, для которого этот человек, отверженный, забытый, несуществующий — существует. И это начало новой жизни. Об этом мы должны помнить.
С сай
Я предлагаю вам сейчас: в течение какого-нибудь получаса посидеть в церкви молча, не разговаривая друг с другом, лицом к лицу с самим собой, и поставить себе вопрос: справедливо ли то, что сейчас было сказано? Не стою ли я преградой на своем пути? Не набрасываю ли я свою тень на все то, что вокруг облито солнцем? Не прожил ли я всю свою жизнь, весь ее простор и глубину сводя только к себе, думая о том, что мне отрадно, что мне страшно, что мне полезно, что мне нужно? А если так — не могу ли я найти в своем кругу, в кругу своих интересов и людей несколько человек или несколько предметов, на которых я мог бы, в виде упражнения, с усилием, против всех своих привычек, сосредоточить взор и внимание так, чтобы их поставить в центр моей жизни? И спросить себя: кому я могу сделать добро? Кому я могу послужить на пользу опытом своей жизни — и добрым, и злым опытом жизни? («Труды»)
Как перед лицом гроба можно начать молиться словами Благословен Бог наш? Сколько нужно веры, доверия, почитания Бога, принятия Его путей, смирения — или хотя бы воли ко всему этому, — чтобы благословить Бога в момент, когда все самое дорогое у нас отнимается… Вот это момент предельной, может быть, трезвости православного богослужения. Благослови Господа — потому что центр в Нем, не в тебе, даже не в том любимом человеке, которой лежит теперь мертвый перед тобой. Этот человек нас собрал не своей смертью, а своей жизнью, и привел пред лицо Божие созерцать пути Божии, тайны Божии, поклониться в ужасе и благоговении перед Богом, Который остается и в эти страшные моменты Богом любви.
Каждый человек — это икона, которую нужно отреставрировать, чтобы увидеть Лик Божий.
Мне пришлось раз стоять в ожидании такси около гостиницы «Украина». Ко мне подошел молодой человек и говорит: «Судя по вашему платью, вы верующий,священник?» Я ответил: «Да». — «А я вот в Бога не верю…» Я на него посмотрел,говорю: «Очень жаль!» — «А как вы мне докажете Бога?» — «Какого рода доказательство вам нужно?» — «А вот: покажите мне на ладони вашего Бога,и я уверую в Него…» Он протянул руку, и в тот момент я увидел, что у него обручальное кольцо. Я ему говорю: «Вы женаты?» — «Женат» — «Дети есть?» — «И дети есть» — «Вы любите жену?» — «Как же, люблю» — «А детей любите?» — «Да» — «А вот я не верю в это!» — «То есть как: не верю? Я же вам говорю…» — «Да, но я все равно не верю. Вот выложите мне свою любовь на ладонь, я на нее посмотрю и поверю…» Он задумался: «Да, с этой точки зрения я на любовь не смотрел!…»
Каждый человек это икона которую нужно отреставрировать чтобы увидеть лик божий
Мы обманываемся, когда думаем, что общаемся друг с другом через слово. Если между нами нет глубины молчания, слова почти ничего не передают. Понимание происходит на том уровне, где два человека встречаются глубинно именно в молчании, за пределами всякого словесного выражения.
Каждый человек — это икона, которую нужно отреставрировать, чтобы увидеть Лик Божий.
Мы должны помнить, что всякий человек, кого мы встретим в течение нашей жизни, даже случайно, даже находясь в метро, в автобусе, на улице, на кого мы посмотрели с сочувствием, с серьезностью, с чистотой, даже не сказав ни слова, может в одно мгновение получить надежду и силу жить.
Есть люди, которые проходят через годы, никем не опознанные, проходят через годы, будто они ни для кого не существуют. И вдруг они оказались перед лицом неизвестного им человека, который на них посмотрел с глубиной, для которого этот человек, отверженный, забытый, несуществующий — существует. И это начало новой жизни. Об этом мы должны помнить.
Невозможно идти к Богу, перешагнув через человека.
«Бог к нам близок, но мы далеки. Бог внутри, но мы снаружи».
Как часто случается, что мы разрушаем глубокие, полные значения и смысла отношения, потому что привыкаем, что любящий нас человек дает, — дает щедро, дает постоянно, никогда не вспомнив о себе: просто дает; и как легко постепенно забыть дающего, помня только дары.
Человек созревает тогда, когда негатив от поступков других, уже не может погасить в нем любви к людям.
