в каком стиле построены хрущевки
Откуда в СССР пришли «хрущёвки», и Какими они были по оригинальному (несоветскому) проекту
Нет в России человека, который не бывал бы в хрущёвках. Квартиры в таких домах известны микрокухнями, низкими потолками и тонкими стенами. Многие думают, что что знаменитые пятиэтажки — изобретение советских архитекторов. Однако это совсем не так. Читайте, где впервые появились подобные строения, почему провалилась идея ажурного дома, как браковали здания из-за излишеств и где был построен пластмассовый дом.
«Родители» хрущевки, построенные в Нью-Йорке в начале 20 века
Дома, подобные хрущевкам, есть и в США.
Типовые сборные дома появились впервые в далёком 1910 году в пригороде Нью-Йорка. При строительстве применялись крупные детали, выполненные из армированного бетона. Такие эксперименты до двадцатых годов XX века время от времени проводили в разных странах мира. После Первой мировой войны спрос на дома, которые можно построить очень быстро, резко вырос. В двадцатых годах в Европе стали застраивать первые кварталы, полностью состоящие из простых сборных типовых домов. В Амстердаме в 1921 году благодаря стараниям архитектора Мартина Вагнера была создана так называемая «Бетонная деревня». Этот же архитектор в 1926 году возводит подобное типовое здание в Германии.
Но впереди планеты всей в этот раз была Франция, и всё благодаря архитектору Ле Корбюзье.
Ажурный дом на Ленинградском шоссе, который мог бы стать хрущевкой, но не стал
«Ажурный дом» был слишком красив для быстрого недорогого жилья.
Сборное жильё пытались возводить СССР ещё во времена Сталина. Например, можно вспомнить так называемый «ажурный дом». Он был возведен 1940 году архитекторами Буровым и Блохиным и располагался на Ленинградском проспекте в Москве. При строительстве использовали крупные бетонные блоки. Конечно, это была не привычная сегодня хрущёвка, поскольку квартиры имели высокие потолки (3,2 метра), а фасад радовал красивыми рельефами и балконами с ажурными решетками. Что было «хрущёвского», так это очень маленькие кухни и совмещенные санузлы.
Кстати, Буров планировал, что жильцы не будут использовать кухни для приготовления пищи, а стану заказывать её в расположенном на первом этаже кафе. Но этот американский опыт не прижился. «Ажурный дом» хотели сделать типовым, однако Великая Отечественная война помешала этим планам реализоваться.
Дом на Хорошевском шоссе, забракованный из-за излишеств
Такими могли бы быть хрущевки. Дом на Хорошевском шоссе.
Эксперименты продолжались. Архитекторы старательно придумывали типовое жилье, которое можно было бы построить повсеместно. В 1950 году на Хорошевском шоссе был возведен по каркасно-панельной технологии дом, проект Посохина и Мндоянца. Это они были авторами сталинской высотки на Кудринской площади. Итак, на Хорошевском шоссе пытались создать прототип хрущёвки. Инженером этого нереализованного проекта стал Виталий Лагутенко.
При строительстве здания в первый раз были использованы панели со стыками открытого типа. Прямо на стройплощадке устанавливали специальные формы, в которых делали каркас дома. Все это должно было значительно ускорить процесс строительства. Нельзя сказать, что дом был некрасив — для маскировки швов между панелями использовались пилястры, а пространство под окнами украшали гирлянды. Внешне это выглядело весьма привлекательно и достаточно стильно. Собственно, внешний вид и не дал таким домам появиться во всех районах Москвы, так как в 1953 году Хрущёв выпустил строгое постановление «Об устранении излишеств в проектировании и строительстве». Идея о «размножении» дома провалилась.
Экспериментальные дома в Черемушках и возводимые за 12 дней дома по проекту Виталия Лагутенко
Первая хрущёвка на улице Гримау, 16.
Но возводить дома было надо, поскольку жилья не хватало. Группа архитектора Остермана построила различные вариации панельных домов в районе Черёмушек (сейчас это Академический район столицы). Дома имели четыре или пять этажей, крыша у некоторых покрыта черепицей, а у других шифером. Общими были только небольшие размеры и недорогое строительство. В дальнейшим проекты были доработаны, и наступила пора тиражных серий. Самый первой настоящей хрущёвкой стал дом, сданный в 1957 году по адресу Гримау, 16, имеющий 4 этажа. Уникально-маленькие кухни (площадь 4, 7 м кв) и потолки 2, 6 метров — вот каким он был. Когда утверждалось окончательная версия, был добавлен пятый этаж. Считалось, что на такую высоту каждый житель города может легко подняться без лифта. Во дворах было много зелени, расставлены беседки, фонтаны, вымощены дорожки. В дальнейшем такого уже не было.
