в каком случае соборное уложение передавало поместье сыну дворянина
История государства и права России
Соборное Уложение 1649 г.
По окончании Смутного времени правительство новой династии — Романовых — приступило к активной законотворческой деятельности. Всего за 1611 — 1648 гг. было принято 348 указов. Возникла необходимость регламентировать правовые нормы. Для выработки проекта Уложения была создана специальная комиссия. Проект Уложения рассматривался на Земском соборе.
Источниками Соборного Уложения 1649 г. было русское и зарубежное законодательство: Судебники 1497 и 1550 г., царские указы, думские приговоры, решения земских соборов, указные книги приказов, Стоглав, Литовский статут 1589 г., Кормчая книга.
Уже после 1649 г. в комплекс правовых норм Уложения вошли Новоуказные статьи о «разбоях и душегубстве» (1669), о поместьях и вотчинах (1677) и о торговле (1653 и 1677).
Уложение содержало комплекс норм, регулировавших важнейшие отрасли государственного управления (полицейско-административные нормы): прикрепление крестьян к земле (глава XI), посадская реформа, изменившая положение «белых» слобод (глава XIX), перемена статуса поместья и вотчины (главы XVI, XVII), регламентация работы органов местного самоуправления (глава XXI), режим въезда и выезда (глава VI).
В Уложении определялся статус главы государства — царя, самодержавного и наследного монарха, избираемого (утверждаемого) на Земском соборе. Даже преступный умысел против персоны монарха жестоко наказывался.
В Соборном Уложении 25 глав и 967 статей.
В целях усиления контроля за передвижением населения Соборное Уложение установило три вида документов, удостоверяющих личность (проезжих грамот): для русских подданных, выезжающих за пределы страны; для иностранцев; для служилых людей Сибири и Нижней Волги. На местах за выдачу проезжих грамот отвечали воеводы. Нарушение правил передвижения считалось преступлением и строго каралось.
Вещное право. Основными способами приобретения вещных прав считались захват (оккупация), давность, находка, пожалования и договор.
Наиболее сложными были вещные имущественные права, связанные с приобретением и передачей недвижимой собственности. Отмечался переход от фактических форм завладения землей (основанных на захвате) к формально очерченному порядку, закрепляемому жалованными грамотами, зафиксированному межевыми знаками и пр. (формализованный порядок установления вещных прав был знаком уже Псковской судной грамоте).
Пожалование земли представляло собой сложный комплекс юридических действий, включавших выдачу жалованной грамоты, составление справки, то есть запись в приказной книге определенных сведений о наделяемом лице, обыск (проводился по просьбе наделяемого землей, заключался в установлении факта незанятости передаваемой земли), ввод во владение (заключался в публичном обмере земли). Раздачу земли осуществляли Поместный приказ, Разрядный приказ, Приказ Большого дворца, Малороссийский, Новгородский, Сибирский и другие приказы.
Права на пожалованные земли впервые были сформулированы в Указе 1566 г. (право менять земли, сдавать их внаем и передавать в приданное).
Приобретательная давность как способ приобретения права собственности (в частности, на землю) устанавливалась следующим образом: четыре и пять лет — Псковская судная грамота; три года (в отношениях между частными лицами), шесть лет (в отношениях частных лиц с государством) — по Судебникам (в Судебнике 1550 г. — 40-летний срок для выкупа имений); 15 лет — по закону великого князя Василия, сына Дмитрия Донского; 40 лет — по Соборному Уложению.
Среди личных прав на различные объекты земельной собственности особенно важными являлись вотчины и поместья.
Вотчины делились на несколько видов в соответствии с характером субъекта и способом их приобретения — выделялись дворцовые, государственные, церковные и частновладельческие вотчины (в Московском государстве обладание вотчинами было привилегией класса служилых людей).
Дворцовые вотчины формировались из еще не освоенных никем земель или из частных земельных фондов князей. Долгое время различался правовой статус частновладельческих земель князя и земель государственных. Но когда в лице верховного субъекта собственности слились государство и князь, тогда на смену старому разделению пришло новое: государственные «черные» земли и дворцовые земли.
Правовой статус церковных вотчин был обусловлен особым характером субъектов собственности, которыми являлись отдельные церковные учреждения: монастыри, епископаты, приходские церкви.
Источники, порождавшие церковное землевладение: пожалования; захват пустошей; дарение; завещание со стороны частных лиц; обязательные вклады в монастырские владения при поступлении бывших собственников в монахи.
