кошки спасли ленинград в блокаду
Коты блокадного Ленинграда
Автор: Евпаторийский Фонд помощи животным · Опубликовано 09.05.2021 · Обновлено 09.05.2021
Петербуржцы до сих пор с благодарностью помнят, как коты блокадного Ленинграда спасли город от нашествия крыс.
Возможно ли, чтобы маленькие домашние животные могли помочь людям в поистине апокалиптической ситуации мировой войны.
1942 год выдался для Ленинграда вдвойне трагичным. К голоду, ежедневно уносящему сотни жизней, добавилось еще и нашествие крыс. Очевидцы вспоминают, что грызуны передвигались по городу огромными колониями. Когда они переходили дорогу, даже трамваи вынуждены были останавливаться.
Блокадница Кира Логинова вспоминала, что «…тьма крыс длинными шеренгами во главе со своими вожаками двигались по Шлиссельбургскому тракту (ныне проспекту Обуховской обороны) прямо к мельнице, где мололи муку для всего города. В крыс стреляли, их пытались давить танками, но ничего не получалось: они забирались на танки и благополучно ехали на них дальше. Это был враг организованный, умный и жестокий…»
Немного грустного, но честного
Кот Васька, ценой своей жизни спасший семью от голода
Поначалу окружающие осуждали «кошкоедов».
«Я питаюсь по второй категории, поэтому имею право», — оправдывался осенью 1941 года один из них.
Потом оправданий уже не требовалось: обед из кошки часто был единственной возможностью сохранить жизнь.
«3 декабря 1941 года. Сегодня съели жареную кошку. Очень вкусно», — записал в своем дневнике 10-летний мальчик.
«Соседского кота мы съели всей коммунальной квартирой еще в начале блокады», — говорит Зоя Корнильева.
«У нас был кот Васька. Любимец в семье. Зимой 41-го мама его унесла куда-то. Сказала, что в приют, мол, там его будут рыбкой кормить, мы-то не можем… Вечером мама приготовила что-то наподобие котлет. Тогда я удивилась, откуда у нас мясо? Ничего не поняла… Только потом… Получается, что благодаря Ваське мы выжили ту зиму…».
Так коты блокадного Ленинграда стали жертвой во имя жизни погибающих от голода людей.
Кошка — значит победа
Тем не менее, некоторые горожане, несмотря на жестокий голод, пожалели своих любимцев. Весной 1942 года полуживая от голода старушка вынесла своего кота на улицу погулять. К ней подходили люди, благодарили, что она его сохранила.
Одна бывшая блокадница вспоминала, что в марте 1942 года вдруг увидела на городской улице тощую кошку. Вокруг нее стояли несколько старушек и крестились, а исхудавший, похожий на скелет милиционер следил, чтобы никто не изловил зверька.
12-летняя девочка в апреле 1942 года, проходя мимо кинотеатра «Баррикада», увидала толпу людей у окна одного из домов. Они дивились на необыкновенное зрелище: на ярко освещенном солнцем подоконнике лежала полосатая кошка с тремя котятами. «Увидев ее, я поняла, что мы выжили», — вспоминала эта женщина много лет спустя.
Мохнатый спецназ
Как только была прорвана блокада в 1943 году, вышло постановление за подписью председателя Ленсовета о необходимости «выписать из Ярославской области и доставить в Ленинград дымчатых кошек». Ярославцы не могли не выполнить стратегический заказ и наловили нужное количество дымчатых кошек, считавшихся тогда лучшими крысоловами.
Четыре вагона кошек прибыли в полуразрушенный город. Часть кошек была выпущена тут же на вокзале, часть была роздана жителям. Расхватывали моментально, и многим не хватило.
Л. Пантелеев записал в блокадном дневнике в январе 1944 года: «Котенок в Ленинграде стоит 500 рублей». Килограмм хлеба тогда продавался с рук за 50 рублей. Зарплата сторожа составляла 120 рублей.
— За кошку отдавали самое дорогое, что у нас было, — хлеб. Я сама оставляла понемногу от своей пайки, чтобы потом отдать этот хлеб за котенка женщине, у которой окотилась кошка, — вспоминала Зоя Корнильева.
Прибывшие в полуразрушенный город коты ценой больших потерь со своей стороны сумели отогнать крыс от продовольственных складов.
