икона исцеление кровоточивой женщины
Исцеление кровоточивой и воскрешение дочери Иаира
Войдя в лодку с учениками, Господь Иисус Христос поплыл обратно и пристал к противоположному, западному, берегу Геннисаретского озера, где находился Капернаум. Тут Его ожидали уже толпы народа, и в числе прочих — один из начальников синагоги — Иаир, чья единственная двенадцатилетняя дочь была при смерти. Хотя начальники синагоги и принадлежали к партии, враждебной Иисусу (Иоан. 7:47-48), но этот, наслушавшись, видимо, о многих чудесах, совершенных Господом, и, может быть, сам бывший свидетелем чуда исцеления слуги капернаумского сотника, возгорелся надеждой, что Иисус исцелит и его дочь. И хотя Иаир не имел такой веры, которую Господь похвалил в сотнике, Он все же пошел в дом начальника синагоги возложить, по просьбе Иаира руки на умирающую. Видя это, народ с особенным любопытством устремился за Ним к дому Иаира, а так как каждому хотелось быть поближе к Великому Чудотворцу, все теснили Его.
Одна женщина, страдавшая кровотечением двенадцать лет и уже потерявшая надежду когда-либо вылечиться, протеснилась сзади к Иисусу и незаметно прикоснулась к Его одежде. По закону Моисея, женщины, страдающие подобной болезнью, считаются нечистыми и потому должны оставаться дома. Они не смеют ни к кому прикасаться (Левит. 15:25-28). Но эта несчастная имела такую горячую веру в Господа Иисуса Христа, что решилась тайно покинуть дом и прикоснуться к одежде Его в уверенности, что одно только прикосновение даст ей полное исцеление. И ее вера была оправдана: она тотчас выздоровела, ощутив, что иссяк источник крови. Подробнее всех рассказывает об этом событии св. Марк. Он передает, что Иисус, почувствовав, как вышла из Него сила, спросил у окружающих Его: «Кто прикоснулся к Моей одежде?» (Марк. 5:30, ср. Луки 8:45). Конечно, Он знал, кто прикоснулся, и спросил это только для того, чтобы, в назидание, обнаружить перед народом веру этой женщины и чудо, совершившееся благодаря этой вере. Женщина, понимая, что ей не утаиться, пала перед Ним и открыла всем истину. По понятиям евреев, она совершила преступление, войдя в толпу и сделав нечистыми всех, к кому ей по необходимости пришлось прикоснуться; поэтому в страхе и трепете ожидала она осуждения за свой поступок, но Господь успокоил ее: «Дерзай дщерь [дочь]! Вера твоя спасла тебя; иди с миром!» (Луки 8:48; ср. Матф. 9:22 и Марк. 5:34)
В это время умерла дочь Иаира, и кто-то из его домашних пришел сообщить ему эту печальную новость и сказать, чтобы он не утруждал напрасно Учителя. Видя отчаяние удрученного горем отца, Господь успокоил его: «Не бойся, только веруй, и спасена будет!» (Луки 8:50; ср. Марк. 5:36). Придя в дом, они застали там «свирельщиков», которых приглашали для оплакивания умерших. Подобное оплакивание простого умершего продолжалось восемь дней, а знатного лица — месяц; оно сопровождалось игрой на флейтах или свирелях.
Толкование Евангелия на каждый день года.
Неделя 25-я по Пятидесятнице
Пришел человек, именем Иаир, который был начальником синагоги; и, пав к ногам Иисуса, просил Его войти к нему в дом, потому что у него была одна дочь, лет двенадцати, и та была при смерти. Когда же Он шел, народ теснил Его. И женщина, страдавшая кровотечением двенадцать лет, которая, издержав на врачей все имение, ни одним не могла быть вылечена, подойдя сзади, коснулась края одежды Его; и тотчас течение крови у ней остановилось. И сказал Иисус: кто прикоснулся ко Мне? Когда же все отрицались, Петр сказал и бывшие с Ним: Наставник! народ окружает Тебя и теснит, – и Ты говоришь: кто прикоснулся ко Мне? Но Иисус сказал: прикоснулся ко Мне некто, ибо Я чувствовал силу, исшедшую из Меня. Женщина, видя, что она не утаилась, с трепетом подошла и, пав пред Ним, объявила Ему перед всем народом, по какой причине прикоснулась к Нему и как тотчас исцелилась. Он сказал ей: дерзай, дщерь! вера твоя спасла тебя; иди с миром. Когда Он еще говорил это, приходит некто из дома начальника синагоги и говорит ему: дочь твоя умерла; не утруждай Учителя. Но Иисус, услышав это, сказал ему: не бойся, только веруй, и спасена будет. Придя же в дом, не позволил войти никому, кроме Петра, Иоанна и Иакова, и отца девицы, и матери. Все плакали и рыдали о ней. Но Он сказал: не плачьте; она не умерла, но спит. И смеялись над Ним, зная, что она умерла. Он же, выслав всех вон и взяв ее за руку, возгласил: девица! встань. И возвратился дух ее; она тотчас встала, и Он велел дать ей есть. И удивились родители ее. Он же повелел им не сказывать никому о происшедшем.
Мы слышим Евангельский рассказ об исцелении кровоточивой женщины и о воскрешении дочери Иаира. Нам явлено чудо любви Христовой – избыточествующей любви, потому что Господь идет по просьбе начальника синагоги Иаира исцелить его болящую дочь, и попутно по дороге совершает чудо исцеления безнадежно больного человека. Эта любовь, эта сила жизни исходит от Него, и она действует непрерывно. Оттого что Он как будто бы замедлил в пути, теряется смысл Его прихода к начальнику синагоги – потому что, что может молитва за человека, когда он умер? И Господь показывает, как велика сила Его любви, воскрешая эту умершую.