Следует отметить, что если государственные земельные владения подвергались постоянному дроблению в ходе земельных раздач, то церковь, не имевшая права отчуждать свои земли, только концентрировала их в своих руках. Уже с XVI в. государство предпринимало меры, направленные на сокращение церковного землевладения. Соборное Уложение запретило «увод» земель лицами, уходящими в монастырь.
Процесс концентрации земель в руках церкви был нарушен мерами административно-правового вмешательства: с одной стороны, прямо запрещались определенные способы приобретения недвижимостей (например, приобретение земель по дарственным, по завещаниям, купчим и закладным грамотам), с другой — государство брало на себя право контролировать имеющийся имущественный фонд церкви, мотивируя это своим сюзеренным правом.
Церковные земли раздавались на правах жалованных вотчин или поместного владения людям, выполняющим служилые функции для церкви; на церковных землях располагались крестьянские общины, наделявшиеся такими же землевладельческими правами, как и черносотенные общины.
По способам приобретения вотчинные земли делились на родовые, купленные, выслуженные.
В отношении родовых вотчин правами пользования и владения наделялись отдельные представители рода, а право распоряжения оставалось за родом (на это указывает, в частности, обязательность согласия всех родичей при отчуждении родового имущества отдельным членом рода). Проданное имущество могло быть выкуплено членами рода, которые имели на это преимущественные права перед другими покупателями. Отчуждение или приобретение (и родовой выкуп) родовых вотчин осуществлялось с учетом согласия всего рода. Соборное Уложение подтвердило право родового выкупа (вторичного приобретения проданной или заложенной вотчины); родовой выкуп осуществлялся одним лицом, но от имени рода в целом; при этом к выкупу не допускались родственники по нисходящей линии продавца. Выкуп родовой вотчины мог быть произведен в течение 40 лет с момента ее продажи. Выкупленная родичами вотчина попадала под особый режим распоряжения (отдельный член рода не мог распорядиться ею по своему произволу, родовая вотчина не могла быть выкуплена для третьего лица и на его деньги, заложена без соблюдения определенных условий и т.п.).
Кроме права родового выкупа, права на родовую вотчину ограничивалась также и правом родового наследования.
Субъектом права собственности на купленные вотчины была семья (муж и жена), этот вид вотчины приобретался супругами совместно. Поэтому после смерти одного из супругов такие вотчины переходили к пережившему супругу; а после смерти вдовы право на купленную вотчину переходило в род мужа (что тоже указывает на принадлежность купленной вотчины именно семейной паре). Купленные вотчины, перешедшие по смерти приобретших их лиц родичам, получали статус родовых. При жизни супругов отчуждение купленной вотчины совершалось солидарной волей супругов.
Статус выслуженной (жалованной) вотчины зависел от ряда конкретных фактов. Чаще всего круг правомочий вотчинника прямо определялся в самой жалованной грамоте, которая являлась и формальным подтверждением законных прав вотчинника на его имущество. В случае отсутствия грамоты вотчина могла быть изъята у наследников государством. В целом жалованные вотчины приравнивались практикой к купленным, а в начале XVII в. было уравнено правовое положение жалованных вотчин с родовыми.
Поместное землевладение складывалось в качестве особой формы землевладения уже в XVI-XVII вв. Поместья предоставлялись за службу государству. Но в XVII в. наметилась тенденция сближения поместий с вотчинами: стали разрешать обменивать вотчины на поместья и приобретать (с особого дозволения) поместья в вотчину. Соборное Уложение разрешило продавать поместья.
Первоначальным обязательным условием пользования поместьем была реальная служба (начиналась для дворян с 15 лет — с этого возраста поступивший на службу сын помещика «припускался» к пользованию поместьем). Ушедший в отставку помещик получал поместье на оброк вплоть до достижения сыновьями совершеннолетия. С середины XVI в. поместье на тот же срок оставалось в его пользовании. К наследованию поместьем стали привлекаться боковые родственники, женщины получали с него «на прожиток». Соборное Уложение разрешило сдачу поместий в аренду за деньги, к концу XVII в. установилась практика обмена поместий на денежные оклады («кормовые деньги»), что означало скрытую куплю-продажу поместий; в XVII в. была допущена продажа поместий за долги. Порядок передачи поместий по наследству мало отличался от вотчинного наследования.
Впервые в Соборном Уложении регламентировался институт сервитутов — юридическое ограничение права собственности одного субъекта в интересах права пользования других лиц. Были известны личные сервитуты — ограничение в пользу определенных лиц, специально оговоренных в законе (потрава лугов ратниками, находящимися на службе, право на их въезд в лесные угодья, принадлежащие частному лицу), и вещные сервитуты — ограничение права собственности в интересах неопределенного числа субъектов (право возводить печь у стены соседского дома или строить дом на меже чужого участка).