А Виталий Лагутенко продолжал работать над проектами панельных домов, и первым реализованным вариантом стала серия К-7. По сути, это копия французских панельных домов в пять этажей. Такие хрущёвки и поныне стоят в Москве, Санкт-Петербурге, Мурманске, в Апатитах и Саратове. Это был настоящий прорыв. Дом можно было построить всего за 12 дней. Совершенно неинтересный внешне пятиэтажный домик с маленькими квартирами и тонкими стенами, зато спрос на жилье был частично удовлетворен. В 1966 году хрущёвки сменили так называемые «брежневки». Они были чуть уютнее и комфортнее.
Пластмассовый дом за 850 рублей
Пластмассовый дом в Ленинграде.
Борьба за лучший народный дом продолжалось. Архитектор Борис Иофан предложил проект, который был даже более экономичен, чем серия К-7 без балкона от Лагутенко. Иофан предложил использовать специальный пластик повышенной прочности. Эксперимент предполагалось провести в районе Северное Измайлово. Да, все из пластика, даже полы и потолки. Про шумоизоляцию и речь не шла.
Коллеги поддержали Иофана и предложили делать такие дома одноэтажными. Итак, что же такое пластиковый дом: это общая площадь 49 м квадратных и очень большое окно для пропускания света, чтобы экономить электроэнергию. Стены дома имели толщину 14 сантиметров. Странная постройка, зато возвести её можно было всего за 850 руб. Такой дом всё же был построен, но не в Москве, а в Ленинграде. Он не оправдал ожиданий (а, возможно, в Бразилии бы и прижился) и был снесён через два года после возведения.
Понравилась статья? Подпишитесь на канал, чтобы быть в курсе самых интересных материалов
Быстро, тесно и одинаково: жилищный конвейер Никиты Хрущева
31 июля 1957 года советское правительство приняло решение о массовом строительстве типовых жилых домов
За одиннадцать лет своего руководства СССР первый секретарь ЦК КПСС и председатель советского правительства Никита Хрущев успел совершить множество поступков, которые навсегда вписали его имя в историю нашей страны. В те же годы начался и процесс масштабного переселения советских горожан, задыхавшихся в тесноте коммуналок и в сырости бараков, в новые многоквартирные дома. Заслужившие не слишком уважительное прозвище «хрущевок», а то и «хрущоб», они по сей день встречаются по всему бывшему Советскому Союзу. Нынешним их обитателям эти дома кажутся тесными, неудобными и малокомфортными — но шесть с лишним десятилетий назад это было роскошное по сравнению со многим другим жилье, строительство которого широко развернулось после выхода 31 июля 1957 года постановления советского правительства и ЦК КПСС «О развитии жилищного строительства в СССР».
Один из проектов «хрущевок» предполагал строительство домов из крупноблочных секций
Послевоенный квартирный вопрос
Этот документ, имевший номер 931, начинался со слов о том, что «подъем жизненного уровня и благосостояния народа является одной из важнейших задач», затрагивал практически все вопросы, связанные с жилищным строительством в Советском Союзе, и приводил весьма любопытные цифры. В частности, в постановлении отмечалось, что в годы Великой Отечественной войны были полностью или частично разрушены более 1700 городов и поселков (в других документах приводились такие данные: 1710 городов и более 10 тысяч сел и деревень). Страна потеряла свыше 6 млн домов, или более 70 млн квадратных метров жилой площади, более 25 млн человек остались без крова. И в то же самое время в военные годы удалось восстановить или построить заново 50 млн квадратных метров жилплощади. А за первое послевоенное десятилетие этот объем вырос вшестеро — до 300 млн квадратных метров! И это только построенных государством, поскольку в то же самое время еще около 5,7 млн жилых домов были построены в частном порядке.
И все-таки жилья в стране, прежде всего в городах, где жила уже почти половина населения Советского Союза, по-прежнему остро не хватало. Еще накануне войны на одного советского горожанина приходилось порядка 7 кв. м жилплощади, хотя пятнадцатью годами ранее этот показатель в городах составлял 8,2 кв. м. И то, надо сказать, эти семь квадратных метров зачастую представляли собой ветхое или плохо оборудованное жилье, без канализации и водопровода, или имевшее все это, но пришедшее в малопригодное для жизни состояние, поскольку в военные и первые послевоенные годы было не до ремонта имеющейся жилплощади — важнее было дать новую квартиру тем, кто не имел вообще никакой.