Господь идет к Своему Кресту, к Своим страданиям. Все, что происходит в Евангелии с самого начала Его служения, есть описание именно этого восшествия. С тем чтобы мы очевидным, видимым образом могли ощутить, что Христос берет на Себя грехи всего мира. Все страдания, все нужды других людей, будь это душевная, или телесная скорбь – чудом Его любви она становится Его собственной нуждой. И Господь исцеляет и воскрешает больную или уже мертвую жизнь.
Когда Христос шел вместе с учениками, такая толпа теснила Его, что трудно было проходить через нее. Среди этой толпы была женщина, которой Закон запрещал там быть: она – нечиста. У нее – непрестанное течение крови. А нечистота опасней всякой болезни. Как написано в книге Левит: «Если у женщины течет кровь многие дни не во время очищения ее, или если она имеет истечение долее обыкновенного очищения ее, то во все время истечения нечистоты ее, подобно как в продолжение очищения своего, она нечиста; и всякая вещь, на которую она сядет, будет нечиста; и всякий, кто прикоснется к ней, будет нечист». В противоположность крови, текущей в наших венах, которая есть жизнь, эта кровь принадлежит области смерти и нечистоты. Как и вся толпа, эта женщина влекома целительной силой Господа. Прикосновение к краю одежды Его оказывается достаточным – исцеление происходит мгновенно. В течение долгих двенадцати лет она страдала кровотечением, и истратила все, что у нее было, на врачей, но никто не мог помочь ей. Вдруг Христос остановился и обратился к народу с вопросом: «Кто прикоснулся ко Мне?» «Наставник, – сказал Петр, – народ окружает Тебя и теснит, и Ты говоришь, кто прикоснулся ко Мне». Но Христос сказал: «Прикоснулся ко Мне некто, ибо Я почувствовал силу, исшедшую из Меня». Так говорит Он, как будто здесь только одна эта женщина, среди всей громадной толпы. Ответ Петра на вопрос Господа показывает, что он ничего не понимает. Христос говорит о силе, исшедшей из Него. Это сила Самого Бога. Эта чудотворная сила, которой исполнен Господь, скоро будет передана Им двенадцати (Лк. 9, 1–2). В ней – начатки силы Духа Святого, Которого ученики примут только после Пасхи.
Что касается кровоточивой, она объявляет перед всем народом о своей болезни и о мгновенном исцелении. Она трепещет, исповедуя, что нарушила Закон. Край одежды Спасителя напоминает о том, что надлежит исполнять все заповеди Господни. «Объяви сынам Израилевым – сказано в книге Чисел, – и скажи им, чтобы они делали себе кисти на краях одежд своих в роды их, и в кисти, которые на краях, вставляли нити из голубой шерсти; чтобы вы помнили и исполняли все заповеди Мои и были святы пред Богом вашим» (Числ. 15; 38, 40). Мы видим, что вера женщины (а не небрежение о Законе) вела ее ко Христу. И Он с изумлением говорит ей: «Дерзай, дщерь, вера твоя спасла тебя. Иди с миром».
Мы тоже страдаем – если не физически, то духовно – от греха. Один человек страдает от гнева и злобы, другой страдает от скупости и жадности, третий страдает от распущенности, которая толкает его на блуд. Четвертый страдает от пьянства, пятый страдает от тщеславия, которое заставляет его искать пустой земной славы. Шестой страдает от зависти, которая мучает его, когда он видит успех и счастье других. Седьмой страдает от лени и расслабленности. Если каждый из нас испытает себя внимательно, то он увидит, что он страдает от того или иного греха. И самое печальное – что грехи эти у нас изо дня в день повторяются. Вчера мы каялись в них, а сегодня повторяем их снова. Грех – род кровотечения, который никогда не кончается у нас и который постоянно ослабляет нас, обескровливает нас, делает нас полуживыми.
Как кровоточивая женщина в сегодняшнем Евангелии была неисцельно больна, точно также грехи наши неисцелимы никакими человеческими средствами. Никто, ни один человек, не может освободить нас от греха. Есть только один Господь Иисус Христос, способный исцелить человека от болезни греха и спасти его. Он единый Врач душ и телес наших, Спаситель грешников.
И далее повествование снова возвращает нас к Иаиру. Его молитва ко Господу придти к нему в дом уже не имеет смысла – слишком поздно! Но Господь приглашает его идти дальше естественного разума: спасение, которое Он предлагает, требует только веры. Здесь, как и в слове, обращенном к женщине, спасение и вера связаны друг с другом. В устах Господа они соединяются в одно: «Не бойся, только веруй, и спасена будет». Входя в дом, Господь берет с Собой только трех избранных учеников, свидетелей Его силы, а также отца и мать девицы. «Все плакали и рыдали о ней. Но Он сказал: не плачьте; она не умерла, но спит. И смеялись над Ним, зная, что она умерла». Все кончено, о чем еще говорить! Этот человек, эта жизнь, этот народ, это человечество – мы достоверно знаем – уже мертвы. Зачем еще ломать комедию?
Как наинской вдове, Господь говорит со властью: «Не плачь!» Воскрешение совершается Его прикосновением к умершей и повелением: «Девица, встань!» «И возвратился дух ее; она тотчас встала, и Он велел дать ей есть». Мы слышим слова, которые Церковь с самого начала употребляет, говоря о воскресении: «Встань, спящий, и воскресни из мертвых, и осветит тебя Христос» (Еф. 5, 14). Как у женщины, страдающей течением крови, чудо совершается мгновенно. Повеление дать есть девице показывает реальность ее возвращения к жизни. Так Сам Господь по Своем воскресении будет есть и пить с учениками Своими во уверение реальности Своего человеческого тела.
ИСЦЕЛЕНИЕ КРОВОТОЧИВОЙ ЖЕНЩИНЫ И ВОСКРЕШЕНИЕ ДОЧЕРИ НАЧАЛЬНИКА СИНАГОГИ
Эти два чуда рассказаны синоптиками в связи одно-с другим. Начало одного чуда, прерывается повествованием о другом. Связь по времени, возможно, имеет и внутренний смысл, т. к. в обоих случаях – как у Иаира, так и у кровоточивой женщины проявляется исключительная сила веры? следствием которой явились величайшие чудеса. Об этих чудесах, совершенных в Капернауме, позднее Сам Христос с горечью говорил: «И ты, Капернаум, до неба вознесшийся, до ада низвергнешься, ибо если бы силы, явленные в тебе, были явлены в Тире и Сидоне», (т. е. в языческих городах), «то они давно бы во вретеще и пепле покаялись. »
Евангелист Марк дает нам более подробный рассказ об упомянутых чудесах. Он говорит так:
«И вот приходит один из начальников синагоги, по имени Иаир, и, увидев Его, падает к ногам Его и усиленно просит Его, говоря: дочь моя при смерти; приди и возложи на нее руки, чтобы выздоровела и осталась жива. Иисус пошел с ним. »
Во время пути, Иисуса Христа сопровождало «множество народа, и теснили Его». Всем хотелось быть ближе к Чудотворцу и Наставнику. И вот: «Одна женщина, которая страдала кровотечением двенадцать лет, много потерпела, от многих врачей, истощила все, что было у ней, и не получила никакой пользы, но пришла еще в худшее состояние, – услышав о Иисусе, подошла сзади в народе я прикоснулась к одежде Его. Ибо говорила: если хотя к одежде Его прикоснусь, то выздоровею». ( Мк. 5:25–28 ).
Нам не трудно представить себе образ этой несчастной женщины, доведенной до отчаяния безнадежной болезнью и полным разорением. Что это была за болезнь? Возможно, что это была маточная фиброма, которая, в запущенном состоянии, могла бы быть излечена только оперативным путем: но, в те времена, хирургических операций не знали, а по всей вероятности, лечили только природными наркотиками, что в конце концов вело к полному истощению организма и, конечно, к смерти.
Женщине стыдно было показываться на глаза врачам и, тем более, она никогда не решилась бы рассказывать о своей болезни, да еще при народе, такому окруженному славой, всеисцеляющему Врачу, каким был в глазах всех людей Наставник из Капернаума. Но в душе ее родилась, «Богом данная, непоколебимая вера в то, что именно Он, единственно Он, этот Учитель, может исцелить ее от мучительного недуга.» И поэтому, как только услышала, что́ приближается окруженный толпою людей Иисус, пробралась сзади в народе и. безмолвно коснулась одежды Его. и «тотчас», как свидетельствует Евангелист Марк, «иссяк у ней источник крови; и она ощутила в теле, что исцелена от болезни».
Кто в своей жизни хворал долгие годы, испытывая при этом день и ночь непрекращающиеся боли, щемящие душу и искажающие все представление об окружающей действительности, тот знает, что значит хотя бы на короткое время, освободиться от мучений, вздохнуть полной грудью, почувствовать себя здоровым, хоть одну ночь поспать без болей, без отвращения к своему собственному телу – это такая радость! А если бы совсем выздороветь?! Вот тогда бы началась поистине новая, светлая жизнь. Но где этот врач, который может исцелить безнадежно-больного?!
Кровоточивая женщина нашла своего Врача. Быть может, никогда не видав Его раньше, и увидев теперь, она поняла и уверовала, что сила, исходящая от Него и исцеляющая всех, излечит и ее болезнь. И действительно, одно только прикосновение к Его одежде вернуло ей полное здоровье. Она сразу же «ощутила в теле, что исцелена от болезни».
Далее, Евангелисты свидетельствуют, что «в то же время Иисус, почувствовав Сам в Себе, что вышла из Него сила, обратился в народе и сказал: кто прикоснулся к Моей одежде?» ( Мк. 5:30 ).
При чтении этих слов многие недоумевают и спрашивают: что это за «сила», которая исходила от Христа, что Он Сам чувствовал ее похождение? Магнетизм? Электричество? Или еще какая другая материальная сила? «Ибо от Него исходила сила и исцеляла всех. », – сказано в другом месте Евангелия. Да, может быть это была и материальная «природная» сила, свойственная абсолютно-здоровому телу, каковым было тело Нового, Безгрешного Адама. Вообще говоря, здоровое (хотя всегда, конечно, и не абсолютно-здоровое) тело человека обладает колоссальными силами всех качеств, но эти силы могут быть использованы человеком – по неумелости греховного ума, сердца и духа, – только в самой малой степени. И, в такой же степени, они могут быть и переданы, и восприняты, от одного человека к другому. Отсюда необходимость для исцеления больных – веры исцеляющего и исцеляемого. Исцеляющая сила Христа была как лучи солнца, – возрождающие жизнь земли и убивающие все болезнетворные начала. Но лучи солнца могут проникнуть в дом только в том случае, если все окна открыты, или стекла окон промыты. Так и человек может воспринять исцеляющую силу Христа, только тогда, когда душа его открыта верою и очищена покаянием, т.е. сознанием своих грехов с жаждою перемены своей жизни. Если для этой истины искать параллели в законах природы (а они суть всегда и везде, без исключения, законы Бога-Творца), то можно вспомнить о современных радио и теле-аппаратах, где воспринимающая «станция» только тогда воспримет волны «отправляющей станции», когда она сама исправна и соответственно настроена.
Итак, прикоснувшись с верою к одежде Христа, женщина почувствовала, что «тотчас иссяк у ней источник крови» – т.е. говоря медицинским языком, – кровоточащая опухоль внезапно перешла в стадию инволюции – «рассосалась», как это бывает в начальных фазах этой болезни.
Женщина хотела сохранить в тайне свое излечение, но Христос искал ее в толпе, и тогда она, «в страхе и трепете, зная, что с нею произошло, подошла, пала пред Ним и сказала всю истину». И здесь Господь успокоил ее, т. к. в душе женщины было смятение и страх перед Христом и перед толпой: таившись от всех, она теперь внезапно стала центром внимания множества людей, в ней были – и радость выздоровления, и боязнь за свою вину самовольства и т. д. Но Христос – ободрил ее, дал мир и благословение на дальнейшую жизнь: «Он сказал ей: дщерь! вера твоя спасла тебя; иди в мире и будь здорова от болезни твоей» ( Мк. 5:34 ).
И когда Господь давал Свое благословение женщине, а Иаир, полный тревоги и надежды стоял возле, приходят к нему и говорят: «дочь твоя умерла; что еще утруждаешь Учителя?»
Но не успел Иаир вымолвить слова, как «Иисус, услышав сии слова», – свидетельствует Марк, – «тотчас говорит начальнику синагоги: не бойся, только веруй», и уже не медля, пошел к нему в дом. Вся толпа ринулась за ними, – но Христос «не позволил никому следовать за Собою, кроме Петра, Иакова и Иоанна, брата Иакова».
Далее мы являемся незримыми свидетелями необычайного чуда, подобного которому Христос еще не совершал ни разу. Он воскресил только что умершую двенадцатилетнюю девушку – дочь Иаира. Как это произошло?
Мертвая девушка лежала во внутренних комнатах, а снаружи царило смятение, плач и жалобное завывание свирелей. Проходя сквозь группу плакальщиков, Христос сказал им: «что смущаетесь и плачете? девица не умерла, по спит». ( Мк. 5:39 ).
Эти слова вызвали смех окружающих, они почли их нелепостью – «зная, что она умерла» ( Лк. 8:53 ). Но Христос, выслав всех, взял с Собою отца и мать девицы, а также трех учеников и вошел туда, где девица лежала, и взяв ее за руку, сказал: «Талифа куми», что значит: «девица, тебе говорю, встань. И девица тотчас встала», – как свидетельствует Евангелист Марк, – «и начала ходить; ибо была лет двенадцати». Евангелист Лука добавляет: «И возвратился дух ее». «и Он велел дать ей есть». «Видевшие это», – говорит Марк, – «пришли в великое изумление».
Разумеется, нельзя было не изумиться этому невероятному чуду, которое Христос сотворил как знамение Своей власти над смертью, как проявление Своей любви и жалости к великому человеческому горю и как силу, утверждающую и венчающую непоколебимость веры отца девицы. Но оно не было совершено Христом для доказательства Своего Бого-Сыновства и для «популярности» в народе – ибо «Он строго приказал им, чтобы никто об этом не знал».
Приводимые Ев. Лукой точные арамейские слова «талифа куми» дают возможность человечеству, во все века, как бы слышать своими ушами и повторять звуки голоса, произносимые Самим Господом нашим Иисусом Христом.
Исцеление кровоточивой и воскрешение дочери Иаира. (Мф. 9:18–26)
Фарисеи в гордости своей высокомерно осуждали Господа за Его милостивое обращение с грешниками и мытарями, а Он посрамлял их лицемерие, являя дивные чудеса Своего милосердия над всеми, кто притекал с верой и смиренным сердцем к Его неизреченному человеколюбию. Он еще возлежал за столом в доме Своего новопризванного апостола Матфея и беседовал с учениками Иоанна Крестителя, когда народная толпа, стоявшая у дверей, почтительно расступилась: КОГДА ОН ГОВОРИЛ ИМ СИЕ – вот входит – ПОДОШЕЛ К НЕМУ НЕКОТОРЫЙ НАЧАЛЬНИК, именем Иаир, один из начальников капернаумской синагоги, т.е. главный старейшина прихода, пользовавшийся особенным уважением у Иудеев. Может быть это был один из тех старейшин, которые приходили к Спасителю от лица сотника, строителя синагоги, с просьбой исцелить его слугу.