Кошки не только ловили грызунов, но и воевали. Есть легенда о рыжем коте, который прижился при стоявшей под Ленинградом зенитной батарее. Солдаты прозвали его «слухачом», так как кот точно предсказывал своим мяуканьем приближение вражеских самолетов. Причем на советские самолеты животное не реагировало. Кота даже поставили на довольствие и выделили одного рядового за ним присматривать.
Коты Ленинграда — на охране культуры
Еще одну «партию» котов завезли из Сибири, чтобы бороться с грызунами в подвалах Эрмитажа и других ленинградских дворцах и музеях. Интересно, что многие кошки были домашними — жители Омска, Иркутска, Тюмени сами приносили их на сборные пункты, чтобы помочь ленинградцам. Всего в осажденный город было направлено 5 тысяч этих животных. И коты блокадного Ленинграда с честью справились со своей задачей — очистили город от грызунов, спасая для людей остатки съестных припасов, а самих людей — от эпидемии.
Можно ли забыть всё, что сделали коты Ленинграда для спасения его культуры и жителей? Не будет преувеличением сказать, что это был подвиг.
Использованы публикации в сети Интернет
Как коты Родину защищали
Гуси спасли Рим, а кошки — блокадный Ленинград. Только не от галлов, а от нашествия крыс. Порой «братьям меньшим» приходится играть довольно важную роль в конфликтах между людьми. О подвигах собак в годы Великой Отечественной войны написано немало. Гораздо меньше известно о «кошачьем вкладе», который был хотя и скромнее, но тоже весьма ощутимым.
Вспоминая об участии кошек в Великой Отечественной войне, в первую очередь говорят о трагедии блокадного Ленинграда. Именно здесь кошки проявили себя бесценными помощниками людей в борьбе со страшной напастью. Но обо всем — поподробнее.
Когда в северной столице, блокированной гитлеровскими войсками, начался страшный голод, вслед за последними остатками продуктов питания пришла очередь домашних животных. Стали отлавливать собак, затем принялись за кошек. В этих страшных условиях жители Ленинграда не брезговали даже крысами, мышами, воробьями. Известно и о случаях поедания человеческого мяса.
Понятно, что практически все ленинградские кошки были съедены. Подавляющее большинство собак и кошек в городе были съедены уже зимой 1941-1942 гг. Редко какой человек в условиях тотального голода мог найти в себе силы сдержаться и не съесть своего или, тем более, чужого домашнего питомца. Но и те кошки, кто не был съеден, умирали от голода и болезней. Пропали с ленинградских улиц и бродячие, бездомные кошки. За ними тоже охотились жители города. Воспоминания блокадников рассказывают о том, что всех городских кошек и котов ждала весьма незавидная участь. На людей, которые не съедали своих питомцев, смотрели с восхищением — не каждый мог удержаться от соблазна попробовать мяса в ситуации, когда было практически невозможно достать даже хлеба.
Известно, что кошек съедали целиком. В дело шли даже кости животных — из них варили специальную клейкую массу, «столярный клей», который тоже употребляли в пишу, считая лакомством. Естественно, даже если хозяева и не спешили расстаться со своим любимцем, его запросто могли украсть соседи — и вряд ли можно укорять их за это.
Согласно распространенной истории, единственным «коренным» ленинградским котом, которому посчастливилось пережить блокаду, был кот Максим, живший в семье Володиных вместе с попугаем Жаком. Однажды кот Максим проник в клетку к попугаю, но не съел птицу, а улегся спать рядом, стараясь согреться. Попугаю все же пережить суровые условия блокады не удалось — он умер, а кот Максим не только дожил до окончания блокады и до Победы, но прожил еще очень долго и умер спустя 12 лет после окончания войны, в 1957 году. Ему было двадцать лет — весьма почтенный для кота возраст. Смотреть на Максима водили целые делегации школьников — всем было интересно увидеть уникального ленинградского кота, пережившего страшные дни блокады.
Однако исчезновение кошек с ленинградских улиц сразу же породило новую страшную проблему — в городе стали плодиться крысы. Лишившись естественных врагов — уличных кошек и собак, крысы почувствовали себя крайне вольготно. Тем более, что пищи для них хватало — их вполне устраивали трупы людей, погибших или умерших от голода и болезней, не брезговали крысы и своими собственными сородичами — из других стай, ослабевшими, ранеными или павшими. Грызуны превратились в еще одних врагов осажденного Ленинграда, справиться с которыми было тоже очень сложно, особенно в условиях блокады. Крысы — очень организованные животные, с развитой иерархией и продуманными действиями. Поэтому, расплодившись в Ленинграде, они превратились в настоящий бич только что пережившего блокаду города.
