заброшенный храм в лесу
Забытая Мещёра: храмы в Илкодино и Курилово, оз. Смердячье
Есть на границе Московской, Владимирской и Рязанской областей место под названием Мещёра, знаменитое своими озёрами, болотами и лесными пожарами. Несмотря на относительную близость к Москве места эти по праву можно считать самой глухой частью Подмосковья: где ещё можно встретить такую концентрацию заброшенных объектов, вымирающих деревень, а также затерянных в глухих лесах храмов? Всё это давно нас привлекало, и в один из солнечных дней августа, оседлав нашу внедорожную технику, мы бандой из 12 человек отправились в мотопутешествие.
Традиционно для тех, кто предпочитает видео фотографиям и тексту, прикладываю видеоролик:
Итак, стартовали мы в 8 утра из посёлка Верея, что в пригороде Орехово-Зуева, чтобы за световой день успеть преодолеть круговой маршрут и вернуться к месту старта. Заранее скажу, что это у нас не получилось — возвращались мы уже при свете луны.
Сперва около 2-ух часов двигались по просекам, оставшимся от узкоколеек, и бывшим торфоразработкам в направлении Шатуры и пос. Северная Грива. По сторонам болота сменялись лесами, но дороги, благодаря засушливому лету, позволяли двигаться в бодром темпе.
Иногда на пути попадались заброшенные деревни.
И вот мы добрались до первой цели нашего маршрута — заброшенного стекольного завода в пос. Мишеронский. Предприятие было основано в 1830х годах и успешно функционировало до 1990х, когда пришло в упадок. На данный момент все железнодорожные пути разобраны, корпуса в весьма плачевном состоянии, но на части территории, прилегающей к центральной улице, ещё есть жизнь и даже можно встретить охранников.
Покосившиеся, но не сломленные
Храмы Севера и те, кто их спасает
Русский Север пока еще хранит памятники деревянного зодчества удивительной простоты и гармонии. В Карелии, Вологодской и Архангельской областях можно встретить храмы и часовни – шедевры мировой народной архитектуры. Ее расцвет пришелся на XVII век. Закат вот-вот случится…
Спасать, пока не поздно
Государственный музей архитектуры им. А.В. Щусева в Москве. Экспозиция «Возрождение. Деревянные храмы Русского Севера». Посетителей встречает огромная карта, на которой отмечены еще сохранившиеся храмы и часовни. Куратор выставки Мария Уткина рассказывает о том, как их спасают. На фотографиях уникальные колокольни, купола, главы, барабаны и бочки, обшитые лемехом. Простая отделка и незамысловатый «холодный» «проект» показывают, что русский мужик строил основательно и со вкусом.
Но большинство храмов и часовен, которым по 200 и даже больше лет, сегодня памятниками не считаются! Их не охраняет государство, они спокойно догнивают свой век в непроходимых лесах и заброшенных деревнях. До некоторых летом можно добраться только по воде, зимой – на снегоходе. Только в Карелии, Архангельской и Вологодской областях обнаружено 700 памятников. Эти данные озвучивают волонтеры проекта «Общее дело».
– Эти данные не окончательны, – говорит координатор проекта Виктор Константинов. – Куда-то мы еще просто не доехали.
Сегодня заброшенные храмы постепенно уничтожают дожди и снег, а своим равнодушием добивает человек
В советские годы для сохранившегося деревянного наследия были трудные времена. В худшем случае храмы сжигали, ломали, в лучшем – сносили кресты, а помещения использовали под склады.
Сегодня заброшенные храмы постепенно уничтожают дожди и снег, а своим равнодушием добивает человек.
Интересуюсь у Марии Уткиной, как возникла идея спасать деревянные храмы Русского Севера.
– Меня возили по деревням в детстве. И я росла еще среди деревянных срубов. Может, это повлияло. А вообще, мне кажется, что каждый человек, который видит деревянные храмы, не может не поразиться… Когда дерево сереет, оно приобретает потрясающую, удивительную красоту цвета.