Иногда бывает так: человек старается поститься, потом срывается и чувствует, что он осквернил весь свой пост и ничего не остается от его подвига. На самом деле все совершенно не так. Бог иными глазами на него смотрит. Это я могу пояснить одним примером из своей собственной жизни.
Когда я был доктором, то занимался с одной очень бедной русской семьей. Денег я у них не брал, потому что никаких денег не было.
Но как-то в конце Великого поста, в течение которого я постился, если можно так сказать, з…
… показать весь текст …
Нам необходимо осознать, что есть время пламенеть, а есть время светить. Свет тихий, спокойный, ровный свет, который во тьме светит, может принести больше пользы людям, чем обжигающее пламя.
Тайна любви к человеку начинается тогда, когда мы смотрим на него без желания обладать им, властвовать, как-то использовать его личность, — а просто глядим и изумляемся красоте, что нам открылась.
…если мы глядим в ручей, в котором вода полна мути, мы видим только муть, а дна ручейка не можем увидеть; но если этот ручей несет прозрачные, чистые воды, то через их прозрачность мы можем видеть дно ручья, каждый камушек, все, что в нем лежит. И вот задача жизни в том, чтобы перестать мутить в себе поверхностные слои, чтобы можно было вглядеться в глубины собственной души…
Мы должны научиться слушать по-иному. За словами есть звук голоса, за звуком голоса есть целая человеческая судьба.
Ведь как часто бывает: нам человек говорит одно (я не хочу сказать: лжет нам, а говорит нам ровно столько, сколько, он думает, мы способны принять и понести на себе), а на самом деле за тем малым, что он нам говорит — целое море боли, горя, нужды, надежды на нашу отзывчивость. Как прекрасно сказано: «Мало слов, а горя реченька, горя реченька бездонная».
И как часто за словами мы …
… показать весь текст …
Если человек несет в себе любовь, то эта любовь окрыляет, и все жизненные испытания переносятся с большей легкостью, поскольку человек несет в себе великий свет. Это и есть вера: быть любимыми Богом и позволять Богу любить себя.
Из опыта человеческих взаимоотношений все мы знаем, что любовь и дружба глубоки тогда, когда мы можем молчать друг с другом. Если же для поддержания контакта нам необходимо говорить, мы с уверенностью и грустью должны признать, что взаимоотношения все еще остаются поверхностными; поэтому, если мы хотим молитвенно поклоняться Богу, то должны прежде всего научиться испытывать радость от молчаливого пребывания с Ним. Это легче, чем может показаться сначала; для этого нужно немного времени, немного…
… показать весь текст …
Думать, что вы пройдете свой путь безошибочно, просто неразумно. По-моему, святитель Тихон Задонский говорил, что в Царство Небесное идут не от победы к победе, а от поражения к поражению, только доходят те, которые после каждого поражения встают и идут дальше.
Мы не можем идти дальше, если мы не прощены, и мы не можем быть прощены, пока сами не простили каждого, кто погрешил против нас.
Надо уметь, пока горит огонь — гореть;
но когда прошло время горения — суметь быть светом.
Надо в какой-то момент жизни быть силой, а в какой-то момент быть тишиной.