Строительство нового квартала, состоящего исключительно из жилых домов «нового экономичного типового проекта»
В таких условиях прежние, заведенные еще в сталинские годы подходы к проектированию и строительству жилья, когда практически каждый дом планировался индивидуально и строился достаточно неспешно, уже никуда не годились. Ими можно было пользоваться только при строительстве жилья, что называется, повышенной комфортности — а стране требовалось просто очень много дешевого жилья, и быстро. И тогда Никита Хрущев вспомнил о своем опыте времен руководства ЦК Компартии Украины. В 1949 году по хрущевской инициативе в республике началось панельное строительство жилых домов. И вот через восемь лет решено было распространить эту практику на всю страну.
Жилье без излишеств
В постановлении «О развитии жилищного строительства в СССР» собственно возведению панельных домов были отведены пункты 29 и 30. Первый из них оговаривал, что со следующего, 1958-го года, «в жилых домах, строящихся как в городах, так и в сельской местности, предусматривать экономичные благоустроенные квартиры для заселения одной семьей», а сами эти дома строить по типовым проектам. Причем на основе именно этих новых типовых проектов Госстрой СССР должен был разработать и утвердить новые нормы проектирования, в том числе и касающиеся высоты жилых помещений. Именно это и открыло дорогу низким, не больше двух с половиной метров высотой, потолкам в советских жилых домах.
Открытые балконы «хрущевок» многие старались остеклить еще в советское время
А второй пункт определял ответственность местных властей за то, чтобы новые типовые дома получили широкое распространение. В частности, на местах должны были сами решать, какой быть этажности домов, хотя при этом в постановлении оговаривалось, что в городах она должна составлять в основном 4-5 этажей, а в небольших городах и поселках — 2-3 этажа. На местные власти ложилась обязанность развития производства железобетонных конструкций для типовых домов, а кроме того, «крупноразмерных перегородок, щитовых дверей, спаренных оконных переплетов и других конструкций и деталей». И отдельно ставилась задача обеспечить новые дома новой же, подходящей под их небольшие размеры обстановкой: на местах должны были «организовать в необходимом количестве изготовление малогабаритной мебели и встроенного кухонного оборудования для квартир нового типа».
И был в постановлении еще один примечательный пункт – 35-й. Согласно ему, республиканские, краевые, областные и прочие власти должны в 1958 году построить в областных центрах и крупных городах достаточное число жилых домов по новым экономичным типовым проектам. Эти демонстрационные постройки, как говорилось в постановлении, должны были стать «по своему качеству, благоустройству, планировочным и конструктивным решениям…на ближайшие 3-5 лет образцом для государственного, индивидуального и колхозного жилищного строительства».
Классическая схема на кухне малогабаритной квартиры: даже семья из трех человек умещается в ней с некоторым трудом
Маленькая, но своя!
Но вместо трех-пяти лет эти «новые экономичные типовые проекты» стали образцом массового советского строительства на три с лишним десятка лет. Первые экспериментальные многоквартирные панельные многоэтажки появились в Москве в районе Черемушки еще в 1956 году: квартал получил название Новые Черемушки, и этот топоним быстро прижился в столице. Да и не только в ней: острый на язык советский народ очень быстро приклеил такое же название всем типовым кварталам, застроенным «хрущевками». Потому что и на первый, и на второй неискушенный взгляд они практически ничем друг от друга не отличались.
Впрочем, иначе и быть не могло. Еще до принятия постановления о развитии жилищного строительства Никита Хрущев обрушился с жесткой критикой на советских архитекторов и строителей, обвиняя их в неразумной трате сил и средств, которые идут на индивидуальные проекты жилых домов. Функциональность и скорость строительства — вот что требовалось стране, а при таких условиях никаких «украшательств» ждать не приходилось. Типовые новые дома мало отличались друг от друга, как и застроенные ими кварталы, — и советские люди быстро подметили эту особенность.
Возведение домов первой «хрущевской» серии К-7 в московском районе Хорошево-Мневники
Зато впервые за многие годы строительство жилья в стране действительно поставили на поток! Появились новые формы строительных трестов — так называемые домостроительные комбинаты, или ДСК, объединившие в себе все функции, от производства железобетонных конструкций и стеновых панелей до отделки уже построенного жилья. Понятно, что осваивать широкую номенклатуру конструктивных изделий ДСК попросту не могли, и поэтому всего за тринадцать лет применение типовых проектов в жилищном строительстве достигло 93,5% от общего его объема, а в культурно-бытовом — 85,7%. Впрочем, это вполне укладывалось в общую строительную политику страны: через год после постановления 1957 года вышло другое, называвшееся «О расширении применения типовых проектов в строительстве», которым сводилось к минимуму разнообразие типовых проектов.