Обязательственное право. Развивалось по линии постепенной замены личностной ответственности по договорам имущественной ответственностью должника. Причем взыскания стали обращаться не только на дворы и скот, но и на вотчины и поместья, на дворы и лавки посадский людей.
Соборное Уложение допускало переход обязательств в случае наследования по закону, оговаривая, что отказ от наследства снимает и обязательства по долгам. Закон и практика знали случаи принудительного и добровольного принятия обязательств третьими лицами.
Одним из важнейших условий при заключении договора была свобода волеизъявления договаривающихся сторон. В качестве гарантий против насилия и обмана выступали свидетели при заключении сделки, письменная или крепостная (нотариальная) форма сделки. Обязательной крепостная форма сделки была для договоров о передаче недвижимости.
Наследственное право. При наследовании по завещанию воля завещателя ограничивалась следующими моментами: завещательные распоряжения касались лишь купленных вотчин, тогда как родовые и выслуженные вотчины переходили к наследникам по закону.
Родовые вотчины наследовали сыновья, при отсутствии сыновей — дочери. Вдова могла наследовать только часть выслуженной вотчины «на прожиток», то есть в пожизненное пользование. Родовые и жалованные вотчины наследовались только членами рода, к которому принадлежал наследодатель.
Купленные вотчины могла наследовать вдова завещателя, которая, кроме того, получала 1/4 движимого имущества и собственное приданное.
Поместье переходило по наследству к сыновьям, каждый из которых получал из него «по окладу», определенные доли выделялись «на прожиток» вдовам и дочерям.
В случае наследования по завещанию наследник мог отказаться от наследства. Принятие наследования означало переход к наследнику и обязательств по долгам наследодателя в части, пропорциональной наследственной доле.
Семейное право. Продолжали действовать принципы Домостроя — главенство мужа над женой и детьми, фактическая общность имущества и т.п.
Юридически значимым признавался только церковный брак. Закон допускал заключение одним лицом не более трех брачных союзов в течение жизни. Брачный возраст был определен еще Стоглавом: 15 лет — для жениха, 12 лет — для невесты.
Юридический статус мужа определял юридический статус жены: вышедшая замуж за дворянина становилась дворянкой, вышедшая за холопа — холопкой. Закон обязывал жену следовать за мужем — на поселение, в изгнание, при переезде.
В отношении детей отец сохранял права главы: он мог, когда ребенок достигал 15 лет, отдать его «в люди», «в услужение» или на работу, записать его в кабальное холопство. Отец мог наказывать детей, но не чрезмерно. За убийство ребенка грозило тюремное заключение (но не смертная казнь).
Закон знал понятие «незаконнорожденный» — эти лица не могли усыновляться (а следовательно, принимать участие в наследовании недвижимого имущества).
Развод допускался в ограниченном числе случаев: при уходе одного из супругов в монастырь, при обвинении супруга в антигосударственной деятельности («лихом деле»), при неспособности жены к деторождению.
Уголовное право. Уложение уточняет понятие «лихое дело».
Субъектами преступления могли быть отдельные лица и группы лиц. Они делятся на главных и второстепенных (соучастников).
Соучастие могло быть физическим (содействие, практическая помощь, совершение тех же действий, что совершал главный субъект преступления), интеллектуальным (подстрекательство к убийству).
От второстепенных субъектов преступления (соучастников) отличались лица, только причастные к совершению преступления: пособники (создавшие условия для совершения преступления), попустители (обязанные предотвратить преступление и не сделавшие этого), недоносители (не сообщившие о подготовке и совершении преступления), укрыватели (скрывшие преступника и следы преступления).
Субъектом преступления стал признаваться и раб, совершивший преступление по указанию господина.
В признаках объективной стороны преступления выделялись:
Выделялись отдельные стадии преступного деяния: умысел, покушение и совершение преступления. Закон знал понятие рецидива (совпадающее с понятием «лихой человек») и крайней необходимости (была ненаказуемой только при соблюдении соразмерности ее реальной опасности со стороны преступника).
Объекты преступления — церковь, государство, семья, личность, имущество и нравственность.
Система преступлений включала:
Цели наказания — устрашение и возмездие; дополнительная цель — изоляция преступника.