Теперь у него было свое великое горе: его милая дочь, его единственное детище, лет двенадцати, находилась при смерти; никакие средства капернаумских врачей не помогали ей; и вот, несчастный отец, зная по опыту Божественное могущество Иисуса Христа, в крайнем волнении спешит к Нему в дом Матфея И, КЛАНЯЯСЬ ЕМУ, не обращая внимания на окружающую толпу, с великим смирением бросился к ногам Его и стал умолять Его, ГОВОРИЛ: ДОЧЬ МОЯ ТЕПЕРЬ УМИРАЕТ, может быть, пока я шел сюда, уже и умерла; НО ПРИДИ, ВОЗЛОЖИ НА НЕЕ РУКУ ТВОЮ, И я верю, что Твоей благодатной силой ОНА БУДЕТ ЖИВА. «Те, которые просят помощи, – говорит святитель Златоуст, – имеют обыкновение преувеличивать свои бедствия, дабы тем удобнее склонить на милость тех, у кого они просят милости». «Видно, – замечает блаженный Феофилакт, – Иаир имел веру, но небольшую, потому что просил Иисуса не слово только сказать, как сотник, но и прийти, и возложить руку». Но Господь и малую искру веры Иаировой постарался обратить в пламя. Он внял скорбному воплю несчастного отца: И ВСТАВ, ИИСУС (из-за трапезы), ПОШЕЛ ЗА НИМ. Вместе с Ним пошли И УЧЕНИКИ ЕГО, и множество народа. Сердце Иаира было так измучено печалью, что не имело достаточной силы преодолеть всякое сомнение и страх; между тем, его слабой вере вскоре предстояло страшное искушение, которого он боялся, но еще не знал, что оно уже близко, что его дочь уже в самом деле умерла. Нужно было поддержать эту веру, и вот что творит премудрость Божия для подкрепления веры его. Народ со всех сторон теснил Господа; всем хотелось видеть, что сделает с болящей необыкновенный Учитель Чудотворец. Но в этой многолюдной толпе была одна больная женщина, которой было не до праздного любопытства. И ВОТ, ЖЕНЩИНА, ДВЕНАДЦАТЬ ЛЕТ СТРАДАВШАЯ КРОВОТЕЧЕНИЕМ, много претерпела она от многих врачей, истощила на них все свое имение, но никакой пользы не получила, а пришла в еще худшее состояние. Услышав об Иисусе Христе, эта страдалица решилась прибегнуть к помощи Божественного Врача; с усилием пробралась она сквозь тесную толпу и, не смея по женской стыдливости прямо просить Господа об исцелении своей болезни, не смея даже остановить Его или коснуться Его пречистой руки, – только ПОДОЙДЯ СЗАДИ, с великой верой и благоговением ПРИКОСНУЛАСЬ незаметным образом К КРАЮ ОДЕЖДЫ ЕГО, к тем белым кистям на одежде Его, которые Иудеи должны были носить по закону Моисееву в знак того, что они помнят и исполняют заповеди Божии. Она прикоснулась именно к этому «воскрилию» ризы Его, приписывая ему особенную святость.
«Она не имела еще, – говорит святитель Златоуст, – надлежащего и совершенного понятия об Иисусе; иначе она не думала бы, что может укрыться от Него; но она и не сомневалась, и не говорила сама себе: исцелюсь ли я от болезни или нет? но подошла с твердой уверенностью, что получит исцеление. ИБО ОНА ГОВОРИЛА САМА В СЕБЕ: видно никто, кроме Иисуса, не восстановит моего здоровья; но как явиться мне, как приступить к Нему? Закон Моисеев объявляет меня нечистой; если я повергнусь перед Иисусом при всем этом народе, то я вызову в людях всеобщее отвращение; если коснусь руки Его, я оскверню Его Самого. Что же мне делать? Как быть? Но ведь Он не погнушался войти в дом мытаря; вот идут за Ним разные грешники и Он не гонит их прочь от Себя. Пойду и я, грешница, хотя бы ризы Его коснусь: Он так милосерд, так преисполнен Божественной силы, что ею, этой благодатной силой, орошены самые ризы Его, поэтому ЕСЛИ ТОЛЬКО ПРИКОСНУСЬ К ОДЕЖДЕ ЕГО, ВЫЗДОРОВЕЮ. Так в ее сердце явилась благая надежда, и эта надежда не посрамила ее. Прежде самих апостолов познала она – не умом, а простым своим сердцем ту великую истину, что во Христе Иисусе обитает «вся полнота Божества телесно» ( Кол. 2:9 ). Прикасаясь к краю одежды Христовой, она не боготворила ее, а только выразила свою крепкую веру во всемогущество Иисуса Христа. Так впоследствии больные исцелялись от прикосновения главотяжей и убрусцев (Убрусец (ц.-сл.) – полотенце, узкий пояс, платок) апостола Павла; так по вере болящих одна тень апостола Петра исцеляла их. Так и ныне, по благодати Божией, верующие исцеляются, прикасаясь с верой к чудотворным иконам, к мощам угодников Божиих, или освящая себя Таинствами Церкви. «Для нас, чувственных, – говорит святитель Феофан затворник, – необходимо чувственное прикосновение, чтобы принять нечувственную духовную силу. Господь так и устроил: Его Святая Церковь имеет видимое устроение: благодатная сила Божия приемлется через прикосновение с верою в Таинствах, в святыне храмов Божиих, в святых иконах и мощах. Господь видит веру прикасающегося и в его же сердце изрекает ему: «дерзай, чадо!» « Но среди множества народа, теснившегося вокруг Господа, вероятно были и другие страждущие застарелыми недугами; может быть, они были телом еще ближе к Небесному Целителю, нежели кровоточивая, и однако же не касались Его с той верой, с какой прикоснулась она, и потому оставались неисцеленными. Так бывает и в Христовой Церкви: многие называют себя христианами, Христовыми по имени, участвуют в Таинствах Церкви, но Христа не касаются, не притекают к Нему с живой, сердечной верой, не ищут и потому не получают жизни и исцеления от Него через те благодатные средства, какие предлагает им Святая Церковь.
Дерзай, дщерь! Девица! Встань или о христианках и феминистках
Приблизительное время чтения: 13 мин.
В заголовок этой статьи вынесены две фразы Христа. Первая обращена к женщине, исцелившейся от прикосновения к Его одеждам. Вторая — к дочери начальника синагоги Иаира, которую воскресил Иисус. По мнению Марины Андреевны Журинской именно в этих словах Христа предельно лаконично сформулированы два жизненных принципа христианки. Но как именно следует понимать их?
Не про феминисток и священниц
Прежде чем я скажу, как я понимаю эти слова Христа, я скажу, как я их не понимаю. Потому что предчувствую, сколько найдется желающих интерпретировать слова Спасителя в «единственно правильном» и отвечающем запросам времени русле.
