карпатские легенды и мифы нечести
Легенды Карпат – какие истории хранят загадочные горы?
Путешественники, побывавшие в Карпатах, не перестают восхищаться красотой природы и первозданным колоритом этой местности. Удивительные горы не только способны удивить прекрасными пейзажами, но и хранят множество легенд, которые рассказывают местные народы.
Эти предания переносят нас в волшебный мир таинственных созданий и удивительных историй, связанных с достопримечательностями Карпатских гор. Неудивительно, что жители этого края так трепетно хранят эти легенды. В них – часть истории и культуры карпатских народов. Что же могут нам поведать сказания Карпат?
Красавица Даяла
Как гласят предания, когда-то в одной из карпатских деревень жила девушка Даяла, что по красоте превосходила всех своих сверстниц. Дом Даялы располагался на скалистом склоне, с которого можно было увидеть окрестные долины. О красоте девушки и её небесно-синих глазах говорили во всех селениях Карпат. Много юношей сваталось к красавице, да только все они получали отказ. Даяла гордилась своей красотой, считая себя королевой этих гор.
В этой же деревне жил высокий статный парень Павел, известный как превосходный гусляр. Ни один праздник в Карпатах не обходился без чудесной музыки Павла. Он, как и многие другие, был очарован Даялой, однако решил действовать настойчивее.
Ни один праздник не обходился без чудесной музыки Павла / © Наталья Вишнякова
Более того, односельчане замечали, что и девушка относится к нему с симпатией. Перед Масленицей он подошёл к Даяле и напрямик сказал, что просит её руки. Гордая красавица удивилась, но решила подшутить над влюблённым. “Я стану твоей женой, – сказала она. – Если ты в полночь придёшь к моему дому и станешь играть на гуслях”.
С приходом ночи Павел вышел из дома и направился к скале, где находилось жилище Даялы. Дорога была долгой, и ему приходилось идти через лес. Несколько раз голодные волки пытались атаковать юношу, но он сумел отпугнуть их музыкой.
Когда девушка не вышла послушать его игру, Павел понял, что Даяла обманула его / © Felikc / photo.99px.ru
Оказавшись у дома возлюбленной, парень опустился на камень и принялся играть на гуслях. Увы, девушка не слышала его. Лишь кто-то из её соседей гневно прикрикнул на Павла, обвинив, что тот не даёт людям спать. Лишь тогда молодой человек понял, что его обманули.
В отчаянии он взошёл на самую высокую скалу. Долго он смотрел на дом Даялы, а потом уснул. Утром Павла нашли мёртвым. Он замёрз, обнимая свои гусли. После этого люди прокляли гордую Даялу, а сама она до конца своих дней оплакивала погибшего Павла. Говорят, что и сегодня у горы Пикуй бродит дух девушки, что сама разрушила своё счастье.
Говорят, что и сегодня у горы Пикуй бродит дух девушки, что сама разрушила своё счастье / velukuy.blogspot.com
Предание об озере Синевир
Поистине чарующая легенда сохранилась об озере Синевир, что располагается в горах. Как рассказывают местные жители, когда-то в карпатской долине жил граф, дочь которого звали Синь – за прекрасные синие глаза цвета неба. Однажды граф решил проверить, хорошо ли работают его лесорубы, а девушка попросила взять и её с собой.
Пока отец следил за ходом работ, Синь отправилась гулять по лесу. Неспешно идя по тропинке, она вышла на поляну, где паслись овцы. Юный пастух Вир играл на своей свирели, и девушка невольно заслушалась.
Молодые люди познакомились, а Синь не заметила, как настал вечер – она могла бы слушать игру красавца Вира целую вечность. Влюблённые Синь и Вир стали видеться каждый день. Конечно, приходилось делать это тайно, ведь граф не одобрил бы общение дочери с пастухом.
Синь и Вир стали видеться каждый день.