Необходимо отметить, что восемь статей Соборного Уложения не определяли конкретных видов наказаний, обходясь формулировками «чинить наказание», «чинить жестокое наказание» либо «что государь укажет».
Судебный процесс. Была проведена дифференциация на две формы процесса — суд (форма состязательного процесса) и розыск (форма инквизиционного процесса).
Процедура суда распадалась на собственно суд и «вершение», то есть вынесение приговора, решения. «Суд» начинался с «вчинения»», подачи челобитной жалобы. Затем происходил вызов приставом ответчика в суд. Ответчик имел право дважды не являться в суд, если на то имелись уважительные причины, но после третьей неявки он автоматически проигрывал процесс. Выигравшей стороне выдавалась соответствующая грамота.
Доказательством в состязательном процессе служили: свидетельские показания (не менее десяти свидетелей), письменные доказательства, крестное целование (при спорах на сумму не свыше 1 рубля), жребий.
Процессуальными мероприятиями, направленными на получение доказательств, были общий обыск (опрос населения по поводу факта совершения преступления) и повальный обыск (опрос населения по поводу конкретного подозреваемого).
Особым видом свидетельских показаний были: ссылка из виноватых (ссылка обвиняемого или ответчика на свидетеля, показания которого должны абсолютно совпасть с показаниями ссылающегося, при несовпадении дело проигрывалось) и общая ссылка (обращение обеих спорящих сторон к одному и тому же свидетелю или нескольким свидетелям, показания которых становились решающими).
Своеобразным процессуальным действием в суде был правеж : ответчик (чаще всего неплатежеспособный должник) регулярно подвергался судом процедуре телесного наказания (порке); число процедур было эквивалентно сумме задолженности (например, за долг в 100 рублей пороли в течение месяца). Правеж — не наказание, это мера побуждения ответчика выполнить обязательство.
Судоговорение в состязательном процессе было устным, но протоколировалось в «судебном списке».
Обыск — допрос всех подозреваемых и свидетелей. При этом губному старосте или воеводе из приказа направлялась «наказная память», в которой указывались предмет и территориальные пределы обыска» показания опрашиваемых заносились в список, который подписывался ими; список скреплялся печатью и отправлялся обратно в приказ. Если результаты «обыска» были благоприятными для подозреваемого, он мог быть взят на поруки, то есть освобожден под ответственность (личную и имущественную) его поручителей.
Язычная молка всегда влекла за собой очную ставку. Язык ставился с «очей на очи» с оговоренным человеком и должен был опознать его «среди многих людей». Если язык не узнавал оговоренного или, узнав, «сговаривал с него», то «языка» пытали, подозревая в нем подставного человека. При подтверждении на пытке со стороны «языка» факта, что он «поклепал» оговоренного напрасно, последнего «отдавали за пристава и про него обыскивали».
Пытка (регламентировалась в главе XXI) применялась, когда в результате «обыска» свидетельские показания разделялись; пытку можно было применять не более трех раз с определенными перерывами; показания пытаемого протоколировались; показания, данные под пыткой («оговор»), должны были быть перепроверены посредством других процессуальных мер (допроса, присяги, «обыска»). Пытке подвергались не только подозреваемые. В случае доноса было положено сначала пытать доносчика (отсюда — происхождение русской пословицы: «доносчику — первый кнут»). Применялись такие виды пыток, как дыба («виска»), битье кнутом, жжение огнем, вбивание деревянных спиц под ногти (отсюда — выражение «узнать подноготную», то есть истину).
Новоуказные статьи 1669 г. законодательно закрепили новый метод в организации розыска и поимки преступников — словесный портрет (идентификация личности преступника по особым приметам). Это способствовало развитию в системе наказаний практики клеймения осужденных.
Вотчины и поместья по Соборному уложению 1649 г.
Вотчинное землевладение в соответствии с главой XVII Соборного уложения делилось на родовое, купленное и жалованное.
Вотчинники имели привилегированные права по распоряжению своими землями, чем помещики, так как имели право продать (с обязательной регистрацией в Поместном приказе), заложить или передать по наследству (хотя и с ограничениями).
Уложение установило право родового выкупа (в случае продажи, заложения или мены) в течение 40 лет, причем точно определенными Уложением лицами. На купленные вотчины право родового выкупа не распространялось.
Родовые и выслуженные вотчины не могли передаваться по завещанию посторонним лицам, если у завещателя были дети или боковые родственники. Запрещалось родовые и выслуженные вотчины дарить церкви.
Купленные же у сторонних людей вотчины после передачи их по наследству становились родовыми.
