кому идти в монастырь

Как и зачем уйти в монастырь женщине или мужчине

Путь к монашеству — один из сложных и ответственных решений для человека. К нему приходят не от безысходности, не от разочарования в жизни, не убегают от личных проблем. К монашеству идут для тесной связи с Богом, тихой радости при общении с Ним и за ощущением блаженства.

Для чего уходят в монастырь

Монашество вправе причисляют к таинствам православной церкви, объединяющее в себе Крещение, Миропомазание, Венчание, Причастие, Священство, так как несёт в себе отречение от грешной жизни, печать избранничества, соединение навеки с Христом и посвящение на служение Богу.

Монашество — удел сильных духом и телом. Если человек несчастен в жизни мирской — побег в монастырь только усугубит его несчастья.

В монастырь возможно уйти только разорвав связи с внешним миром, полностью отречься от всего земного и посвятить жизнь служению Господу. Одного желания для этого мало: зов и веление сердца делают человека ближе к монашеству. Для этого надо потрудиться и подготовиться.

Начинается путь в монастырь с познания глубины духовной жизни.

Уход в монастырь женщин

Как уйти в монастырь женщине? Это решение, которое принимает сама женщина, но не без помощи духовного наставника и Божьего благословения.

Не стоит забывать, что приходят в монастырь не для исцеления душевных ран, полученных в миру от несчастной любви, смерти близких, а для воссоединения с Господом, с очищением души от грехов, с пониманием того, что вся жизнь теперь принадлежит служению Христу.

В обители рады видеть всех, но пока остаются проблемы в мирской жизни, стены монастыря не смогут спасти, а могут только ухудшить положение. При уходе в монастырь не должно остаться никаких привязанностей, задерживающих в обыденной жизни. Если готовность отдаться служению Господу сильна, тогда и монашеская жизнь пойдет на пользу монахине, обретется покой, умиротворение в ежедневных трудах, молитвах и ощущения того, что Господь всегда рядом.

Если безответственно ведут себя люди в миру — хотят уйти от жены, оставляют детей, то нет уверенности, что монашеская жизнь пойдёт на пользу такой заблудшей душе.

Важно! Ответственность нужна всегда и везде. Нельзя убежать от самого себя. Нужно не уходить в монастырь, а приходить в обитель, идти навстречу новому дню, новому рассвету, где ждёт тебя Господь.

Уход в монастырь мужчин

Как уйти в монастырь мужчине? Это решение непростое. Но правила неизменны, как и для женщин. Просто в социуме на мужских плечах лежит больше ответственности за семью, работу, детей.

Поэтому, уходя в монастырь, но при этом, сближаясь с Богом, нужно подумать, не останутся ли близкие без опоры и сильного плеча мужчины.

Большой разницы между мужчиной и женщиной, желающих уйти в монастырь, нет. Причина ухода в обитель у каждого своя. Единственное, что объединяет будущих иноков — подражание образу жизни Христа.

Подготовка к монашеской жизни

Монах — в переводе с греческого означает «одинокий», а на Руси их называли иноками — от слова «иной», «другой». Монашеская жизнь — это не пренебрежение миром, его красками и восхищением жизнью, но это отречение от пагубных страстей и греховности, от плотских удовольствий и наслаждений. Иночество служит восстановлению первоначальной чистоты и безгрешности, которыми были наделены в раю Адам и Ева.

Да, это тяжелый и сложный путь, но награда велика — подражание образу Христа, бесконечная радость о Боге, умение принимать с благодарностью всё, что посылает Господь. Помимо этого, иноки — первые молитвенники о грешном мире. Пока звучит их молитва — стоит и мир. Это главная работа монахов — молиться за весь мир.

Пока мужчина или женщина живут в миру, но всею душою чувствуют, что их место в обители, у них есть время подготовиться и сделать правильный и окончательный выбор между мирской жизнью и жизнью в единстве с Богом:

О православных монастырях:

Кто может поступить в монастырь

Невозможность жить без Бога ведёт мужчину или женщину к стенам монастыря. Они не бегут от людей, а идут за спасением, за внутренней потребностью покаяния.

И всё же существуют препятствия для поступления в обитель, не каждый может быть благословен на иночество.

Не может быть монахом или монахиней:

Если всего этого нет и намерение прийти к монашеству не покидает человека ни на минуту, безусловно, никто и ничто не помешает отречься от мира и уйти в монастырь.

Идут в обитель абсолютно разные люди: достигшие успеха в миру, образованные, умные, красивые. Идут, потому что душа жаждет большего.

Монашество открыто для всех, но не все в полной мере готовы к нему. Иночество — это жизнь без печалей, в том понимании, что человек избавляется от мирской суеты, забот. Но эта жизнь намного тяжелее, чем жизнь семейного человека. Семейный крест труден, но убежав от него в монастырь, ожидает разочарование и облегчения не наступает.

Совет! И все же, чтобы ступить на нелегкий путь иночества, который принадлежит немногим, нужно взвешенно и тщательно обдумать, чтобы потом не оглядываться назад и не сожалеть о случившемся.

Как быть с родителями

Многими родителями в древности на Руси и в других православных странах приветствовалось желание детей пойти в монахи. Отроков готовили с детства для принятия иночества. Такие дети считались молитвенниками обо всей семье.

Но были и глубоко верующие, которые категорически выступали против служения своих детей на монашеском поприще. Хотели видеть своих чад успешными и преуспевающими в мирской жизни.

Дети, которые самостоятельно приняли решение жить в монастыре, готовят близких к такому серьезному выбору. Следует подобрать верные слова и доводы, которые будут восприниматься родителями правильно и не введут их в грех осуждения.

В свою очередь, благоразумные родители изучат досконально выбор своего ребенка, вникнут в суть и понимание всего вопроса, помогут и поддержат близкого человека в таком важном начинании.

Просто большинство от незнания сути иночества воспринимают желание детей служить Господу как нечто чужеродное, противоестественное. Начинают впадать в отчаяние и тоску.

Родители грустят от того, что не будет внуков, что у сына или дочки не будет всех привычных мирских радостей, которые принято считать наивысшими достижениями для человека.

Совет! Монашество — достойное решение ребенка, и поддержка родителей — важная составляющая в окончательном утверждении правильности выбора дальнейшего пути в жизни.

О воспитании детей в вере:

Время для раздумий: трудник и послушник

Чтобы выбрать монастырь, в котором останется будущий инок, совершают не одну поездку по святым местам. При посещении одного монастыря трудно определить, что здесь останется сердце человека для служения Богу.

Оставшись в обители на несколько недель, мужчине или женщине отводится роль трудника.

В этот период человек:

Живет трудник при монастыре и питается здесь же. На этом этапе к нему присматриваются в обители, и если человек остается верен своему призванию монашества, предлагают остаться в монастыре послушником — человеком, готовящимся к постригу в монахи и проходящему духовное испытание в обители.

Важно: послушание — христианская добродетель, монашеский обет, испытание, весь смысл которого сводится к освобождению души, а не к рабству. Суть и важность послушания необходимо понять и прочувствовать. Понять, что всё делается для добра, а не для мучения. Исполняя послушание, понимают, что старец, который несёт ответственность за будущего монаха, заботится о спасении его души.

При непосильных испытаниях, когда ослабевает дух, всегда можно обратиться к своему старцу и поведать о трудностях. И непрестанная молитва к Богу — первый помощник в укреплении духа.

Послушником можно быть много лет. Готов ли человек к принятию монашества, решает духовник. На этапе послушания есть еще время подумать о будущей жизни.

Епископом или настоятелем обители совершается чин монашеского пострижения. После пострига назад дороги нет: удаление от страстей, печалей и смущений приводит к неразрывной связи с Богом.

Важно: не спешить, не торопиться принимать монашество. Импульсивные порывы, неопытность, горячность ложно принимаются за истинное призвание быть монахом. И потом у человека начинаются тревоги, уныние, тоска, побеги из монастыря. Обеты даны и никто их не может снять. И жизнь превращается в муку.

Поэтому главное наставление у святых отцов — тщательное послушание и испытание в течение определенного периода времени, которое и покажет истинное намерение быть призванным к монашеству.

Жизнь в монастыре

В наш 21 век приблизиться и увидеть жизнь иноков стало возможным и для простых мирян.

Сейчас организовываются паломнические поездки в женские и мужские монастыри. Паломничество рассчитано на несколько дней. Живут миряне при монастыре, в специально отведенных помещениях для гостей. Иногда проживание может быть платным, но это символическая цена и средства от неё идут на содержание обители. Питание бесплатное, согласно монастырскому уставу, то есть еда постная.

Но миряне живут в обители не как туристы, а приобщаются к жизни иноков. Проходят послушание, трудятся на благо монастыря, молятся и всем своим естеством ощущают благодать Божью. Устают сильно, но усталость приятная, благодатная, которая несёт душе умиротворение и ощущение близости Бога.

После таких поездок многие мифы о жизни иноков развеиваются:

После пострига принимаются три обета: целомудрия, нестяжания, послушания:

И только с Господом, когда общение с Ним становится превыше всего — остальное, в принципе, не обязательно и не важно.

Источник

Как и почему люди сегодня становятся монахами? Вот что говорят они сами

Приблизительное время чтения: 6 мин.

Среди людей крепок стереотип, что в монастырь уходят лишь от одиночества или горя, если не могут найти своего «места в жизни» или чтобы отмолить страшный грех. Мы собрали истории современных монахов и убедились, что это далеко не всегда так.

Монахиня Елисавета (Сеньчукова), пресс-секретарь епархиального управления Якутской и Ленской епархии

Мария Сеньчукова — так в миру звали монахиню Елисавету — приняла постриг в 31 год. Многие в ее окружении считали, что поторопилась, что могла бы еще выйти замуж, построить семью. А она была уверена, что семья — это не ее путь. И лет с 18 всерьез начала думать о монашестве. Ее путь к постригу оказался долгим, но насыщенным — такое «безысходностью», от которой хочется бежать, не назовешь точно. В итоге выпускница Института философии ГАУГН и успешный журналист Мария нашла свое настоящее призвание.

«Шли годы, я стала заниматься преподаванием, потом журналистикой, потом попала в командировку в Якутию, потом переехала туда, чтобы работать в епархии, потом приняла монашество. Чин ангельский, между прочим. Думаю, это правильно. Потому что когда-то еще девочкой-подростком меня не длинные черные одежды восхитили. Меня через них Господь за плечо тронул. Позвал. Призвал. И я откликнулась, хотя откликалась долго. Поэтому журналистика, к которой я пришла не по призванию, а по обстоятельствам, меня к Нему и привела», — рассказала мать Елисавета.

Всем, кто ищет в монашестве укрытия от кажущейся бессмыслицы в жизни, но всё же хоть немного, но колеблется, она советует подождать: «. Тут надо быть особенно осторожными. Слишком велик соблазн сбежать от себя в черном длиннополом платье и спрятаться в монастырских стенах… Монашество может быть ответом на ваши терзания и искания только в одном случае: если вы поняли, что не можете без Бога».

Мать Елисавета убеждена, что именно в этот момент осознания себя монахом и происходит перемена человека — а не во время самого пострига.

«Перемена ума происходит не тогда, когда ты при постриге ползешь по храму под пение тропаря “Объятия Отча”, а когда еще до пострига вдруг понимаешь, что твое сердце целиком и без остатка забрал Бог. Ты сам отдал Ему свое сердце. В груди теперь дыра, и она вечно болит. Вариант один — отдать себя вместе с сердцем, руками и ногами, головой и каждой клеточкой мозга».

Иеромонах Геннадий (Войтишко), руководитель Сектора приходского просвещения Синодального отдела религиозного образования и катехизации Русской Православной Церкви.

«Я и представить не мог, что буду священником. Да еще монахом. Я воспринимал себя исключительно как специалиста в области маркетинговых коммуникаций и пиарщиком, хотя иногда и начинал подумывать о том, как бы всё своё время посвящать служению Богу, Церкви и людям», — рассказал отец Геннадий в интервью «Фоме».

Действительно, большая часть жизни Романа (так его звали до пострига) была связана совсем не с Церковью. Он пришел в храм во время учебы на историческом факультете Брестского государственного университета. Начал петь на клиросе, много читал духовной литературы, но при этом за десять лет причащался всего несколько раз. Потом была работа на телевидении, приглашение на госслужбу, предложение работать в Москве — заниматься рекламой и пиаром. С профессиональной точки зрения жизнь стремительно шла в гору, но через пять лет такой карьерной гонки Роман вдруг осознал, что давно не был в храме: «Я спросил себя: “А вообще-то, я живу как христианин?” И сам себе ответил: “Нет”».

С этого момента началась его «карьера» церковная: работа в информационной службе отдела религиозного образования и катехизации. Там он и понял, что хочет стать монахом — почувствовал, что Господь призывает к такому служению.

«Я помню момент пострига, когда склонил голову и услышал: “Постригается раб Божий Геннадий…”. “Кто это — Геннадий?” — думаю. И тут понимаю, что это я: это в миру меня звали Романом, а в постриге владыка нарек мне имя в честь святителя Геннадия, архиепископа Новгородского», — вспоминает иеромонах.

Постриг сильно изменил бывшего пиарщика. И эти изменения он чувствует до сих пор.

«После пострига и рукоположения я начал осознавать: внутри меня происходят серьезные, глубокие изменения. Раньше я мог резко реагировать на раздражающие меня слова или действия другого человека. Теперь я стал замечать, как действует благодать, “всегда немощное врачующая и оскудевающее восполняющая”. И внутренние изменения я чувствую до сих пор, это — та сила, та внутренняя опора, которая дается Богом на ежедневное несение своего служения двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю, триста шестьдесят пять дней в году», — говорил отец Геннадий.

Иеромонах Кирилл (Зинковский) — ректор Николо-Угрешской духовной семинарии и иеромонах Мефодий (Зинковский) — клирик Казанского храма в Вырице

Близнецы Евгений и Станислав родились и выросли в обычной советской семье, в которой говорить о Боге было просто не принято. Отец-профессор и ребятам прочил научную стезю. Всё к тому и шло: в школе мальчики прекрасно учились, с отличием окончили ленинградский политех. После блестящей защиты диссертаций в 1995-м им предложили годовые стажировки в Штатах или Голландии, но они отказались — и в этом же году неожиданно для близких поступили в Санкт-Петербургскую духовную семинарию. И на первом же курсе приняли постриг.

«Был один знаковый случай. Тогдашний ректор Санкт-Петербургских духовных школ епископ Тихвинский Константин (Горянов) взял нас к себе иподиаконами. Однажды он служил в храме святой Екатерины в Мурине. Обычно владыка после службы сразу уходит, а тут почему-то сел в кресло в алтаре отдохнуть, а мы вдруг одновременно решили сказать ему, что мы в этом храме крестились. Он в ответ: “А, ну значит, вы уже не неофиты, надо монашество принимать”. Владыка, видимо, почувствовал наш настрой, но у нас было намерение принимать монашество где-то в монастыре. Даже перед семинарией мы пытались скромно объяснить духовнику, что мы уже много в жизни учились, а книжки мы и сами можем почитать, нас научили с литературой работать. Но батюшка благословил нас на духовные школы, а после предложения владыки — и на постриг при Академии. В обоих случаях отец Иоанн просил только съездить к известному старцу, протоиерею Николаю Гурьянову, он его 40 лет знал», — рассказал «Фоме» отец Мефодий.

А вот его брат, отец Кирилл, отвечает на вопрос о монашестве кратко: «Эта мысль сама выросла в душе».

Иеромонах Прохор (Андрейчук), насельник Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря

Игорь Андрейчук рос в верующей семье, но был абсолютно обычным подростком: учился в металлургическом техникуме, ходил на дискотеки, иногда возвращался нетрезвым, в себе особо не копался и уж тем более ни о каком своем призвании не размышлял. К шестнадцати годам у юноши развилась сильная аллергия, и мама, параллельно с медикаментозным лечением, подолгу молилась о здравии сына. Однажды уговорила его съездить в Дивеево. «Храмы, монашки, бесконечные богослужения… я был просто в шоке. Сперва меня это все очень удручало: день и ночь молитва, и никакой тебе комфортной гостиницы — убогий домик с удобствами на улице. Но мама каждый день молилась преподобному Серафиму Саровскому, и сердце мое потихонечку начало оттаивать», — вспоминает иеродиакон Прохор в своих заметках, которые публиковал «Фома». К концу пребывания в обители юноша вдруг проникся монастырской жизнью: осознал, что в ней нет ничего лишнего, суетного, только Бог. «Когда в день отъезда я подошел приложиться к иконе Божией Матери “Умиление”, меня вдруг пронзила мысль: я должен стать монахом».

Через месяц Игорь с мамой поехали в паломничество в Псково-Печерский монастырь, и молодой человек понял, что хочет остаться там навсегда. Так и случилось — в 1995 году он поступил послушником в обитель, а через пять лет его постригли в монахи.

«Самые радостные воспоминания из моей монашеской жизни — это те моменты, когда мы с батюшкой, с отцом Иоанном (Крестьянкиным), гуляли, читали каноны, акафисты на свежем воздухе под пение птичек, белочки к нам спускались, их можно было покормить из рук. Это были самые-самые радостные, благодатные, неповторимые минуты! Такое спокойствие, такой свет от него исходил! До сих пор помню, как ласково он меня всегда встречал: «Ой, Проша пожаловал. » — вспоминает отец Прохор.

Источник

Вступление в монашество и выход из него. Часть 9
Святые отцы и современные подвижники благочестия о монашестве

Помнится один характерный случай, который произошел на нашей памяти: одна известная раба Божия приехала к нам в Печорский монастырь на прием к о. Иоанну выпрашивать благословения на монашеский постриг. Препятствий к постригу никаких не было, и все складывалось более чем благополучно. Еще до приезда к батюшке она уже заручилась благословением лаврских старцев и, поскольку была лично знакома со Святейшим Патриархом, то взяла благословение на постриг у Его Святейшества. Но о. Иоанн категорически не советовал ей принимать монашество, а оставаться в том чине, в котором она пребывала доселе. А она была директором известного учебного заведения. К сожалению, эта уважаемая всеми женщина не послушала о. Иоанна, посчитав, что старец не понял искренности ее намерений, и для подтверждения своей правоты она отправилась на остров Залит к старенькому о. Николаю Гурьянову. К радости будущей монахини, о. Николай ее благословляет на монашество. Остаются одни формальности, и подготовка к постригу движется полным ходом. Вот уже назначили и день пострига, который должен был совершить по благословению Святейшего архиепископ Истринский Арсений. И все бы хорошо, да только новопостригаемая раба Божия вдруг заявляет: «Я буду постригаться только в том случае, если, во-первых, меня будет постригать сам Святейший Патриарх и, во-вторых, если меня в постриге назовут в честь святой Марии Магдалины». Тут всем стало ясно, что постригаемая совершенно не готова к монашеству, и постриг отменили.

Ответственность перед вступлением в монашество подчеркивалась всеми святыми отцами и современными духовниками. Так, о. Иоанн говорил: «Выбор должно делать не в парении духа и отдавая себе отчет, к какому кресту протягиваешь руки».

Если же человек колеблется, что ему избрать, и не знает, как определиться, по какому пути ему пойти, то такому необходимо много молиться и искать воли Божией через святых людей и духовников, прося их молитв. Кроме того, есть испытанное средство – многолетний монастырский искус. Только убедившись путем долгого пребывания в монастыре, что решение о монашестве не случайно, не ослабевает от времени и является глубоко осознанной необходимостью, тогда можно просить пострига. Но все равно выбор монашеского пути зависит от самого человека.