Постепенно улицы Ленинграда превратились в магистрали для передвижения серых хвостатых зверьков. Появление огромных полчищ крыс создало серьезную угрозу и без того крайне напряженной эпидемиологической ситуации в городе. Известно, что эти грызуны являются переносчиками опаснейших заболеваний, особенно в таких условиях, когда люди истощены голодом, болеют, в городе много трупов. К тому же полчища крыс стали проникать на мельницу, где мололи муку для горожан, в хранилища скудного продовольствия. Эти обстоятельства заставили ленинградское руководство серьезно задуматься о том, что же делать с новой напастью. Все методы борьбы с крысами, которые пытались попробовать городские власти, не помогали. И тогда, как гласит легенда, которую пересказывают многие поколения ленинградцев, на помощь пришли … кошки.
Именно кошки — наиболее эффективные в истории природы и человеческих обществ крысоловы. Не зря кошек обожествляли в Древнем Египте, где, как известно, проблема защиты огромных амбаров — зернохранилищ от грызунов стояла очень остро. Если в природной среде крысам противостоят многочисленные дикие звери — от змей, крупных ящериц, хищных птиц до куньих, кошачьих, псовых, то в городской среде у крыс два главных врага — кошки и собаки, причем кошки «интересуются» крысами несравнимо больше, чем собаки.
Когда закончилась блокада Ленинграда, перед городскими властями остро встал вопрос о том, как же победить крыс, расплодившихся в городе. Своих кошек в северной столице к этому времени уже не было. Поэтому из Ярославля, где была особо многочисленна популяция дымчатых котов — отменных крысоловов, ленинградские власти решили выписать четыре вагона котов и кошек. Конечно, скорее всего «четыре вагона кошек» — это самая обычная городская легенда, но то, что котов в послеблокадный Ленинград привезли именно из Ярославля — абсолютная правда. Прибывших из Ярославля котов, прежде всего, раздали на продовольственные склады города, а оставшихся прямо на перроне стали раздавать всем желающим — опять же, если верить городской легенде. Некоторые предприимчивые люди сразу же «просекли фишку», как сказали бы сегодня, и стали продавать котов и кошек другим ленинградцам — по весьма серьезным ценам. Многие покупали, потому что после войны, когда относительно нормализовалась ситуация с питанием, главной целью стало избавление от грызунов. Цены на котов выросли до 500 рублей — это были очень ощутимые по тем временам деньги. Тем не менее, находилось много желающих приобрести домой кота или кошку. Люди отдавали последнее, только бы завести у себя пушистого зверька, способного стать надежным защитником от грызунов. Многие привезенные в Ленинград коты и кошки погибли во время борьбы с крысами, поскольку продовольственные склады города действительно кишели грызунами и справиться с ними кошки могли с трудом.
Разумеется, привезенных из Ярославля котов не хватило на нужды огромного Ленинграда, во время блокады полностью лишившегося своих усатых и хвостатых крысоловов. Поэтому городским властям пришлось искать дальнейшие пути возвращения в город котов. Обратили внимание на города Сибири, которые и сами были готовы помочь северной столице в борьбе с последствиями жестокой блокады. Жители сибирских городов собирали котов в помощь ленинградцам, многие даже отправляли своих домашних любимцев. Например, в одной Тюмени, по некоторым данным, собрали до 238 кошек и котов. Примерно такие же количества животных предоставили и другие города Западной и Восточной Сибири. Так в Ленинград прибыла очередная партия отменных крысоловов.
Тюменские, омские, новосибирские коты начали службу по защите от грызунов коллекций Эрмитажа и других ленинградских музеев. Всего в Ленинград после снятия блокады было завезено не менее пяти тысяч котов. Они сразу же приступили к ловле крыс и вскоре проблема, с которой не могли справиться городские власти, исчезла сама собой. До сих пор в Эрмитаже живет большое количество котов — потомков тех послевоенных сибирских крысоловов.