Так вот, во-первых, я считаю, что упомянутые слова Христа не имеют никакого отношения к феминизму. Вот просто абсолютно никакого! Я не буду говорить о том, что мне не нравится, как ведут себя феминистки (по-моему, крайне не женственно). Также не буду останавливаться на том, что наблюдения последнего века показывают — женщины теряют всякий образ женственности и совершенно звереют, когда мужчины становятся тряпками. Дело не в этом. Дело в том, что феминизм опирается на принцип: «которые здесь мужики, слазь, кончилось ваше время!». Феминистки — они ведь не за равноправие полов, они за свое дамское руководство!
А в Евангелии намечен царский путь: Нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе (Гал 3:28). То есть мужчины и женщины равны по значимости, равночестны. Другое дело, что у них немножко разные функции и как раз сохранение этих функций, когда мужчина есть мужчина, а женщина есть женщина, и обеспечивает по-хорошему равенство и гармонию полов.
Знаете, как-то один добрый человек написал в статье, что женщина самой природой предназначена для деторождения. Я задумалась, а потом позвонила автору и спросила его: а для чего же тогда мужчина предназначен самой природой? Автор оказался умный, не стал искать выгодного для себя ответа, а просто вздохнул в знак согласия с тем, что сделанное им заключение неконструктивно.
Ведь это все разговоры в пользу бедных и никак не соотносится с тем, что можно было бы назвать ожидаемой реальностью.
Во-вторых, упомянутые слова Христа не имеют никакого отношения к гендерным ратоборствам и в частности, к борьбе за женское священство. Его сторонникам, наиболее разумные доводы которых сводятся к «А почему бы и нет?», мне очень хочется сказать: простите, но мне виднее! Мыслить себя в таком вот обличии я просто не в состоянии. Я могу себя представить, допустим, в какой-то другой ситуации, с другими данными певицей на сцене Большого театра, но священницей я себя представить не могу никак. И у меня есть некоторые подкрепления такой непредставимости. Почему? Потому что я однажды видела службу, которую проводила женщина.
Это было в Праге, где таборитам* отдали совершенно прекрасный костел в стиле раннего барокко. Скажу кстати, службы там проходили только раз в месяц, что уже говорит, по-моему, об их ограниченной потребности в отправлении религиозных надобностей. Так вот, в храме тогда находились одиннадцать «верных», дама-священница и тринадцать туристов, среди которых и я. Из одиннадцати верных только двое были мужчины, и сопровождающие дамы весьма элегантно придерживали их за шкирку, чтобы не удрали. Что же касается священницы, то от ее пения под орган создавалось полное впечатление какого-то мюзикла из жизни домохозяйки. Я не могла избавиться от ощущения, что она сама не очень уверена в том, что то, чем она занимается — это правильно. Чувствовалось у нее какое-то собственное недоумение: а чего же это я тут, собственно говоря, делаю? После службы она сказала, что уходит в отпуск и ее обязанности временно будет исполнять сестра Берджишка. Представляете? Хотя и без этого было совершенно понятно, что там просто нет мужчин.
Я вообще подозреваю, что женское священство начинается там, где в мужчинах обнаруживается сильное оскудение. Когда кончаются мужчины — в ход идут женщины. И феминизм, кстати, это дело горячо поддерживает: а чем, мол, мы хуже? ничем не хуже, просто другие!
При этом не стоит думать, что женщина в принципе не может выполнять духовные функции. Был такой замечательный священник — отец Илия Четверухин, он погиб в лагере. И когда его посадили, он своей матушке Евгении оставил приход на духовное окормление. Причащаться, исповедоваться они, естественно, продолжали у священников, в других храмах. Но вне таинственной жизни именно матушка руководила жизнью прихода. Так что это вполне возможно.
Другое дело, что нередко дамы более или менее самостоятельно берут на себя функцию духовного руководства, что не есть хорошо. Тем более не есть хорошо, когда это сопровождается вечным «а я по благословению, по благословению!». Понятно, что если приход очень большой, то настоятель может кому-то перепоручить часть своих обязанностей. Правда, в больших приходах и священников немало. Но получается нередко, что что-то перепоручается не совсем подходящим людям. Но это уже тема отдельная.
На мой взгляд, и о равенстве (равночестности, точнее), и о гендерных особенностях очень выразительно повествуют различия в текстах церковных песнопений. Мы их постоянно слышим в храме, да вот только по дурной привычке не вслушиваемся.
Вот тропарь мученику:
Мученик Твой, Господи, во страдании своем венец прият нетленный от Тебе, Бога нашего: имеяй бо крепость Твою, мучителей низложи, сокруши и демонов немощные дерзости. Того молитвами спаси души наша.
А вот тропарь мученице:
Агница Твоя, Иисусе, зовет велиим гласом: Тебе, Женише мой, люблю, и тебе ищущи, страдальчествую, и сраспинаюся, и спогребаюся Крещению Твоему, и стражду Тебе ради, яко да царствую в Тебе и умираю за Тя, да и живу с Тобою; но яко жертву непорочную приимя мя, с любовию пожершуюся Тебе. Тоя молитвами, яко Милостив, спаси души наша.
Как замечательно подчеркивается, что мученики получают от Господа силу низвергать и сокрушать силы тьмы! Как трепетно рисуется бесконечная преданность мучениц Христу и их беспредельная любовь! Вот в этом смысле мученики и мученицы не только остаются мужчинами и женщинами, но их мужество и женственность приобретают высшую форму и завершенность. И величают мученика «святым стрстотерпцем», а мученицу — «страстотерпицей Христовой».
. А вот песнопения преподобному и преподобной отличаются только обозначениями мужского и женского рода. недаром про иночество говорится — «ангельский чин».