Глава XVI Соборного уложения обобщила все существующие изменения в правовом статусе поместного землевладения:
* владельцам поместный могли быть как бояре так и дворяне;
* поместье передавалось по наследству в установленном порядке (за службу наследника);
* часть земли после смерти владельца получали его жена и дочери («на прожиток»);
* разрешалось давать поместье в приданое;
* разрешался обмен поместья на поместье или вотчину, в том числе большее на меньшее (ст.3).
Помещики не имели права свободной продажи земли без царского указа или заложить ее.
Уложение подтвердило указы начала XVII века о запрещении верстать на службу и наделять поместьями «поповых и мужичьих детей, холопей боярских и слуг монастырских». Это положение превратило дворянство в замкнутое сословие.
Царское правительство предоставило помещикам менять поместье на поместье, но для этого было необходимо «бити челом государю, и челобитные о том подавати в Поместном приказе». Меновая сделка санкционировалась царём. Устанавливается принцип мены поместий – «четверть на четверть», «жилое на жилое», «пустое на пустое», «нежилое на пустое».
Помещики, находившиеся в плену от 10 до 20 и более лет, по возвращению из плена имели право просить царя о возврате принадлежащих им поместий отцов, если таковые поступили уже в поместный указ для раздачи.
Поместья, принадлежавшие «иноземцам», разрешалось перепродавать людям из других государств. Поместья, принадлежавшие русским землевладельцам, передавать иностранцам запрещалось.
Вотчинники: В Уложении отводится ряд статей, посвящённых вопросу вотчинного земельного владения. Вотчина являлась также как и поместье, феодальным земельным владением, владелец которого был связан со службой царю, но в отличие от поместья вотчина передавалась по наследству, её можно было купить. «Порозжия земли» в Московском уезде продавались с разрешением царя в вотчину. Такие же вотчины можно было приобрести в Дмитрове, в Рузе, в Звенигороде за счёт пустопорожних земель. Лица, которые приобретали земли по договору купли продажи, имели право владеть купленными вотчинами по купчим, и не только сами, но и их жёны и дети.
Купленные вотчины можно было продать, заложить и дать в приданное. Вотчинники могли были продать свои родовые, купленные и выслуженные вотчины, выдав новому владельцу купчую и записав её а Пометном приказе за приобретателем. Если вотчинник не записывал «воровством своим» проданной вотчины в Поместном приказе за новым владельцем, а потом оформляли продажу этой же вотчины вторично, но подвергался жестокому наказанию – «при многих людех у приказу бити кнутом нещадно».
Владельцу вотчины предоставлялось право заложить выслуженною или купленную вотчину на определённый срок « и закладную кабалу на себя дать». Однако выкупать её он должен был только в срок; при предъявлении иска на выкуп вотчины по истечении срока в иске вотчиннику отказывали, а заложенные на выкуп ему не давали. Заложенные вотчины переходили во владение залогодержателя – «у кого они в закладе будут».
Жена имела право владеть родовыми или выслуженными вотчинами, если у неё не было сыновей, и то только до своей смерти. Продавать вотчины, заложить или «по душе отдать» она не могла. После её смерти вотчины переходили в род вотчинника.
19.Предпосылки и особенности образования абсолютизма в России.
I Предпосылки образования и юридическое оформление абсолютизма
Экономическое развитие в конце XVII начале XVIII веков характеризовалось дельнейшем прогрессом в области сельского хозяйства, ростом товарного производства, развитием крупного мануфактурного производства, укреплением Всероссийского рынка и расширением внешней торговли.
Это вело к возникновению буржуазных отношений, резко усилило классовую борьбу, обострило противоречия между боярством и дворянством, между феодалами и посадским населением, между русским и иноземным купечеством.
В 1670-1671 гг. (под предводительством Разина) и в 1707-1708 гг. (под руководством Булавина) Россию потрясли крестьянские войны.
Как отмечал В.И. Ленин «Классовая борьба, борьба эксплуатируемой части народа против эксплуататорской лежит в основе политических преобразований и в конечном счете решает судьбу всех таких преобразований». (Ленин В.И. полное собрание сочинений, том 9, стр. 333-334).
Не был исключением и процесс становления абсолютизма в России.
Внешнеполитическим условием установления абсолютизма была необходимость борьбы за выход к морю, так как только сильная центральная власть могла вести дорогостоящие войны.
Идеологическое обоснование абсолютизма были даны в трудах современника Петра I Феофана Прокоповича («Правда воли монаршей») и И.Т. Посошкова («О скудости и богатстве»).