– Сколько организаций занимается восстановлением деревянных храмов?
– Мы пропагандируем волонтерские проекты «Общее дело», «Вереница» и фонд «Наследие Севера». Они помогают проводить консервационные работы деревянных храмов и часовен до их реставрации.
– А что вас, как молодого архитектора, поражает в этих храмах?
– Меня поразило главное – пропорции. И то, что каждый храм стоит в идеальном для него месте. Я имею в виду ландшафт. Очень хорошо сливается с природой, и опять же – удивительные пропорции! Я никогда не видела такой высоты срубы. Некоторые деревянные храмы по 32 метра, по 40…
Специалист по истории русской архитектуры, доцент Высшей школы экономики Л.К. Масиель Санчес полагает, что русское деревянное зодчество не имеет аналогов в мире как по количеству и размерам памятников (высота некоторых храмов достигает 45 м), так и по их художественным качествам.
Как раз останавливаемся у цветной фотографии храма в честь Владимирской иконы Божией Матери. Архангельская область, Онежский район, деревня Подпорожье.
– Это самый-самый прекрасный храм. Он производит огромное впечатление. Ты к нему подходишь и видишь: какая огромная махина. Этот карниз очень широкий, он похож на итальянский классический карниз. И с разнообразной резьбой. А внутри – небеса, которые сохранились, еле-еле держатся, но пока еще держатся, – рассказывает Мария Уткина.
– Чтобы этот храм восстановить, сколько нужно денег?
– Мы посчитали: нужно 50 миллионов. Это чтобы восстановить его полностью. Он огромный. 32 метра в высоту. Потрясающий, удивительный храм.
Об ударе русского мужика
Для Русского Севера характерны ансамбли: холодный летний храм и теплый зимний. Первый, как правило, большего размера. Замечательный памятник мирового деревянного зодчества, дошедший до нас только на дореволюционных снимках, – Великодворский погост в Юроме Архангельской области. На фотографии церкви архангела Михаила и пророка Божия Илии. Первая построена в 1685 году, вторая – в 1729-м.
Но каким-то чудом мы можем увидеть еще сохранившиеся настоящие шедевры вживую. Не случайно Русский Север признан самым большим и уникальным заповедником народного творчества.
Деревянное зодчество на Руси настоящий подъем переживает в XVII веке. Живой строительный материал был, что называется, под рукой. Филигранность работы и сегодня поражает искусствоведов.
Внешнее декоративное убранство храмов северяне свели к минимуму. Постепенно формы усложнились, но дошедшие до нас образцы построек до сих пор сохраняют строгость общего облика.
Не могу не спросить:
– Мария, объясните мне, как архитектор, почему всё так просто?
Здесь эстетика особая. Простота! Не золотые купола, не богатство. Всё это суровое, северное
– Это особое видение красоты. Я думаю, что эстетика такая, любовь к красоте, любовь к эстетике особая. Простота! Не золотые купола, не богатство. Всё это суровое, северное. Я помню, была служба в деревянном храме. Совершенно по-другому ты всё ощущаешь. Там всё гораздо проще. Можно сравнить с какими-то греческими храмами. Там нет акустики. Абсолютно домашнее богослужение. И в этом есть огромная глубина. Дерево – это материал, который не просто отражает звук, как камень.
Спасти редкие и уникальные храмы и часовни еще можно. Но усилий одних волонтеров недостаточно. Хотя о некоторых примерах стоит сказать особо.
Архангельская область, ансамбль Ворзогорского погоста. На цветной фотографии храм с пятью куполами.
Руководитель проекта «Общее дело» священник Алексий Яковлев со своей матушкой каждый месяц откладывали 10% от своей зарплаты. Чтобы установить три главки с крестами. Они поставили три купола своими силами.
Братская помощь
Судьба исчезающего русского деревянного зодчества волнует и иностранцев. Нет, это не туристы, которые ежегодно тысячами приезжают посмотреть знаменитые и уникальные Кижи. Англичанин Ричард Дэвис и американец Уильям Крафт Брумфилд давно увлечены русской архитектурой. И ценят они не признанные памятники, а никому не известные часовенки и покосившиеся стены русских храмов.
– Надо всё это сохранить. Часто деревянные храмы находятся в заброшенных селах, в деревнях, в глуши. Но специалисты и волонтеры стараются сохранять это великое наследие. История этих храмов – это история русского народа. Особенно на севере, – рассказывает американец Уильям Брумфилд – признанный специалист по истории русского зодчества.
Он родился на юге США. В 1970 году собрался посетить СССР. Для этого путешествия купил фотоаппарат. Уже в России, в ходе поездок по древним городам и селам, у него обнаружится талант фотографа и… любовь к русской деревянной архитектуре.
Англичанин Ричард Девис тоже фотографирует. Работы под названием «Wooden Churches. Travelling in the Russian North 100 years after Bilibin» он выкладывает на своем сайте. С Марией мы подходим к очередной фотографии.
– Это село Турчасово в Архангельской области. Литургия здесь служится несколько раз в году. Для этой церкви Ричард Девис купил колокола.
– Сколько они стоили? – спрашиваю.
Это был первый колокольный звон в Турчасове за сто лет!
– Пять тысяч евро. Это был первый колокольный звон в Турчасове за сто лет!
Помочь может каждый
Работа по восстановлению часовен и церквей требует колоссального терпения. Реальную угрозу для них представляют не только погода и безразличие людей, но и птицы. Они любят гнездиться под крышами. В результате практически в каждой часовне образуется несколько слоев птичьего помета. Разгребать его приходится волонтерам.
– За многие годы ребята вынесли несколько тонн птичьего помета, – рассказывает Мария.
Помочь в восстановлении еще не утраченных святынь может каждый. Для этого даже необязательно жертвовать деньги. Можно найти время и связаться с волонтерами любой из организации: «Общее дело», «Вереница» и фонд «Наследие Севера».
Не остался в стороне и известный музыкант Петр Налич, который родился в семье архитекторов. Петр Андреевич записал обращение на YouTube для тех, кому не безразличны наша история, наша культура и наша вера.
Иностранцы готовы платить огромные деньги, чтобы хоть как-то сохранить и украсить то, что нам досталось от предков. Волонтеры планируют маршруты и собирают целые экспедиции, чтобы поставить леса, настелить полы, отреставрировать купола, стены, крыши или хотя бы просто подмести и прибраться. Этих часовен и храмов, повторюсь, в Карелии, Архангельской и Вологодской областях осталось не более 700. И некоторым недолго еще стоять под открытым небом. Если мы не поймем, что это наше общее дело, мы утратим что-то важное. Пока есть время, нужно торопиться.
28 сентября 2015 г.
1 Воронин Я.Я. У истоков русского национального зодчества // Ежегодник Института истории искусства. Л., 1952. С. 259.
2 См. об этом: Масиель Санчес Л.К. Деревянная церковная архитектура // Православная энциклопедия. Т. 14. М., 2007.
Заброшенный храм в лесу
Войти
Авторизуясь в LiveJournal с помощью стороннего сервиса вы принимаете условия Пользовательского соглашения LiveJournal
Николо-Пустопольский погост. Заброшенная церковь в мещерских лесах
«В интернете много легенд о неуловимой церкви неизвестного происхождения, которую нельзя найти даже с помощью GPS, причём дорог, показанных на карте, в реальности нет, а есть совсем другие.
Происхождение церкви не так уж неизвестно. Она находится приблизительно в семи километрах к северу от посёлка Северная Грива, куда можно добраться автобусом из Шатуры.
Кирпичная церковь Рождества Богородицы с Никольским приделом (иногда фигурирует как «церковь Никольская Николо-Пустопольского погоста») была заложена на месте сгоревшей деревянной в 1832-м году. Композиция трехчастная осевая, в стиле Позднего Классицизма. Кирпич, побелка. Приходский храм построен прихожанами.
Недалеко от этого заброшенного места культа располагались две деревни: Курилово и Бажаново. Деревня Курилово, Пустопольский погост, (Урочище Курилово) насчитывало девять дворов в 1705-м году и принадлежала помещикам Ивану Степановичу Юматову и Андрею Трофимовичу Сущеву. Была покинута по одним сведениям после революции, по другим – после перевода в эти края (в Костерево / Космынино) ракетного полигона. Ныне данный полигон отсутствует.
Церковь стоит среди леса и видна лишь в непосредственной близости. Считается одной из наиболее труднодоступных в Московской области.»
Историческую справку про Церковь Пресвятой Богородицы можно найти здесь.
Так что главной целью этих покатушек было все-таки добраться до точки Х.
Субботним утром в 8.37 загрузилась в электричку до Шатуры. Вторую половину вагона постепенно стала занимать другая команда велосипедистов. (Пыталась в сети отыскать отголоски об их покатушках, но не нашлись. да особо и не искала. Просто интересно было, как девчонки с пластиковыми корзинками в такую погоду по мещерским лесам и пескам не заплутали)))). По дороге подобрала 
diver_oleg ‘а с Артемом Archi. И дальше уже покатили вместе.
Черника с земляникой за две недели практически отошли. но малины было много всю дорогу)))
Канал вдоль которого пролегал наш путь. дорог нет. Только редкие кабаньи тропы к водопою
Мы все шли вперед. До церкви, до надежды на хорошую дорогу оставалось несколько точек маршрута.
Точка 2. Первая переправа через канал
Перекусив, так как пора уже было ужинать. полезла на горку искать дорогу. но хоть и осталось нам километров 6 до Церкви, совсем не верилось, что сегодня доедем.
В точке 1 выехали в сосновую Мещеру и покатили по песчанной дороге в сторону Церкви.
Вечерело. И тут перед нами, сквозь ветки деревьев и вечерний туман, проступила Церковь.
Для меня это было подобно шоку! Я совсем не ожидала увидеть посреди леса, где до ближайшего населенного пункта порядка 10 км, такое огромное и величественно сооружение. Деревянную полуразрушенную церквушку, да. но не это.
Много лет назад посреди Мещерских болот было несколько крупных деревень. Но в советские времена они были разрушены, люди переселены. В этом месте планировалось построить большой военный полигон. Но достроен он так и не был. И действовал лишь пару лет.
А сейчас от этих поселений остались лишь названия урочищ и поляны, где когда-то стояли избушки, остатки садов. На картах упоминания об этих поселениях уже давно не найти. хотя лет 15 назад можно было еще найти полуразрушенные дома. Так от одной из деревень остался только колодец, найденный нами в прошлой поездке. Да и Храмы, если и остались, далеко не все обозначены на карте!
В апреле этого года в сети мелькала информация, что эту Церковь хотят восстанавливать, даже назначен священник. Но очень сомневаюсь в этой необходимости, слишком уж запрятана она в лесу, и далека. Хотя, может, чего-то я и недопонимаю. Место святое.
В прошлую нашу покатушку мы даже надеялись застать здесь реставраторов, найти воду. но скорее всего за последний месяц никто из работников не появлялся. Все заросло травой. Хотя поляна значительно расчищена от деревьев и Церковь найти легче, судя по описаниям.
«Увидел ее я только тогда, когда влотную подъехал. Деревья и кустарник влотную подступили к церкви, летом скорее всего ее совсем не видно. «
«Церковь стоит среди леса и видна лишь в непосредственной близости. Считается одной из наиболее труднодоступных в Московской области. Церковь на Николо-Пустопольском Погосте находится в глуши лесов заклязьминского правобережья, вдали от дорог, на краю непроходимых болот и топей, рядом с несуществующими уже деревнями Баженове, Курилово, Спиридово. Почему именно здесь возник этот погост? В окладных книгах за 1628 год уже упоминалась «Церковь великого Чудотворца Николы в пустом полена погосте. ». В местной церковной летописи за 1773 год значится постройка новой деревянной церкви на Николо-Пустопольском Погосте.В 1832 году вместо деревянной церкви была начата постройка каменного храма с величественной колокольней. Престолов в храме было три: главный — в честь Рождества Пресвятой Богородицы, а также в честь святителя Николая Чудотворца и преподобного Сергия Радонежского. В серебряных позолоченных окладах находились иконы Христа Спасителя, Казанской Божией Матери, Рождества Пресвятой Богородицы, а также крест напрестольный серебряный вызолоченный с частицами святых мощей, серебряный ковчег 1793 года для хранения святых даров, серебряные с позолотой сосуды и другая богатейшая утварь. «
Сейчас мало что от нее осталось. Корни деревьев насквозь пронизывают ее стены, спуская с самых крыш. основания стен разрушены дикими животными, обвавились почти все своды, разрушена колокольня. Хотя главный купол все еще стоит. В нишах стоят свечи с иконами, на стенах еле заметны следы ликов святых. На окнах и крылечках остатки кавынных решеток, до сих пор говорящие о красоте, убранстве и величие этого Храма. Рядом располагается кладбище, по большей части разграбленное. Лишь редкие разбитые надгробия и ямы.
Странное место. И ночь, и сны. что-то особое присутствует в этом месте. Хотя бы ни каждого к себе пускает.
А встав пораньше, гуляла по окрестностям, Храму. Тихо и спокойно в нем.
Заброшенная церковь в лесах под Шатурой
Происхождение церкви не так уж неизвестно. Она находится приблизительно в семи километрах к северу от посёлка Северная Грива, куда можно добраться автобусом из Шатуры.
Кирпичная церковь Рождества Богородицы с Никольским приделом (иногда фигурирует как «церковь Никольская Николо-Пустопольского погоста») была заложена на месте сгоревшей деревянной в 1832-м году. Композиция трехчастная осевая, в стиле позднего классицизма. Кирпич, побелка. Приходский храм построен прихожанами. Недалеко от этого заброшенного места культа располагались две деревни: Курилово и Бажаново.
Деревня Курилово, Пустопольский погост, (Урочище Курилово) насчитывало девять дворов в 1705-м году и принадлежала помещикам Ивану Степановичу Юматову и Андрею Трофимовичу Сущеву. Церковь стоит среди леса и видна лишь в непосредственной близости. Считается одной из наиболее труднодоступных в Московской области.
Основных версий угасания этой деревни и нескольких соседних три:
1) Нынешняя дорога, проходящая мимо церкви, ранее приходила в деревню. Там и сейчас можно найти следы людей вроде заброшенных колодцев (только дорога завалена деревьями и не проездная).
Легенда гласит, что в конце XIX в. на этом тракте стали пропадать люди, и настолько массовым стало это явление, что в стороне проложили новую дорогу. Старый тракт стал загибаться, а вместе с ним и деревня;
2) Они были выселены при организации полигона, который в итоге так и не был создан в том виде, в котором предполагалось;
3) Построенная в 1832 году на средства прихожан близлежащих деревень церковь была закрыта в 1938 году. Священник Никон расстрелян, обвинённый в контрреволюционной деятельности. В конце 1950-х годов деревня была выселена, а церковь разграблена.
Интерес к церкви снова стали проявлять краеведы и туристы с начала 2000-х годов. Осенью 2005 года бывшие жители переселённых деревень посетили церковь и отслужили в ней молебен.
Внутри церкви хорошо видны следы этих посещений.
Колокольня еще стоит, а упавший с нее крест кто-то заботливо прислонил к стене.
Как известно, около каждой церкви есть кладбище и церковный сад. Так вот, тут от кладбища осталось совсем немного:
пара вывороченных надгробий и раскопанные могилы.
От сада же не осталось ничего, кроме полуразвалившегося дерева.
Фото середины 1930-х годов. Из семейного архива Ботиных.
2. Церковь Покрова на Лузе: заброшенный памятник архитектуры среди лесов
Маршрут к заброшенному храму Покрова на Лузе, найденный Димой на одном форуме, начинается с понтонного моста за Лальском. Большое спасибо доброму человеку, который подробно расписал и сфотографировал всю дорогу: мы распечатали его пост и без проблем доехали, хотя накануне в музее нас заверили, что мы не доберемся.
На самом деле дорога оказалась совсем не сложной. Если вкратце, сначала нужно ехать через лес, минуя множество развилок, но наша инструкция помогла нам безошибочно выбрать правильные повороты. Погода была сухая, а почва в лесу песчаная, так что особых препятствий мы не встретили. Удивительно, что в деревню Большое Заборье ведет только эта лесная дорога, а там, между прочим, еще остался один житель! После Большого Заборья дорога выходит из леса на берег и становится видна цель путешествия — заброшенная Покровская церковь конца XVIII века, ни много ни мало памятник архитектуры федерального значения.
Адрес церкви — урочище Буркино. Когда-то оно было нормальным селом, да и места вокруг не пустовали. Разницу между «тогда» и «сейчас» прекрасно иллюстрирует картина «Крестный ход» художника-передвижника И. М. Прянишникова, написанная в 1893 и хранящаяся в Государственном русском музее (теперь хочется посмотреть в живую!). Помимо церкви и деревни, интересно взглянуть на толпу: в ней есть не только крестьяне, но и очень галантные дамочки с зонтиками.
Далее по маршруту — Малое Заборье. Оно полностью заброшено. Мы зашли в пару разваливающихся изб. Очень уж интересно, что внутри!
Внутри — противно, поломано и нет пола.
Если что-то и есть интересное, так это деревянные кадушки — такие мы видели в Лальском музее.
У деревни предлагалось переезжать речку вброд, но мы не стали, поскольку подъем на ту сторону был очень крутой и разбитый. Поэтому оставили машины здесь и пошли пешком.
Дорога через луг и лес показалась бы легкой приятной прогулкой, если бы не насекомые. Одного аэрозоля явно мало: наверное, лучше надеть шапку с сеткой, как у пчеловодов. По крайней мере, нам встретились по пути двое крепких парней именно в таком облачении. В руках они несли непонятные черные мешки и топоры. Парни поздоровались, мы ответили на приветствие и как-то не стали уточнять, зачем они ходили в лес.
Наконец сосны расступились и открыли нашему взору церковь Покрова на Лузе. Архитектура церкви в основном типична для Русского Севера: нижний этаж — зимняя церковь, верхний — летняя. Тем не менее, в ней есть и индивидуальные черты, не встречающиеся в российском зодчестве XVIII века. Правда, для неспециалиста это не очень заметно: нетипичная форма алтарей, более удлиненный основной восьмерик, заниженная колокольня.
Фасад церкви очень богато украшен и комбинирует местные традиции с элементами московской послепетровской архитектуры.
И еще одна интересная деталь для тех, у кого хорошее зрение — флюгер в виде ангела.
Церковь окружена кладбищем, таким же заброшенным, как и она сама.
Оптимистичная табличка гласит, что в 2012 году начнутся работы по консервации храма. Судя по посту за 2013 год, тогда они как начались, так и закончились. Сейчас Лальский музей снова начал работы по консервации и собирает на это средства. Рядом с храмом стоит их бытовка и сложены стройматериалы. Будем надеяться, в этот раз все получится!
Внутри есть импровизированный алтарь, куда тоже можно кинуть денежку (основная копилка — в музее).
В остальном здесь разруха и печаль.
Справа внизу можно увидеть дыру в полу верхней церкви (он же — потолок нижней).
Так что, конечно, страшно, но в то же время страшно интересно.
Осмотрев церковь, мы вернулись обратно тем же путем. Пообедать решили в столовой в Лузе. Луза встретила нас более современными заброшками, еще раз подтвердив, что Рудничный не уникален.
После обеда мы покинули Лузский район и попали в Подосиновский — малую родину маршала С. И. Конева.