Кстати, коты в Эрмитаже появились задолго до войны и даже до революции. Еще в XIX веке коты были поселены во дворце с целью борьбы с крысами и мышами. К 1917 году в Эрмитаже проживало до 600 котов и кошек. Во многом, именно благодаря их присутствию удалось сохранить от мышей и крыс уникальные коллекции. Конечно, в самые голодные дни блокады эрмитажевских кошек и котов поели, но как только блокада была прорвана, на службу в Эрмитаже вновь заступили пушистые крысоловы.
Борьба с крысами в Ленинграде — далеко не единственный пример участия кошек в Великой Отечественной войне. Конечно, до собак представителям семейства кошачьих было далеко, но все же известны случаи, когда коты приносили большую пользу во время войны. Коты и кошки часто спасали своих хозяев во время бомбардировок с воздуха и артиллерийских обстрелов — и это фиксировалось практически во всех воюющих странах мира. Благодаря своей природной чувствительности, кошки начинали метаться и мяукать еще задолго до того, как о подлетающих самолетах противника сообщали сирены противовоздушной обороны. Поэтому хозяева очень быстро усвоили, что если кошка вдруг начинает проявлять беспокойство, лучше сразу же бежать в бомбоубежище.
В одной из зенитных артиллерийских батарей РККА появился кот по кличке Рыжик. Его подобрал старшина батареи в разоренном дотла белорусском селе. Кот быстро стал любимцем батареи — он напоминал бойцам о мирной жизни, домашнем уюте. Но вскоре кота стали ценить и за другие качества. Оказалось, что его впору зачислить в личный состав батареи как превосходного специалиста по противовоздушной обороне. Еще до налета вражеской авиации кот начинал рычать и щериться в сторону, откуда должны были появиться самолеты неприятеля. Это быстро заметили солдаты и стали присматриваться к поведению кота, который не раз предсказывал появление в небе вражеских самолетов.
В конце апреля 1945 года кот Рыжик фактически спас жизнь советскому летчику. Батарея расположилась на привал, когда всеобщий любимец вдруг стал привычно рычать и посматривать на небо, причем — на восток, в сторону Москвы. Солдаты быстро привели орудия в боевую готовность. И вот появился советский самолет, а за ним — немецкий FW-190. Батарея быстро ударила из орудий — и гитлеровская машина ушла в землю, а советский самолет благополучно пошел на посадку в сторону ближайшей авиационной базы. Так чутье кота спасло жизнь летчику. Кстати, он на следующий день появился в расположении батареи с подарками — привез спирт, портсигар, ожидая наградить солдата или сержанта, который спас ему жизнь. Каково же было удивление пилота, когда ему рассказали трогательную историю кота Рыжика. Конечно, спирт коту не понадобился, но на следующий день летчик опять приехал в подразделение — на этот раз с двумя килограммами печени, излюбленного кошачьего лакомства.
История Великой Отечественной войны знает немало «солдатских баек» про котов и кошек. В основе большинства из них лежали действительно реальные события, которые затем обрастали всевозможными дополнениями и домыслами, передавались от одних людей к другим — и так превращались в полноценные легенды, правда — красивые и мотивирующие человека на добрые поступки и уважительное отношение к «братьям меньшим».
Известно, что во многих воюющих армиях котов использовали для очищения окопов и блиндажей от крыс и других грызунов. Не только ведь блокадному Ленинграду угрожали эпидемии страшных заболеваний, разносимых крысами. Не меньше рисковали и части действующей армии. Поэтому коты, ловившие в окопах крыс и мышей, встречались достаточно часто — по обе стороны фронта. Традиция использовать кошек в окопах — для борьбы с грызунами, а затем и для предупреждения о газовой атаке, была заложена еще во время Первой мировой войны в подразделениях британской армии, но ее быстро переняли и войска других сражающихся государств. Поэтому во Второй мировой войне армейские подразделения, «принимая на службу» кошек и котов, уже шли по проторенной прежде дороге.
В современных армиях и флотах мира коты в большинстве своем несут службу в качестве символов и талисманов кораблей, частей и подразделений. Пожалуй, лидирует по количеству животных — талисманов (не только котов) британская армия, в которой это — давняя традиция. В Великобритании котов «принимают на службу» и в гражданские государственные учреждения — финансовое, дипломатическое и другие ведомства. Состоящие на «должностях» мышеловов коты даже снабжаются специальными бантами в качестве особого обмундирования. Например, в 1970-х — 1980-х гг. в Лондоне жил кот Уилберфорс. Подобранный в свое время котенком на одной из лондонских улиц, волею судьбы он оказался в резиденции премьер-министра Великобритании, где прожил пятнадцать лет, верой и правдой истребляя мышей, покушавшихся на покои главы британского правительства. За это время сменилось четыре премьер-министра страны, но Уилберфорс продолжал нести службу в качестве главного правительственного мышелова, пока не почил естественной смертью.
Как кошки спасали жителей блокадного Ленинграда.
Вечная память о героической стойкости и мужестве защитников и жителей блокадного Ленинграда, вписана красной страницей в историю Великой Отечественной войны, как подвиг народа — Оборона Ленинграда. Военная блокада Ленинграда войсками немецко-фашистской Германии, при поддержке военно-морских сил Италии, длилась с 8 сентября 1941 года по 27 января 1944 года, блокадное кольцо было прорвано 18 января 1943 года.
Единственной связью Ленинграда со всей страной стало Ладожское озеро, по которому продукты везли в город в период навигации — по воде, а зимой — по льду озера уже с 12 сентября. Эта магистраль вошла в историю под названием «Дорога жизни», но этого продовольствия не хватало, чтобы прокормить население гигантского города. Люди получали в день от 125 до 250 граммов хлеба. Голод в блокадном Ленинграде был неминуем.
Трудно себе представить, как жители Ленинграда смогли пережить эти страшные 872 дня изнурительных бомбежек и артобстрелов, громадных очередей за крошечным пайком хлеба, холода, ужесточающего голод, походы с бидончиками за водой в лютый мороз на замерзшую Неву, смерти родных, знакомых и маленьких детей, трупы людей на улицах.
Зима 1941 – 1942 года для жителей осажденного города была особенно тяжёлой. Уже через несколько недель были зафиксированы первые случаи голодной смерти. Страшный голод свирепствовал в Ленинграде, люди переловили и съели всех уток в парках и голубей на улицах. Мальчишки с рогатками охотились на птиц и ловили в Неве мелкую и колючую рыбку колюшку. Похоронные команды не успевали убирать с улиц трупы умерших от голода, холода и болезней людей. В эту зиму с улиц исчезли бродячие собаки и кошки, потом пришёл черед домашних питомцев. Современному человеку, живущему в тепле и сытости, это может показаться чудовищным, но, когда выбор стоит между выживанием любимого кота и любимого ребёнка, решение очевидно.
Однако, коты были главными «санитарами» ленинградских улиц. Изо дня в день коты проделывали свою главную работу, не заметную для большинства людей, — они контролировали популяцию крыс.
В начале 1943 года из Ленинграда исчезли все кошки, и в городе катастрофически быстро расплодились крысы, пожиравшие всё подряд, нападавшие на продовольственные склады, на больных и истощенных детей и стариков во сне, т в городе нависла угроза эпидемий.
В городе были созданы специальные бригады по борьбе с грызунами, совершавшие многочасовые изнурительные рейды по городу для травли крыс, но число грызунов продолжало нарастать. Мерзкие твари не боялись ни бомбежек, ни огней пожаров, ни травли.
Мохнатый спецназ.
18 января 1943 года была прорвана блокада, и в Ленинград стало поступать продовольствие, тогда же, осознав масштаб катастрофы, из Ярославской области доставили в Ленинград четыре вагона дымчатых кошек, считавшихся тогда лучшими крысоловами. Часть «мохнатого спецназа» распределили по продовольственным складам и городским музеям, часть кошек была выпущена тут же на вокзале, часть мяукающих крысоловов была роздана жителям города, выстроившимся в очереди.
Ярославская «кошачья армия» как могла защищала город вплоть до полного снятия блокады. Многие кошки погибали, укушенные больными крысами, а иногда мерзкие твари сотнями набрасывались и загрызали кошку. Крысы очень опасные животные, и ярославские кошки не смогли полностью очистить город от крыс. В конце Великой Отечественной войны в Ленинград привезли второй эшелон кошек. На это раз их набирали в Сибири, в город приехали пять тысяч кошек из Омска, Тюмени и Иркутска. На этот раз все крысы в Ленинграде были уничтожены. Среди современных петербургских кошек коренных жителей города почти не осталось.