К концу XVII в. в России начинает складываться абсолютная монархия. Ее возникновение не произошло сразу же после образования централизованного государства, после установления самодержавного строя. Самодержавие еще не есть абсолютизм. Для последнего требуется целый ряд условий и предпосылок.
Для абсолютной монархии характерно наличие сильного, разветвленного профессионального бюрократического аппарата, сильной постоянной армии, ликвидация всех сословно-представительных органов и учреждений. Все признаки были присущи и российскому абсолютизму.
II Однако у него были свои существенные особенности:
1) если абсолютная монархия в Европе складывалась в условиях развития капиталистических отношений и отмены старых феодальных институтов (особенно крепостного права), то абсолютизм в России совпал с развитием крепостничества;
2) если социальной базой западноевропейского абсолютизма был союз дворянства с городами (вольными, имперскими), то российский абсолютизм опирался почти исключительно на крепостническое дворянство, служилое сословие.
Установление абсолютной монархии в России сопровождалось широкой экспансией государства, его вторжением во все сферы общественной, корпоративной и частной жизни. Экспансионистские устремления выразились прежде всего в стремлении к расширению территории и выходу к морям. Другим направлением и стала политика дальнейшего закрепощения: наиболее формы этот процесс принял именно в XVIII г. Наконец, роли государства проявилось в детальной, обстоятельной регламентации прав и обязанностей отдельных сословий и их групп. Наряду с этим происходила юридическая консолидация правящего класса, из разных феодальных слоев сложилось сословие дворянства.
Идеология абсолютизма может быть определена как «патриархальная». Глава государства (царь, император) представляется как «отец нации», «отец народа», который любит и хорошо знает чего хотят его дети. Он вправе их воспитывать, поучать и наказывать. Отсюда стремление контролировать все даже малейшие проявления общественной и частной жизни: указы первой четверти XVIII в. предписывали населению когда гасить свет, какие танцы танцевать на ассамблеях, в каких гробах хоронить, брить или не брить бороды и т.п.
Государство, возникшее в начале XVIII в. называют «полицейским» не только потому, что именно в этот период была создана профессиональная полиция, но и потому, что государство стремилось вмешиваться во все мелочи жизни, регламентируя их.
В отдельные периоды существования абсолютной монархии ее идеологией становилась идеология «просвещения»: возникали правовые формы, напоминающие западноевропейские (французские, английские), предпринимались попытки создания правовых основ государственности («правового государства»), конституции, культурного просветительства. Эти тенденции были обусловлены не только личностью того или иного монарха (Екатерины II, Александра I), но и социально-экономической и политической ситуацией. Часть дворянства отказывалась от традиционных и консервативных методов хозяйствования и политики, искала более гибкие формы. Этому способствовало культурное и промышленное развитие страны. «Просвещенный» абсолютизм возникал в периоды, когда старые (полицейские и патриархальные) методы давления становились неэффективными. Однако, в любой момент мог быть осуществлен возврат к старым приемам (либеральный период правления Екатерины II заканчивается после крестьянской войны Пугачева).
Для системы властвования, установившейся в эпоху абсолютизма характерны довольно частые дворцовые перевороты, осуществляемые дворянской аристократией и дворцовой гвардией. Означало ли это ослабление и кризис системы абсолютной монархии? Видимо, наоборот. Легкость, с которой происходила смена монархов, свидетельствует о том, что в установившейся и укрепившейся системе абсолютистской монархии, личность монарха уже не имела особого значения. Все решал сам механизм власти, в котором каждый член общества и государства представлял только деталь, «винтик».
Для политической идеологии абсолютизма характерно стремление к четкой классификации социальных групп и индивидов: личность растворяется в таких понятиях как «солдат», «заключенный», «чиновник» и т п. Государство с помощью правовых норм стремиться регламентировать деятельность каждого подданного. Поэтому для абсолютизма характерен еще один признак: обилие писаных юридических актов, принимаемых по каждому поводу. Государственный аппарат в целом, отдельные его части действуют по предписанию специальных регламентов, иерархию которых замыкает Генеральный регламент.
В сфере экономической идеологии господствующей становится философия меркантилизма, ориентирующая экономику на превышение экспорта над импортом, накопление, бережливость и государственный протекционизм.
Областью зарождения капиталистических элементов (без проявления которых невозможно установление абсолютизма) в России стали, мануфактурное производство (государственное и частное), барщинное помещичье производство, отходные промыслы и крестьянская торговля (областью накопления капитала, разумеется оставалась и купеческая торговля).
В XVIII в. в России действовало около двухсот мануфактур (государственных, купеческих, владельческих), на которых было занято до пятидесяти тысяч рабочих. Проблему составляло отсутствие свободного рынка труда: на мануфактурах были заняты приписные крестьяне, отходники и беглые.
В 1711 г. установлены льготы крестьянам, торгующим в городах, но уже в 1722 г. деревенским торговцам запрещается торговать в городах, в 1723 г. устанавливаются ограничения для записи крестьян в посад. С 1726 г. начинается выдача паспортов крестьянам-отходникам. В 1731 г. крестьянам запрещается торговать в портах, выпускать промышленные товары и брать подряды.
В 1739 г. вводятся серьезные штрафы на деятельность неразрешенных мануфактур. Крестьянам не разрешается записываться добровольцами в армию (1727 г) и приносить присягу (1741 г.). В 1745 г издается Указ, разрешающий крестьянам торговать в селах, а в 1748 г. они получают право записываться в купечество.
Несмотря на сопротивление дворянства и бюрократии крестьянство, как экономический фактор играло более важную роль. Наряду с этим крепостной труд все еще превалировал над свободным. Этому способствовало и то, что сильный сектор государственной промышленности основывался на труде крепостных. Крестьянские повинности (барщинные дни) не были регламентированы законом, что усиливало произвол. Эксплуатация непашенных крестьян (ремесленников, отходников) была невыгодна помещикам, поэтому они препятствовали неземледельческой хозяйственной деятельности крестьян. Сильно ограничивалась миграция крестьян: характерно, что плодородные южные земли осваивали помещики и беглые крестьяне, хуторская система там не развивалась (этому препятствовало также правовое уравнивание однодворцев с государственными крестьянами).
Изменения в социальной структуре российского общества периода абсолютизма (на его ранних стадиях) приводили к появлению нового социального слоя. связанного с капиталистическим развитием экономики. Мелкие промыслы и мануфактуры составили основу для его появления.
Поскольку большинство мануфактур были частновладельческими, вопрос о рабочих руках приобрел особую остроту для нарождающегося предпринимательства. Законодатель, учитывая государственный интерес к развитию промышленности, принял ряд мер, направленных на решение проблемы. Был установлен порядок приписки к мануфактурам государственных крестьян (в государственном секторе экономики) и покупки крестьян с землей при обязательном использовании их труда на мануфактурах (в частном секторе). Эти категории крестьян получили наименование приписных и посессионных (1721 г.).
В 1736 г. предпринимателям дается разрешение покупать крестьян без земли, специально для использования в промышленности, с 1744 г. их можно приобретать целыми деревнями. Рост заработной платы в промышленном производстве стимулировал процесс приписки крестьян (значительная часть их заработков поступала через налоги в казну и через оброк помещикам).
Со своей стороны приписные крестьяне предпринимали меры для того, чтобы устраниться от работы на мануфактурах: они могли откупиться, уплатив определенные суммы или выставить вместо себя нанятых людей. Большая часть приписных формировалась из частновладельческих крестьян и крестьян, закрепленных по Указу 1736 г.
Дифференциация крестьянства приводила к выделению из его среды мануфактуристов, ростовщиков и купцов. Процесс этого выделения наталкивался на многие препятствия социально-психологического, экономического и правового характера.
Промышленные предприятия и мануфактуры организовывались вблизи крупных центров, где сосредотачивались торговые связи, товарные массы и рабочие руки. Вокруг вновь образованных предприятий, приисков, шахт и верфей начинали возводиться новые поселения городского типа. Нарождающаяся городская буржуазия была довольно пестрой по ему составу и происхождению. В целом она являлась податным сословием, но для некоторых ее групп (мануфактуристов, купцов высших гильдий и др.) устанавливались особые привилегии и льготы.
В городах стали формироваться органы самоуправления: посадские сходы, магистраты. Стало юридически оформляться городское сословие. По регламенту Главного магистрата 1721 г. оно стало делиться на регулярных граждан и «подлых» людей. Регулярные, в очередь, подразделялись на первую гильдию (банкиры, купцы, доктора, аптекари, шкиперы купеческих судов, живописцы, иконописцы и серебряных дел мастера) и вторую гильдию (ремесленники, столяры, портные, сапожники, мелкие торговцы).