Михаил Васильевич Нестеров «Весна красна», 1922 год
Местонахождение: Республиканский художественный музей, Донецк, ДНР
Озеро Синевир, созданное из слёз,олицетворяет вечную любовь / © Jurgg / drive2.ru
Легенда о Пруте и Говерле
Каждый, кто бывал в Карпатах, непременно слышал о самой высокой горе – Говерле. С ней связано ещё одно предание. Рассказывают, что некогда в горном селе жил парень по имени Прут. Заночевав однажды в горах, он увидел дивный сон – о прекрасной девушке, что сидела возле него.
Проснувшись, Прут решил непременно найти эту красавицу – он был уверен, что она существует и наяву. На следующий день Прут снова уснул под елью в роще, после чего в сновидении вновь увидел незнакомку.
Переборов себя, парень прогнал сон и открыл глаза. Поразительно, но девушка по-прежнему стояла перед ним, не собираясь исчезать. Это была дочь горного короля, которая искренне полюбила молодого пастуха Прута.
Некогда в горном селе жил парень по имени Прут.
Корнил Устиянович «Гуцул», 1891 год
Местонахождение: Национальный музей им. Шептицкого, Львов,Украина
Увидевшись несколько раз, влюблённые поняли, что не смогут жить друг без друга. Но Прут не мог постоянно находиться в лесу, а Говерла (именно так звали девушку) не могла уйти к людям, ведь была не совсем человеком. Узнав о любви своей дочери, горный король проклял её.
Забыв обо всём от горя, Говерла поднялась на самую высокую скалу и бросилась вниз. Напрасно Прут искал возлюбленную. Он лишь слышал её голос, но понимал, что Говерла уже никогда не сможет возвратиться в наш мир. Вскоре бесследно исчез и сам пастух. Говорят, что он превратился в реку Прут, что всегда едина с горой, у которой протекает – Говерлой.
Потекла горная речка, прокладывая себе путь между скалами. Люди назвали ту речку Прутом, а гору – Говерлой / © Юлия Устиновская / photographers.ua
Вот такие печальные, но по-настоящему волшебные легенды Карпат. Местные жители горных районов хранят множество историй о разных уголках своего края. Со многими местами в Карпатах связаны предания, что позволяют нам перенестись в прошлое и узнать о судьбах героев, в честь которых названы горы, леса, озёра, реки.
Карпатские мольфары, кто они? (8 фото + 1 видео)
Из-за высоких, поросших густым лесом гор, неба почти не видать. Время от времени Карпаты умело преобразовывают свой внешний облик, очаровательная неповторимость которых надолго запоминается, и пленяет сердца.
Известно, что гуцульский край заполняет волна несметного количества мифов, сказок, легенд, былин и преданий. И неудивительно, что именно в этой местности водятся различные фантастические человекоподобные существа вроде мавки, русалки, водяного, лесного, полевого, кладника, перелесника, змея, мары, криксы, упыря, вурдалака, вия, вихря, богини, чугайстера, домового, черта, волшебника. Вся территория Карпатских гор принадлежит гуцульскому краю. Гуцульщина, очаровательный карпатский край, и очень богатая на фольклор местность. Вы в этом легко убедитесь, хоть раз посетив его.
В сказочной стране, легендами дышит каждая тропа, и любой камень. Какой местный житель не знает здесь множества интересных рассказов и былин, их вы не найдетe ни в одной книге. Цивилизация ничуть не затронула основные традиции здешнего народа, и не повлияла на их образ жизни и творчество. Психология этнической культуры населения Карпатских гор во многом зависит от окружающей природы. Разнообразие и колоритность воплощается также в гуцульском творчестве, философии, верованиях.
Религия гуцул своеобразна, приукрашена местными обрядами, народными приметами, и основана на сверхъестественных, и потусторонних силах. Эти одаренные, темпераментные, жизнерадостные горцы, научились сочетать христианскую религию, с древними атрибутами религиозных верований, культ которых имеет глубокие исторические корни.
В эпоху Древней Руси их функция была значительно шире. Они владели силой влияния слова, и гипнотическими способностями, могли предвидеть будущее, и укрощать стихию. Мольфары ведут свое начало от древних волхвов, служителей древнеславянского культа, которые жили в дохристианский период. Кстати, относительно отведенной им роли в общественной жизни, некоторые этнографы свидетельствуют, что отчасти их власть была значительнее, чем у князей. Во времена язычества, в 9–10 ст. на Руси действительно существовали могущественные вещуны, способные поднять руку на местную знать (старую челядь), и даже на киевского боярина с дружиной. Эти деятели, сфера влияния которых захватывала дела гражданской и общественной жизни, обеспечивались огромной поддержкой простого народа. Сохранившиеся до наших дней летописи повествуют о магических обрядах вещунов, их пророчествах, и способах врачевания.
Среди карпатского населения, мольфары пользовались уважением, их часто побаивались, но никогда не пренебрегали. На ступенях общества мольфaры до сих пор занимают почетное место. Теперешние мольфары утверждают, что ремесло их существовало по всей Древней Руси, но со времен развития христианства, они откочевывали, и поселились в Карпатских горах, где их не гнали, и не преследовали.
Вообще, в мольфарской традиции многие обряды, ритуалы и священные предметы связаны с громом, грозой, молнией. У карпатских магов есть универсальное слово – «громовица». Это и название самой грозы, и дерево, пораженное молнией (из него делают лучшие музыкальные инструменты, а щепки такого дерева мольфары используют для окуривания людей, страдающих нервными расстройствами). «Громовица» – это и священный предмет, изготовленный из такого «громового дерева», с помощью него мольфар лишает злых колдунов и ведьм силы. А в дохристианские времена в карпатском и южнославянском регионе «громовицами» называли небесных дев – покровительниц отважных воинов. Можно вспомнить и Громовицу – женскую ипостась бога-громовника в южнославянской мифологии… Особое значение в шаманской традиции Карпат имеют «громовые камни», упавшие во время грозы с неба, а также «камни-молнии» – округлые черные камешки неизвестного происхождения. Их находят обычно возле деревьев, пораженных молнией, и мольфары утверждают, что это ядра шаровых молний. Во всяком случае, ни на одну минеральную породу, известную в Карпатах, они не похожи. Мольфар использует эти камни при исполнении особых магических обрядов.
Интересно, что у инков тоже был культ грозы, молнии. И в своих магических ритуалах они тоже использовали «громовые камни». Эти камни метеоритного происхождения, упавшие на землю во время грозы, считались у инков священными. А своего главного культурного героя Виракочу инки называли «грозовым посланником».
на фото гуцульская дрымба.
Целительство является важной частью этой традиции. Лечит мольфар заговорами, освященной водой, минералами и, естественно, травами и зельями, которые сам и собирает в строго определенный дни и часы. Коренья – во второй половине дня, наземную часть растений – в первой. Есть травы, которые собираются только на рассвете, а иные требуют ночной поры. Ведь каждая трава имеет собственное биополе, и от этого зависит, когда ее собирать.
О некоторых из трав в Карпатах созданы легенды. О «золотом корне» (родиоле розовой), о мандрагоре – королеве любовной магии, о «джынджуре» – горечавке желтой, которую называют карпатским женьшенем, и перед чудодейственной силой которой гуцулы преклоняются по сей день…
И еще одним мольфарским методом лечения является музыка. А точнее – игра на дрымбе, старинном гуцульском инструменте. Играют на нем с помощью губ, зубов, языка и дыхания одновременно. А само звучание напоминает буддистские мантры. Кстати, в Тибете существует аналог дрымбы. Похожий инструмент (варган) используют в магических ритуалах шаманы северных народов. В Карпатах же дрымба известна с незапамятных времен. Интересно, что традиционно она считается женским инструментом. И по сей день каждая вторая гуцулка «умие в дрымбу».
Этот инструмент обладает необыкновенной силой – это магия в звуках, заговор в музыке. Звуками дрымбы, говорит шаман, можно излечить болезнь, эти звуки пробуждают энергию дерева, камня, металла, они дают мольфару особую силу, тем более что и дрымбы делает он сам. С помощью этих звуков можно очаровать любимого человека, привлечь дикого зверя, врага превратить в друга…
Если у Вас на пальце серебряное кольцо, то мольфар скажет: «Если вы постоянно будете носить серебряное кольцо на правой руке, – станете неуязвимы для злых влияний». И снова подносит дрымбу к губам, и льются звуки, передающие и журчание горных потоков, и звон звезд над вершинами Карпат, звуки, полные Силы, которая берет начало где-то там, в глубине тысячелетий, в самом духе наших предков, чувствовавших неразделенность всего сущего…
Мольфары стали известны широкой публике из романа М. Коцюбинского «Тени забытых предков» и одноименного фильма Сергея Параджанова.
Карпатская мифология: во что верили горцы, живущие в центре Европы
Карпаты — это большая горная система, расположенная на территории Западной Украины, Венгрии, Румынии, Словакии и Польши. Украинские Карпаты — наиболее знакомый нам регион, населенный этнонациональными группами украинцев, мадьярами, русинами и румынами. Смешение наций, культур и религий послужило благодатной почвой для появления здесь очень самобытной мифологии, которую лучше всего изучать по гуцульским преданиям и сказкам.
Гуцулы — одна из наиболее крупных этнических групп Украинских Карпат. Их земля, которую они называют Гуцульщиной, относительно невелика, но невероятно красива и при этом сурова. Только здесь, среди быстрых рек, гремящих водопадов и поросших вековыми лесами склонов гор, могут обитать существа, о которых мы вам расскажем.
Много столетий назад гуцулы приняли христианство и свято берегли свою веру во время самых страшных невзгод. Несмотря на это, карпатские горцы сохранили аутентичные верования язычества, которые у них легко уживаются с крайней набожностью. Множество обычаев сохранились в гуцульских селах с дохристианских времен и некоторые из них вызывают у гостей удивление.
Внимательно относятся эти жители Карпат к природным явлениям — огню, воде, ветру, снегу. Бытует поверье, что если ребенку передать хлеб над костром, то он вырастет преступником, а если плюнуть в пламя, на языке со временем появится ожог. Но особые взаимоотношения у гуцулов с миром мертвых.
Похоронные традиции в гуцульских селах были очень сложны и, на первый взгляд, нелогичны. Вокруг покойника устраивали целые гулянья, при этом не стесняясь пели и танцевали. Проводы мертвеца, в которых обязательно участвовал священник, сопровождались множеством ритуалов, оставшихся со времен язычества.
Покойника выносили через заднюю дверь ногами вперед, трижды стукнув гробом о порог. Эти действия были призваны помешать мертвецу вернуться домой. Гуцулы всегда верили, что мертвецы, неправильно похороненные или брошенные без погребения, умершие не своей смертью, бывшие при жизни плохими людьми, превращаются в разную нежить и преследуют людей.
Наиболее опасными для живых считались мавки или навки. Это были души мертворожденных или умерших некрещеными младенцев, а также задушенных матерями, повешенных или утонувших детей. Выглядят мавки как девушки с очень бледной кожей, с распущенными волосами, в длинных рубахах или обнаженные.
В некоторых районах также были уверены, что мавку от обычной девушки можно отличить по отсутствию спины. Сзади они имели обширную гниющую рану, через которую были видны ребра и внутренности. Поэтому, встретив в лесу одинокого путника, девушка-дух избегала поворачиваться к нему спиной, чтобы не выдать себя.
Действовали мавки как в одиночку, так и группами — они заманивали очарованного человека в чащу, а затем топили в реке, душили или щекотали до тех пор, пока он не умрет. Противостоять магии этой нечисти можно было лишь имея при себе святую воду. А еще от мавки можно было иногда откупиться — злой дух мог попросить у путника гребень. Если нежить получала этот нехитрый аксессуар, то без следа исчезала. Поэтому, отправляясь в путь через лес, гуцул старался взять с собой деревянный гребень.
Есть у гуцулов в мифологии и знакомые всей Европе черти. Жители Восточных Карпат создали сложную иерархию для этой нечисти, в которой демоны делятся по старшинству, уровню опасности и другим признакам. Во главе чертовой братии стоит «аридник», которого могут также называть «беда», «ирод», «сатана», «триюда».
Ему подчиняются черти поменьше — «щезнык», «дидько», «бесы». Нечистых этого уровня опасались как пакостников и вредителей, способных поломать утварь, поссорить односельчан, вызвать болезнь скота или человека. Верили гуцулы и в то, что черта можно приручить и воспитать из него домашнего помощника, который выполнял функции домового — избавлял от вредителей, успокаивал детей, присматривал по ночам за скотом.
Самому воспитать такого работника было нельзя, поэтому, чтобы его получить, горцы шли к мольфару — местному магу и носителю древних мистических знаний. Мольфаром становились лишь передав свой дар по наследству. Они занимались целительством, усмирением нечисти, а также умели предсказывать погоду и даже изменять ее.
Мастерство мольфара тесно переплеталось с самопожертвованием — изгоняя злого духа или болезнь из тела человека, он брал зло на себя. Чтобы очиститься и набраться сил, карпатский маг раз в году уходил далеко в горы в известные лишь избранным пещеры, где проводил несколько дней без еды и питья, общаясь с духами природы.
Еще одним заступником от темных сил гуцулы считали чугайстера — карпатского лешего. Это очень высокий, иногда ростом с ель, бородатый старик, заросший длинными седыми волосами и бородой, заменяющими ему одежду. Некоторые легенды утверждают, что на ногах у него копыта, а на голове рога.
Несмотря на устрашающий вид, чугайстер является добрым духом. Некоторые сказания гуцулов говорят о том, что некогда он был человеком, но за некий ужасный проступок был проклят богом и людьми и скитается, не имея возможности ни жить как человек, ни спокойно умереть.
Основная добыча чугайстера — это мавки. Он подстерегает их в чаще и, настигнув, разрывает за ноги. Убивая и поедая злых лесных созданий, он защищает людей, работающих в лесу. К человеку этот карпатский дух не испытывает злобы, а, напротив, помогает заблудившимся путникам, пригоняет потерявшийся скот и оберегает его от волков.
Зная о высоком росте чугайстера, пастухи оставляли ему на балке под потолком хлеб и миску с кашей. Если ночью еда пропадала, то это считалось хорошим знаком. Карпатский леший не любит сквернословов и людей, которые шумят и свистят в лесу. Чтобы воспитать их, он начинает шуметь и нагонять страх, а особенно наглых гостей может и слегка поколотить.
Высокий шумный дед не единственный леший в карпатском лесу. Населяли его и совсем недобродушные старцы. Если путник начинал блуждать в лесу, часто знакомом ему как свои пять пальцев, то винили в этом Блуда. Эта нечисть выглядела как сгорбленный, неприятного вида бородатый мужичок, умеющий превращаться в разную лесную живность.
Блуд мог закружить человека в чаще так, что тот лишался последних сил и умирал от голода и истощения. Еще этот лесной дух мог привести путника к опасному обрыву, ненадежной переправе или к логову хищников. Помочь себе странник мог лишь в том случае, если вспоминал даты крещения всех родных и близких, а также блюда, подаваемые на Святвечер (Крещенский вечер).
Есть у гуцулов и свой водяной, которого они называют водяник. Внешне он похож на Блуда, но его борода зеленая от водорослей, а по левому боку непрерывно струится ледяная вода. Живет водяник в горных реках и озерах, по которым путешествует верхом на соме. Этот дух считается опасным и непредсказуемым, так как может утопить купающегося или переходящего реку вброд просто из озорства.