Потомки тех сибирских кошек и по сей день обитают в Ленинграде, охраняют ценнейшие коллекции в Эрмитаже и других музеях. О них хорошо заботятся, их кормят, лечат, но главное — уважают за добросовестный труд и помощь.
Время блокады Ленинграда было наполнено трагическими событиями, но мы знаем множество историй о подвигах жителей блокадного Ленинграда, совершивших подвиг милосердия к своим домашним питомцам.
Страшное время блокады Ленинграда смогли пережить лишь единицы домашних животных, тщательно скрываемые хозяевами. Особого внимания заслуживает история кота Васьки, который стал главным кормильцем для одной из семей.
«Моя бабушка всегда говорила, что тяжёлую блокаду и голод и я моя мама, а я её дочь, пережила только благодаря нашему коту Ваське. Если бы не этот рыжий хулиган, мы с дочерью умерли бы с голоду как многие другие.
Каждый день Васька уходил на охоту и притаскивал мышек или даже большую жирную крысу. Мышек бабушка потрошила и варила из них похлебку. А из крыски получался неплохой гуляш.
При этом кот сидел всегда рядом и ждал еду, а ночью все трое лежали под одним одеялом и он согревал их своим теплом.
Бомбежку он чувствовал намного раньше, чем объявляли воздушную тревогу, начинал крутиться и жалобно мяукать, бабушка успевала собрать вещи, воду, маму, кота и выбежать из дома. Когда бежали в убежище, его как члена семьи тащили с собой и смотрели, как бы его не унесли и не съели.
Голод был страшный. Васька был голодный как все и тощий. Всю зиму до весны бабушка собирала крошки для птиц, а с весны выходили с котом на охоту. Бабушка сыпала крошки и сидели с Васькой в засаде, его прыжок всегда был на удивление точным и быстрым. Васька голодал вместе с нами и сил у него было недостаточно, что бы удержать птицу. Он хватал птицу, а из кустов выбегала бабушка и помогала ему. Так что с весны до осени ели еще и птиц.
Когда сняли блокаду и появилось побольше еды, и даже потом после войны бабушка коту всегда отдавала самый лучший кусочек. Гладила его ласково, приговаривая – кормилец ты наш.
Умер Васька в 1949 году, бабушка его похоронила на кладбище, и, что бы, могилку не затоптали, поставила крестик и написала Василий Бугров. Потом рядом с котиком мама положила и бабушку, а потом там я похоронила и свою маму. Так и лежат все трое за одной оградкой, как когда-то в войну под одним одеялом.»
Бытует также легенда о рыжем коте Ваське, который жил при одной из зенитных батарей под Ленинградом.
Старшина привёз из блокадного города отощавшего, измученного и злого кота. Благодаря своему кошачьему чутью и, видимо, своему горькому опыту, Васька умел заранее предсказывать не только очередной налёт фашистской авиации, но и направление атаки. Сначала он чувствовал вибрацию и бросал свои дела, настораживался, поворачивался правым ухом в сторону грядущего налёта и вскоре бесследно исчезал. При этом на гул моторов советских самолетов кот никак не реагировал.
Довольно быстро зенитчики научились использовать поведение кота для успешного отражения атак. Ваську зачислили на довольствие, а к нему приставили солдата, чтобы тот немедленно сообщал командиру батареи, как только кот показывал своим поведением приближение фашистской авиации.
Памятники котам от благодарных жителей Ленинграда
В память о хвостатых героях на Малой Садовой улице установили скульптуры кота Елисея и кошки Василисы.
Кошка Василиса прогуливается по карнизу второго этажа дома №3 на Малой Садовой улице, а кот Елисей сидит напротив и наблюдает за прохожими. Считается, что к человеку, который сможет забросить монетку на небольшой постамент к коту, придёт удача.
В Выборгском районе Северной столицы на улице Композиторов, во дворе дома №4 поставили небольшой новый памятник кошке блокадного Ленинграда. Композицию памятника составляет уютная домашняя обстановка: кошка, уютно устроившаяся на стуле, и греющаяся под лампой торшера.
Так дымчатые крысоловы из Ярославля и городов Сибири были увековечены благодарными жителями города-героя, спасенными в годы блокады Ленинграда от крыс, пособников фашистов.