Гильдии управлялись гильдейскими сходами и старшинами. Создавались по европейскому образцу, цеховые организации, в которых состояли мастера, подмастерья и ученики, и которыми отводили старшины. Появление гильдий и цехов означало, что корпоративные начала противопоставлялись феодальным (сюзерен-новассальным) принципам хозяйственной организации, возникали новые стимулы к труду, не известные крепостнической системе.
Однако эти системы (гильдейская и цеховая), вышедшие из средневековья, отнюдь не означали порождения новых буржуазных и капиталистических начал. Они вначале уживались с крепостничеством и абсолютизмом.
Мануфактурное производство стимулировало рост торгового оборота. Основными формами торговой деятельности были ярмарки и торжки. Тенденциями в этой сфере стали: проникновение в состав купечества разбогатевших крестьян, отход от протекционистской политики, смягчение тарифов. Новые явления вызывали нестабильность в положении старого традиционного купечества.
Правящим классом оставалось дворянство. В ходе складывания абсолютной монархии, происходила консолидация этого сословия. Особое положение феодальной аристократии (боярства) уже в конце XVII в. резко ограничивается, а затем и ликвидируется. Важный шаг в этом направлении сделал акт об отмене местничества (1682 г.). Аристократическое происхождение утрачивает значение критерия при назначении на руководящие государственные посты. Его заменяют принципы выслуги, квалификации и личной преданности государю и системе. Позже эти принципы будут оформлены в Табели о рангах (1722 г.) функция государственной службы объединяет дворянство (поначалу Петр I хотел назвать это сословие «шляхетством») в политически и юридически консолидированную группу. Экономическую консолидацию завершил Указ о единонаследии (1714 г.), ликвидировавший правовые различия между вотчиной и поместьем и объединивший их в единое юридическое понятие «недвижимостей».
Земельная собственность оставалась экономической основой существования дворянского сословия. Землевладение наряду с государственной службой было его важнейшей социальной функцией. Однако между этими направлениями деятельности довольно часто возникали серьезные противоречия: дворянство, Стремившееся использовать службу для приобретения земли и чинов, начинает тяготиться обязательностью государственной службы, как таковой.
Табель о рангах приравняла гражданскую службу к военной. Продвижение по иерархической лестнице чинов было возможным только начиная с низшего чина. Служба для дворянина была обязанностью и продолжалась до конца его жизни. В 1714 г. была произведена перепись дворян в возрасте от десяти до тридцати лет с 1722 г. за неявку на службу назначалось шельмование.
Уже в 1727 г. было введено частичное освобождение дворян от военной службы. С 1736 г. срок государственной службы стал ограничиваться двадцатью пятью годами. В 1762 г. обязательность дворянской службы отменяется, дворянину предоставляется свобода выбора.
Централизация власти, формирование профессиональной бюрократии с одной стороны, и усиление крепостнической системы (т.е. ликвидация остатков крестьянского самоуправления), с другой, разрушали систему земского представительства. Дворянство становилось единственным правящим сословием, захватив в центре почти все места в государственном аппарате и армии, а на местах став полноправным хозяином над крестьянами. Почти столь же сильные позиции дворянство имело и в городах.
Если стрельцы были еще полурегулярным войском (и были привязаны к своим дворам и огородничеству на посадах), то полки «иноземного строя» были зародышем профессиональной армии. Офицерский корпус уже в конце XVII в. быстро пополнялся иностранными специалистами. Этот путь военных реформ позволял центральной власти стать независимой от дворянства в деле формирования вооруженных сил, одновременно используя служилую роль дворянства при создании офицерских кадров.
В 1718 г. была проведена подушная перепись и финансовые службы перешли к подушному обложению населения. В результате этой акции были выделены группы неподатных сословий (дворянства и духовенства) и фактически уравнены в податном отношении различные группы крестьянского населения (государственные, владельческие, посессионные, холопы). С точки зрения фискалитета, разные группы населения отличались друг от друга только степенью платежеспособности.
Попытки секуляризации церковных земель, начавшиеся еще в конце XVI в., продолжались в начале XVIII в. Подвергались секуляризации вотчины патриарха, монастыри облагались значительными податями.
В 1701 г. был учрежден Монастырский приказ, ведавший церковным управлением, однако почти полный государственный контроль над церковью был установлен только после учреждения Синода, как органа государственного отраслевого управления церковными делами (1721 г.).
В 1778 г. были утверждены новые приходские штаты и в 1784 г. был проведен «разбор», в результате которого всем безместным священникам и детям священников предлагалось по выбору поступать в купечество, в цехи, в крестьянство или на военную службу. Предоставлялось право перехода их духовного сословия в любое другое. Духовенство становилось открытым сословием.