Учение о внутреннем монашестве можно встретить у многих отцов и подвижников благочестия, которые придавали ему огромное значение, гораздо большее, чем внешнее монашество. Одно лишь внешнее монашество святыми отцами осуждается и обличается. Монах без внутреннего наполнения монашеского духа есть лишь «черная головешка», как говорил преп. Серафим Саровский.

Об оставлении монашества

В своем отношении к оставлению монашеского образа святые отцы выражают полное и абсолютное единогласие. Вот мнения древних отцов Иоанна Златоуста и Василия Великого.

Святитель Великий Василий в отношении монашеских обетов рассуждает таким образом. Если человек не произнес еще публичных обетов пред Богом и людьми, то он волен поступать как хочет: или заводить семью, или жить свободным. Вины никакой здесь нет, так как он публично не посвящал себя Богу. Но если человек добровольно произносит обеты и обрекает себя (свое тело и душу) на служение Богу, тут уже возникает ответственность. И не просто уголовная, когда нарушают законы и обязательства общественной жизни, и не просто пред государством, когда попирают его законы, а ответственность более высокая, потому что Бог занимает высшее место.

Собрание творений святителя Иоанна Златоуста начинается с послания к монаху Феодору, который впал в плотской грех и после сего пришел в отчаяние. Тогда святитель Иоанн пишет ему послание, где увещевает его не отчаиваться, а найти в себе силы восстать и заново начать подвизаться, чтобы разрушить силу диавола. Святитель внушает ему прибегнуть к милосердию Божию, не сомневаясь, что Бог может простить этот грех; напротив, уверяет святой, Бог ждет покаяния от человека и исправления его жизни.

Феодор, к которому относятся предлагаемые увещания, написанные около 369 года по Р.Х., был сверстником и другом святителя Иоанна Златоуста и вместе с ним в юности посвятил себя подвигам отшельнической жизни, но вскоре оставил их для удовольствий мира сего. Святитель Иоанн не жалеет для дела спасения ближнего ни времени, ни усилий. Он в своих увещаниях призывает его к раскаянию изображением гибельности состояния грешников, кратковременности и тщетности настоящих благ, изложением грозных и утешительных истин христианской веры и другими убеждениями, которые подействовали на падшего Феодора так, что он возвратился в общество отшельников и впоследствии был возведен в сан епископа Мопсуэтского. С помощью Божией святитель Иоанн Златоуст достигает желаемого – спасает душу грешника от вечной погибели.

Это послание можно адресовать всякому монаху, потерпевшему крушение. Описанный святителем случай можно назвать классическим примером падений иночествующих, они случаются и в наше время. Поэтому увещания Иоанна Златоуста адресованы ко всем падшим монахам, и их стоит конспективно здесь привести.

Бог сильнее диавола и силен восстановить падшего, лишь бы тот этого сам восхотел.

В отчаяние ввергает не множество грехов, а нечестие души пред Богом.

Диавол отчаянием и беспечностью накладывает на душу оковы, но душа мужественная и доблественная разбивает эти оковы диавольские и воспаряет к Богу надеждою.

Надежда на Бога – вот священный якорь, спущенный для нас с Неба. За него будем держаться и не унывать и мало-помалу восходить к Богу.

Надежда на Бога – легкое бремя Христово, а отчаяние – тяжелый жернов осельский на шее того, кто поверил неприятелю, которым тот увлекает всех на дно адово.

Лукавый всевает помысл отчаяния для того, чтобы падшие не хотели бы уже сопротивляться ему, то есть чтобы сдались и отказались от борьбы с ним, а следовательно, не могли бы низринуть его.

Гнев Божий бесстрастен и делает все по человеколюбию и для исправления, а не со злобой и мщением.

Бог никогда не отвергает истинного раскаяния. Пример Ахава: за одно умиление и сокрушение на одре он был помилован Богом: «Сего ради не наведу зла во днех его за то, что он плакал пред лицом Моим» (3 Пар. 21: 29). Затем указывает на пример нечестивого царя Манассии, который также покаялся пред Богом и был прощен.

Покаяние ценится не по продолжительности времени, а по душевному расположению. Пример тому – Ниневия и благоразумный разбойник.

Тяжко не само падение, а то состояние, чтобы падши лежать и не вставать. И если так настроим свою совесть на покаяние, что возненавидим прежде порочную свою жизнь и изберем противоположный путь с такою силой, какой хочет Господь, то от времени ничего не потеряем.

Помыслы отчаяния прикрывают слабость воли кающегося.

Имея такие примеры, как покаяние блудного сына, не станем коснеть в пороках и откладывать обращение, но скажем и мы: «Иду ко Отцу моему», – и приблизимся к Богу.

Господь создал нас быть участниками вечных благ, а геенна огненная приготовлена не для грешников, а для диавола и ангелов его.

Святитель рассказывает Феодору об известном ему монахе Фениксе, сыне некоего Урвана, который в юности избрал подвижническое житие, но потом пал и вернулся к жизни в миру со всеми его пороками и страстями. И как молитвами и стараниями святых подвижников-монахов он покаялся и стал еще более ревностным иноком. Далее приводит пример Иоанна Богослова, как тот возвратил к покаянию своего ученика, ставшего разбойником. И пример апостола Павла, принявшего Онисима в свои объятия через покаяние.

Беседа с архимандритом Адрианом (Кирсановым) о монашестве

В удобное для батюшки время я пришел к о. Адриану и задал ему несколько вопросов, касающихся монашеской жизни.

– Батюшка, скажите, пожалуйста, сколько вы человек сами постригли?

– Я постриг 30 человек, в большинстве своем это были женщины за 40 лет, которые хотели принять постриг и вступить в монашество, но поскольку раньше монастырей было очень мало, то постригать приходилось мне, а жить они оставались в миру. Но я оставался их духовником.

– А как осуществлялся такой постриг?

– Конечно, сначала они обращались в письменной форме к правящему архиерею с прошением, где указывали обстоятельства своей жизни и почему хотят вступить в монашество, и упоминали, кто является их духовником, потому что требовалось согласие духовника. Иногда ко мне присылали этих женщин с просьбой постричь. Так, даже Святейший Патриарх Пимен, помнится, ко мне прислал трех женщин для пострига. Потом они уехали. А многие оставались жить при Псково-Печерском монастыре, и здесь осуществлялось их духовное руководство. Последней из тех, кого я постриг, была монахиня Наталия.

– Кто-нибудь из этих монахинь возвращался затем в мир?

– Нет, таких случаев ни разу не было.

– А из ваших духовных чад – монахов кто-нибудь уходил в мир?

– Да такой был один иеромонах N: он ушел и женился. А монаха D выгнали за плохое поведение, но он не женился. Ныне он уже убиенный… Да еще раньше ушел монах Р., но он почему-то не пишет и не приезжает; говорят, что его где-то рукоположили и он теперь служит где-то на приходе. Были, конечно, и другие случаи, но не с моими духовными детьми.

– Батюшка, что бы вы хотели сказать тем монахам, которые ушли в мир?

– Монаху нельзя жить в миру, потому что там правит балом князь мира сего – диавол, который хочет всеми силами погубить монаха. Такому монаху обязательно надо возвращаться в монастырь для покаяния, тогда он может еще спастись; если же он останется в миру, да еще будет и женатым, то может погибнуть. Потому что монах, ушедший в мир, называется самоубийцей и приравнивается к самоубийце. Такому не будет уже оправдания. И поэтому над ним даже не совершается отпевание.

– Что бы вы сказали тем, кто только вступает на эту трудную стезю – монашество?

– Как мне ответил в письме архимандрит Софроний (Сахаров), когда я его спрашивал об уходе из монастыря. Он мне сказал вот что: «Нет, дорогой отец Адриан, с креста не сходят, с креста снимают, поэтому терпи до конца».

Источник