Мне пришлось раз стоять в ожидании такси около гостиницы « Украина». Ко мне подошел молодой человек и говорит: «Судя по вашему платью, вы верующий, священник?» Я ответил: «Да». — «А я вот в Бога не верю…» Я на него посмотрел, говорю: «Очень жаль!» — «А как вы мне докажете Бога?» — «Какого рода доказательство вам нужно?» — «А вот: покажите мне на ладони вашего Бога, и я уверую в Него…» Он протянул руку, и в тот момент я увидел, что у него обручальное кольцо. Я ему говорю: «Вы женаты?» — «Женат» — «Дети есть?» — «И дети есть» — «Вы любите жену?» — «Как же, люблю» — «А детей любите?» — «Да» — «А вот я не верю в это!» — «То есть как: не верю? Я же вам говорю…» — «Да, но я все равно не верю. Вот выложите мне свою любовь на ладонь, я на нее посмотрю и поверю…» Он задумался: «Да, с этой точки зрения я на любовь не смотрел. »
26 ЦИТАТ МИТРОПОЛИТА АНТОНИЯ СУРОЖСКОГО
1.Мы не всегда доверяем тому, что Бог в нас верит; и поэтому мы не всегда способны верить в себя. («Человек перед Богом»)
2.Только тот может другого учить и вести, кто сам является учеником и послушником. («Человек перед Богом»)
3.Ближний, в понимании Евангелия, это тот, кто нуждается в нас. («Начало Евангелия Иисуса Христа, Сына Божия»)
4.… требовательность в любви сказывается, прежде всего, в том, чтобы любимого человека вдохновлять, чтобы его уверить в том, что он бесконечно значителен и ценен, что в нем есть все необходимое, чтобы вырасти в большую меру человечности. («Человек перед Богом»)
5.Дело пастыря – вглядываться в своих пасомых, вглядываться молитвенно, вглядываться смиренно и им помочь стать тем, чем они призваны Богом. («Пастырство»)
6.Когда тебя хвалят, ты делай две вещи. Первое: запомни, за что тебя хвалят, и старайся стать таковым. А во-вторых, никогда не старайся людей разубедить, потому что чем больше будешь разубеждать, тем больше люди будут видеть в тебе смирение, которого в тебе вовсе нет…(«Пастырство»)
7.Ставьте перед собой вопрос, как вас судит Евангелие. Евангелие меня не осуждает, оно меня зовет к вечной жизни. Как я отвечаю на этот зов к вечной жизни Евангелия, и что мне мешает ответить на него? («Пастырство»)
8.Мы все находимся во власти времени, но по своей вине, время тут ни при чем. То, что время течет, и то, что мы куда-то спешим, – две совсем разные вещи. Спешить – это внутреннее состояние; действовать точно, метко, быстро – это дело совсем другое. («Пастырство»)
9.Поспешность заключается в том, что человек хочет быть на полвершка перед собой: не там, где он находится, а все время чуть впереди. И пока человек так живет, он молиться не будет, потому что тот человек, которого здесь нет, не может молиться, а тот, который есть здесь, не молится.(«Пастырство»)
10.Мы забываем, что есть грех в нашей жизни, делаемся к нему нечуткими, забываем его легко, скорбим о нем мало. А вместе с тем, это – единственное несчастье человеческой жизни.(«Проповеди»)
11.Грех убивает. Он убивает нашу душу, делая ее нечуткой и черствой, он убивает отношения наши с Богом и с людьми; он убивает совесть нашу и жизнь в других, он убивает Христа на Кресте. («Проповеди»)
12.Вечность не заключается в том, что когда-то после смерти мы будем жить без конца. Вечность – это наша приобщенность к Богу. («Начало Евангелия Иисуса Христа, Сына Божия»)
13.Чудо заключается в том, что Бог посредством веры человека восстанавливает гармонию, которая раньше существовала и была нарушена человеческой злобой, безумием, грехом. («Начало Евангелия…»)
14.Покаяние заключается в том, чтобы прийти в сознание, принять решение и действовать соответственно. Плакаться – недостаточно, больше того – бесплодно. («Начало Евангелия…»)
15.Любить всегда стоит дорого; потому что любить по-настоящему – это значит так отнестись к другому, что твоя жизнь тебе уже не дорога – его жизнь дорога, его душа дорога, его судьба дорога. («Проповеди»)
16.Не только умирать трудно – жить трудно. Иногда жить труднее, чем умирать, потому что это значит умирать изо дня в день. Умереть разом порой легче. («Проповеди»)
18.Иногда малая капля сердечности, одно теплое слово, один внимательный жест могут преобразить жизнь человека, который иначе должен был бы справляться со своей жизнью в одиночку (Беседа на Притчу о милосердном самарянине)
19.Кто наш ближний? Кто тот, ради которого я должен отвлечься от глубочайших переживаний сердца, от высших интересов ума, от всего лучшего, что я переживаю? – то ответ Христов прямой и простой: Всякий! Всякий, кто в нужде, на любом уровне; на самом простом уровне пищи и крова, нежности и сердечности, внимания и дружбы. («Беседа на Притчу о милосердном самарянине»)
20.Все в жизни – милость, и все в жизни может быть радостью, если радостным сердцем равно воспринимать то, что дается, и то, что отнимается. («Проповеди»).
21.Мы должны помнить, что всякий человек, кого мы встретим в течение нашей жизни, даже случайно, даже находясь в метро, в автобусе, на улице, на кого мы посмотрели с сочувствием, с серьезностью, с чистотой, даже не сказав ни слова, может в одно мгновение получить надежду и силу жить.
Есть люди, которые проходят через годы, никем не опознанные, проходят через годы, будто они ни для кого не существуют. И вдруг они оказались перед лицом неизвестного им человека, который на них посмотрел с глубиной, для которого этот человек, отверженный, забытый, несуществующий — существует. И это начало новой жизни. Об этом мы должны помнить.
22.Я предлагаю вам сейчас: в течение какого-нибудь получаса посидеть в церкви молча, не разговаривая друг с другом, лицом к лицу с самим собой, и поставить себе вопрос: справедливо ли то, что сейчас было сказано? Не стою ли я преградой на своем пути? Не набрасываю ли я свою тень на все то, что вокруг облито солнцем? Не прожил ли я всю свою жизнь, весь ее простор и глубину сводя только к себе, думая о том, что мне отрадно, что мне страшно, что мне полезно, что мне нужно? А если так — не могу ли я найти в своем кругу, в кругу своих интересов и людей несколько человек или несколько предметов, на которых я мог бы, в виде упражнения, с усилием, против всех своих привычек, сосредоточить взор и внимание так, чтобы их поставить в центр моей жизни? И спросить себя: кому я могу сделать добро? Кому я могу послужить на пользу опытом своей жизни — и добрым, и злым опытом жизни? (“Труды”)
23.Как перед лицом гроба можно начать молиться словами Благословен Бог наш? Сколько нужно веры, доверия, почитания Бога, принятия Его путей, смирения — или хотя бы воли ко всему этому, — чтобы благословить Бога в момент, когда все самое дорогое у нас отнимается… Вот это момент предельной, может быть, трезвости православного богослужения. Благослови Господа — потому что центр в Нем, не в тебе, даже не в том любимом человеке, которой лежит теперь мертвый перед тобой. Этот человек нас собрал не своей смертью, а своей жизнью, и привел пред лицо Божие созерцать пути Божии, тайны Божии, поклониться в ужасе и благоговении перед Богом, Который остается и в эти страшные моменты Богом любви.
25.Каждый человек — это икона, которую нужно отреставрировать, чтобы увидеть Лик Божий.
Каждый человек это икона которую нужно отреставрировать чтобы увидеть лик божий
Православная Русь запись закреплена
Каждый человек – это икона, которую нужно отреставрировать, чтобы увидеть Лик Божий.
Митрополит Антоний Сурожский
То не ранняя заря
Над горой Фавор-
Сына Вечного Царя
Показать полностью.
Плоть слепит нам взор!
Он в сияньи неземном,
Солнца ярче свет,
С Моисеем и Ильей
Там ведёт совет.
Пали в трепете пред Ним
Верные друзья.
С ними, Господи прости,
Упаду и я.
Дымкой облачной объят,
С Неба Глас возник:
— Се, возлюбленный Сын Мой!
В душу мне проник!
Тайну Велию сию,
В этот миг постиг-
Воссияет в Небеси
Человеков Лик!
На Фаворе не заря,
То Господень Свет-
Изливается ЛЮБОВЬ
В НОВЫЙ, наш ЗАВЕТ.
Р.б. Надежда
Митрополит Антоний Сурожский
Есть люди, которые проходят через годы, никем не опознанные, проходят через годы, будто они ни для кого не существуют. И вдруг они оказались перед лицом неизвестного им человека, который на них посмотрел с глубиной, для которого этот человек, отверженный, забытый, несуществующий — существует. И это начало новой жизни. Об этом мы должны помнить.
Мы забываем, что есть грех в нашей жизни, делаемся к нему нечуткими, забываем его легко, скорбим о нем мало. А вместе с тем, это – единственное несчастье человеческой жизни.
Все в жизни – милость, и все в жизни может быть радостью, если радостным сердцем равно воспринимать то, что дается, и то, что отнимается.
Грех убивает. Он убивает нашу душу, делая ее нечуткой и черствой, он убивает отношения наши с Богом и с людьми; он убивает совесть нашу и жизнь в других, он убивает Христа на Кресте.
Не только умирать трудно – жить трудно. Иногда жить труднее, чем умирать, потому что это значит умирать изо дня в день. Умереть разом порой легче.
Поспешность заключается в том, что человек хочет быть на полвершка перед собой: не там, где он находится, а все время чуть впереди. И пока человек так живет, он молиться не будет, потому что тот человек, которого здесь нет, не может молиться, а тот, который есть здесь, не молится.
Иногда малая капля сердечности, одно теплое слово, один внимательный жест могут преобразить жизнь человека, который иначе должен был бы справляться со своей жизнью в одиночку
Каждый человек — это икона, которую нужно отреставрировать, чтобы увидеть Лик Божий.