завещательные распоряжения на земельные владения в англии стали входить в практику в каком веке
Землевладение в старой Англии: история Земельного права
Недвижимость и особенно земля во все времена рассматривались как самое ценное имущество. Давно минули времена, когда сила и отвага давали шанс захватить участок земли и стать его владельцем. Однако, история права на землю дает примечательный пример понимания древних принципов, послуживших этапом становления и развития этой отрасли правоотношений.
Английское право собственности в эпоху завоеваний и колонизации было заложено в ранние формы законодательства таких стран как США, Канада, Австралия и Новая Зеландия. Эти государства или их штаты затем по своему усмотрению неоднократно пересматривали и изменяли эти законы.
История старой феодальной земельной системы Англии дает нам общее представление о становлении и развитии институт права, регулирующего общественный отношения, связанные с самым ценным активом — землю.
В те времена не было ни полиции, ни судов, способных признать и устранить нарушения «законных прав», как мы привыкли сегодня.
Вся эта вольница прекратилась с нашествием нормандцев в ходе завоевания 1066 года. Король Вильгельм Завоеватель объявил себя собственником всех Английских земли по праву победителя. Ни один акр земли не избежал полной конфискации. Возникшую нехватку «смотрящих» король быстро исправили с помощью раздачи огромных наделов земли своим приближенным и тем англичанам, которые готовы были признать его своим господином.
Главным принципом новой системы стало то, что никто кроме короля не может владеть землей. Появляются так называемые dominium directum (прямая собственность) и dominium utile (зависимая собственность) использующиеся для описания отношения между королем и феодалами, бывшими как землевладелец и его арендаторы.
Такое положение представляло существенное различие между правом собственности на движимое и недвижимое имущество. Движимое имущество могло находится в полной собственности. Это в значительной мере отличается от стран вроде Франции или Германии, в которых существовала аллодиальная (абсолютная, неограниченная) собственность на землю. Даже в наши дни, в странах, унаследовавших староанглийскую систему собственности на недвижимость, вся земля принадлежит Короне; человек может иметь в собственности только строение на этой земле.
Такая система, использовавшаяся королем для контроля и управления своими землями, носила название лен (tenure). Лен был ключевым элементом феодальной системы Англии в период позднего средневековья. Король передавал крупные участки земли феодалам в пользование на определенный срок. Феодалы, получавшие свои наделы в пользование непосредственно из рук короля – лорды, считались вассалами первой ступени.
Именно эта группа стала основой английской аристократии после завоевания 1066 года и продолжила развитие и углубление феодальной системы, сдавая королевскую землю в субаренду. Лорды заключали соглашения, на право исключительного владения и пользования участком в обмен на оказываемые услуги или выращиваемые продукты с мелкопоместными дворянами, которые теперь подчинялись лично им. Такое разделение права собственности государственной земли, сложившееся подобно пирамиде с королем на самой ее вершине, известное под названием subinfeudation.
Основные нормы ленного землевладения, касающихся прав и обязанностей лордов-землевладельцев и их вассалов были закреплены в Хартии вольностей 1215 года. Прежде всего землепользователь должен был дать присягу верности господину. Эта торжественная церемония закладывала основу правовых отношений между землевладельцем и его подданными.
Право пользования земельным наделом давалось в обмен на широкий набор товаров или услуг, среди которых значился, так называемый, «Рыцарский долг», то есть обязательство служить рыцарем в армии короля или лорда. Также был арендатор был обязан отдавать своему господину определенное количество ежегодного урожая — оброк. Духовные лица получали землю в обмен на богослужения и чтения молитв.
В обязанности человека, взявшего в аренду землю, включался ряд непредвиденных выплат. Господин мог требовать уплаты чрезвычайных налогов, идущих на внесение выкупа, при его похищении или попадании во вражеский плен. Владелицу позволялось требовать со старшего сына землепользователя, как его наследника, специальный имущественный налог за передачу участка в наследство. Если арендатор умирал, оставив после себя наследником несовершеннолетнего сына, земля оставалась за ним под опекой. Если наследником была женщина, землевладелец мог запретить ей выходить замуж.
Ситуация несколько изменилась в период правление короля Эдуарда I с принятием в 1290 году статута Quia Emptores, запрещавшим дальнейшую subinfeudation и позволявшее арендаторам продавать свои права, без предварительного согласия господина. По новым правилам количество субарендаторов было ограничено, держать земли стало разрешаться только непосредственно от главных лордов.
Землевладения были различными по продолжительности:
Тема 11. Средневековое государство и право в Англии
Раннефеодальное государство. Британские острова издавна населяли кельтские племена, которые в V-м веке были завоеваны германскими племенами англов и саксов. Постепенно общинные отношения заменялись феодальными. Англосаксонские королевства разделялись на графства. Собрания графств возглавляли королевские чиновники — шерифы. В 827 г. королевства объединились перед лицом внешней угрозы — нападением датчан. В 1066 г. Англия была завоевана норманнским герцогом Вильгельмом Завоевателем. Королевская власть была значительно усилена, поскольку он обладал примерно 1/7 частью всей пахотной земли. Бароны и рыцари не только несли военную службу, но и платили королю денежные взносы.
Государственное устройство. В период правления короля Генриха I (1068-1135) бароны получили от него Хартию вольностей. Ценой этой уступки король достиг относительного спокойствия в стране. Королевская курия был разделена на большой совет и малую курию. Решения большого совета не имели обязательной силы, и он действовал как совещательный орган. В компетенцию малой курии входила высшая судебно-административная и финансовая власть. В ее состав входили лорд-канцлер, камергер и другие высшие сановники. На местах власть осуществляли шерифы.
Судебная реформа. В период царствования короля Генриха II (1154—1189) была ограничена судебная власть крупных феодалов. Из сеньориальной юрисдикции были исключены все уголовные дела, значительная часть исков о земельной собственности, Верховным судебным органом государства стала королевская курия. Под ее юрисдикцией находились вассалы. Кроме того, она занималась делами кассационного порядка и исками о собственности. Королевская курия делилась на суд общих тяжб (дела общего характера) и суд королевской скамьи (уголовные дела и разбор апелляций). В XII веке сформировался институт разъездных судей, которые разбирали иски, связанные с интересами короля, осуществляли контроль нал местным управлением. Кроме того, был введен институт присяжных обвинителей, которые под присягой обязаны докладывать шерифу или королевскому судье о всех преступлениях, их пособниках, укрывателях, о которых они что-либо знают. По существу это не судьи, а лица, дающие информацию от свидетелей. Со временем присяжные становятся судьями, а их функции переходят к другим лицам. Генрих II ввел также налог с феодалов взамен военной службы, чтобы на эти деньги содержать наемное войско, и восстановил народное ополчение.
Великая хартия вольностей. В XIII веке в Англии усилилась королевская власть. Ей противостоят феодальные магнаты (бароны), которых поддержали дворяне и городская верхушка. Иоанн Безземельный (1199—1216) вел неудачную войну с Францией и потерпел поражение в конфликте с Папой Римским. Внутри страны он ввел многочисленные поборы. Все это послужило причиной недовольства баронов, лондонской верхушки, которые заставили в 1215 году подписать короля Великую хартию вольностей. В хартии, прежде всего, отражены интересы баронов, земли которых объявлялись свободно наследуемыми владениями. Король не мог требовать от вступившего в наследство барона больший налог, чем это установлено в феодальном договоре. Согласно хартии, король был обязан расширить юрисдикцию баронов по искам о собственности и обещал устранить произвол в отношении денежных поборов с баронов. Хартия отстаивала также интересы церкви и духовенства, для которых была провозглашена свобода церковных выборов. Лондон и другие города сохранили древние вольности, в том числе для купцов — вести торговлю, въезжать и выезжать из городов. Согласно хартии, совет королевства — собрание всех королевских вассалов, являвшийся по существу прототипом палаты лордов. В хартии указано, что ни один свободный человек не может быть объявлен вне закона и изгнан не иначе, чем по законному приговору и по закону страны.
Абсолютная монархия. Абсолютизм в Англии возникает при правлении короля Генриха VII (1457—1509), который подавил мятежи крупных феодалов и укрепил королевскую власть. Опорой короля стало новое дворянство и буржуазия. Генрих VIII (1491 — 1547) одержал победу над парламентом, ввел новый вид вероисповедания — англиканство, отделил церковь и провозгласил короля главой церкви. Королевские указы были приравнены парламентом к статутам, что подтверждало полную победу короля. Расцвет абсолютизма в Англии приходится на период правления Елизаветы Тюдор (1533—1603). В это время появились первые колонии, и имел место подъем в экономической и культурной жизни страны. Но абсолютизм не носил завершенный характер, поскольку не было централизованного бюрократического аппарата и постоянной армии. Во времена правления Якова 1 (1566—1625) и Карла I (1600—1649) часто собирались налоги, минуя парламент, который повел борьбу за свои права с королевской властью.
Государственный строй. Тайный совет был высшим органом государства, в компетенцию которого входило управление заморскими колониями, регулирование внешней торговли, рассмотрение некоторых судебных дел. Звездная палата являлась отделением Тайного совета и была учреждена для борьбы с противниками короля. Должность королевского секретаря, который занимается наиболее важными государственными делами, приобретает большое значение. На местах действовали две системы управления: чиновники, назначаемые королем, и лица, выбираемые местным населением.
Источники права. Английское право отличалось запутанностью, сложностью и казуистичностью. Обычное право становится основным источником права. На ранней стадии формирования права короли издавали по каждому конкретному случаю приказы, по образцу которых стороны могли обосновывать свои права. Практика королевских судов стала другим источником права (судебный прецедент). Королевское законодательство или статутное право имело также важное значение. Позже название статута закрепилось за актом, принятым парламентом и подписанным королем. Нормы торгового и канонического права тоже необходимо отнести к источникам средневекового права Англии.
Право собственности. В Англии земельные отношения содержали ряд особенностей. Благородным держанием была рыцарская служба. С XII века личная служба была заменена уплатой «щитовых денег» и переходом к наемному войску. Возникает институт доверительной собственности, который означает формальную передачу лицу в собственность имущества, право управления им и использования его в интересах собственника.
Брачно-семейное право. Находилось под сильным влиянием канонического права. Например, запрещалось двоеженство, которое относилось к фелонии. Семья носила патриархальный характер. Замужняя женщина не имела права выступать в суде и самостоятельно заключать договор. Обычное англосаксонское право признавало развод, а каноническое право не допускало его. В исключительных случаях развод разрешал Папа Римский и английский парламент.
Наследственное право. В этот период Англия не знала единой системы наследования. Завещательное распоряжение было введено вместе с институтом доверительной собственности. С 1540 г. впервые было разрешено завещание недвижимости. Право на первоначальное притязание на движимое имущество лица, которое не оставило завещательного распоряжения, принадлежало супругу.
Судебный процесс. Первоначально носил обвинительный характер, то есть о движении дела заботились сами стороны. В дальнейшем состязательно-обвинительный процесс стал господствующим в судах «общего права» как по гражданским, так и по уголовным судам. «Общее право» исходило по делам об измене и мисдиминорах из презумпции, что молчание — признание вины. При обвинении в фелонии молчавшего подвергали пытке. Многие предпочитали умереть под пыткой, так как, умирая неосужденным, человек спасал свое имущество от конфискации. В «судах общего права» доказательства собирались самими сторонами. После того, как стороны полностью предоставляли свои доказательства, судья должен был суммировать обстоятельства дела и дать совет присяжным, указывая на правовые вопросы по делу. Суд присяжных выносил вердикт о виновности или невиновности обвиняемого единогласно. В силу обвинительного характера процесса в Англии не получил развития институт государственного обвинения. Процесс носил открытый характер.
ИСТОРИЯ И ЛИТЕРАТУРА
РОМАНЫ О НАСЛЕДСТВЕ
АНГЛИЙСКОЕ ОБЩЕСТВО И ТРАДИЦИОННОЕ
ЗЕМЛЕВЛАДЕНИЕ НА РУБЕЖЕ XVIII–XIX ВЕКОВ
(на примере творчества Джейн Остен)
В статье рассматривается такая практика наследования реальной собственности в
среде английского джентри как «ограниченный сеттльмент» на примере романов Джейн Остен. Исследуется само понятие ограниченного сеттльмента, его роль в жизни джентри, влияние на положение наследников мужского и женского пола.
Ключевые слова: английское землевладение, наследство, джентри, ограниченный сеттльмент, доверительный собственник, Джейн Остен, реальная собственность, приданое, вдовья часть наследства, брачный контракт.
В Англии на рубеже XVIII–XIX вв. земельная собственность, финансовая система, политическое влияние и брачные связи базировались на сложной системе наследования. В обыденном сознании наследование связывается со смертью, в то время как в английском обществе XVIII в.
наследство было в большей степени связано с рождением, браком и совершеннолетием. Наследственная система, получившая название «ограниченный сеттльмент», или ограниченное родовое завещательное распоряжение (англ. strict settlement), с момента своего появления в XVII в. и вплоть до 1920-х гг. являлась важной составляющей культуры и жизни земельных собственников. В связи с широким распространением данной практики наследования она была легко узнаваема современниками и «прочитывается» в ранних реалистических романах – «Эвелина» Ф. Берни, «Кларисса» С. Ричардсона, «Гордость и предубеждение» Джейн Остен и др. В каждом из них судьба главной героини напрямую зависит от завещания или родового завещательного распоряжения (settlement).
Эти документы оказывают влияние и на мотивацию поступков второстепенных персонажей романов. «Язык наследства» (inheritance language) прочно вошел в повседневный обиход английского общества XVIII–XIX вв. Наиболее показателен в этом отношении роман Дж. Остен «Гордость и предубеждение», его часто называют «романом о наследстве».
В западной историографии середины ХХ в. появилось множество работ, посвященных исследованию экономических и социальных аспектов семейной жизни английских землевладельцев раннего нового вреИстория и литература мени. Наибольшую известность получила работа Л. Стоуна «Семья, пол и брак в Англии, 1500–1800»1, но задолго до этого исследование семей земельных собственников начал Джон Хэбэкук. Его статьи «Английское землевладение, 1680–1740»2 и «Брачные контракты в XVIII в.»3 вызвали интерес у исследователей как экономической, так и социальной истории Англии. Исследователь показал, что такие факторы как преемственность передачи поместья в рамках одного рода, определенная доля наследника в наследстве, вдовья часть наследства, внутрисемейные отношения и сложная наследственная практика передачи поместья позволили создать «большие поместья» (great estates) в Англии.
Дальнейшие исследования развивались в двух направлениях. На микроуровне – историки сосредоточили внимание на одном из представленных Хэбэкуком аспектов: финансы семьи (К. Клей4, Дж. Беккет5), земельный рынок (Б.А. Холдернес6), «ограниченный сеттльмент» (Дж. Савиль и Б. Инглиш7, Л. Бонфилд8, Э. Спринг9). Другой подход представлен рядом исследований на основе всего спектра вопросов, поднятых сэром Джоном.
Но именно тема «ограниченного сеттльмента» получила наибольшую популярность. Основная дискуссия развернулась на страницах журнала «Обозрение экономической истории» (англ. The Economic History Review) в 80-е гг. ХХ в. между такими авторами как Б. Инглиш, Дж. Савилем и Л. Бонфилдом, Э. Спринг и Л. Бонфилдом. Обсуждались, прежде всего, следующие вопросы: происхождение ограниченного сеттльмента, его характер и влияние данной наследственной практики на рост «больших поместий» в XVIII в. в Англии. В ходе полемики наметилось расхождение взглядов по ключевых вопросам, например, Бонфилд отождествляет strict settlement и marriage settlement, Инглиш, Савиль, Спринг, напротив, считают, что эти понятия не являются синонимичными. Хотя marriage settlements появились задолго до strict settlement, можно согласиться с точкой зрения Бонфилда, что уже в XVII–XVIII вв. брачные соглашения по своему содержанию значительно видоизменились и представляли не что иное как «ограниченный сеттльмент».
2 Habakkuk 1940. P. 2-17.
3 Habakkuk 1950. Р. 15-30.
4 Clay 1968. P. 503-518.
5 Beckett 1977. P. 567-581.
7 English, Saville 1980. P. 556-558.
8 Bonfield 1988. P. 461-466.
9 Spring 1988. P. 454-460.
К. А. Созинова. Романы о наследстве… 183 С чем же связана неоднозначность понимания места и роли «ограниченного сеттльмента» в среде английского провинциального дворянства? В первой половине XVII в. перед юристами общего права встала проблема, как сохранить «большие поместья» богатых клиентов для будущих поколений и снизить риски их разорения и продажи будущими наследниками. Они разработали систему, при которой семейная собственность переходила по наследству строго по мужской линии и контролировалась доверительными собственниками, при этом также оговаривалась доля в имуществе жены, если она переживет мужа и приданое для детей при вступлении их в брак. Такая система и получила название – «ограниченный сеттльмент». Данная практика передачи недвижимого имущества повсеместно применялась английскими землевладельцами с момента ее появления, хотя и сохраняла в себе некоторые средневековые черты, такие как майорат, запрет на дробление родового имущества и исключение женщин из числа наследников. Благодаря сформировавшимся в раннее новое время легальным юридическим механизмам, можно было завещать поместье еще не рожденным наследникам, с уверенностью в том, что после смерти владельца оно не подвергнется каким-то неожиданным изменениям при владении им следующим наследником, а вдова будет обеспечена доходом или частью имущества. Запрет на дробление имения позволял сохранить шансы детей на приданое, что оговаривалось в данном распоряжении. Денежное содержание наследников при этом не было как-то специфически закреплено в правилах наследования.
Хотя устанавливалась определенная сумма на карманные расходы жены (pin money, или «деньги на булавки»). Материальная зависимость наследников позволяла пожизненному владельцу оказывать финансовое давление на них, и определять их образ жизни, влиять на выбор партнера при заключении брачного союза и заставлять вступать в права наследования поместьем в свою очередь. Романы Джейн Остен (1775–1817) являются прекрасной иллюстрацией такой наследственной практики как «ограниченный сеттльмент», его влияния на жизнь провинциального джентри, и, в частности, на положение замужней женщины, наследника поместья, младших сыновей и дочерей.
Материальный достаток джентри основывался на традиционном источнике благосостояния – земельной собственности. Доверительная собственность, установленная посредством «ограниченного сеттльмента», как нельзя лучше в данный период отвечала задачам собственников земли (как аристократии, так и джентри) по сохранению и развитию «больших поместий». Современники Остен С. Кольридж и Э. Бёрк, консерваторы и ярые противники Французской революции, представляли История и литература земельную собственность как некую константу, на которой зиждется стабильность гражданского общества10. Владение земельной собственностью позволяло идентифицировать себя с нацией в большей степени, чем занятие коммерцией. Глубокое знание состояния дел в сельской местности, где проживала большая часть нации, делало землевладельцев «естественным» правящим классом. Бурное развитие коммерции приносило людям незнатного происхождения огромные доходы, которые, зачастую, превышали поступления с дворянских поместий старейших английских фамилий. Люди, занимающиеся торговлей, имели материальный достаток, но их происхождение закрывало им дорогу во властные структуры, в том числе и в парламент. Дворянское сословие, как могло, игнорировало их, стараясь подчеркнуть их низкое происхождение. Мисс Вудхаус (роман «Эмма»), чья семья принадлежала к уважаемому дворянскому роду, следующим образом характеризует семейство Коулов: «…дружелюбные, радушные, простые, но… низкого происхождения, из торговцев, так что причислить их к хорошему обществу можно было лишь с большой натяжкой»11.
На рубеже XVIII–XIX вв. распоряжение «реальной» собственностью сопровождалось рядом определенных формальностей и ограничений. Во всех романах Дж. Остен мы встречаемся с такими понятиями как «наследование» (inheritance), «вдовья часть имущества» (jointure) и «приданое»
или «доля наследника в наследстве» (portion). Ее современники и читатели с полуслова понимали, о чем идет речь, и были отлично знакомы с процедурой передачи имущества при «ограниченном сеттльменте».
Имущество супругов в браке было общим. Хотя собственность невесты переходила мужу, семейные юристы заботились о будущей безопасности как ее, так и ее детей. Распоряжение имуществом по правилам «ограниченного сеттльмента» было достаточно противоречивым и распространялось на несколько поколений вперед. Однажды достигнутая договоренность по поводу наследования не подлежала изменению, пока на свет не появится наследник мужского пола и ему не исполнится двадцать один год. Тогда, если пожизненный владелец будет еще жив,
10 См.: Coleridge 1972; Burk 1993. На рубеже XVIII–XIX вв. в Англии такой
важнейший институт общего права как право собственности очевидно сохранял, унаследованное со времен средневековья, деление имущества на «реальную» и «личную»
собственность (Право Англии 1998. С. 553). К «реальной» собственности относилась земля, родовая недвижимость и титулы. В отличие от «реальной» собственности «личная» собственность, к которой относили деньги, движимое имущество, акции и облигации, была слишком непостоянна и обладала лишь эфемерной ценностью.
11 Остин 2001. С. 187.
К. А. Созинова. Романы о наследстве… 185 можно будет изменить распоряжение (resettlement). Даже маленький Генри Дэшвуд связан с поместьем Норлэнд (роман «Чувство и чувствительность»). С момента его рождения воля владельца имения вступает в силу, хотя Генри может наследовать и другую собственность.
Одним из способов контроля за сохранением собственности в рамках «ограниченного сеттльмента» было назначение доверительного собственника (trustee), который выступал номинальным собственником «доверительной собственности», но реальным ее собственником являлся «бенефициар» (выгодоприобретатель). Управление в пользу другого лица, в рамках учреждения «доверительной собственности», было распространенным явлением. Кроме того, доверительный собственник защищал имущественные права наследников, жены или вдовствующей матери. Отец Дж. Остен был доверительным собственником поместья на Антигуа, принадлежащего одному из его оксфордских сокурсников, Джеймсу Лэнгфорду Ниббсу (James Langford Nibbs)12. Доверительные собственники имели право принять меры в случае, если наследственные обязательства или выплаты по закладной не соблюдались ввиду расточительной жизни наследника. Они могли конфисковать часть поместья и организовать отдельное управление им. Пожизненный владелец (life tenant) обладал правом владения собственностью лишь на протяжении своей жизни. Он не являлся абсолютным собственником: он не мог ни продать, ни заложить землю, за исключением целей, предусмотренных ограниченным сеттльментом. Когда в романе речь идет о человеке, обладающем земельной собственностью, который имеет доход или наследует столько-то тысяч фунтов, под этим подразумевается годовой доход с поместья в виде пожизненной ренты (доход со своих земель).
В романе «Гордость и предубеждение» обнажаются все недостатки «ограниченного сеттльмента». Трагедия семьи Беннет заключалась в том, что наследовать их имение предстояло мистеру Коллинзу (двоюродному племяннику мистера Беннета), так как у мистера Беннета не было сына. О чем писательница сообщает своим читателям буквально на первых страницах романа: «Почти вся собственность мистера Беннета заключалась в имении, приносившем две тысячи фунтов годового дохода. На беду его дочерей, имение это наследовалось по мужской линии и, так как в семье не было ребенка мужского пола, переходило после смерти мистера Беннета к дальнему родственнику»13. Система майората, положенная в основу «ограниченного сеттльмента», предполагала наследование по принци
пу первородства и по мужской линии. Женщины в системе майората из наследования или вовсе исключаются, или уступают место мужчинам в одном и том же колене, линии или степени родства (такова ситуация в романе). Таким образом, главная героиня Элизабет, отвергая предложение мистера Коллинза, понимала на какой рискованный шаг она идет, ведь не имея никаких обязательств перед ее семьей, мистер Коллинз мог вполне оставить сестер Беннет на улице после смерти их отца. О чем мистер Беннет им открыто заявляет: «…мистер Коллинз, тот самый, который после моей смерти сможет вышвырнуть вас из этого дома, как только ему заблагорассудится»14. Отменить действие документа о наследовании можно было только специальным парламентским актом.
Этот и другие сюжеты во многом основаны на личном опыте самой писательницы.
В конце 1800 г. ее отец Джордж Остен решает уйти на покой и передать свой Стивентонский приход своему старшему сыну Джеймсу и объявляет об этом родным. Осенью 1801 г. он с женой и двумя незамужними дочерями переезжает в Бат. Джейн болезненно переживала переезд из Стивентона. В письмах к сестре Кассандре она высказывает явное неудовольствие по поводу того, что их брат с женой стараются как можно быстрее устроить переезд. Она даже отказалась приехать на годовщину их свадьбы 16 января 1801 г.: «Меня пригласили, но я отказалась»15. Кроме того, ввиду переезда, была распродана часть обстановки, пианино, нотные тетради Джейн и библиотека Джорджа Остена. Известно, что Джейн просила своего брата Джеймса выкупить книги из библиотеки отца по гинее за том (письмо от 14 января 1801 г. сестре Кассандре16), чтобы частично сохранить библиотеку отца.
Часть из них он действительно у него купил, но не ясно по какой цене.
В письме от 21 мая 1801 г. она с горечью пишет сестре, что с продажи книг удалось выручить мало денег и замечает, что «весь мир словно сговорился обогатить одну часть нашей семьи за счет другой»17. Хоть эти слова и были написаны по поводу неудачной распродажи книг, но в целом они отражают сложность материального положения писательницы и ее сестры, семьи Остенов. Будучи незамужними женщинами и не имея своего капитала, они во всем были зависимы от родственников.
Но на этом история со Стивентонским приходом не закончилась, в 1819 г. умирает Джеймс Остен и приход переходит к следующему по старшинству брату писательницы – Генри. Вдове Джеймса с детьми
пришлось покинуть Стивентон – так же, как и Джейн двадцать лет назад. Исследовательница К. Томалин приводит воспоминания Каролины (дочери Джеймса): «он [Генри] оказывал маме должное внимание, но не мог сдержать собственных чувств, и было не слишком приятно видеть энтузиазм того, кто приобрел все, чем прежде владел ты»18.
Если поместье передавалось только по мужской линии, то отсутствие у старшего сына наследника мужского пола порождало поиски такового среди возможных наследников мужского пола, рожденных или еще нет. Часто вступление в право наследования представителей дальней ветви семейного древа сопровождалось сменой имени. Так в семье Остен дальние бездетные родственники Найты усыновили Эдварда Остена (третий сын Джорджа Остена). После смерти Томаса Найта в 1794 г. Эдвард и все его дети изменили свое имя с Остен на Найт, чтобы вступить в права наследования. В связи с этим, Эдвард Остен несколько лет вел судебное разбирательство со своими соседями Хинтонами (дальними родственниками). Они подали судебный иск, в котором утверждали, что «документ, относившийся к началу века и отменявший ограничительное наследование имуществом, был составлен неточно и на самом деле наследниками большого дома и всех земель являлись они»19. Впоследствии спор был урегулирован, но Эдвард выплатил соседям 15 тысяч фунтов20.
Если человек умер без завещания (очень редкий случай), государственные власти приводили в исполнение право старшего сына на наследование, хотя, если остались наследники только женского пола, поместье могло быть разделено между ними. Не все семейства джентри устанавливали «ограниченный сеттльмент» на свое поместье. Оно могло наследоваться не только по мужской линии, но и по общей, включающей женщин или даже просто по женской линии.
Например, имение Розингс наследовала единственная дочь леди Кэтрин де Бёр («Гордость и предубеждение»), об этом мы узнаем из разговора мистера Коллинза со своими кузинами:
– У нее всего одна дочь – наследница Розингса, весьма значительного имения…
– В таком случае она гораздо счастливее многих других барышень»21.
Хотя сама леди Кэтрин де Бёр критикует порядок наследования по мужской линии, она предназначает свое поместье и дочь для мистера
Дарси. Она открыто заявляет: «Но вообще я не одобряю, когда женщин в семье лишают наследственных прав. В семействе сэра Льюиса де Бёра, слава богу, не сочли нужным заводить этот порядок»22.
Так как наследование по мужской линии не было законом, а только обычаем, такие же неписанные правила устанавливали и соотношение приданого (в денежном эквиваленте или собственности), которое должна иметь девушка на момент вступления в брак и того имущества, которое получит жена, если переживет своего мужа (в соотношении 10:1 в этот период)23. Вдова больше не имела права на традиционную третью часть от земли своего мужа24, даже если эта земля принадлежала ей до вступления в брак, и она финансировала ее разработку. Единственным остатком от вдовьей части наследства (dowry), полагающейся ей по той системе, которая существовала в предыдущем XVII в., было право на дом вдовы в поместье. Здесь вдова титулованного лица, сохраняющая прежний титул, могла провести остаток своих дней, если только она не предпочтет этому, как миссис Рашворд («Мэнсфилд-парк»), комфорт городской модной жизни.
Брак, на языке того времени, был сделкой. На рынке невест была большая конкуренция и нельзя отказать мистеру Коллинзу в справедливости его оценки относительно положения на нем Элизабет Беннет, которой на момент его предложения о браке было двадцать три года. Ее возраст действительно внушал подозрения о возможности ее семейного счастья: в романе часто встречаются суждения такого рода – «Джейн уже скоро будет у нас старой девой, ей уже почти двадцать три»25. Приданое и вдовья часть наследства могли повлиять на дальнейшее развитие и сохранение поместья, т.к. любое изменение и усовершенствование в поместье было возможно для пожизненного владельца только помимо доходов с ренты или при переоформлении наследования в прямое.
В романах постоянно встречаются рассуждения о том, какую роль сыграет поместье при заключении брака или о том, что младших сыновей спасет только удачная женитьба. Младших сыновей, потенциаль
См.: Jones 2005. Р. 271.
24 В брачном контракте (marriage settlement») вдовья часть имущества обозначалась как dowry, но с распространением strict settlement она постепенно заменяется на jointure. При обозначении вдовьей части имущества в документе как dowry, подразумевалось, что вдова могла рассчитывать на одну треть поместья или получить эквивалентную стоимость земли в денежном выражении, при условии, что жена переживет своего мужа. Jointures обычно были меньше, чем одна треть поместья, но они обеспечивали стабильность и хороший доход.
25 Остен 2003. С. 498.
К. А. Созинова. Романы о наследстве… 189 ных наследников, часто обучали праву, покупали офицерские должности, помогали с капиталом в открытии дела, или искали покровителя для продвижения на государственной службе. Такие «Остеновские»
семьи как Тилни и Брендоны обеспечивали армию офицерским составом, который приносил славу своему классу и стране. Благодаря различным семейным связям, смогли продвинуться по службе на флоте братья писательницы Фрэнк и Чарльз.
«Несмотря на ту важную роль, которую отводила Конституция церкви, только в XVIII в. она, через появление права обслуживания нескольких приходов, стала прибыльным местом, а священник – приемлемой профессией»26, что было отлично известно мисс Остен (ее отец был приходским священником). Благодаря своему родственнику Томасу Найту из Годмершема, он получил приход Стивентон в Хэмпшире. Через два года дядюшка купил для него близлежащий приход Дин. Джеймс, а позднее и Генри Остен (хотя для последнего это было вынужденной мерой, к духовной карьере он не готовился) также стали приходскими священниками. Именно английское провинциальное дворянство закрепило связь государства и церкви, соединив дух религии и истинного джентльмена.
Наследственные права женщин вполне сравнимы с положением младших сыновей, которые зачастую были вынуждены самостоятельно искать себе источник доходов, выбирая государственное, военное или духовное поприще. Но тем самым они стали именно той движущей силой, которая сыграла важную роль в развитии британской нации. Проблема брака, тем не менее, для них также являлась проблемой в первую очередь имущественного плана. Показателен следующий застольный разговор относительно имущественного положения младших сыновей, по английским законам лишенных права наследования состояния своих отцов: «Младшие сыновья не могут жениться на тех, кто им нравится»,
– говорит один. Другой добавляет: «Если только они не делают предметом своего увлечения женщин с состоянием, что как я полагаю, случается довольно часто»27. Полковник Фицуильям, младший брат мистера Дарси также отмечает, что «…привычка жить на широкую ногу делает нас зависимыми от денег. Между людьми моего круга мало смельчаков, позволяющих себе вступить в брак, не задумываясь о средствах, которые они смогут в дальнейшем располагать… младшие сыновья не могут жениться на девушке, которая пришлась им по душе»28.
«Ограниченный сеттльмент» сужал права пожизненного владельца, но только определенными способами, которые были зафиксированы юридически. Так, сэр Элиот не может исключить несимпатичного ему Уильяма Уолтера из числа наследников, т.к. у него нет наследников мужского пола («Доводы рассудка»). Мистер Беннет и мистер Дэшвуд не могут продать или заложить землю, чтобы обеспечить своим дочерям более солидное приданое. Джон Дэшвуд, однако, рубит деревья, огораживается и прикупает соседнюю ферму («Чувство и чувствительность»). Многие условия наследования нарушались, но только если в этом можно было усмотреть пользу и выгоду для будущего владельца. Например, даже если женитьба не принесла Джону Дэшвуду ожидаемого обогащения, как и наследство матери, для него оставалось возможным провести изменения в своем поместье, заложив его. Новые виды кредитов, ссуд под залог и страховки, которые появились в результате развития банковского дела в новое время, также стали доступными для использования в целях сохранения целостности и дальнейшего развития поместья.
Таким образом, благосостояние и самоидентификация английского провинциального джентри были напрямую связаны с владением земельной собственностью. Необходимость сохранить ее в целостности для будущих поколений, привела к формированию в XVII в. особой системы, получившей название «ограниченный сеттльмент», при которой семейная собственность переходила по наследству по мужской линии и контролировалась доверительными собственниками. Эта практика оказала влияние не только на сохранение «больших поместий», но подспудно воздействовала и на внутрисемейные отношения, оказывая психологическое и социальное давление на отдельных членов семьи.
Все романы Дж. Остен построены вокруг проблем наследственного статуса того или иного персонажа и заключения брачного союза, тем самым являясь источником, богато иллюстрирующим эпоху. Появление такого романа как «Гордость и предубеждение» показывает насколько «язык наследства» вошел в повседневный обиход английского общества, став неизменной составляющей речевой практики.
«Новый реалистический роман» основывался, в первую очередь, на опыте повседневной жизни, и использовал ее язык, что и позволяло столь полно отразить действительность. Романы Джейн Остен наглядно демонстрируют, что такая наследственная система как «ограниченный сеттльмент» не просто лежала в основе экономического благосостояния дворянского поместья, но и была своеобразной осью, на которой основывалась стабильность всего английского общества.
К. А. Созинова. Романы о наследстве… 191
БИБЛИОГРАФИЯ
Бельский А.А. Английский роман 1800–1810 гг. Учеб. пособие по спецкурсу для студентов филол. фак. Пермь, 1968.
Остен Дж. Гордость и предубеждение. Нортенгерское аббатство. Романы/ Пер. с англ. И. С. Маршака. Пермь: КАПИК, 1993. 512 с.
Остен Дж. Чувство и чувствительность; Гордость и предубеждение; Леди Сьюзен:
Романы; Повесть/ Д. Остен; Пер. с англ. И. Гуровой, И. Маршака, А. Ливерганта;
Вступ. ст. Е. Ю. Гениевой. М.: Пушкинская библиотека: АСТ, 2004. 709 c.
Остен Дж. Эмма. Доводы рассудка: Романы/ Д. Остен; Пер. с англ. М. Кан, Е. Суриц; Оформ. А. Яковлева. М.: ЭКСМО-Пресс, 2001. 640 c.
Право Англии/ История государства и права зарубежных стран. Под. ред. Н.А. Крашенинниковой. Ч.2. М., 1998. 712 c.
Томалин К. Жизнь Джейн Остен: биография/ Пер. С англ. А. Дериглазовой. СПб.:
Азбука, Азбука-Аттикус, 2014. 448 с.
Beckett J.V. English landownership in the later seventeenth and eighteenth centuries: the debate and the problems// The Economic History Review, 2nd ser., Vol. 30, 1977.
Bonfield L. Strict settlement and the family: A Differing View// The Economic History Review, New Series, Vol. 41, No.3 (Aug. 1988). P. 461-466.
Brabourne E. Letters of Jane Austen. London: Bentley, 1884. URL:
http://www.pemberley.com/janeinfo/brablet4.html#letter27 Burk E. Reflections on the Revolution in France. Oxford, 1993.
Clay C. Marriage, inheritance and the rise of large estates in England, 1660-1850// The Economic History Review, 2nd ser. Vol. 11. 1968. P. 503-518.
Coleridge S.T. On the constitution of church and state. L., 1972.
Duckworth A.M. Reviewed work(s): Domestic Realities and Imperial Fictions: Jane Austen’s Novels in Eighteenth-Century Contexts / Maaja A. Stewart Source // Nineteenth-Century Literature. 1995. Vol. 50. No. 1. P. 106. URL: http://www.jstor.org/stable/2933877.
English B., Saville J. Family settlement and the “Rise of Great Estates”// The Economic History Review, New Series, Vol. 33, No. 4 (Nov. 1980). P. 556-558.
Jones C. Landownership. Jane Austen in context. N.Y., 2005. P. 269-277.
Habakkuk H.J. English Landownership, 1680-1740// Economic history review. Ist ser. X, Feb. 1940. P. 2-17.
Habakkuk H.J. Marriage settlements in the Eighteenth century// Transactions of the Royal Historical Society, 4th ser. XXXII. 1950. Р. 15-30.
Holderness B.A. The English land market in the eighteenth century: the case of Lincolnshire// Economic history review. 2nd ser. XXVII. 1974. P. 557-576.
Spring E. Strict settlement: its role in family history// The Economic History Review, New Series, Vol. 41, No. 3 (Aug. 1988). P. 454-460.
REFERENCES
Bel’skii A.A. Angliiskii roman 1800-1810 gg. Ucheb. posobie po spetskursu dlya studentov filol. fak. Perm’, 1968.
Osten Dzh. Gordost’ i predubezhdenie. Nortengerskoe abbatstvo. Romany/ Per. s angl. I. S.
Marshaka. Perm’: KAPIK, 1993. 512 s.
Osten Dzh. Emma. Dovody rassudka: Romany/ D. Osten; Per. s angl. M. Kan, E. Surits;
Oform. A. Yakovleva. M.: EKSMO-Press, 2001. 640 c.
История и литература Osten Dzh. Chuvstvo i chuvstvitel’nost’; Gordost’ i predubezhdenie; Ledi S’yuzen: Romany; Povest’/ D. Osten; Per. s angl. I. Gurovoi, I. Marshaka, A. Liverganta; Vstup. st. E.
Yu. Genievoi. M.: Pushkinskaya biblioteka: AST, 2004. 709 c.
Pravo Anglii/ Istoriya gosudarstva i prava zarubezhnykh stran. Pod. red. N.A. Krasheninnikovoi. Ch.2. M., 1998. 712 c.
Tomalin K. Zhizn’ Dzhein Osten: biografiya / Per. S angl. A. Deriglazovoi. SPb.: Azbuka, Azbuka-Attikus, 2014. 448 s.
Beckett J.V. English landownership in the later seventeenth and eighteenth centuries: the debate and the problems// The Economic History Review, 2nd ser., Vol. 30, 1977. P.
Bonfield L. Strict settlement and the family: A Differing View// The Economic History Review, New Series, Vol. 41, No.3 (Aug. 1988). P. 461-466.
Brabourne E. Letters of Jane Austen. London: Bentley, 1884.
Burk E. Reflections on the Revolution in France. Oxford, 1993.
Clay C. Marriage, inheritance and the rise of large estates in England, 1660-1850// The Economic History Review, 2nd ser. Vol. 11. 1968. P. 503-518.
Coleridge S.T. On the constitution of church and state. L., 1972.
Duckworth A.M. Reviewed work(s): Domestic Realities and Imperial Fictions: Jane Austen’s Novels in Eighteenth-Century Contexts / Maaja A. Stewart Source // NineteenthCentury Literature. 1995. V. 50. No. 1.
English B., Saville J. Family settlement and the “Rise of Great Estates”// The Economic History Review, New Series, Vol. 33, No. 4 (Nov. 1980). P. 556-558.
Jones C. Landownership. Jane Austen in context. N.Y., 2005. P. 269-277.
Habakkuk H.J. English Landownership, 1680-1740// Economic history review. Ist ser. X, Feb. 1940. P. 2-17.
Habakkuk H.J. Marriage settlements in the Eighteenth century// Transactions of the Royal Historical Society, 4th ser. XXXII. 1950. R. 15-30.
Holderness B.A. The English land market in the eighteenth century: the case of Lincolnshire// Economic history review. 2nd ser. XXVII. 1974. P. 557-576.
Spring E. Strict settlement: its role in family history// The Economic History Review, New Series, Vol. 41, No. 3 (Aug. 1988). P. 454-460.
Созинова Ксения Андреевна, аспирант Института гуманитарных наук и искусств Уральского федерального университета им. Б.Н. Ельцина; makrushina86@list.ru Inheritance novels: English society and traditional English landownership in the late 18th – early 19th centuries (Jane Austen’s novels) The author discusses inheritance practices among the English gentry, in particular, the «strict settlement», using the example of Jane Austen’s novels. The article studies the concept of the strict settlement, its role in the life of the gentry and its impact on the position of heirs male and female.
Keywords: English landownership, inheritance, gentry, strict settlement, trustee, Jane Austen, real property, portion, jointure, marriage settlement.
Ksenia Sozinova, Ural State Federal University (Yekaterinburg), postgraduate student, makrushina86@list.ru
«РЯБИНИН И.А. ИСТОРИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ, СТАНОВЛЕНИЯ И РАЗВИТИЯ ЛОГИКО-ВЕРОЯТНОСТНОГО АНАЛИЗА В МИРЕ 1950 – 1955 г.г История возникновения логико-вероятностного анализа (ЛВА) в СССР непос. »
«HEATEX AB QUALITY & COMPETENCE ПРЕЗЕНТАЦИЯ КОМПАНИИ HEATEX AB. ВЕДУЩАЯ СИЛА В МИРЕ РЕКУПЕРАЦИИ ТЕПЛА В СИСТЕМЕ ВОЗДУХ-ВОЗДУХ История. Технологиями рекуперации тепла компания Heatex начала заниматься еще в 60-х гг., то есть с самого начала производст. »
«DOI: 10.15826/qr.2015.1.091 Сергей красильников УДК 94(470):327(075.8) Иван кузнецов О НОвОй вЕРСИИ РОССИйСкОй ИСтОРИИ Рец. на: Кагарлицкий Б. Ю. История России : Миросистемный анализ : учебное пособие / Б. ю. кагарлицкий, в. Н. »
«Олег Девлетов История отечественного предпринимательства «Директ-Медиа» УДК 338.22(075.8) ББК 65.9(2)09-03я73 Девлетов О. У. История отечественного предпринимательства / О. У. Девлетов — «Директ-Медиа», 2015 Учебное пособие разработано в соответствии с требованиями государ. »
«Возраст 4-6 лет Год обучения – второй Цикл № 3 Судей Израилевых Урок № 15 Дата_ Тема: Показать детям, что мудрость дает Бог Цель: Книга Судей 4, 5 главы Библейский источник: Служение Деворы Библейская история: «Ибо Господь дает мудрость;Золотой стих: из уст Его знание и разум» Притчи 2 глава 6 стих Побудить детей просить мудрости у Бога Практическа. »
«Л.А.Таймасов Национальная библиотека Ч Р к язат’энвл Л.А. Таймасов ИСТОРИЯ первого ЧУВАШСКОГО ПРАВОСЛАВНОГО МОНАСТЫРЯ Чебоксары УДК 27 ББК 86.37 Т14 Рецензенты: д-р ист. наук А.Г. Иванов, д-р ист. наук В.П. »
«III. Физические основы электронной микроскопии высокого разрешения (ИЗБРАННЫЕ ГЛАВЫ) Проф., дфмн Суворов Э.В. ИНСТИТУТ ФИЗИКИ ТВЕРДОГО ТЕЛА РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК Диаграммы спектра электромагнитных колебаний Микроскопия в видимом диапазоне длин волн Современный Микроскоп 1875 год микроскоп История вопроса. »
«ОБЩЕСТВЕННОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ АЗЕРБАЙДЖАНСКИХ ИСТОРИКОВ «ИРШАД» ЦЕНТР ИСЛАМОВЕДЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ Рауф Алишир оглу ГУСЕЙНЗАДЕ КАВКАЗ И АРМЯНЕ БАКУ 2014 Рауф А.Гусейнзаде Набор и компьютерный дизайн: Айгюн Рамазанова Научный редактор: Рафик А. »
«98 ТВОРЧЕСТВО МОЛОДЫХ УЧЕНЫХ Е.А. Левин ФУТБОЛ КАК ФЕНОМЕН ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЖИЗНИ В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ Аннотация. В данной статье рассмотрено взаимодействие футбола, как массового спорта и социального феномена, с политической сферой общества. Разобран. »
«ИСТОРИЯ Северо-итальянские городские коммуны sub specie romanitatis в XI–XV веках (на примере эпиграфических памятников Пизы, Генуи, Болоньи, Модены, Милана) Д.В. Вальков m etneg ecipsa cnah, s eica etcelf cnu n san i m eg cuH.sou t euqs. »
Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.