Постоянное временное
По сути, жилищное строительство в стране стало конвейерным, и так же, как некогда выпуск автомобилей на конвейере превратил их из роскоши в средство передвижения, сделало отдельное жилье гораздо более доступным. И так же, как некогда с машинами, за это пришлось заплатить не только потерей индивидуальности, но и снижением комфорта. Но зато это было собственное жилье, в которое, согласно утвержденным нормам, полагалось селить только одну семью! Эпоха коммуналок, общежитий и бараков начала уходить в прошлое.
Будущие жители нового крупноблочного дома наблюдают за строительством своего жилья
К тому же небольшие «хрущевские» квартиры в обязательном порядке обладали удобствами, которые раньше были скорее опцией: центральным отоплением, холодным водоснабжением (а зачастую и горячим, хотя бы за счет газовой колонки или водонагревателя) и канализацией. Наличие всего этого уже делало «хрущевки» пригодными для жилья без оговорок, а с началом массового выпуска малогабаритной мебели, приспособленной именно под эти квартиры, получение такой жилплощади становилось для многих горожан заветной мечтой. Причем мечтой, которая исполнялась быстрее, чем прежде. С начала строительства первых прототипов «хрущевок» в 1956 году по 1963 год жилищный фонд СССР вырос почти вдвое: с 640 млн кв. м до почти 1,2 млрд. Этот прирост по размеру был больше, чем весь объем жилья, построенного за первые сорок советских лет! В одной только Москве, задыхавшейся от нехватки жилья еще с конца 1920-х, появилось за это время 36 млн квадратных метров жилплощади, что позволило переселить в новые квартиры около миллиона человек.
«Хрущевки» должны были стать своего рода переходным типом жилья, как это, собственно, и случилось уже в конце 1960-х, когда начали строить панельные высотные дома. Но первоначальные планы, что типовые пятиэтажки прослужат не больше 25 лет, не оправдались: некоторым из них сегодня исполняется по 60 лет и более. Сегодня эти квартиры с нормой в 8 квадратных метров на человека, с низкими потолками, маленькими кухнями, совмещенными санузлами и «хрущевскими холодильниками» под окном в кухне уже выглядят анахронизмом, но они позволили решить острейшую проблему нехватки жилья в стране. А еще позволили быстро строить его там, где никакого жилья не было в принципе, в том числе на Крайнем Севере и Дальнем Востоке: не один десяток военных городков или заводских поселков застраивался с нуля именно «хрущевками», что позволяло сразу же обеспечить жильем тех, кто в нем нуждался.
Фотография строительства одного из самых первых домов нового типового проекта в Москве в районе Черемушки
Откуда в СССР пришли «хрущёвки», и Какими они были по оригинальному (несоветскому) проекту
Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.
«Родители» хрущевки, построенные в Нью-Йорке в начале 20 века
Типовые сборные дома появились впервые в далёком 1910 году в пригороде Нью-Йорка. При строительстве применялись крупные детали, выполненные из армированного бетона. Такие эксперименты до двадцатых годов XX века время от времени проводили в разных странах мира. После Первой мировой войны спрос на дома, которые можно построить очень быстро, резко вырос. В двадцатых годах в Европе стали застраивать первые кварталы, полностью состоящие из простых сборных типовых домов. В Амстердаме в 1921 году благодаря стараниям архитектора Мартина Вагнера была создана так называемая «Бетонная деревня». Этот же архитектор в 1926 году возводит подобное типовое здание в Германии.
Но впереди планеты всей в этот раз была Франция, и всё благодаря архитектору Ле Корбюзье. В 1925 году им была представлена на Международной выставке некая «жилая единица многоквартирного дома». Её можно назвать настоящий прабабушкой советской хрущёвки, правда квартирка была двухуровневая. Но такая же тесная, как и советские варианты. Прошло более 20 лет, и только в 1947 году французы стали застраивать районы такими зданиями. Поэтому для быстрой застройки в Советском Союзе использовали опыт именно французских архитекторов и строителей.