Кроме перечисленной нечисти, гуцулы верили в множество других существ и духов, населяющих чащу, полонины (альпийские луга), реки и подземные гроты. Оборотни-вовкулаки, охотящиеся за душами людей лесовики, ведьмы-лисовицы, мучающие одиноких лесорубов и целая армия лесных духов и демонов разных размеров и степени опасности, изо всех сил желала человеку зла.
Населяла нечисть также села и хутора гуцулов. Еще сто лет назад гуцульские семьи жили в добротных срубах-граждах, напоминающих невысокие оборонительные башни. Вокруг такого дома толпились многочисленные хозяйственные постройки, соединенные крытыми переходами на случай сильных снегопадов и ливней. В таких лабиринтах было где разгуляться духам и чертям разных мастей, каждый из которых имел свой профиль.
В темных углах сараев и сеновалов обитали злыдни — неприметные бесполые существа с очень худым телом. Прямого ущерба они не приносили, но там, где они облюбовали место, наступала разруха и нищета. Поймать и выдворить из усадьбы злыдней можно было поймав в кастрюлю, оставив там в качестве приманки еду. В том случае, если семья впадала в абсолютную нищету и даже не имела к столу куска сухого хлеба, злыдни нехотя уходили к более зажиточным соседям, также вгоняя их в бедность.
Гуцульские женщины зорко берегли младенцев, так как в лесных хуторах водилось немало охотников за детскими душами. По ночам в дом, где некрещеный младенец остался без присмотра, могла пробраться «дикая баба». Эта враждебная человеку сущность выглядела как очень худая неопрятная женщина с завернутым в грязное тряпье ребенком на руках.
«Дикая баба» могла подменить человеческого малыша на своего детеныша, которого называли «одминок». Сначала различить подмену было невозможно, но со временем подмена становилась все более прожорливой и крикливой, при этом росли у «одминка» только голова и живот. Обменять нечисть на своего ребенка можно было положив уродца в мешке на перекрестке. «Дикая баба» жалела своего кричащего отпрыска и забирала его, вернув маленького человека родителям.
Стоит сказать, что если вредителей в доме и вокруг было хоть отбавляй, то добрых домашних духов приходилось приобретать или выпрашивать у мольфара. При этом домовые-хованцы и перевоспитанные магом бесы были крайне капризны и обидчивы. Если хозяин дома их чем-то оскорбил, то они быстро превращались в саботажников и открытых вредителей, с которыми совладать мог опять таки лишь мольфар.
Как мы видим, в жизни гуцулов от мольфаров зависело многое и те охотно помогали землякам, иногда бескорыстно. Но были у белых карпатских магов и антагонисты — чинитари. Эти колдуны знали лишь вредные и опасные заклинания. К ним обращались с целью навредить человеку или его хозяйству или даже, чтобы сжить оппонента со свету. В отличие от «земных богов», помогающих страждущим, чинитари жили на отшибе, далеко от сел и проезжих дорог. Люди сторонились колдунов и места, где их можно было встретить, считали нехорошими и опасными.
Сегодня гуцулы не живут в башнях-граждах, хотя многие из них по-прежнему традиционно пасут овец, делают сыр и валят лес. В горных селах стоят аккуратные коттеджи с кондиционерами, а возле ворот не косматые карпатские лошадки и волы, а квадроциклы и внедорожники. Несмотря на это, здесь ценят традиции и по праздникам надевают яркие народные костюмы, берут в руки топорики-бартки и играют на длинных трубах трембитах.
Нечисть больше не путает оснащенных навигаторами путников и гребень для мавки с собой в дорогу никто не берет. Но в горах по-прежнему верят в силы мольфаров и по праздникам нет-нет да и поставят на потолочную балку или верхнюю полку кухонного шкафа плошку кулеша для чугайстера.
А вы знали, что у нас есть Instagram и Telegram?
Подписывайтесь, если вы ценитель красивых фото и интересных историй!