Про главное
Теперь, когда я сказала о том, как не понимаю слова Христа, скажу о том, как я их понимаю.
Дерзай, дщерь! — Христос сказал это женщине, которая, собственно говоря, уже проявила большую дерзость: будучи в состоянии, так сказать, ритуальной нечистоты, она прикоснулась к одеждам Спасителя. А потом к тому же еще и — по прямому Его приказанию — прилюдно рассказала, почему и зачем она это сделала. Однако заметьте, что Христос не сказал: «Я тебе прощаю твое дерзание», хотя она, можно сказать, надерзила преизрядно. Наверное, многие из окружающих ее уже с готовностью осудили. Но Он сказал: дерзай! Он благословил ее идти в жизни прямым путем. Без оглядки на то, кто и что говорит. Есть я, есть Бог, есть закон и есть Завет — и это главное. А то, что там говорит соседка — это неважно, у соседки свой путь и свое его видение. При этом не стоит путать дерзновение с нахальством, с обязательным избавлением от кротости.
Дерзай — значит ощути в себе голос Божий и действуй так, как тебе голос Божий подсказывает. Дерзай — значит распрямись перед Богом. У нас, к сожалению, мало кто понимает слова «премудрость, прости», которые звучат в храме перед чтением Писания. А ведь они значат — стойте прямо. Потом, правда, звучит призыв «приидите, поклонимся». Так ведь кланяться-то нужно из позиции, которая такую возможность предполагает! То есть, если ты прямо стоишь перед Богом и твое устремление к Богу прямое и честное, единственное, что ты, как честный человек, можешь сделать — это поклониться Ему. Но вот этого самого «стойте прямо» — в головах почти нет. А кланяться — да сколько угодно!
Но какой смысл в поклоне человека, который по большей части ползает на карачках? Никакого! Это не ценность ни для самого человека, ни для Бога.
И вот, когда апостол Павел говорит подражайте мне, как я Христу (1 Кор 4:16) — это ведь тоже призыв к дерзновению, к устремлению на высоты духа!
Девица! встань! А это еще интереснее. Ведь слова Христа обращены к мертвой отроковице, к девочке, которой всего 12 лет. Это такой мощный символ, что просто дух захватывает: через эту девочку Христос обращается на самом деле ко всему человечеству! Через нее Он говорит, что пришел восстановить падшее человечество, освободить его от власти смерти. И очень ценно, что сказал Он это именно девочке. Понимаете, не какому-нибудь там избранному, мудрому и благочестивому мужу, а девочке, тростиночке, можно сказать. Потому что мы перед Богом — слабые дети.
Вспомните, ведь Христос открыл, кто был лучший из людей — Иоанн Креститель. Он был даже лучше древних великих пророков. А чем у нас Иоанн отличается? Опять-таки именно своим дерзанием, своей устремленностью, пламенностью. Не даром же его изображают на иконах с крыльями как Ангела пустыни. И ни перед кем он не склонялся, кроме как перед Богом. И для меня очень важно то, что эта самая девочка в глазах Христа лишь немногим хуже Иоанна Крестителя. Господь ее поднимает со смертного одра, чтобы она тоже прямо стояла. И не только она — чтобы все человечество прямо стояло перед Богом. Поэтому и Дерзай, дщерь! и Девица! встань — на самом деле об одном и том же. И как же важно, что слова Христа — именно окрыляющие. И насколько далеки, к сожалению, от них привычные нам сегодня расхожие штампы, ограничивающие духовную жизнь рамками типа «постись, молись, смиряйся».
Удивительная вещь — смена парадигм. Лет 30 назад я выслушивала аргументы своих друзей, которые не осмеливались поверить: «мы люди маленькие, нам бы прожить тихонько, нам не до полетов, не до свершений, не до дерзаний». Правда, очень похоже на благостные шепотки некоторых наших современников? А мне почему-то кажется, что эти смиренные атеисты более правильно рассматривали соответствующие различия между верой как дерзанием и неверием как робостью.
Про равенство
Есть в Новом Завете рассказ о женщине, которую ныне мы почитаем как равноапостольную святую. Это Мария Магдалина. Мне кажется очень важной одно сказанное ею слово. Когда Мария встретила воскресшего Христа, то сначала не узнала Его, приняла за садовника. Тогда Христос окликнул ее по имени и Мария увидела Его. Что же она закричала? — Раввуни! («Учитель!») Но простите, женщины тогда в принципе не получали духовного образования, а в иудаизме не получают его и сейчас. А Магдалина называет Христа Учителем, и тем самым позиционирует себя как ученицу — это неслыханно по тем временам! Я уж не говорю о том, что Апостолы были учениками, и поэтому в этом восклицании Мария уже словно бы провидит, что она будет равноапостольной. Но это же совершенно спонтанно! Да ведь она себя так ощущает! И заметьте, Христос не воспрещает ей так называть Себя. Этот эпизод, по-моему, очень хорошо свидетельствует о том духовном равенстве мужчины и женщины, которое открыл нам Новый Завет. Но важно, что это равенство осуществляется с сохранением всех половых различий, — оно совершенно не нуждается в защите феминисток.
В самом деле, женщина-христианка ни в каком случае ничего не теряет благодаря полноте своей веры. Господь позаботится о ее благой части либо в браке, либо в безбрачии, либо в труде, либо у домашнего очага. Ее доверие Богу всегда наполняет ее жизнь светом.
Братья по вере относятся к ней с теплом и уважением. Ах, вы хотите сказать, что это далеко не так? Да, конечно, но только в той мере, в какой мы не входим в полноту Нового Завета. Сказано ведь и по тому узнают, что вы мои ученики, если будете иметь любовь между собою (Ин 13:35). Эх.
А как хорошо было бы «прицельно» повспоминать, как Христос судил прелюбодейку (Ин 8:3-11): непредвзято, исходя из смысла закона, но без всякого ожесточения, сочетая милость и истину; как мягко Он ее отпустил, наказав впредь не грешить. Как бескомпромиссно, но без озлобления и высокомерия Он испытал веру сирофиникиянки и даровал ей искомое счастье — исцеление бесноватой дочери (Мк 7:25-30). Как блистательно разговаривал с самарянкой. которая была не только иной веры, но и поведения непохвального, — а Он ее так мягко обличил (ровно настолько, чтобы она почувствовала к Нему доверие), а затем так прекрасно рассказывал про реки воды живой (Ин 4:7-29) и нашел в ней внимательную и понятливую слушательницу, в то время как ученики крайне удивлялись, с чего это Он разговаривает с женщиной, и думаю, что в этом к ним присоединилось бы немалое количество наших современников и единоверцев.
Но венец свидетельств об отношении Христа к женщинам — это Его забота о Матери, проявленная в момент последней предсмертной муки, когда Он поручил Богородицу заботам апостола Иоанна торжественной формулой: «Жено! се, сын Твой. — Се, Матерь Твоя!». Об этом следует думать ежедневно, и тогда, может быть, перестанут просторы родимой страны оглашаться непередаваемо гнусной бранью, которую позволяют себе в том числе и те, кто позиционирует себя как защитники Православия, и даже благочестивые дамы, защищающие нравственность.
Обычная «взвешенная» позиция у нас состоит в том, что проблем нет. В том числе и проблем с положением женщины и с отношением к ней. На самом деле еще как есть, но решать ее нужно только в свете истины Христовой, а не потакая злобе дня и чьим-то групповым интересам. Чьим бы то ни было.
Исцеление женщины от одежд Христа
(Лк 8:41-48)
Иаир был начальником синагоги, и его двенадцатилетняя дочь («одна дочь» — может быть, у нее были брат или братья, а может быть, и нет) умирала. Несчастный отец умолял Христа о помощи, и Тот откликнулся и пошел. А народ собрался вокруг Него густой толпой. В этой толпе к Иисусу протиснулась больная женщина, 12 лет страдавшая кровотечением и потратившая на лечение все, что у нее было.
Женщина подошла к Нему сзади и только прикоснулась к одежде: велика была ее вера, но велика и робость. Исцеление было мгновенным. Но тут Христос спросил: Кто прикоснулся ко Мне? Все отнекивались, а Петр и другие ученики начали «объяснять» Ему, что Он никак не мог ничего почувствовать в тесноте. На что последовал ответ: Прикоснулся ко Мне некто, ибо я чувствовал силу, исшедшую из Меня.
Мы не будем вдаваться в подробности касательно природы этой силы, а удовлетворимся сказанным. Но женщина-то какова! Преодолела свою робость и не побоялась вызвать нарекания, а подошла, пала ниц и рассказала, что это сделала она по причине болезни и что этим прикосновением исцелилась. И как прекрасны слова Христа: Дерзай, дщерь! вера твоя спасла тебя; иди с миром. Наверное, можно предположить, что именно верою эта женщина рассказала прилюдно о своей болезни — потому что верила, что Господь ей дурного не сделает и защитит от зла. Более того, Христос даже поощрил ее дерзновение, поскольку оно было продиктовано верой не только в то, что Он способен ее исцелить, но и в то, что Он благ.
Воскрешение дочери Иаира
(Лк 8:49-56)
. Тем временем к Иаиру подошел один из его домашних с известием, что дочь его умерла и Учителя можно уже не утруждать. Эти жестокие слова услышал Иисус и сказал несчастному отцу: «Не бойся, только веруй, и спасена будет».
В дом Иаира Христос не позволил войти никому из громадной толпы, кроме родителей девочки, Петра, Иоанна и Иакова (замечательно, что они же стали свидетелями Преображения на горе Фавор; это подчеркивает глубинную смысловую значимость воскрешения дочери Иаира).
А сопровождавшие Христа, оставшиеся вне дома, начали привычный ритуал оплакивания покойника. Плачут-разливаются. А Спаситель и говорит: «Не плачьте; она не умерла, но спит». Казалось бы, по законам литературы плачущие должны бы обрадоваться и возвеселиться. Ан нет, они начинают. смеяться над Христом, потому что они же всё лучше знают — и знают, что умерла. Ведь встретили громадной толпой, вроде бы ловили каждое слово, сопровождали, были свидетелями исцеления женщины (а про сколько исцелений слышали!) — и сразу перешли к издевательствам, поскольку Иисус, почитаемый как Пророк, Учитель, Целитель сказал то, что расходится с общепринятыми представлениями! Устроили это безобразие у дверей дома почтенного человека! Казалось бы, не верите в возможность воскрешения, значит, в доме покойник, значит, нужно вести себя тихо, — ан нет.
Но как бы то ни было, а Христос просто не уделяет внимания этому проявлению косности и неблагодарности. Желая остаться наедине с той силой, которую Ему нужно преодолеть, Иисус предлагает удалиться из дома всем присутствующим. Затем Он берет дочь Иаира за руку и говорит: «Девица! встань». И она встает.
По-арамейски это звучит «Талифа куми», и эти слова с тех давних пор множество раз встречались уже в литературе. В них — бесконечная любовь и доброта Бога, в них — обещание того, что Он, если захочет, может сделать невероятное. В этих словах мы можем услышать и ободрение: Господь в силах поднимать из любой пропасти, лишь бы мы откликались на Его призыв.