Ажурный дом на Ленинградском шоссе, который мог бы стать хрущевкой, но не стал
Сборное жильё пытались возводить СССР ещё во времена Сталина. Например, можно вспомнить так называемый «ажурный дом». Он был возведен 1940 году архитекторами Буровым и Блохиным и располагался на Ленинградском проспекте в Москве. При строительстве использовали крупные бетонные блоки. Конечно, это была не привычная сегодня хрущёвка, поскольку квартиры имели высокие потолки (3,2 метра), а фасад радовал красивыми рельефами и балконами с ажурными решетками. Что было «хрущёвского», так это очень маленькие кухни и совмещенные санузлы.
Кстати, Буров планировал, что жильцы не будут использовать кухни для приготовления пищи, а стану заказывать её в расположенном на первом этаже кафе. Но этот американский опыт не прижился. «Ажурный дом» хотели сделать типовым, однако Великая Отечественная война помешала этим планам реализоваться.
Дом на Хорошевском шоссе, забракованный из-за излишеств
Эксперименты продолжались. Архитекторы старательно придумывали типовое жилье, которое можно было бы построить повсеместно. В 1950 году на Хорошевском шоссе был возведен по каркасно-панельной технологии дом, проект Посохина и Мндоянца. Это они были авторами сталинской высотки на Кудринской площади. Итак, на Хорошевском шоссе пытались создать прототип хрущёвки. Инженером этого нереализованного проекта стал Виталий Лагутенко.
При строительстве здания в первый раз были использованы панели со стыками открытого типа. Прямо на стройплощадке устанавливали специальные формы, в которых делали каркас дома. Все это должно было значительно ускорить процесс строительства. Нельзя сказать, что дом был некрасив — для маскировки швов между панелями использовались пилястры, а пространство под окнами украшали гирлянды. Внешне это выглядело весьма привлекательно и достаточно стильно. Собственно, внешний вид и не дал таким домам появиться во всех районах Москвы, так как в 1953 году Хрущёв выпустил строгое постановление «Об устранении излишеств в проектировании и строительстве». Идея о «размножении» дома провалилась.
Экспериментальные дома в Черемушках и возводимые за 12 дней дома по проекту Виталия Лагутенко
Но возводить дома было надо, поскольку жилья не хватало. Группа архитектора Остермана построила различные вариации панельных домов в районе Черёмушек (сейчас это Академический район столицы). Дома имели четыре или пять этажей, крыша у некоторых покрыта черепицей, а у других шифером. Общими были только небольшие размеры и недорогое строительство. В дальнейшим проекты были доработаны, и наступила пора тиражных серий. Самый первой настоящей хрущёвкой стал дом, сданный в 1957 году по адресу Гримау, 16, имеющий 4 этажа. Уникально-маленькие кухни (площадь 4, 7 м кв) и потолки 2, 6 метров — вот каким он был. Когда утверждалось окончательная версия, был добавлен пятый этаж. Считалось, что на такую высоту каждый житель города может легко подняться без лифта. Во дворах было много зелени, расставлены беседки, фонтаны, вымощены дорожки. В дальнейшем такого уже не было.
А Виталий Лагутенко продолжал работать над проектами панельных домов, и первым реализованным вариантом стала серия К-7. По сути, это копия французских панельных домов в пять этажей. Такие хрущёвки и поныне стоят в Москве, Санкт-Петербурге, Мурманске, в Апатитах и Саратове. Это был настоящий прорыв. Дом можно было построить всего за 12 дней. Совершенно неинтересный внешне пятиэтажный домик с маленькими квартирами и тонкими стенами, зато спрос на жилье был частично удовлетворен. В 1966 году хрущёвки сменили так называемые «брежневки». Они были чуть уютнее и комфортнее.
Пластмассовый дом за 850 рублей
Борьба за лучший народный дом продолжалось. Архитектор Борис Иофан предложил проект, который был даже более экономичен, чем серия К-7 без балкона от Лагутенко. Иофан предложил использовать специальный пластик повышенной прочности. Эксперимент предполагалось провести в районе Северное Измайлово. Да, все из пластика, даже полы и потолки. Про шумоизоляцию и речь не шла.
Коллеги поддержали Иофана и предложили делать такие дома одноэтажными. Итак, что же такое пластиковый дом: это общая площадь 49 м квадратных и очень большое окно для пропускания света, чтобы экономить электроэнергию. Стены дома имели толщину 14 сантиметров. Странная постройка, зато возвести её можно было всего за 850 руб. Такой дом всё же был построен, но не в Москве, а в Ленинграде. Он не оправдал ожиданий (а, возможно, в Бразилии бы и прижился) и был снесён через два года после возведения.
Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми: